Решение по делу № 2-15/2023 от 25.01.2023 | Ленинский районный суд г. Ставрополя (Ставропольский край)

№2-15/2023

26RS0002-01-2022-004283-73

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

25 января 2023 года город Ставрополь

Ленинский районный суд города Ставрополя

в составе:

председательствующего судьи Масловой И.Н.

при секретаре Кравец Ю.Ю.

с участием адвокатов Шаталовой А.А., Лисова А.Н.

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, третьи лица - Управление Росреестра по <адрес обезличен>, нотариус ФИО3, о признании сделки недействительной, признании права собственности в порядке наследования,

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в суд с иском, в котором просит:

1. признать сделку от <дата обезличена> (номер государственной регистрации права: <номер обезличен>; <номер обезличен>), заключенную между ФИО4, <дата обезличена> года рождения, и ФИО2, недействительной;

2. признать за истцом право собственности в порядке наследования по закону на 1/2 доли в праве собственности на:

- жилой дом, расположенный по адресу: <адрес обезличен>, <адрес обезличен>, кадастровый <номер обезличен>, площадь-60, 6 кв. м; назначение - жилое;

- земельный участок, находящийся по адресу: <адрес обезличен> <номер обезличен>, кадастровый <номер обезличен>, площадь: 489+- 4,44, категория земель - земли населенных пунктов, виды разрешенного использования: для ИЖС.

В обоснование заявленных требований, со ссылкой на ст.177 ГК РФ, в иске указано, что ФИО1, <дата обезличена> года рождения приходился умершему ФИО4, <дата обезличена> года рождения, родным сыном.

Из свидетельства о смерти серии <номер обезличен> <номер обезличен>, выданного специализированным отделом государственной регистрации УЗАГС <адрес обезличен> от <дата обезличена>, следует, что ФИО4 умер <дата обезличена>.

После смерти ФИО4 открылось наследство, в связи с чем, наследником было подано явление о принятии наследства, что подтверждается справкой, выданной нотариусом ФИО5 от <дата обезличена>.

Из указанной справки следует, что ФИО1 принял наследство по закону к имуществу ФИО4, умершего <дата обезличена> (наследственное дело <номер обезличен>).

В наследственную массу должно было быть включено следующее имущество:

жилой дом (КН: <номер обезличен>), площадь - 60,6 кв.м, назначение - жилое, и земельный участок (КН: <номер обезличен>), площадь: 489+-4,44, категория земель - земли населенных пунктов, виды разрешенного использования: для ИЖС, находящиеся по адресу: СК, <адрес обезличен>

Нотариусом ФИО3 в рамках наследственного дела <номер обезличен> были запрошены актуализированные выписки о праве, из содержания которых истец узнал о совершенной <дата обезличена> сделке в отношении данного недвижимого имущества. Правообладателем спорного имущества является родная сестра истца ФИО2.

Вместе с тем, продолжительное количество времени наследодатель болел и имел значительное снижение интеллектуальной функции, что вытекает из содержания имеющейся медицинской документации. При жизни наследодателю были поставлены следующие диагнозы: <данные изъяты>

Истец полагает, что наследодатель не мог в полной мере осознавать характер своих действий и руководить ими в момент совершения сделки в 2019 году в виду выраженного когнитивного снижения.

В судебное заседание истец не явился, о времени и месте его проведения извещен надлежащим образом и в срок, ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие с участием представителя.

Представитель истца в заседании суда заявленные требования поддержала по основаниям, изложенным в иске. Пояснила, что истец просит признать недействительным договор дарения от <дата обезличена>, заключенный между ФИО4 и ФИО2 Дополнила, что наследников первой очереди к имуществу умершего ФИО4, кроме истца и ответчика, нет.

Не изменяя исковые требования в порядке ст.39 ГПК РФ, заявила ходатайство о взыскании с ответчика в пользу истца судебных расходов на оплату проведения судебной экспертизы в размере 39.568 рублей и на оплату услуг представителя в размере 45.000 рублей.

Ответчик в судебное заседание не явилась, о времени и месте его проведения извещена надлежащим образом и в срок, ходатайств в порядке ст.167 ГПК РФ не представила.

Представитель ответчика заявленные требования не признал, просил истцу отказать. Указал, что истец и ответчик, как наследники первой очереди, приобрели на разных основаниях по объекту недвижимости каждый. ФИО2 и наследодатель отказались от прав на наследственное имущество в виде жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес обезличен>, в пользу истца ФИО1 При этом ответчик по договору дарения от <дата обезличена> приобрела право собственности на спорный жилой дом и земельный участок по адресу: <адрес обезличен> Такая устная договоренность была достигнута еще при жизни отца. В связи с чем, оспариваемой сделкой права истца не нарушались.

Заключение судебно-психиатрической комиссии экспертов считает не надлежащим доказательством по делу, наличествующими основания для назначения по делу повторной судебной экспертизы.

В удовлетворении ходатайства представителя истца о взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя просил отказать в связи с недоказанностью их несения, отсутствием платежных документов, подтверждающих оплату по договору оказания юридических услуг. Подписание договора является выражением воли, намерения сторон, но по существу не подтверждает его исполнение и оплату.

Третье лицо - нотариус ФИО3 в судебное заседание не явилась, о времени и месте его проведения извещена надлежащим образом и в срок, ходатайствовала о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Представитель третьего лица - Управления Росреестра по Ставропольскому краю в судебное заседание не явился, о времени и месте его проведения извещен надлежащим образом и в срок, ходатайств в порядке ст.167 ГПК РФ не поступало. В представленном суду письменном отзыве на исковое заявление (т.1 л.д.130-131) просил принять решение в соответствии с действующим законодательством.

Суд, с согласия участников процесса, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Допрошенные ранее судебных заседаниях свидетели пояснили следующее.

ФИО6 (родная сестра умершего ФИО4)_- с братом была в хороших отношениях, общалась с ним в основном по телефону, в гости приходила не часто. Когда он слег после смерти супруги (<дата обезличена>), ездила его проведывать. Примерно с 2017 года он ходил с двумя тросточками, а с тех пор, как умерла его супруга, он слег. Он не передвигался и постоянно лежал 2,5 года. В этот же период он утратил навыки самообслуживания. Относительно состояния здоровья свидетель пояснила, что у ФИО4 наблюдались провалы в памяти (привести примеры не смогла), болели ноги. Помнит брата при жизни супруги опрятным, одетым в рубашку и брюки, побритым и постриженным. После смерти супруги (<дата обезличена>) его парализовало, он не мог уже за собой следить, никуда не выходил, у него забрали телефон, телевизор, общаться ним по телефону уже не было возможности. По характеру был спокойный, никогда ни с кем не конфликтовал, был добродушным. На вопросы отвечал нормально, агрессии не проявлял. Речь у него была тихая всю жизнь. Когда в 2019 году она со своей дочерью приезжали навещать ФИО4 в день его рождения, он не понимал, что его поздравляют, не понимал, какой день. Со слов истца и ответчика знает, что у ФИО4 начались галлюцинации, в которых он даже срывал ковер со стены, падал с кровати. Описываемые события отнесла с 2019-2020 годам. О состоянии здоровья своего брата свидетель узнавала со слов ФИО2<данные изъяты>).

Свидетель ФИО7 (сын истца) - после развода родителей в 2013 году он долгое время не общался с дедушкой - ФИО4 (наследодатель). Возобновил общение с дедушкой после того, как бабушка (супруга наследодателя) получила травму, она сломала бедро, у нее было длительное лечение, в этот период он стал проведывать дедушку, примерно раз в две недели.

О физическом состоянии ФИО4 пояснил, что до 2018 года он передвигался сам, в том числе, при помощи костылей. До смерти супруги его физическое и психическое состояние было лучше. После смерти супруги дед даже перестал выходить на улицу. Отметил, что когда бабушка скончалась дед продолжал еще некоторое время упоминать ее как живую. При жизни бабушки внешний вид ФИО4 был лучше, она хорошо за ним ухаживала. После ее смерти, его внешний вид был небрежным. Выражение лица у деда было спокойное, эмоций не выражало. Манера держаться была безразличная. До смерти жены он был более эмоциональный, мог прослезиться, когда вспоминал о прошлом, о детстве. Когда у него спрашивали о состоянии здоровья, он жаловался на боль в ногах, в коленях. Голос у него был тихий, интонации в разговоре были без особенностей, речь была скупая, темп речи - обычный. Первый он на контакт не шел, на вопросы отвечал по существу. Вступал в разговор сдержано, не очень быстро. До смерти бабушки он был более энергичный.

Свидетель ФИО8 пояснил, что является другом истца, с которым дружит с детства. Родителей истца - ФИО9 и ФИО4 знал, помогал истцу в уходе за ними, когда требовалась помощь. Бывал в их доме и раньше, и после смерти матери истца ФИО9 Отца истца (ФИО4) он видела и после смерти ФИО9, приходил помочь истцу косить траву и пилить ветки деревьев. ФИО4 уже не поднимался с кровати. На его приветствие В.Я. здоровался с ним в ответ, на вопросы нормально отвечал. В целом говорить было не о чем, он здоровался, интересовался, какая нужна помощь и все. Несколько раз помогал В. (истцу) менять подгузник В.Я., повернуть его, так как у В. (истца) болела рука, и он не мог самостоятельно это сделать. Точную дату описываемых событий назвать не смог. Предположил, что это происходило спустя год-полтора после смерти жены В.Я.. До ее смерти он самостоятельно ходил, был более разговорчивым. Когда ФИО4 перестал самостоятельно передвигаться, свидетель пояснить не смог.

Нотариус С.Э. А.С. (допрошена в качестве свидетеля в связи с удостоверением <дата обезличена> заявления ФИО4 <номер обезличен> об отказе от всей причитающейся ему по всем основаниям наследования доли на имущество супруги - ФИО9 (земельный участок и дом, денежные средства), в пользу сына - ФИО1) пояснила следующее.

Нотариальная контора, в которой она осуществляет свою трудовую деятельность, находится по адресу: <адрес обезличен>, офис 501. Офис расположен на 5 этаже нежилого здания, здание оснащено лифтом. К лифту ведет примерно десять ступеней. Чтобы попасть в контору необходимо подняться по ступенькам, пройти мимо вахтера, вызвать лифт и подняться до пятого этажа. Никого из присутствующих в зале судебных заседаний не помнит.

Представила суду подлинник (для обозрения) и копию наследственного дела, открытого к имуществу умершей ФИО9, подлинник (для обозрения) и копию реестра регистрации нотариальных действий нотариуса, с подписью ФИО4 и выполненной им собственноручно записью фамилии, имени, отчества и ксерокопии имеющихся документов. Из перечисленных документов следует, что ФИО4 присутствовал в нотариальной конторе при совершении нотариального действия, выезд на дом для оказания услуги не осуществлялся.

Пояснила порядок оказания услуги в форме отказа от наследства. Указала, что поскольку отказ от наследства является односторонней сделкой, она после беседы с клиентом, удостоверившись в том, что он действительно хочет отказаться от наследства, старается в очень жесткой форме пояснить последствия такого отказа. Кроме этого, задает вопросы для определения социальной адаптации. Например, сколько лет, чтобы понять, насколько человек дает себе оценку, какой сейчас год, и т.д. Имея значительный опыт общения с людьми, в зависимости от личности, задает различные вопросы о личности, спрашивает, сколько у клиента детей, кем он работал и т.д. Старается расположить к себе человека, и в зависимости от его реакций, делает выводы о том, какие вопросы на социальную адаптацию можно задавать.

Исходя из того, что отказ от наследства был зарегистрирован, подтвердила, что гражданин ФИО4 имел твердое намерение отказаться от наследства, оставшегося после смерти супруги - ФИО9, в пользу сына - ФИО1. Заявление об отказе от наследства подписано лично ФИО4, им лично полностью написаны фамилия имя отчество, в реестре <номер обезличен> регистрации нотариальных действий нотариуса Э.А.С. также имеется личная подпись ФИО4

Свидетель ФИО10 (участковый врач ФИО4, работала с 2006 по 2020 годы) – пояснила, что хорошо помнит ФИО4 К пациенту приезжала только на дом. На основании записей в медицинской карте <номер обезличен> пациента ФИО4, может пояснить, что <дата обезличена>, <дата обезличена> проводились осмотры пациента на дому. Пациенту ФИО4 был поставлен неврологический диагноз, стоял вопрос о направлении пациента на МСЭ. Она, как участковый врач, корректировала обследования В.Я. у специалистов, оформляла консультации, выдавала направления на сдачу анализов, далее отдала карту неврологу, и он оформлял документы на МСЭ. В 2016 году у него зафиксированы неврологические проблемы. Согласно данным амбулаторной карты, записи о МСЭ появились после инсульта (осень 2019). Ранее он сам ходил по дому. Позже он стал нуждаться в уходе. Согласно записям в амбулаторной карте последний раз она приходила к ФИО4 <дата обезличена>, он уже лежал, и ей приходилось больше общаться с родственниками, а не с ним.

У пациента не наблюдалась неадекватность в поведении, у него не было психиатрических проблем, проблемы со здоровьем были связаны с возрастом, у него наблюдалось неврологическое расстройство. ФИО4 был доступен к контакту, разговаривал, общался. Все назначения отдавала родственникам, так как пожилые люди самостоятельно лекарства не принимают.

Относительно интеллектуально-мнестического снижения ФИО4 пояснила, что не является врачом-психиатром, но считает, что у ФИО4 не было интеллектуально-мнестического снижения, он просто был слабый, нуждался в физическом уходе. У всех пожилых людей наблюдается депрессия, отсутствие аппетита, они понимают, что не могут вести тот образ жизни, который вели ранее. ФИО4 раздражительным не был, он был очень спокойным.

Внешний вид у В.Я. был ухоженный, родные все время были рядом с ним, был спокойным, хорошим человеком, держался застенчиво. Помнит, что он всегда спокойно смотрел, последний раз, когда она его посещала, его взгляд был отведен в сторону. Чтобы ФИО4 плакал, ей видеть не приходилось. Голос у ФИО4 был тихий, интонация просящая (в последнее время), речь была скупая, темп речи - замедленный, вступал в контакт сдержано, отвечал на поставленные перед ним вопросы по существу. ФИО4 был пессимистом, все пожилые люди являются пессимистами, у них фон настроения снижен. Считает, что по своему характеру ФИО4 не любил жаловаться, рассказывать о своих болезнях. О состоянии его здоровья всегда рассказывала подробно ФИО2

Допрошенные в судебном заседании эксперты, проводившие на основании определения суда экспертное исследование, пояснили следующее.

Эксперт ФИО11 (врач-психиатр) пояснила, что отсутствие ее подписи на странице 17 заключения является технической ошибкой. Возможно, страница была пролистана. В архиве учреждения хранится второй экземпляр заключения экспертов, в нем имеются все подписи членов комиссии.

На стр.3-17 изложена исследовательская часть экспертного заключения, в которой описывается анамнез, исследуются представленные медицинские документы, динамика развития заболеваний подэкспертного, описываются действия, которые были совершены подэкспертным при жизни, показания свидетелей. Составление заключения происходит уже после проведения экспертизы. Окончание экспертизы, это когда врач-докладчик полностью излагает все на бумаге, члены-комиссии знакомятся с изложенным, ставят свои подписи. В случае если у кого-то из членов комиссии имеются возражения относительно проведенной экспертизы, то он не ставит подпись, но при этом пишет свое заключение.

При проведении данного экспертного заключения, членами комиссии единогласно было принято решение, все подписи были проставлены. Отсутствие подписи на 17 странице заключения является технической ошибкой.

Дополнила, что при проведении экспертизы была изучена вся представленная медицинская документация, отслежена динамика заболеваний подэкспертного, его психические изменения, изучены препараты, которые он принимал, какие жалобы предъявлял, изучены показания свидетелей.

Медицинская документация за февраль 2019 года экспертам представлена не была.

При этом для анализа и определения состояния подэкспертного не обязательно наличие медицинской документации на определенный промежуток времени, достаточно сведений в предыдущих и последующих медицинских документах о его состоянии, свидетельствующих об отсутствии положительной динамики, и ухудшении его состояния.

Заключение экспертов является категоричным, полномочий ставить под сомнение чьи-либо показания, у экспертов не имеется.

Указала, что из содержания медицинской документации, с учетом того, что его состояние не было скомпенсировано, восстанавливающая терапия не проводилась, в совокупности с иными доказательствами достаточно для того, чтобы сделать выводы, об отсутствии у подэкспертного положительной динамики, его состояние ухудшалось, заболевание прогрессировало.

Эксперт ФИО12 суду пояснила, что судебно-психиатрическая экспертиза является отдельным видом специальности, которая подразумевает базовые знания. Медицинские экспертизы делятся на два вида: патологоанатомическая медицинская экспертиза и судебно-психиатрическая экспертиза. Когда специалист получает сертификат/диплом судебно-психиатрического эксперта, он получает знания, которые необходимо для ответов на вопросы различных правоохранительных и судебных органов, касающихся любых областей медицины. Эксперта-терапевта, эксперта-эндокринолога, эксперта-невролога не бывает.

Она, как судебный эксперт, в том числе, имеет сертификат по детской и взрослой неврологии.

Судебно-психиатрическая экспертиза как специальность, подразумевает проведение различных видов судебно-психиатрических исследований, в том числе и у лиц, с соматическими заболеваниями. В экспертном заключении приводятся те научные данные, которыми положено в данном случае пользоваться.

Судебная-психиатрическая экспертиза оценивает расстройство высшей, нервной деятельности при соматических заболеваниях, при их совокупности, при их взаимодополнении, утяжелении, с учетом возраста, получаемого лечения и прочих факторов.

При проведении судебной экспертизы, эксперты руководствуются законом об экспертной деятельности, которым предусмотрено проведение экспертизы одним специалистом в каждой области. Однако в соответствии с методическими рекомендациями ФГБУ «НМИЦ психиатрии и наркологии им. В.П. Сербского» Минздрава России, внутренним приказом главного врача ГБУЗ СК «Ставропольская краевая клиническая специализированная психиатрическая больница №1», предусмотрены особенности проведения ряда экспертиз, в том числе, посмертных. Установлено, что при проведении такого рода экспертизы, как в настоящем случае, формируется комиссия экспертов в составе троих судебно-психиатричеких экспертов и медицинского психолога.

В исследовательской части, касающейся медицинских документов, предметом исследования для судебно-психиатрического эксперта, в отсутствие живого лица, являются медицинские документы. Второстепенные для эксперта-психиатра являются показания свидетелей. Всегда учитывается, имеются ли противоречия.

Уточненный стандарт оформления заключения судебно-психиатрического эксперта - учетная форма №100/у-03 от 2020 года, не требует отдельного анализа представленных медицинских документов и свидетельских показаний, имеющихся в материалах дела, каждым экспертом. Все имеющиеся сведения излагаются в исследовательской части экспертного заключения и подписываются судебно-психиатрическими экспертами.

Указала, что к выводу об интеллектуально-мнестическом состоянии ФИО4 и об ухудшении его состояния с 2014 года, комиссия экспертов пришла исходя из специальных познаний в области судебно-психиатрической экспертизы, анализа медицинской документации, показаний свидетелей.

По состоянию на 2014 год (от указанной даты ведется представленная медицинская документация) у подэкспертного диагностируется <данные изъяты>

Кроме того, в 2014 году ФИО4 был постановлен диагноз: <данные изъяты>, который характеризуется преимущественно неврологическими нарушениями и, возможно, легким когнитивным снижением, это обратимая степень, при наличии соответствующего лечения.

В 2016 году у подэкспертного констатирована <данные изъяты>, медицинская документация содержит сведения о приеме подэкспертным антидиментного препарата <данные изъяты>.

Третья степень <данные изъяты> по номенклатуре характеризуется выраженными, стабильными, необратимыми изменениями психических функций, а именно, функций высшей нервной деятельности, то есть: интеллекта, сообразительности, памяти, скорости мышления, способности к абстракции, способности к полноценной критике над своими действиями, и прогноза своих действий.

В ноябре 2019 года врач-психиатр констатирует у подэкспертного <данные изъяты>

Таким образом, по сведениям медицинской документации, показаниям свидетелей строилась динамика ухудшения состояния подэкспертного. Исследовательская часть экспертного заключения представляет собой хронологическое изложение динамики развития дисциркуляторных нарушений, то есть гипоксических, трофических нарушений нервной ткани.

Даже врач-психиатр, со слов дочери, фиксирует ухудшение состояния здоровья в течение года. О том, что у подэкспертного наблюдается нарушение памяти, он сам называл врачу в 2016 году. При этом отмечает, что все симптомы, с которыми он обратился к врачу, беспокоят его на протяжении шести лет.

По данным медицинской науки, констатированные стойкие, выраженные, тотальные нарушения интеллектуально-мнестических функций, являются умеренными и выраженными, и развиваются на протяжении пяти-семи лет, до момента их констатации.

На вопрос суда и представителя ответчика о том, какими данными медицинской документации подтверждается объективность постановки диагноза - <данные изъяты>, пояснила следующее.

Первое упоминание <данные изъяты> и сопутствующих диагнозах выявлены в 2014 году, во время нахождения ФИО4 на стационарном лечении в гериатрическом отделении <данные изъяты>, при проведении достаточного спектра клинических обследований. В случае если человеку не постановлен психиатрический диагноз, но органика развивается на базе соматических и неврологических нарушений, в том числе, <данные изъяты> (диагноз врачей-неврологов и терапевтов), указанное врачом-психиатром приравнивается к психоорганическому симптомокомплексу.

В заключительном клиническом диагнозе медицинской карты стационарного больного <номер обезличен>, при выписке ФИО4 из <данные изъяты>, зафиксированы следующие заболевания:

<данные изъяты> медикаментозно достигнутая первая степень, <данные изъяты>; <данные изъяты>; <данные изъяты>

В амбулаторной карте пациента, имеется запись участкового врача-терапевта ФИО10, датированная 2016 годом, где указано, что пациент был осмотрен на дому, жалуется на <данные изъяты>. Указано, что все вышеперечисленные жалобы беспокоят длительно. Проходит курсы лечения, ухудшение состояния в течение последнего года. Постоянно принимает <данные изъяты>. Консультирован психиатром, принимает <данные изъяты>. В статусе описано, что пациент ориентирован во времени и пространстве, отмечается <данные изъяты>

Таким образом, сведений для постановки такого диагноза было достаточно.

Записи в медицинской документации, датированные 2014, 2016 годами, не противоречат последующим записям, несмотря на отсутствие каких-либо медицинских документов до ноября 2019 года. Они входят в единую канву динамики развития трофических нарушений в питании мозговых структур.

Нарушение высших психических функций у подэкспертного, согласно динамике, носило устойчивый, прогрессирующий характер, что подтверждается последующими записями в медицинской документации, перманентный характер это не носило. Колебаний в динамике мнестических функции подэкспертного не наблюдалось. В 2016 году констатирована третья степень энцелофапатии – это выраженные, стойкие, когнитивные нарушения, после которых необходимо констатировать <данные изъяты>

Иногда данный диагноз не констатируется, так как деменция является основанием для признания больного недееспособным в судебном порядке, и идет «игра» диагнозов, где врач ставит диагноз: <данные изъяты>, что приравнивается к <данные изъяты> в связи со смешанными заболеваниями, пациентам назначаются <данные изъяты>. <данные изъяты> назначается для лечения таких заболеваний.

Таким образом, по состоянию на февраль 2019 года, ФИО4 являлся несделкоспособным.

В посмертном эпикризе по факту смерти ФИО4 (последний лист медицинской карты пациента <номер обезличен>), указано, что подэкспертный наблюдался в <данные изъяты> с 2012 года с диагнозом: <данные изъяты>. Основное заболевание: <данные изъяты>. Ухудшение состояния последние несколько месяцев, сопровождались головокружением, слабостью, быстрой утомляемостью, потерей аппетита, резкой потерей веса. <данные изъяты>

Диагноз <данные изъяты> является выраженным глубоким дефектом памяти и интеллекта (стр.9 заключения судебно-психиатрической комиссии экспертов, т.3 л.д.7).

Диагнозы, которые установлены в медицинских картах в 2014, 2016, 2019 годах и до момента смерти подэкспертного не противоречат друг другу. Записи в медицинской карте с февраля 2019 до даты смерти ФИО4 отражают деменцию.

В ноябре 2019 года подэкспертному констатируют <данные изъяты> <данные изъяты>, чем констатируют отсутствие динамики улучшения. Это означает, что человек в течение длительного времени принимал лекарственный препарат, который ему не помог. Начало этих нарушений до тотального распада высших психических функций составляет в среднем 5-7 лет.

Также при подготовке экспертного заключения комиссией экспертов был проведен катамнестический анализ, то есть, анализ всех поставленных подэкспертному диагнозов с момента смерти, до момента внесения первой записи о состоянии пациента в медицинскую карту. По результатам проведенного анализа комиссия пришла к выводу, что во многих записях врачебных наблюдений, указывается, что пациент «длительно страдает», либо то или иное заболевание выявлено давно. Кроме того, с 2016 года осмотры пациента врачами проходили на дому, что указывает на тот факт, что пациент самостоятельно не мог прибыть в поликлинику по месту жительства и пройти обследование. У пациента наблюдались соматические отягощения, в связи с чем, он не мог самостоятельно посещать медицинские учреждения.

Выводы проведенной экспертизы строятся на соматической отягощенности, нарастании глубины <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>. Исследовалась вся совокупность указанных факторов и анамнестически, и катамнестически (катамнестически - имеется ввиду история заболевания), а также свидетельские показания (конкретно не датированы), не противоречащие динамике развития болезни. Свидетели не обладают специальными познаниями, при этом указывают, что подэкспертный разговаривал тихо, речь его была замедленной, взгляд он уводил в сторону, констатируют возрастное и сосудистое слабодушие. Показания свидетелей не обозначены какими-либо датами, но они не противоречат динамике развития всего описанного.

В представленной медицинской документации отсутствуют сведения о том, что подэкспертный перенес инсульт. Установлению подэкспертному группы инвалидности послужила совокупность всех ранее перечисленных диагнозов.

В ноябре врач-психиатр указывает, что ФИО4 <данные изъяты>. В медицинской документации достаточно записей, подтверждающих установленные подэкспертному диагнозы. Данные записи являются полными, конкретизированными.

Эксперт ФИО13 пояснила, что является экспертом-психологом. Стаж экспертной работы составляет 27 лет.

Судом назначена комплексная психолого-психиатрическая экспертиза, в связи с чем, она проведена с участием двух профессий: психолога и врачей-психиатров. Конкретно в данном случае, было бы достаточно проведения только психиатрической экспертизы, так как врачами-психиатрами сделан вывод о том, что имеет место линия заболевания. Однако в связи с тем, что была назначена, в том числе, и психологическая экспертиза, то ею был изучен конкретный судебный спор, и сделаны выводы для ответа на поставленный вопрос.

Полномочий на разрешение вопросов 1-4, поставленных в определении суда, не имеет, разрешала только пятый вопрос в части, относящийся к ее компетенции и полномочиям.

Пояснила, что формулировка пятого вопроса, поставленного на разрешение экспертов, подразумевающая ответ о возможности подэкспертного руководить и понимать значение своих действий, обычно относится к компетенции экспертов-психиатров. При этом, с учетом специфики вопроса, он относится к компетенции медицинского психолога, в связи с чем, ответ на поставленный вопрос, дается в правильной редакции, без указания, мог или нет подэкспертный понимать значение своих действий и руководить ими. В ответе на вопрос указано, что на момент подписания договора обнаружено снижение продуктивности мыслительной деятельности и эмоционально-волевые нарушения, препятствующие способности к осознанному принятию решения и его исполнению.

При разрешении поставленного вопроса, она исследовала всю информация, которая была предоставлена. Все, что было изучено, подробно изложено в исследовательской части экспертного заключения, а также отдельно в той части экспертизы, которая относилась к компетенции психолога.

Обратила внимание, что в части содержания показания свидетелей, выписывалось и оценивалось все. В части изучения медицинской документации всегда рассматривается и оценивается всё интересующее по отношению к юридически значимой дате, и имеющее отношение к высшим психическим функциям: вниманию, восприятию, памяти, мышлению, эмоционально-волевой сфере. При изучении показании свидетелей делался акцент на степень установившихся связей, на близость (не близость), пристрастия.

К психологическим причинам не способности подэкспертного понимать содержание и характер правовых последствий своих действий отнесла качество функционирования его психических функций, его способность к анализу, прогнозу.

При проведении исследования давалась оценка показаниям сторон по делу, показаниям свидетелей. Поскольку она является медицинским психологом, то также отслеживала динамику течения способностей головного мозга.

На вопрос представителя ответчика о том, чьи показания приняты во внимание при даче ответа на вопрос и установлении инертности, безынициативности, благодушия подэкспертного, пояснила, что в экспертном заключении указаны лица, чьи показания приводятся.

Так, на стр.19 заключения экспертов указано, что на вопрос председательствующего истец пояснял, что ФИО4 ничем не занимался, сидел дома, смотрел телевизор, выходил на улицу, общался с соседями, но он почти их не узнавал, перестал узнавать соседей в 2017 году. Истец говорит о том, что в декабре 2018 года ФИО4 перестал вставать с кровати, все время лежал, мог переворачиваться на бок. Ближе к 2019 году, у подэкспертного начали появляться галлюцинации.

На стр.18 заключения экспертов указано, что подэкспертный <дата обезличена> обращался за оказанием психиатрической помощи, был доставлен дочерью, со слов которой указано, что в течение последнего года значительно ухудшилась память, слышит разговоры посторонних людей в доме, не ориентируется в пространстве и времени утратил интересы, неопрятен физиологическими отправлениями.

Кроме того, из объяснения ответчика, отраженных на стр.21 заключения, следует, что признаков нарушения узнавания она не отмечала, ФИО4 всегда ее узнавал, она окликивала его из коридора, а он радовался ее приходу. Наряду с этим, ответчик сообщила о снижении познавательной активности, безразличии, о том, что до смерти супруги он любил читать книги, а после - ему все стало безразлично, он стал слушать только радио.

Далее свидетель ФИО6 сообщила о том, что подэкспертный выглядел неопрятно в связи с тем, что им утрачены навыки самообслуживания, у него имелись нарушения памяти, по характеру он был спокойным, добродушным, после смерти супруги слег, никуда не входил, у него забрали телефон, телевизор, общаться с ним по телефону не было возможности. Летом 2019 его купали, стригли, брили, выкатывали во двор на коляске.

Приоритеты в показаниях одних свидетелей над другими не отдавались.

Выслушав лиц, участвующих в деле, экспертов, исследовав имеющиеся и дополнительно представленные материалы, показания свидетелей, оценив собранные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований.

Данный вывод суда основан на следующем.

Из содержания положений статьи 153 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Частью 2 статьи 218 ГК РФ установлено, что право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Согласно пункту 1 статьи 572 ГК РФ или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Применительно к положениям указанной статьи, правовой целью вступления одаряемого в правоотношения, складывающиеся по договору дарения, является принятие дара с оформлением владения, поскольку наступающий вследствие исполнения дарителем такой сделки правовой результат (возникновения права владения) влечет для одаряемого возникновение имущественных прав и обязанностей. В свою очередь, даритель заинтересован исключительно в безвозмездной передаче имущества без законного ожидания какого-либо встречного предоставления от одаряемого (правовая цель). При этом предполагается, что даритель имеет правильное понимание правовых последствий дарения в виде утраты принадлежащего ему права на предмет дарения и возникновения данного права в отношении имущества у одаряемого.

Заключение сделки дарения предполагает передачу не только юридической судьбы предмета дарения, но и фактическую передачу вещи во владение, распоряжение и пользование.

Из доказательств, представленных сторонами, следует, что <дата обезличена> между ФИО4 (даритель) и ФИО2 (одаряемый) заключен договор дарения недвижимости б/н.

По условиям договора даритель безвозмездно передал в собственность одаряемому (подарил), а одаряемый принял в дар от дарителя недвижимость, состоящую из земельного участка (КН: <номер обезличен>, расположенного на землях населенных пунктов, назначение: для ИЖС), по адресу: <адрес обезличен>, площадью 486 кв.м вместе с находящимся на нем жилым домом (инвентарный <номер обезличен>, кадастровый <номер обезличен>, состоящим из одноэтажного жилого дома Литера А, общей площадью 60,6 кв.м) - (т.1 л.д.161-163).

<дата обезличена> произведена государственная регистрация права собственности ФИО2 на жилой дом и земельный участок, номер регистрации: <номер обезличен>; <номер обезличен> (т.1 л.д.110).

<дата обезличена> ФИО4 умер, что подтверждается свидетельством о смерти серии <номер обезличен>, выданным специализированным отделом государственной регистрации УЗАГС <адрес обезличен> от <дата обезличена> (т.1 л.д.17).

ФИО1 <данные изъяты> обратился к нотариусу С. ФИО3 с заявлением о принятии наследства, указав в составе наследственного имущества жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес обезличен> что подтверждается разъяснением нотариуса <номер обезличен> от <дата обезличена> (т.2 л.д.15).

К имуществу умершего открыто наследственное дело <номер обезличен>.

Согласно выпискам из ЕГРН <номер обезличен> и <номер обезличен>, нотариусом установлено, что указанные объекты недвижимости по <адрес обезличен> не принадлежат наследодателю на праве собственности. Правообладателем является ФИО2

В справке нотариуса С. ФИО3 б/н от <дата обезличена> указано, что ФИО1 (истец) фактически принял наследство после смерти ФИО4 (т.1 л.д.18).

В обоснование признания совершенной <дата обезличена> сделки недействительной, истец и его представитель указывают на значительное снижение интеллектуальной (когнитивной) функции ФИО4, который не мог в полной мере осознавать значение своих действий и в полной мере руководить ими при составлении и подписании договора дарения б/н от <дата обезличена>.

В соответствии со ст.166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно ст.167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно п.1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Следовательно, основание недействительности сделки, предусмотренное в указанной норме, связано с пороком воли, вследствие чего сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле.

При этом не имеет правового значения дееспособность лица, поскольку тот факт, что лицо обладает полной дееспособностью, не исключает наличия порока его воли при совершении сделки.

С учетом изложенного неспособность дарителя в момент заключения договора понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания договора недействительным.

Учитывая изложенное, юридически значимым обстоятельством является установление психического состояния лица в момент заключения сделки.

Из представленной суду медицинской документации усматривается, что при жизни ФИО4 наблюдался в <данные изъяты> (с2016 года), проходил лечение в <данные изъяты>» в 2014 году, установлены следующие диагнозы:

<данные изъяты>

Для установления психического и психологического состояния ФИО4 при составлении и подписании договора дарения недвижимости от <дата обезличена>, установления его способности понимать значение своих действий и руководить ими в юридически значимый период, судом назначена посмертная судебная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено экспертам ГБУЗ СК Ставропольская краевая клиническая специализированная психиатрическая больница № 1.

Согласно выводам комиссии экспертов в заключении судебно-психиатрической комиссии экспертов <номер обезличен> от <дата обезличена>, ФИО4 <дата обезличена> по сведениям, изложенным в представленной медицинской документации, в период составления оспариваемой сделки - договора дарения <дата обезличена> обнаруживал признаки органического расстройства личности и поведения в связи со смешанными заболеваниями (сосудистого, атеросклеротического, дисметаболического генеза (<данные изъяты>) <данные изъяты>

На это указывают сведения о формировании у подэкспертного на фоне прогрессирующих гипертонических, атеросклеротических и диабетических сосудистых нарушений и связанного с ними гипоксического поражения тканей центральной нервной системы психоорганической симптоматики в рамках выставляемой ФИО4 врачами поликлиники с 2016 года <данные изъяты>

Как следует из обобщенных данных научной литературы - во 2 ст. <данные изъяты> главенствующим становится психоорганический синдром, объединяющий сугубо неврологические симптомы и симптомы изменения основных функций высшей нервной деятельности (головная боль, головокружения, шум в голове, нечеткость зрения, слабость и быстрая утомляемость, в сочетании с замедлением мышления, снижением объема и концентрации внимания, аналитических способностей, запоминания и удержания в памяти полной информации о текущих событиях, эмоциональной лабильностью, слабодушием, иногда - апатичностью и пр.). В <данные изъяты> нарушения функций высшей нервной деятельности становятся равными или превалирующими над остальными патологическими симптомами со стороны центральной и периферической нервной системы.

О неуклонном прогрессировании у подэкспертного указанной психоорганической симптоматики свидетельствует ретроспективный анализ представленной медицинской документации, где отражена динамика ухудшения его соматического, неврологического и психического состояния, с потребностью еще с 2016 года принимать <данные изъяты>, с констатацией в диагнозе выраженных когнитивных нарушений; при полном отсутствии сведений с 2014 года о контроле глюкозы крови, приеме антигликемических средств; подтверждением ему в ноябре 2019 года при консультации психиатром наличия у пациента выраженных интеллектуально-мнестических расстройств, с наличием преходящих психотических состояний, и указанием, со слов дочери подэкспертного о том, что «...в течение последнего года значительно ухудшилась память, стал слышать разговоры «посторонних людей в доме», не ориентируется во времени, утратил интересы, неопрятен физиологическими отправлениями...»; данными показаний свидетелей, когда каждый из них в том, или ином выражении указал на прогрессирующие личностные и интеллектуально-мнестические нарушения у ФИО4

Психологический экспертный анализ представленных материалов раскрыл взаимосвязь психопатологических (в силу нарастающей выраженности психоорганического симптомокомплекса) изменений высшей нервной деятельности подэкспертного и особенностей его личностного реагирования.

Так, установлено, что у ФИО4 к периоду сделки (<дата обезличена>) имелись органические интеллектуально-мнестические особенности (выраженное снижение интеллектуального и волевого компонента в структуре личности, непонимание истинных мотивов действий окружающих; сниженная критическая способность к оценке имеющихся проблем и прогнозирование их последствий), так и интеллектуально-местнические особенности (интеллектуальный дефицит), которые оказали существенное влияние на его способность планировать, принимать решения, контролировать свои действия, прогнозировать их последствия и т. д.).

Таким образом, в период составления оспариваемой сделки дарения от <дата обезличена> ФИО4 не мог понимать значение своих действий и руководить ими.

С учетом выявленных у ФИО4 таких индивидуально-психологических особенностей, как инертность, безынициативность, благодушие с безразличием к происходящему, нарушениями памяти, потерей способности к самообслуживанию на момент составления и подписания договора дарения недвижимости от <дата обезличена>, последний обнаруживал снижение продуктивности мыслительной деятельности и эмоционально-волевые нарушения, препятствующие способности к осознанному принятию решения и его исполнению.

Оценив заключение судебной экспертизы <номер обезличен> от <дата обезличена> по правилам статьи 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о соответствии заключения требованиям действующего законодательства, в том числе, ст.84-86 ГПК РФ, требованиям Федерального закона от 31.05.2001 №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», Приказу Минздрава России от 12.01.2017 №3н «Об утверждении Порядка проведения судебно-психиатрической экспертизы».

В целях устранения возникших у сторон по делу сомнений в правильности и обоснованности данного заключения, судом в судебном заседании допрошены члены комиссии экспертов: врач-психиатр ФИО12 (докладчик), врач-психиатр ФИО11, психолог ФИО14

В судебном заседании эксперты дали исчерпывающие пояснения по проведенному исследованию в категоричной форме, не позволяющие их произвольного толкования, а также развернутые и логичные ответы на вопросы представителей истца и ответчика.

Эксперты подтвердили выводы экспертного заключения, пояснили, что из представленной медицинской документации следует, что в 2014 году подэкспертному установлен диагноз: дисциркуляторная энцефалопатия 2 степени, которая к 2016 году (то есть, до даты заключения оспариваемого договора дарения) развилась до третьей степени, являющейся необратимой. Третья степень дисциркуляторной энцефалопатии по номенклатуре характеризуется выраженными, стабильными, необратимыми изменениями психических функций, а именно, функции высшей нервной деятельности, то есть: интеллекта, сообразительности, памяти, скорости мышления, способности к абстракции, способности к полноценной критике над своими действиями, и прогноза своих действий. Таким образом, снижение интеллектуально-мнестической функции подэкспертного установлено еще с 2014 года.

Проанализировав изложенное выше, суд считает, что заключение судебной экспертизы <номер обезличен> от <дата обезличена> является надлежащим доказательством по делу, получено в предусмотренном законом порядке.

В заключении имеется ссылка на использование экспертом при производстве экспертизы специальной литературы, представленной медицинской документации.

Экспертное заключение составлено в пределах компетенции комиссии экспертов, эксперты обладают необходимой квалификацией и опытом работы в области психиатрии и медицинской психологии, предупреждены судом об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ.

Наличие специальных познаний и уровень квалификации экспертов, подготовивших заключение, подтверждаются соответствующими документами об образовании.

Заключение <номер обезличен> от <дата обезличена> основано на положениях, дающих возможность при наличии специальных познаний проверить достоверность и обоснованность сделанных выводов, вопреки доводам представителя ответчика, содержит подробное описание проведенного исследования, и примененных методов.

Выводы экспертов являются понятными, не требуют для своей интерпретации специальных познаний.

На поставленные перед экспертами в определении суда вопросы даны последовательные и исчерпывающие ответы. Выводы экспертов носят категоричный характер, обоснованы представленной на исследование медицинской документацией, материалами дела, специальной медицинской литературой.

Экспертами проведено исследование всех представленных материалов. Противоречий в заключении не имеется. Кроме того, заключение экспертов не противоречит совокупности имеющихся в материалах дела доказательств, а также представленной медицинской документации.

Оценивая данное заключение по внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами, суд приходит к выводу о проведении экспертизы с соблюдением действующего законодательства, в связи с чем, заключение может быть положено в основу решения суда, как доказательство психического и психологического состояния ФИО4 при составлении и подписании договора дарения недвижимости от <дата обезличена>, установления его способности понимать значение своих действий и руководить ими в юридически значимый период.

Сторонами по делу не представлено доказательств, подтверждающих недостоверность выводов проведенной экспертизы, либо ставящих под сомнение ее выводы. Доказательств несостоятельности выводов экспертизы или некомпетентности экспертов ее проводивших, и предупрежденных об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, суду не представлено. Доказательств, опровергающих заключение экспертизы, или позволяющих усомниться в правильности или обоснованности данного заключения, сторонами также не представлено.

Доводы представителя ответчика о признании заключения судебной экспертизы ненадлежащим доказательством по делу (в назначении повторной судебной экспертизы отказано <дата обезличена> в порядке ч.2 ст.224 ГПК РФ), суд полагает оценкой доказательства - заключения экспертизы, которая, по существу, сводится к критическому, субъективному суждению при отсутствии специальных познаний.

Вопреки доводам представителя ответчика, требования п.4.2 Порядка ведения учетной формы статистического учета и отчетности №100/у-03 «заключение врача-судебно-психиатрического эксперта (комиссии экспертов)», утвержденного Приказом Минздрава России от 26.10.2020 №1149н, к анамнезу, отражаемому в заключении, в заключении судебной экспертизы соблюдены, в том числе, в части анализа материалов гражданского дела, непосредственно характеризующих поведение и психическое состояние подэкспертного в период значимого события.

При проведении экспертизы исследованы показания свидетелей, имеющаяся медицинская документация, что в своей совокупности отражено в тексте заключения.

Отсутствие в заключении прямого указания на конкретные обстоятельства совершения сделки, сведения о ситуации, в которой ФИО4 совершал юридически значимое действие, о его мотивах, о второй стороне сделки, о процедуре ее оформления, не свидетельствует о недостоверности выводов проведенного исследования, тогда как интеллектуально-мнестическое снижение (в дальнейшем прогрессирующее) впервые зафиксировано в медицинской документации задолго до совершенной сделки, а именно, в 2016 году.

Способность лица понимать значение своих действий и руководить ими, в данном случае, при подписании договора дарения, не зависит от места совершения сделки, мотивов и процедуры ее оформления.

Довод представителя ответчика о недопустимости заключения судебной экспертизы в связи с отсутствием подписи одного из экспертов (ФИО11) в исследовательской части заключения (т.3 л.д.22) судом отклоняется. Само по себе отсутствие подписи эксперта в исследовательской части, при наличии таковой под поручением на производство экспертизы (т. 3 л.д. 2), в подписке экспертов (т. 3 л.д. 2), во вводной его части и далее по тексту заключения, не свидетельствует о недостоверности произведенного исследования.

Кроме того, в судебном заседании <дата обезличена> эксперт ФИО11 пояснила, что отсутствие подписи в исследовании является технической ошибкой, следствием большого объема подписываемых документов.

На основании изложенного, не установив нарушений, допущенных экспертами при проведении судебной экспертизы, суд приходит к выводу, что заключение <номер обезличен> от <дата обезличена> может быть положено в основу решения суда.

Заключением судебной экспертизы и пояснениями экспертов, данными в судебном заседании, опровергается довод стороны ответчика об ухудшении состояния ФИО4 после случившегося инсульта (со слов ответчика - ноябрь 2019 года). Представленная по запросу суда медицинская документация не содержит данных, свидетельствующих о перенесении ФИО4 инсульта.

Необходимым условием действительности сделки является соответствие волеизъявления воле лица, совершающего сделку. Нельзя считать действительными сделки, совершенные гражданином в состоянии, когда он не сознавал окружающей его обстановки, не отдавал отчета в совершаемых действиях и не мог руководить ими. Причина такого состояния, по смыслу ст.177 ГК РФ, может быть разной, в том числе оно может быть вызвано наличием того или иного заболевания.

Имеющиеся в материалах дела и в представленной медицинской документации, сведения о возрасте ФИО4 на дату заключения договора дарения (83 года), состоянии его здоровья, психической истощаемости в связи с утратой супруги, а так же выводы, содержащиеся в заключении комиссии экспертов от <номер обезличен> от <дата обезличена>, показания свидетелей, не противоречащие заключению и друг другу, позволяют суду сделать вывод о том, что спорный договор дарения заключен ФИО4 в состоянии, в котором он не мог понимать значение своих действий и руководить ими.

Показания свидетелей не свидетельствуют об обратном. Свидетели при заключении оспариваемого договора они не присутствовали, и об обстоятельствах подписания договора свидетельствовать не могут.

При этом свидетели допрошены до назначения и проведения судебной экспертизы, их показания отражены и проанализированы в экспертном заключении.

Довод представителя ответчика о не нарушении оспариваемой сделкой прав истца судом не принимается, поскольку фактическое получение истцом и ответчиком от наследодателя на разных основаниях объектов недвижимости, не является основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований при установленных судом обстоятельствах.

Оценка доводам представителя ответчика о пропуске истцом срока исковой давности дана судом в порядке ч.2 ст.224 ГПК РФ в судебном заседании <дата обезличена> (т.1 л.д.29-30).

В соответствии со ст. 67 ГПК РФ, оценив доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, а также их относимость, допустимость, достоверность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к выводу о наличии достаточных и достоверных доказательств, подтверждающих, что в момент совершения оспариваемой сделки ФИО4 не мог понимать значение своих действий и руководить ими. Доказательств обратного, вопреки положениям ст.56 ГПК РФ, суду не представлено.

Таким образом, суд приходит к выводу об удовлетворении требования истца о признании договора дарения недействительным.

Разрешая требования истца о признании за ним права на 1/2 долю в праве на спорные объекты недвижимости - земельный участок по <адрес обезличен> и расположенный на нем жилой дом, суд считает необходимым указать следующее.

Решение суда должно быть законным и обоснованным (ч.1 ст.195 ГПК РФ). Суд принимает решение по заявленным истцом требованиям. Однако суд может выйти за пределы заявленных требований в случаях, предусмотренных федеральным законом (ч.3 ст.196 ГПК РФ).

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации (Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 07.10.2020 №9ПВ19), разрешение судом спора должно урегулировать конфликтную ситуацию сторон, а не порождать правовую неопределенность в правоотношениях участников гражданского оборота.

В силу ст. 167 ГК РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.

Согласно п.2 ч.2 ст.218 ГК РФ в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных ГК РФ (ст.1111 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 1110 ГК РФ при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил настоящего Кодекса не следует иное.

Согласно ст. 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя (ч.1 ст.1142 ГК РФ).

При указанных обстоятельствах, учитывая, что ФИО2 исковые требования не признала, от спорного имущества, отчужденного в ее пользу первоначальным собственником (наследодателем), не понимавшим значение своих действий и не способным руководить ими, не отказывалась, суд приходит к выводу о признании за истцом и ответчиком права собственности в порядке наследования по закону на спорное имущество, по 1/2 доли в праве - каждому.

Разрешая ходатайство представителя истца ФИО1 по доверенности - Шаталовой А.А. о взыскании с ответчика в пользу истца понесенных судебных расходов на оплату проведения судебной экспертизы в размере 39.568 рублей и оплату услуг представителя в размере 45.000 рублей, суд приходит к следующему выводу.

В силу ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

По общему правилу, установленному ч. 1 ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 указанного кодекса. В случае если иск удовлетворен частично, указанные в этой статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

При рассмотрении дела истцом понесены расходы на проведение судебной экспертизы ГБУЗ СК «Ставропольская краевая клиническая специализированная психиатрическая больница №1» в размере 39.568 рублей, что подтверждается договором <номер обезличен> от <дата обезличена>, актом об оказании платных медицинских услуг по договору <номер обезличен> от <дата обезличена>, кассовым чеком от <дата обезличена> на сумму 39.568 рублей.

Согласно абз.5 ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителя.

В п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием.

В подтверждение требований о взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя к материалам дела приобщено соглашение об оказании юридических услуг от <дата обезличена>, заключенное между адвокатом Ставропольской краевой коллегии адвокатов Шаталовой А.А. и ФИО1

По условиям соглашения (п.1.1.), юридические действия адвоката включают в себя: комплексное представление интересов ФИО1, <дата обезличена> года рождения по гражданскому делу об оспаривании сделки - договора дарения в суде первой инстанции.

За оказываемую по настоящему соглашению юридическую помощь доверитель обязуется внести оплату в размере 45.200 рублей (п.4.1.).

В качестве подтверждения произведения истцом оплаты за оказанную юридическую помощь, на представленном суду соглашении от <дата обезличена> проставлена рукописная надпись о получении денежных средств: «Денежные ср-ва получены в полном объеме (подпись) квитанция к приходному кассовому ордеру выдана».

Согласно ч.6 ст.25 Федерального закона от 31.05.2002 №63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», вознаграждение, выплачиваемое адвокату доверителем, и (или) компенсация адвокату расходов, связанных с исполнением поручения, подлежат обязательному внесению в кассу соответствующего адвокатского образования либо перечислению на расчетный счет адвокатского образования в порядке и сроки, которые предусмотрены соглашением.

Возмещению подлежат только фактически понесенные судебные расходы, подтвержденные документально.

Из Письма Минфина России от 29.12.2006 №03-01-15/12-384 следует, что адвокатские образования (в том числе адвокатские кабинеты) в целях реализации п.6 ст. 25 Закона об адвокатуре (в части обязательного внесения в кассу адвокатского образования вознаграждения, выплачиваемого адвокату доверителем, и (или) компенсации адвокату расходов, связанных с исполнением поручения) должны оформлять кассовые операции в соответствии с Порядком ведения кассовых операций в Российской Федерации, утвержденным решением Совета Директоров Центрального Банка России от 22.09.1993 №40.

Согласно пунктам 12 и 13 данного Порядка прием наличных денег в кассу производится по приходным кассовым ордерам, а кассовые операции оформляются типовыми межведомственными формами первичной учетной документации. Формы первичной учетной документации по учету кассовых операций утверждены в установленном порядке Постановлением Госкомстата России от 18.08.1998 №88. Таким образом, оформление кассовых операций в адвокатских образованиях при приеме в кассу адвокатского образования вознаграждения, выплачиваемого адвокату, и (или) компенсации расходов, связанных с исполнением поручения, производится по приходным кассовым ордерам (форма "КО-1") с указанием назначения вносимых средств и с выдачей квитанции к приходному кассовому ордеру, подтверждающей прием наличных денег.

Таким образом, для надлежащего оформления приема наличных денежных средств в счет оплаты услуг адвокатов в кассу адвокатского образования, необходимо заполнение приходно-кассовых ордеров (ПКО) и выдача квитанций к ним, подтверждающих прием денежных средств, ведение кассовой книги и журнала регистрации ордеров, которые в рассматриваемом случае суду не представлены.

Суд соглашается с доводами представителя ответчика, что составление и подписание соглашения об оказании юридических услуг является выражением воли сторон, однако бесспорно не подтверждает произведение истцом оплаты труда адвоката в натуре.

Рукописное указание на уплату денежных средств по соглашению в полном объеме и выдачу квитанции к приходному кассовому ордеру, в отсутствие соответствующих документальных доказательств (ст.56 ГПК РФ), не может безусловно свидетельствовать о несении истцом соответствующих судебных расходов, в связи с чем суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении ходатайства в указанной части.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 - удовлетворить.

Признать договор дарения недвижимости (без номера), заключенный <дата обезличена> между ФИО4 и ФИО2, недействительным.

Прекратить право собственности ФИО2, зарегистрированное <дата обезличена> (номер регистрации: <номер обезличен>; <номер обезличен>) на:

- жилой дом, расположенный по адресу: <адрес обезличен> <адрес обезличен>, кадастровый <номер обезличен>, площадь-60, 6 кв. м; назначение - жилое;

- земельный участок, находящийся по адресу: <адрес обезличен>, кадастровый <номер обезличен>, площадь: 489+- 4,44, категория земель - земли населенных пунктов, виды разрешенного использования: для ИЖС.

Признать за ФИО1 (паспорт серия <номер обезличен> <номер обезличен>, выдан <дата обезличена> ОВД <адрес обезличен>, код подразделения <номер обезличен>) право собственности в порядке наследования по закону на 1/2 доли в праве собственности на:

- жилой дом, расположенный по адресу: <адрес обезличен>, кадастровый <номер обезличен>, площадь-60, 6 кв. м; назначение - жилое;

Признать за ФИО2 (паспорт серия <номер обезличен> <номер обезличен>, выдан <дата обезличена> ОВД <адрес обезличен>, код подразделения <номер обезличен>) право собственности в порядке наследования по закону на 1/2 доли в праве собственности на:

Решение суда является основанием для прекращения государственной регистрации права собственности от <дата обезличена> за ФИО2 (номер регистрации: <номер обезличен>; <номер обезличен>) на жилой дом (КН: <номер обезличен>) и земельный участок (КН: <номер обезличен>), расположенные по адресу: <адрес обезличен> и внесения записи о регистрации права собственности по 1/2 доли в праве на указанные объекты недвижимости за ФИО1 и ФИО2.

Ходатайство представителя истца ФИО1 по доверенности - Шаталовой А.А. о взыскании судебных расходов удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 (паспорт серия 0703 <номер обезличен>, выдан <дата обезличена> ОВД <адрес обезличен>, код подразделения <номер обезличен>) в пользу ФИО1 (паспорт серия 0706 <номер обезличен>, выдан <дата обезличена> ОВД <адрес обезличен>, код подразделения <номер обезличен>) судебные расходы на оплату проведения судебной экспертизы в размере 39.568 рублей.

В удовлетворении ходатайства представителя истца ФИО1 по доверенности - Шаталовой А.А. о взыскании с ФИО2 расходов на оплату услуг представителя в размере 45.000 рублей - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ставропольский краевой суд через Ленинский районный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 27.01.2023.

Судья И.Н.Маслова