УИД 11RS0017-01-2025-000965-52 Дело № 2-442/2025
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
с. Визинга Республики Коми 27 ноября 2025 года
Сысольский районный суд Республики Коми в составе:
председательствующего судьи Фоминой Г.Д.,
при секретаре Касевой Л.Н.,
с участием старшего помощника прокурора Сысольского района Республики Коми Быковой А.Ю.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, ФИО2 к ООО «Спецподземстрой» (ОГРН №) о взыскании компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1, ФИО2 обратились в суд с иском к ООО «Спецподземстрой» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате гибели близкого родственника в размере 2000 000 руб. в пользу каждого истца. В обоснование иска указав, что 19.03.2025 в период времени с 19 часов 30 минут до 20 часов, точное время не установлено, ФИО3, управляя автомобилем «КАМАЗ»,<данные изъяты>, принадлежащий ООО «Спецподземстрой», двигаясь на регулируемом перекрестке на 709 километре автодороги «Вятка» в <адрес> к <адрес> в нарушении пунктов 8.1 абз.1, 8.6 абз.1 и 13.4 Правил дорожного движения Российской Федерации (далее ПДД РФ), утвержденных Постановлением Правительства РФ № 1090 от 23.10.1993 года, действуя с преступной небрежностью, при совершении поворота налево не проявил должной внимательности, не учел интенсивность движения, дорожные и метеорологические условия, а именно не убедился, что полоса движения, на которую он выезжает для поворота налево, свободна на достаточном расстоянии для безопасного завершения маневра, не уступил дорогу имеющему преимущество в движении движущемуся во встречном направлении прямо транспортному средству, в результате чего допустил столкновение с автомобилем «Грейтволл» <данные изъяты> под управлением ФИО2 В результате дорожно-транспортного происшествия пассажир автомобиля «Грейтволл» Г. получила телесные повреждения, от которых скончалась 22.03.2025. Наступившие последствия, повлекшие смерть Г. находятся в прямой причинной связи с нарушением ФИО3 требований пунктов 8.1 абз.1, 8.6 абз.1 и 13.4 ПДД РФ. Вступившим в силу приговором вынесенным Сысольский районным судом по делу № от 24.06.2025 года ФИО3 был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 264 УК РФ. Истец ФИО2, является внучкой погибшей Г., истец ФИО1 является в свою очередь дочерью погибшей Г. Истцы вместе с погибшей Г. проживали совместно. Вели общий быт. Воспитывали совместно правнучку Г., т.е. дочь Истца ФИО2 Погибшая Г. помогала ФИО2 ухаживать за ФИО1 после перенесенного ей <данные изъяты>. Погибшая Г. была неотъемлемой частью семьи и опорой, как мать-бабушку-прабабушка. После происшествия ФИО2 взяла на себя весь быть по дому, в том числе уход не только за своей дочерью, но и за матерью ФИО1, которая в свою очередь до сих пор не может пережить потерю матери Г. У истцов после смерти Г. начались проблемы со здоровьем из-за переживаний, ухудшился сон, постоянная депрессия, апатия. В результате ДТП истцы потеряли мать-бабушку-прабабушку, настоящую опору в жизни, что явилось причиной нравственных и физических страданий, которые обусловлены нарушением неимущественного права на родственные и семейные связи в обычном формате их существования. Определяя размер компенсации морального вреда, истцы просили принять во внимание конкретные обстоятельства, учитывает глубину, степень, продолжительность и характер перенесенных истцами моральных и нравственных страданий в связи с гибелью Г., поскольку утрата матери-бабушки- прабабушки невосполнима для них, принимая во внимание, что они проживали совместно, и, исходя из принципов разумности и справедливости, считаем возможным определить компенсацию морального вреда в размере 2000 000 руб. каждому, взыскав её с владельца источника повышенной опасности ответчика ООО «Спецподземстрой».
Истцы ФИО1, ФИО2 уведомлены о явке в суд надлежащим образом, в судебное заседание не явились.
В судебном заседании 27.11.2025 истец ФИО2 поясняла, что у истцов была тесная взаимосвязь поколений с Г., они проживали в одном доме, совместно вели не только совместный быт, но и совместный бюджет, после гибели Г. семье стало финансово труднее, так как доходы семьи уменьшились. Кроме того, маленького ребенка правнучку Г. не с кем стало оставить, так как погибшая Г. являлась сиделкой своей дочери ФИО1, которая перенесла <данные изъяты>, и помогала осуществлять уход за правнучкой. Также помогала готовить, выполнять работу по дому. Родственные отношения в семье были очень крепкие, основанные на взаимопомощи.
Представитель ФИО1, ФИО2 по доверенности - ФИО4 в судебном заседании заявленные требования поддержал по изложенным в иске доводам. Дополнительно просил возместить моральный вред каждому истцу, исходя из принципа разумности и справедливости. Просил учесть показания истца ФИО2, данные в судебном заседании 27.11.2025, которая поясняла, что у истцов была тесная взаимосвязь с Г. Просил не принимать во внимание доводы отзыва ответчика о том, что Г. не была пристегнута ремнями безопасности, так как это утверждение не подтверждено доказательствами, является голословным. Приговором в отношении ФИО3 установлена прямая причинно - следственная связь с действиями ФИО3, что является преюдицией. Ответчик в отзыве пишет, что согласен на выплату истцам по 100 тысяч каждому истцу, но никаких действий по выплатам до настоящего времени не предпринято, ФИО3 при рассмотрении уголовного дела даже не извинился.
Ответчик ООО «Спецподземстрой» уведомлен о явке в суд надлежащим образом, в судебное заседание представителя не направил. В направленном в адрес суда отзыве на иск, полагал разумным и справедливым размер компенсации морального вреда по 100000 руб. каждому истцу. Указал, что из характера повреждений Г. можно сделать вывод о том, что истец не была пристёгнута ремнями безопасности, что является нарушением пункта 5.1 ПДД РФ.
Третье лицо ФИО3 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежаще, мнения по иску не выразил.
В силу ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ дело рассмотрено в отсутствие не явившихся лиц.
Выслушав доводы сторон, изучив материалы настоящего дела, заслушав заключение старшего помощника прокурора, полагавшей необходимым заявленные исковые требования удовлетворить частично с учетом принципа разумности и справедливости, суд приходит к следующему.
В силу ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ дело рассмотрено в отсутствие не явившихся лиц.
Выслушав доводы сторон, изучив материалы настоящего дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего необходимым заявленные исковые требования удовлетворить частично с учетом принципа разумности и справедливости, суд приходит к следующему.
В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь (часть 1 статьи 41), на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца и в иных случаях, установленных законом (часть 1 статьи 39).
Реализация конституционных прав, направленных на защиту нематериальных благ, осуществляется в порядке, предусмотренном статьями 12, 150, 152, 1099 и 1100 Гражданского кодекса РФ.
Абзац десятый статьи 12 Гражданского кодекса РФ в качестве одного из способов защиты гражданских прав предусматривает возможность потерпевшей стороны требовать компенсации морального вреда.
В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.
В силу ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
На основании ст. 1100 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда, в том числе, случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.
Согласно ст. 1101 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации аморального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических ^ и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В соответствии с положением статьи 1079 Гражданского кодекса РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (п. 1). Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности (п. 2).
В соответствии с п.21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» моральный вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности (статья 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В соответствии с ч. 2 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.
В абз. 3 п.9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении» разъяснено, что под судебным постановлением, указанным в ч.2 ст.61 Гражданского процессуального кодекса РФ, понимается любое судебное постановление, которое согласно ч.1 ст. 13 Гражданского процессуального кодекса РФ принимает суд (судебный приказ, решение суда, определение суда).
Вступившим в законную силу 10.07.2025 приговором Сысольского районного суда Республики Коми от 24.06.2025 установлено, что 19.03.2025, в период времени с 19 часов 30 минут до 20 часов, точное время не установлено, ФИО3, управляя автомобилем <данные изъяты>, двигаясь на регулируемом перекрестке на 709 километре автодороги «Вятка» в <адрес>, в нарушении пунктов 8.1 абз.1, 8.6 абз.1 и 13.4 Правил дорожного движения Российской Федерации (далее ПДД РФ), утвержденных Постановлением Правительства РФ № 1090 от 23.10.1993 года, действуя с преступной небрежностью, при совершении поворота налево не проявил должной внимательности, не учел интенсивность движения, дорожные и метеорологические условия, а именно не убедился, что полоса движения, на которую он выезжает для поворота налево, свободна на достаточном расстоянии для безопасного завершения маневра, не уступил дорогу имеющему преимущество в движении движущемуся во встречном направлении прямо транспортному средству, в результате чего допустил столкновение с автомобилем «Грейтволл» <данные изъяты> под управлением ФИО2 В результате дорожно-транспортного происшествия пассажир автомобиля «Грейтволл» Г. получила телесные повреждения, от которых скончалась 22.03.2025. Своими действиями водитель ФИО3 нарушил требования ПДД РФ, утвержденные Постановлением Правительства РФ № 1090 от 23.10.1993 года: - п. 8.1 абз.1 ПДД РФ: «Перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения»; - п. 8.6 абз.1 ПДД РФ: «Поворот должен осуществляться таким образом, чтобы при выезде с пересечения проезжих частей транспортное средство не оказалось на стороне встречного движения»; - п. 13.4 ПДД РФ: «При повороте налево или развороте по зеленому сигналу светофора водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу транспортным средствам, движущимся со встречного направления прямо или направо. Таким же правилом должны руководствоваться между собой водители трамваев».
Согласно разъяснениям, данным в п.9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина», ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная 4.1 ст. 1068 ГК РФ, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта).
Из правовой позиции, изложенной в п.20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», следует, что моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем. Осуждение работника как непосредственного причинителя вреда не освобождает работодателя от обязанности компенсировать моральный вред, причиненный таким работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Материалами дела подтверждается, что в момент дорожно-транспортного происшествия ФИО3 состоял в трудовых отношениях с ООО «Спецподземстрой», работая в должности водителя, управлял транспортным средством «КАМАЗ», <данные изъяты>, переданным ему работодателем для исполнения трудовых обязанностей, действуя по заданию и в интересах работодателя, являвшегося законным владельцем автомобиля, то обязанность по возмещению компенсации морального вреда должна быть возложена на ООО «Спецподземстрой».
Как разъяснено в п.22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (ст. 1101 ГК РФ).
В соответствии с разъяснениями, изложенными в абз. 3 п. 1 и п. 2; постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права(например, жизнь, здоровье, достоинство личности свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага.
Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (п. 2 ст. 1064 ГК РФ) (абз. 2 и 3 п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).
Согласно пунктам 25 - 28 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические
обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>, умершая Г. является матерью ФИО1, и бабушкой ФИО2.
Согласно выписки из похозяйственной книги №, предоставленной по запросу суда администрацией сельского поселения «Визинга», на 19 марта 2025 года по адресу <адрес> проживали члены хозяйства: Г., ФИО1, ФИО2, В., Д. (правнучка).
Из разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, изложенных в Постановлении от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» (п. 32), следует, что при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Суд применяет к спорным отношениям положения абзаца третьего статьи 14 Семейного кодекса Российской Федерации, в котором определен круг лиц, относящихся к близким родственникам (родственники по прямой восходящей и нисходящей линии (родители и дети, дедушки, бабушки и внуки), полнородные и неполнородные (имеющие общих отца или мать) братья и сестры), и с их учетом дает оценку характеру родственных связей между истцами и Г., равно как и принимает во внимание понятие "близкий родственник", данное в других законах (примечание к статье 25.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, пункт 4 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).
Суд считает установленным, что истцы ФИО1, ФИО2 и погибшая Г. были очень близки, проживали совместно, гибель материи и бабушки повлекли у них состояние определенного субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на семейные связи.
Кроме того, со смертью Г. разрушились тесные семейные связи, основанные на взаимопомощи, стало финансово труднее, так у семьи были общие финансовые расходы.
Судом не могут быть приняты во внимание доводы отзыва ответчика о том, что противоправное поведение Г. повлекло её смерть, так она не была пристёгнута ремнями безопасности, что является нарушением пункта 5.1 ПДД РФ. Ответчиком не представлено доказательств подтверждающих данные доводы. Материалы по факту ДТП также не содержат сведений о противоправном поведении Г.
На основании изложенного, суд приходит к выводу о наличии оснований для возложения на ответчика обязанности по выплате в пользу истцов ФИО1, ФИО2 – матери и бабушки погибшей денежной компенсации морального вреда.
При определении размера денежной компенсации морального вреда суд, учитывая, что ФИО1 и ФИО2, безусловно претерпевают нравственные страдания в связи со смертью близкого и родного им человека, что является тяжелым и необратимым по своим последствиям событием, влекущим нравственные страдания, со смертью которого истцы лишились поддержки, внимания близкого человека, с учетом характера нравственных страданий истцов, учитывая отсутствие вины ответчика в причинении смерти Г., обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, в том числе, действия водителя ФИО3, по вине которого произошло указанное дорожно-транспортное происшествие.
Судом также приняты во внимание доводы отзыва ответчика ООО «Спецподземстрой» о согласии выплатить истцам в счет возмещения морального вреда по 100000 рублей каждому истцу. Считает эту сумму недостаточной с точки зрения разумности и справедливости.
С учетом изложенного суд приходит к выводу о том, что требования истцов ФИО1 и ФИО2 о возмещении морального вреда заявлены обоснованно и с учетом принципа разумности и справедливости подлежат частичному удовлетворению в размере 200 000 руб. ФИО2 и 300000 рублей ФИО1, при этом суд принимает во внимание, что компенсация морального вреда не поддается точному денежному подсчету, она не может в полной мере возместить причиненные физическому лицу нравственные страдания, а призвана лишь в максимально возможной мере компенсировать последствия, понесенных данным лицом нравственных страданий, данный размер компенсации будет являться соразмерным наступившим последствиям.
В соответствии с ч.1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.
Поскольку в соответствии с п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса РФ истец был освобожден от уплаты государственной пошлины при обращении в суд с иском, она подлежит взысканию с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов.
В соответствии со ст. 333.19 Налогового кодекса РФ, абзацем 8 ч. 2 ст. 61.1 Бюджетного кодекса РФ и ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ с ответчика в местный бюджет подлежит взысканию государственная пошлина в размере 20 000 руб.
Руководствуясь ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1, ФИО2, удовлетворить частично.
Взыскать с общества с ООО «Спецподземстрой» <данные изъяты>, в пользу ФИО1, <данные изъяты>, компенсацию морального вреда в размере 300 000 (триста тысяч) рублей 00 копеек.
Взыскать с общества с ООО «Спецподземстрой» <данные изъяты>, в пользу ФИО2, <данные изъяты>, компенсацию морального вреда в размере 200 000 (двести тысяч) рублей 00 копеек.
Взыскать с ООО «Спецподземстрой» <данные изъяты> в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 20000 руб.
На решение может быть подана апелляционная жалоба в Верховный Суд Республики Коми через Сысольский районный суд Республики Коми в течение одного месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.
Судья – Г.Д. Фомина
Решение в окончательной форме изготовлено 08 декабря 2025 года
Судья - Г.Д. Фомина