ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КРЫМ
Материал № 3/14-113/2023
Производство № 22к-3404/2023
Судья 1-ой инстанции – ФИО1
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ
20 октября 2023 года г. Симферополь
Верховный Суд Республики Крым в составе:
председательствующего судьи – Цораевой Ю.Н.,
при секретаре – Полюк В.С.,
с участием прокурора – Челпановой О.В.,
защитника – Брановского М.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании материалы дела по апелляционным жалобам адвокатов Брановского Михаила Владимировича, Алексеевой Татьяны Владимировны на постановление Киевского районного суда г. Симферополя Республики Крым от 05 октября 2023 года, которым
ФИО3, родившемуся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданину Российской Федерации, имеющему высшее образование, работающему заместителем генерального директора ООО «<данные изъяты>», заместителем директора ООО «<данные изъяты>», холостому, имеющему на иждивении троих малолетних детей, зарегистрированному по адресу: <адрес>, проживающему по адресу: <адрес>, ранее не судимому,
была избрана мера пресечения в виде запрета определенных действий,
УСТАНОВИЛ:
ДД.ММ.ГГГГ в Киевский районный суд г. Симферополя Республики Крым поступило на рассмотрение постановление старшего следователя отделения по расследованию тяжких преступлений против собственности, совершенных организованными группами, следственной части по расследованию организованной преступной деятельности СУ УМВД России по г. Симферополю старшего лейтенанта юстиции ФИО8 с ходатайством об избрании обвиняемому ФИО3 меры пресечения в виде запрета определенных действий.
Согласно материалу к данному постановлению, в производстве СУ УМВД России по г. Симферополю находится уголовное дело № по обвинению ФИО3 в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 173.1, ч. 1 ст. 173.1 УК РФ.
ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 задержан в порядке ст. ст. 91, 92 УПК РФ, и ему предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 173.1, ч. 1 ст. 173.1 УК РФ.
Постановлением Киевского районного суда г. Симферополя Республики Крым от 05 октября 2023 года ФИО3 была избрана мера пресечения в виде запрета определенных действий, с возложением запретов: - общаться с лицами, проходящими по настоящему уголовному делу в качестве свидетелей, за исключением защитников, а также близких родственников, круг которых определен законом; - использовать средства связи и информационно-телекоммуникационную сеть «Интернет», за исключением вызова скорой медицинской помощи, сотрудников правоохранительных органов, аварийно-спасательных служб, в случае возникновения чрезвычайных ситуации, а также для общения с контролирующим органом, следователем, судом и адвокатом, о каждом таком звонке сообщать контролирующему органу. Возложена обязанность самостоятельно являться по вызовам следователя и суда.
Не согласившись с данным постановлением, защитник обвиняемого – адвокат Алексеева Т.В. подала апелляционную жалобу, в которой просит обжалуемое постановление суда отменить.
Свои требования адвокат Алексеева Т.В. мотивируют тем, что постановление суда является незаконным и необоснованным, в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона.
Защитник полагает, что суд первой инстанции не учел, что ФИО3 как трудоустроенное лицо должен выполнять трудовую деятельность в ранее занимаемой им должности (заместитель генерального директора ООО «<данные изъяты>», заместитель генерального директора ООО <данные изъяты>»).
Отмечает, что из представленных следователем суду материалов не следует, что ФИО3 отстранен от должности, следовательно, имеет право осуществлять трудовую деятельность.
Кроме того, обстоятельств, свидетельствующих о необходимости возложения запретов на использование средств связи, несмотря на трудоустройство обвиняемого, следователем не представлено.
Обращает внимание на то, что для выполнения трудовых функций ФИО3 необходима телефонная связь и выход в интернет, поскольку в должностные обязанности входит ведение переговоров, переписка с подчинёнными, контрагентами, государственными и контролирующими деятельность предприятий органами, муниципальными организациями.
Считает, что в суде первой инстанции не нашли подтверждения доводы следователя о принятии ФИО3 действий, направленных на оказание какого-либо давления на свидетелей по уголовному делу, сокрытие письменных доказательств, а также не представлено заявлений о возможных угрозах.
Полагает, что обжалуемое постановление суда принято судом первой инстанции без учета положений п. 3 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ о необходимости определения конкретных лиц, с которыми запрещено общаться, а также судом не установлены конкретные фактические обстоятельства, послужившие основанием для принятия оспариваемого судебного акта.
Также, защитник считает, что судом первой инстанции не проверена обоснованность подозрения в причастности ее подзащитного к инкриминируемым преступлениям, а ссылка суда на наличие у органов предварительного расследования достаточных данных о том, что лицо причастно к совершенным преступлениям, является формальной.
В апелляционной жалобе защитник обвиняемого – адвокат Брановский М.В. просит обжалуемое постановление суда первой инстанции отменить, в удовлетворении ходатайства следователя об избрании его подзащитному меры пресечения в виде запрета определенных действий отказать.
Свои требования адвокат Брановский М.В. мотивирует тем, что постановление суда является незаконным и необоснованным,
Отмечает, что доводами, послужившими основанием для принятия судом решения о возложении на ФИО3 запретов, является предположение следователя о влиянии ФИО3 на свидетелей ФИО9 и ФИО10, которые признательные показания поменяли в присутствии своих защитников, на полное отрицание, как своей вины, так и причастности ФИО3 к инкриминируемому ему преступлению, а также возможность, в случае признания судом ФИО3 виновным, назначения наказания в виде лишения свободы сроком до трёх лет.
Защитник указывает, что при рассмотрении вопроса об избрании ФИО3 меры пресечения в виде запрета определённых действий стороной обвинения никакие документально подтверждённые фактические данные и сведения, указанные в ч. 1 ст. 97 УПК РФ, представлены не были, и, соответственно, не были проверены и установлены судом первой инстанции.
Обращает внимание на то, что суд первой инстанции способ защиты других свидетелей (обвиняемых) в части изменения показаний расценил, как оказание на них давления ФИО3, при этом ни одного рапорта или жалобы этих лиц стороной обвинения суду представлено не было.
Указывает, что суд первой инстанции, устанавливая запрет общаться с лицами, проходящими по настоящему уголовному делу в качестве свидетелей, не дал оценку тому, что материалы ходатайства следователя не содержат описания круга свидетелей, с которыми ФИО3 запрещено общаться.
Также защитник отмечает, что расследование настоящего уголовного дела не окончено, материалы уголовного дела, в порядке ст. 217 УПК РФ, ни ему, ни его подзащитному не предоставлялись, в связи с чем, суд первой инстанции не должен был в этой части удовлетворять ходатайство следователя.
Кроме того, защитник выражает несогласие с принятым решением суда первой инстанции в части установления запрета не использовать ФИО3 средства связи и информационно-телекоммуникационную сеть «Интернет» в целом, поскольку ФИО3 трудоустроен, занимает руководящие должности, что сопряженно с общением, как по телефону, так и при помощи информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».
Защитник полагает, что запрет на использования средств связи фактически является запретом на осуществление трудовой деятельности, что негативным образом отразится на материальном обеспечении несовершеннолетних детей, которые находятся на иждивении ФИО3
Выслушав защитника обвиняемого – адвоката Брановского М.В., поддержавшего доводы, изложенные в апелляционных жалобах, прокурора, возражавших против их удовлетворения, изучив материалы дела и доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции находит их подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.
В соответствии со ст. 389.9 УПК РФ, суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам, представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора, законность и обоснованность иного решения суда первой инстанции.
Согласно ст. 105.1 УПК РФ, запрет определенных действий в качестве меры пресечения избирается по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения и заключается в возложении на подозреваемого или обвиняемого обязанностей своевременно являться по вызовам дознавателя, следователя или в суд, соблюдать один или несколько запретов, предусмотренных частью шестой настоящей статьи, а также в осуществлении контроля за соблюдением возложенных на него запретов. Запрет определенных действий может быть избран в любой момент производства по уголовному делу.
Запрет определенных действий в качестве меры пресечения применяется в порядке, установленном статьей 108 настоящего Кодекса (за исключением требований, связанных с видом и размером наказания, квалификацией преступления, возрастом подозреваемого или обвиняемого), и с учетом особенностей, определенных настоящей статьей.
В соответствии со ст. 97 УПК РФ, дознаватель, следователь, а также суд в пределах предоставленных им полномочий вправе избрать обвиняемому, подозреваемому одну из мер пресечения, предусмотренных настоящим Кодексом, при наличии достаточных оснований полагать, что обвиняемый, подозреваемый скроется от дознания, предварительного следствия или суда, может продолжить заниматься преступной деятельностью, может угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства, либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.
Принимая указанное решение, суд первой инстанции, не входя в обсуждение вопросов, подлежащих разрешению при рассмотрении уголовного дела по существу, правильно указал, что органами предварительного расследования ФИО3 обоснованно подозревается в причастности к совершению преступлений небольшой тяжести, в сфере экономической деятельности, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы сроком до трех лет, что подтверждается приложенными к постановлению материалами.
Вопреки доводам жалоб, в постановлении суда указаны конкретные фактические обстоятельства, которые послужили основанием для избрания обвиняемому меры пресечения в виде запрета определенных действий.
Кроме того, судом первой инстанции были учтены данные о личности ФИО3, который является гражданином Российской Федерации, не женат, имеет на иждивении троих несовершеннолетних детей, зарегистрирован в ином регионе – в <адрес>, имеет место фактического проживания на территории Республики ФИО4, ранее не судим, а также учтено, что он обоснованно подозревается в причастности к совершению преступлений небольшой тяжести, согласно информации, полученной от представителя следственного органа, ряд свидетелей по уголовному делу в отношении ФИО3 изменили свои показания; вследствие чего суд сделал правильный вывод о том, что ФИО3 может оказать воздействие на свидетелей, тем самым воспрепятствовать производству по уголовному делу.
Сведения о наличии у обвиняемого ФИО3 места постоянного жительства в <адрес>, наличии семейных и социальных связей, трудоустройства не уменьшают возможность последнего оказать воздействие на свидетелей, тем самым воспрепятствовать производству по уголовному делу, выполнению процессуальных решений, и не могут быть гарантом обеспечения его надлежащего поведения в будущем.
С учётом вышеизложенных сведений, суд первой инстанции пришёл к верному выводу о том, что применение к ФИО3 меры пресечения в виде запрета определённых действий, с возложением обязанности, указанной в ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ, будет способствовать обеспечению его правопослушного поведения и эффективного хода уголовного производства, то есть помешает ФИО3 оказать воздействие на свидетелей, тем самым воспрепятствовать производству по уголовному делу, что соответствует положениям п. 3 ч. 1 ст. 97 УПК РФ.
Суд апелляционной инстанций также соглашается с выводом суда первой инстанции, что избрание меры пресечения в виде запрета определенных действий, с учетом наложенных на обвиняемого запретов, будет являться достаточной гарантией надлежащего процессуального поведения обвиняемого и обеспечит выполнение всех процессуальных действий, изложенных следователем в ходатайстве.
Возложенный судом первой инстанции на обвиняемого запрет общаться с лицами, проходящими по настоящему уголовному делу в качестве свидетелей, соответствует требованиям ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ, направлен на обеспечение интересов правосудия, и по своему виду и характеру не противоречит общепризнанным принципам, нормам международного права и принципам гуманизма, установленным УПК РФ.
Требования уголовно-процессуального закона, регламентирующие условия и порядок избрания меры пресечения в виде запрета определенных действий, по настоящему делу не нарушены.
Как установлено судом, постановление о возбуждении перед судом ходатайства об избрании меры пресечения обвиняемому ФИО3 вынесено компетентным лицом - старшим следователем отделения по расследованию тяжких преступлений против собственности, совершенных организованными группами, следственной части по расследованию организованной преступной деятельности СУ УМВД России по г. Симферополю старшим лейтенантом юстиции ФИО8, с согласия руководителя следственного органа – начальника СЧ по РОПД СУ УМВД России по г. Симферополю майора юстиции ФИО11
Рассмотрение судом первой инстанции ходатайства следователя осуществлено в соответствии с установленной процедурой судопроизводства, с соблюдением прав обвиняемого, и полностью соответствует ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации, предусматривающей ограничение федеральным законом прав и свобод человека и гражданина в той мере, в какой это необходимо в целях защиты нравственности, здоровья, прав и законных интересов других граждан.
Из протокола и аудиозаписи судебного заседания следует, что судебное разбирательство проведено с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон, суд первой инстанции объективно оценил доводы всех участников процесса, предоставив сторонам обвинения и защиты равные возможности для реализации своих прав.
Судом первой инстанции были проанализированы все материалы дела и сделан правильный вывод о том, что установлено достаточно обстоятельств, предусмотренных ст. ст. 97, 99, 105.1 и 107 УПК РФ, необходимых для избрания обвиняемому ФИО3 меры пресечения в виде запрета определенных действий.
Данных, свидетельствующих о том, что обвиняемый ФИО3 по состоянию здоровья не может выполнять установленные ст. 105.1 УПК РФ запреты, судом не установлено.
Также несостоятельными являются утверждения защитников о том, что суд первой инстанции в обжалуемом постановлении не указал ни одного конкретного обстоятельства и подтверждающего доказательства, обосновывающего необходимость избрания ФИО3 меры пресечения в виде запрета определенных действий. Так, в обоснование заявленного ходатайства следователем были представлены материалы, которые были предметом исследования в суде первой инстанции, что подтверждается протоколом и аудиозаписью судебного заседания. Исходя из данных материалов, суд обоснованно пришел к выводу о необходимости избрания ФИО3 меры пресечения в виде запрета определенных действий и не нашел оснований для применения в отношении обвиняемого иной меры пресечения.
Обоснованность имеющихся в отношении ФИО3 подозрений в причастности к совершению преступлений была проверена судом первой инстанции, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции.
Доводы защитников о том, что материалы ходатайства следователя не содержат описания круга свидетелей, с которыми ФИО3 запрещено общаться, являются несостоятельными, поскольку противоречат нормам уголовно – процессуального закона.
Следовательно, доводы, изложенные в апелляционных жалобах защитников, в части отмены избранной меры пресечения, являются несостоятельными, а выводы суда первой инстанции - законными, обоснованными и соответствующими требованиям норм УПК Российской Федерации, и разъяснениям, изложенным в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 41 от 19 декабря 2013 года «О практике применении судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий».
Вместе с тем, суд апелляционной инстанции находит заслуживающими внимания доводы апелляционных жалоб защитников в части необоснованного установления судом первой инстанции обвиняемому запрета использовать средства связи и информационно-телекоммуникационную сеть «Интернет», по следующим основаниям.
Как усматривается судом апелляционной инстанции, суд первой инстанции установил ФИО3 запрет на использование средств связи и информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».
Между тем, необходимость наложения указанного выше запрета не была мотивирована ни следователем в представленном материале к ходатайству об избрании меры пресечения, ни судом первой инстанции в обжалуемом постановлении, доказательств, подтверждающих обоснованность и необходимость возложения данного запрета на ФИО3, материалы дела также не содержат, в связи чем он подлежит исключению.
Поскольку данные изменения не ухудшают положение обвиняемого и не требуют дополнительного исследования, они могут быть внесены судом апелляционной инстанции без возвращения дела на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции.
На основании изложенного, и руководствуясь ст. ст. 105.1, 107, 108, 389.13, 389.19-389.20, 389.26, 389.28, 389.33, 389.35 УПК РФ, суд
ПОСТАНОВИЛ:
Постановление Киевского районного суда г. Симферополя Республики Крым от 05 октября 2023 года об избрании в отношении ФИО3 меры пресечения в виде запрета определенных действий - изменить.
Исключить из резолютивной части постановления указание на запрет использования средств связи и информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».
В остальной части постановление суда оставить без изменения, а апелляционные жалобы адвокатов Брановского Михаила Владимировича, Алексеевой Татьяны Владимировны – без удовлетворения.
Апелляционное постановление вступает в законную силу со дня его вынесения, но может быть обжаловано в порядке главы 47.1 УПК РФ.
Судья Ю.Н. Цораева