Решение по делу № 2А-2355/2022 от 23.11.2022 - о признании незаконными решений о наложении дисциплинарных взысканий, взыскании компенсации за нарушение условий содержания в следственном изоляторе.

Дело №2а-2355/2022

УИД 33RS0001-01-2022-004040-98

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

23 ноября 2022 года г.Владимир

Ленинский районный суд города Владимира в составе:

председательствующего судьи Пискуновой И.С.,

при секретаре Билык И.В.,

с участием административного истца ФИО17,

представителя административных ответчиков ФКУ СИЗО-1 УФСИН

России по Владимирской области, УФСИН России

по Владимирской области, ФСИН России ФИО18, действующей

на основании доверенностей от 28.02.2022г., от 02.03.2022г., 27.03.2020г.,

представителя заинтересованного лица прокуратуры

Владимирской области ФИО19, действующего

на основании доверенностей от 04.10.2022г.,

представителя заинтересованного лица

ФКУЗ МСЧ-33 ФСИН России ФИО20, полномочия которого подтверждены доверенности от 30.12.2020г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО17 к ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области, начальнику ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области ФИО21, заместителям начальника ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области ФИО22, ФИО23, оператору ОРиН ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области ФИО24, инспектору отдела режима и надзора ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области ФИО25, Дисциплинарной комиссии ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области, УФСИН России по Владимирской области, ФСИН России о признании незаконными решений о наложении дисциплинарных взысканий, взыскании компенсации за нарушение условий содержания в следственном изоляторе,

установил:

ФИО17 обратилась в суд с административным иском к ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области, начальнику ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области ФИО21, сотрудникам ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области ФИО15, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО26, ФИО13, ФИО22, ФИО24, ФИО14, ФИО4, ФИО6, ФИО16 ФИО25, УФСИН России по Владимирской области, ФСИН России о признании незаконными решений о наложении дисциплинарных взысканий, присуждении компенсации за нарушение условий содержания в следственном изоляторе.

Административные исковые требования с учетом их дополнительного обоснования мотивировала тем, что в период с 24.03.2017 года по 17.11.2017 года она содержалась в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области.

16.08.2017 года и 22.09.2017 года на неё были наложены дисциплинарные взыскания в виде выговоров. 02.10.2017 года и 19.10.2017 года – в виде водворения в карцер.

Обращаясь с настоящим иском, ФИО17 считает наложенные на неё взыскания незаконными и необоснованными, ссылаясь на отсутствие в материалах личного дела фото или видеоматериалов, подтверждающих факт нарушений, послуживших основанием привлечения к дисциплинарной ответственности.

О необходимости таких доказательств в личном деле ФИО17 стало известно 18.03.2022 года в ходе рассмотрения гражданского дела в Ленинском районном суде г.Владимира от сотрудника ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области ФИО14. Ссылаясь на непредоставление в период с 25.05.2022 года по 07.07.2022 года администрацией Учреждения места отбывания наказания письменных принадлежностей, просит о восстановлении срока обращения в суд, полагая его пропущенным по уважительным причинам.

Выражая несогласие с дисциплинарными взысканиями, ФИО17 указывает, что объявление голодовки не является умышленным действием, представляющим угрозу собственной жизни и здоровью, и не могло расцениваться как допущенное ею нарушение режима содержания под стражей. Кроме того, в нарушение требований ст.42 Федерального закона от 15 июля 1995 года №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» следователь и прокурор не были извещены об отказе от приема пищи с 11.08.2017 года. Надлежащее медицинское наблюдение в период голодовки не обеспечивалось.

Считает, что движение по лестнице режимного корпуса, не убрав руки за спину, также не является нарушением, поскольку в целях соблюдения техники безопасности и исключения падения она держалась за перила.

Требование сотрудника администрации разместиться на указанном им месте в камере после возвращения из карцера, по мнению административного истца, было предъявлено незаконно, в связи с чем, отказ от его выполнения являлся правомерным.

Условия содержания в карцере в период с 02.10.2017 года по 12.10.2017 года, с 19.10.2017 года по 27.10.2017 года и с 02.11.2017 года по 04.11.2017 года не соответствовали установленным требованиям, поскольку не обеспечивались необходимая вентиляция, естественное освещение, отсутствовало горячее водоснабжение, не соблюдалась норма площади, карцерное помещение не было оборудовано радиатором отопления, санузел не отвечал требованиям приватности. Уборка карцера не осуществлялась, моющие средства и уборочный инвентарь отсутствовали.

Не соблюдалось право на непрерывный восьмичасовой сон, поскольку отбой в карцере, где содержалась административный истец, объявлялся на 20 минут позднее установленного режимом. Вывод на прогулку в сопровождении кинолога со служебной собакой, трансляция громкой музыке в прогулочном дворике, вызывали стрессовое состояние. Выданные в период содержания в карцере специальная одежда и обувь не соответствовали по размеру, что затрудняло возможность передвижения и унижало человеческое достоинство.

Предоставляемое питание являлось однообразным, неаппетитным, неотвечающим требованиям качества.

В период содержания в карцере, составивший в общей сложности 20 суток, административный истец ФИО17 была существенно ограничена в своих правах на социальное общение, телефонные переговоры, краткосрочные свидания, возможности приобретения продуктов питания и предметов первой необходимости, просмотра телепередач, прослушивания радиовещания.

С учетом изложенного, административный истец ФИО17 просит признать незаконными и отменить решения ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области от 16.08.2017 года, от 22.09.2017 года, от 02.10.2017 года, от 19.10.2017 года о наложении дисциплинарных взысканий. Считая условия содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области в период с 02.10.2017 года по 12.10.2017 года, с 19.10.2017 года по 27.10.2017 года и с 02.11.2017 года по 04.11.2017 года не соответствующими действующему законодательству и нарушающими её права, ФИО27 просит взыскать с административных ответчиков компенсацию за нарушение условий содержания в сумме, эквивалентной 20000 евро по курсу Центрального банка (л.д.3-5 т.1, л.д.74-76 т.2).

Определением суда от 13.09.2022 года произведена замена административных ответчиков ФИО15, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО4, ФИО6, ФИО5, которые в на момент рассмотрения дела не являлись сотрудниками ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области, на начальника ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области ФИО21 и Дисциплинарную комиссию ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области (л.д.185-186 т.1).

В ходе рассмотрения административного дела протокольными определениями суда к участию в деле в качестве заинтересованных лиц привлечены ФКУЗ МСЧ-33 ФСИН России и прокуратура Владимирской области (л.д.197 оборот т.1, л.д.11 т.2).

По тем же основаниям административный истец ФИО17, принимавшая участие в судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи, поддержала административные исковые требования. Ходатайствовала о восстановлении срока обращения в суд с требованиями об оспаривании дисциплинарных взысканий, который она исчисляет с 18.03.2022 года. Ссылаясь на разъяснения, приведенные в п.12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» и длящийся характер нарушений, полагала, что с иском, связанным с условиями содержания, она вправе обратиться в течение всего срока лишения свободы.

Представитель административных ответчиков ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области, УФСИН России по Владимирской области, ФСИН России ФИО18 с административным иском не согласилась по основаниям, изложенным в письменном отзыве (л.д.63-71 т.1). Возражения мотивировала тем, что дисциплинарные взыскания на ФИО17 наложены обоснованно с соблюдением требований и порядка, предусмотренных ст.39, 40 Федерального закона от 15.07.1995 года №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений». Нарушения условий содержания под стражей не допущено, в связи с чем, оснований для взыскания компенсации в пользу административного истца не имеется. Указала на несоблюдение административным истцом предусмотренного ч.1 ст.219 КАС РФ срока обращения в суд, полагая обстоятельства, на которые ссылается ФИО17, не свидетельствующими о наличии уважительных причин для его восстановления. С учетом изложенного, представитель административных ответчиков ФИО18 просила в удовлетворении административного иска ФИО17 отказать в полном объеме.

Административные ответчики начальник ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области ФИО21, заместители начальника ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области ФИО22, ФИО26, оператор ОРиН ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области ФИО24, инспектор отдела режима и надзора ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области ФИО25 и представитель Дисциплинарной комиссии ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области, будучи надлежаще извещены о времени и месте рассмотрения дела в судебное заседание не явились (л.д.163, 166, 167, 171 т.2).

В письменных возражениях, представленных в ходе рассмотрения дела, административные ответчики заместители начальника ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области ФИО22, ФИО26 и оператор ОРиН ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области ФИО24 с административными исковыми требованиями ФИО17 не согласились и просили в их удовлетворении отказать (л.д.198-207 т.1).

Представители заинтересованного лица прокуратуры Владимирской области ФИО19 и ФКУЗ МСЧ-33 ФСИН России ФИО20 в судебном заседании полагали административные исковые требования ФИО17 необоснованными, поддержав позицию ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области, УФСИН России по Владимирской области и ФСИН России об отсутствии правовых оснований для их удовлетворения (л.д.1-3 т.2). После объявленного перерыва представитель прокуратуры Владимирской области в судебное заседание не явился. Представил ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие (л.д.184 т.2).

С учетом мнения административного истца, представителей ответчиков и заинтересованных лиц, дело рассмотрено в отсутствие неявившихся участников процесса, надлежаще уведомленных о времени и месте рассмотрения дела, явка которых обязательной не является и таковой не признана судом.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы административного дела и представленные доказательства, суд приходит к следующему.

В силу ч.2 ст.46 Конституции Российской Федерации решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд.

Конституция Российской Федерации установила, что в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17).

Достоинство личности охраняется государством. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию (статья 21 Конституции Российской Федерации).

Согласно ч.1 ст.218 КАС РФ гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего (далее - орган, организация, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями), если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

В силу ч.2 ст.227 КАС РФ суд удовлетворяет заявленные требования о признании оспариваемых решения, действия (бездействия) незаконными полностью или в части, если признает их не соответствующими нормативным правовым актам и нарушающими права, свободы и законные интересы административного истца, и возлагает на административного ответчика обязанность устранить нарушения прав, свобод и законных интересов административного истца или препятствия к их осуществлению либо препятствия к осуществлению прав, свобод и реализации законных интересов лиц, в интересах которых было подано соответствующее административное исковое заявление.

Из анализа указанных норм права следует, что суд отказывает в удовлетворении заявления, если установит, что оспариваемое решение или действие принято, либо совершено в соответствии с законом в пределах предоставленных полномочий, либо свободы гражданина не были нарушены.

В соответствии с ч.9 ст.226 КАС РФ, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд выясняет:

1) нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление;

2) соблюдены ли сроки обращения в суд;

3) соблюдены ли требования нормативных правовых актов, устанавливающих: а) полномочия органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, на принятие оспариваемого решения, совершение оспариваемого действия (бездействия); б) порядок принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия) в случае, если такой порядок установлен; в) основания для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия), если такие основания предусмотрены нормативными правовыми актами; 4) соответствует ли содержание оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения.

Обязанность доказывания обстоятельств, указанных в пунктах 1 и 2 части 9 настоящей статьи, возлагается на лицо, обратившееся в суд, а обстоятельств, указанных в пунктах 3 и 4 части 9 и в части 10 настоящей статьи, - на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие) (ч.11 ст.226 КАС РФ).

В соответствии со статьей 1 Федерального закона от 15 июля 1995 г. N 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» данный закон регулирует порядок и определяет условия содержания под стражей лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

Правовой статус подозреваемых и обвиняемых определяется статьей 6 Федерального закона от 15 июля 1995 года №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», в соответствии с которой указанные лица пользуются правами и свободами и несут обязанности, установленные для граждан Российской Федерации, с ограничениями, предусмотренными этим Федеральным законом и иными федеральными законами.

Данный Федеральный закон устанавливает принципы, которые должны соблюдаться в отношении подозреваемых и обвиняемых, содержащихся под стражей. Это принципы законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства. Содержание под стражей не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений (статья 4).

В силу части 3 статьи 10 УПК РФ лицо, в отношении которого в качестве меры пресечения избрано заключение под стражу, а также лицо, которое задержано по подозрению в совершении преступления, должно содержаться в условиях, исключающих угрозу его жизни и здоровью.

Согласно ч.1 ст.15 Федерального закона от 15 июля 1995 года №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных УПК РФ. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

В целях обеспечения режима в местах содержания под стражей приказом Минюста России от 14 октября 2005 г. №189 утверждены Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы (действовавшие до 16.07.2022 года), нормативными предписаниями которых регламентируются основные обязанности подозреваемых и обвиняемых, закрепленные в статье 36 Федерального закона от 15 июля 1995 года №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

Положениями ст.38 Федерального закона от 15 июля 1995 года №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» за невыполнение установленных обязанностей к подозреваемым и обвиняемым могут применяться меры взыскания: выговор; водворение в карцер или в одиночную камеру на гауптвахте на срок до пятнадцати суток, а несовершеннолетних подозреваемых и обвиняемых - на срок до семи суток.

Порядок применения мер взыскания регламентирован положениями ст.39 Федерального закона от 15.07.1995 №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», в соответствии с которой взыскания за нарушения установленного порядка содержания под стражей налагаются начальником места содержания под стражей или его заместителем за исключением случаев, предусмотренных ч.3 ст.40 настоящего Федерального закона. За одно нарушение на виновного не может быть наложено более одного взыскания.

Взыскание налагается с учетом обстоятельств совершения нарушения и поведения подозреваемого или обвиняемого. Взыскание может быть наложено не позднее десяти суток со дня обнаружения нарушения, а если в связи с нарушением проводилась проверка - со дня ее окончания, но не позднее двух месяцев со дня совершения нарушения. Взыскание применяется, как правило, немедленно, а в случае невозможности его немедленного применения - не позднее месяца со дня его наложения.

До наложения взыскания у подозреваемого или обвиняемого берется письменное объяснение. Лицам, не имеющим возможности дать письменное объяснение, оказывается содействие администрации. В случае отказа от дачи объяснения об этом составляется соответствующий акт.

Взыскание в виде выговора налагается в устной или письменной форме, другие взыскания - в письменной форме.

Подозреваемые и обвиняемые имеют право обратиться с обжалованием взыскания к вышестоящему должностному лицу, прокурору или в суд. Подача жалобы не приостанавливает исполнение взыскания.

В силу ст.23 Федерального закона от 15.07.1995 №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место. Подозреваемым и обвиняемым бесплатно выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы, туалетная бумага, а также по их просьбе в случае отсутствия на их лицевых счетах необходимых средств индивидуальные средства гигиены (как минимум мыло, зубная щетка, зубная паста (зубной порошок), одноразовая бритва (для мужчин), средства личной гигиены (для женщин).

Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров с учетом требований, предусмотренных частью первой статьи 30 настоящего Федерального закона.

Статьей 17.1. Федерального закона от 15 июля 1995 года №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», которая введена Федеральным законом от 27.12.2019 №494-ФЗ и действует с 27.01.2020 года, предусмотрено право подозреваемого, обвиняемого в случае нарушения предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий их содержания под стражей обратиться в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, в суд с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение.

В соответствии с ч.1 ст.227.1. КАС РФ (введена Федеральным законом от 27.12.2019 №494-ФЗ) лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Согласно ч.5 ст.227.1. КАС РФ при рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия.

Установлено, что вступившим в законную силу приговором Александровского городского суда Владимирской области от ДД.ММ.ГГГГ ФИО17 осуждена ...., которое отбывает в ФКУ ИК-10 УФСИН России по Владимирской области.

В период с 24.03.2017 года по 17.11.2017 года ФИО17 содержалась под стражей в ФКУ ФИО28 России по Владимирской области (л.д.153 т.2).

Приказом начальника ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области ФИО21 №1022 от 16.08.2017 года за совершение умышленных действий, угрожающих собственной жизни и здоровью, ФИО17 объявлен выговор, на том основании, что 11.08.2017 года в 21 час 30 минут она объявила голодовку, чем нарушила требования п.9 ст.36 Федерального закона от 15 июля 1995 года №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (л.д.16 т.1). 11.08.2017 года младшим инспектором дежурной смены ФИО1 составлен соответствующий рапорт (л.д.17 т.1). От дачи письменных объяснений и ознакомления с приказом ФИО17 отказалась, о чём составлены акты (л.д.18, 19 т.1).

Приказом начальника ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области ФИО21 №1065 от 22.09.2017 года на ФИО17 наложено дисциплинарное взыскание в виде выговора (л.д.21 т.1)

Основанием для применения данной меры взыскания явилось то, что 14.09.2017 года в 14 часов 33 минуты ФИО17 во время движения под конвоем по коридору и лестнице режимного корпуса не убрала руки назад. На неоднократные законные требования убрать руки назад ответила категорическим отказом, чем нарушила требования п.1 Приложения 1 к Правилам внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы и ст.36 Федерального закона от 15 июля 1995 года №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

Фактические обстоятельства допущенного нарушения отражены в рапорте оператора ПСОТ ФКУ СИЗО-1 ФИО24 от 14.09.2017 года. От дачи письменных объяснений по данному факту ФИО17 отказалась, что зафиксировано в акте (л.д.22, 23 т.1). От подписи ознакомления с приказом также отказалась (л.д.24 т.1).

Постановлением начальника ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области ФИО21 от 02.10.2017 года за неоднократное нарушение режима содержания под стражей на ФИО17 наложено дисциплинарное взыскание в виде водворения в карцер на срок 10 суток, которое исполнено в период с 16 часов 37 минут 03.10.2017 года по 16 часов 37 минут 13.10.2017 года (л.д.25-26 т.1).

Фактические обстоятельства допущенного нарушения отражены в рапорте оператора ПСОТ ФКУ СИЗО-1 ФИО24 от 22.09.2017 года и выразились в том, что 22.09.2017 года в 11 часов 20 минут ФИО17 во время движения по коридору режимного корпуса не убрала руки назад. На неоднократные законные требования сотрудников СИЗО-1 не реагировала и ответила категорическим отказом, чем нарушила требования п.1 Приложения 1 к Правилам внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, и ст.36 Федерального закона от 15 июля 1995 года №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений». В тот же день ФИО17 было предложено дать письменные объяснения по факту допущенного нарушения, от чего она отказалась, составлен акт (л.д.29, 30 т.1).

Постановление о дисциплинарном взыскании объявлено обвиняемой ФИО17 03.10.2017 года, разъяснен порядок обжалования, что подтверждается её подписью (л.д.25-26 т.1).

Из содержания указанного постановления следует, что до водворения в карцер ФИО17 была осмотрена медицинским работником, по заключению которого она здорова и медицинских противопоказаний для применения указанной меры взыскания не имелось.

Постановлением начальника ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области ФИО21 от 19.10.2017 года за неповиновение законным требованиям сотрудников мест содержания под стражей на ФИО17 наложено дисциплинарное взыскание в виде водворения в карцер на срок 10 суток (л.д.35-36 т.1).

Из представленных материалов следует, что ФИО17 привлечена к дисциплинарной ответственности на том основании, что 19.10.2017 года в 12 часов 47 минут она отказалась выполнить законные требования администрации мест содержания под стражей разместиться на спальном месте, которое ей было определено сотрудником Учреждения, нарушив тем самым требования п.1 Приложения 1 к Правилам внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы и ст.36 Федерального закона от 15 июля 1995 года №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений». Фактические обстоятельства допущенного нарушения отражены в рапорте младшего инспектора дежурной смены СИЗО-1 ФИО5 и были зафиксированы на видеозаписи (л.д.39 т.1).

От дачи письменных объяснений ФИО17 отказалась, о чём составлен соответствующий акт (л.д.40 т.1).

Постановление о дисциплинарном взыскании объявлено ФИО17 19.10.2017 года с разъяснением порядка обжалования, что подтверждается подписью последней в постановлении.

До водворения в карцер ФИО17 была осмотрена медицинским работником, по заключению которого по состоянию здоровья она может находиться в карцере. ФИО17 была водворена в карцер в 15 часов 50 минут 19.10.2017 года и в дальнейшем 27.10.2017 года в 08 часов 00 минут освобождена в связи с этапированием в ИВС г.Владимира. После прибытия в СИЗО-1 она была повторно осмотрена медицинским работником, которым дано заключение об отсутствии противопоказаний для применения данной меры взыскания и 02.11.2017 года в 18 часов 50 минут была водворена в карцер, где находилась до 18 часов 50 минут 04.11.2017 года (л.д.45 т.1).

Суд полагает оспариваемые решения о наложении дисциплинарных взысканий законными, исходя из следующего.

В соответствии со ст.36 Федерального закона от 15.07.1995 №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемые и обвиняемые обязаны: 1) соблюдать порядок содержания под стражей, установленный настоящим Федеральным законом и Правилами внутреннего распорядка; 2) выполнять законные требования администрации мест содержания под стражей; 3) соблюдать требования гигиены и санитарии; 4) соблюдать правила пожарной безопасности; 5) бережно относиться к имуществу мест содержания под стражей; 6) проводить уборку камер и других помещений в порядке очередности; 7) не совершать действий, унижающих достоинство сотрудников мест содержания под стражей, подозреваемых и обвиняемых, а также других лиц; 8) не препятствовать сотрудникам мест содержания под стражей, а также иным лицам, обеспечивающим порядок содержания под стражей, в выполнении ими служебных обязанностей; 9) не совершать умышленных действий, угрожающих собственной жизни и здоровью, а также жизни и здоровью других лиц.

Согласно п.1 Правил поведения подозреваемых и обвиняемых (приложение №1) к Правилам внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 14 октября 2005 г. №189, подозреваемые и обвиняемые, содержащиеся под стражей в следственных изоляторах, в частности обязаны соблюдать порядок содержания под стражей, установленный Федеральным законом от 15.07.1995 №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» и Правилами внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы; выполнять законные требования администрации СИЗО; не совершать умышленных действий, угрожающих жизни и здоровью других лиц; при движении под конвоем или в сопровождении сотрудников СИЗО держать руки назад.

Соблюдение Правил поведения является обязательным для всех лиц, содержащихся под стражей, и обусловлено требованиями режима, поскольку позволяет сотрудникам СИЗО контролировать действия лиц, содержащихся в камерах, соблюдать меры безопасности самого персонала учреждения и подозреваемых и обвиняемых.

Как следует из представленных материалов, 11.08.2017 года ФИО17 написала заявление об объявлении голодовки, на которой она находилась до 28.08.2017 года (л.д.145, 147 т.2). Отказ от приема пищи она мотивировала неудовлетворительным питанием и ненадлежащими, по её мнению, условиями содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области.

Статьей 42 Федерального закона от 15.07.1995 №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» предусмотрено, что при установлении факта отказа подозреваемого или обвиняемого от приема пищи начальник места содержания под стражей или его заместитель обязан выяснить причины непринятия пищи и известить об этом лицо или орган, в производстве которых находится уголовное дело, а также прокурора, осуществляющего надзор за исполнением законов в местах содержания под стражей.

В случае обоснованности причин отказа подозреваемого или обвиняемого от приема пищи администрация места содержания под стражей принимает меры к удовлетворению предъявленных данным подозреваемым или обвиняемым требований. При отсутствии возможности немедленно выполнить указанные требования подозреваемому или обвиняемому даются соответствующие разъяснения и принимаются меры к их удовлетворению.

По результатам проверки доводы ФИО17, указанные в заявлении об объявлении голодовки от 11.08.2017 года, в том числе в части обеспечения питанием, своего подтверждения не нашли.

При этом 02.08.2017 года при обходе камерных помещений сотрудниками прокуратуры Владимирской области, членами Общественной наблюдательной комиссии, а также Уполномоченным по правам человека по Владимирской области, замечаний к условиям содержания в камере №22, где содержалась ФИО17, выявлено не было.

В соответствии с требованиями ст.42 Федерального закона от 15.07.1995 №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» о факте отказа ФИО17 от приема пищи начальником ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области и результатах проверки был уведомлен старший помощник прокурора Владимирской области ФИО2 (л.д.130 т.2).

Необходимости уведомления следователя в данном случае не имелось, поскольку уголовное дело в отношении ФИО17 и других было возвращено прокурору Владимирской области постановлением Владимирского областного суда от 13.07.2017 года для устранения недостатков, препятствующих его рассмотрению судом, и на момент объявления голодовки числилось за прокуратурой (л.д.83-88 т.2).

Обращение ФИО17 от 15.08.2017 года по вопросу условий содержания под стражей в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области, было предметом проверки УФСИН России по Владимирской области (л.д.131,132 т.2), по результатам которой установлено, что санитарное состояние камерных помещений, где содержалась ФИО17, а также условия содержания под стражей, соответствуют требованиям норм действующего законодательства (л.д.143 т.2).

Таким образом, в данном случае отказ ФИО17 от приема пищи не был обусловлен причинами, объективного характера, а фактически являлся формой демонстративно-шантажного поведения. При этом, в период голодовки ФИО17 регулярно осматривалась и обследовалась медицинским работником МЧ№11 ФКУЗ МСЧ-33 ФСИН России и ей неоднократно разъяснялись негативные последствия голодания и нанесения вреда своему здоровью, что следует из медицинской карты ФИО17 и выписки из неё (л.д.22-53 т.2).

Подозреваемые и обвиняемые обязаны не совершать умышленных действий, угрожающих собственной жизни и здоровью, в том числе действий, связанных с отказом от приема пищи в местах содержания под стражей (голодовкой).

При установленных по делу обстоятельствах, администрация ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области пришла к обоснованному выводу о совершении ФИО17 умышленных действий, представляющих угрозу её здоровью.

Предусмотренная п.1 Правил поведения подозреваемых и обвиняемых обязанность держать руки назад при движении под конвоем или в сопровождении сотрудников СИЗО, обусловлена требованиями режима, поскольку позволяет сотрудникам СИЗО контролировать действия лиц, содержащихся под стражей, соблюдать меры безопасности самого персонала учреждения, а также подозреваемых и обвиняемых.

Выполнение данной обязанности, являющейся требованием безопасности, не может статься в зависимость от усмотрения лица, содержащегося под стражей.

Согласно представленным суду фотоматериалам лестницы в режимном корпусе ФКУ СИЗО-1 УФСИН по Владимирской области отвечают установленным требованиям, в связи с чем, доводы ФИО17 об угрозе падения при передвижении по ним не состоятельны (л.д.126-130 т.1).

Кроме того, ФИО17 передвигалась под конвоем, не убрав руки назад, не только по лестницам, но по коридорам режимного корпуса. При этом в периоды, относящиеся к событиям нарушений правил конвоирования, она находилась в собственной одежде и обуви, а не содержалась в карцере, форма одежды которого, как утверждает административный истец, не соответствовала по размеру.

Доводы ФИО17 о правомерности отказа разместиться на определенном сотрудником администрации ФКУ СИЗО-1 спальном месте после возвращения из карцера в камеру №22, также не состоятельны, поскольку данное требование обусловлено мерами безопасности и необходимостью осуществления контроля за содержащимися в камере лицами, в том числе с помощью средств видеонаблюдения.

Федеральный закон от 15.07.1995 №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» закрепляет, что в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию и выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации; обеспечение режима возлагается на сотрудников мест содержания под стражей; обязывает подозреваемых, обвиняемых, содержащихся под стражей, соблюдать порядок содержания под стражей, установленный данным Федеральным законом и Правилами внутреннего распорядка, выполнять законные требования администрации мест содержания под стражей и определяет меры взыскания за невыполнение возложенных обязанностей, в том числе содержание в карцере, а также основания и порядок их применения (статья 15, пункты 1 и 2 части первой статьи 36, статьи 38 - 40).

При этом данный Федеральный закон прямо устанавливает, что подозреваемые и обвиняемые могут быть водворены в карцер за неповиновение законным требованиям сотрудников мест содержания под стражей, а так же при наличии двух и более дисциплинарных взысканий, предусмотренных статьей 38 (статья 40).

Тем самым данная мера является дисциплинарным взысканием, призванным обеспечить правомерное поведение содержащихся под стражей подозреваемых, обвиняемых, и налагается за деяние, посягающее на установленный порядок содержания под стражей.

Довод административного истца ФИО17 о необходимости доказывания факта допущенных нарушений исключительно с помощью фотографий или видеозаписей не может быть принят во внимание, поскольку действующее законодательство не возлагает на исправительные учреждения обязанности по обязательной фиксации нарушений средствами видеозаписи. Требований о необходимости хранения видеозаписей и фотографий в материалах личного дела действующим нормативным регулированием также не предусмотрено.

Кроме того, в соответствии с приказом Минюста России №279 от 04.09.2006 года «Об утверждении Наставления по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы» охранное телевидение обеспечивает хранение информации в течение 30 дней. Срок хранения видеозаписей переносных видеорегистраторов аналогичен и истек в 2017 году.

Как следует из представленных суду материалов, в данном случае одно из нарушений, имевшее место 19.10.2017 года, было зафиксировано, в том числе средствами видеофиксации (л.д.39 т.1), но по истечении значительного периода времени видеозапись не сохранилась.

Кроме того, совершение действий, послуживших основанием привлечения к дисциплинарной ответственности, фактически не отрицается административным истцом и подтверждается совокупностью представленных суду доказательств, отвечающими требованиям ст.70 КАС РФ, предъявляемым к письменным доказательствам. В свою очередь субъективная оценка ФИО17 своих действий в качестве правомерных, основанием для вывода о незаконности наложенных дисциплинарных взысканий не является.

Вопрос о привлечении ФИО17 к дисциплинарной ответственности обсуждался на заседаниях Дисциплинарной комиссии, которая создана в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области, с непосредственным участием административного истца, что подтверждается протоколами №205 от 16.08.2017 года, №230 от 22.09.2017 года, №234 от 02.10.2017 года, №251 от 19.10.2017 года (л.д.15, 20, 27, 37 т.1). Решения о целесообразности наложения на ФИО17 дисциплинарных взысканий комиссией приняты единогласно.

ФИО17 предлагалось дать объяснения и ознакомиться с протоколами заседаний, которые являются средством фиксации происходящих событий. В свою очередь отказ от дачи объяснений и от подписания документов является правом административного истца и о нарушении процедуры привлечения к дисциплинарной ответственности не свидетельствует.

В соответствии с Положением о дисциплинарной комиссии, она является одной из форм коллективного и всестороннего рассмотрения материалов по фактам допущенных нарушений. В рамках предоставленных ей полномочий дисциплинарная комиссия проверяет правильность и полноту оформления материалов о наложении дисциплинарных взысканий на подозреваемых, обвиняемых и осужденных, выясняет причины и условия совершения нарушений установленного порядка содержания под стражей, устанавливается виновность лица, совершившего нарушение, заслушивает мнение членов комиссии о целесообразности применения конкретной меры взыскания.

При этом взыскания за нарушения установленного порядка содержания под стражей на ФИО17 наложены начальником ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области ФИО21 и врио начальника указанного Учреждения ФИО15 (л.д.195, 196 т.2) на основании принятых ими приказов и постановлений, что прямо предусмотрено статьями 39, 40 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

Проанализировав представленные доказательства, суд приходит к выводу, что процедура и сроки наложения дисциплинарных взысканий в данном случае соблюдены. Взыскания наложены полномочными должностными лицами в соответствии с требованиями законодательства, действующего на момент их вынесения, примененные меры взыскания соответствовали тяжести и характеру нарушений и применены с учетом обстоятельств совершения нарушения, личности ФИО17, её предыдущего поведения и не нарушают прав административного истца.

Следует отметить, что все дисциплинарные взыскания, оспариваемые в рамках настоящего административного дела, с ФИО17 были сняты 19.10.2018 года, что отражено в справке о поощрениях и взысканиях ФИО17 по месту отбывания наказания в ФКУ ИК-4 УФСИН России по Владимирской области (л.д.90 т.2).

Кроме того, ФИО17 пропущен срок обращения в суд с иском об оспаривании дисциплинарных взысканий.

Так, в соответствии с ч.1 ст.219 КАС РФ административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

Частью 7 ст.219 КАС РФ предусмотрена возможность восстановления срока обращения в суд в случае наличия уважительных причин для его пропуска.

Согласно правовому подходу, сформулированному в п.16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2022 №21 «О некоторых вопросах применения судами положений главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации и главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» срок обращения в суд по делам, рассматриваемым по правилам главы 22 КАС РФ начинает исчисляться со дня, следующего за днем, когда лицу стало известно о нарушении его прав, свобод и законных интересов, о создании препятствий к осуществлению его прав и свобод, о возложении обязанности, о привлечении к ответственности (ч.3 ст.92 КАС РФ, ч.4 ст.113).

Оспариваемые ФИО17 приказы и постановления о наложении дисциплинарных взысканий вынесены 16.08.2017 года, 22.09.2017 года, 02.10.2017 года и 19.10.2017 года. С настоящим административным иском она обратилась 08.07.2022 года, то есть более чем через четыре с половиной года, по истечении установленного законом срока.

Доводы административного истца о необходимости исчисления срока обращения в суд с 18.03.2022 года являются не состоятельными, поскольку о наложенных дисциплинарных взысканиях ей было достоверно известно. Её утверждение о ненаправлении администрацией ФКУ СИЗО-1 жалоб и исков, адресованных в суды и иные органы, опровергаются представленным журналом учета исходящей корреспонденции (л.д.90-111 т.1). В Ленинский районный суд г.Владимира поступало административное исковое заявление ФИО17 об оспаривании дисциплинарных взысканий, наложенных 16.08.2017 года, 22.09.2017 года и 19.10.2017 года, которое определением судьи от 23.01.2018 года было оставлено без движения и в дальнейшем 15.02.2018 года возвращено (л.д.158-160 т.2).

Кроме того, правомерность наложения указанных выше дисциплинарных взысканий являлась предметом проверки прокуратуры Владимирской области в рамках рассмотрения жалобы ФИО17 от 17.03.2018 года, поступившей из Генеральной прокуратуры Российской Федерации (л.д.154-155 т.2). По результатам проверки установлено, что меры взыскания применены обоснованно, в соответствии с требованиями ст.ст.38, 39 Федерального от 15.07.1995 №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений». Оснований для принятия мер прокурорского реагирования не выявлено, о чём ФИО17 письменно была уведомлена 01.06.2018 года старшим помощником прокурора области по надзору за законностью исполнения уголовных наказаний ФИО3 (л.д.157 т.2).

Доказательств, наличия обстоятельств объективно препятствующих своевременному обращению в суд и уважительности причин значительного пропуска установленного законом срока, административным истцом суду не представлено. Обстоятельства, на которые ссылается ФИО17, таковыми признаны быть не могут.

С учетом изложенного, оснований для восстановления ФИО17 пропущенного срока обращения в суд с требованиями об оспаривании дисциплинарных взысканий не имеется, что в силу положений ч.8 ст.219 КАС РФ является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований административного истца.

Таким образом, административные исковые требования ФИО17 в указанной части удовлетворению не подлежат.

Разрешая требования административного истца о присуждении компенсации на нарушение условий содержания под стражей за период с 02.10.2017 года по 12.10.2017 года, с 19.10.2017 года по 27.10.2017 года и с 02.11.2017 года по 04.11.2017 года, суд принимает во внимание следующее.

Обращаясь с настоящим административным иском и полагая содержание в карцере ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области незаконным и нарушающим её права, ФИО17 указывает на ограничение её прав на приобретение продуктов питания и предметов первой необходимости, на телефонные переговоры и краткосрочные свидания, просмотр телепередач и прослушивание радиопередач, на пользование личной одеждой, а также ссылается на ненадлежащие качество пищи, материально-бытовые и санитарно-гигиенические условия в карцерном помещении №7.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 2 и 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе, право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки (в частности статьи 17, 22, 23, 30, 31 Федерального закона от 15.07.1995 года №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», статьи 93, 99, 100 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации). Принудительное содержание лишенных свободы лиц в предназначенных для этого местах, их перемещение в транспортных средствах должно осуществляться в соответствии с принципами законности, справедливости, равенства всех перед законом, гуманизма, защиты от дискриминации, личной безопасности, охраны здоровья граждан, что исключает пытки, другое жестокое или унижающее человеческое достоинство обращение и, соответственно, не допускает незаконное как физическое, так и психическое воздействие на человека. Иное является нарушением условий содержания лишенных свободы лиц.

Согласно п.14 указанного Постановления в качестве нарушений условий содержания могут рассматриваться существенные отклонения от требований, установленных законом, с учетом режима места принудительного содержания.

Так, судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишенных свободы лиц от шума и вибрации (например, статья 7 Федерального закона от 26 апреля 2013 года №67-ФЗ «О порядке отбывания административного ареста», статьи 16, 17, 19, 23 Федерального закона от 15 июля 1995 года №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», статья 99 УИК РФ).

В соответствии со ст.23 Федерального закона от 15 июля 1995 года №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности.

Согласно ст.40 Федерального закона от 15 июля 1995 года №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» содержание подозреваемых и обвиняемых в карцере одиночное. В карцере подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются индивидуальным спальным местом и постельными принадлежностями только на время сна в установленные часы. В период содержания в карцере подозреваемым и обвиняемым запрещаются переписка, свидания, кроме свиданий с защитником и проведения бесед членами общественной наблюдательной комиссии с ними, а также приобретение продуктов питания и предметов первой необходимости, получение посылок и передач, пользование настольными играми, просмотр телепередач. Посылки и передачи вручаются подозреваемым и обвиняемым после окончания срока их пребывания в карцере. Подозреваемые и обвиняемые, содержащиеся в карцере, пользуются ежедневной прогулкой продолжительностью один час.

Как указывалось выше, на ФИО17 были наложены два дисциплинарных взыскания в виде водворения в карцер. Из представленных суду документов следует, что ФИО17 содержалась в карцерном помещении №7 ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области с 03.10.2017 года по 13.10.2017 года, с 19.10.2017 года по 27.10.2017 года и с 02.11.2017 года по 04.11.2017 года.

Запрет на приобретение продуктов питания, получение посылок и передач, на телефонные переговоры, краткосрочные свидания, просмотр телепередач содержащимися в карцере подозреваемым и обвиняемым - наряду с другими прямо предусмотренными ограничениями - является составным элементом указанного дисциплинарного взыскания, призванного обеспечить правомерное поведение содержащихся под стражей лиц, не ограничивающегося помещением в одиночную камеру.

Данный запрет не затрагивает право водворенного в карцер лица на получение бесплатного питания, достаточного для поддержания здоровья и сил по нормам, определяемым Правительством Российской Федерации, не ограничивает право этого лица на возвращение принадлежащих ему продуктов питания после окончания пребывания в карцере, не влечет каких-либо других ограничений прав сверх предусмотренных, а правомерность применения данного запрета обеспечена судебным, прокурорским, ведомственным, общественным и иным контролем (п.9 ч.1 ст.17, ст.21, ч.4 и ч.5 ст.40 Федерального закона от 15.07.1995 №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений»).

Поскольку административный истец была водворена в карцер в соответствии с требованиями Федерального закона от 15.07.1995 №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» и отбывала наложенное дисциплинарное взыскание, доводы ФИО17 о необоснованном ограничении её прав, в связи с содержанием в карцере являются не состоятельными.

Согласно экспликации к плану строений, карцерное помещение №7, в котором содержалась ФИО17 имеет общую площадь, основную - 3,9 кв.м, (на плане строения помещение под порядковым номером 29) (л.д.124, 125 т.1).

В соответствии с требования приказа Министерства юстиции РФ № 204-ДСП от 03.10.2005 «Об утверждении инструкции об организации службы по обеспечению надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными содержащихся в следственных изоляторах и тюрьмах уголовно - исполнительной системы», в карцере имеется естественное освещение; окно располагается у потолка. Предусмотрено рабочее и дежурное освещение.

Несоответствие площади карцера №7 норме санитарной площади, предусмотренной ст.23 Федерального закона от 15.07.1995 №103-ФЗ на 10 кв.см., учитывая одиночное содержание и незначительные периоды нахождения ФИО17 в карцере, не является существенным отклонением от установленных требований к условиям содержания.

Карцерное помещение №7 оборудовано системами отопления, канализации, водопровода, вентиляция естественная.

В карцере установлена раковина и кран холодной водопроводной воды. Объективных данных, свидетельствующих о наличии технических неисправностей инженерных сетей в спорный период, не имеется. Ввиду отсутствия в карцере горячей водопроводной воды в соответствии с п.43 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденным Приказом Минюста РФ от 14 октября 2005 года №189, горячая вода для гигиенических целей и кипяченая вода для питья выдаются ежедневно в установленное время с учетом потребности.

Теплоснабжение ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области в спорный период осуществлялось .... на основании государственного контракта № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.72-82 т.1), в соответствии с температурным графиком. При этом, доводы административного истца об отсутствии в карцере радиатора отопления опровергаются представленным суду фотографиями (л.д.131-133 т.1).

Из упомянутых выше фотоматериалов следует, что карцер, в который была помещена ФИО17, оборудован в соответствии с приложением 3 Приказа ФСИН России от 27.07.2006 №512 «Об утверждении номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы». В нем имеется откидная металлическая кровать с деревянным покрытием, табурет для сидения, стол для приема пищи.

Карцер оборудован напольной чашей «Генуя». Отсутствие унитаза при наличии чаши «генуя», которая находилась в исправном состоянии, не свидетельствует о нарушении личных неимущественных прав административного истца ФИО17, поскольку подобное устройство используется по прямому назначению, и в материалах дела не имеется сведений о том, что в силу индивидуальных физиологических особенностей она не может справлять естественные надобности таким образом.

При этом санузел расположен слева от входа в карцер вне зоны охвата камеры видеонаблюдения. В этой связи и учитывая одиночное содержании в карцере, отсутствие ограждения зоны санузла само по себе основанием для вывода о несоблюдении условий приватности не является.

Ввиду одиночного содержания в карцерном помещении, обязанности дежурного (п.2 приложения № 1 Приказа Минюста России от 14.10.2005 №189 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы»), в том числе «подметать и мыть пол в камере, производить уборку камерного санузла, прогулочного двора по окончании прогулки», распространяются на лицо, водворенное в карцер.

Уборочный инвентарь, моющие и чистящие средства для поддержания порядка в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области имелись, и как пояснил представитель административных ответчиков, выдавались лицам, содержащимся в карцере, которые с учетом одиночного содержания выполняли обязанности дежурного и должны производить уборку карцерного помещения, в том числе санитарного узла.

Доводы ФИО17 об отсутствии у неё такой обязанности являются не состоятельными, а в части невыдачи предметов для уборки и моющих и чистящих средств, своего подтверждения не нашли.

Пунктом 10 статьи 17 Федерального закона от 15 июля 1995 года №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» предусмотрено право подозреваемых и обвиняемых на восьмичасовой сон в ночное время, в течение которого запрещается их привлечение к участию в процессуальных и иных действиях, за исключением случаев, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.

Согласно п.13 раздела II Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных Приказ Минюста России от 14.10.2005 №189 предусмотрено, в СИЗО приказом СИЗО устанавливается распорядок дня, разработанный на основе примерного распорядка дня (приложение №4), с учетом наполняемости СИЗО, времени года, местных условий и других конкретных обстоятельств.

Распорядок дня включает в себя время подъема, отбоя, приема пищи, участия в следственных действиях и судебных заседаниях, прогулок и т.д. Предусматривается время для непрерывного восьмичасового сна подозреваемых и обвиняемых.

В ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области действовал распорядок дня для подозреваемых, обвиняемых и осужденных, находящихся в учреждении, в соответствии с которым отбой в карцерном блоке производился заблаговременно для обеспечения восьмичасового сна с 22:00 до 06:00.

Нарушений права ФИО17 на восьмичасовой сон в ночное время, в период её содержания в карцере установлено не было (л.д.137-141 т.2). Учитывая ограниченный срок хранения информации охранного телевидения и увольнение сотрудников, проходивших службу в ФКУ СИЗО-1 в период, затронутый в иске, доводы административного истца о том, что отбой в карцерном помещении, где она содержалась, осуществлялся на 20 минут позднее, своего объективного подтверждения в ходе рассмотрения дела не нашли.

В силу положений п.134 раздела XV Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных Приказ Минюста России от 14.10.2005 №189, подозреваемые и обвиняемые, в том числе водворенные в карцер, пользуются ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа.

Из пояснений ФИО17 следует, что прогулки ей предоставлялись. Данных о том, что административный истец обращалась в администрацию ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области с жалобами на дискомфорт, в связи с включением громкой музыки во время прогулок, суду не представлено.

Трансляция в прогулочных дворах музыки, в условиях отсутствия жалоб, как административного истца, так и других содержащихся в следственном изоляторе лиц, свидетельствует о субъективном характере данного основания иска, и прав административного истца не нарушает.

Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 03 ноября 2005 года №204-дсп утверждена Инструкция об организации службы по обеспечению надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, содержащимися в следственных изоляторах и тюрьмах уголовно-исполнительной системы. Приказ зарегистрирован в Министерстве юстиции Российской Федерации 10 ноября 2005 года №7150.

Согласно данной Инструкции, лицу, водворяемому в карцер, запрещается брать с собой имеющиеся у него продукты питания и личные вещи, за исключением предметов личной гигиены (кроме бритвенных принадлежностей). Наказанные водворением в карцер подвергаются полному обыску и переодеваются в одежду специального образца.

Целью этих действий является обеспечение режима содержания обвиняемых и подозреваемых в месте отбывания взыскания за невыполнение установленных обязанностей. Нахождение в карцере в одежде специального (установленного) образца не может рассматриваться как унижение человеческого достоинства и нарушение прав данных лиц.

Правовых оснований для признания незаконными действий, связанных с применением служебной собаки, незаконными также не имеется, поскольку возможность использования сотрудниками уголовно-исполнительной системы служебной собаки при конвоировании лиц, содержащихся в следственных изоляторах, и проведении обысков предусмотрена действующим законодательством. Доказательств нарушения прав и охраняемых законом интересов административного истца ФИО29 в результате указанных действий, возникновения каких-либо негативных последствий для неё суду не представлено.

Пунктом 44 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных приказом Минюста России от 14 октября 2005 года №189, предусмотрено, что подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются ежедневно бесплатным трехразовым горячим питанием по нормам, определяемым Правительством Российской Федерации.

Питание в ФКУ СИЗО-1 УФСИН Росси по Владимирской области организовано в соответствии с требованиями постановления Правительства РФ от 11.04.2005 г. №205 «О минимальных нормах питания и материально-бытового обеспечения осужденных к лишению свободы, а так же о нормах питания и материально-бытового обеспечения подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, находящихся в следственных изоляторах Федеральной службы исполнения наказаний и Федеральной службы безопасности Российской Федерации, на мирное время», приказа Минюста РФ от 28.02.2016 г. № 48 «Об установлении повышенных норм питания, рациона питания и норм замены одних продуктов питания другими, применяемых при организации питания осужденных к лишению свободы, а так же подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, находящихся в учреждениях Федеральной службы исполнения наказаний, на мирное время», приказа ФСИН России от 02.09.2016 г. № 696 «Об утверждении Порядка организации питания осужденных, подозреваемых и обвиняемых, содержащихся в учреждениях уголовно-исполнительной системы».

Из представленных суду материалов проверки следует, что приготовление блюд согласно меню, осуществлялось на основании технологических карт, в которых описан процесс приготовления конкретного блюда. Закладка продуктов непосредственно в котел производилась в присутствии ответственного по Учреждению ДПНСИ и дежурного фельдшера. Перед тем как приступить к раздаче пищи, отпустить готовые блюда с пищеблока на режимные корпуса, производится органолептический контроль, всей приготовленной пищи, о чем делаются отметки дежурного фельдшера и ДПНСИ в бракеражном журнале и журнале учета качества приготовления.

Продукты питания обрабатывавали и готовили на пищеблоке учреждения осужденные из числа лиц, оставленных для выполнения работ по хозяйственному обслуживанию, входящие в декретированную группу, в количестве 6 человек. Данная категория прошла обучение по профессии повар по государственному контракту №13 от 27.03.2017, а также медицинское обследование с отметками в медицинских книжках декретированной группы.

Разнос и раздача пищи осужденной, относящейся к декретированной группе и имеющей действующую медицинскую книжку, не противоречит действующим санитарно-гигиеническим требованиям.

В силу положений ст.22 Федерального закона от 15.07.1995 года №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются бесплатным питанием, достаточным для поддержания здоровья и сил по нормам, определяемым Правительством Российской Федерации.

Кулинарные предпочтения административного истца ФИО17 и доводы о том, что пища являлась однообразной и не вызывала у неё аппетит, не свидетельствуют о некачественном питании, а являются её субъективным мнением.

Порядок оказания медико-санитарного обеспечения подозреваемых и обвиняемых предусмотрен разделом 14 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных Приказом Минюста России от 14 октября 2005 года №189 (действовавших до 16.07.2022 года), в котором указано, что для организации медицинской помощи подозреваемым и обвиняемым в СИЗО организуется медицинская часть.

В соответствии с пунктом 13 Порядка организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы, утвержденным Приказом Минюста России от 28 декабря 2017 года №285, перед водворением подозреваемых, обвиняемых, осужденных в одиночную камеру или карцер, в штрафной изолятор, дисциплинарный изолятор, помещение камерного типа, единое помещение камерного типа, изолированные помещения строгих условий отбывания наказания, после вынесения решения о наказании производится медицинский осмотр с письменным заключением врача (фельдшера) о возможности содержания его в перечисленных помещениях.

Как установлено судом, данные требования были соблюдены. До водворения в карцер 03.10.2017 года, 19.10.2017 года, 02.11.2017 года ФИО17 осматривалась медицинским работником МЧ№11 ФКУЗ МСЧ 33 ФСИН России, по заключению которого медицинских противопоказаний для содержания в карцере не выявлено, о чем свидетельствуют соответствующие записи в постановлениях о водворении в карцер и амбулаторной карте (л.д.25 оборот, 36 т.1, л.д.43, 47, 48, 49 т.2).

В период с 03.10.2017 года административный истец ФИО17 неоднократно осматривалась медицинскими работниками, ей давались рекомендации и оказывалась медицинская помощь, что следует из представленной суду медицинской карты (л.д.43-53 т.2). В период очередного отказа от приема пищи с 16.10.2017 года по 21.10.2017 года ФИО17 находилась под наблюдением медиков МЧ№11. Её общее состояние расценивалось как удовлетворительное (л.д.46-52 т.2). Об отказе ФИО17 от приема пищи и последующем отказе от голодовки была поставлена в известность прокуратура Владимирской области (л.д.149-152 т.2).

По результатам профилактического осмотра 10.11.2017 года ФИО17 признана терапевтически здоровой (л.д.53 т.2).

Представленные суду доказательства свидетельствуют о том, что медицинская помощь ФИО17 в период её содержания в карцерном помещении была организована в соответствии с приказом Минюста России от 28.12.2017 года №285 «Об утверждении порядка организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы».

Жалобы ФИО17 о не обеспечении надлежащих условий содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области, в том числе по мотивам, приведенным в настоящем иске, являлись предметом неоднократных проверок ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области, УФСИН России по Владимирской области и прокуратуры Владимирской области, по результатам которых нарушений условий содержания, равно как и оснований для принятия мер прокурорского реагирования не установлено (л.д.129-157 т.2).

Ограничения права ФИО17 на переписку в ходе рассмотрения настоящего дела не установлено. Доводы административного истца в указанной части опровергаются журналом учета исходящей корреспонденции подозреваемых, обвиняемых и осужденных ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области, из которого следует, что в период с 09.10.2017 года по 17.11.2017 года Учреждением неоднократно осуществлялось направление закрытых писем ФИО17, адресованных в суды, органы прокуратуры, следственного комитета, УФСИН России по Владимирской области и иные органы (л.д.90-111 т.1).

Иные приведенные ФИО17 в ходе рассмотрения дела доводы, касающиеся условий содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России в иные периоды, не относящиеся к указанным в административном иске, не являются предметом рассмотрения по настоящему делу и правовой оценке не подлежат. Кроме того, такие требования заявлены в рамках административного дела, находящегося в производстве Судогодского районного суда Владимирской области (л.д.92-128 т.2).

Исходя из положений ст.227 КАС РФ, суд удовлетворяет требования о признании оспариваемых решения, действия (бездействия) незаконными, если установит, что оспариваемое решение, действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту, а также нарушают права, свободы и законные интересы административного истца.

Требование о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении рассматривается судом одновременно с требованием об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих по правилам, установленным главой 22 КАС РФ (ч.3 ст.227.1. КАС РФ).

Между тем, совокупность условий, предусмотренных ст.227 КАС РФ, для удовлетворения заявленных требований по настоящему делу не установлена.

Анализ представленных суду доказательств позволяет сделать вывод о том, что условия содержания ФИО17 в ФКУ УФСИН России по Владимирской области в спорный период соответствовали установленным требованиям, испытываемые ею неудобства не превышали тот уровень страданий, который неизбежен при ограничении свободы и нахождении в карцере.

Обстоятельств, свидетельствующих о жестоком, негуманном и бесчеловечном обращении в отношении ФИО17 в ФКУ СИЗО-1 УСФИН России по Владимирской области, нарушении её прав и свобод, включая право на уважение достоинства личности, гарантированное ст.21 Конституции РФ в ходе рассмотрения дела не установлено.

Непринятие ФИО17 факта нахождения в следственном изоляторе, несогласие с наложенными дисциплинарными взысканиями, условиями содержания и ограничениями в период нахождения в карцере, является субъективным мнением административного истца, и не свидетельствует о наличии оснований для удовлетворения заявленных требований и признания условий содержания ненадлежащими.

Оценивая своевременность обращения ФИО17 с требованиями о взыскании компенсации на нарушение условий содержания в карцере, суд отмечает следующее.

Согласно ч.1 ст.219 КАС РФ административное исковое заявление об оспаривании решения органа государственной власти может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

В соответствии с ч.1.1 ст.219 КАС РФ, если настоящим Кодексом или другим федеральным законом не установлено иное, административное исковое заявление об оспаривании бездействия органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа либо организации, наделенной отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего может быть подано в суд в течение срока, в рамках которого у указанных лиц сохраняется обязанность совершить соответствующее действие, а также в течение трех месяцев со дня, когда такая обязанность прекратилась.

Частью 7 ст.219 КАС РФ предусмотрено, что пропущенный по указанной в части 6 настоящей статьи или иной уважительной причине срок подачи административного искового заявления может быть восстановлен судом,

Пропуск срока обращения в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного (в том числе по уважительной причине) срока обращения в суд является основанием для отказа в удовлетворении административного иска (ч.8 ст.219 КАС РФ).

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года №47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», проверяя соблюдение предусмотренного частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

Из материалов дела следует, что административный истец ФИО17 содержалась в карцерном помещении №7 ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области в период с 03.10.2017 года по 13.10.2017 года, с 19.10.2017 года по 29.10.2017 года и с 02.11.2017 года по 04.11.2017 года.

17.11.2017 года она убыла из ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области, что объективно исключает возможность физического или психологического давления на ФИО17 со стороны сотрудников данного учреждения и создание ей каких-либо препятствий для своевременного обращения в суд.

При этом за судебной защитой ФИО17 обратилась только 08.07.2022 года, пропустив более чем на четыре с половиной года установленный ч.1 ст.219 КАС РФ срок с момента освобождения из карцера и перевода в другое Учреждение, и по истечении почти двух с половиной лет со дня вступления в силу Федерального закона от 27 декабря 2019 года №494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», которым введены нормы, предусматривающие взыскание компенсации за нарушение условий содержания под стражей и содержания в исправительном учреждении.

Заявляя требования о присуждении компенсации, ФИО17 оспаривает условия содержания в карцере ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области, имевшие место в определенный временной период, которые не являлись длящимися.

В этой связи, доводы административного истца о том, что осужденные вправе обратиться в суд с иском, связанным с условиями содержания в течение всего срока лишения свободы, со ссылкой на постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», основаны на ошибочном толковании разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Доказательств, объективно исключающих возможность обращения в суд в установленные сроки, административным истцом суду не представлены. При этом следует отметить достаточную правовую грамотность административного истца ФИО17, которая с момента заключения под стражу и в период отбывания наказания занимает активную позицию по защите своих прав, обращалась, в том числе в Конституционный суд Российской Федерации. Гражданские и административные дела по искам ФИО17 неоднократно рассматривались судами Владимирской области и г.Москвы, что само по себе опровергает её доводы об отсутствии письменных принадлежностей и наличии ограничений для доступа к правосудию.

Оснований для восстановления ФИО17 срока обращения в суд в данном случае не имеется, поскольку уважительных причин для его пропуска не установлено.

При установленных по делу обстоятельствах, оснований для присуждения компенсации за нарушение условий содержания под стражей не имеется

С учетом изложенного, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении административных исковых требований ФИО17 в полном объеме.

Руководствуясь ст.ст.175-180, 227, 227.1. КАС РФ суд

решил:

В удовлетворении административного искового заявления ФИО17 к начальнику ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области ФИО21, заместителям начальника ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области ФИО22, оператору ОРиН ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области ФИО24, инспектору отдела режима и надзора ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области ФИО25, Дисциплинарной комиссии ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области, ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области, УФСИН России по Владимирской области, ФСИН России о признании незаконными решений о наложении дисциплинарных взысканий от 16.08.2017 года, от 22.09.2017 года, от 02.10.2017 года, от 19.10.2017 года, взыскании компенсации за нарушение условий содержания под стражей за период с 02.10.2017 года по 13.10.2017 года, с 19.10.2017 года по 29.10.2017 года и с 02.11.2017 года по 04.11.2017 года, - отказать.

Решение может быть обжаловано во Владимирский областной суд через Ленинский районный суд города Владимира в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий судья И.С. Пискунова

Мотивированное решение принято ДД.ММ.ГГГГ года