Решение по делу № 2-1319/2023 от 11.12.2023 - о защите прав потребителей, расторжении договора на оказание платных стоматологических услуг, взыскании денежных средств, неустойки, компенсации морального вреда, штрафа, судебных расходов.

Дело 2-1319/2023

УИД 59RS0001-01-2023-000495-11

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Пермь 11 декабря 2023 года

Дзержинский районный суд г. Перми в составе:

председательствующего Даниловой Ю.И.,

при помощнике судьи Дубровиной Е.О.,

с участием помощника прокурора Дзержинского района г. Перми Стерховой А.С.,

истца ФИО1

представителя истца – адвоката ФИО2,

представителей ответчика ФИО5,

представителя третьего лица Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Адрес «Краевая клиническая стоматологическая поликлиника» - ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Марита» о защите прав потребителей, расторжении договора на оказание платных стоматологических услуг, взыскании денежных средств, неустойки, компенсации морального вреда, штрафа, судебных расходов,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ООО «Марита», просит расторгнуть договор б/н от 14.12.2020 на оказание платных стоматологических услуг, взыскать с ответчика расходы на установку имплантатов и протеза в размере 138 600 рублей, компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей, неустойку за нарушение сроков удовлетворения требований в размере 178 794 рублей за период с Дата по Дата, с последующим начислением неустойки по день фактического исполнения обязательства, расходы, связанные с оказанием юридических услуг в размере 100 000 рублей, штраф, предусмотренный Законом о защите прав потребителей.

В обоснование иска указано, что Дата истец обратилась к ответчику для решения проблемы отсутствия зубов нижней челюсти, восстановления зубного ряда при помощи дентальной имплантации с последующим протезированием. Дата был заключен договор (фактически подписан Дата), согласно которому ответчик принял на себя обязательства по оказанию платных стоматологических услуг по установке дентальных имплантатов с последующим изготовлением и установкой .... Дата подписано приложение к дополнительному соглашению №. Все взятые на себя обязательства по договору истцом исполнены в полном объеме, в частности Дата оплачены денежные средства в размере 57 960 рублей, 21.12.2020 в размере 320 рублей, 28.12.2020 – 4 000 рублей, 18.03.2021 – 7 000 рублей, Дата – 42 000 рублей, Дата – 18 320 рублей, Дата – 9 000 рублей, всего оплачено 138 600 рублей.

На первичной консультации истцом были предоставлены результаты томографического исследования челюстей, после ознакомления с которыми ФИО7 и ФИО9 сообщили, что возможно установить 4 имплантата с последующей установкой на них несъемного балочного протеза. Для того чтобы провести данную процедуру необходимо было удалить три передних зуба 44, 41 и 34, а также часть костной ткани, на которой они располагались, чтобы выровнять поверхность. Альтернативных методов лечения и дополнительных исследований не предлагалось. Истец, полагая, что данный вариант является единственным, с предложенным лечением согласилась. Информация была доведена устно, в письменном виде с планом лечения не знакомили, полагает, что план отсутствовал. В нарушение условий п. 2.1 договора от 14.12.2020 врачи о возможных осложнениях в процессе лечения, а также о прогнозе лечения не информировали.

Дата хирургом ФИО9 в присутствии ФИО7 была проведена операция по установке имплантатов, во время которой и после которой о каких-либо осложнений не сообщалось. При этом было установлено 3 имплантата, вместо 4, как планировалось, что было обнаружено истцом самостоятельно через несколько дней после операции. Данное обстоятельство огорчило истца, ФИО1 начала нервничать, поскольку поняла, что произошли отклонения от озвученного на первой консультации плана, которые могут повлиять на конечный результат. При снятии швов после операции ФИО7 на вопрос истца ответил, что ничего страшного нет, все сделают на трех имплантатах, четвертый не поместился, деньги взяли только за три.

В результате найденной в Интернете информации истец узнал, что разработан и запатентован метод ....

Истец полагает, что в результате неверно рассчитанного распределения имплантатов и недостаточного их количества установить ..., который обещали, не представилось возможным, в лаборатории отказались от его изготовления, так как при существующем положении имплантатов установить балку невозможно, в связи с чем истец согласился на съемный протез на абатментах.

После проведенной Дата работы изготовленный протез держался нормально, но не продолжительное время. Так в мае 2021 истец трижды (4, 5 и 21) обращался в клинику для коррекции ортопедической конструкции, ввиду некомфортных ощущений, конструкция натирала, сдавливала.

Дата истец вновь обратился в клинику, на приеме сообщил, что ... ФИО7 пришел к выводу, что абатменты необходимо менять ввиду .... За работу было предложено оплатить 13 100 рублей, от чего истец отказался, поскольку результат достигнут не был.

Дата истец обратился к ответчику с претензией о возврате денежных средств за ненадлежаще оказанные услуги по протезированию, включая стоимость материалов и работ за имплантацию в размере 130 860 рублей. Согласно ответу на претензию от Дата ответчик готов выплатить 63 760 рублей при условии возврата съемного протеза и подписания отказа от каких-либо претензий, в возврате 70 840 рублей (59 960 рублей – установка имплантатов, 320 рублей – профилактический осмотр хирурга, 12 560 рублей – установка формирователей десны) было отказано, так как замечаний по установке имплантатов в претензии не предъявлено. За проведение коррекции временного протеза в размере 4 000 рублей отказано по причине изготовления части протеза в другой клинике. От частичной выплаты истец отказался, поскольку не согласен с разделением денежных средств, полагает, что имплантаты устанавливаются для того, чтобы в последующем на них фиксировать протез. Конструкция является целостной. Возникшие проблемы вызваны первоначально неверно проведенной хирургической операцией по установке имплантатов, в ходе которой неправильно рассчитали место их расположения, что привело к установке не четырех запланированных, а лишь трех имплантатов.

Кроме того, истец обращает внимание, что дополнительное соглашение от Дата к договору не могло быть подписано Дата, поскольку после проведенной в этот день операции истец ФИО1 не могла что-либо изучать и подписывать. В данном соглашении нет никакой важной информации, его пункты дублируют договор от Дата, за исключением п. 4, в котором указано, что о методах лечения и возможных осложнениях пациент уведомлен. С момента обращения в клинику истец неоднократно просил ознакомить с планом лечения, однако до настоящего времени такой документ отсутствует, как и акт выполненных работ. Первоначальный вариант приложения № от Дата содержал сведения о том, что был установлен несъемный балочный протез, после замечания истца документ был переделан, указано на установку съемного протеза на шаровидных абатментах.

Принимая во внимание, что требования претензии в установленный законом срок удовлетворены не были, истец просит взыскать с ответчика неустойку в соответствии с п. 5 ст. 28, п. 3 ст. 31 Закона о защите прав потребителей за период с Дата по Дата в размере 178 794 рублей, с ее последующим начислением по дату фактического исполнения обязательства по возврату денежных средств.

Длительная, болезненная, дискомфортная и дорогостоящая процедура не привела к ожидаемому результату. На протяжении длительного времени ФИО1 не может нормально принимать и пережевывать пищу, нормально общаться с людьми. Ввиду изменения прикуса нижнюю челюсть приходится держать «на весу», протез свободно двигается, не держится. Челюсть оказалась расположенной ниже, чем располагались родные зубы. За ...), коррекция результатов не дала. Протез не смог заменить удаленные зубы. Качество проведенной манипуляции не соответствует тому, что было обещано до проведения процедуры. Имплантаты установлены близко друг от друга, что помешало установить протез на балке. Указанное влияет на качество жизни, ...

ФИО1 полагает, что оказанные стоматологические услуги проведены некачественно, причинили вред здоровью в связи с чем обратилась в суд с настоящим иском.

Поскольку истец не обладает достаточным уровнем юридических знаний, он обратился к адвокату, было заключено соглашение на оказание юридических услуг № от Дата, вознаграждение адвоката составило 100 000 рублей. Указанную сумму расходов также просит взыскать с ответчика.

Истец ФИО1, ее представитель адвокат ФИО2 доводы искового заявления поддержали, с учетом проведенной в ходе судебного разбирательства судебно-медицинской экспертизы настаивали на удовлетворении иска, представив дополнительные письменные пояснения, приобщенные в материалы дела.

Представитель ответчика иск не признал, полагал оснований для удовлетворения требований не имеется.

Представитель третьего лица Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Пермского края «Краевая клиническая стоматологическая поликлиника» оснований для удовлетворения заявленных требований не усмотрел.

Иные лица в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены, ходатайств об отложении судебного заседания не представили.

С учетом положений ст. 167 ГПК РФ суд полагает возможным рассмотреть гражданское дело при имеющейся явке.

Исследовав письменные материалы дела, заслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора о наличии оснований для взыскания компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В силу ст. 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги. Правила данной главы применяются к договорам оказания, в том числе медицинских услуг.

В пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» указано, что к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей.

Положениями статьи 14 Закона РФ от 07.02.1992 № 2300-1«О защите прав потребителей» (далее – Закон о защите прав потребителей) предусмотрено, что вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потребителя вследствие недостатков товара, услуги подлежит возмещению в полном объеме исполнителем. Исполнитель освобождается от ответственности, если докажет, что вред причинен вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил использования, хранения или транспортировки товара (работы, услуги).

Согласно подпункту 9 пункта 5 статьи 19 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах здоровья граждан в Российской Федерации» пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Статьями 79, 98 указанного Федерального закона установлена обязанность медицинской организации осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательством и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе с актами, устанавливающими порядок оказания медицинской помощи, и на основе стандартов медицинской помощи. Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Материалами дела установлено, что Дата между истцом и ответчиком заключен договор об оказании стоматологических услуг, по которому с учетом дополнительного соглашения № от Дата, ответчик принял на себя обязательство по оказанию лечения заказчика с использованием дентальных имплантатов, а заказчик обязуется оплатить проведенное лечение и соблюдать требования исполнителя, касающиеся как процедуры лечения, так и последующих профилактических мероприятий.

Дата между сторонами подписано приложением к дополнительному соглашению, в соответствии с которым ФИО1 подписано информированное добровольное согласие на оказание медицинских услуг: ортопедическое лечение частично/полного отсутствия зубов посредством изготовления конструкций с опорой на дентальные импланты. Указано о том, что пациент выбирает полный съемный пластиночный протез с опорой на трех шаровидных абатментах.

В период времени с декабря 2020 по май 2021 истцу оказывались медицинские услуги, выполнена установка трех имплантатов, протезирование зубов полными съемными пластиночными протезами с опорой на имплантаты на трех шаровидных абатментах.

Услуги истцом оплачены в полном объеме, в размере 138 600 рублей, что подтверждается представленными в дело счет-квитанциями и кассовыми чеками, стороной ответчика не оспаривалось.

Из доводов искового заявления, пояснений истца и его представителя следует, что оказанные услуги ФИО1 считает оказанными некачественно, результаты лечения не достигнуты, установленный протез не держится должным образом, обращает внимание, что выполненные манипуляции не соответствуют плану лечения, озвученному при первом посещении, в письменном виде с планом лечения не ознакомлена.

ФИО1 обратилась с претензией от Дата, в которой просила о расторжении договора, возмещении затрат на установку имплантов и протеза на сумму 138 600 рублей.

В ответ на претензию (входящий от 30.12.2022) ответчик в письме от 10.01.2023 указал, что оснований для возврата денежных средств в размере 70 840 рублей не имеется, поскольку данные работы связаны с операцией по установке трех дентальных имплантов в области зубов 44, 41, 34 (57 960 рублей), послеоперационным профилактическим осмотром врача хирургу (320 рублей), установкой трех формирователей десны на импланты в области 44, 41, 34 (12 560 рублей), которые выполнены качественно, замечаний по указанным работам не предъявлено. Кроме того, не имеется оснований для возврата 4 000 рублей, оплаченных за коррекцию съемного протеза, изготовленного в другой клинике, претензий по качеству работы не выдвигалось. К возврату предложена сумма в размере 63 760 рублей за работы по протезированию полным съемным пластинчатым протезом с опорой на дентальные импланты на трех шаровидных абатментах (54 760 рублей) и работы по замене трех шаровидных абатментов на съемном пластинчатом протезе (9 000 рублей), с возвратом исполнителю съемного пластинчатого протеза.

Из протокола внепланового заседания врачебной комиссии ООО «Марита» от 20.01.2023, в повестке которого обозначена оценка качества и безопасности медицинской помощи, оказанной пациенту ФИО1, в целях осуществления внутреннего контроля качества и безопасности медицинской деятельности на основании жалобы пациента, следует, что комиссия пришла к выводу о своевременном (до начала лечения) предупреждении пациента врачом хирургом-стоматологом о сути операции, о рисках возникновения побочных эффектов и осложнений в процессе операции по установке имплантов и после завершения хирургического лечения, о чем имеется личная подпись. Пациент был ознакомлен с планом лечения, стоимостью лечения, сроками оказания услуг по протезированию условно-съемными протезами на имплантатах, о чем имеется личная подпись пациента. Нарушений качества и безопасности медицинской помощи, отступлений врачей от положений нормативно-правовых актов, клинических рекомендаций, регламентирующих порядок оказания стоматологической помощи не установлено. Причинно-следственная связь между проблемами с фиксацией условно-съемных протезов и качеством этих протезов отсутствует. Комиссией принято решение, что имплантаты установлены ФИО1 качественно, отторжений не произошло, имплантаты могут быть использованы для фиксации на них других протезов, руководствуясь соображениями гуманизма, комиссия решила пойти на встречу пациенту и предложить руководству ООО «Марита» частично удовлетворить требования, возместить стоимость условно-съемного пластинчатого протеза с опорой на трех аттачментах и стоимость работ по коррекции протеза; провести общее консультирование врачей ООО «Марита» с разъяснением порядка ведения медицинской документации в части оформления Информированного добровольного согласия на проведение медицинского вмешательства.

В целях определения наличия дефектов оказания медицинской помощи, правильности лечения, установления наличия или отсутствия причинно-следственной связи между оказанной медицинской помощью и ее результатами, по ходатайству стороны истца определением суда от Дата по настоящему гражданскому делу назначена комплексная судебно-медицинская экспертиза, в ходе которой эксперты пришли к следующим выводам.

Врачами ООО «Марита» дана верная оценка состояния нижней челюсти ФИО1, выбор метода стоматологического лечения частичного отсутствия зубов на нижней челюсти у ФИО1 с использованием съемного протезирования на имплантатах соответствует клинической ситуации. При этом эксперты отметили, что в представленных для проведения экспертизы документах отсутствует план стоматологического лечения на момент начала лечения, перед проведением дентальной имплантации Дата. Относительно возможности установления во фронтальную область нижней челюсти ФИО1 без использования шаблона, специальных материалов для наращивания кости и мультиюнитов четырех имплантатов, а не трех, эксперты однозначно ответить не смогли, указав, что при использовании хирургического шаблона у ФИО1 возможность установления протеза на четырех имплантах имелась. У ФИО1 на момента оказания медицинской помощи была достаточная межавеолярная высота для установки условно съемного протеза на дентальных имплантатах All-on-four с балочной системой фиксации на нижнюю челюсть, но требовалась коррекция протетической плоскости за счет хирургической подготовки к протезированию – удаление зуба 3.7, коррекция и восстановление целостности зубного ряда на верхней челюсти. Вместе с тем, зуб 3.7 удален не был, в медицинской карте информации о предложенной удалении и отказе пациента от удаления не задокументировано, при этом в зубной формуле, оформленной в виде таблицы в ООО «Марита» зуб 3.7 указан как отсутствующий. Лечение ФИО1 в ООО «Марита» осуществлялось без нарушений порядка оказания медицинской помощи «Протокол ведения больных частичное отсутствие зубов (частичная вторичная адентия)». При этом не использование шаблона при планируемой дентальной имплантации на четырех имплантатах является дефектом оказания медицинской помощи, так как исходя из сложности клинического случая и из описания операции дентальной имплантации, последняя проводилась без использования индивидуального хирургического шаблона, который, тем не менее, целесообразно использовать для точной реализации плана установки имплантатов при хирургической операции. На момент начала оказания стоматологических услуг ФИО1 не была ознакомлена с планом лечения, план подписан после окончания стоматологического ортопедического лечения в ООО «Марита», что является дефектом оформления первичной медицинской документации. При этом ФИО1 поставила подпись под предложенным планом лечения № с использованием трех имплантатов и балочной системы фиксации, что не было осуществлено в полном объеме при оказании стоматологических услуг – балка не была установлена. Несмотря на то, что оказании медицинской помощи были допущены дефекты, они не привели к ухудшению здоровья пациента. К моменту обращения в клинику у ФИО1 имелась частичная вторичная адентия на верхней и нижней челюсти, что явилось поводом для обращения за ортопедической помощью, в результате оказания медицинской помощи проблема не была решена. Однозначно говорить о том, что слабая фиксация протеза связана с тем, что при оказании медицинской помощи были допущены дефекты не правильно, поскольку к моменту проведения экспертизы прошло более двух лет после протезирования, за это время могло произойти естественное стирание поверхности абатментов, измениться состояние зафиксированной матрицы, не корректное наложение протеза нижней челюсти на ткани протезного ложа и шаровидные абатменты. Установить причинно-следственную связь между допущенными дефектами и слабой фиксацией протеза не представляется возможным. В настоящее время слабая фиксация протеза связана со следующим: неудовлетворительное состояние матрицы (подвижность в держателе), установленной в базис съемного протеза в проекции имплантата 3.4, абатменты на имплантатах в проекции 4.4, 4.1, 3.4 имеют механические повреждения на своей поверхности и не имеют выраженных ретенционных пунктов (шарообразная форма), обеспечивающих удовлетворительную фиксацию условно съемного протеза на нижнюю челюсть. Оба фактора могут быть связаны как с использованием протеза, так и с нарушениями при оказании стоматологических услуг. Окклюзионная ситуация после установки съемного протеза на верхнюю челюсть в ГБУЗ ПК «Пермская краевая клиническая стоматологическая поликлиника» не изменена, новая окклюзионная ситуация не возникла, протез, установленный на верхнюю челюсть не повлиял на фиксацию условно-съемного протеза, установленного ранее на нижнюю челюсть. Оснований для установления степени тяжести вреда здоровью в рассматриваемом случае не имеется, поскольку дефекты, допущенные при оказании медицинской помощи ФИО1 в ООО «Марита» не привели к ухудшению состояния ее здоровья, установить причинно-следственную связь между допущенными дефектами и слабой фиксацией протеза у ФИО1 не представляется возможным.

По поступившим в суд вопросам от стороны ответчика экспертами в письменном виде даны пояснения, из которых следует, что ФИО1 имела и имеет показания для удаления зуба 3.7 (вторичные деформация, воспалительные изменения в периапикальных тканях, резорбция костной ткани в области бифуркации корней – рентгенологическое обследование от Дата) для коррекции протетической плоскости, которая была нарушена у ФИО1 (до начала лечения в ООО «Марита) вследствие вторичных деформаций зубных рядов, требовался подготовительный хирургический этап, в том числе удаление зуба 3.1 по показаниям и восстановление целостности зубного ряда на верхней челюсти. На момент обращения в ООО «Марита» (Дата) ФИО1 отвечала модели пациента в соответствии с «Протоколом ведения больных частичное отсутствие зубов (частичная вторичная адентия)». Дентальная имплантация на четырех имплантатах в клинической ситуации ФИО1 не является единственно возможным методом лечения. Выводы экспертов, изложенные в пунктах 4 и 5, не противоречат друг другу и оба содержат данные о дефекте оказания медицинской помощи – неиспользование хирургического шаблона, но это не привело к ухудшению здоровья ФИО1

Оснований для вызова и допроса в судебном заседании экспертов суд не усмотрел, поскольку выводы заключения изложены полно, подробно, ясно, понятно, содержат ответы на все поставленные вопросы, до судебного заседания экспертами в письменном виде даны разъяснения по вопросам, представленным ответчиком, с которыми стороны до начала заседания ознакомлены, новых вопросов у ответчика не появилось, иные лица, участвующие в деле, вопросов к экспертам не имели, в связи с чем в целях соблюдения разумных сроков судопроизводства, в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания с целью вызова экспертов суд отказал.

Подготовленное на основании определения суда заключение судебной экспертизы составлено в рамках рассмотрения дела, эксперты, которым поручено производство экспертизы, имеют соответствующее образование, стаж работы, квалификация экспертов подтверждена, им были разъяснены обязанности и права, предусмотренные ст. 85 ГПК РФ, а также они были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Заключение соответствует предъявляемым для такого рода заключениям требованиям, содержит сведения об экспертах, в нем отражены методы проведения экспертизы, приведен список нормативной и методической литературы, содержатся ответы на поставленные в определении вопросы, выводы экспертов однозначны, сомнений в их правильности не имеется.

Ходатайств о назначении по делу повторной либо дополнительной экспертизы, сторонами не заявлено.

При таких обстоятельствах суд полагает возможным положить в основу решения, выполненное на основании определения суда заключение экспертов № (комплексной судебно-медицинской экспертизы).

Оценивая имеющиеся в деле доказательства с точки зрения их относимости, допустимости и в совокупности достаточности для разрешения заявленных требований, суд приходит к выводу, что оснований для удовлетворения заявленных исковых требований о взыскании о взыскании денежных средств, связанных с расходами на установку имплантатов и протезов в размере 138 600 рублей, неустойки за просрочку выплаты денежных средств, не имеется.

Заключением судебно-медицинской экспертизы дефектов оказания медицинской помощи в клинике ответчика при оказании медицинских услуг ФИО1, которые находятся в причинно-следственной связи со слабой фиксацией протеза, не установлено, к ухудшению состояния здоровья они не привели. Оценка состояния нижней челюсти врачами дана правильно, выбор метода стоматологического лечения частичного отсутствия зубов на нижней челюсти у ФИО1 с использованием съемного протезирования на имплантатах соответствует клинической ситуации, лечение осуществлялось без нарушения порядка оказания медицинской помощи «Протокол ведения больных частичное отсутствие зубов (частичная вторичная адентия)». То обстоятельство, что экспертами не была установлена точная причина не удовлетворительной фиксации условно съемного протеза на нижней челюсти, по мнению суда, определяющего значения не имеет. Как установлено в ходе рассмотрения дела конструкция на нижнюю челюсть в полном объеме установлена ФИО1 Дата, в мае этого же года проведена ее коррекция (4, 5 и 21 числа), после чего ФИО1 с какими-либо жалобами до апреля 2022 года по поводу конструкции, в том числе на слабую фиксацию, не обращалась, то есть пользовалась результатами оказанной услуги без нареканий. Как установлено экспертами причины, приведшие к слабой фиксации протеза, могут быть связаны как с использованием протеза, так и с нарушениями при оказании стоматологической услуги, при этом дефектов, которые бы могли однозначно свидетельствовать о наличии причинно-следственной связи между действиями ответчика и слабой фиксацией протеза, в ходе экспертизы не установлено.

С учетом установленных по делу обстоятельств, того, что результат ортопедического лечения был достигнут, о чем свидетельствует использование ФИО1 протеза в период с мая 2021 по апрель 2022, а также того, что на момент осмотра экспертами зафиксировано неудовлетворительное гигиеническое состояние, как дентальных имплантатов, так и внутренней поверхности протеза нижней челюсти (налет), суд приходит к выводу, что ослабление фиксации протеза произошло в ходе его использования, в связи с чем оснований для возврата денежных средств, взыскания неустойки с ответчика не имеется, поскольку доказательств, подтверждающих наличие причинно-следственной связи между действиями ответчика и плохой фиксацией протеза нижней челюсти, ухудшением состояния здоровья, описанным истцом в исковом заявлении, в материалах дела не имеется, в отсутствие виновных действий ответчика оснований для взыскания с него денежных средств за оказанные услуги и неустойки, суд не усматривает.

Субъективное мнение истца о некачественно оказанной услуге ответчиком не является надлежащим доказательством и не влечет удовлетворение исковых требований.

Таким образом, в отсутствие условий наступления ответственности: противоправное поведение причинителя вреда, причинно-следственная связь между действиями причинителя вреда и наступившими вредоносными последствиями, суд приходит к выводу, что оснований для взыскания с ответчика в пользу истца расходов, связанных с оплатой оказанных медицинских услуг, неустойки за просрочку выплаты денежных средств, а также расторжении договора не имеется, в удовлетворении данных требований следует отказать.

Поскольку суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении вышеуказанных исковых требований в связи с отсутствием необходимых условий наступления ответственности, иные доводы ответчика, судом не оцениваются.

Разрешая требование о взыскании компенсации морального вреда, суд исходит из следующего.

В силу ст. 15 Закона о защите прав потребителей моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Поскольку каких-либо нарушений порядка оказания медицинской помощи, дефектов оказанной медицинской помощи, которые находятся в причинно-следственной связи со слабой фиксацией протеза нижней челюсти, а также ухудшение состояния здоровья в результате оказанного стоматологического лечения в ходе рассмотрения дела не установлено, оснований для взыскания компенсации морального вреда, который истец связывает с влиянием на качество жизни, неуверенностью в себе, изменением внешности в связи с опущением нижней челюсти лица, сокращением контактов с людьми, не имеется.

Вместе с тем, поскольку в ходе рассмотрения дела выявлены дефекты, связанные с отсутствием плана стоматологического лечения на момент начала лечения (перед дентальной имплантацией пациент с планом не был ознакомлен), отсутствием в медицинской карте информации об удалении зуба 3.7 и отказа пациента от его удаления, неверное заполнение зубной формулы (указание зуба 3.7 как отсутствующего), неиспользование хирургического шаблона, что свидетельствует об оказании ФИО1 услуг ненадлежащего качества при оказании медицинской помощи, суд приходит к выводу о нарушении прав истца как потребителя, ввиду чего усматривает основания для взыскания компенсации морального вреда. Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает установленные по делу обстоятельства, характер допущенных нарушений, которые тем не менее не привело к последствиям, указанным в иске, а, кроме того, не отразилось на оценке состояния нижней челюсти пациента, не привело к выбору метода лечения не соответствующего клинической ситуации, и полагает соразмерной и справедливой компенсацию морального вреда в размере 70 000 рублей.

Ссылки истца на наличие стенокардии, коксартроза коленных суставов, гипертонии, повышение артериального давления, плохое самочувствие в связи с возникшими душевными переживаниями, прием препаратов для снижения давления и купирования приступов стенокардии, судом во внимание не принимаются. Из представленных в дело медицинских документов следует, что указанные заболевания возникли у ФИО1 до обращения в клинику ответчика, доказательств развития заболеваний в результате установленных в ходе судебного разбирательства дефектов оказания медицинской помощи, связанных с ведением медицинской документации, не доведением плана лечения до начала лечения, не использованием хирургического шаблона при проведении имплантации, истцом не представлено.

В соответствии с п. 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя. Взыскание штрафа за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя является не правом, а обязанностью суда.

При таких обстоятельствах с ответчика подлежит взысканию штраф в размере 35 000 рублей (70000х50%). Оснований для снижения суммы штрафа суд не усматривает.

ФИО1 заявлено требование о взыскании с ответчика в свою пользу судебных расходов, связанных с оплатой юридических услуг в размере 100 000 рублей.

В соответствии с ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителей.

Согласно ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 данного Кодекса.

Дата между ФИО1 (доверитель) и адвокатом ФИО2 заключено соглашение об оказании юридических услуг, в предмет которого входит оказание юридической помощи по исковому заявлению к ООО «Марита» о некачественном оказании медицинских (стоматологических) услуг по имплантации и протезированию, взыскании уплаченных сумм, расходов на оплату юридических услуг и иных сумм, предусмотренных действующим законодательством; консультации доверителя, представление интересов при переговорах, участие в предварительном слушании и судебном заседании; при необходимости обжалование решения суда первой инстанции (заключение дополнительного соглашения).

Стоимость услуг по соглашению определена сторонами в размере 100 000 рублей, оплата произведена при подписании соглашения в полном объеме.

Факт оплаты услуг адвоката по соглашению в размере 100 000 рублей подтверждается копией квитанции серии АБ 1476 от Дата.

Согласно акту оказанных юридических услуг от Дата исполнителем выполнены, а заказчиком приняты услуги по договору юридических услуг: консультация по некачественному оказанию медицинских услуг (Дата), заключение соглашения, копирование материалов для составления иска, консультация (Дата), составление искового заявления, копирование документов, вручение экземпляров иска для суда и ответчика (Дата), подготовка к судебному заседанию (Дата), консультация перед судебным заседанием, ходатайство о назначении судебно-медицинской экспертизы (Дата), судебное заседание (Дата, Дата, Дата, Дата, Дата), обсуждение позиции по делу, консультация, ознакомление с заключением эксперта, подготовка пояснений по заключению (Дата, Дата, Дата, Дата).

Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах (ч. 1 ст. 100 ГПК РФ).

Как разъяснено в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (ч. 3 ст. 111 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, ч. 4 ст. 1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ч. 4 ст. 2 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации). Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (ст. 2, ст. 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 3, ст.45 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, ст. 2, ст. 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

С учетом указанных разъяснений, процессуальное законодательство предусматривает возможность снижения судом суммы предъявленной ко взысканию судебных расходов в двух случаях - если стороной представляются доказательства их чрезмерности или если заявленная ко взысканию сумма издержек носит явно неразумный характер.

Ответчиком доказательств чрезмерности суммы расходов на оплату услуг представителя не представлено.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда РФ от 17.07.2007 № 382-О-О обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

Учитывая конкретные обстоятельства дела, объем оказанных представителем услуг, соразмерность расходов, их разумность для восстановления нарушенного права и характера услуг, оказанных представителем в рамках выполнения поручения, суд полагает, что заявленная истцом сумма в качестве расходов на оплату юридических услуг в размере 100 000 рублей, является соразмерной.

Понесенные истцом судебные расходы связаны с настоящим делом, являлись необходимыми, их несение истцом подтверждено, при этом расходы являются соразмерными, доказательств чрезмерности ответчиком не представлено.

Согласно ст. 98 ГПК РФ в случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Как следует из п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда), требования о взыскании неустойки, которая уменьшается судом в связи с несоразмерностью последствиям нарушения обязательства, получением кредитором необоснованной выгоды (статья 333 ГК РФ).

Обращаясь в суд настоящим иском ФИО1 были заявлены три самостоятельных требования: два из которых являлись материальными (о расторжении договора с возвратом денежных средств, уплаченных по нему, взыскание неустойки), одно нематериальным (о взыскании компенсации морального вреда), при этом суд оснований для удовлетворения материальных требований не усмотрел. Поскольку из трех требований удовлетворено лишь требование о взыскании компенсации морального вреда, к которому правило о пропорциональности распределения судебных расходов не применяется, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы, связанные с оплатой юридических услуг в размере 33 333 рублей (с учетом математического округления), что составляет 1/3 от заявленной суммы судебных расходов (100000/3).

В ходе рассмотрения дела на основании определения от Дата назначена комплексная судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Адрес «Краевое бюро судебно-медицинской экспертизы и патолого-анатомических исследований» (ГБУЗ ПК «КБСМЭПАИ»).

Оплата производства экспертизы возложена на ответчика ООО «Марита».

На основании ходатайства экспертного учреждения, определения суда от Дата на ответчика возложена обязанность внести денежные средства в размере 80 370 рублей в счет оплаты экспертизы на депозитный счет Управления Судебного департамента в Адрес, которое ООО «Марита» исполнено, что подтверждается платежным поручением № от Дата.

По ходатайству экспертного учреждения и привлеченных внештатных специалистов экспертиза путем перечисления денежных средств со счета Управления Судебного департамента в Адрес оплачена.

На основании ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам.

Суд полагает возможным разрешить вопрос о распределении расходов, связанных с производством экспертизы между истцом и ответчиком, с учетом следующего.

В соответствии с п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» при неполном (частичном) удовлетворении имущественных требований, подлежащих оценке, судебные издержки присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику - пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано (статьи 98, 100 ГПК РФ).

Принимая во внимание, что, как указано выше, исковые требования ФИО1 удовлетворены лишь на 1/3, с истца в пользу ответчика, которым производство экспертизы по делу было оплачено в полном объеме, следует взыскать расходы на проведение экспертизы в размере 2/3 от ее стоимости, то есть в сумме 53 580 рублей (80370/3х2).

Оснований для освобождения ФИО1 от понесенных ответчиком по делу судебных расходов судом не установлено.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Поскольку при подаче иска истец был освобожден от уплаты государственной пошлины в силу закона, взысканию с ответчика в доход бюджета подлежит государственная пошлина в размере 300 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Марита» (...) в пользу ФИО1 (...) компенсацию морального вреда в размере 70 000 рублей, штраф в размере 35 000 рублей, судебные расходы, связанные с оплатой юридических услуг в размере 33 333 рублей, в остальной части требований отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Марита» (...) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей.

Взыскать со ФИО1 (...) в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Марита» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в счет расходов на оплату комплексной судебно-медицинской экспертизы 53 580 рублей.

Решение в течение месяца со дня принятия в окончательной форме может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Дзержинский районный суд г. Перми в апелляционном порядке.

...

.... Судья: Ю.И. Данилова

...