78RS0006-01-2024-001765-36
2-81/2025 (2-3150/2024;)
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
10 февраля 2025 года г. Санкт-Петербург
Кировский районный суд г. Санкт-Петербурга в составе:
председательствующего судьи Максименко Т.А.,
при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Хилетиной В.Ю.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о взыскании денежных средств, гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО3, ФИО5, ФИО2 и ФИО17 в лице законных представителей ФИО3, ФИО5 о взыскании денежных средств,
УСТАНОВИЛ:
Истец ФИО6 первоначально обратилась в суд с иском к ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения в размере 3643978,07 руб.
В обоснование требований истец указала, что в период с 06.06.2021 по 31.07.2023 с принадлежащих ей карт перечислила денежные средства на имя ФИО3 в долг по просьбе ФИО3 Однако при рассмотрении гражданского дела о взыскании алиментов ФИО3 указывала на данные переводы как получение денежных средств от ФИО5 – бывшего супруга, что не соответствует действительности. У истца с ФИО5 доверительные отношения, знакомы более двадцати семи лет, поэтому, когда он обратился с просьбой для предоставления в долг денежных средств его супруге по запросу, истец согласилась. Летом 2021 года истец лично познакомилась с ФИО3 Летом 2023 года истцу стало известно, что у супругов разлад в семейных отношениях, то незамедлительно прекратила перечисления денежных средств в пользу ФИО3 При обращении к ФИО5, последний уверял, что ФИО3 возвратит долг. В декабре 2023 года истец вновь обратилась к ФИО5, который сообщил, что истец может получить денежные средства от его супруги через суд. Поскольку в досудебном порядке денежные средства не были возвращены истцу, то она вынуждена обратиться с данным иском в суд. Истец считает, что ФИО3, получила денежные средства в долг, без заключения договора займа, в результате чего на ее стороне возникло неосновательное обогащение.
Истец ФИО1 обратился в суд с самостоятельным иском к ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения в размере 297426 руб., расходов по оплате госпошлины в размере 6174 руб.
В обоснование требований истец указал, что в период с 21.04.2022 по 12.04.2023 с принадлежащей ему карты перечислил денежные средства на имя ФИО3 в долг по просьбе своей супруги ФИО4 без заключения письменного договора займа. Летом 2021 года истец лично познакомился с ФИО3 Летом 2023 года истцу стало известно, что у супругов разлад в семейных отношениях, то составил претензию и отправил ФИО3 Претензия оставлена без внимания. Поскольку в досудебном порядке денежные средства не были возвращены истцу, то он вынужден обратиться с данным иском в суд. Истец считает, что ФИО3, получила денежные средства в долг, без заключения договора займа, в результате чего на ее стороне возникло неосновательное обогащение.
Определением Кировского районного суда Санкт-Петербурга от 03.06.2024 гражданское дела объединены в одном производство.
23.07.2024 представитель истцов представила заявление в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в соответствии с которым ФИО4 просит взыскать в свою пользу с ответчиков ФИО3 и ФИО5 сумму неосновательного обогащения в размере 3643978,07 руб., а также сумму 229863,03 руб. – оплаченных коммунальных услуг.
В судебном заседании 19.09.2024 судом с учетом пояснений сторон, в том числе представителя истцов, ответчика ФИО5 усматривается, что денежные средства передавались в долг в качестве займа на условиях возвратности в связи с чем, судом было предложено сторонам в рамках сложившихся между сторонами договорных правоотношений истцу представить доказательства факта передачи денежных средств ответчикам, ответчикам представить доказательства возврата денежных средств в полном объеме или частично.
От истцов уточненное исковое заявление о взыскании с ответчиков задолженности по договорам займа не поступило.
18.12.2024 представитель истцов представила заявление в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в соответствии с которым ФИО4 просит взыскать в свою пользу с ответчиков ФИО3 и ФИО5 сумму неосновательного обогащения в размере 3643978,07 руб., а также с ответчиков как законных представителей ФИО17. и ФИО2 в равных долях сумму неосновательного обогащения в размере 229863,03 руб. – оплаченных коммунальных услуг, расходы по оплате госпошлины.
10.02.2025 представитель истцов представила заявление в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в соответствии с которым ФИО4 просит взыскать в свою пользу с ответчиков ФИО3 и ФИО5 сумму неосновательного обогащения в размере 3643978,07 руб., а также с ответчиков как законных представителей ФИО17. и ФИО2 в равных долях сумму неосновательного обогащения в размере 112074 руб. 08 коп. – оплаченных коммунальных услуг, расходы по оплате госпошлины.
Отказа от исковых требований к ФИО5 в части взыскания неосновательного обогащения (перечисленных ФИО4 на карту ФИО5 денежных средств) от ФИО4 не поступало.
Также представитель истца представил ходатайство об отказе от исковых требований в части взыскания суммы 83146 руб. 23 коп.
Определением Кировского районного суда города Санкт-Петербурга от 10.02.2024 производство по делу по иску ФИО4 к ФИО2 и ФИО17 в лице законных представителей ФИО3, ФИО5 о взыскании неосновательного обогащения прекращено в части взыскания части суммы оплаченных коммунальных платежей на сумму 83146 руб. 23 коп.
Представитель истцов ФИО7, действующая на основании доверенности и ордера, на удовлетворении требований настаивала, указав на возникшее на стороне ответчиков неосновательное обогащение, как полученных денежных средств по переводам на банковскую карту, так и оплаченных расходов на коммунальные платежи. Также указала, что неосновательное обогащение подлежит взысканию в солидарном порядке, неосновательное обогащение в части уплаченных денежных средств за коммунальные платежи в равных долях. Также указала, что ошибочности в перечислении денежных средств со стороны истцов не было. Истец ФИО4 в части переводов для оплаты коммунальных платежей полагала, что такой же формат отношений как с переводами на банковскую карту ФИО3
Ответчик ФИО3, действующая в своих интересах и интересах несовершеннолетних ФИО2 и ФИО17. и ее представитель ФИО8, действующий на основании доверенности и ордера, в судебном заседании против удовлетворения требований возражали по доводам письменных возражений, также указав на отсутствие с истцом ФИО4 обязательственных правоотношений, все полученные переводами денежные средства были перечислены бывшим супругом по ее требованиям в виде чеков на телефон ФИО5 для возмещения трат на семью. Таким образом у семьи сложился порядок ведения общего хозяйства. При рассмотрении гражданского дела № 2-247/2024 ФИО5 утверждал, что полностью содержал детей и компенсировал личные расходы ФИО3 Также указала, что оплату коммунальных платежей ФИО4 производила и в отношении квартир, принадлежащих матери ФИО5
Ответчик ФИО5, действующий в своих интересах и интересах несовершеннолетних ФИО2 и ФИО17. в судебном заседании отзывы на исковое заявление поддержал, также просил о принятии признания иска в части ? доли от суммы выплаченных ФИО4 денежных средств по оплате коммунальных платежей. Судом признание иска в данной части не принято, поскольку в данном случае признание иска ответчиком нарушает прав несовершеннолетних детей, противоречит позиции второго законного представителя.
Третье лицо конкурсный управляющий ФИО9 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, просил о рассмотрении дела в свое отсутствие. Оснований Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации для исключения конкурсного управляющего ФИО9 из числа третьих лиц не предусмотрено.
Дело рассмотрено в порядке ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Суд, выслушав стороны, исследовав материалы дела, приходит к следующему выводу.
Из материалов дела усматривается следующее.
Истцы обратились в суд с исковыми заявлениями о взыскании с ответчиков денежных средств, указывая на то, что денежные средства переданы ответчика не на условиях благотворительности или в дар, при этом договоры займа в письменном виде между сторонами не заключались.
Предъявляя требования о взыскании долга, истец ссылался на то, что денежные средства получены ответчиками на основании договоров займа, заключенных в устной форме, согласно пояснениям представителя истцов «по требованию ФИО3».
Как усматривается из претензии, направленной 18.10.2023 в адрес ФИО3, в которой ФИО12 указывает на ошибочность перечисления в пользу ФИО3 денежных средств и просит их возвратить.
Также, из претензии направленной 20.10.2023 в адрес ФИО3, в которой ФИО1 указывает на ошибочность перечисления в пользу ФИО3 денежных средств и просит их возвратить.
Истцами представлены в материалы дела идентичные справки от 25.07.2014 о реквизитах для перечисления на счет банковской карты, согласно которым владельцем банковской карты № с номером счета № является ФИО3 При этом в справке стоит отметка о ее выдаче по требованию держателя – ФИО3
Как усматривается из выписок по счетам дебетовых карт, действительно с банковских карт, оформленных на имя ФИО4 и ФИО1, на банковскую карту ФИО3 произведены заявленные переводы в указанных суммах.
Указанные выписки по счету в совокупности с пояснениями, как истцов, так и ответчика ФИО5 в силу пункта 1 статьи 162 Гражданского кодекса Российской Федерации относятся к допустимым доказательствам для подтверждения позиции истцов относительно заключения договоров займа.
Кроме того, истцы были осведомлены о номере банковской карты ответчика ФИО3, на которую переведены спорные денежные средства, данные которой, они могли получить только в связи с заключенным между сторонами договором займа.
В соответствии со ст. 2 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации задачами гражданского судопроизводства являются правильное и своевременное рассмотрение и разрешение гражданских дел в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, организаций, прав и интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, других лиц, являющихся субъектами гражданских, трудовых или иных правоотношений.
При этом установление правоотношений сторон является одной из задач суда при подготовке дела к судебному разбирательству, что в последующем позволяет определить закон, подлежащий применению.
Согласно статье 12 этого же Кодекса правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.
Суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения процессуальных действий, оказывает лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел.
В силу статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предмет и основание иска определяет истец.
В соответствии с частью 3 статьи 196 данного кодекса суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.
Как разъяснено в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении", суд принимает решение только по заявленным истцом требованиям. Выйти за пределы заявленных требований (разрешить требование, которое не заявлено, удовлетворить требование истца в большем размере, чем оно было заявлено) суд имеет право лишь в случаях, прямо предусмотренных федеральными законами. Заявленные требования рассматриваются и разрешаются по основаниям, указанным истцом, а также по обстоятельствам, вынесенным судом на обсуждение в соответствии с частью 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
В то же время в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в соответствии со статьей 148 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации на стадии подготовки дела к судебному разбирательству суд выносит на обсуждение вопрос о юридической квалификации правоотношения для определения того, какие нормы права подлежат применению при разрешении спора.
По смыслу части 1 статьи 196 данного кодекса, суд определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам. Суд также указывает мотивы, по которым не применил нормы права, на которые ссылались лица, участвующие в деле. В связи с этим ссылка истца в исковом заявлении на не подлежащие применению в данном деле нормы права сама по себе не является основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования.
В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 июня 2008 г. N 11 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству" также разъяснено, что при определении закона и иного нормативного правового акта, которым следует руководствоваться при разрешении дела, и установлении правоотношений сторон следует иметь в виду, что они должны определяться исходя из совокупности данных: предмета и основания иска, возражений ответчика относительно иска, иных обстоятельств, имеющих юридическое значение для правильного разрешения дела.
Поскольку основанием иска являются фактические обстоятельства, то указание истцом конкретной правовой нормы в обоснование иска не является определяющим при решении судьей вопроса о том, каким законом следует руководствоваться при разрешении дела (пункт 6).
В силу п. 1 ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 данного кодекса.
Таким образом, для возникновения обязательства из неосновательного обогащения необходимо одновременное наличие трех условий: 1) наличие обогащения; 2) обогащение за счет другого лица; 3) отсутствие правового основания для такого обогащения.
В связи с этим юридическое значение для квалификации отношений, возникших из неосновательного обогащения, имеет не всякое обогащение за чужой счет, а лишь неосновательное обогащение одного лица за счет другого.
Согласно ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались (ч. 2).
Определяя, какие обстоятельства имеют значение для дела, суд тем самым формирует по нему предмет доказывания и распределяя бремя доказывания.
При обращении в суд с исковым заявлением истцы ссылались на то, что денежные средства были переданы ими в долг ответчику ФИО3 по просьбе ФИО5, однако поскольку они не могут доказать наличие договоров займа, обратились в суд с иском о взыскании неосновательного обогащения.
Вместе с тем, согласно п. 4 ст. 453 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда до расторжения или изменения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (гл. 60), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства.
В соответствии со ст. 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку иное не установлено данным кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные гл. 60 этого кодекса, подлежат применению также к требованиям: 1) о возврате исполненного по недействительной сделке; 2) об истребовании имущества собственником из чужого незаконного владения; 3) одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством; 4) о возмещении вреда, в том числе причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица.
Таким образом, требование из неосновательного обогащения при наличии между сторонами обязательственных правоотношений может возникнуть вследствие исполнения договорной обязанности при последующем отпадении правового основания для такого исполнения, в том числе и в случае объективной невозможности получить встречное предоставление по договору в полном объеме или в части.
В силу п. 1 ст. 307.1 и п. 3 ст. 420 Гражданского кодекса Российской Федерации к договорным обязательствам общие положения об обязательствах применяются, если иное не предусмотрено правилами об отдельных видах договоров, содержащимися в названном кодексе и иных законах, а при отсутствии таких специальных правил - общими положениями о договоре.
Соответственно, материальным законом закреплена субсидиарность кондикционных исков, и положения о неосновательном обогащении подлежат применению постольку, поскольку нормами о соответствующем виде договора не предусмотрено иное.
При разрешении настоящего спора суд, проверив доводы истцов о наличии между сторонами договорных правоотношений, установил юридически значимые обстоятельства, необходимые для разрешения договорного спора, исключив применение норм о неосновательном обогащении, установив юридически значимые для этого обстоятельства, распределил бремя их доказывания и приходит к выводу о разрешении спора с учетом положений закона, регулирующих соответствующие договорные отношения.
При этом суд учитывает, что факт займа может подтверждаться не только письменным договором, но и иными доказательствами (перепиской сторон, их пояснениями).
В силу статьи 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.
Согласно пункту 1 статьи 162 Гражданского кодекса Российской Федерации несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства.
Согласно п. 1 ст. 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (заимодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.
Если заимодавцем в договоре займа является гражданин, договор считается заключенным с момента передачи суммы займа или другого предмета договора займа заемщику или указанному им лицу.
В силу п. 1 ст. 809 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором займа, заимодавец имеет право на получение с заемщика процентов за пользование займом в размерах и в порядке, определенных договором. При отсутствии в договоре условия о размере процентов за пользование займом их размер определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды.
Как предусмотрено п. 1 ст. 810 этого кодекса, заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.
В случаях, когда срок возврата договором не установлен или определен моментом востребования, сумма займа должна быть возвращена заемщиком в течение тридцати дней со дня предъявления заимодавцем требования об этом, если иное не предусмотрено договором.
При рассмотрении настоящего спора ответчик ФИО5 не отрицал факт заключения по его просьбе между истцами и ответчиком ФИО5 договоров займа, однако полагал, что денежные средства ФИО3 потрачены в личных целях.
При этом доказательств того, что между ФИО4, ФИО1 и ФИО3 достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора не представлено.
Также суд отмечает, что истцы также в своих претензиях указывая на ошибочность переводов, не обращались в банк с заявлением об ошибочности перечисления денежных средств.
Также из выписок по счету в отношении ФИО4 усматривается наличие переводов на свою карту, а также на имя ФИО13, которая является матерью ФИО5, что не оспаривалось сторонами.
Как усматривается из протокола осмотра доказательств от 17.02.2024, в переписке в мессенджере между ФИО3 И ФИО5 за период с 24.04.2023 по 31.07.2023, из сообщений усматривается, что 31.07.2023 ФИО3 направила через мессенджер ФИО5 чек об оплате на сумму 577 руб. 98 коп., 20.07.2023 на сумму 6135 руб., 25.07.2023 – 2380 руб., 22.07.2023 на сумму 1045 руб. 50 коп. (том 1 л.д. 217,208-250), 28.06.2023 на сумму 3018,86 коп. (том 3 л.д. 14, том 1 л.д. 40), а также иные чеки по оплате. Также усматривается, что ФИО5 направлены реквизиты карты с номером №. Суд отмечает, что ФИО4 является владельцем карты с номером №.
При этом как усматривается из выписок по счету истца ФИО4 и ФИО3 именно эти суммы были перечислены ФИО4 на карту ФИО3, некоторые в этот же день, некоторые на день позже.
При этом ответчик ФИО3 утверждает, что она никаких контактов с ФИО4 не поддерживает и не поддерживала, видела ее один раз при регистрации сделки в отношении юридического лица, никаких договоренностей с ней и ее супругом не имела о предоставлении денежных средств в долг.
Возражений, доказательств того, что переписка велась между иными лицами, либо является недостоверной, истцами и ответчиком ФИО5 в силу ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено.
Таким образом, из данного протокола осмотра доказательств и выписок по счетам, с учетом пояснений ответчиков ФИО3 и ФИО5, следует, что денежные средства у ФИО4 и ФИО1 в долг без оформления письменного договора займа брал ФИО5
При таких обстоятельствах, наличие у истцов справки от 25.07.2014 о реквизитах для перечисления на счет банковской карты, согласно которым владельцем банковской карты № с номером счета № является ФИО3 также свидетельствует о договоренности именно ФИО5 с истцами о получении займов.
При этом суд учитывает пояснения ФИО5 в судебном заседании 10.06.2024 о том, что стороны на тот момент находились в браке, но проживали раздельно, а также указание на раздельное ведение хозяйства с лета 2021 года, что свидетельствует о единоличном долге ФИО5
Установленные обстоятельства опровергает ничем не подтвержденные доводы ответчика ФИО5 о том, что ФИО3 брала денежные средства в долг у ФИО4 и ФИО1 на свои нужды.
Как усматривается из копии искового заявления ФИО5 к ФИО3 об определении места жительства и порядка общения с детьми, истец указал, что до 07.08.2023 полностью содержал детей, компенсировал все личные расходы ФИО3, в том числе на обслуживание находящегося в ее пользовании автомобиля, оформленного на имя ее матери.
Однако при рассмотрении настоящего дела, несение расходов на указанный автомобиль со своей стороны ответчик ФИО5 отрицает, а указывает на их несение ФИО3 за счет денежных средств подлеченных в долг от истцов.
Истцами в направленных в адрес ответчика ФИО3 претензиях указано на ошибочность переводов, однако в исковом заявлении истцы ссылаются на наличие договоренности с ФИО5 о передаче денежных средств ФИО3 именно в долг. При этом в судебном заседании представитель истцов указал на отсутствие ошибочности переводов.
Суд такое поведение расценивает, как недобросовестное, как попытку скрыть действительные отношения сторон.
При этом доводы ответчика ФИО5 о том, что он оплачивал ежемесячно алименты на содержание детей с банковской карты ФИО13 не опровергают доводы ответчика ФИО3 о том, что согласно переданным ею чекам в мессенджере супруг возмещал ей понесенные расходы, поскольку оплата алиментов не исключает возможность несения дополнительных расходов на детей по желанию родителя. Факт оплаты алиментов с банковской карты ФИО13 не исключает возможность ФИО5 пользования банковскими картами других лиц.
Анализируя выписки по счетам по банковским картам ФИО4, чеки по переводам от ФИО1, выписку по счету ФИО3 за период предшествующий спорному, суд усматривает поступление денежных средств на банковскую карту ФИО3 как от истцов, так и от ФИО5 в различных суммах, в том числе небольших суммах, которые не являются круглыми в математическом понимании, например: 6491 руб., 71 руб., 3959,60 руб., 1360 руб., 49 руб., 324 руб. и т.п., т.е. прослеживается идентичность совершаемых действий.
При этом заслуживают внимание доводы ответчика ФИО3 о том, что все операции по счетам банковских карт истцов совершались в места проживания ответчика ФИО5, что также не исключает возможность использования им данных банковских карт.
Также суд отмечает, что ФИО5 производил оплату алиментов на содержание своих несовершеннолетних детей в банковской карты своей матери ФИО13
Также суд обращает внимание на то обстоятельство, что деньги перечислялись многократными платежами в течение трех лет, условий об их возврате до прекращения супругами отношений истцы не ставили.
Проанализировав представленные в материалы дела переписку ответчиков, заслушав пояснения сторон, суд приходит к выводу о том, что между ФИО4, ФИО1 и ФИО5 была достигнута договоренность о предоставлении денежных средств в займ со сроком возврата до востребования. При этом ФИО3 при получении денежных средств от истцов была уверена о получении их от своего бывшего супруга, поскольку требование о предоставлении направлялось именно ему, а не истцам.
При этом истцами доказательств получения от ответчика ФИО3 просьб о перечислении сумм в счет долга не представлено.
Факт заключения договоров займа ФИО5 не оспаривается, в ходе рассмотрения дела наличие договоров займа, а также долговых обязательств не оспаривал. Однако ответчик ФИО5 оспаривал получение спорных денежных сумм на свои нужды. Ответчик ФИО3 оспаривала факт получения денежных средств от истцов в качестве займов и наставила на получении денежных средств от ответчика ФИО5
Ответчик ФИО5 не ссылался на наличие других обязательственных правоотношений, по которым как он полагает у ФИО3 возник долг перед истцами, например, наличие договора купли-продажи, выполнения работ, оказания услуг и т.д.
Согласно решению Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 20.12.2023 ФИО5 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества, дело № А56-8342/2023.
Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградский области от 18.12.2024 утверждено мировое соглашение по вышеуказанному делу, по условиям которого третье лицо ФИО13 обязалась выплатить кредиторам общую сумму в размере 10484070,68 руб., производство по делу о банкротстве ФИО5 прекращено.
Поскольку доказательств взаимодействия между истцами и ответчиком ФИО3 суду не представлено, а судом такого не установлено, ответчиком отрицается, то суд приходит к выводу об отсутствии договоренности о выдаче займов между истцами и ответчиком ФИО3, а наличием договорных отношений между истцами и ФИО5
Также суд обращает внимание на пояснения ответчика ФИО5, который указал на получение сведений о тратах от ФИО3 и передачу их ФИО4, что также подтверждает отсутствие каких-либо договоренностей о получении денежных средств в долг ФИО3 от истцов, как и отсутствие на ее стороне неосновательного обогащения в виду ошибочности перечисления, наличия каких-либо обязательств.
При этом судом установлены правоотношения сторон возникшие из договора займа, однако истцы в данной части настаивают на возникшем на стороне ответчиков неосновательном обогащении, в связи с чем суд приходит к выводу, что требования в данной части не подлежат удовлетворению.
При таких обстоятельствах, поскольку истцы настаивают на возникшем на стороне ответчиков неосновательном обогащении, оснований для удовлетворения требований о взыскании перечисленных денежных средств на банковскую карту ФИО3 суд не усматривает, в связи с чем приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований ФИО4 и ФИО1 к ответчикам в данной части.
Рассматривая требования истца ФИО4 о взыскании неосновательного обогащения в части оплаченных коммунальных платежей, суд приходит к следующему выводу.
Как усматривается из представленных счетов на оплату, платежных поручений, ФИО4 производила оплату коммунальных услуг в пользу ТСЖ «Манхэттен» за жилые помещения №<адрес> с июля 2021 года до февраля 2024 года. Оплата произведена на лицевой счет каждого жилого помещения.
Квартиры <адрес> в г. Санкт-Петербурге принадлежат на праве собственности несовершеннолетним ФИО2 и ФИО17 соответственно, что подтверждается договорами дарения квартиры, выписками из Единого государственного реестра недвижимого имущества.
Согласно ответу ТСЖ «Манхэттен» на запрос представителя ответчика ФИО3 ФИО8, жильцы получают квитанции на оплату ЖКУ в бумажном виде. По устной договоренности с ФИО5 с диспетчерами ТСЖ «Манхэттен» квитанции по квартирам, включая <адрес> доставляются в почтовый ящик № и в настоящее время.
При таких обстоятельства, применительно к положениям пункта 4 статьи 1109 ГК РФ, суд установил, что за спорный период с июля 2021 года до февраля 2024 года совершено 64 перевода денежных средств на лицевой счет квартир №<адрес> в пользу ТСЖ «Манхэттен», при этом, истец ФИО4 не представила доказательств ошибочности перечисления денежных средств, а также не представила никаких доказательств того, что они осуществлялись на условиях возвратности либо в осуществление какого-либо имеющегося между сторонами обязательства, суд приходит к выводу, что сам по себе факт получения данных денежных средств не свидетельствует о возникновении на стороне ответчиков неосновательного обогащения, поскольку неоднократное перечисление денежные средства явилось следствием исполнения ФИО5 согласно полученным счетам на оплату обязательств по оплате коммунальных услуг за счет денежных средств находящихся на банковских картах оформленных на ФИО4, поскольку квитанции получены им.
Судом установлено, что воля истца ФИО4 на передачу денежных средств осуществлена в отсутствие обязательств, добровольно и намеренно, без условий возвратности и в отсутствие какого-либо имеющегося между сторонами обязательства, суд приходит к выводу, что отсутствуют правовые основания для удовлетворения исковых требований и взыскания перечисленных денежных средств в пользу ТСЖ «Манхэттен», как неосновательное обогащение.
Принимая во внимание, что в силу положений статьи 1103 ГК РФ неосновательное обогащение имеет характер общей защитной меры, которая может использоваться одновременно с другими названными в ней требованиями, в том числе и с требованиями одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с обязательством, выслушав доводы ответчика ФИО3, и вопреки доводам истца и ответчика ФИО5 не усматривает оснований для взыскания неосновательного обогащения.
Таким образом, суд приходит к выводу, что исковые требования о взыскании неосновательного обогащения в части уплаченных коммунальных услуг, не подлежат удовлетворению, поскольку в силу ст. 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не являются неосновательным обогащением.
При этом доводы ответчика ФИО5 об указанном в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела от 12.08.2023 имуществе ФИО3, приобретенном на денежные средства, полученные от истцов, ничем не подтверждены.
Представленные ответчиком ФИО3 карточки регистрации контрольно-кассовой техники, наличие административного искового заявления, также не влияют на сделанные судом выводы об отказе в удовлетворении исковых требований и не являются предметом рассмотрения настоящего спора.
На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу, что исковые требования ФИО1 к ФИО3 о взыскании денежных средств, гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО3, ФИО5, ФИО2 и ФИО17 в лице законных представителей ФИО3, ФИО5 о взыскании денежных средств удовлетворению не подлежат.
Поскольку суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении основных требований истцов, то производные требования о взыскании расходов по оплате госпошлины также не подлежат удовлетворению.
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ :
В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 о взыскании денежных средств, ФИО4 к ФИО3, ФИО5, ФИО2 и ФИО17 в лице законных представителей ФИО3, ФИО5 о взыскании денежных средств - отказать.
Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца с момента принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Кировский районный суд города Санкт-Петербурга.
Судья /подпись/ Т.А. Максименко
Копия верна:
Судья Т.А. Максименко
Мотивированное решение изготовлено 03.03.2025г.