УИД 31RS0016-01-2023-000850-15 Дело № 2-1920/2023
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
23 мая 2023 г. г. Белгород
Октябрьский районный суд г. Белгорода в составе:
председательствующего судьи: Погореловой С.С.,
при секретаре: Исаеве В.С.,
с участием представителей ответчика - ФИО1, ФИО2 (по доверенностям),
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ООО «Компания Траст» к ФИО3 о взыскании задолженности по кредитному договору,
УСТАНОВИЛ:
ООО «Компания Траст» обратилось в суд с исковым заявлением, в котором, с учетом уточнения заявленных требований в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГПК РФ), просит взыскать с ФИО3 задолженность по кредитному договору № от 9 июля 2013 г. за период с 26 декабря 2016 г. по 9 июля 2018 г. в размере 92 351 руб. 90 коп., из которых: 78 899 руб. 55 коп. - сумма просроченного основного долга; 13 452 руб. 35 коп. - сумма просроченных процентов, а также расходы по оплате государственной пошлины в сумме 2 970 руб. 56 коп.
В обоснование заявленных требований ссылается на то, что 9 июля 2013 г. между ОАО «Сбербанк России» и ФИО3 заключен кредитный договор №, по условиям которого банк взял на себя обязательство предоставить заемщику денежные средства в сумме 185 000 руб. на срок до 9 июля 2018 г. под 19,5 % годовых.
Банк свои обязательства исполнил надлежащим образом - заемщику был своевременно и в полном объеме предоставлен кредит на условиях, предусмотренных договором.
Заемщик ненадлежащим образом исполнял свои обязательства по возврату суммы кредита и уплате процентов за пользование денежными средствами.
27 июня 2016 г. между ПАО «Сбербанк России», именуемым Цедент, и ООО «Компания Траст», именуемым Цессионарий, заключен договор уступки прав требования (цессии) № № по условиям которого Цедент уступил Цессионарию права требования, принадлежащие Цеденту к должникам на основании кредитных договоров. В том числе Цедентом были уступлены права требования в отношении ответчика по кредитному договору № от 9 июля 2013 г. Сумма задолженности по основному долгу составила 144 547 руб. 79 коп., сумма задолженности по процентам за пользование кредитом составила 22 605 руб. 53 коп., а всего 167 153 руб. 32 коп.
В период с 27 июня 2016 г. по 13 января 2023 г. (дата составления искового заявления) ответчиком обязательства исполнены не были, в связи с чем сумма задолженности по основному долгу осталась неизменной.
22 ноября 2019 г. на основании заявления ООО «Компания Траст» мировым судьей судебного участка № 2 Западного округа г. Белгорода был вынесен судебный приказ о взыскании с должника ФИО3 в пользу взыскателя ООО «Компания Траст» задолженности по кредитному договору № от 9 июля 2013 г. за период с 9 июля 2013 г. по 27 июня 2016 г. в размере 167 153 руб. 32 коп., а также расходов по уплате государственной пошлины в размере 2 271 руб. 53 коп.
На основании определения мирового судьи судебного участка № 2 Западного округа г. Белгорода от 13 декабря 2022 г. вышеуказанный судебный приказ был отменен.
Первоначально в исковом заявлении, поступившем в суд 27 января 2023 г., ООО «Компания Траст» просило взыскать с ответчика задолженность по кредитному договору № от 9 июля 2013 г. в размере 167 153 руб. 32 коп., из которых: 144 547 руб. 79 коп. - сумма основного долга; 22 605 руб. 53 коп. - сумма процентов.
В связи с тем, что ответчиком было заявлено ходатайство о пропуске срока исковой давности, стороной истца 15 марта 2023 г. были уточнены исковые требования в пределах срока исковой давности.
Представитель истца ООО «Компания Траст» в судебное заседание не явился, о времени и месте слушания дела извещен по электронной почте и электронным заказным письмом с уведомлением (вручено 2 мая 2023 г.), суд о причинах своей неявки не известил, просил рассмотреть дело в его отсутствие (ходатайство содержится в тексте искового заявления).
Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, о времени и месте слушания дела извещен электронным заказным письмом с уведомлением (вручено 26 апреля 2023 г.), суд о причинах своей неявки не известил, о рассмотрении дела в его отсутствие не просил, обеспечил явку своих представителей - ФИО1, ФИО2 (по доверенностям), которые исковые требования не признали, возражали против их удовлетворения по доводам, изложенным в письменных возражениях на иск и дополнения к ним.
С учетом положений статьи 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие сторон.
Исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным сторонами доказательствам, выслушав объяснения представителей ответчика, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований.
Доводы стороны ответчика о пропуске срока исковой давности, по мнению суда, несостоятельны, основаны на неверном толковании норм права.
Согласно положениям статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГК РФ) общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.
Пунктом 1 статьи 200 ГК РФ предусмотрено, что течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.
Как указано в пункте 3 Обзора судебной практики по гражданским делам, связанным с разрешением споров об исполнении кредитных обязательств, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 22 мая 2013 г., при исчислении сроков исковой давности по требованиям о взыскании просроченной задолженности по кредитному обязательству, предусматривающему исполнение в виде периодических платежей, суды применяют общий срок исковой давности (статья 196 ГК РФ), который подлежит исчислению отдельно по каждому платежу со дня, когда кредитор узнал или должен был узнать о нарушении своего права.
Поскольку погашение кредитной задолженности по кредитному договору № от 9 июля 2013 г. должно было производиться периодическими платежами, то срок исковой давности должен исчисляться судом в отношении каждого ежемесячного платежа с даты, когда он должен быть совершен.
Согласно пункту 1 статьи 204 ГК РФ срок исковой давности не течет со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита нарушенного права.
Из разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, содержащихся в абзаце 2 пункта 18 постановления Пленума от 29 сентября 2015 г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», следует, что по смыслу статьи 204 ГК РФ начавшееся до предъявления иска течение срока исковой давности продолжается в случае отмены судебного приказа. В случае отмены судебного приказа, если неистекшая часть срока исковой давности составляет менее шести месяцев, она удлиняется до шести месяцев (пункт 1 статьи 6, пункт 3 статьи 204 ГК РФ).
Поскольку заявление о выдаче судебного приказа о взыскании с ответчика задолженности по вышеназванному кредиту направлено мировому судье 11 ноября 2019 г., судебный приказ вынесен 22 ноября 2019 г., отменен 13 декабря 2022 г., а в районный суд иск направлен 27 января 2023 г. (в срок менее шести месяцев с момента отмены судебного приказа), то срок исковой давности подлежит исчислению с момента обращения в мировой суд с заявлением о вынесении судебного приказа (11 ноября 2019 г.).
Соответственно, срок исковой давности по платежам за период с 26 декабря 2016 г. по 9 июля 2013 г. (как указано в заявлении об уточнении исковых требований), вопреки доводам стороны ответчика, не пропущен.
На основании статей 56, 60 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.
Как следует из разъяснений пункта 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 33, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 14 от 4 декабря 2000 г. «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с обращением векселей» и позиции, указанной в определениях Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 11 ноября 2014 г. № 5-КГ14-99, от 22 мая 2018 г. № 58-КГ18-11, бремя доказывания того, что обязательство не исполнено и, соответственно, не прекратилось, возлагается на кредитора.
Согласно пункту 1 статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.
Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором (пункт 2 той же статьи).
В соответствии с пунктом 3 статьи 382 ГК РФ, если должник не был письменно уведомлен о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу, новый кредитор несет риск вызванных этим для него неблагоприятных последствий. В этом случае исполнение обязательства первоначальному кредитору признается исполнением надлежащему кредитору.
Сообщение о заключении договора, на основании которого уступка требования будет производиться после наступления определенного срока или условия, не может считаться надлежащим уведомлением для целей применения статьи 386 ГК РФ. Вместе с тем должник не вправе в дальнейшем ссылаться на отсутствие уведомления, если из содержания представленного сообщения он с очевидностью мог определить момент перехода права.
Как установлено в судебном заседании, ответчик не получал уведомления об уступке права требования ООО «Компания Траст» от ПАО «Сбербанк России», в силу чего исполнил обязательство первому кредитору по оплате задолженности по кредитному договору <***> от 9 июля 2013 г.
В силу требования пункта 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 г. № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», если уведомление об уступке направлено должнику первоначальным кредитором, то по смыслу абзаца 2 пункта 1 статьи 385, пункта 1 статьи 312 ГК РФ исполнение, совершенное должником в пользу указанного в уведомлении нового кредитора, по общему правилу, считается предоставленным надлежащему лицу, в том числе в случае недействительности договора, на основании которого должна была производиться уступка.
На основании пункта 21 данного постановления Пленума, по смыслу статьи 385 ГК РФ уведомление о переходе права должно содержать сведения, позволяющие с достоверностью идентифицировать нового кредитора, определить объем перешедших к нему прав. Если указанных в уведомлении сведений недостаточно для совершения должником исполнения новому кредитору, должник, по общему правилу, вправе исполнить обязательство первоначальному кредитору или приостановить исполнение и потребовать представления соответствующих сведений от первоначального кредитора.
Соответственно, когда уведомление об уступке направлено должнику новым кредитором, то должник согласно абзацу 2 пункта 1 статьи 385 ГК РФ вправе не исполнять ему обязательство до получения подтверждения от первоначального кредитора. При непредставлении такого подтверждения в течение разумного срока должник вправе исполнить обязательство первоначальному кредитору. При получении уведомления, направленного новым кредитором, об одном или о нескольких последующих переходах требования должник вправе потребовать представления доказательств наличия волеизъявлений каждого предыдущего кредитора на переход требования.
Данные разъяснения и нормы права конкретизируют правоотношения между цедентом, цессионарием и должником, которые указывают, что до момента уведомления должника о переходе права требования к другому кредитору, право заемщика сохраняется исполнением обязательств первому кредитору.
Ответчик в ходе судебного разбирательства предоставил справку о том, что задолженность по кредитному договору <***> от 9 июля 2013 г. погашена первому кредитору и по состоянию на 4 июля 2016 г. задолженность по кредитному договору отсутствует, указан остаток долга после погашения - 0,00 рублей.
Данный документ дает основание суду полагать, что по состоянию на 4 июля 2016 г. задолженность перед первым кредитором ПАО «Сбербанк России», а, соответственно, перед вторым - ООО «Компания Траст» у заемщика отсутствует.
Учитывая надлежащее исполнение ответчиком своих обязательств перед ПАО «Сбербанк России», суд не находит признаков недобросовестности при исполнении обязательств со стороны ответчика, в связи с чем у ответчика отсутствует обязанность повторной оплаты задолженности в рамках правоотношений иных лиц по договору уступки прав требования.
С учетом изложенного суд приходит к выводу, что обязательство ответчика прекращено надлежащим исполнением (статья 408 ГК РФ), в связи с чем в удовлетворении заявленных требований следует отказать.
Руководствуясь статьями 194 - 199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
в удовлетворении исковых требований ООО «Компания Траст» (ИНН <***>) к ФИО3 (паспорт серии №) о взыскании задолженности по кредитному договору отказать.
Решение может быть обжаловано в Белгородский областной суд в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения суда путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Белгорода.
Судья
Мотивированное решение суда изготовлено 5 июня 2023 г.