РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
4 июля 2022 года город Тула
Советский районный суд г. Тулы в составе
председательствующего Свиридовой О.С.,
при ведении протокола судебного заседания секретарем Хаулиной Е.А.,
с участием представителя ответчика ФИО1 по доверенности ФИО2,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 71RS0028-01-2022-000189-55 (производство № 2-1592/2022) по иску министерства здравоохранения Тульской области к ФИО1 о взыскании денежных средств в возмещение затрат, связанных с обучением в образовательном учреждении, взыскании части единовременной компенсационной выплаты, процентов за пользование чужими денежными средствами,
установил:
министерство здравоохранения Тульской области обратилось в суд с иском к ФИО1 о взыскании денежных средств в возмещение затрат, связанных с обучением в образовательном учреждении, взыскании части единовременной компенсационной выплаты, процентов за пользование чужими денежными средствами, указав в обоснование исковых требований, что ДД.ММ.ГГГГ г. между сторонами и государственным образовательным учреждением высшего профессионального образования «Тульский государственный университет» был заключен трехсторонний договор № № о подготовке специалиста с высшим профессиональным образованием для здравоохранения Тульской области за счет средств бюджета Тульской области, согласно пункту 2.3.3 которого ответчик обязался по окончании обучения и получении диплома в течение тридцати календарных дней самостоятельно заключить трудовой договор по полученной специальности в соответствии с имеющейся квалификацией с направившей медицинской организацией Тульской области на срок не менее 5 лет, после прохождения интернатуры.
30 июня 2015 г. ФИО1 получен диплом специалиста по специальности «Лечебное дело», 30 июня 2017 г. ответчиком получен диплом об окончании ординатуры по специальности «Анестезиология-реаниматология».
30 августа 2017 г. ФИО1 заключил трудовой договор с государственным учреждением здравоохранения «<данные изъяты>», ответчик принят на работу с 1 сентября 2017 г.
Согласно пункту 3.4 трехстороннего договора № 41 в случае, если студент до истечения срока, указанного в пункте 2.3.3, прекратит трудовые отношения с работодателем, студент выплачивает министерству стоимость обучения в размере полной стоимости его обучения в Университете с учетом индекса потребительских цен на услуги высшего образования по Тульской области.
На основании приказа о прекращении трудового договора от 8 октября 2020 г. №№ ФИО1 уволен по инициативе работника с занимаемой должности с 19 октября 2020 г.
Истцом за обучение ответчика в период с сентября 2009 г. по июнь 2015 г. выплачено 390000 рублей, которые подлежат возмещению в бюджет Тульской области. Стоимость обучения ФИО1 с учетом индексации составила 818791,73 рубль.
Кроме того, 6 декабря 2017 г. между сторонами заключен договор № № о предоставлении социальной выплаты, согласно которому министерство здравоохранения Тульской области предоставило работнику государственного учреждения здравоохранения «<данные изъяты>» ФИО1 социальную выплату в размере 920000 рублей с учетом налога на доходы физических лиц, а ответчик обязался работать в течение пяти лет со дня заключения трудового договора с учреждением по основному месту работы на полную ставку на условиях нормальной продолжительности рабочего времени, установленной для данной категории работников.
15 декабря 2017 г. истцом перечислена ответчику социальная выплата в размере 800400 рублей.
Согласно пункту 2.3.4 договора ответчик обязан в случае прекращения трудового договора с учреждением до истечения пятилетнего срока возвратить министерству часть единовременной компенсационной выплаты, рассчитанной от даты прекращения трудового договора, пропорционально неотработанного медицинским работником периоду.
Таким образом, ответчик обязан выплатить истцу 407601,31 рубль.
Заявление истца от 17 августа 2021 г. с просьбой произвести данные выплаты оставлено ФИО1 без внимания.
Истец просил суд взыскать с ответчика ФИО1 в пользу министерства здравоохранения Тульской области задолженность по договору от 3 сентября 2009 г. №№ в размере 818791,73 рубль; задолженность по договору от 6 декабря 2017 г. №№ в размере 407601,31 рубль, а также проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 23563,81 рубля.
Представитель истца министерства здравоохранения Тульской области в судебное заседание не явился, о времени и месте его проведения извещен надлежащим образом, сведений о причинах неявки не представил, в письменном заявлении представитель по доверенности ФИО3 просил рассмотреть дело в его отсутствие, исковые требования поддержал в полном объеме, просил их удовлетворить по основаниям, изложенным в исковом заявлении.
Ответчик ФИО1 в судебное заседание не явился, о времени и месте его проведения извещен в установленном законом порядке, сведений о причинах неявки не представил, в письменных возражениях просил отказать в удовлетворении исковых требований, полагая их необоснованными, заявленными без учета конкретных обстоятельств по делу.
Представитель ответчика ФИО1 по доверенности ФИО2 в судебном заседании доводы искового заявления не признал, просил отказать в его удовлетворении, указав, что согласно условий трехстороннего договора от 3 сентября 2009 г. № № ответчик должен был отработать в государственном учреждении здравоохранения «<данные изъяты>» 5 лет. 10 октября 2020 г. заключенный 30 августа 2017 г. ФИО1 трудовой договор с данным медицинским учреждением здравоохранения действительно был расторгнут по инициативе работника, однако 23 октября 2020 г. ответчик был принят на работу в государственное учреждение здравоохранения «<данные изъяты>» на должность врача анестезиолога-реаниматолога, в котором осуществлял трудовую деятельность до 21 мая 2022 г. Таким образом, после расторжения первоначального трудового договора ФИО1 территорию Тульской области не покинул, продолжил работу по специальности в учреждении, подчиненном министерству здравоохранения Тульской области, в той же должности и выполняя те же трудовые функции, следовательно, осуществлял свои права и обязанности по ранее заключенному договору, где состав лиц, заключивших его, не изменился. Исходя из изложенного, из пятилетнего контракта ФИО1 не отработал 231 день. Полагал, что в связи с данными обстоятельствами произведенная истцом социальная выплата в размере 920000 рублей, фактический размер которой после уплаты налога составил 800400 рублей, также должна быть уменьшена до 101255,41 рублей (920000 рублей / 1826 (общее количество дней пятилетнего контракта) х 231 (количество не отработанных ответчиком дней) = 116385,54 рублей – 13 % налога на доходы физических лиц. Также полагал условия трехстороннего договора от 3 сентября 2009 г. № №, предусматривающие возможность взыскания полной стоимости обучения и штрафа, кабальными, поскольку ФИО1 успешно окончил учебное учреждение, получил диплом врача и трудоустроился, что является основанием для пропорционального снижения стоимости обучения и отказа во взыскании штрафных санкций. В случае удовлетворения исковых требований просил применить положения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации к заявленным истцом требованиям, обоснованное наличием несовершеннолетнего ребенка, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на которого ФИО1 уплачивает алименты в размере <данные изъяты> части заработка; регистрации в ДД.ММ.ГГГГ г. брака, а также наличия престарелых родителей, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Также пояснил, что трудоустройство ФИО1 23 октября 2020 г. в государственное учреждение здравоохранения «<данные изъяты>» обусловлено распространением Covid-2019, в котором был организован соответствующий госпиталь.
Выслушав объяснения представителя ответчика ФИО1 по доверенности ФИО2, исследовав материалы настоящего дела, руководствуясь положениями статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации об обязанности доказывания обстоятельств по заявленным требованиям и возражениям каждой стороной, об отсутствии ходатайств о содействии в реализации прав в соответствии со статьей 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также требованиями статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации об определении судом закона, подлежащего применению к спорному правоотношению, суд применяет нормы действующего законодательства, действующего на период спорных правоотношений, возникших между сторонами, и приходит к следующим выводам.
Отношения между работодателем и лицом, претендующим на осуществление трудовой функции у данного работодателя, регулируются Трудовым кодексом Российской Федерации.
В силу абзаца 2 статьи 1 Трудового кодекса Российской Федерации основными задачами трудового законодательства являются создание необходимых правовых условий для достижения оптимального согласования интересов сторон трудовых отношений.
Частями 1 - 2 статьи 196 Трудового кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 17 июля 2009 г. № 167-ФЗ, действовавшей на время возникновения спорных отношений) необходимость подготовки работников (профессиональное образование и профессиональное обучение) и дополнительного профессионального образования для собственных нужд определяет работодатель. Подготовка работников и дополнительное профессиональное образование работников осуществляются работодателем на условиях и в порядке, которые определяются коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.
Согласно статье 197 Трудового кодекса Российской Федерации работники имеют право на подготовку и дополнительное профессиональное образование. Указанное право реализуется путем заключения договора между работником и работодателем.
В соответствии с частью 1 статьи 198 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель - юридическое лицо (организация) имеет право заключать с лицом, ищущим работу, или с работником данной организации ученический договор на получение образования без отрыва или с отрывом от работы.
Статьей 199 Трудового кодекса Российской Федерации установлено содержание ученического договора. Так ученический договор должен содержать: наименование сторон; указание на конкретную квалификацию, приобретаемую учеником; обязанность работодателя обеспечить работнику возможность обучения в соответствии с ученическим договором; обязанность работника пройти обучение и в соответствии с полученной квалификацией проработать по трудовому договору с работодателем в течение срока, установленного в ученическом договоре; срок ученичества; размер оплаты в период ученичества.
Согласно части 2 статьи 207 Трудового кодекса Российской Федерации, в случае если ученик по окончании ученичества без уважительных причин не выполняет свои обязательства по договору он по требованию работодателя возвращает ему полученную за время ученичества стипендию, а также возмещает другие понесенные работодателем расходы в связи с ученичеством.
Аналогичные положения содержатся и в статье 249 Трудового кодекса Российской Федерации, предусматривающей, что в случае увольнения без уважительных причин до истечения срока, обусловленного трудовым договором или соглашением об обучении за счет средств работодателя, работник обязан возместить затраты, понесенные работодателем на его обучение, исчисленные пропорционально фактически не отработанному после окончания обучения времени, если иное не предусмотрено трудовым договором или соглашением об обучении.
Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 16 июля 2010 г. № 1005-О-О, заключая соглашение об обучении за счет средств работодателя, работник добровольно принимает на себя обязанность отработать не менее определенного срока у работодателя, оплатившего обучение, а в случае увольнения без уважительных причин до истечения данного срока - возместить работодателю затраты, понесенные на его обучение, при их исчислении по общему правилу пропорционально фактически не отработанному после окончания обучения времени. Такое правовое регулирование направлено на обеспечение баланса прав и интересов работника и работодателя, способствует повышению профессионального уровня данного работника и приобретению им дополнительных преимуществ на рынке труда, а также имеет целью компенсировать работодателю затраты по обучению работника, досрочно прекратившего трудовые отношения с данным работодателем без уважительных причин.
Условия наступления материальной ответственности стороны трудового договора установлены статьей 233 Трудового кодекса Российской Федерации. Частью первой данной статьи определено, что материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено Трудовым кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами.
Согласно статье 248 Трудового кодекса Российской Федерации (порядок взыскания ущерба) взыскание работодателем суммы причиненного ущерба производится с виновного работника.
Из приведенных нормативных положений Трудового кодекса Российской Федерации об ученическом договоре и правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что на лиц, заключивших ученический договор (учеников), распространяется трудовое законодательство. В случае, если ученик по окончании ученичества без уважительных причин не выполняет свои обязательства по ученическому договору, он по требованию работодателя возмещает понесенные работодателем расходы в связи с ученичеством.
Как следует из материалов дела и установлено судом, в июне 2009 г. комитет по здравоохранению администрации муниципального образования г. <адрес> выдал ФИО1 направление на обучение в <данные изъяты> государственный университет по специальности «<данные изъяты>»; комитет обязался предоставить ФИО1 место для прохождения учебных и производственных практик и гарантировал трудоустройство по окончании учебного учреждения в лечебно-профилактическое учреждение района по полученной специальности.
На основании заявления ФИО1 от 10 июня 2009 г. о направлении на обучение, поданного директору департамента здравоохранения Тульской области, 3 сентября 2009 г. между департаментом здравоохранения Тульской области (в настоящее время министерство здравоохранения Тульской области), государственным образовательным учреждением высшего профессионального образования «<данные изъяты>» (университет) и ФИО1 (студент) заключен трехсторонний договор № №, согласно которому департамент и университет приняли на себя обязательства по обучению в университете студента по очной форме обучения за счет средств бюджета Тульской области, в пределах средств, предусмотренных на эти цели на соответствующий финансовый год, с целью подготовки для здравоохранения Тульской области специалиста с высшим профессиональным образованием.
В соответствии с пунктом 2.3.3 данного договора студент по окончании обучения в университете и получении диплома обязан в течение тридцати календарных дней самостоятельно заключить трудовой договор по полученной в университете специальности в соответствии с имеющейся квалификацией с направившим его лечебно-профилактическим учреждением здравоохранения Тульской области на срок не менее 5 лет, после прохождения интернатуры.
30 июня 2015 г. ФИО1 получен диплом специалиста по специальности «<данные изъяты>», 30 июня 2017 г. ответчиком получен диплом об окончании ординатуры по специальности «Анестезиология-реаниматология».
Приказом государственного учреждения <данные изъяты><данные изъяты>» от 30 августа 2017 г. № № ФИО1 принят на постоянную работу с 1 сентября 2017 г., на должность врача-анестезиолога-реаниматолога в отделение реанимации и интенсивной терапии-№
В соответствии с дополнительным соглашением к трудовому договору от 30 августа 2017 г. № № заключенным между ФИО1 и государственным учреждением здравоохранения «<данные изъяты>» 13 сентября 2017 г. № № ФИО1 обязался отработать в государственном учреждении здравоохранения «<данные изъяты>» в должности врача-анестезиолога-реаниматолога на полную ставку 5 лет на условиях нормальной продолжительности рабочего времени, установленной трудовым законодательством.
На основании приказа о прекращении трудового договора от 8 октября 2020 г. №№ ФИО1 уволен по инициативе работника с занимаемой должности с 19 октября 2020 г.
Согласно пункту 3.4 трехстороннего договора от 3 сентября 2009 г. № № в случае, если студент до истечения срока, указанного в пункте 2.3.3 настоящего договора, прекратит трудовые отношения с работодателем, то студент выплачивает департаменту полную стоимость его обучения в университете, с учетом индекса потребительских цен на услуги высшего образования по Тульской области.
Из анализа приведенных норм права и условий заключенного между сторонами договора следует, что в случае прекращения трудовых отношений до истечения пятилетнего срока, а именно до 1 сентября 2022 г., работник возмещает федеральному органу исполнительной власти в сфере здравоохранения затраты на обучение в порядке и размерах, установленных трехсторонним договором от 3 сентября 2009 г. № №, то есть в размере полной стоимости обучения, с учетом индекса потребительских цен на услуги высшего образования по Тульской области.
Всего за период обучения ФИО1 в государственном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Тульский государственный университет» с сентября 2009 г. по июнь 2015 г. министерством здравоохранения Тульской области выплачено 390000 рублей, что подтверждается актом сверки от 15 июня 2015 г.
Истцом в материалы дела представлен расчет индексации данной суммы с учетом индекса потребительских цен на услуги высшего образования по Тульской области, размер которой составил 818791,73 рубль.
Вместе с тем, определяя размер подлежащей к взысканию суммы, суд учитывает, что с 23 октября 2020 г. по 28 февраля 2021 г. ответчик ФИО1 работал в государственном учреждении здравоохранения «<данные изъяты>» в должности врача анестезиолога-реаниматолога инфекционного отделения (в отделении Covid), с 1 марта 2021 г. по 19 мая 2022 г. – в должности врача анестезиолога-реаниматолога отделения анестезиологии – реанимации № № филиала № №.
Согласно сведениям, предоставленным данным учреждением на запрос суда, по штатному расписанию на дату приема ФИО1 на работу (23 октября 2020 г.) имелось 5,25 ставки должности врача анестезиолога-реаниматолога, физических лиц – 2, соответственно, свободных вакансий – 3,25.
Таким образом, после расторжения первоначального трудового договора, ФИО1 территорию Тульской области не покинул, продолжил работу по специальности в учреждении, подчиненном министерству здравоохранения Тульской области, в той же должности и выполняя те же трудовые функции, следовательно, осуществлял свои права и обязанности по ранее заключенному договору, где состав лиц, заключивших его, не изменился.
Исходя из изложенного, из пятилетнего контракта (1826 дней) ФИО1 не отработал 231 день.
В соответствии с положениями статьи 250 Трудового кодекса Российской Федерации орган по рассмотрению трудовых споров может с учетом степени и формы вины, материального положения работника и других обстоятельств снизить размер ущерба, подлежащий взысканию с работника. Снижение размера ущерба, подлежащего взысканию с работника, не производится, если ущерб причинен преступлением, совершенным в корыстных целях.
Ответчиком ФИО1 в материалы дела представлены доказательства, свидетельствующие о наличии у него несовершеннолетнего ребенка, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в отношении которого он уплачивает алименты в размере № части заработка; регистрации в ДД.ММ.ГГГГ г. брака, а также наличия престарелых родителей ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ года рождения.
Также ФИО1 представлены удостоверение о повышении квалификации от 2 декабря 2021 г. № №, согласно которому в период с 25 ноября 2021г. по 2 декабря 2021 г. он прошел обучение в Федеральном государственном бюджетном учреждении <данные изъяты>» по программе «<данные изъяты>», а также грамота «<данные изъяты> выданная 20 июня 2009 г. начальником Военного университета.
Проанализировав вышеизложенное, суд приходит к выводу об обоснованности исковых требований о взыскании стоимости обучения, однако, принимая во внимание конкретные обстоятельства, установленные по делу, с учетом степени и формы вины, материального положения ФИО1, наличия у него несовершеннолетнего ребенка и престарелых родителей, регистрации в ДД.ММ.ГГГГ г. брака, а также других обстоятельств, связанных с личностью ответчика и его профессиональной деятельностью, полагает возможным снизить заявленный министерством размер данного обучения в сумме 818791,73 рубль до 100000 рублей.
Кроме того, из материалов дела следует, что 6 декабря 2017 г. между ФИО1 и министерством здравоохранения Тульской области заключен договор № № о предоставлении социальной выплаты, согласно которому министерство здравоохранения Тульской области предоставило работнику государственного учреждения здравоохранения «<данные изъяты>» ФИО1 социальную выплату в размере 920000 рублей с учетом налога на доходы физических лиц; ФИО1 обязался работать в течение пяти лет со дня заключения трудового договора с учреждением по основному месту работы на полную ставку на условиях нормальной продолжительности рабочего времени, установленной для данной категории работников.
Указанная социальная выплата, размер которой после уплаты налога на доходы физических лиц составил 800400 рублей, перечислена истцом ответчику 15 декабря 2017г., что подтверждается платежным поручением от 15 декабря 2017г. № №
В соответствии с пунктом 2.3.4 договора № 920/66 ответчик обязан в случае прекращения трудового договора с учреждением до истечения пятилетнего срока возвратить министерству часть единовременной компенсационной выплаты, рассчитанной от даты прекращения трудового договора, пропорционально неотработанного медицинским работником периоду.
Согласно принятому 27 ноября 2013 г. постановлению Правительства Российской Федерации № 1076 «О порядке заключения и расторжения договора о целевом приеме и договора о целевом обучении», утвержденной им типовой форме договора о целевом обучении, гражданин обязуется освоить образовательную программу, заключить трудовой договор с организацией, а последняя обязуется предоставить гражданину меры социальной поддержки. Гражданин обязан возместить организации расходы, связанные с предоставлением ему мер социальной поддержки, а также выплатить штраф в двукратном размере данных расходов в случае неисполнения обязательств по трудоустройству.
Как указывалось выше, первоначальный трудовой договор расторгнут ФИО1 с 19 октября 2020 г., следовательно, по расчету министерства, с учетом предоставления отпуска без сохранения заработной платы в периоды с 18 апреля 2020 г. по 30 июня 2020 г., с 1 июля 2020 г. по 31 июля 2020 г., с 1 августа 2020 г. по 23 августа 2020 г., ответчик из пятилетнего контракта не отработал 809 дней.
В соответствии с представленным истцом расчету, сумма, подлежащая взысканию с ФИО1 в связи с нарушением пункта 2.3.4 договора от 6 декабря 2017 г. №№ составила 407601,31 рубль: 920000 рублей / 1826 (количество подлежащих отработке дней) х 809 (количество неотработанных дней).
Вместе с тем, проверив данный расчет, суд находит его неверным, рассчитанным без учета работы ФИО1 с 23 октября 2020 г. по 19 мая 2022 г. в государственном учреждении здравоохранения «<данные изъяты>» в должности врача анестезиолога-реаниматолога.
Таким образом, сумма, подлежащая взысканию с ФИО1 в связи с нарушением пункта 2.3.4 договора от 6 декабря 2017 г. № № составляет 116385,54 рублей, исходя из следующего расчета: 920000 рублей / 1826 (общее количество дней пятилетнего контракта) х 231 (количество не отработанных ответчиком дней, с учетом предоставления отпуска без сохранения заработной платы в периоды с 18 апреля 2020 г. по 30 июня 2020 г., с 1 июля 2020 г. по 31 июля 2020 г., с 1 августа 2020 г. по 23 августа 2020 г.).
Исходя из изложенного, ответчик обязан выплатить истцу часть единовременной компенсационной выплаты в размере 116385,54 рублей.
Оснований для дополнительного снижения размера данных денежных средств, в том числе его уменьшения с учетом налога на доходы физических лиц, суд не усматривает.
Рассматривая требования истца о взыскании с ответчика процентов, предусмотренных статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, в размере 23563,81 рубля, связанных с невозвращением денежных средств по договору от 6 декабря 2017 г. № № суд приходит к следующему.
В силу пункта 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 37 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», проценты, предусмотренные пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежат оплате независимо от снования возникновения обязательств (договора, других сделок, причинения вреда, неосновательного обогащения или иных оснований, указанных в Гражданском кодексе Российской Федерации).
Применение положений статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в конкретных спорах зависит от того, являются ли спорные имущественные правоотношения гражданско-правовыми, а нарушенное обязательство – денежным, а если не являются, то имеется ли указание законодателя о возможности их применения к спорным правоотношениям (пункт 3 мотивировочной части определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 апреля 2001 г. № 99-О).
Из изложенного следует, что положения статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривают ответственность за нарушение денежного обязательства гражданско-правового характера и определяют последствия неисполнения или просрочки исполнения денежного обязательства, в силу которого на должника возлагается обязанность оплатить деньги, вернуть долг.
Поскольку отношения, связанные с исполнением обязательств как по договору о прохождении обучения, так и заключенного в связи с ним договора о предоставлении социальной выплаты, содержащих условие об исполнении лицом, претендующим на осуществление трудовой функции у данного работодателя, обязательства по отработке у работодателя в течение определенного времени регулируются, в том числе, положениями Трудового кодекса Российской Федерации о возмещении затрат, связанных с обучением работника, и не относятся к денежным обязательствам по смыслу, придаваемому этим обязательствам нормами статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, взыскание с ФИО1 процентов за пользование чужими денежными средствами (сумма, затраченная на социальную выплату, обусловленную обязанностью работника работать в течение пяти лет со дня заключения трудового договора с учреждением по основному месту работы) на основании статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации не может быть признано законным.
При таких обстоятельствах исковые требования о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами удовлетворению не подлежат.
В соответствии со статьей 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.
Таким образом, с ФИО1 в доход муниципального образования город Тула подлежит взысканию государственная пошлина в размере 5 360 рублей, рассчитанная на основании положений статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации.
Рассмотрев дело в пределах заявленных исковых требований, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
исковые требования министерства здравоохранения Тульской области к ФИО1 о взыскании денежных средств в возмещение затрат, связанных с обучением в образовательном учреждении, взыскании части единовременно компенсационной выплаты, процентов за пользование чужими денежными средствами удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца гор. <адрес>, в пользу министерства здравоохранения Тульской области,
- денежные средства в возмещение затрат, связанных с обучением в образовательном учреждении, в размере 100 000 (сто тысяч) рублей;
- часть единовременной компенсационной выплаты по договору о предоставлении социальной выплаты от 6 декабря 2017 г. № 920/66 в размере 116 385 (сто шестнадцать тысяч триста восемьдесят пять) рублей 54 копейки.
В удовлетворении исковых требований министерства здравоохранения Тульской области к ФИО1 в оставшейся части отказать.
Взыскать с ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца гор. <адрес>, в доход муниципального образования город Тула государственную пошлину в размере 5 360 (пять тысяч триста шестьдесят) рублей.
Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Тульского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Советский районный суд г.Тулы в течение одного месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.
В окончательной форме решение суда принято 8 июля 2022 г.
Председательствующий