РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
27 октября 2025 года город Балтийск
Балтийский городской суд Калининградской области в составе судьи Дуденкова В.В.
при секретаре судебного заседания Кожевниковой М.Х.,
с участием ответчика ФИО1 и его представителя, адвоката Заболотских Д.Н.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-370/2025 по иску ФИО2 к ФИО1 о признании недействительным завещания,
УСТАНОВИЛ:
19 ноября 2024 года в городе Калининграде М.Т.В. ДД.ММ.ГГГГ, составила завещание, удостоверенное ФИО3, временно исполняющей обязанности нотариуса Калининградского нотариального округа ФИО4, и содержащее распоряжение о завещании ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, всего её имущества, какое на момент её смерти окажется ей принадлежащим, в чём бы таковое ни заключалось и где бы оно ни находилось.
6 декабря 2024 года М.Т.В. умерла #.
12 декабря 2024 года нотариусом Калининградского нотариального округа ФИО5 заведено наследственно дело № в отношении умершей 6 декабря 2024 года М.Т.В. на основании заявления ФИО1 от 12.12.2024 о принятии наследства по завещанию.
ФИО2 обратилась в районный суд с иском к ФИО1 о признании недействительным вышеуказанного завещания, сославшись на то, что является полнородной сестрой и наследницей второй очереди по закону М.Т.В., которая составила завещание от 19.11.2024 под влиянием обмана и существенного заблуждения, возникших вследствие действий матери ответчика, ФИО6, и в болезненном состоянии, препятствовавшем ей понимать и осознавать значение своих действий, руководить ими.
Истица ФИО2 и её представитель, ФИО7, не явились в судебное заседание, хотя были надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения гражданского дела.
Ответчик ФИО1 и его представитель, адвокат Заболотских Д.Н., в судебном заседании не признали предъявленный иск полностью, мотивируя своё несогласие тем, что ФИО1 являлся крёстным сыном М.Т.В., поддерживал с ней отношения, в ноябре 2024 года общался с ней по телефону, навещал её в месте жительства и оказывал необходимую помощь. Оспариваемое завещание было составлено М.Т.В., не страдавшей психическими расстройствами и понимавшей значение своих действий, с соблюдением требований закона и содержит её действительную и свободную волю, установленную нотариусом при удостоверении завещания.
Врио нотариуса Калининградского нотариального округа ФИО4 – ФИО3, участвующая в деле в качестве третьего лица на стороне ответчика, подала письменное заявление от 14.10.2025, в котором просила рассмотреть гражданское дело в своё отсутствие и сообщила о том, что оспариваемое завещание было удостоверено ею в соответствии с требованиями законодательства, составлено со слов завещателя, отражает его волю, на момент составления завещания ею были проверены дееспособность завещателя и его способность понимать значение своих действий, никаких недобросовестных действий или давления на завещателя со стороны третьих лиц при составлении завещания не было, завещатель находилась в нотариальной конторе одна и чётко изъявила желание сделать завещание (т. 2 л.д. 108).
Нотариус Калининградского нотариального округа ФИО5, участвующая в деле в качестве третьего лица на стороне ответчика, была извещена о времени и месте разбирательства дела, однако не явилась в судебное заседание.
Проверив доводы, приведённые участвующими в деле лицами, выслушав объяснения ответчика и его представителя, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующему.
В соответствии со статьёй 18 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – "ГК РФ") граждане могут наследовать и завещать имущество.
Пунктом 1 статьи 1118 ГК РФ предусмотрено, что распорядиться имуществом на случай смерти можно путём совершения завещания.
Завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объёме (пункт 2 статьи 1118 ГК РФ).
В силу абзаца первого пункта 1 статьи 1119 ГК РФ завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а в случаях, предусмотренных ГК РФ, включить в завещание иные распоряжения.
Согласно пункту 5 статьи 1118 ГК РФ завещание является односторонней сделкой, которая создаёт права и обязанности после открытия наследства.
В соответствии со статьёй 1113 ГК РФ наследство открывается со смертью гражданина.
Как следует из части второй статьи 1111 ГК РФ, наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных ГК РФ.
В силу пункта 1 статьи 1141 ГК РФ наследники по закону призываются к наследованию в порядке очерёдности, предусмотренной статьями 1142–1145 и 1148 ГК РФ.
Пункт 1 статьи 1143 ГК РФ относит к наследникам второй очереди по закону полнородных и неполнородных братьев и сестёр наследодателя.
Согласно пункту 1 статьи 1131 ГК РФ при нарушении положений ГК РФ, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание).
Пунктом 1 статьи 177 ГК РФ предусмотрено, что сделка, совершённая гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент её совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате её совершения.
В соответствии с пунктом 1 статьи 178 ГК РФ сделка, совершённая под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.
При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 статьи 178 ГК РФ, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своём волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку. Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной (пункты 2 и 3 статьи 178 ГК РФ).
Как следует из абзацев первого и второго пункта 2 статьи 179 ГК РФ, сделка, совершённая под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.
Основания недействительности завещания как сделки, предусмотренные в пункте 1 статьи 177, пункте 1 статьи 178 и пункте 2 статьи 179 ГК РФ, связаны с пороком воли, вследствие чего завещание, совершённое гражданином, находившимся в момент его совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, либо гражданином под влиянием обмана или существенного заблуждения, не может рассматриваться в качестве сделки, совершённой по его воле.
Абзацем первым пункта 2 статьи 1131 ГК РФ предусмотрено, что завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.
Повторные свидетельства о рождении № от 27.01.1969, № от 21.01.1969 (т. 1 л.д. 12, 13, 91), свидетельство о заключении брака № от 25.07.1992 (т. 1 л.д. 14), письменное сообщение Отдела ЗАГС администрации Балтийского городского округа от 06.06.2025 № (т. 1 л.д. 57–58) удостоверяют, что М.Т.В. и ФИО2 приходятся друг другу полнородными сёстрами.
Из завещания от 19.11.2024 (т. 1 л.д. 62, 88–89, 191) следует, что оно составлено (записано) в городе Калининграде со слов М.Т.В., находящейся в здравом уме и твёрдой памяти, подписано собственноручно М.Т.В., содержит распоряжение М.Т.В. о завещании ФИО1 всего её имущества, какое на момент её смерти окажется ей принадлежащим, в чём бы таковое ни заключалось и где бы оно ни находилось, заверения М.Т.В. о понимании ею разъяснений нотариуса о правовых последствиях совершаемой сделки, о соответствии условий сделки её действительным намерениям, о верности записи нотариусом текста завещания с её слов, и удостоверено ФИО3, врио нотариуса Калининградского нотариального округа ФИО4, которая подтвердила дееспособность М.Т.В. и соответствие содержания завещания волеизъявлению М.Т.В.
Письменное сообщение нотариуса Калининградского нотариального округа ФИО4 от 10.06.2025 № (т. 1 л.д. 61) содержит сведения о том, что завещание М.Т.В. от 19.11.2024 не отменялось и не изменялось.
Выписка из реестра № регистрации нотариальных действий нотариуса Калининградского нотариального округа ФИО4 (т. 1 л.д. 63–64) свидетельствует о том, что 19 ноября 2024 года М.Т.В. лично обращалась в офис нотариуса за совершением нотариального действия по удостоверению завещания.
Согласно приказу Управления Минюста России по Калининградской области от 19.10.2017 № и выписке из журнала передачи полномочий (т. 1 л.д. 65–67) в период с 18 по 22 ноября 2024 года полномочия нотариуса Калининградского нотариального округа ФИО4 временно исполняла его помощник, ФИО3
Свидетельство о смерти № от 10.12.2024 (т. 1 л.д. 11), письменное сообщение Отдела ЗАГС администрации Балтийского городского округа от 06.06.2025 № (т. 1 л.д. 57–58), копия записи акта о смерти от 10.12.2024 № (т. 1 л.д. 84) подтверждают, что М.Т.В. умерла 6 декабря 2024 года #.
Из наследственного дела № (т. 1 л.д. 84–126) видно, что оно заведено 12 декабря 2024 года нотариусом Калининградского нотариального округа ФИО5 в отношении умершей М.Т.В. на основании письменного заявления ФИО1 от 12.12.2024 о принятии наследства по завещанию и содержит в числе прочих документов письменное заявление ФИО2 от 19.03.2025 о принятии наследства.
Согласно письменному сообщению Психиатрической больницы от 17.06.2025 (т. 1 л.д. 153) в период с 2009 года по 2024 год включительно М.Т.В. на стационарном лечении и под наблюдением в диспансерном отделении не находилась.
Письменное сообщение Балтийской ЦРБ от 07.07.2025 (т. 1 л.д. 167) свидетельствует о том, что в 2015 году М.Т.В. за медицинской помощью не обращалась.
#
Из справок ТФОМС Калининградской области от 01.07.2025 (т. 1 л.д. 197–202) видно, что в период с 1 января 2010 года по 6 декабря 2024 года М.Т.В. в медицинских организациях Калининградской области не оказывались медицинские услуги по профилям "психиатрия" и "психиатрия-наркология".
В соответствии с протоколом патологоанатомического исследования от 10.12.204 № и корешком медицинского свидетельства о смерти серии № от 10.12.2024 (т. 1 л.д. 218–219, 229–232) причинами смерти М.Т.В. являлись #.
Из медицинских документов ГБУЗ КО Городская больница № 4 (т.1 л.д. 234–247) усматривается, что в период с 3 марта 2015 года по 26 ноября 2024 года М.Т.В. получила в ГБУЗ КО Городская больница № 4 амбулаторную медицинскую помощь по поводу #.
Письменное сообщение ПАО "#" от 08.07.2025 № (т. 1 л.д. 212–213) содержит сведения о том, что с 22 сентября 2024 года М.Т.В. принадлежал абонентский номер №.
Согласно письменному сообщению ПАО "#" от 23.07.2025 (т. 1 л.д. 220–221) с 8 декабря 2021 года ФИО1 принадлежит абонентский номер №.
Из детализации начислений по услугам подвижной радиотелефонной связи ПАО "#" (т. 1 л.д. 222–227) следует, что в период с 18 ноября по 5 декабря 2024 года многократно осуществлялись соединения между абонентским номером №, использовавшимся ФИО1, и абонентским номером №, использовавшимся М.Т.В.
ФИО2 как наследница, которая вправе наследовать после смерти родной сестры, М.Т.В., имеет правовой интерес в оспаривании завещания от 19.11.2024, поскольку признание этого завещания недействительным повлечёт за собой возникновение у истицы права на наследство по закону.
Согласно части первой статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – "ГПК РФ") правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.
Частью первой статьи 56 ГПК РФ предусмотрено, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.
В соответствии с частью первой статьи 57 ГПК РФ доказательства представляются лицами, участвующим в деле.
Следовательно, в рассматриваемом гражданско-правовом споре на истицу возлагается бремя доказывания обстоятельств, которые в силу пункта 1 стать 177, пункта 1 статьи 178 и пункта 2 статьи 179 ГК РФ являются основаниями для признания недействительным завещания М.Т.В. от 19.11.2024.
Между тем в нарушение вышеприведённых императивных норм процессуального права ФИО2 не представила допустимых и убедительных доказательств, с достоверностью подтверждающих факт нахождения М.Т.В. 19 ноября 2024 года в момент составления оспоренного завещания под влиянием обмана или существенного заблуждения либо в состоянии, исключавшем её способность понимать значение своих действий или руководить ими, а в ходе разбирательства дела указывающих на это обстоятельств судом не выявлено.
Утверждение ФИО2 об обмане М.Т.В. и введении её в заблуждение действиями ФИО6 является голословным и документально не подтверждено. Одно лишь убеждение в этом истицы в отсутствие каких-либо объективных данных не может являться достаточным основанием для признания завещания от 19.11.2024 совершённым М.Т.В. под влиянием обмана или существенного заблуждения.
Обстоятельств, бесспорно свидетельствующих о том, что 19 ноября 2024 года М.Т.В. по своему психическому состоянию не могла осознавать существо и правовые последствия совершённого ею завещания, из представленных доказательств не усматривается и в ходе судебного разбирательства не выявлено.
В целях проверки доводов относительно психического состояния М.Т.В. по состоянию на 19 ноября 2024 года суд предлагал стороне истицы заявить в письменной форме ходатайство о назначении судебной экспертизы и предварительно внести денежные средства, необходимые для оплаты услуг экспертов, на депозитный счёт Управления Судебного департамента в Калининградской области, а также разъяснил ФИО2 и её представителю последствия несовершения указанных процессуальных действий.
Несмотря на это, ФИО2 не подала письменное ходатайство о назначении посмертной комплексной психолого-психиатрической судебной экспертизы и не исполнила предусмотренную частью первой статьи 96 ГПК РФ процессуальную обязанность по предварительному внесению денежной суммы, подлежащей выплате экспертной организации, на депозитный счёт Управления Судебного департамента в Калининградской области, что исключает назначение судом и проведение судебной экспертизы в рамках настоящего гражданского дела.
Таким образом, в отсутствие заключения комиссии экспертов нельзя считать доказанным факт нахождения М.Т.В. 19 ноября 2024 года в момент совершения оспоренного завещания в таком состоянии, когда она была не способна понимать значение своих действий или руководить ими.
Проанализировав приведённые в решении нормы гражданского законодательства, оценив исследованные доказательства в совокупности, суд приходит к окончательному выводу об отсутствии фактических и правовых оснований для удовлетворения иска ФИО2 о признании недействительным завещания, составленного 19 ноября 2024 года М.Т.В. в пользу ФИО1 и удостоверенного врио нотариуса Калининградского городского нотариального округа ФИО4 – ФИО3
Ввиду отказа в удовлетворении иска ФИО2 суд применительно к части третьей статьи 144 ГПК РФ считает необходимым отменить меру по обеспечению иска, допущенную определением Балтийского городского суда Калининградской области от 03.06.2025.
Исходя из изложенного, руководствуясь статьями 144, 194–199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
отказать ФИО2 (ИНН №) в удовлетворении иска к ФИО1 (ИНН №) о признании недействительным завещания, составленного 19 ноября 2024 года М.Т.В. в пользу ФИО1 и удостоверенного ФИО3, временно исполняющей обязанности нотариуса Калининградского нотариального округа ФИО4.
Отменить после вступления решения в законную силу меру по обеспечению иска, допущенную определением Балтийского городского суда Калининградской области от 03.06.2025, в виде запрета нотариусу Калининградского нотариального округа ФИО5 выдавать свидетельства о праве на наследство после смерти М.Т.В., умершей 6 декабря 2024 года, в рамках наследственного дела №.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Калининградского областного суда через Балтийский городской суд Калининградской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья Балтийского городского суда
Калининградской области В.В. Дуденков
Мотивированное решение изготовлено 10 ноября 2025 года.