Дело №2-3422/2022 17 октября 2022 года

29RS0014-01-2022-004298-93

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Ломоносовский районный суд города Архангельска в составе

председательствующего судьи Ждановой А.А.,

при секретаре судебного заседания Максимовой А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Архангельске гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному учреждению – Отделение Пенсионного фонда Российской Федерации по Архангельской области и Ненецкому автономному округу о признании незаконным решения, взыскании удержанных денежных средств,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Государственному учреждению – Отделение Пенсионного фонда Российской Федерации по Архангельской области и Ненецкому автономному округу о признании незаконным решения <№> от 16 марта 2022 года, взыскании удержанных денежных средств в размере 8 767 руб.

В обоснование требований истец указал, что ей выплачивалась повышенная фиксированная выплата к страховой пенсии на иждивенца – дочь ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, студентку 2 курса очной формы обучения факультета сервиса, туризма и гостеприимства Санкт-Петербургского государственного экономического университета. В апреле 2022 года истцом получено письмо от пенсионного органа с сообщением о том, что выявлена излишне выплаченная повышенная фиксированная выплата к страховой пенсии по старости в сумме 8 767 руб. 20 коп. за период с 01 декабря 2021 года по 31 марта 2022 года по причине выявления факта отсутствия нахождения на иждивении ФИО2, в связи с ее трудоустройством в ноябре 2021 года. На основании этого вынесено решение <№> от 16 марта 2022 года о взыскании сумм страховой пенсии по старости, излишне выплаченных пенсионеру. Полагая данное решение незаконным, поскольку постоянным и основным источником средств к существованию ФИО2 являются доходы истца, ФИО1 обратилась в суд с заявленными требованиями.

В судебном заседании истец поддержала заявленные требования по аналогичным основаниям. Пояснила, что в спорный период (до марта 2022 года) дочь истца проживала совместно с ней, поскольку учеба проходила в дистанционном режиме, истец несет расходы на обучение дочери, оплачивает коммунальные услуги за жилое помещение, где проживает ее дочь, переводит на счет дочери денежные средства для ее проживания.

Представитель ответчика в судебном заседании возражал против удовлетворения иска по основаниям, указанным в отзыве на иск.

Заслушав стороны, исследовав письменные материалы дела, обозрев пенсионное дело ФИО1 <№>, суд приходит к следующему.

Согласно Конституции Российской Федерации в Российской Федерации как в правовом и социальном государстве, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека (преамбула; ст. 1; статья 7, часть 1) охраняется труд и здоровье людей, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты; в Российской Федерации материнство и детство, семья находятся под защитой государства; забота о детях, их воспитание - равное право и обязанность родителей (статья 38, части 1 и 2); каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (статья 39, часть 1).

Принцип социального государства, относящийся к основам конституционного строя Российской Федерации, обязывает публичную власть надлежащим образом осуществлять государственную поддержку семьи, материнства, отцовства и детства, устанавливать государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты на основе общепринятых в правовом и социальном государстве стандартов и гуманитарных ценностей. Такой подход согласуется с Конвенцией о правах ребенка, одобренной Генеральной Ассамблеей ООН 20 ноября 1989 года (статьи 3, 18, 26 и 27), указывающей на необходимость оказания государствами-участниками надлежащей помощи родителям и законным опекунам, в том числе через систему социального обеспечения, в выполнении ими своих обязанностей по воспитанию детей в целях обеспечения ребенку (детям) такой защиты и заботы, которые необходимы для его (их) благополучия.

Перечень случаев (социальных рисков), с которыми Конституция Российской Федерации связывает право на социальное обеспечение, не является исчерпывающим. Относя установление таких случаев к сфере регулирования законом, Конституция Российской Федерации тем самым подтверждает обязанность государства гарантировать гражданам социальное обеспечение при наступлении не только названных в ее статье 39, но и других социальных рисков, признаваемых законодателем в качестве основания для его предоставления.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в Постановлении от 03 июня 2004 года № 11-П, важнейшим элементом социального обеспечения является пенсионное обеспечение. Конституционное право на социальное обеспечение включает право на получение пенсии в определенных законом случаях и размерах. При этом Конституция Российской Федерации непосредственно не предусматривает конкретные условия и порядок предоставления пенсий, - государственные пенсии и социальные пособия, согласно ее статье 39 (часть 2), устанавливаются законом.

Основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии установлены Федеральным законом от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (далее – Закон № 400-ФЗ).

Согласно части 1 статьи 16 Закона № 400-ФЗ фиксированная выплата к страховой пенсии по старости лицам (за исключением лиц, являющихся получателями пенсии за выслугу лет либо пенсии по инвалидности в соответствии с Законом Российской Федерации от 12 февраля 1993 года № 4468-1 «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, войсках национальной гвардии Российской Федерации, органах принудительного исполнения Российской Федерации, и их семей», а также лиц, указанных в пункте 7 статьи 3 Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации»), к страховой пенсии по инвалидности (за исключением фиксированной выплаты к страховой пенсии по инвалидности инвалидам III группы) устанавливается в сумме 4 982 рубля 90 копеек в месяц.

Как указано в части 3 статьи 17 Закона № 400-ФЗ, лицам, на иждивении которых находятся нетрудоспособные члены семьи, указанные в пунктах 1, 3 и 4 части 2 статьи 10 настоящего Федерального закона, повышение фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости и к страховой пенсии по инвалидности устанавливается в сумме, равной одной третьей суммы, предусмотренной частью 1 статьи 16 настоящего Федерального закона, на каждого нетрудоспособного члена семьи, но не более чем на трёх нетрудоспособных членов семьи.

Таким образом, установленное частью 3 статьи 17 Закона № 400-ФЗ повышение фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости и к страховой пенсии по инвалидности представляет собой способ материальной компенсации иждивенческой нагрузки получателя соответствующей пенсии, а потому право на повышенную фиксированную выплату к страховой пенсии по старости и к страховой пенсии по инвалидности связывается законодателем с фактом наличия на иждивении у лица, получающего такую пенсию, нетрудоспособного члена семьи, относящегося к какой-либо из предусмотренных законом категорий.

Согласно части 1 статьи 10 Закона № 400-ФЗ право на страховую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (за исключением лиц, совершивших уголовно наказуемое деяние, повлекшее за собой смерть кормильца и установленное в судебном порядке).

В силу части 2 статьи 10 Закона № 400-ФЗ к нетрудоспособным членам семьи умершего кормильца относятся: 1) дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца, не достигшие возраста 18 лет, а также дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца, обучающиеся по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, в том числе в иностранных организациях, расположенных за пределами территории Российской Федерации, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет или дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца старше этого возраста, если они до достижения возраста 18 лет стали инвалидами. При этом братья, сестры и внуки умершего кормильца признаются нетрудоспособными членами семьи при условии, что они не имеют трудоспособных родителей; 2) один из родителей или супруг либо дедушка, бабушка умершего кормильца независимо от возраста и трудоспособности, а также брат, сестра либо ребенок умершего кормильца, достигшие возраста 18 лет, если они заняты уходом за детьми, братьями, сестрами или внуками умершего кормильца, не достигшими 14 лет и имеющими право на страховую пенсию по случаю потери кормильца в соответствии с пунктом 1 настоящей части, и не работают; 3) родители и супруг умершего кормильца, если они достигли возраста 65 и 60 лет (соответственно мужчины и женщины) (с учетом положений, предусмотренных приложением 6 к настоящему Федеральному закону) либо являются инвалидами.

На основании части 3 и части 4 той же статьи закона члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Определении от 30 сентября 2010 года № 1260-О-О, понятие «иждивение» предполагает как полное содержание лица умершим кормильцем, так и получение от него содержания, являвшегося для этого лица основным, но не единственным источником средств к существованию, то есть не исключает наличие у лица (члена семьи) умершего кормильца какого-либо собственного дохода. Факт нахождения на иждивении либо получения существенной помощи от умершего может быть установлен как во внесудебном, так и судебном порядке путём определения соотношения между объёмом помощи, оказываемой погибшим, и собственными доходами иждивенца, и такая помощь может быть признана постоянным и основным источником его средств к существованию.

Таким образом, исходя из вышеуказанных положений закона и разъяснений Конституционного Суда Российской Федерации, для признания факта нахождения на иждивении необходимо установление одновременно двух условий: постоянность источника средств к существованию и установление факта того, что такой источник является основным для существования лица.

Согласно Постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 22 апреля 2020 года № 20-П «По делу о проверке конституционности части 3 статьи 17 Федерального закона «О страховых пенсиях» в связи с жалобой гражданки ФИО3» часть 3 статьи 17 Федерального закона «О страховых пенсиях» признана не соответствующей Конституции Российской Федерации, её статьям 19 (части 1 и 2) и 39 (часть 1), в той мере, в какой она в силу неопределённости нормативного содержания, порождающей на практике неоднозначное её истолкование и, соответственно, возможность произвольного применения, допускает в системе действующего правового регулирования различный подход к решению вопроса о праве родителя инвалида с детства на сохранение после достижения этим инвалидом совершеннолетнего возраста и признания его судом недееспособным повышенной фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости, установленной такому родителю, притом что он фактически продолжает осуществлять необходимые данному инвалиду с детства постоянный уход и помощь (надзор).

Как установлено судом, истец является получателем страховой пенсии по старости с 29 мая 2015 года. С момента назначения пенсии ей установлена повышенная фиксированная выплата к пенсии в связи с нахождением на ее иждивении дочери ФИО2, <Дата> года рождения.

01 декабря 2020 года истцом была представлена в пенсионный орган справка СПбГЭУ от 15 октября 2020 года, согласно которой ФИО2 обучается в данном университете по очной форме обучения с 01 сентября 2020 года, срок окончания обучения – 30 июня 2024 года.

28 февраля 2022 года пенсионным органом вынесено решение <№> об устранении ошибки и приведении размера пенсии истца в соответствие с требованиями закона с 01 декабря 2021 года. Основанием для принятия данного решения послужил факт выполнения ФИО2 в период с ноября 2021 года оплачиваемой работы в МБДОУ «Детский сад <№>».

Протоколом о выявлении излишне выплаченных сумм пенсий от 15 марта 2022 года <№>-ИЖД была выявлена переплата пенсии за период с 01 декабря 2021 года по 31 марта 2022 года в размере 8 767 руб. 20 коп. по причине факта отсутствия нахождения на иждивении в связи с трудоустройством иждивенца истца.

16 марта 2022 года пенсионным органом было приятно решение <№>-ИЖД о взыскании переплаты в сумме 8 767 руб. 20 коп. ежемесячно с 01 апреля 2022 года в размере 20% из пенсии истца до полного погашения.

После предоставления истцом в апреле 2022 года в пенсионный орган документов об обучении ее дочери в указанном университете и расторжения договора оказания услуг с МБДОУ «Детский сад <№>» с 01 мая 2022 года ей произведен перерасчет пенсии с учетом повышенной фиксированной выплаты за иждивенца.

Как следует из материалов дела, ФИО1 является матерью ФИО2, <Дата> года рождения, которая обучается по очной форме обучения по основным образовательным программам в организации, осуществляющей образовательную деятельность.

Из имеющихся в материалах пенсионного дела документов следует, что ФИО2 оказывала услуги МБДОУ Детский сад <№> по гражданско-правовому договору от 16 ноября 2021 года в период с 16 ноября 2021 года по 09 марта 2022 года.

Согласно справкам 2-НДФЛ, доходы ФИО2 от оказания услуг по данному договору составили: в декабре 2021 года – 12 950 руб., в марте 2022 года – 8 702 руб. 40 коп. Таким образом, ее доход составлял менее величины прожиточного минимума, установленного в г.Архангельске.

Размер пенсии истца до марта 2022 года составлял 19 301 руб. 52 коп., что превышает доходы ее дочери. При этом из пояснений истца следует, что доходы по месту ее работы составляют более 100 000 руб. в месяц.

Из представленных истцом чеков АО «Альфа-Банк» следует, что в спорные периоды с декабря 2021 года по март 2022 года истец ежемесячно отдельными платежами переводила на счет дочери в среднем по 12 725 руб. ежемесячно.

Кроме того, ФИО2 обучается в указанном учебном учреждении на платной основе по договору от <Дата>, стоимость обучения за каждый семестр составляет 105 000 руб., данные расходы также оплачиваются истцом, что подтверждается представленным в материалы дела платежным поручением.

При этом судом учитывается, что дочь истца не имела постоянного места работы и дохода, выполняла лишь разовую работу по договору оказания услуг, размер вознаграждения за которую был значительно меньше предоставляемых ей ежемесячно истцом денежных средств и не являлся для нее постоянным и основным источником средств к существованию.

Одно лишь формальное наличие дохода у дочери истца не может явиться основанием для снижения размера пенсионного обеспечения ее родителя за счет уменьшения размера фиксированной выплаты к установленной ей страховой пенсии по старости, поскольку истец, фактически продолжая осуществлять помощь своему достигшему совершеннолетия ребенку в силу биологической и социальной связи со своим ребенком, по-прежнему несет сопряженные с этим значительные материальные затраты в целях поддержания жизнеобеспечения данного ребенка и удовлетворения его нужд и потребностей, которые могут не покрываться за счет доходов данного лица, нетрудоустроенного в силу обучения в учебном заведении по очной форме обучения.

Действительно, в соответствии с ч. 5 ст. 26 Закона № 400-ФЗ пенсионер обязан извещать орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, о наступлении обстоятельств, влекущих за собой изменение размера страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии и размера повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии или прекращение (продление) их выплаты, в том числе об изменении места жительства, не позднее следующего рабочего дня после наступления соответствующих обстоятельств.

Вместе с тем, проанализировав представленные доказательства и нормы права, принимая во внимание, что истец продолжал осуществлять содержание дочери, обучающейся в высшем профессиональном учебном заведении и не достигшей 23 лет, после достижения ею 18 лет, в том числе в спорные периоды, суд приходит к выводу о том, что указанные обстоятельства подтверждают тот факт, что ФИО2 находилась на иждивении ФИО1, которая оказывала своей дочери помощь, которая является для нее постоянным и основным источником средств к существованию, доходы ФИО2 в спорный период, составляющие менее прожиточного минимума в г.Архангельске, не позволяют ей удовлетворить свои жизненные потребности, оплатить обучение, а потому доводы ответчика в части недоказанности истцом указанного обстоятельства суд находит необоснованными, принимая во внимание и то обстоятельство, что положения ч. 3 ст. 17 Закона № 400-ФЗ не ограничивают право на расчет пенсии с учетом иждивенца наличием у последнего самостоятельного дохода. В этой связи несообщение истцом сведений о выполнении дочерью работ по договору оказания услуг нельзя признать уклонением от выполнения предусмотренной законом обязанности, поскольку этот факт с учетом указанных обстоятельств не должен был повлиять на размер повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии истца.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что в период с 01 декабря 2021 года по 31 марта 2022 года у истца на иждивении находилась дочь ФИО2, в связи с чем оспариваемым решением ответчика от 16 марта 2022 года размер переплаты пенсии в сумме 8 767 руб. 20 коп. установлен необоснованно.

Принимая во внимание то обстоятельство, что с 01 апреля 2022 года из пенсии истца производились удержания по 20 % ежемесячно, к судебному заседанию удержано 8 767 руб. 20 коп., что ответчиком не оспаривается, решение ответчика от 16 марта 2022 года в части удержания из пенсии истца суммы 8 676 руб. 20 коп. нельзя признать законным, в связи с чем c ответчика в пользу истца подлежит взысканию сумма 8 767 руб. (в силу ст. 196 ГПК РФ в пределах заявленных требований) как незаконно удержанная.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 (паспорт <№>) к Государственному учреждению – Отделение Пенсионного фонда Российской Федерации по Архангельской области и Ненецкому автономному округу (ИНН <№>) о признании незаконным решения, взыскании удержанных денежных средств удовлетворить.

Признать решение Государственного учреждения - Отделение Пенсионного фонда Российской Федерации по Архангельской области и Ненецкому автономному округу от 16 марта 2022 года <№>-ИЖД в части удержания из пенсии ФИО1 ежемесячно 20% с 01 апреля 2022 года незаконным.

Взыскать с Государственного учреждения - Отделение Пенсионного фонда Российской Федерации по Архангельской области и Ненецкому автономному округу в пользу ФИО1 удержанную сумму пенсии в размере 8 767 (Восемь тысяч семьсот шестьдесят семь) руб.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Архангельский областной суд через Ломоносовский районный суд г. Архангельска в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий А.А. Жданова