Дело № 2-30/2023
29RS0018-01-2022-002564-39
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
16 февраля 2023 года город Архангельск
Октябрьский районный суд города Архангельска в составе председательствующего судьи Вербиной М.С., с участием прокурора Ивановой Н.В., при секретаре Шляхиной И.Г., рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Архангельске гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, расходов на лечение, судебных расходов,
установил:
истец ФИО1 обратился в суд с настоящим иском к ответчику ФИО3
В обоснование исковых требований указано, что 15.01.2022 в 19 час. 00 мин. в г. Архангельске у дома № 54 по ул. Урицкого произошло дорожно-транспортное происшествие (далее – ДТП) с участием двух транспортных средств: автомобиля «Опель Инсигния», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО4, собственником которого является ФИО3, и принадлежащего истцу автомобиля «Тойота РАВ4», государственный регистрационный знак №, под управлением истца. Из постановления о прекращении производства по делу об административном правонарушении следует, что водитель ФИО4, управляя автомобилем «Опель Инсигния», государственный регистрационный знак №, при повороте налево заблаговременно не занял крайнее положение на проезжей части, не уступил дорогу автомобилю «Тойота РАВ4» под управлением ФИО1, в результате чего произошло ДТП, автомобили получили механические повреждения. Гражданская ответственность собственника автомобиля «Опель Инсигния», государственный регистрационный знак №, не застрахована по договору ОСАГО, в связи с чем, истец обратился в суд с настоящим иском к ответчика, являющемуся собственником автомобиля «Опель Инсигния», государственный регистрационный знак №, и просит взыскать с него причиненный в результате ДТП ущерб в размере 387 423 руб., расходы на оценку в размере 8 040 руб., расходы на лечение в размере 109 руб., расходы на оплату государственной пошлины в размере 7 155 руб.
Определением суда к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО4.
Определением суда произведена замена ответчика ненадлежащего ответчика ФИО3 на надлежащего ФИО2
В ходе рассмотрения дела истец размер исковых требований в части ущерба увеличил, попросив взыскать с ответчика таковой в размере 470 044 руб., в остальной части исковые требования оставил без изменения.
Истец ФИО1, его представитель ФИО5 в судебном заседании уточненные исковые требования поддержали по основаниям, изложенным в иске.
Представитель ответчика ФИО3 ФИО6 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился. Полагал, что вина его доверителя не установлена. Кроме того, в случае признания исковых требований обоснованными, полагал надлежащим ответчиком по заявленным требованиям ФИО4, который непосредственно управлял автомобилем «Опель Инсигния», государственный регистрационный знак №, представил доверенность, выданную ФИО2 ФИО4 на право управления автомобилем «Опель Инсигния», государственный регистрационный знак №.
Ответчик ФИО3, ранее участвующий в судебном заседании, с исковыми требованиями не согласился, полагал, что виновным в ДТП является истец, который не справился с управлением, допустив столкновение с принадлежащим ему транспортным средством. Подтвердил, что он является собственником автомобиля «Опель Инсигния», государственный регистрационный знак №, гражданская ответственность владельца транспортного средства не застрахована по договору ОСАГО. Пояснил, что 15.01.2022 около 19 час. 00 мин. он вместе ФИО4 ехал на автомобиле «Опель Инсигния», государственный регистрационный знак №, в качестве пассажира к себе домой. Попросил ФИО4 высадить его возле дома № 50 по ул. Урицкого. После того, как он вышел из автомобиля, он стоял возле проезжей части и разговаривал по телефону, в этот момент он видел, как ФИО4 включил сигнал поворота, проехал 5-6 метров по правой полосе, после чего начал поворот налево, спустя 5-6 секунд в него врезался автомобиль «Тойота Рав4», который двигался на большой скорости по левой полосе в попутном направлении, автомобиль «Опель Инсигния» отбросило на встречную полосу. Удар произошел на встречной сторон проезжей части.
Третье лицо ФИО4 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился, пояснив, что рассматриваемое ДТП произошло в результате выезда автомобиля «Тойота РАВ4» под управлением ФИО1 на полосу встречного движения момент совершения им поворота налево.
Заслушав пояснения лиц, участвующих в деле объяснения эксперта ФИО7, свидетелей ФИО8, ФИО9, ФИО10, исследовав и оценив письменные материалы дела, административный материал по факту дорожно-транспортного происшествия, суд приходит к следующему.
Судом установлено и следует из материалов дела, что истцу на праве собственности принадлежит автомобиль «Тойота РАВ4», государственный регистрационный знак №.
Из административного материала следует, что в определении 29 АК 080323 от 15.01.2022 о возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования указано, что 15.01.2022 в 19 час. 00 мин. в районе дома № 54 по ул. Урицкого в г. Архангельске водитель ФИО4, управляя автомашиной «Опель Инсигниа», государственный регистрационный знак №, при повороте налево заблаговременно не занял крайнее положение на проезжей части, при повороте не уступил дорогу автомобилю «Тойота РАВ4», государственный регистрационный знак №, под управлением водителя ФИО1, движущемуся по левой полосе, за что ст. 12.14 ч. 1.1 КоАП РФ предусмотрена административная ответственность. Произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого автомобили получили механические повреждения.
Постановлением инспектора ГИБДД УВД России по г. Архангельску от 21 марта 2022 года 29 АК 0803231 производство по делу об административном правонарушении, ответственность за которое предусмотрена ч.1.1 ст.12.14 КоАП РФ в отношении ФИО4 оглы прекращено в соответствии с п. 6 ч.1 ст.24.5 КоАП РФ в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности. При этом указано, что показания водителей – участников ДТП противоречивы, место столкновения транспортных средств не попадает в обзор камер наружного видеонаблюдения.
На момент ДТП гражданская ответственность владельца транспортного средства «Опель Инсигниа», государственный регистрационный знак №, не застрахована по договору ОСАГО.
В соответствии со ст. 4 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – Закон об ОСАГО) владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены настоящим Федеральным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.
Согласно абз. 1 п. 6 ст. 4 Закона об ОСАГО владельцы транспортных средств, риск ответственности которых не застрахован в форме обязательного и (или) добровольного страхования, возмещают вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в соответствии с гражданским законодательством.
В силу п. 3 ст. 1079 ГК РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (ст. 1064 ГК РФ).
На основании п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
По смыслу приведенных выше норм права общими основаниями ответственности за причинение вреда являются наличие вреда, противоправность действий его причинителя, причинно-следственная связь между такими действиями и возникновением вреда, вина причинителя вреда.
Таким образом, ответственность за причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия вред возлагается только при наличии всех перечисленных выше условий. Следовательно, установление обстоятельств дорожно-транспортного происшествия имеет существенное значение для разрешения настоящего спора.
Существенным обстоятельством, имеющим значение для правильного разрешения настоящего дела, является установление степени вины участников настоящего дорожно-транспортного происшествия.
В соответствии со ст. 15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 10.03.2017 № 6-П, в силу закрепленного в ст. 15 ГК РФ принципа полного возмещения причиненных убытков лицо, право которого нарушено, может требовать возмещения расходов, которые оно произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, компенсации утраты или повреждения его имущества (реальный ущерб), а также возмещения неполученных доходов, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также упущенная выгода.
Применительно к случаю причинения вреда транспортному средству это означает, что в результате возмещения убытков в полном размере потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы его право собственности не было нарушено, то есть ему должны быть возмещены расходы на полное восстановление эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства.
При исчислении размера расходов, необходимых для приведения транспортного средства в состояние, в котором оно находилось до повреждения, и подлежащих возмещению лицом, причинившим вред, должны приниматься во внимание реальные, то есть необходимые, экономически обоснованные, отвечающие требованиям завода-изготовителя, учитывающие условия эксплуатации транспортного средства и достоверно подтвержденные расходы, в том числе расходы на новые комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты).
Иное, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в вышеприведенном Постановлении, привело бы к несоразмерному ограничению права потерпевшего на возмещение вреда, причиненного источником повышенной опасности, к нарушению конституционных гарантий права собственности и права на судебную защиту.
Согласно подготовленному по заказу истца экспертному заключению ИП ФИО11 от 25.01.2021 № 66/01/22 стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Тойота РАВ4», государственный регистрационный знак №, без учета износа заменяемых деталей составляет 387 423 руб. 00 коп., с учетом износа заменяемых деталей - 296 023 руб.
В связи с оспаривание ответчиком своей вины в совершении рассматриваемого ДТП, а также размера ущерба определением суда от 27.07.2022 по настоящему делу была назначена судебная автотехническая и товароведческая экспертиза, производство которой было поручено экспертам ООО «Аварийные комиссары».
По ходатайству ответчика, возражавшего против заявленного истцом размера ущерба, а также оспаривавшего свою вину в рассматриваемом ДТП, на основании определения суда от 27 июля 2022 года назначена судебная экспертиза, производство которой поручено ООО «Аварийные комиссары».
Согласно экспертному заключению ООО «Аварийные комиссары» от 05.12.2022 № 47/09/22 рыночная стоимость восстановительного ремонта повреждений принадлежащего истцу транспортного средства «Тойота РАВ4», государственный регистрационный знак №, возникших в результате рассматриваемого ДТП, по состоянию на дату ДТП от 15.01.2022 составляет 470 044 руб. 00 коп., по состоянию на дату оценки 05.12.2022 – 526 454 руб.
Из экспертного заключения также следует, что на схеме места совершения административного правонарушения от 15.01.2022, составленной сотрудниками ГИБДД, не зафиксировано никакой следовой обстановки, а также не установлено и не зафиксировано фактическое место столкновения автомобилей «Тойота» и «Опель», в связи с чем экспертом было проведено исследование по двум версиям: по версии водителя автомобиля «Тойота» и по версии водителя автомобиля «Опель», при этом подтвердить или опровергнуть какую-либо из этих версий развития дорожно-транспортной ситуации перед происшествием, а также установить, по какой из них фактически развивалась дорожно-транспортная ситуация перед происшествием, эксперту не представилось возможным.
В данном случае возможно лишь говорить о том, что по обеим версиям перед происшествием водитель автомобиля «Опель» выполнял маневр перестроения с правой полосы движения проезжей части ул. Урицкого на левую полосу движения, при этом, обращая внимание на версию водителя автомобиля «Опель», следует отметить, что в данной версии к моменту столкновения с автомобилем «Опель» автомобиль «Тойота» уже располагался под острым углом к продольной оси дороги, смещаясь в направлении левого края проезжей части - данный факт свидетельствует о том, что перед столкновением водитель автомобиля «Тойота» по какой-то причине применил достаточно резкий маневр влево и выехал с левой полосы движения проезжей части ул. Урицкого на сторону встречного движения (возможно это было выполнено с целью предотвращения столкновения с находящимся впереди и поворачивающим налево автомобилем «Опель»).
По версии водителя автомобиля «Тойота»:
В рассматриваемой версии развития дорожно-транспортной ситуации перед происшествием водитель автомобиля «Опель», намереваясь выполнить маневр перестроения с правой полосы движения проезжей части ул. Урицкого на левую полосу движения, с целью последующего выполнения маневра поворота налево во дворовую территорию дома № 54 по ул. Урицкого, с технической точки зрения, должен был действовать, руководствуясь требованиями пунктов 8.1 (абзац 1) и 8.4 ПДД РФ.
В свою очередь, водитель автомобиля «Тойота», осуществляя свое прямолинейное движение по левой полосе проезжей части ул. Урицкого, при обнаружении попутного автомобиля «Опель», выезжающего с правой полосы движения проезжей части ул. Урицкого на его (левую) полосу движения, с технической точки зрения, должен был действовать, руководствуясь требованием пункта 10.1 (абзац 2) ПДД РФ.
В исследуемой версии развития дорожно-транспортной ситуации перед происшествием эксперту неизвестно (и не представилось возможным установить):
на каком расстоянии удаления находился автомобиль «Тойота» от места столкновения с автомобилем «Опель» в момент начала выезда автомобиля «Опель» на левую полосу движения проезжей части ул. Урицкого (т.е. на полосу движения автомобиля «Тойота»),
с какой скоростью двигался автомобиль «Опель» в процессе выполнения его водителем маневра перестроения с правой полосы движения проезжей части ул Урицкого на левую полосу движения;
по какой фактической траектории двигался автомобиль «Опель» с момента начала его выезда на левую полосу движения проезжей части ул. Урицкого до момента столкновения с автомобилем «Тойота»,
поэтому и не представляется возможным установить, имел ли водитель автомобиля «Тойота» техническую возможность, путем применения мер экстренного торможения, остановиться до места столкновения с автомобилем «Опель» и, соответственно, избежать с ним столкновения, а также соответствовали ли его действия требованию пункта 10.1 (абзац 2) ПДД РФ.
Водитель же автомобиля «Опель» в рассматриваемой версии развития дорожно-транспортной ситуации перед происшествием имел техническую возможность предотвратить столкновение с автомобилем «Тойота», для чего ему необходимо и достаточно было строго и своевременно выполнить требования пунктов 8.1 (абзац 1) и 8.4 ПДД РФ, а именно, перед тем как приступить к выполнению маневра перестроения с правой полосы движения на левую, ему необходимо было уступить дорогу автомобилю «Тойота», приближающегося к нему в попутном направлении по левой полосе движения проезжей части ул. Урицкого. Но поскольку водитель автомобиля «Опель», при перестроении с правой полосы движения проезжей части ул. Урицкого на левую полосу движения, не уступил дорогу автомобилю «Тойота», двигающемуся по левой полосе движения и, соответственно, пользующемуся преимуществом, то в его действиях, с технической точки зрения, усматривается несоответствие требованиям пунктов 8.1 (абзац 1) и 8.4 ПДД РФ.
По версии водителя автомобиля «Опель»:
В рассматриваемой версии развития дорожно-транспортной ситуации перед происшествием водитель автомобиля «Опель», намереваясь выполнить маневр поворота налево, во дворовую территорию дома № 54 по ул. Урицкого, с технической точки зрения, должен был действовать, руководствуясь требованиями пунктов 8.1 (абзац 1), 8.4, 8.5 (абзац 1), 8.8 (абзац 1) и 11.3 ПДД РФ.
В свою очередь, водитель автомобиля «Тойота», двигаясь по проезжей части. ул. Урицкого, с технической точки зрения, должен был действовать, руководствуясь требованиями пунктов 9.2, 9.10 и 10.1 (абзац 2) ПДД РФ.
Из объяснений водителя автомобиля «Опель» следует, что он в районе дома № 54 по ул. Урицкого совершил маневр перестроения с правой полосы движения проезжей части ул. Урицкого на левую полосу движения, что бы у данного же дома (№54) повернуть налево, во дворовую территорию, после чего остановился, пропуская встречные транспортные средства, а убедившись в их отсутствии приступил к выполнению маневра поворота налево, при этом эксперту неизвестно: какова была величина дистанции между автомобиля «Тойота» и «Опель» в момент начала выполнения водителем автомобиля «Опель» маневра перестроения на левую полосу движения;
на каком расстоянии удаления находился автомобиль «Тойота» от места остановки автомобиля «Опель» на левой полосе движения в момент начала выполнения водителем автомобиля «Опель» маневра перестроения на левую полосу движения проезжей части ул. Урицкого;
с какой скоростью до момента остановки двигался автомобиль «Опель» при выполнении маневра перестроения с правой полосы движения проезжей части ул. Урицкого на левую полосу движения;
какое время прошло с момента начала перестроения автомобиля «Опель» на левую полосу движения приезжей части ул. Урицкого до момента столкновения с автомобилем «Тойота»;
какое время прошло с момента полной остановки автомобиля «Опель» на левой полосе движения проезжей части ул. Урицкого до момента возобновления его движения для выполнения маневра поворота налево,
то есть в данной версии эксперту невозможно установить, создавал ли водитель автомобиля «Опель» своими действиями по перестроению с правой полосы движения проезжей части ул. Урицкого на левую полосу движения с последующей полной остановкой на левой полосе движения какую-либо помеху и опасность для движения автомобиля «Тойота» и вынуждал ли его водителя принимать какие-либо меры во избежание столкновения ним, а потому и не представляется возможным установить, по какой фактической причине водитель автомобиля «Тойота» применил незадолго до происшествия резкий маневр влево и выехал на сторону встречного движения (во избежание столкновения с перестроившимся с правой полосы движения и остановившимся на его левой полосе движения автомобилем «Опель» или с целью его объезда (обгона).
Указанные выше обстоятельства не позволили решить в категоричной форме вопросы о том:
имели ли в исследуемой версии водители автомобилей «Опель» и «Тойота» техническую возможность избежать столкновения друг с другом;
соответствовали ли в исследуемой версии действия водителя автомобиля «Опель» требованиям пунктов 8.1 (абзац 1), 8.4 и 11.3 ПДД РФ, а действия водителя автомобиля «Тойота» требованиям пунктов 9.2, 9.10 и 10.1 (абзац 2) ПДД РФ,
но если в момент начала перестроения автомобиля «Опель» с правой полосы движения проезжей части ул. Урицкого на левую полосу движения автомобиль «Тойота» находился от места остановки автомобиля «Опель» на левой полосе движения на расстоянии удаления менее расстояния своего остановочного пути (на расстоянии менее 44,1...58,8 м), то следует говорить о том, что у водителя автомобиля «Тойота» не было технической возможности избежать столкновения с автомобилем «Опель», путем применения мер торможения и примененный им маневр выезда па сторону встречного движения является вынужденным. Соответственно, при таком условии в действиях водителя автомобиля «Тойота» не будет усматриваться несоответствий требованиям пунктов 9.2, 9.10 и 10.1 (абзац 2) ПДД, действиях водителя автомобиля «Опель», напротив, будет усматриваться несоответствие требованиям пунктов 8.1 (абзац 1) и 8.4 ПДД РФ.
В связи с тем, что в исследуемой версии развития дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля «Опель», перед тем как приступить к выполнению маневра поворота налево, полностью перестроился на левую полосу движения проезжей части ул. Урицкого (соответственно занял крайнее левое положение на своей стороне движения проезжей части) а также пропустил встречные транспортные средства (то есть уступил им дорогу), то в его действиях, с технической точки зрения, не усматривается несоответствий требованиям пунктов 8.5 (абзац 1) и 8.8 (абзац 1) ПДД РФ.
Допрошенный в судебном заседании эксперт ООО «Аварийные комиссары» ФИО7, предупрежденный об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее - УК РФ), подтвердил сделанные им по результатам экспертного исследования выводы. Пояснил, что отсутствие на составленной сотрудниками ГИБДД сведений о следовой обстановке, не дает возможности точно определить обстоятельства ДТП. Остановка транспортных средств и наличие осколков транспортных средств сами по себе не свидетельствуют о выезде транспортного средства «Тойота» на встречную сторону, поскольку указанное транспортное средство могло выкатиться на встречную полосу, двигаясь по инерции после удара (столкновения) транспортных средств. Осколки транспортных средств могли Наличие на встречной место дорожно-транспортного происшествия, поэтому упасть на встречной части проезжей части после того, как автомобили разъехались после их столкновения. Вследствие этого, эксперт не может сделать категоричный вывод о том, что столкновение транспортных средств произошло на встречной полосе проезжей части.
В соответствии с ч. 3 ст. 86 ГПК РФ заключение эксперта необязательно для суда и оценивается по правилам, установленным в статье 67 настоящего Кодекса.
Статьей 67 ГПК РФ законодательно закреплено дискреционное полномочие суда по оценке доказательств, необходимое для эффективного осуществления правосудия.
Согласно приведенной правовой норме суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств; никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
Оценив представленные сторонами исследования по правилам ст. ст. 67, 85 ГПК РФ в совокупности со всем объемом представленных по делу доказательств, суд принимает в качестве допустимого доказательства заключение судебного эксперта, предупрежденного об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных заключений, не имеющего какой-либо личной заинтересованности в исходе дела, являющегося лицом, имеющим необходимые образование, квалификацию, а также значительный опыт в проведении подобных исследований.
Экспертное заключение содержит мотивированные выводы по поставленным на разрешение экспертизы вопросам, которые основаны на исследованных экспертом материалах дела и административном материале.
Каких-либо объективных и допустимых доказательств, опровергающих выводы эксперта, лица, участвующие в деле, суду не представили, а собранные и исследованные по делу доказательства указывают на правомерность выводов заключения эксперта.
Оснований сомневаться в правильности выводов проведенной по делу судебной экспертизы у суда не имеется, в связи с чем суд принимает заключение эксперта в качестве допустимого доказательства.
Доброшенный в судебном заседании свидетель ФИО10 предупрежденный об уголовной ответственности по ст. 307, 308 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее - УК РФ), пояснил, что 15.01.2022 он шел от магазина «Макси» вдоль магазина «Арктика». На правой полосе проезжей части он увидел стоящий автомобиль «Опель» темного цвета с включенным левым указателем поворота, через три секунды он после этого он начал движение. В это время по правой полосе попутного направления ехал автомобиль «Тойота». Когда «Опель Инсигния» начала движение влево проезжала «Тойота», произошел удар. После столкновения «Тойота» выкатилась на встречную полосу. Он подошел к водителю «Тойоты», спросил, есть ли у него видеорегистратор, тот ответил, что видеорегистратор у него отсутствует. В связи с этим он оставил водителю «Тойоты» номер своего мобильного телефона на случай необходимости дать свидетельские показания. По обстоятельствам произошедшего его опрашивали в ГИБДД.
Доброшенная в судебном заседании свидетель ФИО9, предупрежденная об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, пояснила, что она вместе с супругом ФИО1 ехала на автомобиле «Тойота Рав4» по проезжей части ул. Урицкого в крайней левой полосе с обычной для движения по городу скоростью, не превышающей 60 км/ч, в это время по правой полосе медленно ехала темная машина («Опель Инсигния»). Внезапно автомобиль «Опель Инсигния» начал движение в левую полосу, «подрезав» их автомобиль. Супруг, находившийся за рулем, начал резко тормозить, но избежать столкновения с «Опелем» не удалось.
Показания свидетелей ФИО9 и ФИО10 суд принимает в качестве допустимых доказательств, поскольку указанные лица являлись очевидцами произошедшего ДТП, их показания последовательны, логичны, соотносятся с иными представленными в дело доказательствами. Ошибочное указание ФИО10 времени ДТП обусловлено давностью событий, не является основанием для признания его показаний недопустимым доказательством.
Доброшенный в судебном заседании свидетель ФИО8, предупрежденный об уголовной ответственности по ст. 307, 308 УК РФ, пояснил, что он проезжал на автомобиле по правой стороне ул. Урицкого в г. Архангельске и видел в зеркало заднего вида, как автомобиль «Опель» стоял на левой стороне проезжей части, «Тойоту» не видел. Спустя две секунды после этого услышал удар от столкновения.
Суд оценивает показания свидетеля ФИО8 критически, поскольку указанный свидетель ехал впереди автомобилей «Тойота» и «Опель Инсигния», в зеркало заднего вида не видел всей дорожно-транспортной обстановке, его вывод о том, что до столкновения с «Тойотой» водитель «Опеля» перестроился в левую полосу, является предположением.
Согласно пояснениям сторон и участников ДТП, свидетелей ФИО9 и ФИО10, экспертному заключению и показаниям эксперта ФИО7 по обстоятельствам ДТП, автомобиль «Тойота» ехал по крайней левой полосе дороги по ул. Урицкого, не меняя направления движения и не перестраиваясь. Соответственно, водитель автомобиля «Опель Инсигния» при перестроении с правой полосы влево и повороте не имел преимущественного права движения по отношению к транспортному средству «Тойота» под управлением ФИО1, у последнего отсутствовала обязанность уступить дорогу транспортному средству под управлением ФИО4.
В соответствии с п.п. 1.3, 1.5 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 № 1090 (далее – ПДД РФ) участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним Правила дорожного движения и действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.
Следовательно, все участники рассматриваемого ДТП обязаны в равной степени знать и соблюдать правила дорожного движения.
Согласно п. 8.1 ПДД РФ перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.
Пунктом 8.2 ПДД РФ предусмотрено, что подача сигнала указателями поворота или рукой должна производиться заблаговременно до начала выполнения маневра и прекращаться немедленно после его завершения. При этом сигнал не должен вводить в заблуждение других участников движения. Подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности.
Согласно п. 10.1 ПДД РФ при возникновении опасности при движении, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.
Согласно п. 10.2 ПДД РФ в населенных пунктах разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/ч, а в жилых зонах, велосипедных зонах и на дворовых территориях не более 20 км/ч.
В силу ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на полном, всестороннем, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.
Оценивая имеющиеся в материалах дела экспертные исследования, суд приходит к выводу, что согласно исследованных доказательств версия водителя «Тойоты» нашла свое объективное подтверждение, в связи с чем суд принимает за основу выводы эксперта по версии водителя «Тойоты», полагая, что версия водителя автомобиля «Опель» опровергнута в ходе судебного разбирательства.
Таким образом, рассматриваемое ДТП возникло вследствие нарушений п. 8.1 (абзац 1) и 8.4 ПДД РФ, допущенных водителем ФИО4. Допущенные ФИО4 нарушения ПДД РФ находятся в прямой причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием и наступившими последствиями.
Доказательств, опровергающих установленные обстоятельства, стороной ответчика в соответствии с требованиями ст. 56 ГПК РФ не представлено.
Категоричных выводов о несоответствии действий ФИО1 требованиям п. 10.1 ПДД РФ экспертное заключение не содержит, судом таких нарушений в действиях ФИО1 также не установлено.
При данных обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что лицом, виновным в совершении рассматриваемого ДТП является ФИО4. Основания для установления обоюдной вины водителей в ДТП у суда отсутствуют.
При определении лица, ответственного за причинение вреда имуществу истца, суд руководствуется следующим.
В соответствии с п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (в том числе использование транспортных средств), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.
Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (абзац второй п. 1 статьи 1079 ГК РФ).
Исходя из данной правовой нормы, законным владельцем источника повышенной опасности, на которого законом возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате использования источника повышенной опасности, является юридическое лицо или гражданин, эксплуатирующие источник повышенной опасности в момент причинения вреда в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, права оперативного управления, либо в силу иного законного основания.
Таким образом, субъектом ответственности за причинение вреда источником повышенной опасности является лицо, которое обладало гражданско-правовыми полномочиями по использованию соответствующего источника повышенной опасности и имело источник повышенной опасности в своем реальном владении, использовало его на момент причинения вреда.
Следовательно, для возложения на лицо обязанности по возмещению вреда, причиненного источником повышенной опасности, необходимо установление его юридического и фактического владения источником повышенной опасности.
Положениями п. 2 ст. 209 ГК РФ предусмотрено, что совершение собственником по своему усмотрению в отношении принадлежащего ему имущества любых действий не должно противоречить закону и иным правовым актам и нарушать права и охраняемые законом интересы других лиц.
Из положений п. 1 ст. 1079 и п. 2 ст. 209 ГК РФ в их совокупности и правовом значении следует, что установлен особый режим передачи собственником правомочия владения источником повышенной опасности (передача должна осуществляться на законном основании), при этом для передачи правомочия пользования достаточно по общему правилу только волеизъявления собственника.
Вместе с тем п. 2 ст. 1079 ГК РФ установлено, что владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.
Из разъяснений, содержащихся в п. 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», следует, что при наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность по возмещению вреда может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности, в долевом порядке в зависимости от степени вины каждого из них (например, если владелец транспортного средства оставил автомобиль на неохраняемой парковке открытым с ключами в замке зажигания, то ответственность может быть возложена и на него).
По смыслу приведенных положений Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежащих истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в ст. 1 ГК РФ, с учетом разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, законный владелец источника повышенной опасности может быть привлечен к ответственности за вред, причиненный данным источником, наряду с непосредственным причинителем вреда, в долевом порядке при наличии вины.
Из положений ст. 1079 ГК РФ следует, что ответственность за причиненный источником повышенной опасности вред несет его собственник, если не докажет, что право владения источником передано им иному лицу в установленном законом порядке.
Сам по себе факт передачи ключей не свидетельствует о передаче права владения автомобилем в установленном законом порядке, поскольку использование другим лицом имущества собственника не лишает последнего права владения им, а, следовательно, не освобождает от обязанности по возмещению вреда, причиненного этим источником.
Статьей 1079 ГК РФ установлен перечень законных оснований владения источником повышенной опасности и документов, их подтверждающих, который не является исчерпывающим, в связи с чем любое из таких допустимых законом оснований требует соответствующего юридического оформления (заключение договора аренды автомобиля, выдача доверенности на право управления транспортным средством, внесение в страховой полис лица, допущенного к управлению транспортным средством, и т.п.).
В ходе судебного разбирательства представителем ответчика и третьего лица ФИО4 представлена суду доверенность на право управления транспортным средством «Опель Инсигния», выданная ФИО2 ФИО4 01января 2022 года, согласно которой ФИО4 вправе пользоваться указанным транспортным средством.
Вместе с тем, по мнению суда, данная доверенность не освобождает ответчика как собственника указанного транспортного средства от возмещения причиненного вреда, поскольку из пояснений ФИО2 ФИО4 работает у него в качестве водителя и использует принадлежащее ФИО2 транспортное средство для нужд последнего.
Из доверенность, выданной ФИО4 на представление его интересов ФИО6, также следует, что доверенность удостоверена работодателем ФИО4 – ФИО2.
В момент ДТП ФИО4 также вез ФИО2.
Изложенное свидетельствует о том, что автомобиль «Опель Инсигния» не выбывал из законного владения ФИО2, соответственно, оснований для освобождения его от гражданско-правовой ответственности за причинение вреда не имеется.
Понятие владельца транспортного средства приведено в ст. 1 Закона об ОСАГО, в соответствии с которым им является собственник транспортного средства, а также лицо, владеющее транспортным средством на праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (право аренды, доверенность на право управления транспортным средством, распоряжение соответствующего органа о передаче этому лицу транспортного средства и тому подобное). Нe является владельцем транспортного средства лицо, управляющее транспортным средством в силу исполнения своих служебных или трудовых обязанностей, в том числе на основании трудового или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем транспортного средства.
Под владением в гражданском праве понимается фактическое господство лица над вещью. Такое господство может быть владением собственника, а также обладателя иного вещного права, дающего владение; владением по воле собственника или для собственника (законное владение, которое всегда срочное и ограничено в своем объеме условиями договора с собственником или законом в интересах собственника); владением не по воле собственника (незаконное владение, которое возникает в результате хищения, насилия, а также вследствие недействительной сделки).
С учетом уточнения исковых требований истец просил взыскать с ответчика в возмещение материального ущерба стоимость восстановительного ремонта «Тойоты РАВ 4», государственный регистрационный номер №, относительно повреждений, полученный в рассматриваемом ДТП по состоянию на дату ДТП в размере 470 044 руб.
Согласно ч. 3 ст. 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным исковым требованиям.
На основании изложенного взысканию с ответчика ФИО2 в пользу истца ФИО1 в возмещение стоимости восстановительного ремонта транспортного средства подлежит 470 044 руб. 00 коп.
Истцом также заявлены к взысканию расходы на восстановление здоровья в размере 109 руб., а именно стоимость препарата «Нурофен», приобретенного согласно чеку 29 марта 2022 года, то есть спустя более, чем два с половиной месяца со дня ДТП. Принимая во внимание отсутствие доказательств, подтверждающих, что указанный препарат был приобретен истцом для восстановления здоровья после произошедшего 15 января 2022 года дорожно-транспортного происшествия по заключению врача, в удовлетворении требований о взыскании расходов в размере 109 руб. надлежит отказать.
Таким образом, исковые требования подлежат удовлетворению частично.
В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
Судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела (ст. 88 ГПК РФ).
Статьей 94 ГПК РФ установлено, что к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе: расходы на оплату услуг представителей; связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами; другие признанные судом необходимыми расходы.
Согласно п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» перечень судебных издержек, предусмотренный указанными кодексами, не является исчерпывающим. Так, расходы, понесенные истцом, административным истцом, заявителем в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, административного искового заявления, заявления в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости. Например, истцу могут быть возмещены расходы, связанные с легализацией иностранных официальных документов, обеспечением нотариусом до возбуждения дела в суде судебных доказательств (в частности, доказательств, подтверждающих размещение определенной информации в сети «Интернет»), расходы на проведение досудебного исследования состояния имущества, на основании которого впоследствии определена цена предъявленного в суд иска, его подсудность.
Истцом документально подтверждены расходы на оплату услуг эксперта по определению стоимости восстановительного ремонта транспортного средства в размере 6 000 руб. 00 коп., на дефектовку автомобиля в размере 2 040 руб. Указанные расходы понесены истцом в целях предоставления доказательств размера ущерба, в связи с чем суд признает их необходимыми и подлежащими взысканию в пользу истца с ответчика в размере 8 040 руб.
На основании ст. 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины в размере 7 155 руб. 00 коп.
С учетом размера удовлетворенных к ФИО2 исковых требований имущественного характера, согласно ст. 103 ГПК РФ с указанного ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 745 руб. 44 коп. (7900,44-7155).
В ходе судебного разбирательства по ходатайству представителя ответчика по настоящему делу ООО «Аварийные комиссары» проведена судебная экспертиза, стоимость которой составила 37 000 руб. (счет № 285 от 05 декабря 2022 года). Услуги эксперта до настоящего времени не оплачены.
На основании изложенного, с учетом удовлетворения исковых требований имущественного характера с ответчика ФИО2 в пользу ООО «Аварийные комиссары» подлежат взысканию расходы на проведение судебной экспертизы в размере 37 000 руб. 00коп.
Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд
решил :
Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, расходов на лечение, судебных расходов – удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ) в пользу ФИО1 <данные изъяты>) материальный ущерб, причиненный дорожно-транспортным происшествием, в размере 470 044 руб. 00 коп., расходы на проведение оценки в размере 6 000 руб. 00 коп., расходы на дефектовку в размере 2 040 руб. 00 коп., уплаченную государственную пошлину в возврат в размере 7 155 руб. 00 коп.
В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о взыскании расходов на лечение в размере 109 руб. отказать.
Взыскать с ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Аварийные комиссары» (ИНН <***>) расходы на проведение судебной экспертизы в размере 37 000 руб. 00 коп.
Взыскать с ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 745 руб. 44 коп.
Решение может быть обжаловано в Архангельский областной суд в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд города Архангельска.
Председательствующий М.С. Вербина
Решение суда в окончательной форме изготовлено 27 февраля 2023 года.
Председательствующий М.С. Вербина