Решение по делу № 2-4529/2022 от 20.10.2022 - о компенсации морального вреда ввиду изменения объема предъявленного обвинения и назначения необоснованного назначения дополнительного наказания.

Дело № 2-4529/2022

УИД: 03RS0004-01-2022-004460-11

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

20 октября 2022 года

<...>

Ленинский районный суд города Уфы Республики Башкортостан в составе: председательствующего судьи Лялиной Н.Е.,

при секретаре Кулуевой А.Р.,

с участием истца ФИО1, представителя ответчика СУ СК РФ по РБ - ФИО2 (доверенность в деле), представителя ответчика Министерства финансов РФ – ФИО3 (доверенность в деле), представителя третьего лица Прокуратуры РБ - ФИО4 (доверенность в деле),

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, Управлению Федерального казначейства по Республике Башкортостан, Следственному управлению Следственного комитета РФ по Республике Башкортостан, Судебному департаменту при Верховном суде Российской Федерации о компенсации морального вреда ввиду изменения объема предъявленного обвинения и назначения необоснованного назначения дополнительного наказания,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Управлению Федерального казначейства по Республике Башкортостан о компенсации морального вреда в размере 500 000 руб. ввиду изменения объема предъявленного обвинения и назначения необоснованного назначения дополнительного наказания.

В обоснование иска указано на то, что приговором Верховного суда РБ от ФИО5 осужден к 20 годам лишения свободы с ограничением свободы на срок 1 год 6 месяцев. Кассационным определением приговор суда в части назначенного наказания изменен, исключено дополнительное наказание в виде ограничения свободы. Кроме того, гособвинитель при рассмотрении уголовного дела в суде отказался от части обвинения по п.п. «ж, к» ч.2 ст.105 Уголовного кодекса РФ, что улучшило положение Штрауса как подсудимого по делу. Ввиду наличия указанных обстоятельств, Штраус обратился в суд с настоящим иском.

В дальнейшем к участию в деле в качестве соответчиков привлечены Министерство финансов РФ, Следственное управление Следственного комитета РФ по РБ, Судебный департамент при Верховном суде РФ, а также третьего лица - Прокуратура РБ.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал.

Представитель ответчика СУ СК РФ по РБ - ФИО2 в судебном заседании в удовлетворении иска просил отказать, т.к. уголовное дело возбуждено ввиду совершения Штраусом преступлений и само по себе исключение пунктов из обвинения не указывает на вину должностных лиц.

В судебном заседании представитель ответчиков Министерства финансов РФ - ФИО3 в удовлетворении иска просила отказать за необоснованностью.

Представитель третьего лица Прокуратуры РБ - ФИО4 с иском в части согласилась, определение размера компенсации оставила на усмотрение суда.

На судебное заседание представители ответчиков УФК по РБ, Судебного департамента при Верховном суде РФ не явились, извещены надлежащим образом, потому суд считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, заслушав участников процесса, суд приходит к следующему.

По приговору Верховного Суда Республики Башкортостан от 09 июня 2011 года ФИО1 осуждён по ч.1 ст.139 Уголовного кодекса РФ к исправительным работам на 6 месяцев с удержанием 20 % из заработка в доход государства; п. «а» ч. 2 ст. 105 Уголовного кодекса РФ на 18 лет лишения свободы с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев; ч.2 ст.167 Уголовного кодекса РФ на 4 года 6 месяцев лишения свободы; на основании ч. 3 ст. 69, ч. 1 ст.71 Уголовного кодекса РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний, окончательно назначено 20 лет лишения свободы с отбыванием в 2 исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев (ограничения указаны в приговоре).

Кассационным определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 27 сентября 2011 года приговор Верховного Суда Республики Башкортостан от 9 июня 2011 года в отношении ФИО1 изменен, исключено указание о назначении ему дополнительного наказания по п.«а» ч. 2 ст.105 Уголовного кодекса РФ и по совокупности преступлений на основании ч. 3 ст.69 Уголовного код РФ в виде ограничения свободы, в остальном приговор о нем оставлен без изменения, а кассационную жалобу-без удовлетворения.

Основанием для исключения дополнительного наказания в виде ограничения свободы из приговора суда послужило то обстоятельство, что назначая наказание в таком виде, суд не учел требования ст. 53 Уголовного кодекса РФ в соответствии с которой, ограничение свободы заключается в установлении судом осужденному ограничений, перечисленных в указанной статье. При этом суд возлагает на осужденного обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, от одного до четырех раз в месяц для регистрации. Установление судом осужденному ограничений на изменение места жительства или пребывания без согласия указанного специализированного государственного органа, а также на выезд за пределы территории соответствующего муниципального образования является обязательным.

Таким образом, суд, признав Штрауса виновным в совершении преступления, предусмотренного п.«а» ч.2 ст.105 Уголовного кодекса РФ, и назначив в качестве дополнительного наказания ограничение свободы сроком на 1 год 6 месяцев, не установил каких-либо ограничений, то есть фактически не назначил дополнительное наказание.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что основанием для исключения из назначенного Штраусу наказания в виде ограничения свободы явилась не чрезмерная суровость наказания, а не установление каких-либо ограничений в соответствии с требованиями ст.53 Уголовного кодекса РФ, и потому указанное обстоятельство не повлекло нарушение прав и законных интересов Штрауса.

Судом установлено, что органами следствия Штраусу предъявлено обвинение по ч.1 ст.139, пп. «а, ж,з» ч.2 ст.105, ч.2 ст.167 Уголовного кодекса РФ.

В ходе судебного следствия гособвинитель отказался от части обвинения, просил из обвинения Штрауса исключить квалифицирующие признаки по п. «ж» ч.2 ст.105 Уголовного кодекса РФ - совершение убийства группой лиц по предварительному сговору, оставив совершение убийства группой лиц; п. «к» ч.2 ст.105 Уголовного кодекса РФ - совершение убийства с целью облегчить совершение другого преступления.

Свою позицию гособвинитель обосновал тем, что по делу не добыто доказательств предварительного сговора Штрауса и ФИО6 на убийство Т-ных и не доказан мотив убийства ФИО7 - с целью облегчить убийство ФИО8

На основании ч.7 ст. 246 УПК РФ отказ гособвинителя от обвинения обязателен для суда и потому из обвинения подлежали исключению - из п. «ж» ч.2 ст.105 Уголовного кодекса РФ «предварительный сговор» на убийство, а также п. «к» ч.2 ст.105 Уголовного кодекса РФ - совершение убийства с целью облегчить совершение другого преступления.

В силу изложенного, Штраус признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.139 Уголовного кодекса РФ, п. «а» ч. 2 ст. 105 Уголовного кодекса РФ, ч.2 ст.167 Уголовного кодекса РФ, с назначением указанного выше наказания.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что исключение из общего объема обвинения Штраусу п. «ж» ч.2 ст.105 Уголовного кодекса РФ «предварительный сговор» на убийство, а также п. «к» ч.2 ст.105 Уголовного кодекса РФ - совершение убийства с целью облегчить совершение другого преступления, является незаконным уголовным преследованием в части предъявленного ему обвинения, презюмирующим право на компенсацию морального вреда.

В силу статьи 53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Статья 1070 Гражданского кодекса РФ предусматривает ответственность за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, согласно пункту 1 которой вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В пункте 1 статьи 150 Гражданского кодекса РФ указано, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии с абзацем первым статьи 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В пункте 1 статьи 1099 Гражданского кодекса РФ установлено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 указанного Кодекса.

Анализ вышеприведенных правовых норм позволяет прийти к выводу о том, что при виновном нарушении любых нематериальных благ гражданин имеет право на присуждение компенсации морального вреда.

В соответствии со статьей 1100 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу.

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом на основании статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Суд, определяя размер компенсации морального вреда, учитывает нравственные страдания истца, его личность, обстоятельства дела, связанные с постановлением обвинительного приговора в отношении истца, совершившего серию преступлений, в том числе то, что гособвинитель отказался от обвинения пп. «ж,к» ч.2 ст.105 Уголовного кодекса РФ, исходит из принципа разумности и справедливости и определяет размер компенсации морального вреда в размере 2 000 руб.

Как следует из статьи 1071 Гражданского кодекса РФ в случаях, когда в соответствии с ГК РФ или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 ГК РФ эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В силу разъяснений данных в пункте 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 мая 2019 года N 13 "О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации", исполнение судебных актов по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного гражданину или юридическому лицу незаконными действиями (бездействием) государственных органов Российской Федерации или их должностных лиц (статьи 1069, 1070 ГК РФ), в том числе в результате издания государственными органами Российской Федерации актов, не соответствующих закону или иному нормативному правовому акту, возложено на Минфин России и осуществляется за счет казны Российской Федерации (пункт 1 статьи 242.2 БК РФ).

Неправильное определение в исковом заявлении государственного органа, выступающего от имени Российской Федерации, не является основанием для отказа в принятии искового заявления, его возвращения, оставления без движения. Суд при подготовке дела к судебному разбирательству определяет в судебном акте ответчиком Российскую Федерацию в лице надлежащего федерального органа государственной власти, наделенного полномочиями выступать от имени Российской Федерации в суде.

Субъектом, обязанным возместить вред по правилам статьи 1070 ГК РФ, и, соответственно, ответчиком по указанным искам является Российская Федерация, от имени которой в суде выступает Минфин России, поскольку эта обязанность ГК РФ, БК РФ или иными законами не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина (статья 1071 ГК РФ).

Таким образом, компенсация морального вреда в размере 2 000 руб. подлежит взысканию в пользу Штрауса с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счёт средств казны Российской Федерации.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 о компенсации морального вреда ввиду изменения объема предъявленного обвинения и назначения необоснованного назначения дополнительного наказания, удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счёт средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 2 000 руб.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Мотивированное решение составлено 25 октября 2022 года.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Башкортостан через Ленинский районный суд города Уфы Республики Башкортостан в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий Н.Е. Лялина