№ 2-3325/2025
64RS0047-01-2025-005146-17
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
25 ноября 2025 года г. Саратов
Октябрьский районный суд города Саратова в составе председательствующего судьи Замотринской П.А.,
при секретаре Жулиной А.В.,
при участии представителя истца ОСФР по Саратовской области ФИО1,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ОСФР по Саратовской области к ФИО3 С-Е.А. о взыскании ущерба,
установил:
ОСФР по Саратовской области обратился в суд с исковыми требованиями, в обоснование которых указал, что ФИО3-Е. А, <дата> года рождения, является получателем страховой пенсии по случаю потери кормильца в соответствии с п. 1 ст. 10 ФЗ от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях». В ее заявлении от 8 сентября 2022 года о назначении пенсии в пункте 4 имеется отметка о том, что ФИО3-Е.А. предупреждена о необходимости извещать территориальный орган ОПФР об обстоятельствах, влекущих прекращение выплаты страховой пенсии по случаю потери кормильца и федеральной социальной доплаты. ФИО3-Е.А. предоставила в ОСФР по Саратовской области справку № 9040 от 1 сентября 2022 года, что она зачислена в ГАПОУ СО «Саратовский областной педагогический колледж» с 1 сентября 2022 года на очную форму обучения. Согласно своему личному заявлению она была отчислена из учебного заведения с 1 июня 2024 года, в связи с чем у нее отсутствовало право на выплату страховой пенсии по случаю потери кормильца и федеральной социальной доплаты. В результате образовалась переплата за период с 1 июня 2024 года по 30 ноября 2024 года в сумме 72 175 рублей 80 копеек. В адрес ФИО3-ФИО2 по Саратовской области 14 февраля 2025 года была направлена претензия о добровольном погашении переплаты. До настоящего времени суммы в погашение излишне выплаченных сумм страховой пенсии по случаю потери кормильца и федеральной социальной доплаты не поступало. На основании изложенного истец просит взыскать с ответчика в свою пользу причиненный ущерб в размере 72 175 рублей 80 копеек, почтовые расходы в размере 182 рублей 40 копеек.
В судебном заседании представитель истца заявленные исковые требования поддержала, просила их удовлетворить.
Ответчик в судебное заседание не явилась, о месте и времени рассмотрения дела извещалась заказным письмом с уведомлением о вручении, письмо возвращено в суд с отметкой «За истечением срока хранения», что является надлежащим извещением о слушании дела.
При таких обстоятельствах суд определил рассмотреть дело в отсутствие не явившегося ответчика.
Изучив доводы искового заявления, выслушав объяснения участника процесса, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.
В судебном заседании установлено, что ФИО3-Е. А, <дата> года рождения, является получателем страховой пенсии по случаю потери кормильца в соответствии с п. 1 ст. 10 ФЗ от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях».
При назначении пенсии по случаю потери кормильца ответчику была также установлена федеральная социальная доплата к пенсии на основании статьи 12.1 Федерального закона от 17.07.1999 №178-ФЗ «О государственной социальной помощи», согласно которой федеральная социальная доплата к пенсии устанавливается пенсионеру территориальными органами Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации в случае, если общая сумма его материального обеспечения не достигает величины прожиточного минимума пенсионера, установленной в соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона «О прожиточном минимуме в Российской Федерации» в субъекте Российской Федерации по месту его жительства или месту его пребывания, не превышающей величину прожиточного минимума пенсионера в целом по Российской Федерации. Федеральная социальная доплата к пенсии устанавливается в таком размере, чтобы указанная общая сумма его материального обеспечения с учетом данной доплаты достигла величины прожиточного минимума пенсионера, установленной в субъекте Российской Федерации (л.д. 14-15 – решения).
При назначении пенсии по случаю потери кормилица и федеральной социальной доплаты к пенсии ответчика обращалась с заявлением в органы пенсионного фонда Российской Федерации от 8 сентября 2022 года, в котором указала, что с 1 сентября 2022 года она зачислена в ГАПОУ СО «Саратовский областной педагогический колледж» с 1 сентября 2022 года на очную форму обучения, к заявлению была приложены справка о том, что она является студенткой педагогического колледжа с 1 сентября 2022 года (л.д. 13).
3 декабря 2024 года ФИО3-Е.А. обратилась в ОСФР по Саратовской области с заявлением, в котором просила прекратить выплату пенсии по случаю потери кормильца в связи с со своим отчислением из учебного заведения (л.д. 16).
Как следует из справки, предоставленной ответчиком, ФИО3 Е.А. являлась студенткой ГАПОУ СО «Саратовский областной педагогический колледж» с 1 сентября 2022 года по 1 июня 2024 года (л.д. 12).
При этом выплате ей пенсии по случаю потери кормильца и федеральной социальной доплаты к ней производилась до 30 ноября 2024 года (л.д. 18-19 – решения о прекращении выплаты пенсии и федеральной социальной доплаты к ней, л.д. 20 – решение об обнаружении ошибки, л.д. 21,22 – протокол о выявлении излишне выплаченных сумм).
В результате образовалась переплата за период с 1 июня 2024 года по 30 ноября 2024 года в сумме 72 175 рублей 80 копеек (л.д. 24-27 – сведения о начислении).
В адрес ФИО3-ФИО2 по Саратовской области 14 февраля 2025 года была направлена претензия о добровольном погашении переплаты (л.д. 28).
Согласно ч. 1 ст. 10 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ право на страховую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (за исключением лиц, совершивших уголовно наказуемое деяние, повлекшее за собой смерть кормильца и установленное в судебном порядке). Одному из родителей, супругу или другим членам семьи, указанным в п. 2 ч. 2 настоящей статьи, указанная пенсия назначается независимо от того, состояли они или нет на иждивении умершего кормильца.
В соответствии с п. 1 ч. 2 ст. 10 указанного Федерального закона дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца, не достигшие возраста 18 лет либо достигшие возраста 18 лет и завершившие обучение по основным образовательным программам основного общего или среднего общего образования в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, на период до 1 сентября года, в котором завершено указанное обучение, а также дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца, обучающиеся по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, в том числе в иностранных организациях, расположенных за пределами территории Российской Федерации, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет или дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца старше этого возраста, если они до достижения возраста 18 лет стали инвалидами.
Основания и порядок выплаты социальной пенсии предусмотрены Федеральным законом от 15 декабря 2001 года № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации», часть 1 статьи 5 которого в качестве одного из видов социальной пенсии, назначаемой по государственному пенсионному обеспечению, названа пенсия по случаю потери кормильца (п. 4).
При этом в соответствии с ч. 6 ст. 5 и п. 8 ч. 1 ст. 4 Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 166-ФЗ социальная пенсия по случаю потери кормильца назначается нетрудоспособным гражданам. Данная пенсия представляет собой ежемесячную государственную денежную выплату, которая предоставляется им в целях обеспечения их средствами к существованию.
На основании п. 3 ч. 1 ст. 11 Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 166-ФЗ право на социальную пенсию имеют постоянно проживающие в Российской Федерации дети в возрасте до 18 лет, а также старше этого возраста, обучающиеся по очной форме по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет, потерявшие одного или обоих родителей, и дети умершей одинокой матери.
Из п. 3 ч. 1 ст. 25 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ следует, что прекращение выплаты страховой пенсии производится в случае утраты пенсионером права на назначенную ему страховую пенсию (обнаружения обстоятельств или документов, опровергающих достоверность сведений, представленных в подтверждение права на указанную пенсию, истечения срока признания лица инвалидом, приобретения трудоспособности лицом, получающим пенсию по случаю потери кормильца, поступления на работу (возобновления иной деятельности, подлежащей включению в страховой стаж) лиц, предусмотренных п. 2 ч. 2 ст. 10 названного Федерального закона, и в других случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации.
В соответствии с ч. 1 ст. 28 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ физические и юридические лица несут ответственность за достоверность сведений, содержащихся в документах, представляемых ими для установления и выплаты страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии), а работодатели, кроме того, - за достоверность сведений, представляемых для ведения индивидуального (персонифицированного) учета в системе обязательного пенсионного страхования.
Согласно ч. 2 ст. 28 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ в случае, если представление недостоверных сведений или несвоевременное представление сведений, предусмотренных ч. 5 ст. 26 настоящего Федерального закона, повлекло за собой перерасход средств на выплату страховых пенсий, фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии), виновные лица возмещают Пенсионному фонду Российской Федерации причиненный ущерб в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.
В случаях невыполнения или ненадлежащего выполнения обязанностей, указанных в ч. 1 настоящей статьи, и выплаты в связи с этим излишних сумм страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии) работодатель и (или) пенсионер возмещают пенсионному органу, производящему выплату страховой пенсии, причиненный ущерб в порядке, установленном законодательством Российской Федерации (ч. 3 ст. 28 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ).
Как указывалось выше, судом установлено, что ФИО3 Е.А. являлась студенткой ГАПОУ СО «Саратовский областной педагогический колледж» с 1 сентября 2022 года по 1 июня 2024 года, при этом выплате ей пенсии по случаю потери кормильца и федеральной социальной доплаты к ней производилась до 30 ноября 2024 года.
Ввиду непредставления ответчиком в ОСФР по Саратовкой области информации об отчислении из учебного заведения, за период с 1 июня 2024 года по 30 ноября 2024 года образовалась переплата в пенсии по случаю потери кормильца и федеральной доплаты к ней в сумме 72 175 рублей 80 копеек.
Требование ОСФР по Саратовской области к ответчику в добровольном порядке возвратить излишне выплаченную сумму пенсии было оставлено ответчиком без исполнения.
Нормы, регулирующие обязательства вследствие неосновательного обогащения, установлены главой 60 ГК РФ.
В соответствии с п. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 настоящего Кодекса.
Не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения, в частности: заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки (п. п. 3 ст. 1109 ГК РФ).
Из изложенного следует, что неосновательное обогащение имеет место в случае приобретения или сбережения имущества в отсутствие на то правовых оснований, то есть неосновательным обогащением является чужое имущество, включая денежные средства, которое лицо приобрело (сберегло) за счет другого лица (потерпевшего) без оснований, предусмотренных законом, иным правовым актом или сделкой. Неосновательное обогащение возникает при наличии одновременно следующих условий: имело место приобретение или сбережение имущества; приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого лица произведено в отсутствие правовых оснований, то есть не основано ни на законе, ни на иных правовых актах, ни на сделке.
По смыслу положений п. 3 ст. 1109 ГК РФ не считаются неосновательным обогащением и не подлежат возврату денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средств к существованию, в частности заработная плата, приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина и т.п., то есть суммы, которые предназначены для удовлетворения его необходимых потребностей, и возвращение этих сумм поставило бы гражданина в трудное материальное положение. Закон устанавливает исключения из этого правила, а именно: излишне выплаченные суммы должны быть получателем возвращены, если их выплата явилась результатом недобросовестности с его стороны или счетной ошибки.
При этом добросовестность гражданина (получателя спорных денежных средств) презюмируется, следовательно, бремя доказывания недобросовестности гражданина, получившего названные в данной норме виды выплат, лежит на стороне, требующей возврата излишне выплаченных денежных сумм.
Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 26.02.2018 г. N 10-П, содержащееся в главе 60 Гражданского кодекса Российской Федерации правовое регулирование обязательств вследствие неосновательного обогащения представляет собой, по существу, конкретизированное нормативное выражение лежащих в основе российского конституционного правопорядка общеправовых принципов равенства и справедливости в их взаимосвязи с получившим закрепление в Конституции Российской Федерации требованием о недопустимости осуществления прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц (статья 17, часть 3); соответственно, данное правовое регулирование, как оно осуществлено федеральным законодателем, не исключает использование института неосновательного обогащения за пределами гражданско-правовой сферы и обеспечение с его помощью баланса публичных и частных интересов, отвечающего конституционным требованиям.
Обстоятельством, имеющим юридическое значение для правильного рассмотрения настоящего спора, является наличие недобросовестности получателя неосновательного обогащения, обязанность доказывания которых возложена на истца. По настоящему спору юридически значимым обстоятельством с учетом заявленных исковых требований, исходя из приведенных норм права, регулирующих спорные отношения, является установление недобросовестности в действиях ФИО3-Е..А., не уведомившей пенсионный орган об отчислении из учебного заведения.
По общему правилу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Обязанность доказать факт недобросовестности, в силу положений ст. 56 ГПК РФ, лежит на лице, требующем возврата неосновательного обогащения.
Таким образом, добросовестность ФИО3-Е..А. презюмируется, следовательно, бремя доказывания недобросовестности при получении ею в заявленный период после отчисления из высшего образовательного учреждения пенсии по случаю потери кормильца возложено на ОСФР по Саратовской области.
Из письменного обязательства ФИО3-Е..А., содержащегося в заявлении о назначении пенсии по случаю потери кормильца, не следует, что ей разъяснено, что прекращение обучения является обстоятельством, влекущим прекращение пенсии по случаю потери кормильца, а также то, что она обязана своевременно сообщать пенсионному органу о данном обстоятельстве (л.д. 9-10).
При этом судом установлено, что доказательства недобросовестности или злоупотребления правом со стороны ФИО3-Е..А., повлекших излишнюю выплату истцом спорных сумм пенсии, отсутствуют.
Само по себе неисполнение ответчицей обязанности по извещению пенсионного органа о наступлении обстоятельств, влекущих прекращение выплаты социальной пенсии по случаю потери кормильца в отсутствие иных доказательств, не свидетельствует о недобросовестности ФИО3-Е..А.в получении социальной поддержки от государства, являющейся для нее единственным средством к существованию.
Кроме того, следует отметить, что пенсионный орган при совершении должных действий в порядке информационного взаимодействия с учебным заведением имел возможность своевременно получить информацию об отчислении ответчицы из университета и вынести решение о прекращении выплат.
Таким образом, с учетом указанных обстоятельств, суд не находит оснований для удовлетворения заявленных требований о принудительном взыскании с ответчика в пользу истца сумм образовавшейся переплаты страховой пенсии по случаю потери кормильца и федеральной социальной доплаты.
Поскольку в удовлетворении заявленных требований отказано, то в силу положений ст. ст. 88, 98 ГПК РФ отсутствуют основания и для взыскания с ответчика в пользу истца судебных расходов в виде почтовых расходов.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 193-199 ГПК РФ, суд
решил:
В удовлетворении исковых требований ОСФР по Саратовской области (ИНН <***>) к ФИО3 (паспорт серии №) о взыскании ущерба отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Саратовского областного суда через Октябрьский районный суд г. Саратова в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.
Судья П.А. Замотринская
Мотивированное решение по делу изготовлено 9 декабря 2025 года.
Судья П.А. Замотринская