Дело № 2-3926/2022

50RS0048-01-2022-004098-15

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

6 октября 2022 года г.о. Химки Московской области

Химкинский городской суд Московской области в составе председательствующего судьи Кульбака О.М., при секретаре Николаевой А.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-3926/2022 по иску ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения недействительным, признании государственной регистрации права собственности ФИО2 на квартиру недействительной, признании за ФИО1 права собственности на квартиру,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о признании договора дарения от 13 июня 2019 года недействительным, признании государственной регистрации права собственности ФИО2 на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, недействительной, признании за ФИО1 права собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>.

В обоснование исковых требований истец ссылался на то, что в 2015 году он на основании договора купли-продажи приобрел в собственность квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, в которой он проживал и проживает в настоящее время. В 2019 году у ФИО1 диагностировали онкологическое заболевание. Узнав о диагнозе, он очень расстроился, впал в депрессию и фактически стал готовиться к смерти. Находясь в этот период в подавленном состоянии, ФИО1 решил распорядиться принадлежащей ему на праве собственности вышеуказанной квартирой. У него имеется две дочери: старшая – ФИО6 и младшая – ФИО7, которая является инвалидом второй группы. ФИО1 хотел оставить квартиру обеим дочерям в равных долях, о чем решил с ними посоветоваться. Младшей дочери в этот период не было в Московской области, и истец обсудил этот вопрос со старшей дочерью, так как полностью ей доверял. Старшая дочь со своей дочерью ФИО2 (внучкой истца) убедили ФИО1, что не имеется смысла писать завещание. Они настояли на том, чтобы он подарил квартиру своей внучке ФИО2 До оформления договора и старшая дочь, и внучка заверили истца, что они решат вопрос с его младшей дочерью. Ответчик обещала истцу, что половину квартиры она подарит ей. ФИО1 под влиянием заблуждения о намерениях ФИО2 подарил ей всю спорную квартиру. Договор дарения был составлен в простой письменной форме 13 июня 2019 года и зарегистрирован в государственном порядке. Акт о передаче квартиры при заключении договора дарения не составлялся, так как истец до настоящего времени продолжает проживать в спорной квартире и несет бремя оплаты коммунальных услуг за квартиру. Ответчик никакой помощи истцу ни материальной, ни физической не оказывает, хотя они договаривались, что ответчик будет выделять истцу средства на оплату коммунальных услуг и оказывать физическую помощь по содержанию квартиры. О том, что ФИО2 должна оплачивать коммунальные услуги, непосредственно прописано в договоре. Истец неоднократно обращался к ответчику с вопросов, когда она исполнит свое обещание и подарит 1/2 часть квартиры младшей дочери истца. Ответчик под разными предлогами тянула время и ничего не предпринимала, но не отказывалась от данного истцу при заключении договора обещания. Однако при последнем разговоре на эту тему в апреле 2022 года ФИО2 ясно дала понять ФИО1, что не собирается делиться квартирой с его младшей дочерью. Тогда истец понял, что ответчик не собиралась отказываться от части квартиры и ввела его в заблуждение относительно своих намерений с целью получить квартиру в собственность полностью.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, указанным в исковом заявлении, дополнительно пояснив, что в настоящий момент он не проживает в квартире, расположенной по адресу: <адрес>, поскольку его старшая дочь ФИО6 поменяла замок во входной двери в квартиру. Оплата коммунальных услуг по данной квартире производится ФИО1, спорная квартира является его единственным местом жительства. ФИО1 зарегистрирован в квартире, расположенной по адресу: <адрес>, которая принадлежит его младшей дочери ФИО7 ФИО1 не состоит на учете у врача-психиатра, за медицинской помощью к врачу-психиатру он никогда не обращался.

Представитель истца ФИО8 в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме по основаниям, указанным в исковом заявлении, полагала, что срок исковой давности для обращения в суд с вышеуказанными исковыми требованиями не пропущен, поскольку ФИО1 узнал о том, что его внучка ФИО2 не собирается дарить спорную квартиру младшей дочери истца в апреле 2022 года.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала по основаниям, указанным в возражениях на исковое заявление, дополнительно пояснив, что ФИО1 при оформлении договора дарения квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, не сообщал ответчику, что данную квартиру ответчик должна подарить младшей дочери истца. ФИО2 оплачивает коммунальные услуги по данной квартире, помогает истцу, оплачивает за него налоги. Со спорной квартиры ФИО1 добровольно съехал в мае 2022 года.

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признала по основаниям, указанным в возражениях на исковое заявление, просила применить к сложившимся правоотношениям срок исковой давности.

Суд, выслушав доводы сторон, изучив материалы дела, приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель)безвозмезднопередает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно п. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

В силу подп. 5 п. 2 ст. 178 ГК РФ при наличии условий, предусмотренныхпунктом 1настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральнымзаконом.

Судом установлено, что на основании договора купли-продажи № <адрес> от <дата> ФИО1 являлся собственником квартиры, расположенной по адресу: <адрес> (л.д. 14-15, 16).

13 июня 2019 года между ФИО1 и ФИО2 заключен договор дарения, согласно которому ФИО1 подарил ФИО2 квартиру, расположенную по адресу: <адрес> (л.д. 13).

Допрошенная в судебном заседании по ходатайству стороны истца свидетель ФИО7 показала, что ФИО1 является ее отцом, ФИО2 – дочь ее сестра ФИО6 В начале 2022 года ФИО1 сообщил ФИО7, что подарил ФИО2 квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, но ФИО2 должна подарить ФИО7 1/2 долю в праве собственности на данную квартиру. В апреле 2022 года ФИО2 сообщила, что не подарит ФИО7 1/2 долю в праве собственности на квартиру. При заключении договора дарения от 13 июня 2019 года ФИО7 не присутствовала.

Допрошенная в судебном заседании по ходатайству стороны ответчика свидетель ФИО6 показала, что ФИО1 является ее отцом, ФИО2 – ее дочерью, ФИО7 – ее младшей сестрой. Договор дарения от 13 июня 2019 года был заключен в присутствии ФИО6, при этом никаких условий о последующем дарении ФИО2 спорной квартиры ФИО7 истец не ставил. В марте 2022 года ФИО1 добровольно выехал из спорной квартиры и стал проживать у своей знакомой. В связи с тем, что истец поменял замок во входной двери в квартиру, ФИО6 и ее дочери пришлось вскрывать дверь, после чего был установлен новый замок во входной двери в квартиру.

Показания свидетеля ФИО7 не могут быть признаны достаточным достоверным доказательством относительно обстоятельств заключения сторонами договора дарения, поскольку указанный свидетель при подписании договора дарения, обсуждения между сторонами условий его заключения не присутствовал, обстоятельства совершения сделки по отчуждению спорного имущества знает только со слов истца.

Разрешая настоящий спор, суд, руководствуясь требованиями вышеуказанных норм права, исходит из того, что все существенные условия договора дарения от 13 июня 2019 года, заключенного между ФИО1 и ФИО2, сторонами были изложены четко, ясно и понятно, возражений по поводу заключения данного договора ФИО1 при его заключении не высказывалось, стороны достигли правового результата, характерного для такой сделки, а именно: ФИО1 передал в дар ФИО2 квартиру, расположенную по адресу: <адрес>. Доказательств того, что ФИО1 подписал договор дарения, не понимая его содержания, условий и сути сделки, не представлено, равно как и доказательств, подтверждающих, что воля сторон была направлена на создание иных правовых последствий. Суд находит, что на момент заключения договора дарения от 13 июня 2019 года ФИО1 осознавал, что распоряжается своим имуществом на безвозмездной основе в пользу ФИО2 Оснований для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным ст. 178 ГК РФ, судом не установлено, доказательств, свидетельствующих о заключении договора дарения под влиянием заблуждения, истцом не представлено. Собранными по делу доказательствами подтверждается, что договор дарения истец заключил лично, его волеизъявление было направлено именно на дарение ФИО2 спорной квартиры.

Утверждение истца о том, что при заключении договора дарения от 13 июня 2019 года ответчик обещала впоследствии подарить спорную квартиру младшей дочери истца - ФИО7, нельзя отнести к заблуждению, поскольку договор дарения не содержит условий о том, что имущество может быть передано в собственность ответчика при условии его последующей передачи в собственность ФИО7

Довод истца о том, что спорная квартира является его единственным местом жительства, само по себе не может являться достаточным основанием для признания договора дарения недействительным, поскольку собственник вправе произвести отчуждение своего имущества любому лицу.

В соответствии с п. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только позаявлениюстороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, являетсяоснованиемк вынесению судом решения об отказе в иске.

Пунктом 15 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

В соответствии с п. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка(пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Из материалов дела усматривается, что оспариваемый договор дарения был заключен сторонами 13 июня 2019 года, при этом ФИО1 продолжал проживать в спорной квартире, доказательств того, что его выезд из квартиры носил недобровольный характер, стороной истца в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ не представлено. Принимая во внимание, что истец лично подписывал договор дарения, на момент подписания договора был дееспособен, мог самостоятельно осуществлять и защищать свои права и исполнять обязанности, действовал добровольно, суд приходит к выводу, что срок исковой давности по указанной оспариваемой сделке начал течь с момента ее заключения. Следовательно, срок исковой давности истек 13 июня 2020 года.

Учитывая вышеизложенное, а также то обстоятельство, что с вышеуказанными исковыми требованиями истец обратился в суд <дата>, то есть с пропуском установленного законом срока, доказательств уважительности причин пропуска обращения в суд не представил, суд не усматривает оснований для удовлетворения исковых требований о признании договора дарения недействительным, в том числе, и в связи с пропуском срока исковой давности, о чем было заявлено стороной ответчика.

Принимая во внимание, что судом отказано в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения от 13 июня 2019 года недействительным, суд приходит к выводу, что оснований для удовлетворения производных исковых требований о признании государственной регистрации права собственности ФИО2 на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, недействительной, признании за ФИО1 права собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения недействительным, признании государственной регистрации права собственности ФИО2 на квартиру недействительной, признании за ФИО1 права собственности на квартиру - отказать.

Решение может быть обжаловано в Московский областной суд через Химкинский городской суд Московской области в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 12 октября 2022 года.

Судья О.М. Кульбака