УИД 74RS0004-01-2025-003284-66

Дело № 2-2730/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Челябинск 5 августа 2025 года

Ленинский районный суд г. Челябинска в составе:

председательствующего Ларионовой А.А.

при секретаре Файзуллиной А.Р.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО12, ГУФССП России по <адрес>, ФССП России о взыскании неосновательного обогащения, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском, в котором просит взыскать с ФИО13 сумму неосновательного обогащения в размере 597 438,39 руб., расходы по уплате госпошлины в размере 16 949 руб., с ГУФССП России по <адрес> просит взыскать компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб., расходы по уплате госпошлины в размере 3 000 руб., с обоих ответчиков взыскать расходы по оплате услуг представителя.

В обоснование требований указано, что решением Южноуральского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу № с ФИО1 в пользу ФИО14 взыскана задолженность по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ в сумме 1 914 278,51 руб., а также обращено взыскание на заложенное имущество - квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, кадастровый №, путем продажи с публичных торгов, установив начальную продажную стоимость 1 222 280 руб. ДД.ММ.ГГГГ судебным приставом-исполнителем Калининского РОСП <адрес> УФССП России по <адрес> ФИО11 имущество, на которое обращено взыскание, передано взыскателю, что в силу п. 12 ч. 2 ст. 43 Федерального закона №229-ФЗ «Об исполнительном производстве» является основанием для прекращения исполнительного производства. Вместе с тем, в результате незаконного бездействия службы судебных приставов исполнительное производство окончено не было, денежные средства продолжали взыскивать с должника в пользу Банка на протяжении четырех лет. После обращения должника с жалобой вынесено постановление от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении исполнительного производства №-ИП в связи с прекращением обязательств заемщика-физического лица перед кредитором-залогодержателем в соответствии с п. 5 ст. 61 Федерального закона «Об ипотеке (залоге недвижимости)». По причине бездействия судебных приставов-исполнителей истцу причинен моральный вред, а на стороне Банка возникло неосновательное обогащение, в связи с чем заявлен настоящий иск.

Определением Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, вынесенным в протокольной форме, к участию в деле в качестве соответчика привлечена ФССП России, в качестве третьих лиц – судебные приставы-исполнители Калининского РОСП <адрес> УФССП России по <адрес> – ФИО3, ФИО10, ФИО11

В судебном заседании истец ФИО1, ее представитель – адвокат ФИО8 заявленные требования поддержали по заявленным в иске основаниям.

Представитель ответчика - ФИО15 - ФИО4 в судебном заседании возражала против удовлетворения требований по изложенным в отзыве на иск основаниям.

Представитель ответчика ФССП России и ГУ ФССП России по <адрес> - ФИО5 в судебном заседании возражала против удовлетворения требований.

Третьи лица судебные приставы-исполнители Калининского РОСП <адрес> УФССП России по <адрес> – ФИО3, ФИО10, ФИО11 в судебное заседание при надлежащем извещении не явились, ходатайств об отложении не заявлено.

В соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, надлежаще извещенных о времени и месте рассмотрения дела.

Суд, исследовав письменные материалы дела, заслушав объяснения участников процесса, полагает исковое заявление подлежащим частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, вступившим в законную силу решением Южноуральского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу № расторгнут кредитный договор №, заключенный между ФИО16 и ФИО1, с последней в пользу ФИО17 взыскана задолженность по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ в сумме 1 914 278,51 руб., в том числе основной долг - 1 182 341,94 руб., проценты по кредиту - 180 710,42 руб., неустойка за просрочку гашения процентов - 79 347,44 руб., неустойка за просрочку гашения основного долга - 471 878,71 руб., а также обращено взыскание на заложенное имущество - квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, кадастровый №, путем продажи с публичных торгов, установив начальную продажную стоимость 1 222 280 руб. (л.д. 41-45).

ДД.ММ.ГГГГ судебным приставом-исполнителем Калининского РОСП <адрес> ФИО10 на основании исполнительного листа № №, выданного Южноуральским городским судом <адрес> по гражданскому делу №, возбуждено исполнительное производство №-ИП в отношении ФИО1 (л.д. 54-56).

Актом от ДД.ММ.ГГГГ на квартиру по адресу: <адрес>, кадастровый №, наложен арест (л.д. 56 оборот -57).

Постановлением судебного пристава-исполнителя Калининского РОСП <адрес> УФССП России по <адрес> ФИО10 от ДД.ММ.ГГГГ арестованное имущество передано на реализацию (л.д. 59 оборот).

В связи с тем, что торги дважды признаны несостоявшимися, ДД.ММ.ГГГГ квартира передана взыскателю с согласия последнего (л.д. 61 оборот, 62-64).

ДД.ММ.ГГГГ в адрес ГУФССП России по <адрес> ФИО1 подана жалоба на бездействие судебных приставов, выразившееся в непрекращении исполнительного производства в связи с передачей взыскателю предмета залога, в рамках исполнительного производства №-ИП (л.д. 13).

ДД.ММ.ГГГГ судебным приставом-исполнителем Калининского РОСП ГУФССП России по <адрес> ФИО9 вынесено постановление о прекращении исполнительного производства №-ИП в связи с прекращением обязательств заемщика-физического лица перед кредитором-залогодержателем в соответствии с п.5 ст. 61 Федерального закона «Об ипотеке (залоге недвижимости)» (л.д. 73).

Согласно сводке по исполнительному производству, справке о движении денежных средств по депозитному счету, по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ в рамках исполнительного производства №-ИП взыскателю перечислены денежные средства в общей сумме 597 438,39 руб. (л.д. 14-17,74), что также подтверждено представителем ПАО «Банк ПСБ» в судебном заседании.

В силу ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом, а государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (ст. 52 Конституции Российской Федерации).

Из содержания названных конституционных норм следует, что действия (или бездействие) органов государственной власти или их должностных лиц, причинившие вред любому лицу, влекут возникновение у государства обязанности этот вред возместить, а каждый пострадавший от незаконных действий органов государственной власти или их должностных лиц наделяется правом требовать от государства справедливого возмещения вреда.

В соответствии со ст. 2 Федерального закона от 2 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее – Закон об исполнительном производстве) задачами исполнительного производства являются правильное и своевременное исполнение судебных актов, актов других органов и должностных лиц, а в предусмотренных законодательством Российской Федерации случаях исполнение иных документов в целях защиты нарушенных прав, свобод и законных интересов граждан и организаций.

Исполнительное производство осуществляется на принципах законности, своевременности совершения исполнительных действий и применения мер принудительного исполнения (ст. 4 указанного федерального закона).

В соответствии с п.1 ст.12 Федерального закона от 21 июля 1997 года № 118-ФЗ «Об органах принудительного исполнения Российской Федерации» (далее - Закон о судебных приставах) в процессе принудительного исполнения судебных актов и актов других органов, предусмотренных федеральным законом об исполнительном производстве, судебный пристав-исполнитель принимает меры по своевременному, полному и правильному исполнению исполнительных документов.

В силу п. 2 ст. 119 Закона об исполнительном производстве заинтересованные лица вправе обратиться в суд с иском о возмещении убытков, причиненных им в результате совершения исполнительных действий и (или) применения мер принудительного исполнения. Аналогичные положения содержатся в п. 2 и 3 ст. 19 Закона о судебных приставах, регулирующей вопросы ответственности судебных приставов за противоправные действия, повлекшие причинение ущерба.

В силу ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Статья 16 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что убытки, причиненные гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов подлежат возмещению Российской Федерацией, соответствующим субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием.

В соответствии со ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Из приведенных положений закона следует, что гражданин вправе рассчитывать на то, что действия государственных органов будут соответствовать требованиям закона, а вред, причиненный незаконными действиями государственных органов, подлежит возмещению в полном объеме. При этом обязанность доказать законность их действий должна быть возложена на соответствующий орган или должностное лицо.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 82 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2015 года № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» по делам о возмещении вреда суд должен установить факт причинения вреда, вину причинителя вреда и причинно-следственную связь между незаконными действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя и причинением вреда.

Отсутствие одного из указанных обстоятельств исключает возможность для взыскания убытков.

В ч. 3 ст. 78 Закона об исполнительном производстве предусмотрено, что заложенное имущество реализуется в порядке, установленном Гражданским кодексом Российской Федерации, Законом об ипотеке, поименованным федеральным законом, а также другими федеральными законами, предусматривающими особенности обращения взыскания на отдельные виды заложенного имущества.

Реализация судебным приставом-исполнителем имущества должника на торгах в рамках Закона об исполнительном производстве регулируется нормами его главы 9. Так, в силу ч. 3 ст. 92 Закона об исполнительном производстве в случае объявления вторичных торгов несостоявшимися судебный пристав-исполнитель направляет взыскателю предложение оставить имущество за собой в порядке, установленном статьей 87 этого федерального закона.

В соответствии с п. 12 ч. 2 ст. 43 Закона об исполнительном производстве исполнительное производство подлежит прекращению судебным приставом-исполнителем в случае прекращения обязательств заемщика - физического лица перед кредитором - залогодержателем в соответствии с п. 5 ст. 61 Закона об ипотеке.

Согласно ст. 2 Федерального закона от 23 июня 2014 года № 169-ФЗ положения п. 5 ст. 61 Закона об ипотеке (в редакции этого федерального закона) применяются к обеспеченным ипотекой обязательствам, которые возникли до дня вступления в силу этого федерального закона (ч. 2). Обеспеченные ипотекой обязательства, по которым на день вступления в силу этого федерального закона не были заключены договоры страхования ответственности заемщика и после дня вступления в силу этого федерального закона для исполнения которых залогодержатель оставляет за собой предмет ипотеки, которым является принадлежащее залогодателю жилое помещение, прекращаются в порядке, установленном пунктом 5 статьи 61 Закона об ипотеке (без учета изменений, внесенных этим федеральным законом) (ч. 3).

До внесения Федеральным законом от 23 июня 2014 года № 169-ФЗ изменений п. 5 ст. 61 Закона об ипотеке действовал в редакции, которая предусматривала, что, если залогодержатель в порядке, установленном этим федеральным законом, оставляет за собой предмет ипотеки, которым является принадлежащее залогодателю жилое помещение, а стоимости жилого помещения недостаточно для полного удовлетворения требований залогодержателя, задолженность по обеспеченному ипотекой обязательству считается погашенной и обеспеченное ипотекой обязательство прекращается. Задолженность по обеспеченному ипотекой обязательству считается погашенной, если размер обеспеченного ипотекой обязательства меньше или равен стоимости заложенного имущества, определенной на момент возникновения ипотеки.

Следовательно, обеспеченное ипотекой обязательство прекращается всякий раз, когда залогодержатель оставляет за собой предмет ипотеки, которым является принадлежащее залогодателю жилое помещение, вне зависимости от даты возникновения ипотеки.

При этом обстоятельство заключения договора страхования ответственности заемщика имеет правовое значение для прекращения обеспеченного ипотекой обязательства только в том случае, когда такой договор не заключен, а задолженность по обеспеченному ипотекой обязательству больше стоимости заложенного имущества, определенной на момент возникновения ипотеки.

Отсутствие договора страхования ответственности заемщика без исследования иных обстоятельств, возникших между кредитором и заемщиком, не может являться единственным и безусловным основанием для отказа в прекращении обязательств заемщика - физического лица перед кредитором-залогодержателем на основании п.5 ст.61 Закона об ипотеке.

В силу п. 5 ст. 61 Закона об ипотеке в редакции, действовавшей до внесения Федеральным законом от 23 июня 2014 года № 169-ФЗ изменений, задолженность по обеспеченному ипотекой обязательству считается погашенной, если размер обеспеченного ипотекой обязательства меньше или равен стоимости заложенного имущества, определенной на момент возникновения ипотеки.

Если размер обеспеченного ипотекой обязательства без учета процентов меньше или равен стоимости заложенного имущества, а залогодержатель оставил предмет ипотеки за собой, обязательство заемщика считается погашенным и в том случае, если договор страхования ответственности должника либо договор страхования финансовых рисков залогодержателя заключены не были.

Из анализа смыслового содержания п. 5 ст. 61 Закона об ипотеке, как в старой, так и в новой редакции, а также ст. 2 Федерального закона от 23 июня 2014 года № 169-ФЗ следует, что, если банк оставляет за собой предмет ипотеки - жилое помещение, а его стоимости недостаточно для полного удовлетворения требований залогодержателя, задолженность считается погашенной в полном объеме.

Таким образом, редакция указанной нормы до внесения изменений Федеральным законом от 23 июня 2014 года № 169-ФЗ возлагала возникающие в такой ситуации финансовые риски на банки; в соответствии с действующей в настоящее время редакцией нормы эти риски (в случае заключения договоров страхования) несут страховщики.

В случае, когда договор страхования не заключен, риски, связанные с неисполнением заемщиком обязательств, несет кредитор, в том числе и в тех случаях, когда ипотечный договор заключен после принятия Федерального закона от 23 июня 2014 года № 169-ФЗ.

Вопреки позиции ПАО «Банк ПСБ» о недопустимости применения положения о прекращении обязательств в связи с оставлением предмета ипотеки взыскателем-залогодержателем со ссылкой на внесенные изменения в Закон об ипотеке, введение Федеральным законом от 23 июня 2014 года № 169-ФЗ механизма страхования ответственности заемщиков и финансовых рисков банков от неисполнения ипотечного договора направлено на создание дополнительных гарантий, а не на возложение на заемщика дополнительной ответственности (кассационное определение Судебной коллегии по административным делам Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2023 года № 45-КАД23-22-К7, от 1 февраля 2023 года № 11-КАД22-17-К6).

В рассматриваемом случае договор страхования ответственности не заключен, по условиям договора ипотеки стоимость объекта недвижимости – 1 530 000 руб., а сумма кредита составила 1 200 000 руб., то есть установленная договором рыночная стоимость заложенного имущества значительно выше денежных средств (более 25 %), полученных заемщиком для приобретения жилья, что позволяет сделать вывод о том, что требования банка, который оставил за собой заложенное имущество, удовлетворены в полном объеме.

Таким образом, с учетом установленных по делу обстоятельств, суд, принимая во внимание, что исполнительное производство №-ИП в отношении должника ФИО1 в установленном законом порядке при наличии к тому оснований на протяжении почти 4 лет (с апреля 2021 года и по март 2025 года) окончено не было, что свидетельствует о имевшем место нарушении прав истца, суд приходит к выводу об обоснованности требования о компенсации морального вреда.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В п. 25 этого же Постановления указано, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п. 26 названного постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации).

Объектом неправомерных посягательств являются по общему правилу любые нематериальные блага (права на них) вне зависимости от того, поименованы ли они в законе и упоминается ли соответствующий способ их защиты. Моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др. (п. 2, 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

При определении размера компенсации морального вреда, причиненного истцу незаконным бездействием судебного пристава-исполнителя, в соответствии со ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, учитывая требования разумности и справедливости, фактические обстоятельства дела, принимая во внимание показания свидетеля – ФИО6, пояснившей, что ее дочь – ФИО1 в связи с возникшей ситуацией оказалась за чертой бедности по вине приставов, постоянно плакала, объяснения самого истца о том, что возвратив квартиру Банку, с нее на протяжении длительного времени продолжалось списание денежных средств по исполнительному производству, что с учетом имеющегося у нее дохода поставило ее и ее несовершеннолетнюю дочь в крайне неблагоприятное финансовое положение, создало подавленное моральное состояние, ощущение беспомощности, суд приходит к выводу о взыскании именно с ФССП России, как главного распорядителя средств федерального бюджета по ведомственной принадлежности (подп. 1 п. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации, п. 81 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №), за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсации морального вреда в размере 10 000 руб., которая, по мнению суда, является разумной и справедливой, оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере суд не усматривает.

В удовлетворении требований к ГУФССП России по <адрес>, которое не является главным распорядителем средств федерального бюджета, следует отказать.

Поскольку, как указано ранее, списание денежных средств по исполнительному производству осуществлялось незаконно в связи с тем, что взыскатель-залогодатель оставил себе залоговую квартиру, денежные средства в размере 597 438,39 руб. подлежат взысканию с ФИО18 в пользу ФИО1

При этом доводы представителя Банка о том, что денежные средства не являются неосновательным обогащением, поскольку получены в рамках исполнительного производства, с учетом установленных судом и указанных выше обстоятельств, подлежат отклонению, поскольку в соответствии с ч. 2 ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации правила, предусмотренные настоящей главой (обязательства вследствие неосновательного обогащения), применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Таким образом, законных оснований для получения спорных денежных средств после оставления предмета залога у Банка не имелось, а исполнительное производство подлежало прекращению.

Согласно ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Частью 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Из материалов дела усматривается, что истец оплатил за оказанные ему юридические услуги сумму в размере 57 000 руб., что подтверждается соглашением от ДД.ММ.ГГГГ и квитанциями (л.д. 25-27,79).

Законодательство предоставляет суду право уменьшить сумму, взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов по оплате услуг представителя. Поскольку реализация названного права судом возможна лишь в том случае, если он признает эти расходы чрезмерными в силу конкретных обстоятельств дела, при том, что как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, суд обязан создавать условия, при которых соблюдался бы необходимый баланс процессуальных прав и обязанностей сторон.

Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования ст. 17 Конституции Российской Федерации.

С учетом требований разумности и справедливости, объема фактически оказанных услуг представителем (консультирование, подготовка документов, составление претензии, составление и подача иска в суд, представление доверителя в 2 судебных заседаниях), учитывая категорию настоящего спора, объем защищаемого права, отсутствие мотивированных возражений относительно завышенности размера судебных расходов со стороны обоих ответчиков, суд приходит к выводу о взыскании с каждого из ответчиков по 28 500 руб.

Поскольку исковые требования неимущественного характера к ФССП России удовлетворены частично, а к ФИО19 - в полном объеме, с учетом положений ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с Российской Федерации в лице ФССП России за счет казны Российской Федерации в пользу истца подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3 000 руб., с ФИО20 - 16 949 руб. (л.д. 8).

Руководствуясь ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 - удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО21» (ИНН №) в пользу ФИО1 (ИНН №) денежные средства в размере 597 438,39 руб., в счет компенсации расходов по оплате юридических услуг – 28 500 руб., расходов по уплате госпошлины – 16 949 руб.

Взыскать с Российской Федерации в лице ФССП России за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 (ИНН №) компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб., в счет компенсации расходов по оплате юридических услуг – 28 500 руб., расходов по уплате госпошлины – 3 000 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 к ФССП России, а также в удовлетворении исковых требований к ГУФССП России по Челябинской - отказать.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда через Ленинский районный суд <адрес> в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Председательствующий А.А. Ларионова

Мотивированное решение изготовлено 19 августа 2025 года.