Решение по делу № 2-355/2025 от 12.02.2025 - о взыскании неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами, судебных расходов.

Дело № 2-355/2025

Мотивированное решение изготовлено 12.02.2025

УИД 89RS0004-01-2024-006126-73

Решение

Именем Российской Федерации

12.02.2025 Новоуренгойский городской суд Ямало-Ненецкого автономного округа в составе председательствующего судьи Зыряновой Ж.Л.,

при секретаре Зубковой Ж.А.,

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, представителя ответчика ФИО3, представителя третьего лица ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО5 о взыскании неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами, судебных расходов

установил:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО5 о взыскании неосновательного обогащения в размере 50 000 рублей, процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 11 179 рублей 36 копеек, судебных расходов в сумме 34 000 рублей. В обоснование иска указал, что в 2009 году приобрел гаражную ячейку № <номер> в ГК «Василек». Ответчик ФИО5 является собственником гаражей № № <номер> и <номер>. Примерно в декабре 2021 года ФИО5 продемонстрировал ФИО1, что он провел в свои гаражные ячейки газ, перекинув пластиковую трубу по воздуху от соседнего ГК «Северянин». Стороны в устной форме договорились о том, что ФИО5 аналогичным способом проведет газ истцу. Исполняя указанную договоренность и с целью проведения газа в гаражную ячейку, принадлежащую истцу на праве собственности, ФИО1 передал ответчику денежные средства в размере 50 000 рублей. Передача денежных средств какими-либо документами не оформлялась. До настоящего времени гаражная ячейка истца не газифицирована. В марте 2023 года, истец устно обратился к ответчику с просьбой вернуть денежные средства либо провести газ к гаражу истца, от чего ФИО5 отказался, сообщив, что потратил денежные средства по своему усмотрению. По указанному факту истец дважды обращался в правоохранительные органы, однако в возбуждении уголовного дела отказано, в связи с отсутствием в действиях ФИО5 состава преступления, наличием гражданско-правовых отношений. В рамках обращения истца в правоохранительные органы ФИО5 даны пояснения, в которых он подтвердил факт передачи ему истцом денежных средств для газификации принадлежащего истцу гаража. В отсутствие правовых оснований передачи ответчику денежных средств в размере 50 000 рублей, на его стороне возникло неосновательное обогащение. Размер процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 22.03.2023 по 01.11.2024 составляет 11 179 рублей 36 копеек. С целью обращения в суд истец обратился за юридической помощью, оплатив 30 000 рублей адвокату, а также понес расходы по уплате государственной пошлины в размере 4000 рублей.

Определением суда от 18.12.2024, занесенным в протокол судебного заседания, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных исковых требований, привлечен ГК «Василек».

В судебном заседании истец ФИО1, его представитель ФИО2, на удовлетворении исковых требований настаивали по изложенным в иске основаниям. Отвечая на вопросы председательствующего, истец пояснил, что действительно, в органах полиции им давались верные показания, спорные денежные средства переданы ФИО5 не в декабре 2021 года, как указано в тексте искового заявления, а в мае 2019, либо 2020 года. Передача денежных средств происходила наличными, пятитысячными купюрами. Провести газ способом, который истец при даче пояснений в ходе судебного заседания полагал незаконным, а именно путем перекидывания пластиковой трубы по воздуху от соседнего ГК «Северянин» ФИО5 пообещал быстро, примерно за неделю, но максимум до конца того же года. До настоящего времени гараж истца не газифицирован. Впервые ФИО1 обратился к ответчику с письменной претензией 29.10.2024, однако, ранее обращался в устной форме. В полицию обратился первый раз в марте 2024, а затем в мае того же года, с аналогичными заявлениями.

Представитель истца ФИО2 настаивала на том, что определение предмета иска как неосновательного обогащения является правильным, срок исковой давности полагала не пропущенным, в связи с чем, ходатайств о восстановлении срока сторона истца не заявляла.

В судебное заседание ответчик ФИО5 при надлежащем извещении не явился, его представитель ФИО3 исковые требования не признала в полном объеме, заявив о применении судом срока исковой давности. На вопросы председательствующего пояснила, что ее доверитель не оспаривает факт передачи ему истцом в мае 2019, либо 2020 года денежных средств на газификацию, однако не в сумме 50 000 рублей, а в сумме 42 000 рублей. Указала, что, действительно члены ГК «Василек» нуждаются в организации газоснабжения, в связи с чем, инициативной группой граждан из 10 человек, в том числе ФИО1, было принято решение исследовать возможность газоснабжения кооператива. Поскольку ГК «Василек» занимает огромную территорию, включает около 500 гаражей, для выяснения самой возможности проведения газификации необходимо проведение топографической съемки. ФИО5 действительно планировал газифицировать территорию кооператива, однако не собирался совершать нелегитимных действий, о которых бездоказательно говорит истец. Подтверждением факта принятия денежных средств в размере 42 000 рублей по устной договоренности сторон о газификации является составленный кооперативом реестр лиц, сдававших денежные средства для газификации, представленный в материалы дела. 06.09.2021 ГК «Василек» заключен договор № 01/1/21ос на выполнение топографической съемки с <данные изъяты> В.Н. За выполнение топосъемки уплачено 130 000 рублей, то есть, по 13 000 рублей с каждого из 10 собственников гаражей. Оставшиеся денежные средства в размере 29 000 рублей внесены в кассу кооператива 25.05.2024, о чем суду представлена квитанция к приходному кассовому ордеру в оригинале. В более ранний срок денежные средства не были оприходованы в связи с процедурой банкротства предыдущего гаражного кооператива, с целью избежания списания денежных средств инициативной группы во исполнение требований кредиторов.

В судебном заседании представитель третьего лица ГК «Василек» ФИО4 исковые требования полагала необоснованными, пояснив, что сданные членами гаражного кооператива денежные средства на газификацию гаражей были переданы в кассу вновь образованного ГК «Василек», данные денежные средства используются по целевому назначению.

Заслушав лиц, участвующих в деле, суд приходит к выводу о том, что исковые требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. В соответствии с частью 2 данной статьи суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Основными задачами гражданского судопроизводства, сформулированными в статье 2 ГПК РФ, являются правильное и своевременное рассмотрение и разрешение гражданских дел в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, организаций, прав и интересов Российской Федерации, муниципальных образований, других лиц, являющихся субъектами гражданских, трудовых или иных правоотношений.

Гражданское процессуальное законодательство устанавливает, что в исковом заявлении должно быть указано требование истца к ответчику и обстоятельства, на которых истец основывает свое требование (статьи 131, 151 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). В связи с этим предметом иска является то конкретное материально-правовое требование, которое истец предъявляет к ответчику и относительно которого суд должен вынести решение по делу. Основанием же иска являются фактические обстоятельства, с которыми истец связывает свое материально-правовое требование к ответчику.

Согласно части 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям. При этом, суд может выйти за пределы заявленных требований только в случаях, предусмотренных федеральным законом (часть 3).

В пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении» обращено внимание судов на то, что заявленные требования рассматриваются и разрешаются по основаниям, указанным истцом, а также по обстоятельствам, вынесенным судом на обсуждение в соответствии с частью 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Пунктом 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.06.2008 № 11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству» предусмотрено, что при определении закона и иного нормативного правового акта, которым следует руководствоваться при разрешении дела, и установлении правоотношений сторон следует иметь в виду, что они должны определяться исходя из совокупности данных: предмета и основания иска, возражений ответчика относительно иска, иных обстоятельств, имеющих юридическое значение для правильного разрешения дела.

Таким образом, суд обязан разрешить дело по тому иску, который предъявлен, исходя из его предмета и основания, возражений ответчика относительно иска. При этом, суд не наделен правом по собственной инициативе изменить предмет заявленных требований. Иное означало бы нарушение важнейшего принципа гражданского процесса - принципа диспозитивности.

Юридическая квалификация судом правоотношений сторон возможна лишь в пределах того основания иска, которое указано истцом исходя из тех фактических обстоятельств, на которых истец основывает свои требования и против которых соответственно приводит свои возражения ответчик в состязательном процессе. Указанная правовая позиция выражена в том числе, в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2022 № 13-КГ22-5-К2, Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 № 41-КГ22-30-К4, Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 05.04.2022 № 78-КГ22-10-К3 и иным.

В определении от 21.05.2015 № 1119-О Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что в силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности только истец определяет, защищать ему или нет свое нарушенное или оспариваемое право, какое исковое требование и в связи с чем, предъявлять в суд, к кому предъявлять иск и в каком объеме требовать от суда. Соответственно, суд обязан разрешить дело по тому иску, который предъявлен истцом.

Такое нормативное регулирование вытекает из конституционного значимого принципа диспозитивности, который, в частности, означает, что процессуальные отношения в гражданском судопроизводстве возникают, изменяются и прекращаются по инициативе непосредственных участников спорного материального правоотношения, имеющих возможность с помощью суда распоряжаться своими процессуальными правами, а также спорным материальным правом (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 05.02.2007 № 2-П и от 26.05.2011 № 10-П).

Из приведенных выше норм процессуального права, разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, позиции Конституционного суда Российской Федерации по их применению следует, что право определения предмета и основания иска принадлежит только истцу, суд таким правом не обладает, в связи с чем, исходя из заявленных требований все иные формулировки и иное толкование данного требования судом, а не истцом означают выход за пределы заявленного истцом к ответчику требования.

Таким образом, рассмотрение дела в пределах заявленных требований означает присуждение истцу не более того, о чем он указал в предмете заявленного иска, и по тем основаниям (фактическим обстоятельствам), которые приведены истцом в обоснование иска, а также по обстоятельствам, вынесенным судом на обсуждение в соответствии с требованиями части 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Из материалов дела следует, что истец ФИО1 является собственником гаража № <номер> площадью 74,4 кв.м., с кадастровым номером <номер>, расположенным по адресу: <адрес>

Ответчик ФИО5 является собственником гаражных ячеек № <номер> и № <номер> по указанному адресу в ГК «Василек».

Из пояснений сторон, данных, как в ходе судебного разбирательства, так и в ходе расследования материалов КУСП № 6469 от 22.03.2024 и КУСП № 10749 от 16.05.2024 следует, что в мае 2019, либо 2020 года ФИО1 и ФИО5 достигли устного соглашения о газификации гаражной ячейки, принадлежащей ФИО1 Письменный договор составлен не был, однако, предмет, объект и субъектный состав договора однозначно определены, по вопросам оплаты также была достигнута договоренность, исполнитель к исполнению договора приступил.

В соответствии со ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной.

Сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности (пункт 3 статьи 1).

Пленум Верховного Суда РФ в своем постановлении от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» разъяснил, что несоблюдение требований к форме договора при достижении сторонами соглашения по всем существенным условиям (пункт 1 статьи 432 ГК РФ) не свидетельствует о том, что договор не был заключен. В этом случае последствия несоблюдения формы договора определяются в соответствии со специальными правилами о последствиях несоблюдения формы отдельных видов договоров, а при их отсутствии - общими правилами о последствиях несоблюдения формы договора и формы сделки (статья 162, пункт 3 статьи 163, статья 165 ГК РФ). При этом, если сторона приняла от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердила действие договора, она не вправе недобросовестно ссылаться на то, что договор является незаключенным (п. 3 ст. 432 ГК РФ). Например, если работы выполнены до согласования всех существенных условий договора подряда, но впоследствии сданы подрядчиком и приняты заказчиком, то к отношениям сторон подлежат применению правила о подряде и между ними возникают соответствующие обязательства (пункты 3, 6 постановления).

Согласно п. 1 ст. 779 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Принимая во внимание, что в данном случае стороны фактически приступили к исполнению договора (истец внес оплату, а ответчик произвел изыскательские работы, направленные на выяснение возможности газификации), суд приходит к выводу, что отсутствие письменного договора, согласованного сторонами, не влияет на характер их фактических правоотношений, поскольку стороны своими конклюдентными действиями подтвердили согласование существенных условий в части предмета выполнения работы и предварительной оплаты этой работы.

Таким образом, отсутствие письменного соглашения не может являться основанием для признания договорных отношений отсутствующими, как на то указывает истец.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

На основании ст. 1107 ГК РФ лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения. На сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (статья 395) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 7 Обзора судебной практики № 2 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17 июля 2019 года, по делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату.

По смыслу пункта 4 статьи 1109 ГК РФ неосновательное обогащение не подлежит возврату, если воля лица, передавшего денежные средства или иное имущество, была направлена на передачу денег или имущества в отсутствие обязательств, то есть безвозмездно и без какого-либо встречного предоставления в дар, либо в целях благотворительности. При предъявлении иска о возврате неосновательного обогащения бремя доказывания наличия обстоятельств, в силу которых неосновательное обогащение не подлежит возврату, либо того, что денежные средства или иное имущество получены правомерно и неосновательным обогащением не являются, возложено на приобретателя.

Доводы истца, о том, что оплаченные им ответчику денежные средства являются неосновательным обогащением, поскольку сторонами не соблюдена письменная форма договора, основаны на неправильном толковании норм, подлежащих применению к обязательствам вследствие неосновательного обогащения, поскольку механизм взыскания неосновательного обогащения не может быть применен к обязательствам, возникающим из договоров, при ненадлежащем исполнении которых способом защиты права является предъявление требований, вытекающих из согласованных сторонами обязательств, однако таких требований истцом не заявлено.

При наличии доказательств выполнения ответчиком определенного объема работ (оказания услуг), не имеется оснований для взыскания уплаченных ФИО1 денежных средств ни в полном объеме, ни в части. При этом, способ выполнения работ, в отличие от их результата, существенным условием договора подряда (оказания услуг) не является. Следовательно, в рамках заявленных предмета и основания не имеют правового значения доводы истца о том, что ответчик планировал исполнение обязательства нелегитимным способом. Более того, учитывая, что истец непосредственно после достижения договоренности внес предварительную оплату, очевидно, что такой способ исполнения обязательства его полностью устраивал. В то же время, ответчик осуществляет исполнение договорных обязательств в рамках действующего законодательства и в соответствии с нормативными требованиями к проведению газификации.

Кроме того, ответчик заявил ходатайство о применении судом срока исковой давности к заявленным требованиям.

Как установлено статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации, исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 1 статьи 196 этого же кодекса).

Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 названного кодекса).

В абзаце втором пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Поскольку истцом заявлено требование о взыскании неосновательного обогащения, то срок исковой давности подлежит исчислению с даты передачи денежных средств.

Принимая во внимание пояснения истца, данные как при его обращении в правоохранительные органы, так и в ходе настоящего судебного разбирательства, согласно которым в мае 2019, либо 2020 года он передал ФИО5 денежные средства для проведения газа, суд приходит к выводу, что обращаясь с настоящими исковыми требованиями в суд 05.11.2024, то есть, спустя 4,5 – 5,5 лет с даты передачи денежных средств, приходит к выводу, что срок исковой давности пропущен, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований. Обязанность доказывания наличия уважительных причин пропуска срока исковой давности возлагается на сторону, ходатайствующую о восстановлении такового. При этом, ходатайств о восстановлении пропущенного срока исковой давности стороной истца не заявлено. Более того, с целью выяснения возможного наличия причин для восстановления пропущенного срока, как судом, так и представителем ГК «Василек» стороне истца неоднократно предлагалось сообщить о наличии препятствий для обращения в суд в более ранний срок, однако представитель истца отказалась отвечать на данный вопрос, тем самым, вопреки требованиям ст. 56 ГПК РФ, уклонившись от доказывания обстоятельства, бремя доказывания которого возложено именно на истца.

С учетом вышеизложенного, основания для удовлетворения исковых требований о взыскании неосновательного обогащения отсутствуют.

Поскольку в удовлетворении основных требований истца отказано, не могут быть удовлетворены в соответствии со ст. ст. 151, 1099, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации и акцессорные требования ФИО1 о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами и судебных расходов.

С учетом вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ суд

Решил:

Исковые требования ФИО1 к ФИО5 о взыскании неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами, судебных расходов оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Суд Ямало-Ненецкого автономного округа в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Новоуренгойский городской суд ЯНАО.

Судья Зырянова Ж.Л.