УИД 38RS0032-01-2022-001162-77

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

22 сентября 2022 года город Иркутск

Кировский районный суд г. Иркутска в составе председательствующего судьи Васюниной Н.М., при секретаре судебного заседания Овчинниковой Н.С.,

с участием административного истца ФИО1, представителей административных ответчиков Российской Федерации в лице МВД России, ГУ МВД России по Иркутской области ФИО2, МУ МВД России «Иркутское» ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании с применением систем видеоконференц-связи административное дело № 2а-1652/2022 по административному исковому заявлению ФИО1 к Российской Федерации в лице МВД России, ГУ МВД России по Иркутской области, МУ МВД России «Иркутское» о признании условий транспортировки незаконными, взыскании компенсации за ненадлежащие условия перевозки,

установил:

в обоснование административного иска ФИО1 указал, что с ДД.ММ.ГГГГ содержится под стражей. На протяжении ДД.ММ.ГГГГ гг. подвергался неоднократной транспортировке – этапированию в суды <адрес>, которое осуществлялось силами отдельного батальона охраны и конвоирования подозреваемых и обвиняемых МУ МВД России «Иркутское» (далее ОБОКПО МУ МВД России «Иркутское»). Условия этапирования не отвечают требованиям, в частности Основным стандартам в отношении перевозки задержанных (СРТ/Inf (2018), Российскому стандарту (условий) перевозки подозреваемых и обвиняемых в специальных автомобилях полиции «СТО 061-2019 «Автомобили оперативно-служебные для перевозки подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений. Технические требования, утвержденные приказом МВД России от 28.06.2019 № 512». Являясь спецсубъектом, указывает, что его транспортировка в спецавтомобиле осуществляется в отдельном (обособленном) отсеке, который, в каждом из автомобилей, не соответствует требованиям: в помещениях для перевозки лиц площадь личного пространства на одного человека в одиночной камере должна соответствовать не менее 0,6 кв.м., в общей – не менее 0,4 кв.м. Фактически площадь составляет 35х30 см., при этом внутренняя высота не доведена до среднего роста человека мужского пола, которая не может составлять менее 180 см. Безопасность перевозки не обеспечена за счет оборудования помещений камеры поручнями для держания во время движения и ремнем безопасности либо иным устройством безопасности. Помещения не оборудованы системами кондиционирования и дополнительными автономными системами отопления и вентиляции, что в результате длительности ожидания по 1-2 часа в зимний период времени привело к тому, что он испытывал бесчеловечное обращение и пытку холодом, а в летний период – пытку жарой. Ссылается на то, что ежедневно при перевозке он подвергался опасности, поскольку камеры не оборудованы, вынужден был находиться в неестественной для него позе, без движения на всем пути транспортировки, что привело к ухудшению его здоровья.

На основании изложенного, с учетом уточненных административных исковых заявлений, ФИО1 просит суд признать условия его транспортировки в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в суды <адрес> незаконными, присудить компенсацию за каждый день нарушений условий перевозки в размере 3 000 руб.

В судебном заседании административный истец заявил об увеличении размера заявленных требований, просил суд присудить компенсацию за каждый день нарушений условий перевозки в размере 10 000 руб., взыскать моральный вред за произошедшее с его участием ДТП не менее 300 000 руб.

Определениями Кировского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве соответчиков привлечены ГУ МВД России по Иркутской области, Российская Федерация в лице распорядителя бюджетных средств Министерства внутренних дел Российской Федерации.

В судебном заседании административный истец ФИО1, участие которого в судебном заседании обеспечено посредством видеоконференц-связи, заявленные исковые требования поддержал.

Представители административных ответчиков Российской Федерации в лице МВД России, ГУ МВД России по Иркутской области ФИО2, МУ МВД России «Иркутское» ФИО3 заявленные исковые требования полагали не подлежащими удовлетворению.

Заинтересованное лицо начальник ОБОКПО МУ МВД России «Иркутское» ФИО4, будучи надлежащим образом извещенным, в судебное заседание не явился. Ранее просил о рассмотрении дела в его отсутствие.

Руководствуясь частью 2 статьи 150 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее КАС РФ), суд рассмотрел дело в отсутствие неявившихся участников процесса, надлежащим образом извещенных о дате, времени и месте рассмотрения дела.

Исследовав материалы административного дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 227.1 КАС РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» следует, что при оспаривании условий перевозки лишенных свободы лиц судам необходимо иметь в виду, что она всегда должна осуществляться гуманным и безопасным способом.

Частью 4 ст. 12 Закона Российской Федерации от 21.07.1993 № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» установлено, что конвоирование содержащихся в следственных изоляторах уголовно-исполнительной системы осужденных и лиц, заключенных под стражу, для участия в следственных действиях или судебном разбирательстве и охрана указанных лиц во время производства процессуальных действий осуществляются полицией.

В пункте 14 части 1 статьи 12 Федерального закона от 07.02.2011 № 3-ФЗ «О полиции» указано, что на полицию возлагаются обязанности: содержать, охранять, конвоировать задержанных и (или) заключенных под стражу лиц, находящихся в изоляторах временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, а также лиц, подвергнутых административному наказанию в виде административного ареста; конвоировать содержащихся в следственных изоляторах уголовно-исполнительной системы осужденных и заключенных под стражу лиц для участия в следственных действиях или судебном разбирательстве и охранять указанных лиц во время производства процессуальных действий.

Порядок реализации данной обязанности урегулирован, в частности, Приказом МВД России от 07.03.2006 № 140-дсп, которым утверждено Наставление по служебной деятельности изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, подразделений охраны и конвоирования подозреваемых и обвиняемых (далее - Наставления).

В соответствии с пунктами 207 и 210 Наставления на конвоира по охране лиц, содержащихся под стражей, возлагается персональная ответственность за точное и своевременное выполнение поставленной задачи по конвоированию подозреваемых и обвиняемых лиц.

В соответствии с п. 244 Наставления подозреваемых и обвиняемых размещают по камерам специального автомобиля с соблюдением требований их внутренней изоляции, указанных в отдельных справках в личных делах, конвоируемых или определенных при постановке задачи на конвоирование командиром подразделения охраны и конвоирования (начальником органа внутренних дел, ИВС).

В соответствии с п. 238 Наставления специальный автомобиль должен быть исправен. Специальный автомобиль предназначен для перевозки только сидящих подозреваемых и обвиняемых. Размещать подозреваемых и обвиняемых свыше предусмотренного конструкцией числа посадочных мест, в специальных автомобилях запрещено.

Как установлено судом и следует из материалов дела, приговором Кировского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ, ему назначено наказание в виде 4 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима со штрафом в размере 300 000 руб.

Мера пресечения в виде заключения под стражу оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

Судебной коллегией по уголовным делам Иркутского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ приговор оставлен без изменения и вступил в законную силу.

Мера пресечения в виде заключения ФИО1 под стражу избрана на основании постановления Кировского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ.

Из доводов административного искового заявления следует, что административный истец находится в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области с ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно справке начальника ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области от ДД.ММ.ГГГГ №э за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 доставлялся в следующие суды г. Иркутска и Иркутской <адрес>:

в Кировский районный суд <адрес> 201 раз (ДД.ММ.ГГГГ);

в Иркутский районный суд <адрес> 2 раза ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ;

в <адрес> гарнизонный суд 15 раз (ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ);

в <адрес> областной суд 4 раза (ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ);

в Октябрьский районный суд <адрес> 16 раз (ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ);

в Куйбышевский районный суд <адрес> 1 раз ДД.ММ.ГГГГ;

в Свердловский районный суд <адрес> 3 раза (ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ);

в Ленинский районный суд <адрес> 1 раз ДД.ММ.ГГГГ.

Из текста искового заявления и пояснений истца, данных в ходе рассмотрения настоящего дела, следует, что, так как он является спецсубъектом, то его транспортировка осуществлялась в обособленном отсеке, который не отвечает действующим требованиям, поскольку площадь такого помещения составляет 35 см х 30 см, высота менее 180 см, отсутствуют оборудование, обеспечивающее безопасность перевозки, система кондиционирования и дополнительные системы отопления. При ожидании в 1-2 часа у СИЗО в холод в зимний период времени и в жару в летнее время, ФИО1 испытывал бесчеловечное отношение и пытку.

Из представленной в материалы дела справки ОБОКПО МУ МВД России «Иркутское» следует, что сотрудники конвойных отрядов ОБОКПО МУ МВД России «Иркутское» осуществляли доставку ФИО1 из ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области на спецавтомобилях для перевозки подозреваемых и обвиняемых типа «АЗ» марок ГАЗ – 3302, ГАЗ – 3309, ГАЗ – А21R23 (АЗ), УАЗ-3962.

Согласно приказам ГУ МВД России по Иркутской области от ДД.ММ.ГГГГ № в ОБОКПО МУ МВД России «Иркутское» распределены 2 транспортных средства марки ГАЗ – 3302, 2016 года выпуска; от ДД.ММ.ГГГГ № ГАЗ – 3309, 2016 года выпуска; от ДД.ММ.ГГГГ УАЗ-396221, 2018 года выпуска; от ДД.ММ.ГГГГ № ГАЗ – А21R23 (АЗ), 2019 года выпуска.

Кроме того, на основании приказов от ДД.ММ.ГГГГ № распределены автомобили марки УАЗ -396255-025, 2011 года выпуска, от ДД.ММ.ГГГГ № УАЗ -396255-025, 2010 года выпуска.

Изготовление транспортных средств типа «АЗ» осуществляется в соответствии с Правилами стандартизации «Автомобили оперативно-служебные для перевозки подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (Специальные технические требования ПР 78.01.0024-2010, Технические требования ПР 78.01.0024-2016).

Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 04.09.2006 № 279 утверждено Наставление по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы (далее - Наставление), которое действует в редакции приказа Министерства юстиции Российской Федерации от 17.06.2013 № 94.

Согласно п. 73 Наставлений специальные автомобили для перевозки осужденных и лиц, содержащихся под стражей, относятся к транспортным средствам, которые используются учреждениями уголовно - исполнительной системы для перемещения осужденных и лиц, содержащихся под стражей, при конвоировании.

В случае изготовления спецавтомобиля на базе грузового автомобиля (шасси) на последний устанавливается специальный кузов (далее - спецкузов).

В спецкузове, грузовом отсеке автофургона, салоне автобуса и легкового автомобиля оборудуются: помещение караула, камеры для осужденных и лиц, содержащихся под стражей (может оборудоваться туалетной кабиной в спецавтомобилях вместимостью более 7 осужденных и лиц, содержащихся под стражей).

Спецавтомобиль на базе грузового автомобиля (шасси) и автобуса предназначен для перевозки только сидящих людей.

В спецавтомобилях на базе легкового автомобиля предусматривается размещение осужденных и лиц, содержащихся под стражей, в том числе в лежачем положении.

Планировка спецкузова с различным сочетанием общих и одиночных камер и пассажировместимость определяются одобрением типа транспортного средства, выдаваемого органами по сертификации.

В подпункте 6.1 приложения 6 к Наставлению приведены минимальные размеры камер и туалетной кабины спецавтомобилей для спецконтингента (ширина одиночной камеры 500 мм, глубина 650 мм; ширина общей камеры определяется длиной сидений, глубина 650 мм или 1150 мм (для камеры с двумя рядами сидений, расположенных напротив друг друга, максимальная глубина такой камеры 1300 мм), а также примеры наиболее распространенных планировок рабочего салона спецавтомобилей с различным сочетанием общих и одиночных камер.

Согласно стандарту отрасли ПР 78.01.0024-2010 «Автомобили оперативно - служебные для перевозки подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», спецавтомобили предназначены для перевозки только сидящих людей; минимальные размеры камер спецавтомобилей для спецконтингента составляют: одиночной - ширина 500 мм, глубина 650 мм; общей - ширина определяется длиной сидений (из расчета 450 мм на одно посадочное место), глубина 650 мм или 1150 мм (для камеры с двумя рядами сидений, расположенных напротив друг друга, максимальная глубина такой камеры 1300 мм) (пункты 4.5, 5.4).

Из стандарта отрасли ПР 78.01.0024-2016 следует, что максимальная высота камер для спецконтингента должна быть не более 1700 мм, минимальные размеры камер для спецконтингента в зоне расположения людей: для одиночной камеры ширина 500 мм, глубина 650 мм; общей - ширина определяется длиной сидений (из расчета 450 мм на одно посадочное место), глубина 650 мм или 1150 мм (для камеры с двумя рядами сидений, расположенных напротив друг друга, максимальная глубина такой камеры 1300 мм) (п. 5.4.4).

Как указано ранее проверка выполнения требований к типам выпускаемых в обращение транспортных средств (шасси) проводится в форме одобрения типа.

По этим основаниям доводы административного истца о том, что ответчиками представлены документы, не подтверждающие размер камер в автомобилях, в которых производилась его транспортировка, не могут быть приняты во внимание.

В одобрении типа транспортного средства на спецавтомобиль ГАЗ 3302, назначение: для перевозки лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, указана пассажировместимость 11 человек (9 в кузове – фургоне + 2 в кабине); количество мест для сидения 4 (в общей камере) + 3 ( в одиночных камерах) + 2 (в помещении конвоя) + 3 (в кабине).

Тип кузова/количество дверей: кузов-фургон пассажирский, закрытого типа, цельнометаллический, каркасный, с помещением конвоя, тремя одиночными камерами и одной общей камерой, с аварийно-вентиляционным люком/одна одностворчатая боковая дверь (справа) с окном, оборудованным решеткой.

На спецавтомобиль ГАЗ 3309 - назначение: для перевозки лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, пассажировместимость 23 человека (22 в кузове – фургоне + 1 в кабине); количество мест для сидения 18 (в общих камерах) + 1 ( в одиночной камере) + 3 (в помещении конвоя) + 2 (в кабине).

Тип кузова/количество дверей: кузов-фургон, цельнометаллический, каркасный, закрытого типа с теплоизоляцией, из заливных панелей, с помещением конвоя, одной одиночной и двумя общими камерами, кабиной биотуалета, принудительной приточно-вытяжной вентиляцией, автономным отопителем салона, с аварийными люками/одна одностворчатая боковая дверь (справа) с окном, оборудованным решеткой.

Спецавтомобиль ГАЗ – А21R23 (АЗ) предназначен для перевозки лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений. Пассажировместимость 11 человек (9 в кузове-фургоне + 2 в кабине); количество мест для сидения: 4 (в общей камере) + 3 (в одиночных камерах) + 2 (в помещении для конвоя) + 3 (в кабине).

Тип кузова/количество дверей: кузов-фургон, цельнометаллический, каркасный, закрытого типа с теплоизоляцией, из заливных панелей, с помещением конвоя, тремя одиночными и одной общей камерами, принудительной приточно-вытяжной вентиляцией, с отопителем салона, с аварийно-вентиляционным люком/одна одностворчатая боковая дверь с окном, оборудованным решеткой.

УАЗ-396221, УАЗ -396255-025 представляют собой оперативно-служебное транспортное средство для перевозки лиц, находящихся под стражей, пассажировместимостью 7 человек. Тип кузова/количество дверей: закрытый, цельнометаллический/три боковые одностворчатые двери и одна двустворчатая дверь задка.

Таким образом, размеры пространства для размещения задержанных, а также условия вентиляции и отопления, оборудования поручнями в спецавтомобилях, изготовленных в соответствии с требованиями МВД России, изложенными в ПР 78.01.0024-2010, ПР 78.01.0024-2016, соответствуют российским и международным требованиям. При этом оборудование ремнями безопасности правилами не предусмотрено.

Законность эксплуатации транспортных средств, предназначенных для перевозки лиц, находящихся под стражей, подозреваемых и обвиняемых, не может подвергаться сомнению, поскольку одобрение типа транспортного средства выдается в соответствии с правилами по сертификации.

Рассматривая доводы административного истца о длительном нахождении в транспортных средствах по возвращении в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области суд установил следующее.

Согласно представленной в материалы дела выписке из постовых ведомостей среднее время нахождения в пути, за отдельным исключением, из Кировского районного суда г. Иркутска, Иркутского районного суда Иркутской области, Иркутского областного суда в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области составляет 10-15 минут; из Октябрьского, Куйбышевского, Свердловского районных судов <адрес> – 25 минут, <адрес> Гарнизонного военного суда – 20 минут.

Установлено также, что в отдельные даты время нахождения в пути превышало средние показатели. Так, например, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, среднее время нахождения в пути составило 1 час. При этом время убытия из суда 17 час. 50 мин. и 18 час. 30 мин., т.е. время массового возвращения людей с работы домой.

Вышеизложенное позволяет сделать вывод о том, что продолжительность нахождения в пути связано с объективными факторами, такими как время окончания судебного заседания, дорожный трафик в час пик, и не носит преднамеренный характер.

Основания и процедура осуществления личного обыска (полного и неполного) регламентированы разделом III Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 14.10.2005 №189 (далее Правила).

Полному обыску подвергаются подозреваемые и обвиняемые при поступлении в следственный изолятор, перед отправкой за его пределы, при водворении в карцер, а также при наличии оснований полагать, что эти лица имеют предметы или вещества, запрещенные к хранению и использованию. В последнем случае обыск проводится по указанию начальника следственного изолятора либо лица, его замещающего, при их отсутствии - дежурного помощника (п. 26 Правил).

Как следует из ответов Уполномоченного по правам человека в Иркутской области от ДД.ММ.ГГГГ, длительное нахождение в специализированном транспорте по возвращении из судов обусловлено необходимостью проведения обыска в соответствии с п. 26 Правил. Время проведения полного обыска нормативными правовыми актами не регламентировано, специальные автомобили конвойных служб допускаются на территорию учреждения следственного изолятора по мере их разгрузки и освобождения стояночных мест в шлюзе учреждения.

Из ответа ОБОКПО МУ МВД России «Иркутское» от ДД.ММ.ГГГГ, направленного в адрес ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области следует, что длительность нахождения конвоируемых лиц в камерах кузова специального автотранспорта обуславливается комплексом объективных факторов, не зависящих от действий (бездействия) сотрудников охранно-конвойного подразделения: дорожной ситуацией на момент конвоирования, временем предоставления доступа оперативно-служебному транспорту на охраняемую территорию следственного изолятора, количеством конвоев и конвоируемых лиц, очередностью их приема, определяемой администрацией места содержания под стражей, временным прекращением приема спецконтингента в связи с осуществлением режимных мероприятий или срабатыванием систем сигнализации и т.д.

Каких-либо объективных доказательств, опровергающих представленные ответчиком сведения об условиях конвоирования, судом не установлено, а те неудобства и нарушения, на которые ссылается административный истец, в любом случае не могут быть признаны унижающими человеческое достоинство и причиняющие лишения и страдания в более высокой степени, чем уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы.

Согласно статье 55 Конституции Российской Федерации допускает возможность ограничения федеральным законом прав человека и гражданина в качестве средства защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Относя принятие уголовного и уголовно-исполнительного законодательства к ведению Российской Федерации, Конституция Российской Федерации (статья 71 пункт «О») тем самым наделяет федерального законодателя полномочием вводить в интересах общества и его членов подобного рода ограничения, которые могут быть связаны с применением к лицам, совершившим преступления, в качестве меры государственного принуждения уголовного наказания, в том числе в виде лишения свободы. Особенность которого состоит в том, что при его исполнении на осужденного осуществляется специфическое воздействие, выражающееся в лишении или ограничении тех или иных прав и свобод и возложении определенных обязанностей.

Доводы административного истца со ссылкой на имеющиеся в материалах дела медицинские документы о том, что из-за ежедневной его транспортировки в Кировский районный суд <адрес> ухудшилось его состояние здоровья, не могут быть приняты судом во внимание, поскольку доказательств обращения по вопросу стационарного лечения в медсанчасть ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России в материалы дела не представлено.

Доводы административного истца о том, что транспортные средства, на которых осуществлялась его перевозка не соответствуют требованиям СТО 061-2019, о чем, в том числе указывает Уполномоченный по правам человека в Иркутской области, отклоняются судом.

В соответствии с п. 1 СТО 061-2019 настоящий стандарт организации распространяется на вновь разрабатываемые и модернизируемые подразделениями МВД России для перевозки подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений.

Спецавтомобили, поставляемые в подразделения органов внутренних дел Российской Федерации, должны соответствовать требованиям настоящего стандарта.

Спецавтомобили, принятые на снабжение органов внутренних дел Российской Федерации до введения в действие настоящего стандарта, должны быть приведены в соответствие с его требованиями в срок до ДД.ММ.ГГГГ (за исключением спецавтомобилей, находящихся в эксплуатации).

Кроме того, Верховный Суд Российской Федерации в своем определении от 16.11.2015 № АКПИ15-1121 по делу по административному исковому заявлению ФИО5, ФИО6 о признании частично недействующими подпунктов 6.1, 6.2 приложения 6 к Наставлению по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы, утвержденному приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 04.09.2006 № 279 указал следующее.

Ошибочными являются ссылки заявителей о противоречии технических условий Наставления правовым позициям Европейского Суда по правам человека, приведенным в постановлениях от 08.11.2005 по делу «Худоеров против России», от 19.06.2008 по делу «Гулиев против России», от 22.05.2012 по делу «Идалов против России», касающихся условий перевозки заключенных автомобильным и железнодорожным транспортом, поскольку не соответствуют их содержанию.

Согласно ч. 4 ст. 3 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации рекомендации (декларации) международных организаций по вопросам исполнения наказаний и обращения с осужденными реализуются в уголовно-исполнительном законодательстве Российской Федерации при наличии необходимых экономических и социальных возможностей.

В целях обеспечения прав и законных интересов осужденных и лиц, содержащихся под стражей, Концепция развития уголовно-исполнительной системы Российской Федерации до 2020 г., утвержденная распоряжением Правительства Российской Федерации от 14.10.2010 № 1772-р, предусматривает создание условий содержания осужденных и лиц, содержащихся под стражей, с учетом международных стандартов, в том числе стандартов Европейского комитета по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания, решений Европейского Суда по правам человека, а также требований Европейских пенитенциарных правил. Финансовое обеспечение расходных обязательств, связанных с реализацией Концепции, утвержденной данным распоряжением, осуществляется в пределах бюджетных ассигнований, предусмотренных в федеральном бюджете на очередной финансовый год и плановый период на указанные цели.

Заявленные в судебном заседании требования административного истца о взыскании морального вреда в размере 300 000 руб. за случившееся с его участием дорожно-транспортное происшествие, не могут быть рассмотрены судом, поскольку нормы статьи 46 Кодекса административного судопроизводства РФ не наделяют административного истца правом изменять предмет и основание иска одновременно.

Административный истец не привел относимых, допустимых, достаточных и достоверных доказательств противоправности действий (бездействия) административных ответчиком и причинно-следственной связи между такими действиями (бездействием), а также причинения ему вреда или пережитых страданий для подтверждения права на компенсацию в результате незаконных действий; из представленных суду доказательств данные обстоятельства не следуют. Условия конвоирования, обеспеченные в соответствии с требованиями закона продиктованы, прежде всего, требованиями обеспечения безопасности лиц, содержащихся под стражей, не носят цели нарушить гражданские и иные права. Следовательно, основания для взыскания компенсации отсутствуют.

Учитывая изложенное, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 175-180 КАС РФ, суд

решил:

в удовлетворении административного искового заявления ФИО1 к Российской Федерации в лице МВД России, ГУ МВД России по Иркутской области, МУ МВД России «Иркутское» о признании условий транспортировки незаконными, взыскании компенсации за ненадлежащие условия перевозки отказать.

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Кировский районный суд города Иркутска в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Судья Н.М. Васюнина