Дело №2-457/2025

УИД 41RS0001-01-2024-009557-63

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

8 декабря 2025 года г.Петропавловск-Камчатский

Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в составе:

судьи Аксюткиной М.В., при секретаре Налетовой Т.В.,

с участием: истца ФИО1, его представителя Палеха Р.С.,

представителей ответчика ФИО3, ФИО15,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Газпром Трансгаз Томск» о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с указанным иском к ООО «Газпром Трансгаз Томск», ссылаясь на те обстоятельства, что ДД.ММ.ГГГГ на автомобильной дороге <адрес> – <адрес> Камчатского края произошло дорожно-транспортное происшествие с участием транспортных средств «КАМАЗ», государственный регистрационный знак №, которым управлял ФИО16, и «Тойота Лэнд Крузер», государственный регистрационный знак №, которым управлял ФИО2 В рамках производства по делу об административном правонарушении по факту ДТП установлена вина последнего в нарушении Правил дорожного движения Российской Федерации. Вместе с тем, в соответствии с заключением специалиста ООО НИЦ «Экспертиза» ФИО11 в действиях водителя принадлежащего ответчику автомобиля «КАМАЗ» усматриваются несоответствия требованиям п.п.9.1, 9.10 ПДД РФ, с учетом ч.1 п.10.1 ПДД РФ, что явилось причиной ДТП. На момент дорожно-транспортного происшествия автогражданская ответственность водителя ФИО16 была застрахована в АО «СОГАЗ», ответственность водителя ФИО2 – в АО «АльфаСтрахование», которое произвело выплату страхового возмещения в пользу истца в размере 400 000 руб. Согласно заключению, выполненному ДД.ММ.ГГГГ по заказу истца ООО «Стандарт оценка», среднерыночная стоимость поврежденного автомобиля составляет 3 965 300 руб., стоимость годных остатков – 992 226 руб. 11 коп. Таким образом, размер материального ущерба, причиненного истцу, составил 2 573 073 руб. 89 коп. (из расчета: 3 965 300 руб. минус 992 221 руб. 11 коп. минус 400 000 руб.), который истец просил взыскать с ответчика в свою пользу, а также судебные издержки по составлению экспертного заключения в размере 15 000 руб., по оплате юридических услуг в размере 100 000 руб., по уплате государственной пошлины в размере 21 065 руб.

В ходе судебного разбирательства к производству суда в порядке ст.39 ГПК РФ приняты изменения исковых требований ФИО2, который просил взыскать в свою пользу с ответчика причиненный в результате ДТП материальный ущерб в размере 2 573 073 руб. 89 коп., расходы по эвакуации поврежденного транспортного средства в размере 60 000 руб., а также судебные издержки по составлению заключения оценщика в размере 15 000 руб., по производству автотехнической экспертизы в размере 50 000 руб., по оплате юридических услуг в размере 100 000 руб., по уплате государственной пошлины в размере 21 065 руб.

Истец ФИО2 и его представитель ФИО17, действующий на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования поддержали в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении и сообщенным суду в ходе рассмотрения дела, согласно которым столкновение автомобилей произошло на полосе движения автомобиля «Тойота Лэнд Крузер» по вине водителя автомобиля «КАМАЗ», допустившего нарушения п.п. 9.1, 9.10 и 10.1 ПДД РФ. Водитель ТС «КАМАЗ», фактически находясь на встречной полосе движения, скорость движения не снижал и избежать столкновения не пытался. Схема дорожно-транспортного происшествия составлена неверно, указанные в ней расстояния не соответствуют действительности, что установлено в заключении специалиста ООО НИЦ «Экспертиза». Вина водителя автомобиля «КАМАЗ» также подтверждается заключением эксперта от ДД.ММ.ГГГГ.

В судебном заседании представители ответчика ООО «Газпром Трансгаз Томск» ФИО3 и ФИО4, действующие на основании доверенностей, иск не признали в полном объеме и просили отказать в его удовлетворении по основаниям, приведенным в письменных возражениях, согласно которым определением инспектора ДПС отделения Госавтоинспекции Усть-Большерецкого МО МВД России установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в момент дорожно-транспортного происшествия оба водителя, двигаясь в разных направлениях, проходя поворот, не выбрали безопасную скорость для движения и нарушили п.10.1 ПДД РФ. По результатам нового рассмотрения дела об административном правонарушении ДД.ММ.ГГГГ вынесены определения <адрес> (в части установления вины в совершении дорожно-транспортного происшествия) и <адрес> (в части причинения вреда здоровью ФИО2). Вместе с тем, указанными определениями установлено, что в действиях ФИО2 усматривается несоответствие требованиям п.10.1 ПДД РФ. ДД.ММ.ГГГГ указанные определения от ДД.ММ.ГГГГ вступили в законную силу. Согласно схеме места дорожно-транспортного происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, подписанной ФИО2 без возражений, ширина проезжей части составляет 5,7м и имеет две полосы движения. Таким образом, ширина стороны, предназначенной для встречного движения, составила 2,85м. Столкновение автомобилей произошло на расстоянии 2,6м от правого края полосы движения автомобиля «КАМАЗ», а характер повреждений указывает на то, что в момент столкновения автомобиль «КАМАЗ» находился параллельно своей полосе движения. Более того, автомобиль «КАМАЗ» двигался без превышения разрешенной скорости, а непосредственно перед поворотом и столкновением снизил скорость с 60км/ч до 26км/ч. В действиях водителя ФИО16 вина не усматривается.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, АО «СОГАЗ», АО «АльфаСтрахование» о времени и месте рассмотрения дела извещались, в суд представителей не направили, заявлений, ходатайств не представили.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО16 о времени и месте рассмотрения дела извещался, в суд не явился, заявлений, ходатайств не представил. В ходе рассмотрения дела, ссылаясь на письменные возражения, указал, что подъезжая к повороту, на котором произошло дорожно-транспортное происшествие, он начал снижать скорость до 35 км/ч, в повороте навстречу двигался автомобиль «Тойота Лэнд Крузер», он продолжил торможение и стал прижиматься вправо. Водитель ТС «Тойота Лэнд Крузер», в свою очередь, также начал тормозить, но его стало заносить по ходу движения сначала влево, а затем вправо, и полубоком понесло в автомобиль «КАМАЗ». При попытке выравнивания автомобиля водителем «Тойота Лэнд Крузер» произошло столкновение с автомобилем «КАМАЗ». От удара ТС «Тойота Лэнд Крузер» отбросило в левую сторону от автомобиля «КАМАЗ». По прибытию на место дорожно-транспортного происшествия инспектор ДПС в присутствии участников ДТП, а также ФИО5, ФИО6 и ФИО7 произвел измерения, несогласие с которыми ФИО2 не высказывал и по завершении измерений подписал схему дорожно-транспортного происшествия. В момент столкновения ФИО16 двигался по своей полосе движения и перед поворотом снизил скорость с 60км/ч до 26км/ч. Техническая возможность избежать столкновения у него отсутствовала, а автомобиль «Тойота Лэнд Крузер» находился на полосе дороги, предназначенной для движения автомобиля «КАМАЗ».

В соответствии со ст.167 ГПК РФ с учетом мнения лиц, присутствовавших в судебном заседании, суд определил рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы гражданского дела, а также материалы КУСП № по факту ДТП, материалы №, №, №, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с п.1 ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Статьей 15 ГК РФ предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В п.12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

В силу ст.12 ГПК РФ судопроизводство в РФ осуществляется на основе принципа состязательности и равноправия сторон.

Иными словами, в гражданском процессе действует презумпция, согласно которой на ответчика не может быть возложена ответственность если истец не доказал обстоятельства, подтверждающие его требования, поэтому на истца возлагается обязанность доказать основание возникновения ответственности в виде возмещения ущерба, нарушение его прав и законных интересов действиями ответчика, размер ущерба, а на ответчика возлагается обязанность доказывания отсутствия вины, а также размера причиненного ущерба, в случае его оспаривания.

Вместе с тем, по смыслу действующего законодательства применение деликтной ответственности предполагает доказывание оснований и условий ее наступления путем установления всех элементов состава правонарушения: незаконности действий (бездействия) лица, на которое предполагается возложить ответственность; наступления вреда и его размера; причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившими для истца неблагоприятными последствиями; вины причинителя вреда. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения влечет за собой отказ в удовлетворении исковых требований.

Факт наличия или отсутствия вины сторон в дорожно-транспортном происшествии является обстоятельством, имеющим юридическое значение для правильного разрешения дела.

Вина в дорожно-транспортном происшествии обусловлена нарушением его участниками Правил дорожного движения Российской Федерации.

Причинно-следственная связь представляет собой такое отношение между двумя явлениями, когда одно явление неизбежно вызывает другое, являясь его причиной.

Согласно п.1 ст.1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного Кодекса. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Пунктом 3 ст.1079 ГК РФ предусмотрено, что вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

Согласно п.1.4 Правил дорожного движения РФ, утвержденных Постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, на дорогах установлено правостороннее движение транспортных средств.

Пунктом 1.5 ПДД РФ предусмотрено, что участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

В силу п. 9.1 ПДД РФ количество полос движения для безрельсовых транспортных средств определяется разметкой и (или) знаками 5.15.1, 5.15.2, 5.15.7, 5.15.8, а если их нет, то самими водителями с учетом ширины проезжей части, габаритов транспортных средств и необходимых интервалов между ними. При этом стороной, предназначенной для встречного движения на дорогах с двусторонним движением без разделительной полосы, считается половина ширины проезжей части, расположенная слева, не считая местных уширений проезжей части (переходно-скоростные полосы, дополнительные полосы на подъем, заездные карманы мест остановок маршрутных транспортных средств).

Водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения (п.9.10 ПДД РФ).

В соответствии с п.10.1 ПДД РФ водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ на участке автомобильной дороги <адрес> – <адрес> Камчатского края произошло дорожно-транспортное происшествие с участием транспортных средств «КАМАЗ», государственный регистрационный знак №, которым управлял ФИО16, и «Тойота Лэнд Крузер», государственный регистрационный знак №, которым управлял ФИО2 (материал проверки КУСП № л.д. 16).

Определением инспектора ДПС отделения Госавтоинспекции Усть-Большерецкого МО МВД России от ДД.ММ.ГГГГ <адрес> в возбуждении дела об административном правонарушении в отношении водителей ФИО16 и ФИО2 отказано, в связи с отсутствием состава административного правонарушения, поскольку в действиях водителей формально усматриваются нарушения п.10.1 ПДД РФ, за нарушение которого действующим законодательством Российской Федерации административная ответственность не предусмотрена (материал проверки КУСП № л.д.13).

В отобранном инспектором ДПС ОГИБДД Усть-Большерецкого МО МВД России ФИО14 ДД.ММ.ГГГГ объяснении ФИО2 пояснил, что в указанную дату на данном участке дороги около 09ч.30м. начал снижать скорость, так как увидел выезжающий из-за поворота «КАМАЗ», ожидая, что КАМАЗ прижмется правее по ходу своего движения, однако «КАМАЗ», не снижая скорости, находясь на обледенелом участке дороги, продолжил движение в сторону ФИО2, тем самым выезжая на встречную полосу, в связи с чем с целью уйти от столкновения ФИО2 выкрутил руль вправо, после чего «КАМАЗ» врезался в автомобиль ФИО2, который получил повреждения (материал проверки КУСП № л.д.2).

Согласно письменному объяснению, отобранному инспектором ДПС ОГИБДД Усть-Большерецкого МО МВД России ФИО14 ДД.ММ.ГГГГ ФИО16 пояснил, что примерно в 09ч.35м., проезжая данный участок дороги с находившимся в салоне инженером ЛЭС ООО «Газпром Трансгаз Томск» ФИО5, подъезжая к повороту направо, начал снижать скорость до 30км/ч, в этот момент к ним навстречу выехал автомобиль «Тойота Лэнд Крузер». ФИО16 начал тормозить, так как на дороге лежал снег, и прижиматься вправо. Автомобиль «Тойота Лэнд Крузер» тоже начал тормозить, так как его начало заносить по ходу движения сначала влево, затем вправо, а затем полубоком понесло на «КАМАЗ», после чего ТС «Тойота Лэнд Крузер» начал выравниваться, и в этот момент в левую сторону автомобиля «КАМАЗ» произошло столкновение, от которого автомобиль «Тойота Лэнд Крузер» отбросило в левую сторону от ТС «КАМАЗ» (материал проверки КУСП № л.д.6).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 в лице представителя ФИО8 обратился в Усть-Большерецкий МО МВД России с жалобой, в которой просил определение инспектора ДПС отделения Госавтоинспекции Усть-Большерецкого МО МВД России от ДД.ММ.ГГГГ <адрес> отменить и возбудить дело об административном правонарушении в отношении водителя ФИО16 ввиду наличия в его действиях признаков административного правонарушения, предусмотренного ст.12.24 КоАП РФ (материал проверки КУСП № л.д.17).

В письменном объяснении от ДД.ММ.ГГГГ, отобранном начальником отделения Госавтоинспекции Усть-Большерецкого МО МВД России ФИО9, ФИО2 пояснил, что в момент ДТП его автомобиль отбросило в сторону, и он почувствовал, что ударился головой, но в тот момент значения этому не придал. Во время оформления материалов, касающихся ДТП, ФИО2 был сильно взволнован и каких-либо последствий удара не ощущал, по приезде домой почувствовал ухудшение здоровья. Позднее обратился в поликлинику МЧС УМВД России по Камчатскому краю, где прошел курс амбулаторного лечения в связи с травмой (материал проверки КУСП № л.д.19).

Решением начальника отделения Госавтоинспекции Усть-Большерецкого МО МВД России от ДД.ММ.ГГГГ жалоба ФИО2 удовлетворена, определение инспектора ДПС отделения Госавтоинспекции Усть-Большерецкого МО МВД России от ДД.ММ.ГГГГ <адрес> об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении отменено, дело направлено на новое рассмотрение (материал проверки КУСП № л.д. 21-23).

Как указано в данном решении, исходя из схемы ДТП и фотографий расположения автомобилей после ДТП, столкновение произошло на стороне автомобиля «КАМАЗ». Согласно схеме ДТП, составленной в присутствии обоих водителей, на участке дороги, где произошло ДТП, ширина проезжей части составляет 5,7м, ширина автомобиля «КАМАЗ» составляет 2500мм, ширина автомобиля «Тойота Лэнд Крузер» составляет 1980мм. Остаточная ширина проезжей части составила 1220мм, из расчета: ширина проезжей части 5700мм минус общая ширина автомобилей 4480мм (2500мм + 1980мм). Таким образом, с учетом выбора необходимого бокового интервала между транспортными средствами и с учетом ширины проезжей части, по которой двигались автомобили, водители могли одновременно двигаться во встречных направлениях и разъехаться без столкновения. В ходе изучения фотографий расположения автомобилей после столкновения видно, что автомобиль «КАМАЗ» расположен на стороне дороги автомобиля «Тойота Лэнд Крузер». Тогда как автомобиль «Тойота Лэнд Крузер» располагается на своей стороне дороги, частично на правой обочине по ходу своего движения. Вместе с тем, место столкновения автомобилей находится на стороне дороги автомобиля «КАМАЗ». В связи с погодными условиями определить тормозные пути в момент столкновения не представилось возможным. Отказывая в возбуждении дела об административном правонарушении в отношении ФИО16 и ФИО2, должностное лицо исходило из того, что в действиях водителей отсутствует состав административного правонарушения, однако в определении содержатся выводы о том, что оба водителя не выбрали безопасную скорость для движения, чем фактически сделан вывод об обоюдной виновности ФИО16 и ФИО2 в ДТП, что действующими нормами КоАП РФ не предусмотрено.

Определениями начальника отделения Госавтоинспекции Усть-Большерецкого МО МВД России от ДД.ММ.ГГГГ <адрес> и <адрес> в возбуждении дел об административных правонарушениях в отношении как ФИО2, так и ФИО16 отказано, в связи с отсутствием в их действиях составов административных правонарушений. Между тем, из указанных определений следует, что в действиях водителя ФИО2 усматривается несоответствие требованиям п.10.1 ПДД РФ (материал проверки КУСП № л.д.24-25, 26-27).

Получив ДД.ММ.ГГГГ копии определений от ДД.ММ.ГГГГ <адрес> и <адрес>, ФИО2 указал о своем несогласии с выводами должностного лица, поскольку дорожно-транспортное происшествие произошло по вине водителя автомобиля «КАМАЗ», который совершил столкновение на его (ФИО2) полосе движения, не снижая при этом скорости движения и не пытаясь уйти в правую сторону. Произведенные на месте дорожно-транспортного происшествия замеры неверны и сделаны после изменения дорожной обстановки. Расстояние в 2,60м на схеме фактически измерялось от места столкновения до правых колес, а не до бруствера, как указано в схеме. Кроме того, схема составлялась не на месте дорожно-транспортного происшествия, а спустя несколько часов после него в кабинете и на память. Саму схему он подписал, поскольку находился в шоковом состоянии.

Как следует из схемы места дорожно-транспортного происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, ширина проезжей части составляет 5,70м, правые колеса автомобиля «Тойота Лэнд Крузер» расположены на расстоянии 1,4м от правого края проезжей части по направлению в сторону <адрес>. Правое переднее и правое заднее колеса автомобиля «КАМАЗ» расположены на расстоянии 4,90м и 4,70м, соответственно, от правого края проезжей части, в то время как само место столкновения находится на расстоянии 2,60м от правого края проезжей части. Схема места дорожно-транспортного происшествия подписана водителями ФИО16 и ФИО2 без возражений (материал проверки КУСП № л.д.12).

ДД.ММ.ГГГГ ответственным от руководства ОМВД России по <адрес> ФИО10 на имя начальника ОМВД России по <адрес> подан рапорт, в котором указано, что изучением материалов по факту ДТП от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что сотрудниками Усть-Большерецкого МО МВД России при выяснении обстоятельств дорожно-транспортного происшествия не устанавливался факт изменения дорожной обстановки за время, прошедшее с момента ДТП до момента их прибытия на место, что явно повлияло на выводы лица, выносившего решение. Таким образом, определения <адрес> и <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ основаны на недостоверных данных, вынесены незаконно и подлежат отмене (материал проверки КУСП № л.д. 46-47).

В дальнейшем ФИО2 неоднократно обращался в Управление ГИБДД УМВД России по Камчатскому краю с жалобами на вынесенные ДД.ММ.ГГГГ определения <адрес> и <адрес>, однако определением заместителя начальника Управления ГИБДД УМВД России по Камчатскому краю от ДД.ММ.ГГГГ жалоба оставлена без рассмотрения, определением от ДД.ММ.ГГГГ в восстановлении пропущенного процессуального срока отказано, жалоба возвращена без рассмотрения (материал проверки КУСП № л.д. 72-73, 94-95).

Определением врио начальника Управления ГИБДД УМВД России по Камчатскому краю от ДД.ММ.ГГГГ в восстановлении пропущенного процессуального срока ФИО2 также отказано, жалоба возвращена без рассмотрения (материал проверки КУСП № л.д.117-118).

Не согласившись с определениями должностных лиц Управления ГИБДД УМВД России по Камчатскому краю от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 обращался с жалобами в судебном порядке, однако, принятые по материалу проверки КУСП № акты отменены не были, а жалобы возвращены без рассмотрения либо оставлены без удовлетворения (материал № л.д. 65-68, 91-94; материал № л.д. 15-16, 37-39, материал № л.д. 10-12, 31-33).

ДД.ММ.ГГГГ по заказу ФИО2 ООО Научно-исследовательским центром «Экспертиза» проведено исследование обстоятельств дорожно-транспортного происшествия, согласно выводам которого определить точные координаты места столкновения транспортных средств не представляется возможным, однако, учитывая положение транспортных средств после столкновения, а также локализацию повреждений на них, с достаточной точностью можно утверждать, что место столкновения транспортных средств расположено на левой стороне проезжей части в районе следа колес автомобиля «КАМАЗ», государственный регистрационный знак №. Ширина указанной проезжей части составляет 5,1м. В действиях водителя автомобиля «Тойота Лэнд Крузер», государственный регистрационный знак <***>, несоответствий требованиям ПДД РФ не усматривается. В действиях водителя автомобиля «КАМАЗ», государственный регистрационный знак №, усматриваются несоответствия требованиям п.п.9.1, 9.10 с учетом требований ч.1 п.10.1 ПДД РФ. Причиной рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия явились действия водителя автомобиля «КАМАЗ», выразившиеся в несоответствии требованиям п.п.9.1, 9.10 с учетом требований ч.1 п.10.1 ПДД РФ (т.1 л.д.76-96).

В судебном заседании специалист ФИО11, выполнивший указанное выше заключение, подтвердил изложенные в нем выводы.

В ходе рассмотрения дела стороной ответчика суду представлено заключение специалиста ООО «Независимая экспертиза и оценка» от ДД.ММ.ГГГГ №, в соответствии с которым ДД.ММ.ГГГГ для обеспечения безопасного проезда по данному участку автомобильной дороги Карымай – <адрес> Камчатского края водители транспортных средств «КАМАЗ», государственный регистрационный знак <***>, и «Тойота Лэнд Крузер», государственный регистрационный знак №, должны были руководствоваться техническими требованиями п.9.1 и п.10.1 ПДД РФ. Действия водителя автомобиля «КАМАЗ» ФИО16 полностью соответствовали техническим требованиям ПДД РФ, техническая возможность избежать столкновения с автомобилем «Тойота Лэнд Крузер» отсутствовала. Действия водителя автомобиля «Тойота Лэнд Крузер» ФИО2 не соответствовали техническим требованиям п.10.1 ПДД РФ, что повлекло за собой опасную дорожно-транспортную ситуацию, обусловив ее развитие до стадии дорожно-транспортного происшествия, и следовательно, именно действия водителя ФИО2 находятся в прямой причинно-следственной связи с фактом дорожно-транспортного происшествия (т.1 л.д.214-235).

Ввиду представленных сторонами противоречащих друг другу экспертных заключений в рамках исследования обстоятельств ДТП, в целях установления механизма возникновения рассматриваемого происшествия, определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по ходатайству сторон назначена судебная автотехническая трасологическая экспертиза, проведение которой поручено ФБУ Дальневосточный РЦСЭ Минюста России (т.2 л.д.51-56).

Согласно выводам, изложенным в заключении эксперта ФБУ Дальневосточный РЦСЭ Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ №, 289/5-2-25, место столкновения автомобилей «КАМАЗ» и «Тойота Лэнд Крузер» расположено на полосе движения со стороны <адрес> в сторону <адрес>, т.е. на полосе движения автомобиля «Тойота Лэнд Крузер» (ответ на вопрос №), в данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля «КАМАЗ» должен был руководствоваться требованиями п.9.1 с учетом п.1.4 и абз.1 п.10.1 ПДД РФ (ответ на вопрос №), действия водителя автомобиля «КАМАЗ» не соответствовали требованиями п.9.1 с учетом п.1.4 и абз.1 п.10.1 ПДД РФ и находятся в причинно-следственной связи сданным ДТП (ответ на вопрос №), в данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля «КАМАЗ» создал опасность (помеху) для движения водителю автомобиля «Тойота Лэнд Крузер» (ответ на вопрос №), вопрос о технической возможности у водителя автомобиля «КАМАЗ» предотвратить столкновение с автомобилем «Тойота Лэнд Крузер» не имеет логического смысла и не решается (ответ на вопрос №), в данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля «Тойота Лэнд Крузер» должен был руководствоваться требованиями абз.2 п.10.1 ПДД РФ (ответ на вопрос №), в действиях водителя автомобиля «Тойота Лэнд Крузер» несоответствий требованиям ПДД РФ не усматривается, действия водителя автомобиля «Тойота Лэнд Крузер» не находятся в причинно-следственной связи сданным ДТП (ответ на вопрос №), водитель автомобиля «Тойота Лэнд Крузер» не создавал опасность (помеху) для движения водителю автомобиля «КАМАЗ» (ответ на вопрос №), водитель автомобиля «Тойота Лэнд Крузер» не имел технической возможности предотвратить столкновение с автомобилем «КАМАЗ» (ответ на вопрос №), отвечая на вопрос № о соответствии составленной инспектором схеме места ДТП фактической обстановке, зафиксированной в фото- и видеоматериалах, экспертом указано о невозможности дать заключение (т.2 л.д. 104-123).

Согласно рецензии от ДД.ММ.ГГГГ №, выполненной ООО «Центр экспертиз «Регион-Приморье» по заказу ООО «Газпром Трансгаз Томск» на заключение эксперта от ДД.ММ.ГГГГ, данное заключение не является корректным, в связи с неверным пониманием схемы ДТП, фотоматериалов с места ДТП и некорректным исследованием места дорожно-транспортного происшествия от ДД.ММ.ГГГГ (т.2 л.д.185-207).

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу назначена повторная судебная автотехническая трасологическая экспертиза, выполнение которой поручено ФБУ Приморская ЛСЭ Минюста России (т.2 л.д.169-173).

Из заключения эксперта ФБУ Приморская ЛСЭ Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ №, 1208/4-2-40 следует, что:

- ответ на вопрос № - место столкновения исследуемых автомобилей определить не представляется возможным, так как трасологически значимых признаков (следы торможения до столкновения, следы сдвига шин, колес и пр.), характеризующих в категоричной форме как место столкновения транспортных средств, так и общую траекторию движения автомобилей до и после столкновения, на схеме ДТП не зафиксировано. Общий анализ повреждений автомобилей и конечное расположение транспортных средств после столкновения указывают на то, что автомобиль «КАМАЗ» в момент столкновения очевидно обладал бoльшим количеством движения (величиной, определяемой как скоростью, так и массой объекта), чем автомобиль «ТОЙОТА» (имеющий значительно меньшую массу чем автомобиль «КАМАЗ»), что при столкновении и обусловливает его некоторый более существенный разлет/расхождение, однако, при этом точное значение скоростей автомобилей (в т.ч. и их соотношение) определить не представляется возможным по причине отсутствия зафиксированных следов на месте происшествия. При таком характере столкновения указанные особенности взаимодействия кузовов автомобилей исключают определение точного места их столкновения (и, соответственно, определение положения данных автомобилей относительно ширины (границ) проезжей части в момент столкновения) и в максимальной степени не способствуют установлению с достаточной точностью характера и траектории перемещения транспортных средств до и после контакта, а, следовательно, делает невозможным достоверно в конечной форме описание механизма их столкновения (стр.6-13 заключения);

- ответы на вопросы №№, 3, 5, 6, 7, 9 - в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля «КАМАЗ» и водитель автомобиля «Тойота Лэнд Крузер» должны были руководствоваться требованиями п.9.1 и п.9.10 ПДД РФ, действия водителей данных автомобилей находятся в причинной связи с происшествием (т.е. являются его необходимыми условиями возникновения). При этом возможность безопасного движения по дороге, на которой имеются снежно-ледяные образования, должна оцениваться водителем каждого КТС как с учетом собственного скоростного режима, конструктивных особенностей его ТС (габаритной ширины либо наличия выступающих частей груза), ширины проезжей части (предназначенной для его движения в данном направлении и определяемой визуально на основании собственного опыта и знания мат.части своего автомобиля), так и принципиальной возможностью проезда в данном направлении, т.е. им должно учитываться не только свое формальное право на проезд участка, но и фактическая возможность его реализации с учетом необходимости соблюдения безопасности дорожного движения. В данном случае, согласно схеме места ДТП, общая замеренная сотрудниками ГАИ ширина проезжей части (т.е. ширина участка дороги, оставленной органами, ответственными за содержание дорог и организаторами дорожных работ для проезда транспортных средств в обоих направлениях) составила 5,7м, т.е. по 2,85м для движения в каждом направлении. При этом общая габаритная ширина кузова а/м «Тойота Лэнд Крузер 200» составляет 1,97м, а/м «КАМАЗ» – 2,55м. В таком случае предельное поперечное расстояние между данными автомобилями, движущимися во встречном направлении в пределах установленной ширины дороги (предназначенной для проезда в двух направлениях), составляет около 1,2м (5,7м минус 1,97м минус 2,55м). Однако эта же величина (1,2м) фактически не включает наличие безопасного бокового интервала для каждого ТС относительно края проезжей части (принимаемого в автотехнической экспертизе как эмпирическая величина (однако не регламентированная в действующей редакции ПДД РФ), составляющая примерно 0,3м). Другими словами, при соблюдении также и указанных минимальных величин боковых интервалов (по 0,3м с соответствующих сторон от автомобилей в сторону соответствующего края проезжей части) в распоряжении обоих водителей оставалась достаточно малая ширина между их автомобилями (около 0,6м) для обеспечения безопасного динамического коридора движения каждого из автомобилей при их встречном движении и безопасном разъезде в сложившихся дорожных условиях (характеризуемых в данном случае, в том числе, наличием на дороге снежно-ледяных образований, которые могу оказывать влияние на оценку водителя дорожных условий в части определения необходимой ширины проезжей части для проезда и/или разъезда со встречным автомобилей и выбором полосы движения). Непосредственно перед столкновением оба автомобиля могли двигаться без соблюдения их водителями достаточного бокового интервала безопасности (стр.13-14 заключения);

- ответы на вопросы №№, 8 дать не представилось возможным вследствие невозможности установления места столкновения автомобилей; вопрос № не решался, так как не входит в компетенцию эксперта-автотехника (т.2 л.д.214-234).

Оспаривая выводы заключения эксперта от ДД.ММ.ГГГГ стороной истца представлено заключение, составленное ДД.ММ.ГГГГ специалистом ООО КНКЦ «Экспертное мнение» ФИО12, согласно которому в заключении эксперта от ДД.ММ.ГГГГ неправильно применены методические рекомендации по производству автотехнических экспертиз; информация, отраженная в исследовательской части заключения эксперта, противоречит информации, изложенной в выводах.

В свою очередь, стороной ответчика представлены возражения на заключение эксперта от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым, вопреки выводу эксперта, место столкновения на схеме места ДТП от ДД.ММ.ГГГГ определено водителями, участниками ДТП, как конкретное место столкновения транспортных средств, в связи с чем у эксперта отсутствуют основания ставить под сомнение определенное участниками ДТП место столкновения. Все исходные данные, отраженные в схеме ДТП, экспертом приняты во внимание без сомнений. Угол первичного столкновения транспортных средств определен экспертом неверно, равно как не учтены сведения спутниковой системы ГЛОНАСС, которая установлена на автомобиле «КАМАЗ».

ДД.ММ.ГГГГ экспертом ФБУ Приморская ЛСЭ Минюста России ФИО13 суду представлены письменные пояснения, в которых приведены подробные разъяснения составленного им ДД.ММ.ГГГГ заключения.

В силу ст.2 ГПК РФ задачами гражданского судопроизводства являются правильное и своевременное рассмотрение и разрешение гражданских дел в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, организаций, прав и интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, других лиц, являющихся субъектами гражданских, трудовых или иных правоотношений. Гражданское судопроизводство должно способствовать укреплению законности и правопорядка, предупреждению правонарушений, формированию уважительного отношения к закону и суду, мирному урегулированию споров.

Согласно ч.1 ст.12 ГПК РФ, конкретизирующей статью 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации, правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В соответствии с ч.1 ст.55, ч.1 ст.56, ч.1 ст.57 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены, в том числе, из объяснений сторон и третьих лиц, письменных доказательств. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Статьей 67 ГПК РФ предусмотрено, что суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1). Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (часть 2). Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (часть 3). Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (часть 4).

В соответствии с ч.3 ст.86 этого же Кодекса заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 данного кодекса. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.

Оценив представленные сторонами заключения, а также заключения судебных экспертиз в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами, в том числе с представленной рецензией, суд принимает за основу заключение повторной судебной экспертизы, находя его относимым, допустимым доказательством по делу, наиболее верно описывающим и характеризующим обстоятельства рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия.

Указанное заключение дано квалифицированным специалистом, обладающим специальными познаниями в области автотехники, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных заключений. В распоряжении специалиста имелись все необходимые сведения и документы, что было уточнено в представленных суду пояснениях и отразилось на полноте проведенного исследования.

Специалистом исследование проводилось в рамках существующих методик выполнения автотехнических экспертиз и использованием соответствующих источников (справочных материалов, нормативных, правоустанавливающих и технических документов, интернет-ресурсов).

Выводы эксперта сделаны на основе тщательного анализа представленных материалов, данных, обусловленных исходными данными автомобилей, и информации об обстоятельствах происшествия, полученных в установленном законом порядке, в ходе независимых изучений количественных и качественных характеристик подлежащих исследованию объектов, а также имеющейся базы данных специалиста и собственным опытом эксперта. При этом экспертом аргументировано сообщено об имевшихся недостатках информации, которые не могли быть восполнены при выполнении экспертизы. Между тем, изложенные в заключении выводы научно обоснованы и не противоречат, а дополняют друг друга, согласуются с иными собранными по делу доказательствами, в том числе объяснениями лиц, участвующих в деле, и письменными доказательствами.

Вопреки замечаниям рецензента ФИО12, заключение повторной судебной экспертизы выполнено на основании определения суда специалистом ФИО13, как лицом, обладающим необходимыми специфическими познаниями, самостоятельно определившим методы исследования, объем необходимых материалов, в том числе, их достаточность для формирования полных и категоричных выводов по поставленным перед ним вопросам.

Между тем, представленная рецензия на заключение эксперта ФБУ Приморская ЛСЭ Минюста России ФИО13 не может быть принята в качестве доказательства, опровергающего выводы указанного специалиста, поскольку данное исследование, по сути, является не экспертным заключением, а субъективным мнением рецензента, исследование им было проведено вне процедуры проведения экспертизы, в рамках договорных отношений с истцом без изучения необходимых материалов дела и направлено на оценку соответствия заключения специалиста ФБУ Приморская ЛСЭ Минюста России требованиям законодательства, в то время как определение обстоятельств, имеющих значение для дела, а также оценка доказательств в соответствии со ст.ст. 56, 59, 67 ГПК РФ относится к исключительной компетенции суда.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что надлежащих доказательств, опровергающих или ставящих под сомнение выводы заключения эксперта ФБУ Приморская ЛСЭ Минюста России ФИО13 от ДД.ММ.ГГГГ, сторонами не представлено; убедительных доводов, свидетельствующих о несоответствии данной экспертизы предъявляемым требованиям, в представленных суду возражениях не содержится. Само по себе несогласие с выводами заключения не является достаточным основанием для признания его недопустимым, недостоверным доказательством. Приведенные сторонами аргументы о необоснованности заключения судебной экспертизы по своей сути являются их субъективным мнением, что не может выступать безусловным основанием для признания данного заключения несоответствующим требованиям закона.

Заключение специалиста ФБУ Приморская ЛСЭ Минюста России является ясным, полным, объективным, определенным, не имеющим противоречий, содержащим подробные описания проведенных исследований и сделанные в их результате выводы. Несоответствий выводов заключения совокупности иных доказательств по делу суд не усматривает.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля пассажир автомобиля «КАМАЗ» ФИО5, предупрежденный об уголовной ответственности по ст.ст.307, 308 УК РФ, дал пояснения по существу аналогичные пояснениям третьего лица ФИО16

К показаниям указанного свидетеля суд относится критически, поскольку на момент ДТП он являлся работником ООО «Газпром Трансгаз Томск», следовательно, может быть заинтересован в исходе дела, в связи с чем его показания не отвечают требованиям допустимости доказательств и не могут быть признаны достоверными.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля инспектор ДПС Усть-Большерецкого МО МВД России ФИО14 пояснил, что прибыл на место ДТП примерно через 30-40 минут после вызова. На данном участке дороги шел мокрый снег, погодные условия были неблагоприятные, участники происшествия пребывали в нормальном состоянии, телесных повреждений не имели. На месте ДТП были сняты замеры, с которыми водители автомобилей, участвовавших в ДТП, согласились, никаких возражений не выразили, замеры и схема были записаны на листке бумаги, фотофиксация не велась. Замеры производились от снежных брустверов. Место столкновения автомобилей установлено со слов водителей. В это время в обоих направлениях проезжали транспортные средства. Левая сторона проезжей части была расчищена грейдером, после чего визуально размеры дорожного полотна не изменились. Позднее в отделе указанные на листке бумаги замеры и схема были перенесены в материалы, составленные по факту ДТП.

Оценив показания данного свидетеля, являющегося незаинтересованным в исходе спора лицом, суд находит их отвечающими требованиям относимости и допустимости доказательств, последовательными и логичными, согласующимися с исследованными материалами дела, свидетель допрошен в судебном заседании в соответствии с требованиями ГПК РФ, предупрежден об уголовной ответственности в соответствии со ст.ст.307, 308 УК РФ, в связи с чем оснований не доверять ему у суда не имеется.

Проанализировав приведенные нормы закона и оценив исследованные доказательства в совокупности с установленными обстоятельствами, суд находит исковые требования ФИО2 подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В пункте 1.2 ПДД РФ разъяснено, что опасность для движения - ситуация, возникшая в процессе дорожного движения, при которой продолжение движения в том же направлении и с той же скоростью создает угрозу возникновения дорожно-транспортного происшествия.

Применительно к установленным по делу обстоятельствам, суд полагает, что как истцом, так и водителем автомобиля «КАМАЗ» перед столкновением ДД.ММ.ГГГГ не были приняты исчерпывающие необходимые меры во избежание возникновения опасности для движения в соответствии с требованиями Правил дорожного движения, которые позволили бы предотвратить аварийную обстановку и возникшие в ее результате последствия, поскольку, при выборе режима движения, соответствующего сложившимся в момент ДТП дорожным условиям, потеря управления транспортным средством была бы исключена.

Качество очистки и обработки автомобильной дороги в данном случае является косвенной причиной ДТП, поскольку сами водители в соответствии с Правилами дорожного движения должны были учитывать погодные условия, состояние дорожного покрытия, следить за маневрами других участников движения, избирать безопасную скорость движения.

При этом по делу объективно установлено, что ДТП произошло в достаточно светлое время суток, сведения об имевших место в момент ДТП погодных условиях нельзя отнести к обстоятельствам, носящим форс-мажорный, чрезвычайный характер, дорожное покрытие не было закрыто иными снижающими обзор объектами, наличие обильного снега на указанном участке дороги не являлось для водителей неожиданным в сложившихся условиях видимости, дорога была открыта для движения, по ней передвигались другие транспортные средства, что согласуется с устными и письменными объяснениями лиц, участвующих в деле, показаниями свидетеля.

Относимых, допустимых и неопровержимых доказательств обеспечения соблюдения требований п.9.10, в совокупности с п.10.1 ПДД РФ непосредственно перед совершением рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия, исключающих вину обоих участников ДТП, по делу не имеется.

Так, в решении от ДД.ММ.ГГГГ начальником отделения Госавтоинспекции Усть-Большерецкого МО МВД России обоснованно сделан вывод о том, что с учетом выбора необходимого бокового интервала между транспортными средствами и с учетом ширины проезжей части, по которой двигались автомобили, водители могли одновременно двигаться во встречных направлениях и разъехаться без столкновения.

Согласно заключению эксперта ФБУ Приморская ЛСЭ Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ действия обоих водителей – участников ДТП находятся в причинной связи с происшествием (т.е. являются его необходимыми условиями возникновения).

Вместе с тем, заслуживает внимания утверждение стороны истца о недостатках схемы дорожно-транспортного происшествия, в которой, как пояснил составивший ее инспектор ФИО14, место столкновения автомобилей установлено со слов водителей, а необходимые измерения производились без учета погодных условий (снегопад), времени прибытия инспектора на место ДТП и изменившейся дорожной обстановки, то есть объективно могли не соответствовать ситуации, сложившейся непосредственно в момент происшествия. Из имеющихся в материалах дела фотоснимков отчетливо следует, что автомобиль «КАМАЗ» расположен на полосе движения автомобиля «Тойота Лэнд Крузер», который, в свою очередь, полностью располагается на правой стороне дороги. Однако, схема составлена в отсутствие возможности определения тормозных путей транспортных средств в момент их столкновения, что вытекает из иных соответствующих установленным требованиям доказательств.

Кроме того, суд соглашается с доводом истца о том, что при столкновении он получил ушибы, после произошедшего ДТП находился в состоянии стресса, в связи с чем не мог в достаточной степени разумно и объективно оценивать ситуацию, подписав схему в представленном виде.

Доказательств обратного суду не представлено.

Установленные обстоятельства и причины ДТП, в том числе, указанные в административных материалах, экспертных заключениях, лицами, участвующими в деле, не опровергнуты, тогда как материалы дела содержат достаточные доказательства, подтверждающие, что причиной ДТП явилось нарушение обоими участниками ДТП предписанных требований в области дорожного движения.

Ввиду изложенного и принимая во внимание, что наступление последствий в виде причинения вреда имуществу истца с технической точки зрения находятся в прямой причинной связи с действиями водителей ФИО2 и ФИО16, выразившимися в нарушении ими Правил дорожного движения, суд приходит к выводу о том, что вина в совершении дорожно-транспортного происшествия должна быть возложена на обе стороны возникшего спора.

Таким образом, между бездействием водителей ФИО2 и ФИО16 в части невыполнения требований указанных выше пунктов ПДД РФ и произошедшим ДТП имеется причинно-следственная связь, в связи с чем, вопреки доводам сторон, суд приходит к выводу о том, что действия обоих участников ДТП способствовали его совершению в равной степени, в связи с чем устанавливает вину указанных лиц следующим образом: степень вины водителя ФИО2 - 50 %, степень вины водителя ФИО16 - 50 %.

В соответствии с п.1 ст.929 ГК РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

В силу п.4 ст.931 ГК РФ в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

Правоотношения в сфере обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств регулируются Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ №40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – Закон об ОСАГО), согласно п.1 ст.6 которого объектом обязательного страхования являются имущественные интересы, связанные с риском гражданской ответственности владельца транспортного средства по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства на территории Российской Федерации.

В соответствии со ст.7 Закона об ОСАГО страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая (независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, составляет в части возмещения вреда, причиненного имуществу одного потерпевшего, не более 400 тысяч рублей.

Потерпевший вправе предъявить страховщику требование о возмещении вреда, причиненного его жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортного средства, в пределах страховой суммы, установленной данным Федеральным законом, путем предъявления страховщику заявления о страховом возмещении или прямом возмещении убытков и документов, предусмотренных правилами обязательного страхования (п.1 ст.12 Закона об ОСАГО).

Кроме того, статьей 12 Закона об ОСАГО предусмотрено, что страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется (за исключением случаев, установленных п. 16.1 этой статьи) в соответствии с п. 15.2 или п. 15.3 указанной статьи путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего (возмещение причиненного вреда в натуре).

Страховщик после осмотра поврежденного транспортного средства потерпевшего и (или) проведения его независимой технической экспертизы выдает потерпевшему направление на ремонт на станцию технического обслуживания и осуществляет оплату стоимости проводимого такой станцией восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего в размере, определенном в соответствии с единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, с учетом положений абзаца второго п. 19 этой же статьи.

Порядок расчета страховой выплаты установлен статьей 12 Закона об ОСАГО, согласно которой размер подлежащих возмещению страховщиком убытков в случае повреждения имущества определяется в размере расходов, необходимых для приведения его в состояние, в котором оно находилось до момента наступления страхового случая (пункт 18); к указанным расходам относятся также расходы на материалы и запасные части, необходимые для восстановительного ремонта, расходы на оплату работ, связанных с таким ремонтом; размер расходов на запасные части определяется с учетом износа комплектующих изделий (деталей, узлов и агрегатов), подлежащих замене при восстановительном ремонте; размер расходов на материалы и запасные части, необходимые для восстановительного ремонта транспортного средства, расходов на оплату связанных с таким ремонтом работ и стоимость годных остатков определяются в порядке, установленном Банком России (п. 19).

Такой порядок установлен Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной Положением Банка России от ДД.ММ.ГГГГ №-П.

В результате рассматриваемого ДТП автомобилю «Тойота Лэнд Крузер», государственный регистрационный знак №, принадлежащему истцу на праве собственности, причинены механические повреждения (т.1 л.д.46-49).

На момент дорожно-транспортного происшествия автогражданская ответственность водителя ФИО16 была застрахована в АО «СОГАЗ», водителя ФИО2 – в АО «АльфаСтрахование».

ДД.ММ.ГГГГ истец в порядке прямого возмещения убытков обратился в АО «АльфаСтрахование» с заявлением об осуществлении страхового возмещения путем организации и оплаты восстановительного ремонта поврежденного ТС (т.1 л.д.13-14).

ДД.ММ.ГГГГ АО «АльфаСтрахование» (страховщик) произвело выплату страхового возмещения в пользу ФИО2 в размере установленного законом лимита 400 000 руб., в связи с событием, имевшим место ДД.ММ.ГГГГ с участием ТС «Тойота Лэнд Крузер», государственный регистрационный знак №, по договору страхования (полис) № (т.1 л.д.193).

Согласно ст.1072 ГК РФ юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Как разъяснено в п.63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда надлежащее страховое возмещение является недостаточным для полного возмещения причиненного вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064, статья 1072, пункт 1 статьи 1079, статья 1083 ГК РФ). К правоотношениям, возникающим между причинителем вреда, застраховавшим свою гражданскую ответственность в соответствии с Законом об ОСАГО, и потерпевшим в связи с причинением вреда жизни, здоровью или имуществу последнего в результате дорожно-транспортного происшествия, положения Закона об ОСАГО, а также Методики не применяются.

Суд может уменьшить размер возмещения ущерба, подлежащего выплате причинителем вреда, если последним будет доказано или из обстоятельств дела с очевидностью следует, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ восстановления транспортного средства либо в результате возмещения потерпевшему вреда с учетом стоимости новых деталей произойдет значительное улучшение транспортного средства, влекущее существенное и явно несправедливое увеличение его стоимости за счет причинителя вреда.

Давая оценку положениям Закона об ОСАГО во взаимосвязи с положениями главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от ДД.ММ.ГГГГ №-П указал, что требование потерпевшего (выгодоприобретателя) к страховщику о выплате страхового возмещения в рамках договора обязательного страхования является самостоятельным и отличается от требований, вытекающих из обязательств вследствие причинения вреда. Различия между страховым обязательством, где страховщику надлежит осуществить именно страховое возмещение по договору, и деликтным обязательством непосредственно между потерпевшим и причинителем вреда обусловливают разницу в самом их назначении и, соответственно, в условиях возмещения вреда. Смешение различных обязательств и их элементов, одним из которых является порядок реализации потерпевшим своего права, может иметь неблагоприятные последствия с ущемлением прав и свобод стороны, в интересах которой установлен соответствующий гражданско-правовой институт, в данном случае - для потерпевшего. И поскольку обязательное страхование гражданской ответственности владельцев транспортных средств не может подменять собой и тем более отменить институт деликтных обязательств, как определяют его правила главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, применение правил указанного страхования не может приводить к безосновательному снижению размера возмещения, которое потерпевший вправе требовать от причинителя вреда.

Взаимосвязанные положения ст.15, п.1 ст.1064, ст.1072 и п.1 ст.1079 ГК РФ по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования и во взаимосвязи с положениями Закона об ОСАГО предполагают возможность возмещения лицом, гражданская ответственность которого застрахована по договору ОСАГО, потерпевшему, которому по указанному договору выплачено страховое возмещение в размере, исчисленном в соответствии с Единой методикой с учетом износа подлежащих замене деталей, узлов и агрегатов транспортного средства, имущественного вреда по принципу полного его возмещения, если потерпевший надлежащим образом докажет, что действительный размер понесенного им ущерба превышает сумму полученного страхового возмещения.

При этом лицо, к которому потерпевшим предъявлены требования о возмещении разницы между страховой выплатой и фактическим размером причиненного ущерба, не лишено права ходатайствовать о назначении соответствующей судебной экспертизы, о снижении размера возмещения и выдвигать иные возражения. В частности, размер возмещения, подлежащего выплате лицом, причинившим вред, может быть уменьшен судом, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Согласно п.п. 3, 4 ст.1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Поскольку в силу п.5 ст.10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, обязанность доказать факт злоупотребления потерпевшим права при получении страхового возмещения в денежной форме должна быть возложена на причинителя вреда, выдвигающего такие возражения.

При реализации потерпевшим права на получение страхового возмещения, в том числе в случаях, предусмотренных пунктом 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО, с причинителя вреда в пользу потерпевшего подлежит взысканию разница между фактическим размером ущерба и надлежащим размером страховой выплаты. Реализация потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, в том числе и в случае, предусмотренном подпунктом «д» пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО, является правомерным поведением и сама по себе не может расцениваться как злоупотребление правом.

Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности (ч.2 ст.1079 ГК РФ).

Предусмотренное ст.1079 ГК РФ законное владение предполагает не только получение согласия собственника на передачу управления транспортным средством третьему лицу, но и отсутствие обстоятельств, препятствующих допуску такого третьего лица к управлению автомобилем. Освобождение владельца от ответственности возможно лишь в случае отсутствия его вины в противоправном изъятии источника повышенной опасности.

Пунктом 2 ст.209 ГК РФ определено, что совершение собственником по своему усмотрению в отношении принадлежащего ему имущества любых действий не должно противоречить закону и иным правовым актам и нарушать права и охраняемые законом интересы других лиц.

В п.19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» также разъяснено, что под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

При толковании названной выше нормы материального права и возложении ответственности по ее правилам следует исходить из того, в чьем законном фактическом пользовании находился источник повышенной опасности в момент причинения вреда. Владелец источника повышенной опасности освобождается от ответственности, если тот передан в техническое управление с надлежащим юридическим оформлением. В этой же норме законодатель оговорил, что освобождение владельца от ответственности возможно лишь в случае отсутствия его вины в противоправном изъятии источника повышенной опасности.

Таким образом, субъектом ответственности за причинение вреда источником повышенной опасности является лицо, которое обладало гражданско-правовыми полномочиями по использованию соответствующего источника повышенной опасности и имело источник повышенной опасности в своем реальном владении, использовало его на момент причинения вреда.

Следовательно, для возложения на лицо обязанности по возмещению вреда, причиненного источником повышенной опасности, необходимо установление его юридического и фактического владения источником повышенной опасности, на основании представленных суду доказательств, виды которых перечислены в ст.55 ГПК РФ.

Из пункта 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ» следует, что применяя статью 15 ГК РФ, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством.

Согласно п.13 названного Постановления Пленума Верховного Суда Российской, если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения; размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Гражданский кодекс Российской Федерации провозглашает принцип полного возмещения вреда. Защита права потерпевшего посредством полного возмещения вреда, предполагающая право потерпевшего на выбор способа возмещения вреда, должна обеспечивать восстановление нарушенного права потерпевшего.

Ограничение права потерпевшего на возмещение ущерба в полном объеме, связанные с физическим состоянием, в котором находилось имущество в момент причинения ему вреда, противоречат законоположениям ст.15 ГК РФ о полном возмещении убытков, поскольку необходимость расходов, которые потерпевший понесет для восстановления имущества, в данном случае автомобиля, вызвана исключительно действиями ответчиков.

Согласно материалам дела транспортное средство «КАМАЗ», государственный регистрационный знак №, при управлении которым в результате ДТП от ДД.ММ.ГГГГ истцу был причинен материальный ущерб, принадлежит ООО «Газпром Трансгаз Томск» (т.1 л.д.118).

ДД.ММ.ГГГГ водитель ФИО16 управлял указанным транспортным средством, являясь работником названного юридического лица.

Обстоятельства управления данным транспортным средством указанным водителем с согласия собственника ТС – ООО «Газпром Трансгаз Томск» ни ответчиком, ни иными лицами, участвующими в деле, не оспаривались.

Согласно представленному истцом заключению № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненному ООО «Стандарт Оценка», рыночная стоимость транспортного средства на момент повреждения составляет 3 965 300 руб., стоимость годных остатков составляет 992 200 руб. (том 1 л.д. 52-75).

Таким образом, сумма материального ущерба составил 2 573 073 руб. 89 коп., из расчета рыночная стоимость 3 965 300 руб. минус сумма годных остатков 992 200 руб. минус сумма страхового возмещения 400 000 руб.

Как следует из постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения; размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества (пункт 13).

На основании ст.12 ГПК РФ в ходе судебного разбирательства судом были созданы условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и реализации предоставленных им прав для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств, обеспечено процессуальное равенство сторон.

Однако, изложенные в названном экспертном заключении выводы ответчиком не оспаривались. Ходатайство о проведении по делу судебной оценочной экспертизы с целью установления размера причиненного истцу ущерба ответчиком не заявлялось.

При этом стороной ответчика не доказано, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления причиненных в дорожно-транспортном происшествии автомобилю истца повреждений, из материалов дела указанное с очевидностью не следует.

Оснований сомневаться в объективности заключения ООО «Стандарт Оценка» о размере ущерба, причиненного истцу, у суда не имеется, в связи с чем суд считает возможным принять его в качестве надлежащего доказательства по делу.

В рассматриваемом случае суд, руководствуясь приведенными выше правовыми нормами, исходит из установленных обстоятельств ДТП, признания страховой организацией АО «АльфаСтрахование» случая страховым и выплаты потерпевшему (истцу) в денежной форме страхового возмещения в установленном законом пределе, а также обоснования истцом размера действительного ущерба, превышающего сумму выплаченного в денежной форме страхового возмещения, с учетом заключения № от ДД.ММ.ГГГГ.

Вместе с тем в материалах дела не имеется данных о том, что ответчик ООО «Газпром Трансгаз Томск», как лицо, к которому потерпевшим предъявлены требования о возмещении разницы между страховой выплатой и фактическим размером причиненного ущерба, было лишено права ходатайствовать о назначении соответствующей судебной экспертизы, о снижении размера возмещения с учетом повреждений, причиненных транспортному средству истца в данном ДТП, и выдвигать иные возражения как причинителем вреда, в частности о том, что выплата страхового возмещения в денежной форме вместо осуществления ремонта была неправомерной и носила характер недобросовестного осуществления страховой организацией и потерпевшим гражданских прав.

Суд принимает решение по заявленным истцом требованиям (ч.3 ст.196 ГПК РФ).

При таких обстоятельствах и установленной судом степенью вины сторон в произошедшем ДТП, а также учитывая произведенную АО «АльфаСтрахование» страховую выплату в сумме 400 000 руб., в пользу истца подлежит взысканию ущерб, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия ДД.ММ.ГГГГ, в размере 1 286 536 руб. 95 коп., что составляет 50% от заявленной ко взысканию суммы 2 573 073 руб. 89 коп.

Как разъяснено в п.39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», расходы, подлежащие возмещению при причинении вреда имуществу потерпевшего, включают в себя: восстановительные и иные расходы, обусловленные наступлением страхового случая и необходимые для реализации потерпевшим права на получение страхового возмещения (например, расходы на эвакуацию транспортного средства с места дорожно-транспортного происшествия, хранение поврежденного транспортного средства, доставку пострадавшего в лечебное учреждение, расходы по оплате нотариальных услуг, почтовые расходы на направление потерпевшим заявления о страховой выплате и т.д.).

Поскольку в данном случае страховое возмещение не покрывает расходы по эвакуации автомобиля истца с места ДТП, понесенные ФИО2 затраты в данной части в размере 60 000 руб., подтвержденные представленной в материалы дела копией чека от ДД.ММ.ГГГГ, подлежат взысканию с ответчика в пользу истца в сумме 30 000 руб. (50% от 60 000 руб.) (т.2 л.д.163).

В соответствии с ч.1 ст.88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

К издержкам, связанным с рассмотрением дела, в том числе, относятся: суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам; расходы на оплату услуг представителей; другие признанные судом необходимыми расходы (ст.94 ГПК РФ).

В силу ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 данного Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно ст.100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение, подлежат возмещению другой стороной, расходы по оплате услуг представителя в разумных пределах.

Согласно п.п. 2, 11 - 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», расходы, понесенные истцом в связи с собиранием доказательств до предъявления иска в суд могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости.

Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 АПК РФ).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 (доверитель) и ФИО17 (поверенный) заключили договор об оказании правовой помощи, предметом которого являлись: консультация, подготовка искового заявления по иску к ООО «Газпром Трансгаз Томск» о возмещении материального ущерба причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, его направление в адрес суда и сторонам по делу (п.1 договора). Размер вознаграждения Поверенного составляет 100 000 руб. (п.2.1 договора), оплата услуг поверенного в указанной сумме подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру № от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.16, 17; т.2 л.д.24-25).

Таким образом, расходы истца по оплате юридических услуг составили 100 000 руб.

Принимая во внимание характер спора, фактические обстоятельства и сложность гражданского дела, длительность его рассмотрения, срочность оказания услуг, степень процессуальной активности представителя, состав и объем фактически проведенной представителем профессиональной юридической помощи, качество и результат предоставленных услуг, сложившуюся в регионе стоимость оплаты конкретных юридических услуг, учитывая принципы соразмерности расходов, баланс интересов сторон, а также положения ст.98 ГПК РФ, суд приходит к выводу о разумности и обоснованности в данном случае судебных издержек на оплату услуг представителя в сумме 65 000 руб., которые подлежат взысканию с ответчика в размере пропорциональной удовлетворенным требованиям, то есть 50% от указанной суммы – 32 500 руб.

В основу суммы взысканного судом материального ущерба положен представленный истцом отчет ООО «Стандарт Оценка», отвечающий требованиям относимости и допустимости.

Расходы истца на оплату услуг по оценке ущерба составили 15 000 руб., которые суд находит подлежащими взысканию с ответчика пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований в размере 7 500 руб.

Помимо указанного экспертного заключения, ФИО2 понес расходы на оплату судебно-экспертных услуг по составлению специалистами ООО НИЦ «Экспертиза» автотехнического исследования обстоятельств дорожно-транспортного происшествия в сумме 50 000 руб., что подтверждается представленными в материалы дела квитанцией к приходному кассовому ордеру № от ДД.ММ.ГГГГ и договором об оказании судебно-экспертных услуг от ДД.ММ.ГГГГ (т.2 л.д. 21а-23).

Указанные расходы являются необходимыми и связанными с рассмотрением дела, в связи с чем также подлежат взысканию в пользу истца с ответчика в сумме 25 000 руб. (50 000 руб. х 50%).

Вместе с тем, в соответствии со ст.98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины в размере 10 532 руб. 50 коп., что составляет 50% от уплаченной им при обращении с настоящим иском в суд государственной пошлины в сумме 21 065 руб.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Газпром Трансгаз Томск» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу ФИО2 (паспорт гражданина РФ №), родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>а Камчатской <адрес>, материальный ущерб, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 1 286 536 руб. 95 коп., расходы на эвакуацию транспортного средства в размере 30 000 руб., судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 32 500 руб., услуг по составлению заключения по расчету стоимости восстановительного ремонта транспортного средства в размере 7 500 руб., услуг по составлению заключения специалиста в размере 25 000 руб., расходы на уплату государственной пошлины в размере 10 532 руб. 50 коп., а всего взыскать 1 392 069 руб. 45 коп.

В удовлетворении иска и заявления о взыскании судебных издержек в остальной части отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Камчатский краевой суд через Петропавловск-Камчатский городской суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 30 декабря 2025 года.

Судья М.В. Аксюткина