Решение по делу № 2А-275/2023 от 03.07.2023 - о признании незаконными действий и бездействия сотрудников ФКУ СИЗО-5 УФСИН <ФИО> по <адрес>, присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей.

№ 2а-275/2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Ленинск 03 июля 2023 года

Ленинский районный суд Волгоградской области

в составе председательствующего судьи Тельбухова В.С.,

при секретаре Сукочевой Д.Ю.,

с участием истца ФИО3 (посредством видео-конференцсвязи),

представителя ответчиков ФИО9,

помощника прокурора Ленинского района Волгоградской области Слободских И.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску М.А.. к ФКУ <данные изъяты> УФСИН ФИО6 по <адрес>, ФИО1 по <адрес>, ФИО4, Министерству финансов РФ в лице УФК по <адрес> о признании незаконными действий и бездействия сотрудников ФКУ СИЗО-5 УФСИН ФИО6 по <адрес>, присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей,

установил:

М.А.. обратился в суд с административным исковым заявлением к ФКУ СИЗО-5 УФСИН ФИО6 по <адрес> о признании незаконными действий и бездействия сотрудников ФКУ СИЗО-5 УФСИН ФИО6 по <адрес>, присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей.

Требования административного истца мотивированы тем, что он содержался в ФКУ СИЗО-5 УФСИН ФИО6 по <адрес> с ДД.ММ.ГГГГ в камере №, где содержалось 4 человека, тогда как по регламенту и содержанию данная камера рассчитана на 3 человека, что нарушает условия содержания осужденных. Кроме того, камера № рассчитана на 3 человека, однако осужденных в данной камере содержится 4 человека, камера № рассчитана на 6 человек, однако там содержится 8 человек, камера № рассчитана на 8 человек, однако содержится 10 осужденных. Во всех данных камерах нет вентиляции, на окнах пыль. В камере № также нет вентиляции, от чего на стенах выступает грибок, что не соответствует нахождению осужденных в данных помещениях. Кроме того, в камерах не имеется горячей воды, для мытья посуды. Он неоднократно обращался с просьбой направить его к стоматологу, однако его просьбы медсанчасть оставляла без удовлетворения. Кроме того, перевозка осужденных и подследственных осуществляется с нарушением порядка содержания, осужденных этапируют на автозаках «Газель» на длительные расстояния 280-320 км, содержат в камерах 50-60 см. Дорога занимает 5-6 часов, без туалета, при этапировании осужденные питаются всего 2 раза в день. Кроме того, после этапирования, не предоставляют возможности осужденным помыться. Так же, совместно в камерах содержат осужденных как здоровых, так и больных ВИЧ-инфицированных, что так же влияет на здоровье осужденных. М.А.. просил взыскать с ФКУ СИЗО-5 УФСИН ФИО6 по <адрес> в его пользу компенсацию за ненадлежащие условия содержания в СИЗО в размере 250.000 рублей.

В судебном заседании административный ответчик М.А.. административные исковые требования, изложенные в административном иске, поддержал полностью, кроме того, заявил дополнительные требования, указывая, что он находился в камере № с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в камере отсутствовали: бак с питьевой водой, светильник ночного освещения, а радиоточка была в неисправном состоянии, у унитаза отсутствовал наборный бак. При вынесении решения М.А.. просил учесть и эти нарушения как доказательства ненадлежащих условий содержания в СИЗО.

К участию в деле в качестве административных соответчиков судом привлечены ФИО1 по <адрес>, ФИО4, Министерство финансов РФ в лице УФК по <адрес>.

В судебном заседании представитель административных ответчиков – ФКУ СИЗО-5 УФСИН ФИО6 по <адрес>, ФИО1 по <адрес>, ФИО4 – ФИО9 заявленные административные исковые требования, с учетом их дополнений, не признала, представила отзывы ФИО4 и ФКУ СИЗО-5 УФСИН ФИО6 по <адрес> (с дополнением) на административное исковое заявление, из которых следует, что в соответствии со ст. 23 Федерального закона РФ от ДД.ММ.ГГГГ № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых, обвиняемых в совершении преступлений», подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место. Все камеры обеспечиваются средствами радиовещания, а по возможности телевизорами, холодильниками и вентиляционным оборудованием. По заявлению подозреваемых и обвиняемых радиовещание в камере может быть приостановлено либо установлен график прослушивания радиопередач. В камеры выдаются литература и издания периодической печати из библиотеки места содержания под стражей либо приобретенные через администрацию места содержания под стражей в торговой сети, а также настольные игры. Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров. М.А.. содержится в ФКУ СИЗО-5 в период с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время. За время содержания в ФКУ СИЗО-5 УФСИН ФИО6 по <адрес> М.А.. содержался в камерах: камера № режимного корпуса № - с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; камера № режимного корпуса № - ДД.ММ.ГГГГ; камера № режимного корпуса № - с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; камера № режимного корпуса № - с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; камера № режимного корпуса № - с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; камера № режимного корпуса № - с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время. В соответствии с техническими паспортами на режимные корпуса №, 3, 4, площадь камер, в которых содержался М.А.., составляет:

камера № режимного корпуса № - площадь камеры - 14,7 кв.м., сан.узел - 1,2 кв.м., общая площадь камеры - 15,9 кв.м.;

камера № режимного корпуса № - площадь камеры - 11,3 кв.м., сан.узел - 1,0 кв.м., общая площадь камеры - 12,3 кв.м.;

камера № режимного корпуса № – площадь камеры - 14,0 кв.м., сан.узел - 1,5 кв.м., общая площадь камеры - 15,5 кв.м.;

камера № режимного корпуса № - площадь камеры - 26,3 кв.м., сан.узел - 1,2 кв.м., общая площадь камеры - 27,5 кв.м.;

камера № режимного корпуса № - площадь камеры - 34,2 кв.м., сан.узел - 0,8 кв.м., общая площадь камеры - 35,0 кв.м.;

камера № режимного корпуса № - площадь камеры - 16,7 кв.м., сан.узел - 0,8 кв.м., общая площадь камеры - 17,5 кв.м.

Все без исключения камеры оборудованы всем необходимым инвентарем и камерным оборудованием в соответствии с ФИО2 РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы». Мебель соответствует каталогу режимных специальных изделий. Имеется вентиляция, холодная вода, отопление через радиатор из стальной трубы диаметром 110 мм. Камеры окрашены в светлые тона, полы деревянные. Оконный пластиковый блок имеет форточку для возможности самостоятельного проветривания. Оборудование камер соответствует перечню согласно п. 24 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных ФИО2 Минюста ФИО6 от ДД.ММ.ГГГГ №. Согласно Книг количественной проверки лиц, содержащихся в СИЗО, М.А.. содержался в СИЗО-5 незначительное время в условиях перелимита численности: в камере № - в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ год - пять дней, при плановой численности в три человека в камере содержалось четыре человека, площадь камеры из расчета на 1 человека составила 3,97 кв.м. (округленно 4 кв.м.); в камере № - ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ - четыре дня, при плановой численности в три человека в камере содержалось четыре человека, площадь камеры из расчёта на 1 человека составила 3,88 кв.м. (округленно 4 кв.м.); в камере № 35 - 31.03.2023 года - один день, при плановой численности в восемь человек в камере содержалось девять человек, площадь камеры из расчета на 1 человека составила 3,89 кв.м. (округленно 4 кв.м.). Превышение установленной численности в камерах №, № и № не допущено. В соответствии с Федеральным Законом РФ от 10.07.1995 года № 103-ФЗ, администрация СИЗО-5 не вправе отказать в приеме следственно-арестованных в учреждение по причине наличия в учреждении перелимита установленной численности, вина сотрудников СИЗО-5 отсутствует. Проблема перелимита в указанные дни решалась путем установки в камеры дополнительной кровати (спального места). Таким образом, несмотря на указанный факт, следственно арестованный М.А.. был обеспечен спальным местом, постельными принадлежностями, средствами гигиены и посудой. Нормы площади из расчета на одного человека в камерах №, 69, 35 не значительно отклоняются от установленной законом нормы площади на 0,03 кв.м., 0,12 кв.м. и 0,11 кв.м. соответственно. За получение постельных принадлежностей, средств личной гигиены и посуды расписался во вкладыше в камерную карточку, без претензий к полученному. Общий лимит наполнения учреждения, установленный ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ №, составляет 538 человек, из них - 19 единиц составляют осужденные отряда хозяйственного обслуживания. Размещение подозреваемых и обвиняемых в камерах учреждения производится согласно требований статьи 33 Федерального Закона от 15.07.1995 года № 103-ФЗ, а именно, с учетом их личности и психологической совместимости. Кроме того, при размещении подозреваемых и обвиняемых, а также осужденных по камерам обязательно соблюдается требование в отношении раздельного размещения лиц относящихся к категориям указанным в ст. 33 Федерального закона. В связи с этим в указанных камерах учреждения был допущен перелимит численности лиц, содержащихся под стражей и нарушение санитарной площади. В ходе проведения анализа размещения спецконтингента по камерам учреждения было установлено, что из общего количества камер в 58 камерах размещались только лица, впервые привлекаемые к уголовной ответственности, относящиеся к различным категориям. В 41 камере учреждения, в указанный период времени, содержались лица, ранее содержавшиеся в местах лишения свободы. В 16 камерах – женщины различных категорий. Кроме того, в режимном корпусе № 3 учреждения выделено 10 камер, с количеством мест - 31, для содержания лиц вновь прибывших в учреждение (карантинное отделение). Фактически для размещения оставшегося количества спецконтингента в учреждении остается 489 мест. В связи с вышеуказанным и учитывая категории и количество лиц, содержащихся в учреждении под надзором, разместить всех лиц, находящихся под надзором по камерам учреждения с соблюдением требований статьи 23 Федерального закона «О содержании под стражей», не представлялось возможным. В соответствии с п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» установлено, что при разрешении административных дел суды могут принимать во внимание обстоятельства, соразмерно восполняющие допущенные нарушения и улучшающие положение лишенных свобод лиц (например, незначительное отклонение от установленной законом площади помещения в расчете на одного человека может быть восполнено созданием условий для полезной деятельности вне помещений, в частности для образования, спорта и досуга, труда, профессиональной деятельности). С целью принятия мер к улучшению положения следственно-арестованных, содержащихся в условиях незначительного нарушения камерной площади, руководством учреждения принято решение предоставлять указанным лицам право на дополнительное время для ежедневной прогулки или право на увеличенное время ежедневной прогулки (выписки из протоколов совещаний у начальника учреждения от 30.01.2023 № 6 и от 10.04.2023 № 20). Согласно Журнала учета прогулок подозреваемых, обвиняемых и осужденных следственного изолятора № 5, лицам, в том числе содержащимся в камерах № 63, 69 и 35, предоставлена дополнительная прогулка в дни нахождения в перелимите. Наличие грибка на стенах в камерах, в которых содержался истец, не фиксировалось. Представления надзирающих за деятельностью учреждений УИС органов в части наличия грибка в камерах СИЗО в период содержания под стражей М.А.. в адрес учреждения не вносились. В соответствии с Техническими паспортами, все режимные корпусы, в которых содержался истец, оборудованы вентиляцией. Режимные корпусы № и № оборудованы принудительной приточно-вытяжной вентиляцией, представляющие из себя воздуховоды типа коробов, изготовленных из оцинкованного железа, подведенных к помещению камеры. Вентиляция камеры в указанный период осуществлялась через вытяжные отверстие находящиеся в стенах под потолком, которые ограждены металлической решёткой. В камерах вытяжные отверстия сообщаются с основной вытяжной трубой принудительной системы вентиляции. Режимный корпус № одноэтажный, по проектной документации оборудован естественной вентиляцией. Каждая камера данного корпуса дополнительно оборудована принудительной вентиляцией с механическим побуждением. Кроме этого, приток воздуха осуществляется путем открывания пластиковых либо деревянных фрамуг оконных проемов, для естественно-приточной вентиляции. Кратность проветривания осуществляется самими подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, без ограничений. При выводе на прогулочные мероприятия двери камер остаются открытыми для полного их проветривания и поддержания нормальной влажности воздуха в помещении. СНиП 41-01-2003 и ГОСТ ДД.ММ.ГГГГ-75 [4,5] установлено, что вентиляция с механическим побуждением (далее - механическая вентиляция) предусматривается в обязательном порядке, только если метеорологические условия и чистота воздуха не могут быть обеспечены вентиляцией с естественным побуждением (далее - естественной вентиляцией) и для помещений и зон без естественного проветривания. Допускается проектировать смешанную вентиляцию с частичным использованием систем естественной вентиляции для притока или удаления воздуха. Сведения о том, что в месте нахождения учреждения установлены неблагоприятные метеорологические условия и чистота воздуха, не соответствующая СанПин, отсутствуют. Во всех помещениях учреждения обеспечена возможность проветривания. Так же стоит отметить, что законодательно не установлена обязанность содержать заключенных под стражу в камерах с принудительной вентиляцией. В соответствии с пунктом 28.14 ФИО2 Министерства Юстиции Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы…», установлено, что камеры оборудуются вентиляционным оборудованием (при наличии возможности) Ранее аналогичное положение Правил внутреннего распорядка СИЗО, действовавших до принятия ФИО2 Минюста ФИО6 от ДД.ММ.ГГГГ №, Решением Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № АКПИ19-117 было признано не противоречащим действующему законодательству. Все камеры учреждения оборудованы светильниками дневного и ночного (дежурного) освещения. Освещенность камер соответствовала требованиям СанПин ДД.ММ.ГГГГ-21 «Гигиенические нормативы и требования в обеспечению безопасности и/или безвредности для человека факторов среды обитания». Согласно требованиям ФИО2 Минюста РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «Нормы проектирования следственных изоляторов и тюрем Минюста ФИО6 (СП 15-01 Минюста ФИО6), раздел «Требования к заполнению оконных проемов», в соответствии с п. 8.93. ФИО2 №-дсп внутреннее стекло камерных помещений дополнительно ограждается металлической тканой сеткой с размерами ячеек не более 10x10мм. Остекление оконных рам двойное, окно дополнительно ограждается металлической решёткой с внешней стороны с размерами ячеек не более 12x12мм. Электроосвещение всех камер в соответствии с п. 14.30 ФИО2 №-дсп предусмотрено рабочее и дежурное освещение. Для дежурного освещения используются патроны с лампами накаливания, устанавливаемые в нишах над дверью. Для рабочего освещения предусмотрены светильники с лампами накаливания, установленные на потолке с заводским обрамлением. ФИО1 рабочим и дежурным освещением осуществляется на коридоре поста возле каждой камеры. В каждой камере имеются по две 95 Вт лампочки, освещённость камер составляет 180 лк. Ночное освещение находится над камерной дверью в нише, огороженной металлической решеткой в которой находится лампа накаливания 60 Вт и освещенность камеры составляет 40 лк. Включается с 22 час. 00 мин. и до 06 час 00 мин. Ночное освещение необходимо для обеспечения контроля младшими инспекторами дежурных смен за подозреваемыми, обвиняемыми, осужденных в ночное время суток. Все камеры, в которых содержался истец, имеют благоприятный микроклимат и параметры освещенности. ДД.ММ.ГГГГ Центром государственного санитарно-эпидемиологического надзора Федерального казенного учреждения здравоохранения «Медико-санитарная часть № Федеральной службы исполнения наказаний» (далее – ЦГСН ФКУЗ МСЧ-34 ФИО4) были проведены выборочные измерения параметров микроклимата и освещенности в камерах Режимных корпусов СИЗО-5, в том числе в камерах №, 79, 36, карцер №. В соответствии с протоколами исследований, фактические значения параметров температура воздуха, влажность воздуха и скорость движения воздуха, освещенность в камерах №, 35 и иных камерах в полном объеме соответствуют нормативным значениям СанПиН ДД.ММ.ГГГГ-21 «Гигиенические нормативы и требования к обеспечению безопасности и/или безвредности для человека факторов среда обитания». Обязанность обеспечивать наличие в камерах СИЗО горячей воды законодательно не закреплена. В соответствии с п. 31 «Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы», утвержденных ФИО2 Минюста ФИО6 от ДД.ММ.ГГГГ №, при отсутствии в камере водонагревательных приборов либо горячей водопроводной воды горячая вода для стирки и гигиенических целей и кипяченая вода для питья выдаются ежедневно в установленное распорядком дня подозреваемых и обвиняемых время с учетом их потребности. Заявлений о выдаче горячей или кипяченой воды от М.А.. не поступало. В период содержания под стражей М.А.. был обеспечен водой через центральное водоснабжение, либо, по просьбе заключенных под стражу, горячая вода выдавалась в камеры. Режимные корпуса № и 3 построены в 1982 году. Санитарное оборудование камер соответствует требованиям действующего на тот момент ФИО2 Минюста РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «Нормы проектирования следственных изоляторов и тюрем Минюста ФИО6 (СП 15-01 Минюста ФИО6)», в соответствии с которым в камерах должны быть установлены умывальник с подводом холодного водоснабжения (кран) и сливом в общую канализацию. Горячее водоснабжение не предусматривалось. В каждую камеру подведена холодная питьевая вода. Качество питьевой воды, подаваемой через центральную сеть водоснабжения <адрес>, соответствовало и соответствует СанПин ДД.ММ.ГГГГ-21 "Гигиенические нормативы и требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания". При желании следственно-арестованного пить только кипяченую питьевую воду, в каждой камере имеется бак для питьевой воды, который наполняется следственно-арестованными самостоятельно путем кипячения воды с использованием личного кипятильника, либо по их просьбе кипяченая вода выдается в камеры администрацией СИЗО. Само по себе отсутствие в камерах горячего водоснабжения, учитывая факт нахождения истца под стражей и наличие неизбежного элемента страдания и унижения, связанного с применением данной формы правомерного обращения или наказания, не может свидетельствовать о наличии каких-либо препятствий в соблюдении истцом правил личной гигиены и причинять физические или нравственные страдания. Согласно технических паспортов, Режимные корпусы № и 3 являются нежилыми зданиями и поэтому не должны обеспечиваться подводом горячей воды в каждую камеру. Свод правил СП 247.1325800.2016 «Следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы», устанавливающих обязательность оборудования режимных корпусов горячим водоснабжением, распространяет свое действие на вновь возводимые либо реконструируемые здания СИЗО, с ДД.ММ.ГГГГ. Данная инструкция действует с ДД.ММ.ГГГГ и из нее не следует, что приведенные в ней нормативы должны применяться в отношении зданий следственных изоляторов, которые были спроектированы, построены и введены в эксплуатацию до ее принятия. Также Свод правил СП 247.1325800.2016 не содержит в себе положений, согласно которым учреждения УИС должны быть переоборудованы в соответствии с новыми правилами. «Порядок организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы» утвержден ФИО2 Минюста ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ №. Согласно п. 2 Порядка, оказание медицинской помощи лицам, заключенным под стражу, или осужденным осуществляется структурными подразделениями (филиалами) медицинских организаций, подведомственных ФИО4, и СИЗО УИС, подчиненных непосредственно ФИО4 (далее - медицинские организации УИС), а при невозможности оказания медицинской помощи в медицинских организациях УИС - в иных медицинских организациях государственной и муниципальной системы здравоохранения. В связи с отсутствием в штатном расписании медицинской части или здравпункта, медицинское обеспечение СИЗО-5 осуществляется силами федерального казенного учреждения «Медико – санитарная часть № Федеральной службы исполнения наказаний по <адрес>», а именно его структурным подразделением - Медицинской частью №. Уставом, утвержденным ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ №, указаниями УФСИН ФИО6 по <адрес>, за МЧ-8 ФКУЗ МСЧ-34 ФИО4 закреплена обязанность осуществлять медико-санитарное обслуживание специального контингента, содержащегося в ФКУ СИЗО-5 УФСИН ФИО6 по <адрес>. Учитывая указанное, ФКУ СИЗО-5 УФСИН ФИО6 по <адрес> является ненадлежащим ответчиком по делу в части требований на неудовлетворительное медицинское обеспечение. Тем не менее считаем необходимым пояснить следующее: согласно Порядку организации оказания медицинской помощи, лица, заключенные под стражу, или осужденные, прибывшие в СИЗО, в том числе следующие транзитом (далее - лица, доставленные в СИЗО), при поступлении осматриваются медицинским работником с целью выявления лиц, представляющих эпидемическую опасность для окружающих или нуждающихся в медицинской помощи, с обязательным проведением телесного осмотра, термометрии, антропометрии. Для выявления туберкулеза, ВИЧ-инфекции, заболеваний, передающихся половым путем, и других заболеваний проводятся флюорография легких или рентгенография органов грудной клетки (легких) и клиническая лабораторная диагностика. При наличии медицинских показаний назначаются дополнительные исследования и консультации врачей-специалистов. За состоянием здоровья лиц, заключенных под стражу, или осужденных осуществляется динамическое наблюдение, включающее проведение не реже 1 раза в 6 месяцев флюорографии легких или рентгенографии органов грудной клетки (легких) в рамках проведения профилактических медицинских осмотров в целях выявления туберкулеза, а также клинической лабораторной диагностики (общий анализ крови, мочи) и осмотра врача-терапевта (врача общей практики) или фельдшера. При наличии медицинских показаний назначаются дополнительные исследования и консультации врачей-специалистов. При обращении лица, заключенного под стражу, или осужденного за медицинской помощью к медицинскому работнику во время покамерного обхода, к сотруднику дежурной смены СИЗО указанные должностные лица обязаны принять меры для организации оказания ему медицинской помощи. При наличии медицинских показаний для оказания медицинской помощи лица, нуждающиеся в ней, выводятся сотрудниками СИЗО в медицинскую часть (здравпункт) или медицинский кабинет индивидуально или группами по трое - пятеро человек с соблюдением режимных требований с учетом сроков ожидания медицинской помощи, предусмотренных Программой. Медицинская помощь в экстренной форме медицинскими работниками медицинской организации УИС оказывается безотлагательно, в том числе при необходимости, ими вызывается бригада скорой медицинской помощи. На каждого поступившего оформляется медицинская карта пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях (при ее отсутствии). Согласно Медицинской карты М.А.., предоставленной Медицинской частью № ФКУЗ МСЧ-34 ФИО4, М.А.. ДД.ММ.ГГГГ осмотрен фельдшером МЧ-8 ФКУЗ МСЧ-34, жалоб не предъявлял, диагноз – соматически здоров. ФИО3 проведен весь объем клинической лабораторной диагностики – анализы крови, мочи, на антитела к ВИЧ, гепатит В и С. ДД.ММ.ГГГГ проведено флюорографическое исследование органов грудной клетки, норма. ДД.ММ.ГГГГ осмотрен врачом-терапевтом, жалоб не предъявлял, общее состояние удовлетворительное. Данные о предъявляемых жалобах на неоказание срочной стоматологической помощи отсутствуют. Конвоирование подследственного М.А.. производится сотрудниками изоляторов временного содержания, относящимися к Министерству внутренних дел РФ. Следственные изоляторы к вопросам этапирования отношения не имеют. В связи с особенностями расположения, ФКУ СИЗО-5 УФСИН ФИО6 по <адрес> входит в состав режимной территории ФКУ ИК-28 УФСИН ФИО6 о <адрес>, пропуск транспортных средств на режимную территорию учреждения осуществляется через КПП для пропуска транспортных средств, находящийся в ведении ФКУ ИК-28 УФСИН ФИО6 по <адрес>. Обслуживание КПП для пропуска транспортных средств осуществляется сотрудниками ФКУ ИК-28 УФСИН ФИО6 по <адрес>, которые находятся в непосредственном подчинении у начальника ФКУ ИК-28 УФСИН ФИО6 по <адрес>, в соответствии с установленным графиком работы данного учреждения. В соответствии с вышеизложенным, разрешение вопросов длительного ожидания пропуска спецавтотранспорта конвойной службы полиции, через КПП для пропуска транспортных средств, также не входит в компетенцию должностных лиц ФКУ СИЗО-5 УФСИН ФИО6 по <адрес>. Питание подозреваемых, обвиняемых и осужденных организовано в соответствии с требованиями ФИО2 № от ДД.ММ.ГГГГ. При конвоировании из одного учреждения УИС в другое с пребыванием в пути более шести часов, осужденные, подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются учреждением отправителем на путь следования индивидуальными рационами питания по установленным нормам (п. 130 ФИО2 № от ДД.ММ.ГГГГ). Рационы утверждены ФИО2 Минюста ФИО6 от ДД.ММ.ГГГГ № приложением №. По данным рационам обеспечиваются осужденные, подозреваемые и обвиняемые в совершении преступлений, содержащиеся в учреждениях ФИО5 при их этапировании, конвоировании, а также на пути следования к месту постоянного проживания при их освобождении сроком свыше 6 часов, когда предоставление горячей пищи по соответствующим нормам не представляется возможным. М.А.., ДД.ММ.ГГГГ г.р., этапировался из ФКУ СИЗО-5 УФСИН ФИО6 по <адрес> в ИВС МО МВД «Палласовский» плановым конвоем МВД ФИО6, расстояние между населенными пунктами около 300 км., согласно открытых интернет-данных, время в пути следования составляет менее 6 часов, в связи с чем М.А.., ДД.ММ.ГГГГ г.р., индивидуальным рационом питания не обеспечивался, соответствующие ведомости о выдаче ИРП не составлялись. Согласно пункту 32 ФИО2 Министерства Юстиции Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений и Правил внутреннего распорядка исправительных центров уголовно-исполнительной системы», установлено, что «Не реже одного раза в неделю для подозреваемых и обвиняемых организуется помывка в душе продолжительностью не менее 15 минут». Во исполнение указанного положения, М.А.. не реже одного раза в неделю проходил санитарную обработку продолжительностью не менее 15 минут (копии журнала учета санитарной обработки прилагаются). Его право на еженедельную санитарную обработку соблюдено и не нарушено. В частности, по прибытии М.А.. прошел санитарную обработку до его водворения в камеру №. Впоследствии его право на еженедельную санитарную обработку в установленной периодичности соблюдено и не нарушено. Законодательно не установлена обязанность учреждения предоставлять право на помывку в душе после каждого прибытия следственно-арестованного из временного убытия. В нарушение п. п. 7, 9 ч. 2 ст. 220 КАС РФ в административном исковом заявлении не указаны нормативные правовые акты и их положения, на соответствие которым надлежит проверить оспариваемые решение, действие (бездействие), а также сведения о том, подавалась ли в вышестоящий в порядке подчиненности орган или вышестоящему в порядке подчиненности лицу жалоба по тому же предмету, который указан в подаваемом административном исковом заявлении. Если такая жалоба подавалась, указываются дата ее подачи, результат ее рассмотрения. В нарушение ст. 62 КАС РФ, обязанность доказывания законности оспариваемых нормативных правовых актов, актов, содержащих разъяснения законодательства и обладающих нормативными свойствами, решений, действий (бездействия) органов, организаций и должностных лиц, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, возлагается на соответствующие орган, организацию и должностное лицо. Указанные органы, организации и должностные лица обязаны также подтверждать факты, на которые они ссылаются как на основания своих возражений. Однако в соответствии с ч. 2 ст. 62 КАС РФ по таким административным делам административный истец, обратившийся в суд в защиту прав, свобод и законных интересов обязан:

1) указывать, каким нормативным правовым актам, по его мнению, противоречат данные акты, решения, действия (бездействие);

2) подтверждать сведения о том, что оспариваемым нормативным правовым актом, актом, содержащим разъяснения законодательства и обладающим нормативными свойствами, решением, действием (бездействием) нарушены или могут быть нарушены права, свободы и законные интересы административного истца или неопределенного круга лиц либо возникла реальная угроза их нарушения;

3) подтверждать иные факты, на которые административный истец ссылается как на основания своих требований.

В административном исковом заявлении М.А.. не содержатся указания на то, каким нормативным правовым актам, по его мнению, противоречат действия (бездействие) администрации СИЗО-5, а также не подтверждены сведения о том, что были нарушены или могут быть нарушены права, свободы и законные интересы истца, не изложены доводы, обосновывающие заявленные требования. Истец не предоставил суду доказательств, свидетельствующих о том, что ответчиком допущены существенные нарушения порядка содержания его под стражей, которые подвергали истца страданиям, унижениям в крайней степени, влекли угрозу его жизни, здоровью и благополучию; не указывает, в чем именно выражаются негативные последствия для его здоровья от якобы ненадлежащих условий содержания в СИЗО-5. Согласно ч. 1 ст. 84 КАС РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в административном деле доказательств. В установленном законом порядке действия (бездействие) ответчиков обжалованы не были. Указанное свидетельствует о недобросовестности истца, так как ставит другую сторону в явно невыгодное процессуальное положение, в том числе затрудняя или лишая другую сторону возможности аргументировать свою позицию и представить суду необходимые доказательства. Вина не может предполагаться, допускаться, не может основываться на мнении стороны относительно признаков незаконности действий, а должна быть установлена. Учитывая, что некоторые доводы, указанные в исковом заявлении, можно подтвердить или опровергнуть только видеозаписями, истец, не обжаловав, по его мнению, ненадлежащие условия содержания в более ранний срок, поставил ответчика в невыгодное процессуальное положение. В соответствии с п. 5.2.2 протокола от ДД.ММ.ГГГГ № совещания у заместителя директора Федеральной службы исполнения наказаний, хранение записей видеоархива со стационарных камер и носимых видеорегистраторов должно обеспечиваться в учреждениях ФИО4 в течение 30 суток (Справка о хранении видеоархива прилагается). Соответственно, предоставить видеозаписи за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не представляется возможным. Истец не был лишен возможности направить жалобу в органы прокуратуры, а также в судебные органы в период нахождения в ФКУ СИЗО-5, имел возможность в любой день заявить о нарушении своих прав о несоответствии условий его содержания действующему законодательству, однако каких-либо доказательств того, что за период содержания в СИЗО-5 он обращался с жалобами на ненадлежащие условия его содержания, истцом не представлено. Согласно справки отдела специального учета, М.А.. с жалобами и обращениями в органы, контролирующие деятельность учреждений уголовно-исполнительной системы, не обращался. Согласно Журнала приема подозреваемых и обвиняемых руководством учреждения (инв. №, начат ДД.ММ.ГГГГ), на личный прием к руководству учреждения обращался 1 раз к начальнику психологической лаборатории, была проведена беседа. По вопросам неудовлетворительного коммунально-бытового и медицинского обеспечения, перелимита в камерах, не обращался. Соответственно, можно сделать вывод о малой степени значимости для истца исследуемых обстоятельств. Согласно ст. 17.1 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», компенсация за нарушение условий содержания под стражей присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих. В связи с вопросами, возникающими у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания, Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» дано понятие нарушения условий содержания лишенных свободы лиц в местах принудительного содержания. Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 14 постановления от 25.12.2018 года № 47 подчеркнул, что в качестве нарушений условий условия содержания лишенных свободы лиц могут рассматриваться только существенные отклонения от установленных требований. При этом под «существенным отклонением» стоит понимать значительное отклонение от норм и правил содержания под стражей. Существенные нарушения условий содержания М.А.. в СИЗО-5, которые могли каким-либо образом причинить моральный вред либо вред его здоровью, отсутствуют. Более того, администрацией учреждения, во исполнение абзаца третьего п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 года № 47 приняты меры по соразмерному восполнению незначительного отклонения от установленной законом площади помещения в расчете на одного человека в виде предоставления дополнительного времени для ежедневной прогулки или права на увеличенное время ежедневной прогулки. Как разъяснено в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п. 26). Пунктом 27 указанного постановления установлено, что тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. Административный истец М.А.., заявляя требования о возмещении вреда, не представил доказательств тому, что он действительно понес моральные и нравственные страдания, им получен вред здоровью, в том числе выписки из медицинских карт, историй болезни и прочие документы, подтверждающие наличие вреда. Таким образом, по мнению ответчиков, правовые основания для удовлетворения исковых требований М.А.. отсутствуют.

Кроме того, из дополнения к отзыву на административное исковое заявление ФКУ СИЗО-5 УФСИН ФИО6 по <адрес> следует, что М.А.. содержится в камере № поста № Режимного корпуса № в период с ДД.ММ.ГГГГ. Режимный корпус № построен в 2013 году и соответствует всем стандартам, нормам и правилам для содержания заключенных под стражу, в том числе международным. Камера № Режимного корпуса №-х местная, площадь камеры – 16,7 кв.м., сан.узел - 0,9 кв.м., общая площадь камеры - 17,6 кв.м. Камера оборудована всем необходимым инвентарем и камерным оборудованием в соответствии с ФИО2 РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы». Мебель соответствует каталогу режимных специальных изделий. Имеется вентиляция, холодная вода, отопление через радиатор из стальной трубы диаметром 110 мм. Камера окрашены в светлые тона, полы деревянные. Оконный пластиковый блок имеет форточку для возможности самостоятельного проветривания. Оборудование камер соответствует перечню согласно п. 28 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных ФИО2 Минюста ФИО6 от ДД.ММ.ГГГГ № (действовали на дату возникновения спорных отношений). Согласно справки отдела коммунально-бытового, интендантского и хозяйственного обеспечения, камера № оборудована, в том числе баком для питьевой воды, светильниками дневного и ночного освещения, исправной радиоточкой. Санитарный узел камеры оборудован унитазом с автоматическим смывным устройством для унитаза, без сливного бака. ПВР СИЗО не содержат в себе норм в обязательном порядке оборудовать камеры СИЗО унитазами со сливным бачком. Санитарные узлы камер допустимо оборудовать смывным устройством. Камеры режимного корпуса № оборудованы согласно СП 247.1325800.2016 года «Свод Правил. Следственные изоляторы Уголовно-исполнительной Системы. Правила проектирования». Согласно п. 10.7, все камеры СИЗО оборудуются унитазами. Сливное устройство установлено, напор позволяет осуществлять смыв унитаза. Ночное освещение, в том числе в санитарном узле, в спорный период было полностью исправным, что подтверждается снимками со стационарных камер видеонаблюдения. Согласно справки группы инженерно-технического обеспечения, связи и вооружения, радиоточка в камере № находилась и находится в исправном состоянии, передает радиопрограммы. Учреждением ДД.ММ.ГГГГ заключен государственный контракт № на поставку баков пластиковых с краном для питьевой воды в количестве 50 штук. Поставка осуществлена ДД.ММ.ГГГГ. Баки были розданы в камеры. Потребность в баках отсутствует. Более того, согласно снимку со стационарной камеры видеонаблюдения камеры №, лица, содержащиеся в камере №, не используют бак для питьевой воды по назначению и не испытывают в нем потребности (не стоит на специальной подставке для бачка для питьевой воды и не виден на камерах видеонаблюдения, так как стоит в углу). В каждую камеру подведена холодная питьевая вода. Качество питьевой воды, подаваемой через центральную сеть водоснабжения <адрес>, соответствовало и соответствует СанПин ДД.ММ.ГГГГ-21 "Гигиенические нормативы и требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания". Ежегодно учреждением заключаются государственные контракты на проведение лабораторных исследований питьевой воды в рамках производственного контроля. Согласно протоколов испытаний испытательной лаборатории Ассоциации «Центр продовольственной безопасности» от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, вода питьевая централизованного водоснабжения соответствует нормативным документам на питьевую воду. Таким образом, вода, поступающая в камеры СИЗО, пригодна для питья без кипячения. При желании следственно-арестованного пить только кипяченую питьевую воду, в каждой камере имеется бак для питьевой воды, а также в личное пользование выдаются кружки, которые наполняется следственно-арестованными самостоятельно путем кипячения воды с использованием личного кипятильника, либо по их просьбе кипяченая вода выдается в камеры администрацией СИЗО. Просьб от М.А.. выдавать ему кипяченую воду, не поступало. Ежедневно при приеме-сдаче поста в камерах проводится технический осмотр камер, с целью выявления (в том числе) неисправностей камерного оборудования, при выявлении недостатки фиксируются в журнале технических осмотров камер и принимаются меры к устранению недостатков. Лица, содержащиеся в камере СИЗО, могут обратиться к сотрудникам, осуществляющим ежедневный прием-сдачу дежурства на внутреннем посту и проведение технического осмотра камер, жалобы на материальное и коммунально-бытовое обеспечение. Согласно объяснений сотрудников, осуществлявших прием-сдачу дежурства в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (заявленный истцом спорный период), обращения и жалобы от лиц, содержащихся в камере №, на неудовлетворительное оборудование камер не поступало. Согласно Журнала технических осмотров камер, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камере № не выявлялись. Такая техническая неисправность, как неисправность ночного освещения, выявлялась ДД.ММ.ГГГГ и была устранена в течение рабочего дня. Утверждения о том, что сотрудниками СИЗО не зафиксированы нарушения в части камерного оборудования камеры № по техническим причинам, не соответствуют реальному положению дел. В соответствии со ст. 34 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», в целях осуществления надзора за подозреваемыми и обвиняемыми может использоваться аудио и видеотехника. В ФКУ СИЗО-5 для осуществления дистанционного надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными используются стационарные видеокамеры систем охранного телевидения, установленные, в том числе, в камерах для их содержания. Сотрудниками при применении физической силы, специальных средств и оружия в отношении подозреваемых, обвиняемых и осужденных, а также для предупреждения их противоправных действий и конфликтных ситуаций могут использоваться персональные носимые видеорегистраторы. Таким образом, действующее законодательство не налагает обязанности на сотрудников ФКУ СИЗО-5 УФСИН ФИО6 по <адрес> вести постоянную запись на носимые видеорегистраторы всех событий в течение дежурства, а также хранить соответствующий видеоархив. ДД.ММ.ГГГГ на посту № проводился утренний пересчет (прием-сдача дежурства). Фиксация на носимый видеорегистратор не велась. Однако, ДД.ММ.ГГГГ обвиняемый М.А.., содержащийся в камере №, обратился к сотрудникам СИЗО на посту № зафиксировать факт подачи им обращений в Ленинский районный суд, под видеозапись. Его просьба была удовлетворена. На персональном носимом видеорегистраторе имеется запись от ДД.ММ.ГГГГ, на которой М.А.. передает младшему инспектору жалобу в Ленинский районный суд по вопросу обжалования материалов о привлечении к дисциплинарной ответственности. При этом жалобы на неудовлетворительное состояние камеры, наличие технических неисправностей или оборудования ни он, ни его сокамерники не предъявляет. Конвоирование подследственного М.А.. производится сотрудниками изоляторов временного содержания, относящимися к Министерству внутренних дел РФ. Следственные изоляторы к вопросам этапирования отношение не имеют. Согласно справки о движении в район, М.А.. ДД.ММ.ГГГГ г.р. этапировался из ФКУ СИЗО-5 УФСИН ФИО6 по <адрес> в ИВС МО МВД «Палласовский» плановым конвоем МВД ФИО6, расстояние между населенными пунктами около 300 км., согласно открытых интернет-данных, время в пути следования составляет менее 6 часов, в связи с чем, М.А.. ДД.ММ.ГГГГ г.р. индивидуальным рационом питания не обеспечивался, соответствующие ведомости о выдаче ИРП не составлялись. Более того, М.А.. этапировался не на несколько часов, а на несколько суток. Вопросы об обеспечении его питанием, также вопросы содержания его в спецавтомобиле, отправления естественных надобностей организма в пути, в указанный период находятся в ведении соответствующего подразделения ИВС ГУВД по <адрес>. В исковом заявлении также не указаны спорные даты этапирования. Согласно п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, при оспаривании условий перевозки лишенных свободы лиц судам необходимо иметь в виду, что она всегда должна осуществляться гуманным и безопасным способом. В связи с этим при оценке того, являются ли условия перевозки надлежащими, необходимо учитывать, в том числе, соблюдение требований по обеспечению безопасности перевозок соответствующим видом транспорта, пассажировместимость транспортного средства, длительность срока нахождения указанных лиц в транспортном средстве, площадь, приходящуюся на одного человека, высоту транспортного средства, его достаточные освещенность и проветриваемость, температуру воздуха, обеспеченность питьевой водой и горячим питанием при длительных перевозках, предоставление возможности перевозить с собой документы, необходимые для реализации установленных законом процессуальных прав и обязанностей, наличие возможности обращения к сопровождающим лицам, соответствие условий перевозки состоянию здоровья транспортируемого лица. Указанным пунктом названного Постановления предусмотрена обеспеченность лиц, находящихся в местах принудительного содержания горячим питанием и питьевой водой только в случае длительных перевозок, что к рассматриваемому случаю не относится, учитывая, что расстояние от СИЗО-5 <адрес> до ИВС <адрес> составляет менее 6 часов, соответственно предоставление истцу сухого пайка (рациона питания), а также обеспечение горячим питанием, не требовалось. Действия (бездействие) могут быть признаны незаконными при наличии одновременно двух условий: несоответствия действий (бездействия) нормативным правовым актам и нарушения такими действиями (бездействием) прав, свобод и законных интересов административного истца (п.1 ч. 2 ст 227 КАС РФ). В силу п. 1 ч. 9 ст. 226 КАС РФ, обязанность доказывания нарушения прав и законных интересов возлагается на административного истца. В исковом заявлении приводятся только общие факты, которые, по мнению истца, не соответствуют установленным законом условиям содержания под стражей. Вместе с тем, административный истец М.А.., обращаясь в суд, не указал, какие его права и законные интересы нарушены оспариваемыми действиями (бездействием) и не представил доказательств нарушения его прав, свобод и законных интересов, требующих судебной защиты. Таким образом, считаем, что суду предоставлены исчерпывающие, относимые и допустимые доказательства в опровержение доводов истца, не установлено обстоятельств, свидетельствующих о том, что действиями (бездействием) должностных лиц следственного изолятора были нарушены права, свободы и законные интересы административного истца М.А.., созданы препятствия к осуществлению им своих прав и свобод, поскольку соблюдены установленные требования к надлежащим условиям содержания под стражей, в связи с чем административные исковые требования М.А.. удовлетворению не подлежат. На основании изложенного, представитель административных ответчиков ФИО9 просит в удовлетворении административного иска М.А.., с учетом его дополнения, о взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания под стражей, отказать в полном объёме.

В судебное заседание представитель административного ответчика Министерства финансов РФ в лице УФК по <адрес> не явился, о месте и времени судебного рассмотрения дела извещен надлежащим образом, просит рассмотреть дело без его участия, представил письменные возражения, из которых усматривается следующее.

Из искового заявления М.А.. следует, что он просит взыскать компенсацию морального вреда в порядке гражданского судопроизводства. Согласно ч. 5 ст. 1 КАС РФ, положения КАС РФ не распространяются на производство по делам об обращении взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Поскольку требования М.А.. о взыскании компенсации морального вреда носят материально-правовой характер и направлены на взыскание денежных средств, то производство по административному делу в части взыскания денежных средств подлежит прекращению, как не подлежащее рассмотрению по правилам административного судопроизводства (апелляционное определение Волгоградского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу №а-11848/2017). Данная позиция отражена и в Определении Конституционного суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-О, в котором указано, что из права каждого на судебную защиту его прав и свобод не вытекает возможность выбора гражданином по своему усмотрению способов и процедур судебной защиты, особенности которых применительно к отдельным видам судопроизводства и категориям дел определяются, исходя из Конституции Российской Федерации, федеральными законами. Согласно п. 6 ст. 7 Положения «О Федеральной службе исполнения наказаний», утвержденного Указом Президента РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, ФИО4 осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций. Таким образом, надлежащим ответчиком по делу будет являться Федеральная служба исполнения наказаний. Условия содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений регламентированы Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений". В соответствии с абз. 1 ст. 24 данного Закона, оказание медицинской помощи и обеспечение санитарно-эпидемиологического благополучия в местах содержания под стражей организуются в соответствии с законодательством в сфере охраны здоровья. Администрация указанных мест обязана выполнять санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых. Применительно к настоящему делу возможность компенсации морального вреда связывается необходимостью представления истцом доказательств ненадлежащих условий содержания его в учреждении ФИО4, наличием физических или нравственных страданий, связанных с ненадлежащими условиями содержания под стражей, а также наличием виновных действий должностных лиц ФИО4. Истцом не доказан факт причинения вреда в результате содержания в учреждении ФИО4, наличием физических или нравственных страданий, связанных с ненадлежащими условиями содержания под стражей, а также наличием виновных действий должностных лиц ФИО4. Считает, что истцу не были причинены страданий в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы. Наличие незаконности действий (бездействия) государственных органов либо их должностных лиц, наличие вины должностных лиц государственных органов при рассмотрении настоящего дела отсутствует. Правовые основания для удовлетворения исковых требований отсутствуют. На основании изложенного, УФК по <адрес> просит производство по административному делу в части взыскания компенсации морального вреда прекратить, в удовлетворении требований М.А.. к Минфину ФИО6 отказать.

В судебном заседании участвующий в деле прокурор считает, что заявленные М.А.. административные исковые требования удовлетворению не подлежат в связи с отсутствием достаточных к тому оснований.

Выслушав стороны, прокурора, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 4 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" (далее - Федеральный закон "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений"), содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

Согласно статьей 15 Федерального закона "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей; лечебно-профилактическая и санитарно-эпидемиологическая работа в местах содержания под стражей проводится в соответствии с законодательством об охране здоровья граждан.

В силу статьи 227.1 КАС РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условием содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном главой 22 КАС РФ, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством РФ и международными договорами РФ условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Согласно статье 12.1 УИК РФ лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение.

Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя, с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.

В судебном заседании установлено и материалами дела подтверждено, что следственно арестованный М.А.. содержится в ФКУ СИЗО-5 УФСИН ФИО6 по <адрес> с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время.

Согласно справке по личному делу М.А.., выданной ДД.ММ.ГГГГ ФКУ СИЗО-5 УФСИН ФИО6 по <адрес>, М.А.. арестован ДД.ММ.ГГГГ по п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ, числится за СО ОМВД ФИО6 по <адрес>, прибыл в СИЗО-5 ДД.ММ.ГГГГ из ИВС ОМВД ФИО6 по <адрес> (л.д. 57).

Из камерной карточки М.А.. следует, что ДД.ММ.ГГГГ он содержался в камере № с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; в камере № – ДД.ММ.ГГГГ; в камера № – с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; в камере № – с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; в камера № – с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; в камере № – с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время (л.д. 58).

В соответствии с техническими паспортами на режимные корпуса №, 3, 4 (л.д 61-72), площадь камер, в которых содержался М.А.., составляет:

камера № режимного корпуса № - площадь камеры - 14,7 кв.м., сан. узел - 1,2 кв.м., общая площадь камеры - 15,9 кв.м.;

камера № режимного корпуса № - площадь камеры - 11,3 кв.м., сан. узел - 1,0 кв.м., общая площадь камеры - 12,3 кв.м.;

камера № режимного корпуса № – площадь камеры - 14,0 кв.м., сан. узел - 1,5 кв.м., общая площадь камеры - 15,5 кв.м.;

камера № режимного корпуса № - площадь камеры - 26,3 кв.м., сан. узел - 1,2 кв.м., общая площадь камеры - 27,5 кв.м.;

камера № режимного корпуса № - площадь камеры - 34,2 кв.м., сан. узел - 0,8 кв.м., общая площадь камеры - 35,0 кв.м.;

камера № режимного корпуса № - площадь камеры - 16,7 кв.м., сан. узел - 0,8 кв.м., общая площадь камеры - 17,5 кв.м.

Согласно Журналу количественной проверки лиц, содержащихся в СИЗО (инв. №, начат ДД.ММ.ГГГГ), М.А.. содержался в СИЗО-5: в камере № - в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ год - пять дней, при плановой численности в три человека в камере содержалось четыре человека, площадь камеры из расчета на 1 человека составила 3,97 кв.м. (округленно 4 кв.м.); в камере № - ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ - четыре дня, при плановой численности в три человека в камере содержалось четыре человека, площадь камеры из расчёта на 1 человека составила 3,88 кв.м. (округленно 4 кв.м.); в камере № - ДД.ММ.ГГГГ - один день, при плановой численности в восемь человек в камере содержалось девять человек, площадь камеры из расчета на 1 человека составила 3,89 кв.м. (округленно 4 кв.м.) (л.д. 73-92). Из этого следует, что М.А.. в условиях перелимита численности спецконтингента содержался незначительное время, при этом ФИО3 было предоставлено право дополнительной ежедневной прогулки, что подтверждается выпиской из протокола совещания ФКУ СИЗО-5 УФСИН ФИО6 по <адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ и Журналом учета прогулок (инв. №, начат ДД.ММ.ГГГГ) (л.д. 94, 95-106).

Режимные корпусы №, №, № оборудованы как принудительной приточно-вытяжной вентиляцией, так и естественно-приточной вентиляцией, что подтверждается фототаблицей (л.д. 107-108).

Согласно протоколам измерений от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ, проведенных Центром государственного санитарно-эпидемиологического надзора Федерального казенного учреждения здравоохранения «Медико-санитарная часть № Федеральной службы исполнения наказаний» фактические значения параметров температуры воздуха, влажности воздуха и скорости движения воздуха, освещенности в камерах №, 35 и иных камерах – соответствуют нормативным значениям СанПиН ДД.ММ.ГГГГ-21 «Гигиенические нормативы и требования к обеспечению безопасности и/или безвредности для человека факторов среда обитания» (л.д. 109-115).

Из медицинской документации следует, что ДД.ММ.ГГГГ М.А.. осмотрен фельдшером МЧ-8 ФКУЗ МСЧ-34, ДД.ММ.ГГГГ проведено флюорографическое исследование органов грудной клетки – норма. У М.А.. отобраны анализы крови, мочи, на антитела к ВИЧ, гепатит В и С. ДД.ММ.ГГГГ осмотрен врачом-терапевтом, жалоб не поступило (л.д. 116-124). Сведений об обращении М.А.. за стоматологической помощью в медицинской документации не зафиксировано.

Режимные корпусы № и №, в которых находятся камеры №, №, №, №, оснащены холодным водоснабжением, что не является нарушением условий содержания в условиях СИЗО, в силу требований п. 31 «Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы», утвержденных ФИО2 Минюста ФИО6 от ДД.ММ.ГГГГ №, при условии выдачи горячей воды для стирки и гигиенических целей и кипяченой воды для питья. Доказательств отказа в выдаче ему горячей или кипяченой воды М.А.. не представил.

Качество питьевой воды, подаваемой в СИЗО централизованным водоснабжением, соответствует требованиям СанПин ДД.ММ.ГГГГ-21 "Гигиенические нормативы и требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания", что подтверждается протоколами испытаний Центра продовольственной безопасности от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 212-222).

Согласно Журналу учета санитарной обработки (инв. №, начат ДД.ММ.ГГГГ), по прибытии в СИЗО-5 М.А.. прошел первичную санитарную обработку до его водворения в камеру №, затем санитарная обработка производилась с недельной периодичностью, что опровергает утверждение М.А.. на отсутствие возможности помыться (л.д. 128-179).

Доводы административного истца о его совместном содержании с ВИЧ-инфицированными лицами являются не состоятельными, поскольку, во-первых, доказательств этого факта в суд не представлено, во-вторых, в настоящее время законодательством не предусмотрена норма о раздельном содержании указанных лиц, в связи с чем они находятся в СИЗО на общих основаниях, совместно с другими осужденными или следственно арестованными.

Исходя из справки по содержанию М.А.., в период его нахождения в камере № режимного корпуса №, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, бак для питьевой воды был в наличии, светильник ночного освещения в исправном состоянии, радиоточка в исправном состоянии, унитаз оборудован автоматическим смывным устройством без сливного бака. Эти обстоятельства подтверждаются фотоснимками со стационарных камер видеонаблюдения, установленных в камере №, справкой инженера ГИТОСиВ СИЗО-5 (л.д. 200-205).

Таким образом, камера № оборудована мебелью и инвентарем в соответствии с разделом IV приложения № к ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ № "Об утверждении номенклатуры норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы".

Утверждения М.А.. о недостаточности питания при конвоировании в СИЗО в ИВС, при нахождении в пути 5-6 часов, не указывают на нарушение его права на обеспечение питанием, так как, в соответствии с п. 130 «Порядка организации питания осужденных, подозреваемых и обвиняемых, содержащихся в учреждениях уголовно-исполнительной системы», утвержденного ФИО2 № от ДД.ММ.ГГГГ, обеспечение осужденных, подозреваемых и обвиняемых, индивидуальными рационами питания производится в случае, если пребывание в пути занимает более шести часов.

Что касается доводов М.А.. о стесненных условиях перевозки под конвоем в спецавтомобиле «ГАЗЕЛЬ», суд исходит из того, что конвоирование подозреваемых и обвиняемых из СИЗО в ИВС территориального органа МВД ФИО6 производится транспортом МВД. К условиям такой перевозки подразделения ФИО4 отношения не имеют.

Однако суд считает необходимым отметить, что абзацем третьим пункта 167 Инструкции по служебной деятельности специальных подразделений уголовно-исполнительной системы по конвоированию, утвержденной ФИО2 Министерства юстиции Российской Федерации и Министерства внутренних дел Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №дсп/369дсп, установлены нормы посадки осужденных и лиц, содержащихся под стражей, в спецавтомобиль (грузоподъемностью 1,5 - 2 тонн - до 13 человек, 2,5 - 3 тонн - до 21 человека, 4 тонны - до 36 человек). Размеры камер спецавтомобилей для спецконтингента составляют: для одиночной - ширина 500 мм, глубина 650 мм. Эти нормы являлись предметом неоднократной проверки Верховного Суда Российской Федерации, в частности, Решением Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ по делу № ГКПИ11-1774, оставленным без изменения определением Апелляционной коллегии Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № АПЛ12-200, подтверждено, что нормы посадки абзаца третьего пункта 167 Инструкции соответствуют установленным для спецавтомобилей на базе КАМАЗ-4308 и ГАЗ-3307 техническим характеристикам, приведенным в одобрениях типа транспортного средства. Указанный абзац признан не противоречащим нормам международного права, запрещающим применение пыток, жестокого и унижающего достоинство обращения, а также федеральному закону или другому нормативному правовому акту, имеющим большую юридическую силу.

На запрос суда прокуратурой <адрес> представлена информация, исх. № от ДД.ММ.ГГГГ, о том, что в 2023 году прокуратурой района было проведено 5 проверок соблюдения требований законодательства о содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений. За исследуемый период нарушений санитарно-эпидемиологических условий со стороны ФКУ СИЗО-5 прокуратурой не выявлено. Рассмотрено 4 обращения лиц, содержащихся под стражей в ФКУ СИЗО-5. Доводы, изложенные в обращениях, своего объективного подтверждения не нашли (л.д. 16).

Согласно ч. 1-2 ст. 59 КАС РФ, доказательствами по административному делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения административного дела. В качестве доказательств допускаются объяснения лиц, участвующих в деле, и показания свидетелей, полученные в том числе путем использования систем видеоконференц-связи, системы веб-конференции, а также письменные и вещественные доказательства, аудио- и видеозаписи, заключения экспертов.

В судебном заседании не установлено каких-либо фактов и обстоятельств, подтверждающих доводы административного истца М.А.., напротив, утверждения М.А.. о нарушении условий содержания его под стражей опровергаются представленными административными ответчиками и истребованными судом доказательствами, указанными выше и исследованными в судебном заседании.

Оценивая представленные сторонами доказательства, а также истребованные судом материалы по делу, в их совокупности и во взаимной связи, суд приходит к выводу, что административным истцом не представлено достаточных доказательств, указывающих на возникновение обстоятельств, которые могли бы служить основанием для удовлетворения заявленных административных исковых требований.

Учитывая изложенное, оценив представленные доказательства по правилам ст. 84 КАС РФ в их совокупности и во взаимной связи, суд приходит к выводу о том, что административные исковые требования М.А.. о признании незаконными действий и бездействия сотрудников ФКУ СИЗО-5 УФСИН ФИО6 по <адрес>, присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, не являются обоснованными и удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь ст.ст. 175-180, 227, 227.1 КАС РФ, суд

решил:

В удовлетворении административных исковых требований М.А.. к ФКУ СИЗО-5 УФСИН ФИО6 по <адрес>, ФИО1 по <адрес>, ФИО4, Министерству финансов РФ в лице УФК по <адрес> о признании незаконными действий и бездействия сотрудников ФКУ СИЗО-5 УФСИН ФИО6 по <адрес>, присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей – отказать.

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по административным делам Волгоградского областного суда через Ленинский районный суд Волгоградской области в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Мотивированный текст решения изготовлен 13 июля 2023 года.

Судья В.С.Тельбухов

Копия верна. Судья: