Дело №2-192/2022
№
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
26 сентября 2022 года г.Нерехта Костромской области
Нерехтский районный суд Костромской области в составе:
председательствующего судьи: Бекеновой С.Т.,
с участием: заместителя Нерехтского межрайонного прокурора Абзалова А.Р., представителя истца ФИО1 - адвоката Калмыкова Д.А., представителя ответчика ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» ФИО2,
при помощнике судьи Сиговой Н.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» о признании незаконными решений Совета директоров об отстранении от должности генерального директора Общества, признании незаконным увольнения и восстановлении на работе с возложением обязанности заключения трудового договора на неопределенный срок, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации за период неиспользованного отпуска, компенсации морального вреда за нарушение трудовых прав работника,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратился в суд с иском к ОАО «Нерехтский промышленный комбинат», в котором просил: признать незаконным решение Совета директоров ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» от ДД.ММ.ГГГГ. об отстранении истца от должности генерального директора Общества; взыскать с ОАО «Нерехтский промышленный комбинат»: заработную плату за время вынужденного прогула с ДД.ММ.ГГГГ. по момент вынесения судом решения по заявленным требованиям, компенсацию за время вынужденного прогула по вине ответчика за период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ., компенсацию морального вреда за незаконное отстранение от занимаемой должности в размере 100 000 руб.
Указанные требования обоснованы тем, что ДД.ММ.ГГГГ истец был принят на работу в ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» в должности гендиректора. Во время нахождения ФИО1 на больничном листе от сотрудников предприятия по телефону ДД.ММ.ГГГГ. узнал о наличии решения ответчика не допускать его на территорию предприятия, а в начале ДД.ММ.ГГГГ года получил электронную копию протокола заседания Совета директоров Общества, которым он отстранен от исполнения обязанностей генерального директора до формирования комиссии по проверке деятельности его как руководителя за период с ДД.ММ.ГГГГ. и по настоящее время в связи с утратой доверия. Официально от работодателя каких-либо документов об отстранении его от должности не получал. Считает, что в силу п.9.3.9 Устава ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» решение Совета директоров является незаконным, так как к компетенции данного органа относится только назначение гендиректора и досрочное прекращение его полномочий. Оснований для применения положений ст.76 Трудового кодекса РФ, регламентирующей порядок отстранения работника от работы, к нему как к единоличному исполнительному органу юридического лица не имеется. Статья 81 Трудового кодекса РФ предусматривает не отстранение от должности, а расторжение трудового договора по инициативе работодателя в связи с утратой доверия. Налицо отстранение истца от исполнения им трудовых обязанностей с нарушениями трудового законодательства, что причинило материальный и моральный вред (гражданское дело №г.)
Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ. указанный иск объединен с гражданским делом № по иску ФИО1 к ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» о признании незаконным увольнения с должности генерального директора ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» с ДД.ММ.ГГГГ. по п.9 ч.1 ст. 81 Трудового кодекса РФ, восстановлении ФИО1 в должности генерального директора ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» с ДД.ММ.ГГГГ.; взыскания с ответчика заработной платы за время вынужденного прогула за период с ДД.ММ.ГГГГ. по момент вынесения решения судом, компенсации невыплаченного отпуска за предшествующие дате увольнения три календарных года, компенсации морального вреда за незаконное увольнение и многочисленные нарушения трудового законодательства в размере 300 000 руб.
В обоснование требований указано, что начиная с ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 состоял в трудовых отношениях с ответчиком и работал в ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» в должности генерального директора. Решением Совета директоров ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» от ДД.ММ.ГГГГ. был отстранён от занимаемой должности в связи с утратой доверия, и ДД.ММ.ГГГГ. решением этого же органа юридического лица уволен по основанию, предусмотренному п.9 ч.1 ст.81 Трудового кодекса РФ. Считает увольнение незаконным, поскольку оснований для отстранения от работы по признаку «утрата доверия» с последующим увольнением не имелось, деятельность руководимого им предприятия была успешной, а Совет директоров не правомочен решать вопросы об отстранении. Также считает, что ответчик нарушил процедуру увольнения, не познакомил с вышеназванными решениями, с приказом об увольнении, не взял объяснения с него, не произвел окончательный расчет с выдачей трудовой книжки.
В ходе рассмотрения дела представитель истца - адвокат Калмыков Д.А., действующий по нотариальной доверенности от имени ФИО1, воспользовался правом, закреплённым в ч.1 ст.39 Гражданского процессуального кодекса РФ (далее - ГПК РФ), неоднократно уточнял исковые требования, в окончательном виде просил:
1.признать незаконным решение Совета директоров ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» от ДД.ММ.ГГГГ. об отстранении ФИО1 от должности генерального директора Общества;
2.признать незаконным решение Совета директоров ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» от ДД.ММ.ГГГГ. об отстранении ФИО1 от должности генерального директора Общества;
3.признать длительное и систематическое, на протяжении более № лет, не заключение ответчиком с ФИО1 трудовых контактов (договоров) о приеме на работу истца в должности генерального директора ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» за период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. незаконным;
4.признать незаконным увольнение ФИО1 с должности генерального директора ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» с ДД.ММ.ГГГГ. по п.9 ч.1 ст. 81 Трудового кодекса РФ;
5.восстановить ФИО1 в должности генерального директора ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» с ДД.ММ.ГГГГ;
6. обязать ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» заключить с ФИО1 трудовой контакт (договор) о приеме на работу в должности генерального директора с ДД.ММ.ГГГГ с заработной платой в размере 180 000 руб. на неопределенный срок;
7.взыскать с ответчика в пользу ФИО1 заработную плату за время вынужденного прогула за период с ДД.ММ.ГГГГ. по момент вынесения решения судом из расчёта 180 000 руб. в месяц по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ в общей сумме 1 789 825 руб. 61 коп.;
8.взыскать с ответчика в пользу ФИО1 денежную компенсацию неиспользованного им отпуска за предшествующие дате увольнения три календарных года, из расчёта размера заработной платы в сумме 180 000 руб. в месяц в общей сумме 540 000 руб.;
9. взыскать с ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного истцу допущенными при его первом незаконном отстранении от должности генерального директора от ДД.ММ.ГГГГ. многочисленными нарушениями норм Конституции РФ и Трудового кодекса РФ в размере 100 000 руб.;
10. взыскать с ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного истцу допущенными при его первом незаконном отстранении от должности генерального директора от ДД.ММ.ГГГГ. многочисленными нарушениями норм Конституции РФ и Трудового кодекса РФ в размере 100 000 руб.;
11. взыскать с ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного истцу допущенными при его незаконном увольнении с должности генерального директора Общества многочисленными нарушениями норм Конституции РФ и Трудового кодекса РФ в размере 300 000 руб.;
12. взыскать с ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного истцу в результате длительного и систематического на протяжении периода времени более № лет не заключения ответчиком с ФИО1 трудовых контрактов (договоров) о приеме на работу в должности генерального директора Общества за период с ДД.ММ.ГГГГ год по ДД.ММ.ГГГГ года в размере 300 000 руб. (заявление от ДД.ММ.ГГГГ.).
К участию в дело в качестве третьего лица на стороне ответчика, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, привлечен председатель Совета директоров ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» ФИО3
В судебном заседании представитель истца Калмыков Д.А. уточненные исковые требования поддержал по основаниям, указанным выше, в дополнение пояснил, что в период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 неоднократно назначался Советом директоров ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» генеральным директором и работал в данной должности без заключения трудового договора, которым бы определялись должностные обязанности истца, должностной оклад и доплаты к нему, режим работы и отдыха, место исполнения трудовых обязанностей и срок действия контракта, что со стороны ответчика является нарушением действующего трудового законодательства и прав работника на труд и взаимосвязанные с ним социально-трудовые права, в том числе, на справедливую оплату труда, на отдых, социальное обеспечение. Со ссылкой на Обзор практики рассмотрения судами дел по спорам, связанным с заключением трудового договора, утверждённого Президиумом Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ., и факта многократности назначения ФИО1 на должность гендиректора ежегодно на срок № год в течении № лет подряд представитель Калмыков Д.А. полагает, что трудовой договор между сторонами дела должен быть признан заключенным на неопределённый срок.
Решения Совета директоров ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» от ДД.ММ.ГГГГ. и от ДД.ММ.ГГГГ. об отстранении истца от занимаемой должности являются незаконными, так как согласно Устава юридического лица к компетенции данного органа относится только назначение генерального директора и досрочное прекращение его полномочий. О заседаниях данного органа в указанные даты ФИО1, который являлся членом Совета директоров, и принятых решениях своевременно и в установленной форме (письменно, с вручением документов) не был уведомлен.
По мнению представителя истца, ответчиком была нарушена процедура увольнения, а основания, по которым с ФИО1 был расторгнут трудовой договор, являются незаконными. Формулировка об увольнении по п.9 ч.1 ст.81 Трудового кодекса РФ, указанная в приказе от ДД.ММ.ГГГГ. №-к, не соответствует формулировке федерального законодателя, закрепленной в данной норме, а также формулировке, указанной в решении Совета директоров от ДД.ММ.ГГГГ. об основаниях увольнения. Полагает, что Совет директоров был не правомочен увольнять по этому основанию, так как в его компетенцию входит только досрочное прекращение полномочий (п.9.3.9 Устава). Решение об увольнении принято до завершения работы комиссии, созданной решением Совета директоров от ДД.ММ.ГГГГ., в целях проверки деятельности ФИО1 в должности гендиректора за период, начиная с ДД.ММ.ГГГГ. Ответчиком не представлен результат работы указанной комиссии к ДД.ММ.ГГГГ. и в суд, из которого бы следовало, что ФИО1 принимал решения, которые повлекли нарушение сохранности имущества работодателя, неправомерное его использование или причинение иного ущерба имуществу организации. В силу требований Трудового кодекса РФ работодатель обязан ознакомить работника со всеми материалами проверки, так как законодателем закреплено право последнего на обжалование её результатов, что сделано не было. Размер убытков в нарушение норм ст.ст.233,243 Трудового кодекса РФ по настоящий момент не определён, надлежащими документами в соответствии с требованиями действующего законодательства не оформлен. Фактически увольнение ФИО1 представляет собой меру дисциплинарной ответственности, связанную с материальной ответственностью истца как работника.
ДД.ММ.ГГГГ. истцу для ознакомления была представлена только выписка из заседания Совета директоров от ДД.ММ.ГГГГ., какой-либо приказ об увольнении ему не представлялся, копия данного документа ФИО1 не вручалась и по почте не направлялась. Показания свидетелей, допрошенных в рамках судебного разбирательства, относительно того сколько документов предлагалось истцу для ознакомления ДД.ММ.ГГГГ. и каких именно являются противоречивыми. ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» объективными доказательствами не подтвердил факт отказ истца от подписи в приказе об увольнении.
Увольнение ФИО1 имело место за рамками №-дневного срока с даты обнаружения дисциплинарного проступка председателем Совета директоров ФИО3 - ДД.ММ.ГГГГ., увольнение произведено ДД.ММ.ГГГГ, что также является нарушением порядка увольнения.
По мнению представителя истца, срок, на который назначался ФИО1 по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ. не истек.
Согласно утверждениям представителя истца, заработная плата ФИО1 составляла 180 000 руб., часть которой - 32 000 руб. поступала на банковскую карту, а оставшаяся выдавалась в бухгалтерии предприятия под роспись наличными денежными средствами. Доказательств, соответствующих принципам допустимости и относимости, о размере заработной платы гендиректора в сумме 18 000 руб. и премии в 9 000 руб., либо размеру оклада равному 25 000 руб. и премии в 12 500 руб. ответчиком не представлено. Трудовой договор, которым бы устанавливалась оплата за труд в должности гендиректора, с ФИО1 не заключался, приказов об установлении истцу соответствующего размера заработной платы и премиальных выплат, работодателем не издавался и в материалы дела представлен не был, а штатное расписание на № год не является тем документом, из которого можно сделать вывод о доходах от трудовой деятельности на комбинате. В оригинале штатное расписание судом не исследовалось. Председатель Совета директоров В.С. в своих объяснениях суду показал, что затрудняется указать реальный размер установленной ФИО1 заработной платы. Свидетель Х пояснил, что истец сам устанавливал себе размер оплаты труда. Согласно статистических данных средняя заработная плата по Костромской области составляла в ДД.ММ.ГГГГ году - 31421 руб., в ДД.ММ.ГГГГ году - 32210 руб., в ДД.ММ.ГГГГ году - 35 967 руб. Принимая во внимание, что ФИО1 являлся руководителем успешно функционировавшего производственного предприятия на протяжении № лет, размер его заработной платы не мог составлять 37 500 руб. С учетом указанного, заработная плата за время вынужденного прогула и компенсация за время неиспользованных отпусков за три года, предшествовавших дате увольнения, подлежат исчислению и выплате, исходя из заработной платы в размере 180 000 руб. Ответчиком, не опровергнут надлежащими доказательствами довод стороны истца, что ФИО1 не воспользовался установленным законодателем право на отпуск в период с ДД.ММ.ГГГГ.
В период времени с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. истец был лишен возможности попасть в свой кабинет, где находились его личные и иные документы, в том числе, связанные с его деятельностью как ИП и руководителя ООО «Промком», и цифровая подпись, попасть на территорию, арендуемую у ответчика для деятельности ООО «Промком», забрать принадлежащее истцу имуществу. Указанное лишало ФИО1 возможности получать доход по иному месту деятельности, и образует на его стороне право требовать от ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» заработной платы за время вынужденного прогула.
Представитель истца со ссылкой на разъяснения, данные Верховным Судом РФ в п.3 постановления Пленума от 02.06.2015г. №21, считает, что инициированный ФИО1 спор, так как он связан с нарушением работодателем прав руководителя организации как работника, подлежит рассмотрению в суде общей юрисдикции.
Представитель ответчика ФИО2, действующий по доверенности, пояснил, что ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» иск не признает, поскольку увольнение истца по п.9 ч.1 ст.81 Трудового кодекса РФ является законным и произведено с соблюдением требований Трудового кодекса РФ и на законных основаниях. В ДД.ММ.ГГГГ году ФИО1, являясь единоличным исполнительным органом - гендиректором заключил от имени ответчика договор аренды с ООО «Промком», где является единственным учредителем и директором, который впоследствии данный договор неоднократно перезаключался на новый срок. По условиям договора ООО «Промком» получал во временное владение и пользование помещение швейного цеха площадью № кв.м. по адресу: (,,,), с уплатой аренды в месяц в сумме 25 380 руб., из расчета 180 руб. за № кв.м. ДД.ММ.ГГГГ при осмотре арендуемых помещений председателем Совета директоров ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» ФИО3, в ходе которого производились замеры арендуемых площадей, было установлено, что фактически ООО «Промком» пользуется площадью в № кв.м., что на № кв.м. больше, чем предусмотрено договором аренды, при этом оплату за лишнюю площадь не производит, что следует из журнала проводок, платежных документов, оборотно-сальдовой ведомости. От объяснений в письменном виде ФИО1 по данному факту отказался, устно ФИО3 пояснил, что его действия являются законными, так как имели место в рамках предоставленных ему полномочий. Для проверки этих обстоятельств, а также в связи с поступлением информации о дополнительных нарушениях, допущенных истцом, была создана комиссии, до окончания работы которой ФИО1 был отстранён от исполнения обязанностей гендиректора, что являлось вынужденной мерой, направленной на проведение объективного расследования и недопущения исчезновения доказательств. Комиссией в ходе своей работы ДД.ММ.ГГГГ. был проведен повторный осмотр арендуемых помещений с участием работников ООО «Промком» с составлением акта о том, что арендатор занимал большую площадь, чем предусмотрено договором аренды на № квм.м., за которые не вносил арендную плату, что создавало на стороне ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» убытки в виде недополученных денежных средств, а на стороне арендатора - неосновательное обогащение. Кроме этого, данные действия ФИО1 привели к тому, что ответчик не мог пользоваться принадлежащим ему имуществом для осуществления своей хозяйственной деятельности. Указанные действия гендиректора не соответствовали интересам ОАО «Нерехтский промышленный комбинат», который недополучил за № месяцев действия договора аренды с ООО «Промком» 108 000 руб. Предварительные результаты, полученные в ходе работы комиссии о злоупотреблениях со стороны истца, были переданы в полицию для решения вопроса о возбуждении уголовного дела. Так, в рамках проверки заявления ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» ДД.ММ.ГГГГ. на территории земельного участка, принадлежащего ФИО1, сотрудниками полиции был обнаружен котел, похищенный с территории ОАО «Нерехтский промышленный комбинат». В результате необоснованного решения истца, заключившего договор аренды на одних условиях, а фактически имело место передача ФИО1 в пользование ООО «Промком», то есть самому себе, большей площади, для ответчика наступили неблагоприятные последствия в виде неполучения денежных средств за аренду, которые могли быть использованы ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» для собственной деятельности, а также в виде невозможности самому ответчику использовать данное помещение. Об этом решении гендиректора стало известно только ДД.ММ.ГГГГ., но поскольку истец в период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. находился на больничном листе, то это время не включается в месячный срок, предоставленный работодателю на принятие решения об увольнении. Истец был извещен, но не воспользовался правом присутствовать на заседаниях Совета директоров, где обсуждались эти вопросы, дать объяснения, представить документы в обоснование своей позиции, возместить причиненный ущерб. Из обращения ФИО1 в полицию по факту незаконного удержания принадлежащего ему имущества и документов следует, что имел место конфликт интересов между двумя юридическими лицами - ООО «Промком» и ОАО «Нерехтский промышленный комбинат», руководитель которых ФИО1 действовал в своих личных интересах и в интересах своей формы, но не в интересах акционерного общества, где являлся назначаемым руководителем. По настоящий момент служебная проверка за период деятельности ФИО1 в должности гендиректора не завершена. Также осуществляется инвентаризация имущества и документов, связанных с работой предприятия в период, когда его руководителем являлся истец. Многие документы отсутствуют на предприятии по неизвестным причинам, а также как следует из пояснений, оставшихся на комбинате работников, вследствие того, что ФИО1 к оформлению многих документов относился ненадлежащим образом или просто не оформлял их.
Приказ об увольнении истца издан на основании решения Совета директоров от ДД.ММ.ГГГГ., ознакомиться с которым ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ в присутствии сотрудников полиции, членов Совета директоров и юристов отказался, в связи с чем в данном документе была сделана соответствующая отметка. На выписке из решения Совета директоров от ДД.ММ.ГГГГ. подпись бывшего гендиректора Общества об ознакомлении с ней имеется. Несмотря на то, что формулировка в приказе об увольнении внесена в усечённом виде по п.9 ч.1 ст.81 Трудового кодекса РФ, однако это не меняет существо увольнения и не является основанием для восстановления ФИО1 на работе.
По мнению представителя, понятие «сохранность», с учетом положений ст.343 Гражданского кодекса РФ и его раскрытия в словаре ФИО4, представляет собой сохранение полной целостности, неприкосновенность от всяческих посягательств, а выбытие части имущества из владения собственника, это и есть нарушение целостности имущества. Истец фактически передав ООО «Проком» арендуемую площадь в размере большем, чем указано в договоре аренде, допустил нарушение сохранности имущества работодателя. Следствием необоснованных решений ФИО1 стало фактическое уменьшение активов работодателя в период незаконного использования помещений третьим лицом. Размер причиненных убытков равен стоимости аренды недвижимости, существующей в тот период времени в г.Нерехта.
От получения трудовой книжки и расписаться за её получение ФИО1 отказался, в связи с чем ему была направлена телеграмма о необходимости явиться на предприятие или дать согласие на её отправку по почте, однако от совершения вышепоименованных действий бывший работник уклонился.
При увольнении с истцом был произведен полный расчет, в том числе, ФИО1 были выплачены заработная плата за ДД.ММ.ГГГГ года и ДД.ММ.ГГГГ года, частичная оплата больничного листа за первые три дня, компенсация за неиспользованные дни отпуска, а всего 103 582 руб. 99 коп. Расчет сумм по указанным выше позициям произведен исходя из размера заработной платы 25 000 руб. + премиальные выплаты (12 500 руб.), которые были установлены самим ФИО1 Согласно бухгалтерских документов, имеющихся на предприятии, и документов, поступивших из налогового органа, совокупный месячный доход истца в ДД.ММ.ГГГГ году составлял 37 500 руб. Документов о наличии заработной платы у ФИО1 в ином размере на предприятии, не имеется.
Как правило, выборы Совета директоров происходили на общем собрании акционеров, которое проводилось в июне каждого года после окончания отчетного периода. После общего собрания вновь выбранный Совет директоров проводил свое первое заседание, на котором выбирался председатель Совета директоров и назначался гендиректор. Единственный раз в ДД.ММ.ГГГГ году в связи с эпидемией КОВИДа данные действия были перенесены на сентябрь, в ДД.ММ.ГГГГ году общее собрание акционеров и заседание Совета директоров происходило в обычные сроки, в связи с чем полномочия ФИО1 как гендиректора истекли в ДД.ММ.ГГГГ года. Поэтому, если суд придет к выводу, что увольнение ФИО1 являлось незаконным, то на основании ст.394 Трудового кодекса РФ, должен принять решение об изменении формулировки основания увольнения и выплате работнику среднего заработка за время вынужденного прогула только в том случае, если неправильная формулировка основания и (или) причины увольнения препятствовала поступлению на другую работу. Однако истец является индивидуальным предпринимателем, имеет собственное предприятие - ООО «Промком», а также имущество, находящееся не на территории Нерехтского комбината, в том числе, производственное оборудование, которое позволяет иметь истцу собственные доходы.
Мера дисциплинарного взыскания в виде увольнения применена в течении месячного срока, исчисленного с учетом положений ч.3 ст.193 Трудового кодекса РФ, согласно которой в месячный срок не засчитывается время болезни работника. ФИО1 находился на больничном листе с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ.
Представителем ответчика заявлено о пропуске сроков давности по требованиям о взыскании компенсации за время неиспользованных отпусков и по заключению трудовых договоров.
По мнению представителя ответчика, так как ФИО1 является акционером, гендиректором ОАО «Нерехтский промышленный комбинат», то имеет место корпоративный спор, подлежащий рассмотрению в Арбитражном суде, суд общей юрисдикции рассматривает неподведомственное ему дело.
Дело рассматривается в отсутствие надлежаще извещенных истца ФИО1 и третьего лица ФИО3 (по ходатайству).
Будучи опрощенным в судебных заседаниях ДД.ММ.ГГГГ., ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 пояснил, что исковые требования поддерживает, и указал, что с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ. постоянно исполнял обязанности гендиректора ОАО «Нерехтский промышленный комбинат», вопрос о заключении в письменном виде трудового договора с ним он никогда не поднимал. Фактически он выполнял функцию начальника производства, все остальные вопросы решал и контролировал председатель Совета директоров ФИО3, который часто приезжал на предприятие (по № раза в месяц). Заседание Совета директоров в ДД.ММ.ГГГГ года не проводилось. С учетом того, что заседанием Совета директором ДД.ММ.ГГГГ сместилось начало исчисления годичного срока, срок его полномочий истекает ДД.ММ.ГГГГ. Его заработная плата в ДД.ММ.ГГГГ г.г. составляла 180 000 руб., из них 30 000 руб. - официальная часть, которая перечислялась на карту, остальные 150 000 руб. выдавались лично ФИО3 или передавались его уполномоченными лицами наличными суммами. Положение о премировании распространяло свое действие только на иных работников предприятия, в отношении него вопрос о размере заработной платы находился в ведении ФИО3, который являлся фактически собственником комбината. Вопрос об уходе в отпуск он всегда согласовывал со ФИО3, фактически в счет отпуска им было использовано: в ДД.ММ.ГГГГ году - № день, в ДД.ММ.ГГГГ. - по № дней. О заседании Совета директоров, который проводился ДД.ММ.ГГГГ. в (,,,) он был извещен накануне поздним вечером, в его работе не участвовал. Про ДД.ММ.ГГГГ ему пришло сообщение только о времени, когда будет вскрываться его кабинет и чтобы он пришел для получения личных вещей, уведомления о том, что в этот день будет еще проходить заседание Совета он не получал. ДД.ММ.ГГГГ. был ознакомлен только с выпиской из решения Совета директоров от ДД.ММ.ГГГГ., с приказом об увольнении его никто не знакомил, копию данного документа под расписку никто не вручал, от его получения, как и трудовой книжки, он не отказывался. Договор об аренде с ООО «Промком» заключался с ведома и с согласия ФИО3, который неоднократно был на арендуемых площадях, в последний раз в связи с необходимостью принятия решения о реконструкции здания. В ДД.ММ.ГГГГ году стали возникать разногласия со ФИО3 по вопросам хозяйственной деятельности Нерехтского промкомбината, поэтому он принял решение уволиться, подал ДД.ММ.ГГГГ. соответствующее заявление председателю Совета директоров, в принятии которого было отказано, но ДД.ММ.ГГГГ. он отозвал данное заявление. В связи с ухудшением состояния здоровья в период с ДД.ММ.ГГГГ. находился на больничном листе, который ему полностью оплачен. Когда ДД.ММ.ГГГГ. он сообщил на предприятие о своей болезни, то в этот момент узнал от С, что Советом директоров принято решение об его отстранении от работы, закрытии ему доступа на территорию комбината, включая арендуемые площади, кабинет, где кроме документов, связанных с работой Нерехтского промкомбината находилась его документация как индивидуального предпринимателя и учредителя/руководителя ООО «Промком» на бумажных носителях и в компьютере, принадлежащие ему денежные средства, а также на территории предприятия была припаркована автомашина Мерседес Атего, в арендуемых помещения находилась готовая к отправке продукция ООО «Промком», сырье, швейное оборудование, в бухгалтерии комбината - личная электронная подпись. Какого-либо превышения площадей, находившихся в пользовании у арендатора - ООО «Промком», не имелось, пользование электричеством за счет арендатора предусматривалось договором аренды. При заключении договора аренды права промкомбинат не нарушались, поскольку заключение договора аренды было согласовано со ФИО3, арендная плата вносилась в соответствии с условиями договора. ДД.ММ.ГГГГ он получил только часть принадлежащих ему документов. В связи с указанным он не мог осуществлять предпринимательскую деятельность как ИП, а работа ООО «Промком» полностью остановилась, что стало основанием для направления в его адрес от партнеров, ожидавших поставку готовой продукции, плата за которую была внесена ранее, многочисленных претензий. В настоящее время начинаются судебные разбирательства по этому поводу в арбитражном суде. Эта ситуация отрицательно сказалась на его состоянии здоровья, у него наблюдается повышенное давление, возникли проблемы с сердцем, что по заключению врачей является результатом стресса. Пережитые им страдания, как физические, так и нравственные, связанные с умалением его авторитета как руководителя перед возглавляемым им коллективом и среди общественности города Нерехты будут компенсированы взысканием денежных средств в заявленном размере.
Согласно письменному отзыву ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ., третье лицо считает иск не подлежащим удовлетворению с указанием на то, что все документы, связанные с выплатой ФИО1 заработной платы хранятся на предприятии. Именно истец обладал полномочиями по начислению себе заработной платы, размер которой указывался ежегодно в штатном расписании, которая в ДД.ММ.ГГГГ году составлял размер не более 37 500 руб., выплаты в большем размере не производились. Все протоколы заседаний Совета директоров хранились на комбинате, но при увольнении истец не передал их новому руководству, в настоящее время предпринимаются меры по их поиску или восстановлению. Трудовые договоры после очередного назначения ФИО1 на должность гендиректора в письменной форме не заключались, никаких локальных правовых актов, определяющих обязанности гендиректора помимо Устава и действующего законодательства в Обществе нет. ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ года является акционером ОАО «Нерехтский промышленный комбинат», с ДД.ММ.ГГГГ по решению акционеров стал членом Совета директоров Общества и был первый раз назначен на должность гендиректора. Так как на тот момент ФИО1 уже состоял в трудовых отношениях, то заключения нового трудового договора в силу ст.25 КЗоТ РСФСР не требовалось, так как фактически имел место перевод с одной должности на другую на одном и том же предприятии. Полагает, что отсутствие трудового договора никак не влияет на права истца, круг должностных обязанностей и мера ответственности которого определяется Уставом работодателя и устанавливается трудовым законодательством, а также законодательством, регламентирующем вопросы об акционерных обществах. В ходе проводимой инвентаризации документы, связанные с трудоустройством ФИО1 не найдены, приказы об увольнении истца в связи с истечением годичного срока его полномочий не издавались, записи в трудовую книжку об увольнении не вносились. Считает, что ФИО1 как член Совета директоров несет не меньшую ответственность за ненадлежащее оформление с ним трудовых отношений. За № лет трудовой деятельности в должности гендиректора истец не разу не инициировал данного вопроса ни на заседании Совета ни на общем собрании акционеров, не подавал жалобы в данные органы управления Обществом, не обращался в суд за защитой своих трудовых прав. Несмотря на отсутствие трудового договора, ФИО1 будучи гендиректором, то есть единоличным исполнительным органом юридического лица, принимал производственные и кадровые решения: утверждал штатным расписанием себе заработную плату и выплачивал её, заключал трудовые договоры с работниками, заключал сделки с имуществом Общества, издавал кадровые приказы, увольнял работников. Считает, что срок для обращения в суд по вопросу о ненадлежащем оформлении трудовых отношений истек, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований. Отсутствие трудового договора, заключенного с истцом, также не может служить основанием для восстановления ФИО1 на работе в должности генерального директора.
Будучи опрошенным в качестве свидетеля, до привлечения к участию в дело в качестве третьего лица, ФИО3 пояснил, что именно он уведомлял ФИО1 о заседаниях Совета директоров на ДД.ММ.ГГГГ. через мессенждер Вацап и посредством телеграммы, на которые истец не явился. Он предлагал истцу ДД.ММ.ГГГГ, когда ФИО1 пришел на вскрытие его опечатанного кабинета, ознакомиться с выпиской из протокола заседания Совета директоров от ДД.ММ.ГГГГ., приказом об увольнении и расписаться об этом в данных документах, но успел дать ему для ознакомления только первый документ. Затем ФИО1 стал звонить своему адвокату, говорить об отсутствии кворума на заседании. Поэтому он стал собирать членов Совета директоров и в связи с этим отошел, затем после него ознакомление продолжил ФИО2, но истец уже от подписи под остальными документами стал отказываться. Ему было известно о том, что ФИО1 сдает часть площадей комбината в аренду в течении нескольких лет, но до проверки ДД.ММ.ГГГГ. Совету директоров не было известно, что часть площадей используется арендатором вне договора и без внесения арендной платы. Аудиторская проверка до ДД.ММ.ГГГГ года проводилась формально, и данные нарушения в ней не находили своего отражения. В последние годы деятельность комбината не приносила прибыли, численность рабочих сократилась до нескольких десятков, когда ранее была сотни, поэтому вопрос требовал проработки и контроля. Ему известно, что ФИО1 пользовался правом на отпуск, так в ДД.ММ.ГГГГ году истец дважды летал за границу на отдых. ФИО1 сам определял свой график отпусков, но при этом ставил его в известность.
Выслушав представителей сторон, исследовав материалы дела и представленные участниками доказательства, оценив их по правилам ст.67 ГПК РФ, а также принимая во внимание заключение прокурора, полагавшего, что иск ФИО1 подлежит удовлетворению частично - в отношении требований, о признании незаконными решений Совета директоров об отстранении ФИО1 от занимаемой должности, о признании незаконным увольнения истца с должности гендиректора и восстановлении его на работе с ДД.ММ.ГГГГ, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, исходя из размера заработной платы в сумме 37500 руб., о взыскании компенсации морального вреда за нарушение трудовых прав с учетом принципов разумности и справедливости, суд приходит к следующему.
В соответствии со ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
В силу разъяснений, содержащихся в пунктах 23,35,53 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.20004г. №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при рассмотрении дел о восстановлении на работе, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказывать наличие законного основания увольнения и соблюдения установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.
Нормой ст.1 Трудового кодекса РФ (далее - ТК РФ) закреплено, что целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.
Частью 2 ст.21 ТК РФ, установлено, что работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, в том числе: соблюдать правила внутреннего трудового распорядка; соблюдать трудовую дисциплину; соблюдать требования по охране труда и обеспечению безопасности труда; выполнять установленные нормы труда; бережно относиться к имуществу работодателя (в том числе к имуществу третьих лиц, находящемуся у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества) и других работников.
В соответствии с ч.1 ст.192 ТК РФ, за совершение дисциплинарного проступка, то есть за неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: 1) замечание; 2) выговор; 3) увольнение по соответствующим основаниям.
К числу дисциплинарных взысканий относится, в частности, увольнение по п.9 ч.1 ст.81 ТК РФ за принятия необоснованного решения руководителем организации (филиала, представительства), его заместителями и главным бухгалтером, повлекшего за собой нарушение сохранности имущества, неправомерное его использование или иной ущерб имуществу организации.
В п.50 постановление Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004г. №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что расторжение трудового договора по п.9 ч.1 ст.81 ТК РФ допустимо лишь в отношении руководителей организации (филиала, представительства), его заместителей и главного бухгалтера и при условии, что ими было принято необоснованное решение, которое повлекло за собой нарушение сохранности имущества, неправомерное его использование или иной ущерб имуществу организации.
Решая вопрос о том, являлось ли принятое решение необоснованным, необходимо учитывать, наступили ли названные неблагоприятные последствия именно в результате принятия этого решения и можно ли было их избежать в случае принятия другого решения. При этом, если ответчик не представит доказательства, подтверждающие наступление неблагоприятных последствий, указанных в пункте 9 части первой статьи 81 Кодекса, увольнение по данному основанию не может быть признано законным.
В Определение Конституционного Суда РФ от 23.04.2015г. №779-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Б на нарушение его конституционных прав пунктом 9 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации» указано, что увольнение руководителя организации на основании п.9 ч.1 ст.81 ТК РФ является мерой юридической ответственности руководителя за совершение им виновных действий. Такое увольнение не может осуществляться без указания конкретных фактов, свидетельствующих о неправомерном поведении руководителя, его вине, о наличии неблагоприятных последствий и причинно-следственной связи между ними и принятием руководителем решения, а также, как следует из пункта 48 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004г. № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», без исследования вопроса о возможности избежать неблагоприятных последствий в случае принятия другого решения. Кроме того, при увольнении руководителя организации работодатель обязан соблюдать установленный законом порядок применения данной меры ответственности. Принятию решения об увольнении руководителя организации предшествует объективная оценка совершенного им деяния, а обоснованность увольнения может быть предметом судебной проверки,
Из приведенных выше положений закона и разъяснений по их применению следует, что основанием увольнения по инициативе работодателя по п.9 ч.1 ст.81 ТК может быть не любое неисполнение работником из числа перечисленных в статье специальных субъектов своих должностных обязанностей, а только такое неисполнение, которое было выражено в принятии этим работником конкретного решения, причем это решение должно было непосредственно повлечь неблагоприятные последствия в виде нарушения сохранности имущества, его неправомерного использования или иного ущерба имуществу организации.
Из материалов дела следует, что ФИО1 состоял в трудовых отношениях с ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» в период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ.: ДД.ММ.ГГГГ принят на работу мастером мебельного цеха, ДД.ММ.ГГГГ переведен мастером отделочного участка мебельного цеха, ДД.ММ.ГГГГ назначен генеральным директором ОАО «Нерехтский промышленный комбинат», ДД.ММ.ГГГГ. уволен по п.9 ч.1 ст.81 ТК РФ за принятие необоснованного решения, повлекшего за собой нарушение сохранности имущества /том ДД.ММ.ГГГГ - копия трудовой книжки, л.д.№ - копия приказа от ДД.ММ.ГГГГ. № о назначении ФИО1 на должность гендиректора, л.д.№ - копия приказа от №
Согласно п.1 ст.52 Гражданского кодекса РФ (далее - ГК РФ) юридическое лицо действует на основании устава, либо учредительного договора и устава, либо только учредительного договора.
В соответствии ст.53 ГК РФ, юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами. порядок назначения или избрания органов юридического лица определяет законом и учредительными документами
В соответствии с абз.1 п.3 ст.69 Федеральным законом от 26.12.1995г. №2-8-ФЗ «Об акционерных обществах» образование исполнительных органов общества и досрочное прекращение их полномочий осуществляется по решению общего собрания акционеров, если уставом общества решение этих вопросов не отнесено к компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества.
В случае, если образование исполнительных органов отнесено уставом общества к компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества, он вправе в любое время принять решение о досрочном прекращении полномочий единоличного исполнительного органа общества (директора, генерального директора), членов коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции) и об образовании новых исполнительных органов (абз.2 п.4 ст.69 Федерального закона) от 26.12.1995г. №2-8-ФЗ).
Нормой п.1 ст.64 Федерального закона «Об акционерных обществах» определено, что совет директоров (наблюдательный совет) осуществляет общее руководство деятельностью общества, за исключением решения вопросов, отнесенных настоящим федеральным законом к компетенции общего собрания акционеров. Так согласно ст.65 указанного закона в компетенцию совета директоров (наблюдательного совета) общества входит решение вопросов общего руководства деятельностью общества, в том числе, образование исполнительного органа общества и досрочное прекращение его полномочий, если уставом общества это отнесено к его компетенции (пп.9), согласие на совершение или последующее одобрение сделок в случаях, предусмотренных Федеральным законом «Об акционерных обществах» (пп.15), утверждение регистратора общества и условий договора с ним, а также расторжение договора с ним (пп.17).
Из имеющейся в деле копии Устава ОАО «Нерехтский промышленный комбинат», утвержденного решением общего собрания акционеров от 22.05.2004г. следует, что высшим органом управления Общества является общее собрание акционеров (п.8.1), а Совет директоров Общества осуществляет общее руководство деятельностью Общества, за исключением решения вопросов, отнесенных к исключительной компетенции общего собрания, избирается в составе 5 человек общим собранием акционеров сроком на 1 год (п.п.9.1,9.2). Согласно п.9.1 Устава, к компетенции Совет директоров Общества относится, в том числе: назначение генерального директора Общества и досрочное прекращение его полномочий (п.9.3.9).
В силу п. 10.1 Устава руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом Общества - генеральным директором, который назначается Советом директоров Общества, подотчетен ему и общему собранию акционеров Общества. Как следует из п.10.2 Устава, генеральный директор без доверенности действует от имени Общества, в том числе представляет его интересы, совершает сделки от имени Общества, утверждает штаты, издает приказы и дает указания, обязательные для исполнения всеми работниками Общества. Также к компетенции генерального директора относятся все вопросы руководства текущей деятельностью общества, за исключением вопросов, отнесенных к компетенции общего собрания акционеров Общества или совета директоров (п.10.4). Согласно п.10.3 Устава, генеральный директор избирается Советом директоров сроком на 1 год.
Как следует из раздела 13 Устава, с генеральным директором от имени общества может заключаться трудовой контракт председателем Совета директоров на основании соответствующего решения Совета директоров (п.13.1),
Также п.13.2 Устава закреплено, что на отношения между Обществом и генеральным директором и (или) членами дирекции Общества действие законодательства о труде распространяется в части, не противоречащей положениям Закона об акционерных обществах /том №
Как следует из копии протокола об итогах голосования на общем собрании акционеров ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» от ДД.ММ.ГГГГ., представленной Акционерным обществом «Реестр», осуществляющем ведение реестра владельцев ценных бумаг с ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ был утвержден состав Совета директоров Общества, в который вошли: К, Х, ФИО1, С, В, при этом последний был избран председателем Совета директоров. Данные обстоятельства никем из участников не оспариваются.
Из требований искового заявления следует, ФИО1 просит признать решения Совета директоров от ДД.ММ.ГГГГ. и от ДД.ММ.ГГГГ. незаконными.
Как следует из выписки из протокола заседания Совета директоров ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» от ДД.ММ.ГГГГ., в указанную дату Советом директоров принято решение об отстранении ФИО1 от исполнения обязанности генерального директора (от занимаемой должности) до формирования комиссии по проверке его деятельности за период с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время в связи с утратой доверия к генеральному директору (вопрос № повестки заседания). Временно исполняющим обязанности гендиректора Общества назначен Е с выдачей доверенности на представление интересов Общества по текучей хозяйственной деятельности (вопрос № повестки заседания) /том №/.
Советом директоров ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» ДД.ММ.ГГГГ принято решение, зафиксированное в протоколе заседания данного органа от ДД.ММ.ГГГГ о формировании комиссии по проверке деятельности ФИО1 в должности генерального директора за период с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время, включая проведение инвентаризации, в связи с утратой доверия к генеральному директору в составе: председатель комиссии - Ю, члены комиссии - Б, П, Ш, К, Ю (вопрос № повестки заседания). Этим же решением ФИО1 отстранен от исполнения обязанности генерального директора (отстранен от занимаемой должности) до завершения работы комиссии по проверке деятельности истца в должности генерального директора за период с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время в связи с утратой доверия к генеральному директору (вопрос № повестки заседания) /том №/.
В силу абз.3 п.3 ст.69 Федерального закона «Об акционерных обществах» на отношения между Обществом и органами его управления действие законодательства Российской Федерации о труде распространяются в части, не противоречащей положениям этого закона.
Порядок отстранения от должности генерального директора (любого работника) урегулирован ст.76 ТК РФ, которая предусматривает, что работодатель обязан отстранить от работы (не допускать к работе) работника: появившегося на работе в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения; не прошедшего в установленном порядке обучение и проверку знаний и навыков в области охраны труда; не прошедшего в установленном порядке обязательный медицинский осмотр, а также обязательное психиатрическое освидетельствование в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации; при выявлении в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, противопоказаний для выполнения работником работы, обусловленной трудовым договором; не применяющего выданные ему в установленном порядке средства индивидуальной защиты, применение которых является обязательным при выполнении работ с вредными и (или) опасными условиями труда, а также на работах, выполняемых в особых температурных условиях; в случае приостановления действия на срок до двух месяцев специального права работника (лицензии, права на управление транспортным средством, права на ношение оружия, другого специального права) в соответствии с федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, если это влечет за собой невозможность исполнения работником обязанностей по трудовому договору и если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором; по требованию органов или должностных лиц, уполномоченных федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации; в других случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.
Иные нормативные акты, в том числе Федеральный закон «Об акционерных обществах», других оснований для отстранения генерального директора от должности не содержит.
Основание отстранения, указанное в оспариваемых решениях Совета директоров - утрата доверия, статьей 76 Трудового кодекса РФ, устанавливающей, по сути исчерпывающий перечень оснований для отстранения работника от работы, в том числе, если это касается генерального директора, не предусмотрено, Таким образом, действия по отстранению ФИО1 от исполнения обязанностей генерального директора являются незаконными, так как такое основание отстранения как утрата доверия статьей 76 ТК РФ не предусмотрено. В то время суд считает необходимым отметить, что Совет директоров, осуществляющий общее руководство деятельностью Общества между общими собраниями акционеров правомочен принимать решения об отстранении гендиректора от работы.
Незаконное отстранение от работы лишило ФИО1 возможности трудиться в должности, на которую был назначен на законных основаниях в соответствии с Уставом Общества и надлежащим органом управления юридического лица.
Кроме этого, согласно представленных в материалы дела копий больничных листов в период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 находился на больничном листе, о чем работодатель был достоверно поставлен в известность, что не оспаривается стороной ответчика и подтверждается сведениями о начислении Обществом сумм за часть времени нахождения на больничном листе /том №/.
Также суд отмечает, что трудовое законодательство не предусматривает возможность отстранения от работы в отношении временно нетрудоспособных работников, находящихся на больничном (прохождение амбулаторного или стационарного лечения). Данная процедура может быть начата после закрытия работником больничного листа и выхода на работу.
На момент принятия 1-го решения об отстранении, ФИО5 являлся трудоспособным (больничный лист открыт ДД.ММ.ГГГГ.), но по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ. - был нетрудоспособен, то есть уже освобожден от работы в связи с болезнью. Указанное также свидетельствует, что у работодателя отсутствовали правовые основания для отстранения истца от работы в соответствии со ст.76 ТК РФ, так как в это время он не исполнял свою трудовую функцию.
Кроме этого, на основании принятых Советом директоров приказ об отстранении ФИО1 от работы не выносился, данный документ, как и выписка из решения Совета директоров, в обоих случаях в адрес истца не направлялись, что свидетельствует о нарушении процедуры отстранения от занимаемой должности. Извещение о дате и времени заседания Совета директоров на ДД.ММ.ГГГГ. было направлено в адрес истца в срок, не позволяющий ему прибыть на заседание в (,,,) - №. ДД.ММ.ГГГГ года. Доказательств обратного, в нарушение требований ст.56 ГПК РФ суду не представлено.
Таким образом, требования истца, указанные в пунктах 1 и 2 уточненного искового заявления от ДД.ММ.ГГГГ о признании незаконным отстранения ФИО1 от занимаемой должности генерального директора, подлежат удовлетворению в полном объеме.
Также истцом заявлено требование о признании незаконным увольнения ФИО1 с должности генерального директора ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» с 27.01.2022г. по п.9 ч.1 ст.81 Трудового кодекса РФ и восстановления в указанной должности с ДД.ММ.ГГГГ.
По настоящему делу юридически значимыми и подлежащими определению и установлению с учетом исковых требований, возражений ответчика относительно иска и приведенных выше норм материального права, регулирующие спорные отношения являлись следующие обстоятельства: допущено ли истцом нарушение трудовых обязанностей, явившиеся поводом для его увольнения и могли ли эти нарушения быть основанием для расторжения трудового договора, принималось ли ФИО6 как единоличным исполнительным органом Общества решение о заключении договора аренды и являлось ли оно необоснованным, наступили ли названные в п.9 ч.1 ст.81 ТК РФ последствие именно в результате принятия этого решения, учитывались при принятии в отношении истца решения о применении дисциплинарного взыскания в виде увольнения тяжесть вменяемого ему в вину дисциплинарного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.
Приказом ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» от ДД.ММ.ГГГГ № -к за подписью ВРИО генерального директора Е, ФИО1 уволен ДД.ММ.ГГГГ с должности генерального директора по п.9 ч.1 ст.81 ТК РФ за принятие необоснованного решения, повлекшего за собой нарушение сохранности имущества. В качестве оснований увольнения в данном документе указаны выписка из протокола заседания Совета директоров от №
В материалы дела представлена копия протокола заседания Совета директоров от ДД.ММ.ГГГГ а также выписка из данного заседания, из которых следует, что повестка дня данного заседания включала в себя два вопроса: 1) об избрании председательствующего на заседании и секретаря заседания; 2) рассмотрение отчета о проверке деятельности генерального директора ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» ФИО1 Принятие решения /том №
Из текста указанных документов видно, что в данном заседании принимало участие четыре члена Совета директоров из пяти, что в силу п.9.7 Устава общества составляло необходимый кворум для принятия решения.
Из содержания протокола следует, что по второму вопросу повестки дня выступил ФИО3, который сообщил, что на основании решения Совета директоров от ДД.ММ.ГГГГ. была сформирована комиссия по проверке деятельности ФИО1 в должности гендиректора, включая проведение инвентаризации. Было выявлено грубейшее нарушение в работе гендиректора - принятия решения о незаконной сдаче в аренду недвижимого имущества, принадлежащего ОАО «Нерехтский промышленный комбинат», Обществу с ограниченной ответственностью «Промком», в котором ФИО1 является одновременно и собственником и директором, при отсутствии поступления арендных платежей за фактически занимаемые арендатором площади. От дачи объяснений и по выявленному факту нарушений ФИО1 отказался, что зафиксировано актами от ДД.ММ.ГГГГ В результате работы комиссии указанные грубейшие нарушения были подтверждены актом осмотра помещения от ДД.ММ.ГГГГ. Комиссия продолжат работу, однако имеющиеся результаты по состоянию на текущий момент дают основании для увольнения ФИО1 по п.9 ч.1 ст.81 ТК РФ - принятия необоснованного решения руководителем организации (филиала, представительства), его заместителями и главным бухгалтером, повлекшего за собой нарушение сохранности имущества, неправомерное его использование или иной ущерб имуществу организации.
По итогам выступление предложено освободить ФИО1 от исполнения обязанности генерального директора с ДД.ММ.ГГГГ и назначить генеральным директором Общества Е с ДД.ММ.ГГГГ.
Из протокола следует, что решение об освобождении ФИО1 от исполнения обязанности генерального директора с ДД.ММ.ГГГГ по п.9 ч.1 ст.81 ТК РФ (основание не раскрыто) и выбора нового исполнительного органа принято № голосов.
По данным ЕГРЮЛ сведения о новом генеральным директоре внесены в реестр юридических лиц ДД.ММ.ГГГГ. Из пояснений представителя ответчика следует, что с новым генеральным директором Е заключен срочный трудовой договор, копия которого в материалы дела, несмотря на неоднократные предложения суда, не представлена.
Анализируя вышеуказанный приказ об увольнении суд отмечает, что он подписан ВРИО генерального директора Е Вместе с тем, как следует из решения Совета директоров Общества от ДД.ММ.ГГГГ Е назначался временно исполняющим обязанности гендиректора с полномочиями только относительно текучей хозяйственной деятельности юридического лица. Таким образом, ответчиком не представлено доказательств наличия у Е как ВРИО гендиректора полномочий по кадровым вопросам.
Также в данном приказе отсутствует указание на конкретные решения, принятые ФИО1, которые послужили основанием для увольнения, а также на негативные последствия, которые повлекли эти решения.
Ссылка в приказе на решение Совета директоров от ДД.ММ.ГГГГ. не является достаточным обоснованием решения работодателя о наличии в действиях ФИО1 признаков дисциплинарного проступка и не содержит указания на конкретное решение, принятое ФИО1 как генеральным директором Общества, которое должно было непосредственно повлечь неблагоприятные последствия в виде нарушения сохранности имущества, неправомерного его использования или причинения иного ущерба имуществу организации.
Также в нарушение требований федерального законодателя в приказе от ДД.ММ.ГГГГ. №-к формулировка об увольнении ФИО1 приведена в редакции, не соответствующей п.9 ч.1 ст.81 ТК РФ.
В протоколе заседания Совета директоров от ДД.ММ.ГГГГ. в решении, которое было принято по итогами заслушивания ФИО3 имеется только отсылка на п.9 ч.1 ст.81 ТК РФ без расшифровки указанной нормы.
Запись в трудовую книжку, внесённая ДД.ММ.ГГГГ на основании приказа от ДД.ММ.ГГГГ. №-к, также не соответствует норме, закрепленной в п.1 ч.1 ст.81 ТК РФ. Согласно данным трудовой книжки, ФИО1 был уволен за принятие необоснованного решения, повлекшего за собой нарушение сохранности имущества по п.9 ч.1 ст.81 ТК РФ.
Вместе с тем, в соответствии с требованиями ст.84.1 ТК РФ, запись в трудовую книжку и внесение информации в сведения о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) об основании и о причине прекращения трудового договора должны производиться в точном соответствии с формулировками настоящего Кодекса или иного федерального закона и со ссылкой на соответствующие статью, часть статьи, пункт статьи настоящего Кодекса или иного федерального закона.
Таким образом, приказ об увольнении истца подписан неуполномоченным лицом, не содержит указания на конкретный проступок, послуживший основанием к увольнению, не содержит указания на принятое истцом конкретное решение, повлекшее нарушение сохранности имущества, кроме того, не представлены доказательства, подтверждающие наступление неблагоприятных последствий, указанных в п. 9 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, формулировка увольнения не соответствует закрепленной законодателем норме.
Также ответчиком не представлено доказательств, свидетельствующих объективно о наличии вмененного ФИО1 дисциплинарного проступка, в том числе в формулировке приказа об увольнении.
В решении Совета директоров Общества от ДД.ММ.ГГГГ. отсутствуют указания на необоснованное решение, принятое ФИО1, за которое он привлекается к дисциплинарной ответственности, - конкретную сделку (дата, между кем заключена, в отношении какого имущества, на какой срок и др.), указание о том, какие нормы и какого закона были нарушены ФИО1 Кроме выступления члена совета директоров ФИО3 данный протокол не содержит данных, что в подтверждение рассказанного председателем Совета директоров были представлены иные доказательства/документы, которые бы исследовались членами Совета и были им представлены для обозрения и изучения, свидетельствующие о нарушении трудовых обязанностей гендиректором и его полномочий. Вместе с тем из выступления ФИО3 следует, что созданная для проверки деятельности ФИО1 на посту генерального директора комиссия свою работу не закончила, выводов даже в предварительном виде не оформила и не представила их на заседание ДД.ММ.ГГГГ.
В ходе рассмотрения дела стороной ответчика было указано, что необоснованным решением является заключение ФИО1 в ДД.ММ.ГГГГ году договора аренды в отношении помещений здания, находящегося в собственности ОАО «Нерехтский промышленный комбинат», в подтверждение чего были представлены нижеуказанные документы.
Согласно копии свидетельства о государственной регистрации права от ДД.ММ.ГГГГ. следует, что ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» на праве собственности принадлежит нежилое здание (здание швейного цеха и проходной) общей площадью № кв.м. по адресу: (,,,) /том №/.
Из копии договора аренды помещения, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» в лице генерального директора ФИО1 (арендодатель) и ООО «Промком» (арендатор) в лице директора ФИО1 следует, что арендодатель передает арендатору во временное владение и пользование помещение швейного цеха площадью № кв.м., расположенное по адресу: (,,,), на срок со ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. с установлением арендной платы из расчета 180 руб. за № кв.м., что составляет 25380 руб. в месяц /том №/. Также суд отмечает, что имеются аналогичные договора аренды между теми же сторонами сделки и за несколько предшествующих этому событию лет.
По данным платежных документов за ДД.ММ.ГГГГ год от ООО «Промком» в счет исполнения обязательств по договору аренды от ДД.ММ.ГГГГ. на расчетный счет арендатора поступали денежные средства в виде арендной платы / том №/.
Из акта от ДД.ММ.ГГГГ., составленного по итогам осмотра членами комиссии, созданной для проверки деятельности гендиректора ФИО1, а также с участием председателя Совета директоров ФИО3, сотрудника арендатора Ь и свидетеля Ф, со ссылкой на поэтажный план объекта недвижимости следует, что фактически общая площадь арендуемых ООО «Промком» помещений составляет № кв.м., что на № кв.м. больше, чем указано в договоре аренды /том №/.
По данным справки-расчета, составленной главным бухгалтером ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» Х, стоимость аренды по договору составляет за год 304 560 руб., по фактически занимаемой площади - 520 560 руб., разница составляет 216 000 руб.
Как ранее отмечал суд, данные документы не были предметом обсуждения на заседании Совета директоров ДД.ММ.ГГГГ
Несмотря на наличие указанных документов, суд не может самостоятельно за работодателя по имеющейся в материалах дела документам, поименованным выше, определять, в чем заключался дисциплинарный проступок истца, послуживший основанием к его увольнению, когда он был совершен, какие неблагоприятные последствия для ответчика наступили, в то время как ответчиком не представлено суду объективных и достаточных доказательств того, что истцом было принято необоснованное решение, которое повлекло за собой нарушение сохранности имущества, неправомерное его использование или иной ущерб имуществу ответчика, для которого наступили неблагоприятные последствия именно в результате принятия этого решения истца, и можно ли было их избежать в случае принятия другого решения.
Также суд отмечает, что в силу полномочий, предоставленных ФИО1 Уставом ответчика, он как гендиректор праве совершать от имени ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» сделки.
С учетом указанного, суд не может признать увольнение ФИО1 законным и обоснованным. Обращение в суд с требованиями о признании увольнения незаконным и восстановлении на работе имело место ДД.ММ.ГГГГ., то есть в течении месяца, с момента, когда до сведения работника была доведена информация об его увольнении (27.01.2022г.).
Доводы стороны истца о том, что работодателем нарушен порядок его увольнения, выразившийся в нарушении ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» срока применения дисциплинарного взыскания, не могут быть приняты во внимание, поскольку основаны на неправильном толковании норм права и без учета фактических обстоятельств дела.
Согласно правовой позиции, изложенной в п.8 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам, связанным с прекращением трудового договора по инициативе работодателя, утвержденного Президиумом Верховного суда РФ от 09.12.2020г., по делам о восстановлении на работе лиц, уволенных за совершение дисциплинарного проступка, работодатель обязан представить доказательства соблюдения предусмотренных частями третьей и четвертой статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации сроков для применения к работнику дисциплинарного взыскания.
В соответствии со ст.193 ТК РФ дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. Дисциплинарное взыскание, за исключением дисциплинарного взыскания за несоблюдение ограничений и запретов, неисполнение обязанностей, установленных законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции, не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки - позднее двух лет со дня его совершения.
Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.
Не оспаривается сторонами и судом установлено, что датой выявления дисциплинарного проступка является осмотр 22.12.2021г. председателем Совета директоров ФИО3 совместно с Ю, Б арендуемого на основании договора аренды от 02.01.2021г. Обществом с ограниченной ответственностью «Промком» помещения ответчика, по итогу которого был составлен соответствующий акт /том 1 л.д. 191/..
Из пояснений истца, копий листков временной нетрудоспособности, представленных ФИО1 работодателю, следует, что данный работник в силу имеющегося у него заболевания не выполнял свои должностные обязанности генерального директора в период с ДД.ММ.ГГГГ. по №
Принимая во внимание положения ст.193 ТК РФ, указывающей на порядок исчисления месячного срока (исключение времени болезни работника) увольнение истца было произведено в установленные законом сроки. Дисциплинарное взыскание в виде увольнения на истца наложено ДД.ММ.ГГГГ., то есть в пределах месячного срока со дня обнаружения проступка, что соответствует положениям ст.193 ТК РФ.
Также суд не может согласиться и с утверждениями стороны истца о том, что в нарушение требований ст.193 ТК РФ ФИО1 не была вручена копия приказа об увольнении.
На имеющемся в деле приказе от ДД.ММ.ГГГГ. №-к имеется запись следующего содержания «ФИО1 от подписи отказался». Данная запись удостоверена подписями нескольких лиц, и датирована ДД.ММ.ГГГГ.: ФИО3, Ю, Б
Все вышеуказанные лица были допрошены в качестве свидетелей, впоследствии статус ФИО3 был изменен на третье лицо.
Судом установлено и не оспаривается ФИО1 и его представителем, что истец и вышеуказанные лица ДД.ММ.ГГГГ находились в помещении приемной генерального директора ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» перед тем как был вскрыт кабинет гендиректора, опечатанный ранее на основании решения Совета директоров от ДД.ММ.ГГГГ..
Из объяснений ФИО3 следует, что он передавал ФИО1 для ознакомления и подписи два документа - выписку из протокола заседания Совета директоров Общества от ДД.ММ.ГГГГ. и приказ об увольнении истца. Под первым истец поставил свою подпись, под вторым после консультации по телефону с адвокатом - отказался. Данные действия производились в присутствии большого количества людей.
Относительно данных обстоятельств гендиректор ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» Е, допрошенный в качестве свидетеля пояснил, что ФИО1 для ознакомления был предоставлен ФИО3, в том числе, приказ об увольнении.
По показаниям свидетеля ФИО7, перед тем как был вскрыт кабинет генерального директора, ФИО1 для ознакомления была предоставлена целая пачка документов, в том числе выписка из протокола заседания Совета директоров и приказ об увольнении, проект которого готовила она. С первым документом истец ознакомился, сделал на нем какую-то запись, от ознакомления с другими документами отказался.
Свидетель Х пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ. он находился в приемной генерального директора ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» и присутствовал при попытке вручения ФИО1 документов. Истец подписал только один документ из предложенных ему, в числе которых был и приказ об увольнении, от ознакомления с ним и другими документами ФИО1 отказался.
Оценивая показания данных лиц как свидетелей, предупреждавшихся об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, суд не находит оснований не доверять им. Их показания согласуются между собой и дополняют друг друга.
Просмотренная в ходе судебного разбирательства запись, сделанная ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ. в приемной кабинета директора, является по мнению суда неполной, не фиксирующей весь ход событий, имевших место в указанную дату, так как она состоит из нескольких файлов и по пояснениям ФИО1 он не смог при помощи своего мобильного телефона зафиксировать все, что происходило, перед тем как был вскрыт его кабинет.
Таким образом, суд считает, что процедура увольнения в части, касающейся вручении приказа об увольнении, была соблюдена, в данном документе обоснованно и в соответствии с требованиями закона была сделана запись об отказе РАБОТНИКА от подписи.
Суд полагает, что истец с учетом признания увольнения незаконным подлежит восстановлению в должности генерального директора ОАО «Нерехтский промышленный комбинат». Однако, датой восстановления ФИО1 на работе суд полагает необходимым указать ДД.ММ.ГГГГ с учетом нижеприведенного.
Нормой ст.84.1 ТК РФ закреплено, что днем прекращения трудового договора во всех случаях является последний день работы работника, за исключением случаев, когда работник фактически не работал, но за ним, в соответствии с настоящим Кодексом или иным федеральным законом, сохранялось место работы (должность).
Из материалов дела видно и следует из позиции стороны ответчика, что за ФИО1 на период отстранения от должности сохранялось место работы, произведены начисление и выплата по ДД.ММ.ГГГГ. включительно заработной платы, что не ущемляет права истца. Факт выплаты заработной платы на указанную дату истцом не отрицается. Из содержания приказа об увольнении и решения Совета директоров от ДД.ММ.ГГГГ. следует, что последним рабочим днём ФИО1 являлось ДД.ММ.ГГГГ.
По мнению суда, на момент вынесения решения объективных и достоверных доказательств того, что срок действия полномочий ФИО1 истек, ответчиком не представлено.
Согласно ст.59 ТК РФ, по соглашению сторон срочный трудовой договор может заключаться с руководителями, заместителями руководителей и главными бухгалтерами организаций, независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности.
В силу ст.274 ТК РФ, права и обязанности руководителя организации в области трудовых отношений определяются настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления, учредительными документами организации, локальными нормативными актами, трудовым договором.
В случае, когда в соответствии с частью второй статьи 59 настоящего Кодекса с руководителем организации заключается срочный трудовой договор, срок действия этого трудового договора определяется учредительными документами организации или соглашением сторон (ч.1 ст.275 ТК РФ).
В соответствии с ч.1 ст.79 ТК РФ, срочный трудовой договор прекращается истечением срока его действия.
Содержание вышеприведенных норм указывает на срочность трудового договора с гендиректором. При этом данный срок должен быть определён в уставе либо в учредительном договоре общества.
Уставом ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» определено, что генеральный директор избирается сроком на 1 год.
Как следует из абз.6 п.3 ст.69 Федерального закона от 26.12.1995г. №2-8-ФЗ «Об акционерных обществах», если полномочия исполнительных органов общества ограничены определённым сроком и по истечении такого срока не принято решение об образовании новых исполнительных органов общества или решение о передаче полномочий единоличного исполнительного органа общества управляющей организации либо управляющему, полномочия исполнительных органов общества действуют до принятия указанных решений.
В соответствии с п.4 ст.68 Федерального закона от 26.12.1995г. №2-8-ФЗ «Об акционерных обществах» все решения совета директоров в обязательном порядке оформляются протоколом, который ведется в письменном виде, ответственность за достоверность сведений, указанных в нем возлагается на председательствующего в заседании лица.
Пунктом 9.5 Устава ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» также предусмотрено ведение протокола заседаний совета директоров.
В соответствии с абз.2 п.60 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004г. №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если работник, с которым заключен срочный трудовой договор был незаконно уволен до истечения срока договора, суд восстанавливает работника на прежней работе, а если на время рассмотрения спора срок трудового договора уже истек - признает увольнение незаконным, изменяет дату увольнения и формулировку основания увольнения на увольнение по истечении срока действия трудового договора.
Судом установлено, что трудовой договор после каждого ежегодного назначения ФИО1 генеральным директором с истцом в нарушение требований ст.21 ТК РФ, Устава ответчика, в том числе и на период ДД.ММ.ГГГГ г.г., не заключался. Доказательств обратного, ОАО «Нерехтский промышленный комбинат», не представлено.
Вместе с тем, все материалы дела свидетельствуют о том, что с ДД.ММ.ГГГГ года истец был допущен к работе в качестве генерального директора этого общества, до момента увольнения ДД.ММ.ГГГГ выполнял данную трудовую функцию в интересах работодателя, за выполнение трудовых обязанностей ему выплачивалась заработная плата, работодателем за него начислялись и уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации.
В связи с вышеприведенными нормами права в отсутствие протокола заседания Совета директора от ДД.ММ.ГГГГ., трудового договора (контракта), довод стороны ответчика о том, что назначение ФИО1 генеральным директором на очередной срок имело место после проведения общего собрания акционеров ДД.ММ.ГГГГ, на котором был избран новый состав Совета директоров, проведщий в указанную дату свое заседание, суд признает несостоятельным и не подтвержденным надлежащими средствами доказывания данного обстоятельства.
Отсутствие протокола не дает суду возможность проверить дату проведения заседания Совета директоров, правомочность этого решения на предмет кворума, повестки, голосования членов Совета за кандидатуру ФИО1 и начало течения годичного срока его полномочий, формат проведения заседания и способ голосования (очная форма, заочная, очно-заочная), кто от имени председательствующего и секретаря подписал его и участвовали ли эти лица в данном заседании реально.
Документы, представленные стороной ответчика в подтверждение даты проведения заседания ДД.ММ.ГГГГ., оформленные от имени ФИО3, К, Х, С, и датированные все ДД.ММ.ГГГГ., суд не может принять как допустимые доказательства в силу положений ст.60 ГПК РФ, а также принципа непосредственности исследования доказательств, в данном случае путем опроса указанных лиц в качестве свидетелей. Принадлежность подписи данным лицам под этими документами нотариально не подтверждена. Данные лица (за исключением С) на предмет сведений, отраженных в них, судом не опрашивались, ходатайств об этом со стороны ответчика не поступало.
Допрошенный в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ. в качестве свидетеля С по обстоятельствам назначения ФИО1 генеральным директором в ДД.ММ.ГГГГ году пояснил, что на общем собрании акционеров и заседании Совета директоров 28.06.2021г. лично не присутствовал по семейным обстоятельствам, протокол этого заседания подписал спустя какой-то промежуток времени, кто именно из выбранных членов Совета директоров присутствовал на этом заседании реально, ему достоверно не известно. Как правило, московские члены Совета директоров на заседании не присутствуют, делегируя ему право голоса с указанием своей позиции, которую он доводил до сведения других участников. Ответ на запрос от ДД.ММ.ГГГГ. написал после консультации с другими членами Совета директоров. Передавался ли протокол этого заседания ФИО1 ему достоверно не известно.
Согласно пояснений представителя ответчика ФИО2, среди документов, имеющихся на предприятии протокол заседания Совета директоров от ДД.ММ.ГГГГ. в ходе инвентаризации, которая еще не завершилась, не найден.
Доводы стороны ответчика о том, что эти документы были переданы ФИО1 и находились у него в кабинете, объективными доказательствами не подтверждены.
Из решения Совета директоров, принятого ДД.ММ.ГГГГ. следует, что ФИО1 доступ на территорию предприятия с указанной даты запрещен, а его кабинет подлежит опечатыванию. Из пояснений ФИО1 следует, что отстранение от должности было для него полной неожиданностью, поэтому он никакой документации с территории комбината не выносил, факт передачи протокола заседания Совета директоров от ДД.ММ.ГГГГ. и его проведения в указанную дату, отрицает.
Из материалов дела и исследованных в судебном заседании материалов проверки по заявлению ФИО1 о самоуправных действиях ФИО3 и Е по факту удержания в рабочем кабинете генерального директора его личных документов, денежных средств, документов, связанных с деятельностью его как ИП и ООО «Промком», руководителем которого он является (КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ.) видно и не оспаривается сторонами, что кабинет, закрепленный за ФИО1 был вскрыт в присутствии, в том числе, сотрудников полиции, работников Общества, членов Совета директоров, и истцу были выданы только документы, удостоверяющие его личность, социальный статус.
То обстоятельство, что истец являлся единоличным исполнительным органом Общества, не свидетельствует о том, что документация о проведении заседаний Совета директоров и от конкретных дат находится в его личном владении, учитывая, что по общему правилу документация хранится по месту нахождения самого юридического лица, а доказательств наличия иного порядка хранения в Обществе стороной ответчика не представлено.
По запросу суда ООО «Реестр» о предоставлении копий протоколов заседаний Совета директоров за ДД.ММ.ГГГГ г.г., данным юридическим лицом были представлены протокол проведения общего собрания от ДД.ММ.ГГГГ и протоколы заседания Совета директоров от ДД.ММ.ГГГГ., из содержания двух последних документов следует, что в указанные даты ФИО1 в ДД.ММ.ГГГГ году дважды избирался генеральным директором. Нуждаемости решении этого вопроса, в том числе в связи с действием ограничений, связанных с ковидной инфекцией, повторно за один и тот же год, суду не представлено
В совокупности указанное свидетельствует об отсутствии протокола Совета директоров от 28.06.2021г. и ставит под сомнение сам факт его проведения в указанную дату.
С учетом вышеприведенных обстоятельств, принимая во внимание положения абз.6 п.3 ст.69 Федерального закона от 26.12.1995г. №2-8-ФЗ «Об акционерных обществах», суд считает, что полномочия ФИО1 как генерального директора, избранного ДД.ММ.ГГГГ. являются по настоящей момент действующими и будут действовать до принятия Советом директоров в рамках своих полномочий решения по вопросу об избрании нового единоличного исполнительного органа управления организацией, то есть нового генерального директоров.
Таким образом, ФИО1 подлежит восстановлению в должности генерального директора ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» с ДД.ММ.ГГГГ.
Суд признает несостоятельными доводы стороны ответчика, что трудовые отношения не подлежали оформлению с ФИО1 путем заключения трудового договора, поскольку это прямо противоречит общим началам трудового законодательства, и в частности положениям ст.21 ТК РФ, так как именно в трудовом контракте определяются права и обязанности сторон договора, существенные условия труда работника, к числу которых также относится и генеральный работник (оклад/заработная плата, премиальные выплаты, режим работы, время отдыха и др.).
Перевод истца в ДД.ММ.ГГГГ году с одной работы на другую в рамках одного предприятия, в последующем при каждом новом назначении не освобождал работодателя в лице Совета директоров от заключения с ФИО1 трудового договора.
Вместе с тем, исходя из конкретного содержания требований, указанных в п.6 просительной части уточнённого искового заявления от ДД.ММ.ГГГГ., суд считает, что они не подлежат удовлетворению, так как в силу норм Федерального закона «Об акционерных обществах», указанных выше, Устава ОАО «Нерехтский промышленный комбинат», с учетом должности (генеральный директор) и срока действия полномочий единоличного исполнительного органа, установленного в Уставе, трудовой договор может быть заключен только на 1 год. Кроме этого, доказательств получения истцом заработной платы в размере 180 000 руб., ФИО1 в нарушение требований ст.56 ГПК РФ не представлено.
Таким образом, в удовлетворении требований о возложении на ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» обязанности заключить с ФИО1 трудовой контакт (договор) о приеме на работу в должности генерального директора с ДД.ММ.ГГГГ с заработной платой в размере 180 000 руб. на неопределенный срок, надлежит отказать.
Разрешая требования истца о взыскании с ответчика в пользу ФИО1 заработной платы за время вынужденного прогула за период с ДД.ММ.ГГГГ. по момент вынесения решения судом из расчёта 180 000 руб. в месяц по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ. в общей сумме 1 789 825 руб. 61 коп., считает, что они подлежат частичному удовлетворению.
В соответствии со ст.234 ТК РФЮ работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу.
Пунктом 62 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004г. №2 предусмотрено, что средний заработок для оплаты времени вынужденного прогула определяется в порядке, предусмотренном статьей 139 ТК РФ. Поскольку Кодекс (статья 139) установил единый порядок исчисления средней заработной платы для всех случаев определения ее размера, в таком же порядке следует определять средний заработок при взыскании денежных сумм за время вынужденного прогула, вызванного задержкой выдачи уволенному работнику трудовой книжки (статья 234 ТК РФ), при вынужденном прогуле в связи с неправильной формулировкой причины увольнения (часть восьмая статьи 394 ТК РФ), при задержке исполнения решения суда о восстановлении на работе (статья 396 ТК РФ). При этом необходимо иметь в виду, что особенности порядка исчисления средней заработной платы, установленного статьей 139 Кодекса, определяются Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений (часть седьмая статьи 139 ТК РФ).
В соответствии с п.4 Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденного постановлением Правительства РФ от 24.12.2007г. №922, расчет среднего заработка работника независимо от режима его работы производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных дней, предшествующих периоду, в течении которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При исчислении среднего заработка из расчётного периода исключается время, а также начисленные за это время суммы, если работник получал пособие по временной нетрудоспособности (п.5). Согласно п.9 указанного Положения, средний заработок работника определяется путем умножения среднего дневного заработка за количество дней (календарных, рабочих) в периоде, подлежащем оплате.
Суд считает, что заработная плата за время вынужденного прогула подлежит исчислению только за период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. из расчёта документально подтвержденных сумм, получаемых истцом на предприятии в качестве официальной заработной платы.
Из решения Совета директоров от ДД.ММ.ГГГГ. следует, что ФИО1 отстранен от должности только с ДД.ММ.ГГГГ
Судом установлено и подтверждено документально, что с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. истец находился на больничном листе в связи с чем ему была произведена выплата пособия за период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. за счет работодателя в сумме 2823 руб. 30 коп., в оставшийся период времени - за счет средств ФССС (3764 руб. 40 коп. +13175 руб. 40 коп) /том №/.
Факт выплаты пособия по временной нетрудоспособности ФИО1 из расчёта официальной заработной платы не отрицался. Также истцом не оспаривается и получение денежных средств за время отстранения от работы, то есть за период с ДД.ММ.ГГГГ., компенсации за время неиспользованного отпуска по дату увольнения в общей сумме 103 582 руб. 99 коп. Факт перечисления указанных сумм также подтверждается выпиской из лицевого счета по карте, открытого на имя ФИО1 в АО «Россельхозбанк» /том №/.
Вместе с тем, по мнению истца выплаты по данным позициям должны производиться из расчёта 180 000 руб.
Из пояснений ФИО1 в суде следует, что его заработная плата складывалась из официальной части, выплачиваемой работодателем на карту работника примерно в размере 30 000 руб. ежемесячно, и денежных средств передаваемых либо дополнительно наличными по ведомости, которая находилась в бухгалтерии предприятия, либо председателем Совета директоров ФИО3 ему лично в руки в размере 150 000 руб. при встрече с данным лицом.
Однако данные обстоятельства ФИО3 не подтвердил, а материалы дела содержат иные данные о размере оплаты труда генерального директора и полагающихся ему доплат.
Отсутствие трудового договора, с ФИО1, которым бы устанавливался размер его заработной платы, не является основанием считать, что её размер должен быть установлен только исходя из пояснений данного лица.
В материалы дела стороной ответчика представлены справки о заработной плате, штатные расписания, положение о премировании, справки формы 2-НДФЛ и иные документы, анализ содержания которых позволяет становить размер заработной платы истца, предшествовавший дате увольнения.
Из справок от ДД.ММ.ГГГГ., подписанных генеральным директором Е и главным бухгалтером Х следует, что за период с ДД.ММ.ГГГГ года размер ежемесячной заработной платы составлял 18 000 руб., а премия – 9000 руб., с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ года -25 000 руб., премия - 12 500 руб. /том 1 л.д.152-153/.
В силу полномочий, закрепленных Уставом ответчика, за генеральным директором закреплялось право утверждения штатного расписания.
Из штатного расписания, утвержденного приказом организации от ДД.ММ.ГГГГ. № следует, что генеральному директору устанавливался на ДД.ММ.ГГГГ оклад в сумме 18 000 руб.
Приказом генерального директора ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ. №, штатное расписание от ДД.ММ.ГГГГ. с изменениями № от ДД.ММ.ГГГГ., № от ДД.ММ.ГГГГ. признано утратившими силу.
Под данными документами стоит подпись генерального директора ФИО1 Факт принадлежности ему подписей в указанных документах, истец не оспаривал.
На штатном расписании со сроком действия с ДД.ММ.ГГГГ подписи должностного лица, уполномоченного его утверждать, не имеется.
Из данного документа следует, что оклад гендиректора составляет 25 000 руб., премия -12 500 руб.
Аналогичные суммы доходов истца указаны и в справках о доходах и суммах налога физического лица за ДД.ММ.ГГГГ г.г., поступившие от работодателя в адрес налоговой инспекции и которые по общим правилам подлежат удостоверению руководителем организации/том №/.
Сведений о том, что за время вынужденного прогула на комбинате произошло повышение тарифных ставок(окладов) материалы дела не содержат и сторонами не представлено и не заявлено.
Суд отмечает, что ежемесячно получая заработную плату и премию в указанных выше размерах, истец за защитой нарушенного права в судебные инстанции, прокуратуру, трудовую инспекцию, не обращался.
С учётом вышеприведенных обстоятельств и доказательств, принимая во внимание порядок, установленный федеральным законодателем для расчет сумм среднего заработка в целях исчисления размера компенсации за время вынужденного прогула в виде неполученной заработной платы, суд считает, что истцу подлежит выплата заработной платы за время вынужденного прогула в размере 297 869 руб. 22 коп.
Данная сумма согласуется с представленным ответчиком расчетом, который судом проверен, и признается правильным. Возражений со стороны истца относительно правильности данного расчета, не представлено.
Доводы стороны истца о том, что заработная плата, с учетом премиальных выплат, указанная в вышеприведённых документах не превышает размер средней заработной платы по Костромской области, и поэтому не может приниматься в качестве исходных данных для расчета, так как не соответствует квалификации истца, занимаемой должности, опыта работы, суд отклоняет как несостоятельные.
При установлении оклада в штатном расписании, ФИО1 как руководитель, должен был учитывать и учитывал эти обстоятельства, о чем свидетельствует его подпись под указанными выше документами
Размер заработной платы, получаемый истцом, согласно данных, представленных ответчиком, намного превышал величину прожиточного минимума установленного для трудоспособного населения по субъекту РФ - Костромская область.
Доводы стороны ответчика о том, что истец мог иметь доходы от деятельности как ИП и руководителя и единственного учредителя ООО «Промком» и поэтому не имеет право на получение заработной платы за время вынужденного прогула, суд отклоняет как необоснованные, противоречащие нормам трудового законодательства.
Из материалов дела видно, что производственная деятельность ООО «Промком» осуществлялась на территории ответчика и в принадлежащем ему здании, доступ к которым ФИО1 был запрещен.
Из акта осмотра помещения от ДД.ММ.ГГГГ. видно, что на осматриваемой комиссией площади, занимаемой ООО «Промком», находятся станки, оборудование и иное имущество, принадлежащее со слов сотрудника ООО «Промком» Ь, её работодателю.
Из объяснений истца следует, что в арендуемых ООО «Промком» помещениях, к которым ответчик перекрыл доступ и ему и его работникам, находятся готовая продукция, выполненная в рамках договорных отношений с третьими лицами, сырье, а также иное имущество. Работа данной организации из-за действий ответчика была парализована, в настоящее время в его адрес как руководителя ООО «Промком» поступают претензии и инициируются дела в арбитражном суде в связи с неисполнением обязательств. Последнее подтверждено копией претензии, поступившей от ООО «Нильс» в рамках договора подряда № от ДД.ММ.ГГГГ. об оказании услуг по пошиву изделий.
Также ответчиком не опровергнуты доводы стороны истца о том, что по настоящий момент ФИО1 не выданы документы, связанные с его деятельностью как ИП и ООО «Промком», находившиеся в его кабинете, доступ к которому был заблокирован.
Таким образом, в пользу истца с ответчика подлежит взысканию 297 869 руб. 22 коп. В удостоверении остальной части данного требования надлежит отказать.
Требования истца о взыскании с ответчика в пользу ФИО1 денежной компенсации за время неиспользованного им отпуска за предшествующие дате увольнения три календарных года, из расчёта размера заработной платы в сумме 180 000 руб. в месяц в общей сумме 540 000 руб. подлежат отклонению, исходя из того, что размер заработной платы в заявленной истцом сумме, ФИО1 надлежащими доказательствами не подтверждён. Также в материалах дела имеются графики отпусков за ДД.ММ.ГГГГ годы, при этом два последних содержат подписи ФИО1, что не отрицалось последним /№/.
Принимая во внимание отсутствие трудового договора и с учетом, что на отношения истца и ответчика распространяются нормы трудового законодательства, суд принимая во внимание положения ст.115 ТК РФ, исходит из того, что ежегодный основной оплачиваемый отпуск, предоставляемый работодателем истцу, составляет № календарных дней. Именно такая продолжительность отпуска отражена и в указанных графиках - № календарных дней с разбивкой на запланированное время отпуска и фактически использованное.
Так за ДД.ММ.ГГГГ год: запланированное время отпуска начинается с ДД.ММ.ГГГГ. (№ дн.) и с ДД.ММ.ГГГГ. (№ дн.), фактически использовано с этих же дат.
Из графиков отпусков за ДД.ММ.ГГГГ г.г. следует, что они также предусматривали время отпусков: ДД.ММ.ГГГГ. - с ДД.ММ.ГГГГ. (№ дн.) и с ДД.ММ.ГГГГ. (№ дн.), указано на использование № дней с ДД.ММ.ГГГГ., в ДД.ММ.ГГГГ. – с ДД.ММ.ГГГГ. № дн.) и с ДД.ММ.ГГГГ. (№.), указано на использование отпуска с ДД.ММ.ГГГГ.
С указанными графиками согласуются и данные, отраженные в справках о доходах и суммах налога физического лица за эти периоды и в справках от ДД.ММ.ГГГГ. в виде выплат отпускных.
Из пояснений истца в суде следует, что в ДД.ММ.ГГГГ году он находился в отпуске № день, в ДД.ММ.ГГГГ годах – по № дней в каждом из данных периодов.
В соответствии с абз.1 ст.127 ТК РФ, при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.
Вместе с тем, истец ФИО1 настоящим решением восстановлен на работе, а потому выплата денежной компенсации за неиспользованное время отпусков за ДД.ММ.ГГГГ годы выплате не подлежит, так как истец может воспользоваться правом на его реальное использование, поскольку замена отпуском денежной компенсацией предусмотрена в исключительных случаях, установленных ст.127 ТК РФ, что в данном случае не имеет места.
Истцом заявлены требования о компенсации морального вреда за нарушение трудовых прав ФИО1, причиненных незаконным отстранением от должности генерального директора ДД.ММ.ГГГГ. и ДД.ММ.ГГГГ., незаконном увольнении, не заключением с ним на протяжении периода времени (более № лет с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. ).
Разрешая требования о компенсации морального вреда суд принимает во внимание следящее.
Статьей 2 Конституции РФ установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.
В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции РФ).
Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции РФ).
Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции РФ).
К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации).
Каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда, а также право на защиту от безработицы. Каждый имеет право на отдых. Работающему по трудовому договору гарантируются установленные федеральным законом продолжительность рабочего времени, выходные и праздничные дни, оплачиваемый ежегодный отпуск (части 3 и 5 статьи 37 Конституции РФ).
Положения Конституции РФ о праве на труд согласуются и с международными правовыми актами, в которых раскрывается содержание права на труд.
Так, Всеобщая декларация прав человека (принята Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948 г.) предусматривает, что каждый человек имеет право на труд, на свободный выбор работы, на справедливые и благоприятные условия труда и на защиту от безработицы. Каждый работающий имеет право на справедливое и удовлетворительное вознаграждение, обеспечивающее достойное человека существование для него самого и его семьи, и дополняемое, при необходимости, другими средствами социального обеспечения. Каждый человек имеет право на отдых и досуг, включая право на разумное ограничение рабочего дня и на оплачиваемый периодический отпуск (пункты 1 и 3 статьи 23, статья 24 названной декларации).
В статье 6 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах (принят 16 декабря 1966 г. Резолюцией 2200 (XXI) на 1496-м пленарном заседании Генеральной Ассамблеи ООН; документ вступил в силу для СССР с 3 января 1976 г.; Российская Федерация является участником указанного международного договора в качестве государства - продолжателя Союза ССР) говорится, что участвующие в пакте государства признают право на труд, которое включает в себя право каждого человека на получение возможности зарабатывать себе на жизнь трудом, который он свободно выбирает или на который он свободно соглашается, и предпримут надлежащие шаги к обеспечению этого права.
Из приведенных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи с нормами международного права следует, что право на труд относится к числу фундаментальных неотчуждаемых прав человека, принадлежащих каждому от рождения. Реализация этого права предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: права на отдых, на справедливую оплату труда, на безопасные условия труда и др.
В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе Российской Федерации введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.
В силу положений абзаца четырнадцатого части 1 статьи 21 Трудового кодекса РФ, работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом РФ, иными федеральными законами.
Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы первый, второй и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса РФ).
Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса РФ, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Согласно ст.394 ТК РФ, в случаях увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконного перевода на другую работу суд может по требованию работника вынести решение о взыскании в пользу работника денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер этой компенсации определяется судом.
В Трудовом кодексе РФ, не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.
В соответствии с пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса РФ, неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.
Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Статьей 1101 Гражданского кодекса РФ установлено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В абзаце четвертом пункта 63 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004г. №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» даны разъяснения по вопросу определения размера компенсации морального вреда в трудовых отношениях: размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
Принимая во внимание вышеуказанные положения, учитывая значимость для ФИО1, о чем истец неоднократно заявлял в судебном заседании, нематериальных благ, нарушенных ответчиком, а именно его права на труд, которое относится к числу фундаментальных неотчуждаемых прав человека и с реализацией которого связана возможность реализации работником ряда других социально-трудовых прав, в частности права на справедливую оплату труда, на отдых, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др., суд считает, что компенсация морального вреда подлежит взысканию в размере 25 000 руб.
При этом суд принимает во внимание, что характер и глубина нравственных страданий и переживаний истца как работника зависит от значимости для него прав, нарушенных работодателем и от объема таких нарушений, степени вины работодателя.
Так, для определения размера морального вреда, суд считает имеющим значение следующие обстоятельства:
на протяжении всего периода работы ФИО1 в должности генерального директора с ДД.ММ.ГГГГ года и до момента его увольнения ДД.ММ.ГГГГ трудовые отношения с ним не были оформлены в соответствии с требованиями трудового законодательства;
работодатель дважды незаконно отстранил от занимаемой должности ДД.ММ.ГГГГ. и ДД.ММ.ГГГГ
при увольнении не выдал на руки трудовую книжку, что подтверждается телеграммой ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ с предложением получить указанный документ /том №/.
Также заслуживают внимание и такие обстоятельства, как последствия нарушения ответчиком трудовых прав ФИО1, связанные с возникновением до и во время рассмотрения настоящего спора проблем со здоровьем. Из пояснений истца следует, что ранее проблем с сердечно-сосудистой системой не имел, проблемы со здоровьем начались в период предъявления, начиная с осени 2021 года, к нему необоснованных претензий со стороны Совета директоров в лице ФИО3, связанные с договором аренды.
Кроме этого, суд принимает во внимание продолжительность нарушения трудовых прав работника при рассмотрении справедливых требований работника.
С учетом указанного, с ответчика подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 25 000 руб.
Суд отклоняет доводы ответчика о не подведомственности спора суду общей юрисдикции как не основанные на нормах действующего законодательства.
Из действующего законодательства следует, что приоритетное регулирование деятельности генерального директора акционерного общества осуществляется Федеральным законом «Об акционерных обществах», однако вопросы по приему на эту должность, отстранение от неё, увольнение с занимаемой должности, взыскание компенсации неиспользованного отпуска относятся к предмету регулирования трудового права. Решение Совета директоров, оформляющие отстранение от должности руководителя общества, его увольнение, имеет характер акта применения норм трудового права.
Согласно п.3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 02.06.2015 N 21 «О некоторых вопросах, возникших у судов при применении законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации», разрешение трудовых споров между работником - руководителем организации, членом коллегиального исполнительного органа организации (в том числе бывшими) и работодателем в силу пункта 1 части 1 статьи 22 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) и статей 382, 391 ТК РФ относится к компетенции судов общей юрисдикции. В частности, к ним относятся дела: об оспаривании руководителями организаций, членами коллегиальных исполнительных органов организаций решений уполномоченных органов организаций или уполномоченных собственниками лиц (органов) о досрочном прекращении их полномочий, возникших в силу трудового договора; по искам одной стороны трудового договора к другой стороне трудового договора об оспаривании и признании не подлежащими применению условий трудовых договоров с руководителями организаций, членами коллегиальных исполнительных органов организаций, в том числе о размере оплаты труда, выплате выходных пособий, компенсаций и (или) иных выплат в связи с прекращением трудового договора; об оспаривании руководителями организаций, членами коллегиальных исполнительных органов организаций применения к ним мер дисциплинарной ответственности.
Согласно части 3 статьи 22 ГПК РФ суды общей юрисдикции рассматривают и разрешают указанные дела, за исключением дел, отнесенных федеральным конституционным законом и федеральным законом к ведению арбитражных судов (например, статьями 61.1 и 61.8 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" предусмотрено рассмотрение арбитражным судом в деле о банкротстве должника заявлений об оспаривании действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих, в частности, в соответствии с трудовым законодательством, в том числе об оспаривании соглашений или приказов об увеличении размера заработной платы, о выплате премий или об осуществлении иных выплат в соответствии с трудовым законодательством Российской Федерации и об оспаривании самих таких выплат).
С учетом указанного, суд считает, все требования, заявленные истцом, подлежали рассмотрению судом общей юрисдикции.
Принимая во внимание вышеуказанное, требования истца подлежат удовлетворению частично.
На основании ст.98 ГПК РФ с ответчика в доход казны муниципального образования муниципальный район г.Нерехта и Нерехтский район Костромской области подлежит взысканию госпошлина в сумме 6478 руб. 69 коп.
Руководствуясь ст.ст. 194-199, 211 ГПК РФ, с у д
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 (дата рождения: ДД.ММ.ГГГГ., место рождения: (,,,), паспорт: (данные изъяты), выдан ДД.ММ.ГГГГ Отделением УФМС России по Костромской области в Нерехтском районе) к ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» (ОГРН: №, ИНН: №) удовлетворить частично.
Признать незаконными решения Совета директоров ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» от ДД.ММ.ГГГГ. и от ДД.ММ.ГГГГ. об отстранении ФИО1 от исполнения обязанности генерального директора Открытого акционерного общества «Нерехтский промышленный комбинат».
Признать незаконным увольнение ФИО1 и восстановить на работе в должности генерального директора ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» с ДД.ММ.ГГГГ.
Взыскать с ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» в пользу ФИО1 заработную плату за время вынужденного прогула за период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. (включительно) в сумме 297 869 руб. 22 коп., компенсацию морального вреда в размере 25 000 руб., а всего 322 869 (триста двадцать две тысячи восемьсот шестьдесят девять) руб. 22 (двадцать две) коп.
В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказать
Решение суда в части восстановления ФИО1 на работе обратить к немедленному исполнению.
Взыскать в доход бюджета муниципального образования муниципальный район город Нерехта и Нерехтский район Костромской области с ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» государственную пошлину в размере 6478 руб. 69 коп.
Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ
Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Костромской областной суд через Нерехтский районный суд в течение 1 месяца с момента изготовления мотивированного решения.
Председательствующий С.Т. Бекенова