УИД03RS0003-01-2020-002128-44

Дело № 2-1/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

24 сентября 2025 года город Уфа

Кировский районный суд г. Уфы Республики Башкортостан в составе председательствующего судьи Искандаровой Т.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Киреевой Е.Р.,

с участием прокурора ФИО7,

представителя истца ФИО1 – ФИО12,

ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о взыскании морального вреда, взыскании судебных расходов,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО8 о взыскании материального ущерба и морального вреда, причиненных в результате дорожно-транспортного происшествия.

В обоснование заявленных требований указано, что ДД.ММ.ГГГГ около 18:00 часов ФИО2 управляя автомобилем «Тойота Камри» государственный регистрационный знак <***>, двигаясь по автодороге Тюмень-Ялутоворск-Ишим-Омск со стороны <адрес> в направлении <адрес>, при движении на 51 км., указанной автодороги, ФИО2 на своей полосе движения, на пешеходном переходе, допустил наезд на пешехода ФИО9, которая получила телесные повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью и скончалась на месте ДТП. ДД.ММ.ГГГГ по данному факту было возбуждено уголовное дело. В рамках уголовного дела истец заключила договор на оказание юридических услуг с ФИО10 на 100 000 рублей, что подтверждается договором и актом приема-передачи денежных средств. Также в рамках уголовного дела были понесены расходы на приобретение ж/д билета на 11.09.2019г. и 13.09.2019г. из г. Уфа-<адрес> и обратно 5 428, 40 руб., проезд на автобусе от <адрес> в <адрес> и обратно 506 руб., питание за четыре дня 2 800 руб. для участия в судебных заседаниях в <адрес>, ж/д билеты проезд 18.12.2019г. по 19.12.2019г. из г. Уфа – в <адрес> и обратно для участия в суде апелляционной инстанции в размере 3 379, 20 руб., за проезд на автобусе в размере 26 руб., питание за три дня вы размере 2 100 руб., за покупку CD-RW для предоставления аудиозаписи протокола судебных заседаний от 19.12.2019г. в Тюменском областном суде РФ апелляционной инстанции на 50 руб., проживание в гостинице 800 руб., почтовые расходы в размере 2 079, 22 руб., государственная пошлина в размере 943,80 руб.

ФИО1 является дочерью умершей ФИО9 Действиями ФИО2 истцу были причинены физические и нравственные страдания, так как истец потеряла близкого родственника – маму. Истец до сих пор страдает, плачет, испытывает расстройство нервной системы, переживает от утраты матери.

На основании изложенного истец просит суд взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 материальный ущерб: расходы на представителя в размере 100 000 рублей, расходы на приобретение ж/д билета на 11.09.2019г. и 13.09.2019г. г. Уфа-<адрес> и обратно 5 428, 40 руб., расходы на проезд на автобусе от <адрес> в <адрес> и обратно 506 руб., расходы на питание за четыре дня 2 800 руб., расходы на приобретение ж\д билетов на проезд в поезде 18.12.2019г. и 19.12.2019г. из г. Уфа – в <адрес> и обратно для участия в суде апелляционной инстанции в размере 3 379, 20 руб., расходы за проезд на автобусе в размере 26 руб., расходы за питание за три дня в размере 2 100 руб., расходы за покупку CD-RW для предоставления аудиозаписи протокола судебных заседаний от 19.12.2019г. в Тюменском областном суде РФ в апелляционной инстанции на 50 руб., расходы за проживание в гостинице 800 руб., почтовые расходы в размере 2 079,22 руб., расходы на оплату государственной пошлины в размере 943,80 руб., а также взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 моральный вред в размере 3 000 000 рублей.

В ходе судебного заседания истцом были уточнены исковые требования, истец просил суд взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 материальный ущерб: расходы на представителя в размере 100 000 рублей, расходы на приобретение ж/д билетов к месту судебного разбирательства на 11.09.2019г. и 13.09.2019г. из г. Уфа в <адрес> и обратно в размере 2 728,40 руб., расходы на проезд в автобусе из <адрес> в <адрес> и обратно 506 руб., расходы на питание за четыре дня в размере 2 400 руб., расходы за ж/д билеты на проезд в поезде 18.12.2019г. и 19.12.2019г. из г. Уфа в <адрес> и обратно для участия в суде апелляционной инстанции в размере 3 379, 20 руб., расходы за проезд на автобусе в размере 26 руб., расходы на питание за три дня в размере 1 800 руб., расходы на покупку диска CD-RW для предоставления аудиозаписи протокола судебного заседания от 19.12.2019г. в Тюменском областном суде РФ в апелляционной инстанции на 50 руб., расходы за проживание в гостинице в размере 800 руб., возврат госпошлины в размере 943, 80 руб., почтовые расходы, расходы на покупку бумаги для ксерокопирования документов в размере 3 423, 40 руб., на общую сумму в размере 116 056, 80 рублей, взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 моральный вред в размере 3 000 000 рублей, дополнительно просил взыскать почтовые расходы на сумму 723,84 руб.

От представителя ответчика ФИО2 по доверенности ФИО4 поступили письменные возражения на исковое заявление, из которых следует, что ответчик считает иск необоснованным. Ответчик указывает, что дорожно-транспортное происшествие произошло вне пешеходного перехода, что подтверждается постановлением, также ответчик ссылается на прекращённое уголовное дело и заключение экспертизы, согласно которым в его действиях отсутствует состав преступления и вина, а у него не было технической возможности предотвратить наезд. Также указывает, что причиной ДТП стала грубая неосторожность самой потерпевшей, переходившей дорогу в неположенном месте в тёмное время суток без светоотражающих элементов.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом, направила своего представителя, в материалах дела имеется заявление истца о рассмотрении дела в ее отсутствие. С учетом положений статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд рассмотрел дело в отсутствие не явившихся лиц.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 по доверенности ФИО12 заявленные исковые требования поддержал, просил удовлетворить, также просил взыскать почтовые расходы, которые истцом понесены в ходе длительного рассмотрения дела, представив в подтверждение кассовые чеки.

Ответчик ФИО2 участие в судебном заседании принимал посредством видеоконференц-связи при содействии Тюменским районным судом <адрес>, суду пояснил, что с заявленным размером компенсации морального вреда не согласен, может оплатить сумму не больше чем 700 000 рублей, что в ДТП он не виноват, что женщина появилась в темное время суток не в зоне пешеходного перехода, скорость движения у него была в пределах разрешенной.

Выслушав представителя истца, ответчика ФИО2, заслушав заключение прокурора, полагавшего возможным удовлетворить исковые требования ФИО1 о компенсации морального вреда частично, изучив и оценив материалы дела, суд приходит к следующему.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми. В том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из норм Конвенции о защите прав человека и основных свобод и их толкования в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина источником повышенной опасности требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда).

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абзац второй пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10).

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1) разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы третий и четвертый пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1).

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ около 18:00 часов ФИО2, управляя автомобилем «Тойота Камри» государственный регистрационный знак <***>, двигаясь по автодороге Тюмень-Ялутоворск-Ишим-Омск со стороны <адрес> в направлении <адрес>, при движении на 51 км., указанной автодороги допустил наезд на пешехода ФИО9, которая, получила телесные повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью и скончалась на месте ДТП.

Истец ФИО1 является дочерью умершей ФИО9, что подтверждается свидетельством о рождении IV-AP №.

Автомобиль марки «Тойота Камри» государственный регистрационный знак <***> на момент дорожно-транспортного происшествия принадлежал ФИО8 на праве собственности и был под его управлением, что подтверждается справкой по ДТП и ответчиком не оспаривалось.

В результате наезда ФИО9 получила телесные повреждения и скончалась на месте ДТП, что также подтверждается справкой по ДТП и ответчиком не оспаривалось.

Из заключения эксперта областного бюро судебно-медицинской экспертизы <адрес>ное отделение № от 16.02.2017г. следуют выводы, что непосредственно перед наступлением смерти ФИО9 тупыми твердыми предметами, возможно выступающими частями автомобиля, осколками стекла, с последующим падением на дорожное покрытие причинены сочетанные повреждения: разрыв капсуло-связочного аппарата между 1-м и 2-м шейными позвонками с полным повреждением спинного мозга на этом уровне, субарахноидальное кровоизлияние над правой лобной долей, ушиб головного мозга, ушиб легких, переломы 2-8 ребер справа по передней подмышечной линии, переломы 2-4 ребер слева по средней ключичной линии, размозжение селезенки, разрыв печени, переломы лонных и седалищных костей с обеих сторон, закрытый перелом правой плечевой кости в верхней третьи, закрытый перелом левой плечевой кости с верхней трети, рана в области левого коленного сустава, поверхностная рана на внутренней поверхности правой голени, поверхностные резанные раны на лице, который причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Смерть ФИО9 наступила от множественных сочетанных повреждений головы, шеи, туловища. В крови спирты не обнаружены, что указывает на отсутствие алкогольного опьянения. В крови и желчи не обнаружены морфин, кодеин, деоморфин, производны N-метилэфедрона, что указывает на отсутствие наркотического опьянения данными веществами. Каких либо заболеваний, от которых могла бы наступить смерть ФИО9 не обнаружено. В момент предшествующий наезду ФИО9 находилась в вертикальном положении (стоя). Каких-либо признаков полового акта совершенного незадолго до наступления смерти не обнаружено.

Из заключения эксперта № ГБУЗ <адрес> областного Бюро судебно-медицинской экспертизы отдел сложных экспертиз № от 29.03.2018г. следует, что согласно данным заключения № и представленным материалам уголовного дела, ФИО9 ДД.ММ.ГГГГ г.р. при дорожно-транспортном происшествии, в виде наезда легкового автомобиля на пешехода, были причинены сочетанные повреждения головы, шеи, туловища и конечностей: множественные раны лобной области, верхних век обоих глаз, правой скуловой области, правого ската носа, кровоизлияние в мягких тканях лобной области, очаговое субарахноидальное кровоизлияние над правой долей, ушиб головного мозга с локализацией очага в правой лобной доле, полный разрыв капсульно-связочного аппарата суставов между 1 и 2 шейными позвонками с полным разрывом спинного мозга на этом уровне, множественные ссадины передней поверхности грудной клетки и брюшной стенки, закрытые переломы 2-8 правых ребер по передней подмышечной линии и 2-4 левых ребер по средней ключичной линии, размозжение селезенки, разрыв капсулы печени в области серповидной связи. закрытые переломы лонных и седалищных костей с обоих сторон, закрытый перелом верхней трети правой плечевой кости, закрытый перелом шейки левой плечевой кости, раны внутренней поверхности средней трети правой голени, области левого коленного сустава по внутренней поверхности.

Множественные раны лобной области, верхних век обоих глаз, правой скуловой области, правого ската носа образовались от режущих действий предметов имеющих заостренные краями (ребра), какими могли быть осколка стекла.

Повреждения в виде кровоизлияния в мягких тканях лобной области, очаговое субарахноидальное кровоизлияние над правой долей, ушиб головного мозга с локализацией очага в правой лобной доле возникли от ударного взаимодействия лобной области (больше справа) и тупого твердого предмета с преобладающей травмирующей поверхностью.

Разрывы суставов шейных позвонков и спинного мозга, с учетом наличия повреждений на голове возникли, вероятнее всего, при одном механизме травмы - при воздействии в переднюю часть головы с последующим переразгибанием в верхнешейном отделе позвоночника.

Множественные ссадины причинены взаимодействиями передней поверхности туловища и тупого (-ых) твердого (-ых) предмета (-ов) имеющего (-их) преобладающую (- ие) травмирующую (-ие) поверхность (-ти).

Закрытые переломы 2-8 правых ребер по передней подмышечной линии образовались вследствие ударно-компрессионного воздействия в место их локализации тупого твердого предмета, воздействующая поверхность которого была или преобладающей, или удлиненной.

Закрытые переломы 2-4 левых ребер по средней ключичной линии возникли по механизму непрямой травмы, вследствие изгиба грудной стенки при приложении травмирующего воздействия на отдалении от их локализации и могли образоваться одновременно с переломами правых ребер.

Разрыв капсулы печени в области серповидной связи образовался, вероятнее всего, вследствие общего сотрясения организма при приложении травмирующего воздействия на отдалении.

Закрытый перелом верхней трети правой плечевой кости причинен ударным взаимодействием передне-наружной поверхности верхней трети плеча и тупого твердого предмета, воздействующая поверхность которого могла быть как ограниченной, так и удлиненной.

Раны внутренней поверхности средней трети правой голени, области левого коленного сустава по внутренней поверхности образовались от ударных взаимодействий мест их локализации и тупых твердых предметов, высказаться об конструктивных параметрах которых, не представилось возможным.

Установить механизм образования размозжения селезенки, переломов лонных и седалищных костей с обеих сторон и шейки левой плечевой кости не представляется возможным, в связи с неполным описанием этих повреждений в Заключении эксперта №.

Все повреждения причинены прижизненно, за несколько минут до наступления смерти ФИО9

Сочетанные повреждения головы, шеи, туловища и конечностей, объединенные единым механизмом травмы оцениваются в совокупности как причинившие здоровью ФИО9 тяжкий вред по признаку опасности для жизни.

Смерть ФИО9 наступила от разрыва спинного мозга вследствие причинения вышеуказанных сочетанных повреждений.

Морфологические признаки каких-либо заболеваний у Ш. в Заключении эксперта № не фигурируют и не были обнаружены при микроскопическом исследовании образцов её внутренних органов.

В предоставленной медицинской карте из ГБУЗРБ «Поликлиника №» г. Уфа у ФИО9 фигурируют диагнозы «Грыжа Бейкера правого коленного сустава». «Хронический вирусный гепатит С, неактивная фаза», «Хронический необструктивный бронхит, субкомпенсация ДНО», которые в причинной связи с наступлением ее смерти не состоят.

Согласно данным заключения эксперта № в крови от трупа ФИО9 не обнаружены спирты, а в крови и желчи не обнаружены наркотические вещества (опиаты и производные N- метилэфедрона), следовательно, на момент смерти она не находилась в алкогольном или наркотическом опьянении.

В связи с неустановленным механизмом причинения части телесных повреждений и не проведением повторного исследования эксгумированного трупа достоверно установить возможное расположение ФИО9 перед столкновением с автомобилем и достоверно конкретизировать фазность получения ей сочетанных повреждений на момент ДТП - не представляется возможным.

Учитывая установленный механизм образования телесных повреждений на трупе, принимая во внимание обстоятельства дорожно-транспортного происшествия и повреждения на автомобиле, вполне вероятно, что перед столкновением ФИО9 находилась в вертикальном или близком к нему положении и была обращена левым боком к транспортному средству. При этом в момент первичного контакта с выступающими частями автомобиля могла быть причинена рана правой голени. При последующем забросе тела на автомобиль с ударом о капот и лобовое стекло, а также при дальнейшем падении автомобиля, ударе об дорожное покрытии и скольжении по нему могли возникнуть остальные повреждения.

Достоверно определить «с какой стороны был нанесен удар автомобилем ФИО9» только по повреждениям на одежде не представляется возможным.

Научно утвержденных методик определения скорости автомобиля в момент наезда на пешехода по имеющимся у него телесным повреждениям не существует, следовательно, ответить на первую часть 8 вопроса не преставилось возможным.

Определение скорости автомобиля в момент наезда на пешехода по повреждения: автомобиля не входит в компетенцию судебно-медицинской экспертизы.

Таким образом, установлено, что смерть ФИО9 состоит в прямой причинной связи с произошедшим ДД.ММ.ГГГГ дорожно-транспортным происшествием.

Постановлением старшего следователя отдела по расследованию дел дорожно-транспортных происшествий СО МОМВД РФ № от ДД.ММ.ГГГГ в возбуждении уголовного дела по ч. 3 ст. 264 УК РФ в отношении ФИО2, отказано на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием в действиях состава преступления.

Согласно п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Таким образом, ФИО2, как владелец источника повышенной опасности, лицо управлявшее автомобилем обязан возместить вред, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия, поскольку доказательств, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего, им, вопреки положений ст. 56 ГПК РФ, суду не представлено.

Вместе с тем, возлагая на владельца источника повышенной опасности обязанность по возмещению вреда, суд, в силу статей 1064, 1079, 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, обязан учитывать вину потерпевшего и имущественное положение причинителя вреда.

Судом установлено, что дорожно-транспортное происшествие произошло вне пешеходного перехода, в 22,1 метра от него, в темное время суток, а пешеход ФИО9 не имела на одежде светоотражающих элементов, нарушив тем самым пункты 4.1 и 4.5 Правил дорожного движения Российской Федерации. Согласно заключению автотехнической экспертизы, у ответчика ФИО2 отсутствовала техническая возможность предотвратить наезд.

Данные обстоятельства, а также прекращение уголовного дела в отношении ответчика за отсутствием в его действиях состава преступления (п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ), свидетельствуют о том, что в действиях пешехода ФИО9 имелась грубая неосторожность, которая содействовала возникновению вреда. В соответствии с пунктом 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

Учитывая, что вред жизни и здоровью причинен при отсутствии вины причинителя вреда, когда его ответственность наступает в силу статьи 1079 ГК РФ независимо от вины, суд, руководствуясь пунктом 2 статьи 1083 ГК РФ, приходит к выводу о необходимости уменьшения размера подлежащей взысканию компенсации морального вреда. Полный отказ в возмещении вреда в данном случае не допускается.

Принимая во внимание установленную грубую неосторожность потерпевшей, ставшую основной причиной возникновения вреда, а также отсутствие вины ответчика, суд считает справедливым существенно снизить заявленный истцом размер компенсации морального вреда.

При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

При этом прекращение уголовного дела по реабилитирующим обстоятельствам не освобождает ответчика от гражданско-правовой ответственности.

Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием ответчик должен доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда истцу в связи со смертью ее матери в результате наезда источником повышенной опасности.

При определении размера компенсации морального вреда подлежащего взысканию с ответчика в пользу дочери погибшей, судом учитывается, что взыскиваемая сумма компенсации морального вреда должна согласовываться с конституционными принципами ценности жизни и достоинства личности, и должным образом отражать пережитые истцами нравственные страдания от трагической гибели дочери, её образ жизни.

Принимая во внимание возраст погибшей, то обстоятельство, что истец потеряла близкого и родного для нее человека - маму, испытывала горе, утрата матери является для нее невосполнимой потерей, а также руководствуясь выводами, изложенными выше о неосторожности потерпевшей и отсутствии вины ответчика, суд приходит к выводу, что с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда, которую суд, с учетом изложенного, а также принципов разумности и справедливости, определяет в размере 700 000 руб. в пользу истца.

Доводы ответчика об отсутствии его вины и о грубой неосторожности потерпевшей не могут служить основанием для освобождения от ответственности, поскольку владелец источника повышенной опасности несет ее независимо от вины, если вред не возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего, что по делу не установлено.

Относительно требований истца о взыскании расходов за проезд на поезде, автобусе, питание, проживание в гостинице, покупку диска CD-RW, почтовых расходов, покупку бумаги для ксерокопирования документов, понесенных в рамках рассмотрения уголовного дела, суд приходит к следующему.

Частью 3 статьи 42 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что потерпевшему обеспечивается возмещение имущественного вреда, причиненного преступлением, а также расходов, понесенных в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде, включая расходы на представителя, согласно требованиям статьи 131 настоящего Кодекса.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 34 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.06.2010 года №17 «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве», следует, что указанные расходы, подтвержденные соответствующими документами, относятся к расходам, понесенным в ходе производства по уголовному делу, которые взыскиваются с осужденных или возмещаются за счет средств федерального бюджета как процессуальные издержки (часть 1 статьи 132 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации). Если суд в приговоре в нарушение пункта 3 части 1 статьи 309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации не разрешил вопрос о распределении процессуальных издержек в виде расходов, понесенных потерпевшим и его законным представителем, представителем в связи с участием в уголовном деле, на покрытие расходов, связанных с явкой к месту производства процессуальных действий и проживанием (расходы на проезд, наем жилого помещения и дополнительных расходов, связанных с проживанием вне места постоянного жительства) (пункт 1 части 2 статьи 131 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации), суммы, выплачиваемой в возмещение недополученной заработной платы, или суммы, выплачиваемой за отвлечение от обычных занятий (пункт 2 и 3 части 2 статьи 131 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации), - эти вопросы могут быть разрешены в порядке исполнения приговора в соответствии с главой 47 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (статьи 396 - 401 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации). Такое же правило содержится в пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.2011 года №21 «О практике применения судами законодательства об исполнении приговора».

В соответствии с частью 1 статьи 396 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации вопросы, связанные с исполнением приговора разрешаются судом, постановившим приговор.

В силу приведенных норм уголовно-процессуального закона порядок возмещения потерпевшему расходов на оплату услуг представителя, а также расходов, связанных с явкой к месту производства процессуальных действий, регламентируется действующими нормами Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

С учетом вышеизложенного, определением Кировского районного суда г. Уфы РБ от 10 июня 2021 года требования истца о взыскании расходов за проезд на поезде, автобусе, питание, проживание в гостинице, покупку диска CD-RW, почтовых расходов, покупку бумаги для ксерокопирования документов, понесенных в рамках рассмотрения уголовного дела прекращено.

В соответствии со статьями 98, 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

С учетом требований разумности, объема заявленных требований, объема оказанных представителем услуг, сложности дела, продолжительности рассмотрения дела, а также принимая во внимание, что требования истца были частично удовлетворены, в связи с чем суд считает справедливым взыскать часть понесенных истцом расходов на представителя. Представителем истца были подготовлены исковое заявление, возражения на отзыв ответчика, иные процессуальные документы, кроме того, представитель участвовал в судебных заседаниях. Вместе с тем, заявленные истцом расходы на представителя в размере 100 000 рублей превышают разумные пределы с учетом объема фактически проделанной работы и принципа соразмерности, в связи с чем суд приходит к выводу, что взыскание расходов на услуги представителя в размере 30 000 рублей соответствует требованиям разумности и справедливости, предусмотренным статьей 100 ГПК РФ, и является соразмерным затратам на представителя при данных обстоятельствах дела.

С ответчика в пользу истца подлежат взысканию почтовые расходы в размере 1 343,48 руб., связанные с рассмотрением настоящего искового заявления, подтвержденные документально.

Согласно ч.1 ст.103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Учитывая, что истец при подаче искового заявления была освобождена от уплаты государственной пошлины, суд полагает, что с ответчика в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина соответственно удовлетворяемым исковым требования.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 - удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 (паспорт №) в пользу ФИО1 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 700 000 рублей, расходы на услуги представителя в размере 30 000 рублей, почтовые расходы в размере 1 343,48 руб.,

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 – отказать.

Взыскать с ФИО3 (паспорт №) в пользу городского округа <адрес> государственную пошлину в размере 300 руб.

Возвратить ФИО1 расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 рублей согласно чек-ордеру от 17 января 2020 г.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Башкортостан через Кировский районный суд г.Уфы Республики Башкортостан в течение одного месяца со дня составления мотивированного решения.

Мотивированное решение суда составлено 7 октября 2025 года.

Судья Т.Н. Искандарова