Дело №2-1808/2022
УИД 78RS0006-01-2021-010127-25 14 сентября 2022 года
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ фЕДЕРАЦИИ
Кировский районный суд Санкт-Петербурга в составе:
председательствующего судьи Малининой Н.А.
при секретаре Гавриловой И.С.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к ФИО3 о признании договора купли-продажи недействительным, применении последствий недействительности сделки, включении имущества в наследственную массу, признании права собственности,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1, ФИО2 обратились в суд с иском к ФИО3 о признании договора купли-продажи недействительным, применении последствий недействительности сделки, включении имущества в наследственную массу, признании права собственности.
В обоснование заявленных требований истцы указали, что ДД.ММ.ГГГГ скончался ФИО7, приходившийся им племянником. Информация о его смерти была получена от соседей ДД.ММ.ГГГГ. С целью проверки полученных сведений истцы прибыли в квартиру ФИО7, расположенную по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, обнаружив, что в квартире находятся посторонние люди, которые дверь им не открыли. ДД.ММ.ГГГГ истцы подали обращение в отдел по борьбе с мошенничеством при Кировском УВД Санкт-Петербурга. По факту смерти ФИО7 и пребывающих в его квартире посторонних лиц в настоящее время проводится проверка.
Согласно полученной выписке из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество (далее – ЕГРН) от ДД.ММ.ГГГГ, право собственности на квартиру по вышеуказанному адресу зарегистрировано за ответчиком на основании договора купли-продажи.
Истцы считают, что сделка по купле-продаже квартиры подлежит признанию недействительной, поскольку умерший ФИО7 являлся инвалидом с бессрочным действием инвалидности, был сильно пьющим человеком, не мог отдавать отчёт своим действиям и понимать последствия совершённой им сделки.
Истцы также не исключают, что сделка по купле-продаже квартиры, возможно, могла быть совершена под угрозой жизни и здоровья умершего, а также, что подписи на договоре не были выполнены самим ФИО7, поскольку по истечении полутора месяцев после спорной сделки ФИО7 скончался.
Сделка по купле-продаже квартиры лишила истцов возможности впоследствии распорядиться наследственным имуществом по своему усмотрению. Умерший ФИО7 не имел наследников первой и второй очередей, его родители и супруга умерли, детей не было, в браке не состоял.
До последних дней жизни ФИО7 истцы с ним общались, равно как иные родственники. Иногда истцы привозили ему продукты питания, оплачивали коммунальные услуги, убирали квартиру. ФИО7 при жизни никогда не высказывал намерений продать (подарить) свою долю земельного участка и дома, а равно и квартиру по вышеуказанному адресу, которая являлась его единственным постоянным жильём.
В последние дни жизни ФИО7 был вывезен в другое место, поскольку скончался он не по месту своего жительства.
За полтора месяца до смерти ФИО7 оформил сделку купли-продажи квартиры с ответчиком, не имеющей с ним родственных отношений. В настоящее время имеются сведения об объявлениях продажи квартиры по вышеуказанному адресу.
Ссылаясь на изложенные обстоятельства, настаивая на удовлетворении заявленных требований, ФИО1, ФИО2 просили признать недействительной и применить последствия недействительности договора купли-продажи квартиры по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, заключённого ДД.ММ.ГГГГ между ФИО4 и ФИО7, включить квартиру по указанному адресу в наследственную массу, признать за истцами право собственности на данную квартиру в порядке наследования по закону.
Истцы, их представитель ФИО5 в судебное заседание явились, исковые требования поддержали.
Представитель ответчика ФИО6 в судебное заседание явился, возражал против удовлетворения исковых требований.
Третьи лица в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.
Проверив материалы дела, выслушав объяснения представителей сторон, допросив в качестве свидетелей Свидетель №1, ФИО10, оценив представленные и добытые доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.
В соответствии со статьёй 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственник, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
В соответствии с пунктом 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).
В соответствии с пунктом 1 статьи 549 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).
Из материалов дела следует, а сторонами не оспаривается, что ФИО7 являлся собственником квартиры по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>.
Из материалов дела следует также, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО7 и ФИО4 заключён договор купли-продажи, по условиям которого ФИО7 продал и передал в собственность ответчика принадлежащую продавцу на праве собственности квартиру по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>.
Согласно пункту 4 договора купли-продажи, квартира продана за 4 600 000 рублей, которые покупатель уплатил продавцу до подписания настоящего договора. Настоящий договор подтверждает передачу указанной суммы покупателем продавцу.
В соответствии с пунктом 5 договора купли-продажи продавец обязался, в том числе освободить и передать покупателю в фактическое пользование отчуждаемую квартиру в течение десяти дней с момента получения покупателем зарегистрированного в установленном законом порядке договора купли-продажи.
Переход права собственности на квартиру по вышеуказанному адресу к ФИО4 зарегистрирован в установленном законом порядке ДД.ММ.ГГГГ.
ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 умер.
Обращаясь с настоящими требованиями, истцы указали, что являются наследниками ФИО7, который при жизни не высказывал намерения продать или подарить принадлежащую ему квартиру, злоупотреблял спиртными напитками, не понимал значения своих действий и их последствий, а также, что подпись на договоре купли-продажи ему не принадлежит.
В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Согласно пункту 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.
При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Согласно положениям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы.
Заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 настоящего Кодекса. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.
Выводы экспертов могут быть определенными (категоричными), альтернативными, вероятными и условными.
Определенные (категорические) выводы свидетельствуют о достоверном наличии или отсутствии исследуемого факта.
Как следует из заключения эксперта №22-136-М-2-1808/2022 от ДД.ММ.ГГГГ, составленного по результатам проведённой экспертом ООО «ЦНПЭ «ПетроЭксперт» судебной почерковедческой экспертизы, назначенной определением Кировского районного суда Санкт-Петербурга от ДД.ММ.ГГГГ, решить вопрос о том, является ли копия подписи, значащейся от имени ФИО7, в копии договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ копией подписи, выполненной сами ФИО7 или другим лицом, не представляется возможным по причинам, изложенным в исследовательской части настоящего заключения.
Копия рукописного текста, значащегося от имени ФИО7 в том же договоре купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ гожа, является копией текста, выполненного, вероятно, самим ФИО7
В исследовательское части заключения эксперт указал, что представленные образцы подписей ФИО7 характеризуются неустойчивостью проявления общих и частных признаков, значительно-выраженной вариационностью, в том числе с рядом признаков необычного выполнения (в виде угловатостей и извилистей в штрихах, нарушения пространственной ориентации, возможно, в необычных условиях или состоянии), но в рамках естественной, чёткостью и относительной чёткостью (в том числе из-за выполнения некоторых из них в виде копий низкого качества). Сравнение образцов подписей между собой, однако, позволяет оценить их как однородные, конструктивно сопоставимые и выявить совокупность признаков, достаточную для того, чтобы не исключить их, как выполненные одним лицом.
При сравнении подписи, значащейся от имени ФИО7 в спорном договоре, с представленными образцами его подписей и почерка установлены как совпадения, так и различия по общим и частным признакам, однако они выявлены в объёме, недостаточном для какого-либо определённого вывода.
В соответствии с положениями статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации экспертное заключение является одним из видов доказательств по делу, оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования. В то же время, суд при наличии в материалах рассматриваемого дела заключения эксперта должен учитывать и иные добытые по делу доказательства и дать им надлежащую оценку. Экспертные заключения оцениваются судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.
Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.
Суд в данном случае не усматривает оснований ставить под сомнение достоверность заключения эксперта от ДД.ММ.ГГГГ, приходя к выводу о том, что они в полном объёме отвечают требованиям статей 55, 59 - 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку содержат подробное описание исследований материалов дела, сделанные в результате их выводы и обоснованные ответы на поставленные вопросы. Оснований не доверять выводам указанной экспертизы у суда не имеется, эксперт имеет необходимую квалификацию, предупреждён об уголовной ответственности и не заинтересован в исходе дела.
Ходатайств о назначении по делу повторных или дополнительных экспертиз на основании положений статьи 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации сторонами в ходе рассмотрения дела заявлено не было.
При этом суд считает необходимым указать на то обстоятельство, что бремя доказывания своих возражений относительного факта заключения договора, возложено на в рассматриваемом случае на сторону истца. В отсутствие категоричного или вероятностного вывода эксперта о принадлежности подписи в договоре именно ФИО7, эксперт, тем не менее, указал на недостаточность оснований для вывода и о том, что подписи на исследуемых документах выполнены не ФИО7
Отсутствие категоричного или вероятного вывода о том, что подписи от имени ФИО7 на представленном договоре купли-продажи выполнены не самим ФИО7, и мотивы, послужившие основанием для невозможности прийти к такому выводу, изложенные в исследовательской части заключения, в совокупности с выводом эксперта о вероятном исполнении на данном договоре рукописного текста самим ФИО7, позволяют суду сделать вывод о подписании договора от ДД.ММ.ГГГГ именно ФИО7
В силу пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
В нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истцами не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что в юридически значимый для рассмотрения настоящего дела период времени ФИО7 не мог понимать значение своих действий и руководить ими. Судом таких доказательств не добыто.
При этом, согласно ответу Наркологического диспансера от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО7 в наркологическом кабинете Кировского района под диспансерным наблюдением не состоит, за медицинской помощью не обращался.
От назначения по делу посмертной психолого-психиатрической экспертизы истцы отказались.
В нарушение приведённой нормы гражданского процессуального законодательства российской Федерации истцами также не представлено доказательств в подтверждение доводов о возможном подписании ФИО7 договора купли-продажи квартиры под влиянием угроз.
Суд считает возможным отметить, что для принятия законного решения необходимо, чтобы в основу такого решения были положены соответствующие доказательства, которым дана надлежащая оценка, включающая в себя определение относимости, допустимости, достоверности и достаточности. Относимостью доказательств является то положение, в соответствии с которым суд должен допускать и исследовать только те доказательства, которые относятся к данному делу, то есть могут подтвердить или опровергнуть те обстоятельства дела, на которые ссылаются стороны и другие лица, участвующие в деле. Достоверность доказательств означает, что сведения, которые подтверждаются данными доказательствами, соответствуют действительности; достаточность доказательств свидетельствует о том, что на их основании можно сделать однозначный вывод о доказанности определенных обстоятельств.
При оценке доказательств суд должен объективно проанализировать все исследованные доказательства, сопоставив их, и на основании внутреннего убеждения сделать вывод.
Проанализировав представленные доказательства, суд приходит к выводу о том, в отсутствие доказательств, свидетельствующих о том, что на момент составления и подписания договора купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 не мог понимать значение своих действий и руководить ими, в отсутствие доказательств, свидетельствующих о подписании договора под влиянием угроз, при наличии вывода вышеуказанного заключения эксперта, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных ФИО1, ФИО2 требований о признании сделки недействительной, ввиду их недоказанности, равно как и производных требований о применении последствий недействительности сделки, включении имущества в состав наследства, признании права собственности на квартиру.
Из показаний допрошенной судом в качестве свидетеля Свидетель №1 следует, что ФИО7 она знала с 1994 года, её квартира располагается под его квартирой. ФИО7 – инвалид с детства. Дмитрий начал злоупотреблять спиртными напитками после смерти своей супруги. В февраля 2021 года у него появилась женщина по имени Светлана. Дмитрий периодически сдавал одну из комнат в своей квартире, последнее время в комнате кто-то проживал. В квартире свидетель видела Дмитрия в ноябре 2021 года, он был одет в домашнюю одежду, по обстановке квартиры не было ощущения, что он переезжает. Один раз при свидетеле у Дмитрия был эпилептический удар пять лет назад.
Согласно показаниям допрошенного судом в качестве свидетеля ФИО10, племянника ФИО7, он часто приходил к дяде в 2021 году. Свидетель проживает в Ленинградской области, а работает в Санкт-Петербурге, когда просто ждал автобус, встречался с дядей, если не успевал домой, то оставался у него переночевать. ФИО7 часто употреблял спиртные напитки, практически каждый день. В последний месяц жизни ФИО7 очень исхудал, жаловался на спину, просил купить ему таблетки. Последний раз свидетель был у ФИО7 в период с 9 по 14 ноября, точную дату не помнит. В это время ФИО7 проживал в своей квартире, признаков переезда свидетель не заметил, вещи были на месте. В квартире находилась Светлана и арендатор по имени Алексей. В последний раз, когда свидетель видел ФИО7, ничего необычного не заметил, только вместо водки, которую последний покупал ранее, приобрёл более дорогую, однако свидетель не спросил почему, возможно, появились деньги. Про источники дохода ФИО7 свидетелю ничего неизвестно. ФИО7 получал пенсию, ему платил человек, который снимал у него комнату, а также один раз он говорил свидетелю про кредит. Про намерение продать квартиру или про её продажу ФИО7 свидетелю ничего не говорил, тогда как между ними имели место доверительные отношения.
Показания указанных свидетелей в рассматриваемом случае сами по себе не могут быть положены в основу вывода об удовлетворении иска, поскольку в соответствии со статьёй 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.
Доводы истцов о том, что при жизни ФИО7 не изъявлял желания совершать действия по отчуждению каким-либо способом принадлежащего имущества, а также со ссылкой на то, что его смерть наступила по иному адресу, нежели адресу спорной квартиры, подлежат отклонению судом, поскольку сами по себе указанные обстоятельства не свидетельствуют о недействительности заключённого с ответчиком договора купли-продажи.
Более того, согласно постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе рассмотрения материала проверки КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ оперуполномоченным ОУР МВД России по Кировскому району Санкт-Петербурга получены объяснения истца ФИО1, из которых чётко следует, что при жизни ФИО8 говорил ей о том, что хочет продать принадлежащую ему квартиру по вышеуказанному адресу, построить дом на земельном участке, а в ходе телефонного разговора, состоявшегося накануне его смерти, ДД.ММ.ГГГГ, ФИО7 сообщил ей о том, что у него всё хорошо.
Таким образом, доводы истцов об отсутствии со стороны ФИО7 намерения продать спорную квартиру опровергаются объяснениями самой ФИО1
Намерение ФИО7 продать спорную квартиру также подтвердил опрошенный оперуполномоченным ФИО9, занимавший одну из комнат квартиры по спорному адресу на условиях договора найма с сентября 2021 года.
Нахождение же ФИО7 в момент смерти не по адресу спорной квартиры обусловлено надлежащим исполнением пункта 5 заключённого им с ответчиком договора купли-продажи квартиры, согласно которому, как указывалось ранее, продавец обязался, в том числе освободить и передать покупателю в фактическое пользование отчуждаемую квартиру в течение десяти дней с момента получения покупателем зарегистрированного в установленном законом порядке договора купли-продажи. Переход права собственности на квартиру по спорному адресу зарегистрирован в установленном законом порядке ДД.ММ.ГГГГ.
На иные обстоятельства в обоснование заявленных требований истцы не ссылались.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
в удовлетворении исковых требований ФИО1, ФИО2 к ФИО3 о признании договора купли-продажи недействительным, применении последствий недействительности сделки, включении имущества в наследственную массу, признании права собственности – отказать.
Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца с момента принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Кировский районный суд Санкт-Петербурга.
Судья Н.А. Малинина