№ 1-126/2023
ПРИГОВОР
именем Российской Федерации
7 августа 2023 г. г. Волгоград
Тракторозаводский районный суд г. Волгограда
в составе председательствующего Струк И.Г.,
при секретаре судебного заседания Остряковой Т.В.,
с участием:
государственных обвинителей – помощника прокурора Тракторозводского района г. Волгограда Самариной А.П. и прокурора Тракторозаводского района г. Волгограда Кабакова О.К.,
подсудимой ФИО2 и ее защитника – адвоката Болтавы О.А.,
а также несовершеннолетней потерпевшей ФИО5 №1. и ее законного представителя ФИО16
рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении
ФИО2, ДАТА ИЗЪЯТА рождения, уроженки г. Волгограда, гражданина Российской Федерации, имеющей высшее образование, замужней, имеющей троих малолетних детей, ДАТА ИЗЪЯТА рождения, ДАТА ИЗЪЯТА ДАТА ИЗЪЯТА рождения и ДАТА ИЗЪЯТА рождения, невоеннообязанной, трудоустроенной в АО «Тандер» финансовым контролером сектора контроля «Опекс», зарегистрированной по адресу: АДРЕС ИЗЪЯТ проживающей по адресу: АДРЕС ИЗЪЯТ, несудимой,
обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного п.п. «б, в» ч. 2 ст. 238 УК РФ,
УСТАНОВИЛ:
ФИО2 оказала предназначенную для детей в возрасте до 6 лет услугу, не отвечающую требованиям безопасности здоровья потребителей, что, по ее (ФИО3) неосторожности, причинило тяжкий вред здоровью человека.
Преступление совершено ФИО2 в Тракторозаводском районе г. Волгограда при следующих обстоятельствах.
В соответствии с ч. 1 ст. 7 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей», потребитель имеет право на то, чтобы услуга при обычных условиях ее использования была безопасной для его жизни и здоровья; требования, которые должны обеспечивать безопасность услуги для жизни и здоровья потребителя являются обязательными.
В силу ч. 2 ст. 10 названного Закона РФ, информация об услугах в обязательном порядке должна содержать правила и условия эффективного и безопасного использования услуг.
Согласно ГОСТу 33807-2016 «Безопасность аттракционов. Общие требования», введенному в действие Приказом Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии от 31 октября 2016 г. № 1539-ст в качестве национального стандарта Российской Федерации с 1 июля 2017 г., для посетителей в одной или нескольких информационных табличках должна быть представлена информация о правилах пользования аттракционом для посетителей; указанные таблички, надписи, рисунки, пиктограммы должны быть размещены перед входом на аттракцион и доступны для чтения посетителями (п.п. 4.7, 4.7.3).
1 февраля 2020 г., ФИО2, не являясь учредителем или руководителем юридического лица, а также индивидуальным предпринимателем, с целью извлечения прибыли посредством незаконной организации детского игрового клуба «Летучий корабль» по оказанию за плату населению, в том числе несовершеннолетним, включая детей в возрасте до шести лет, услуг, не отвечающих требованиям безопасности здоровья потребителей, заключила от имени, якобы, директора ООО «Брик» ФИО4 №5 договор аренды на приисканное ею по объявлению принадлежащее на праве собственности ФИО4 №7ДАННЫЕ ИЗЪЯТЫ, нежилое помещение, площадью 150 м2, расположенное по адресу: АДРЕС ИЗЪЯТ после чего организовала в нем детский игровой клуб «Летучий корабль» для проведения за плату в размере не менее 1 000 рублей за час праздников с использованием аттракционов – батутов – и в период времени с 1 февраля 2020 г. до 8 сентября 2021 г., действуя из корыстных побуждений осознавая фактический характер и общественную опасность своих действий, в том числе, что предоставляемая ею услуга не отвечает требованиям безопасности здоровья потребителей, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий своих действий в виде причинения тяжкого вреда здоровью человека, но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывая на предотвращение таких последствий, в нарушение требований ч. 2 ст. 10 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» и п.п. 4.7, 4.7.3 ГОСТ 33807-2016, не обеспечив наличие инструкции о правилах пользования названным аттракционом, оказывала в данном помещении указанную услугу.
Так, в период времени с 1 декабря 2020 г. до 11 декабря 2020 г., более точные дата и время не установлены, ФИО4 №9, не будучи осведомленной об организации батутной арены, не отвечающей требованиям безопасности для здоровья несовершеннолетних, в целях празднования дня рождения своего малолетнего сына ФИО21, ДАТА ИЗЪЯТА года рождения, через привлеченную ФИО2 к работе клуба номинально выполняющей функции его администратора ФИО4 №2 в устной форме заказала проведение праздника в помещении игрового клуба «Летучий корабль», расположенного по адресу: АДРЕС ИЗЪЯТА, на 11 декабря 2020 г. с 17 часов 00 минут до 20 часов 00 минут, после чего оплатила последней 15 000 рублей.
11 декабря 2020 г. в 17 часов 00 минут малолетняя ФИО5 №1 ДАТА ИЗЪЯТА года рождения, по приглашению своей подруги – малолетней ФИО15 – для празднования дня рождения малолетнего ФИО21 прибыла в детский игровой клуб «Летучий корабль», расположенный по адресу: АДРЕС ИЗЪЯТ где находилась ФИО4 №2, и, будучи не проинформированной последней надлежащим образом о правилах поведения на батутах, не ознакомленной с правилами по технике безопасности при осуществлении прыжков на батутах, прошла на батутную арену, где без организации надлежащего контроля со стороны лиц, предоставляющих названные услуги, начала осуществлять прыжки на батутах.
В результате допущенных ФИО2 вышеназванных нарушений, при оказании несовершеннолетним услуг детского игрового клуба «Летучий корабль» с использованием батутов, 11 декабря 2020 г., в период времени с 20 часов 00 минут до 20 часов 12 минут, более точное время не установлено, ФИО5 №1 при совершении прыжков на батуте, приземлившись на него на нижние конечности, получила ДАННЫЕ ИЗЪЯТЫ которая квалифицируется как причинившая тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть.
В дальнейшем, 1 апреля 2021 г. ФИО2, действуя в качестве индивидуального предпринимателя, от своего имени заключила с ДАННЫЕ ИЗЪЯТЫ, новый договор аренды нежилого помещения, площадью 150 м2, расположенного по адресу: АДРЕС ИЗЪЯТ, где продолжила предоставлять населению названную выше услугу, не отвечающую требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, до момента пресечения ее противоправной деятельности правоохранительными органами 8 сентября 2021 г.
Подсудимая ФИО2 в судебном заседании вину в совершении инкриминируемого ей преступления при вышеуказанных обстоятельствах не признала, показав следующее.
В 2017 г., находясь в декретном отпуске по уходу за вторым ребенком, ввиду материальных проблем в семье, желая улучшить ее материальное положение, после посещения с детьми батутного центра в ТЦ «Диамант» она (ФИО3) решила организовать подобное детское развлекательное заведение с батутами на территории АДРЕС ИЗЪЯТ, недалеко от места ее жительства, чтобы иметь возможность добираться до него оперативно. В указанной связи она стала искать соответствующую информацию в «Интернете» и среди знакомых. Так ей стало известно, что стоимость готовых батутов в комплекте от производителя при приобретении «целиком» была значительной: в 10 раз дороже стоимости комплектующих, в связи с чем, в целях экономии, ею и ее супругом ФИО4 №3 было принято решение приобрести комплектующие и собрать батуты самостоятельно, для чего пришлось оформить кредит. Ее брат ФИО4 №4 ранее «помогал собирать» батуты в батутном центре АДРЕС ИЗЪЯТ», в связи с чем у него имелась информация о том, что и где закупалось для данного батутного центра. Данную информацию ФИО4 №4 сообщил ей, пояснив также, что к батутам нормативно определенных требований нет. При этом, названный батутный центр принадлежит «серьезной организации», которой на территории Российской Федерации открыты несколько таких центров, в связи с чем она доверилась данной информации. Далее посредством сети «Интернет» она приобрела необходимые материалы для батутов, в том числе ткани, пружинящие нескользящие детские батутные сетки, на которые, согласно техническому регламенту Евросоюза, сертификат не предусмотрен, и оградительные сетки: в Москве или Санкт-Петербурге – точно не помнит, у организации-производителя, железный каркас – квадратную трубу с сечением 10 см – и наполнитель для матов – вспененный пропилен – в Волгограде, пружины – на заводе в Челябинске, которые пришли с сертификатами, полотно для матов – также не помнит, где именно; после чего ФИО4 №4 передал ей имевшиеся в памяти его мобильного телефона чертежи для сборки батутов с батутного центра «Полетайка», которые они распечатали. При этом, как она поняла по данным чертежам, батуты для батутного центра «Полетайка» также приобретались в разобранном виде у тех же производителей, что и она, комплектующие были идентичными приобретенным ею. Кроме того, ФИО4 №4 дал необходимые пояснения по сборке, но и сами чертежи были выполнены в доступной для понимая форме и не вызывали затруднений. Трубы для каркасов были разрезаны по размерам помещения, в котором ею организовывался игровой батутный клуб, и сваривались рамы, после чего на шпильках скручивались сами каркасы; маты она шила сама из ткани ПВХ, которые набивали полипропиленом и поролоном, чтобы защитить от железа: укладывали маты на железный каркас и закрывали ими пружины. Когда батут готов к эксплуатации, у него нет никаких твердых выступающих элементов, в том числе столбы, на которых держится сетка, обшиваются поролоном, поверх которого надевается мягкий чехол из ПВХ; все вокруг: стены, к которым приставляется батут – также было обшито поролоном и затянуто ПВХ. Таким образом, батуты в ее игровом клубе были собраны аналогичным батутному центру «Полетайка» способу. Помещение по адресу: АДРЕС ИЗЪЯТ, она обнаружила, проходя мимо названного здания, на котором было размещено соответствующее объявление. Позвонив по указанному в объявлении номеру, она договорилась с ответившей на звонок девушкой о встрече, и на следующий день они посмотрели данное помещение, которое расположено на первом этаже здания: при входе – коридор, справа – дверь в данное помещение. Помещение, площадью 150 м2, без комнат, внутри которого поддерживающие опоры в виде столбов, размером 40 х 40 см – одна опора, и 50 х 50 см – остальные, их устроило, и они договорились с названной выше девушкой заключить договор после ремонта. Когда было сконструировано все оборудование и отремонтировано помещение, договор его аренды с ФИО4 №7 был оформлен на ее (ФИО3) брата ФИО4 №4, так как на тот момент она не была зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя. После этого, она и ФИО4 №3, который больше помогал ей «по строительной части», начали работать: в конце 2017 г. игровая комната «Летучий корабль» по вышеуказанному адресу была открыта. Так, при входе в помещение, справа, была оборудована зона ресепшена – стойка администратора, далее по правой стороне – три окна, напротив входа вдоль стены – четыре батута и поролоновая яма с мягкими кубиками, по левой стороне – горки и лестница на горки, а также банкетная зона со столами и стульями, кроме того в помещении был установлен бассейн с шариками. При этом, со стойки администратора батутная зона просматривалась практически полностью, за исключением двух батутов, размером 2,5 х 2,5 м, часть которых: третьего и четвертого – закрывала одна из опор, размером 50 х 50 см, расположенная ближе к батутам. Правила поведения на батутах и в игровом центре в целом также были предоставлены ей ФИО4 №4, который сфотографировал их в игровом центре «Полетайка». Текст данных правил она набрала посредством компьютера и распечатала в 2 экземплярах на листах, формата А 4, шрифтом, крупнее обычного: примерно «20» – заголовок «жирным» шрифтом, текст – обычным. Согласно данным правилам, заходить на батут можно только в носочках: в обуви или босиком – нельзя; с посторонними предметами, в том числе колюще-режущими, едой, напитками, жвачкой – запрещено; желательно снять все украшения, заколки, которые колются; запрещено делать сальто и «сложные прыжки»; запрещено находиться на батутах в состоянии опьянения, а также людям с ограничениями по здоровью во избежание несчастных случаев. При этом, к сложным прыжкам относятся, в том числе прыжки с батута на батут: перепрыгивание с одного батута на другой – однако, прямо это в письменном виде нигде отражено не было, в правилах было просто указано о запрете сложных прыжков. Листы бумаги с Правилами она разместила в красной рамке и файле, которые изначально были вывешены на стену рядом с батутами: справа – поскольку изначально работа игрового клуба была рассчитана на «разовое посещение», не для проведения праздников: чтобы родитель, который приходит в комнату с ребенком и находится рядом с ним, когда ребенок играет, в момент присмотра за ребенком на батуте, сразу видел эти Правила. Однако, поскольку рядом расположена лестница, и дети постоянно их задевали, Правила были перемещены на вход в помещение: один экземпляр в красной рамке справа на стене, если человек смотрит на администратора, и слева на ресепшене, на передней стенке стойки, в файле еще один экземпляр. При этом, она понимала, что батут, будучи предназначенной для прыжков на нем конструкцией, может быть травмоопасным, в связи с чем для пользования им и предусмотрены определенные правила безопасности, однако, каких-либо действий к проверке собранных ими самостоятельно батутов на предмет безопасности специализированной организацией она не предпринимала, поскольку не задумываясь, что необходимо с указанной целью пригласить специалиста, батуты были «проверены на себе»: она и члены ее семьи, в том числе супруг и дети, прыгали на батутах. Изначально функции администратора в организованном ею игровом клубе выполняла она (ФИО3), но иногда, по причине какого-либо форс-мажора, например, когда заболел ребенок, с данной целью в клуб приходил ФИО4 №3 Позднее она вновь забеременела, и на большом сроке беременности, когда ей стало тяжело выполнять работу администратора, ей пришлось привлечь помощников: в 2019 г. ФИО4 №12, которая показывала потенциальным клиентам клуб с целью дальнейшей организации праздника и записывала данные о заказе в специальном журнале для времени аренды и контактной информации клиентов, в то время как для проведения праздника приходила она (ФИО3), либо иногда, по ее просьбе, ФИО4 №12; а после рождения ею (ФИО3) в 2020 г. третьего ребенка она «попросила быть администратором» ФИО4 №2 При этом, трудовой договор с последними она не заключала, поскольку фактически не было определенного графика работы клуба: он работал, когда был заказ на праздник, тогда как периодически она (ФИО3) продолжала выходить на работу сама. Оплата работы помощников производилась почасовая: 100 рублей в час, что устраивало и ФИО4 №12, и ФИО4 №2, которые на ее вопрос о том, необходимо ли им оформление договоров с ними, пояснили, что, поскольку оплата небольшая, в оформлении нет смысла. В обязанности ФИО4 №12 и ФИО4 №2 входили все те функции, которые выполняла она (ФИО3), а именно «прием гостей»; если человек приходил посмотреть клуб, они открывали и показывали помещение, разъясняли правила посещения: что можно делать, что запрещено, какое количество человек допустимо для посещения, какого возраста, веса; если человек соглашался и вносил предоплату, они записывали необходимые данные; во время праздника они также встречали «гостей», показывали им помещение, рассказывали им правила поведения на батутах и правила безопасности: как и кому прыгать, как и кому нельзя прыгать, кроме того, они обязаны были присутствовать на празднике и, в случае каких-либо нарушений со стороны детей – пресекать их, делая замечания детям, а, если те не реагировали – родителям. При этом, данные обязанности были доведены ею до ФИО4 №12 и ФИО4 №2 при их приеме на работу, в связи с чем они были осведомлены об этом еще на данном этапе и выполняли их, в том числе в части инструктажа посетителей, когда она (ФИО3) присутствовала на праздниках. Оплата за проведение праздников производилась удобным клиенту способом: наличными или переводом на карту, поскольку терминала оплаты не было. Журнала инструктажа по правилам поведения, где бы родители расписывались за него, в клубе не было, поскольку изначально, после открытия, клуб работал «на разовое посещение», и каждый родитель заполнял анкету, в которой были прописаны Правила, аналогичные размещенным в вышеназванной рамке, и подписывал графы об ознакомлении с ними, а также в том, что должен присутствовать в комнате и не может уходить, оставляя ребенка одного, а также несет за своего ребенка ответственность. Впоследствии, когда посетителей стало меньше, и смысла ждать, когда кто-то придет, не было, формат работы клуба изменился на «аренду под праздники», когда помещение со всем установленным в нем оборудованием предоставлялось на несколько часов для проведения, в том числе дней рождений, после чего анкеты «упразднились», и никакие письменные документы о разъяснении Правил организаторам праздников (арендаторами) не составлялись, однако в устной форме администратором обговаривалось, что «есть такие моменты, и Правила безопасности необходимо соблюдать», а также, что именно арендатор клуба как организатор праздника несет ответственность за гостей на нем. Когда она (ФИО3) работала на праздниках, то говорила родителям, что она следит за детьми, но если те не слушаются, она будет обращаться к родителям. Вместе с тем, фактически – это «чужой праздник», и они «не могут находиться при детях», о чем предупреждали родителей. Кроме того, если родитель на указание администратора не пресекал нарушение правил со стороны своего ребенка, поскольку полагал, что оплатив свое пребывание с детьми в клубе, они могут делать, что считают нужным, администраторы ничего не могли с этим сделать. Вместе с тем, имели место случаи, когда она (ФИО3) выходила на работу совместно с ФИО4 №12 и ФИО4 №2, контролируя их работу, в том числе во время «благотворительных праздников», проводимых бесплатно для детей с синдромом Дауна, которые на усмотрение родителей, под их присмотром, также прыгали на батутах, и в ее (ФИО3) присутствии ФИО4 №12 и ФИО4 №2 выполняли свои обязанности надлежащим образом. При этом, до 11 декабря 2020 г. никто из посетителей в их игровом клубе никаких травм не получал.
Об обстоятельствах 11 декабря 2020 г. ФИО2 показал, что в тот день она не работала, была смена ФИО4 №2 и о произошедшем с ФИО5 №1 на празднике, заказчиком которого была ФИО4 №9, ей (ФИО3) известно со слов ФИО4 №2 При этом, ФИО4 №9, за несколько дней до 11 декабря 2020 г., предварительно впервые осмотрев помещение, забронировала клуб на указанную дату с 17 часов до 20 часов, сведения о чем, в том числе ее контактная информация, были внесены в журнал. Оплата ФИО4 №9 была произведена в полном объеме за 3 часа без продления срока аренды и увеличения суммы оплаты. 11 декабря 2020 г. ФИО4 №9 приехала в клуб примерно в 16 часов 45 минут вместе со своими детьми, а также детьми семьи ФИО66. К 17 часам подошли другие гости. Родители накрывали на стол, дети играли. Праздник был обычным, в том числе с приглашенными аниматорами, которые всегда приезжают примерно через час после начала праздника. ФИО4 №2 пояснила ей (ФИО43), что примерно в 19 часов 45 минут, к концу праздника, в клуб за своими детьми приехали ФИО65 которые изначально находились в коридоре; другие родители убирали со столов; младшие дети одевались, в том числе ФИО16. одевала младшего сына, в то время как ФИО4 №1 продолжал находиться в коридоре, а старшие девочки – ФИО5 №1 и ФИО15 – все еще были на батуте; когда «время уже подошло», а последних не было, ФИО4 №2 «сделала замечание», пояснив, что время закончилось, и пора собираться, при этом, «сделала вид, что комната закрывается»: притушила свет и начала выключать музыку; ФИО16 позвала ФИО5 №1, сказав, что младшему ребенку жарко, и они уже заждались; ФИО5 №1 и ФИО15 вышли с батута и стали одевать кофточки; ФИО4 №2 начала отключать приборы и компьютер, и в это время ФИО5 №1 и ФИО15 опять убежали, поскольку, как показалось ФИО4 №2, кто-то из них кого-то ущипнул или задел, на что ФИО4 №2 сказала им «куда же вы опять», но преградить им путь не могла, поскольку находилась за стойкой; затем раздался крик, ФИО4 №2 подняла голову и увидела, что девочки на батутах; подойдя к ним, взрослые увидели, что у ФИО5 №1, которая находилась на четвертом батуте, сломана нога, а ФИО15, сидя рядом между четвертым и третьим батутом, просит у нее прощения; при этом, со слов ФИО4 №2, в этот момент на четвертом батуте каких-либо посторонних предметов не было; ФИО4 №1 прошел к батуту и вынес с него ФИО5 №1 на руках; ФИО16 находилась от произошедшего в «шоковом состоянии» и ФИО4 №2 предложила ей успокоительное. Примерно в 20 часов 15 минут – 20 часов 20 минут на ее (ФИО3) мобильный телефон из клуба поступил звонок. Поскольку она укладывала ребенка, то ответила, что в клуб приедет ФИО4 №3 и отвезет ребенка в травмпункт, на что ей сообщили, что перелом сложный, и они будут вызывать «скорую медицинскую помощь». Она ответила согласием, пояснив при этом, что ФИО4 №3 все равно приедет на случай, если понадобится помощь. Со слов ФИО4 №3, ей известно, что, когда он приехал в клуб, «скорая помощь» уже была на месте. Со слов ФИО4 №2, врачи ввели ФИО5 №1 обезболивающий препарат и зафиксировали ее ногу. Когда последнюю поместили в автомобиль «скорой помощи», ФИО4 №3 подошел к ФИО4 №1, пояснив, что является хозяином данной игровой комнаты, и передал ему номер своего телефона, предложив позвонить, если понадобиться помощь, от которой ФИО4 №1 отказался, заявив, что им ничего не нужно. Однако, через неделю ФИО4 №1 позвонил, назначив встречу. Со слов ФИО4 №3, ФИО4 №1 сказал, что «они хотят 100 000 рублей», пояснив на вопрос ФИО4 №3 о размере суммы, что это решение ФИО16 Поскольку такой суммой ее (ФИО3) семья не располагала, ФИО4 №3 сообщил об этом ФИО4 №1, предложив представить документы о понесенных на лечение затратах, чтобы их возместить, на что ФИО5 №1 позднее направили им досудебную претензию с требованием 800 000 рублей. Через общих знакомых она (ФИО37) пыталась урегулировать данный вопрос, предложив ФИО16 50 000 рублей, от которых та категорически отказалась, полагая, что в судебном порядке взыщет большую сумму. При этом, она (ФИО37) не видит своей вины в произошедшем, так как батут не имел повреждений и каких-либо жестких частей.
Также ФИО2 показала, что в ходе предварительного расследования по делу ею была дана явка с повинной, чтобы избежать избрания в отношении нее меры пресечения в виде заключения под стражу, чем ей угрожала следователь, и, посоветовавшись со своим на тот момент защитником, она (ФИО3) написала такой документ. 8 сентября 2021 г. в игровом клубе был проведен обыск, во время которого была изъята вся имевшаяся документация: журнал администратора, анкеты, договоры, в том числе не подписанные, пустые, бланки, фото аниматоров, план пожарной эвакуации, а также Правила поведения: и в рамке, и с ресепшена; позднее, после проверки показаний ФИО5 №1 в клубе, были изъяты батуты, оставили лишь каркас, который, когда потребовалось освободить помещение, был сдан на металлолом. О том, по какой причине в ходе проводимых в рамках ОРМ по данному делу администратором не проводился инструктаж по правилам безопасности, пояснить не может, поскольку ее (ФИО3) в этот момент в клубе не было. Насколько ей известно, согласно Постановлению Правительства РФ «Об утверждении требований к техническому состоянию и эксплуатации аттракционов», неисполнение которых, в том числе в части постановки батутов на учет в Ростехнадзоре, ей вменяется, вступило в силу с января 2020 г. и предусматривает исполнение такой обязанности даже в отношении аттракционов с самой высокой степенью биометрического риска, который в отношении используемых ею батутов не был установлен, в течении 12 месяцев с момента вступления его в силу, в то время как для 4 степени риска вообще не применяется, и, таким образом, в том числе на момент получения травмы ФИО5 №1 она (ФИО3) не была обязана регистрировать батуты. После произошедшего с ФИО5 №1 с Ростехнадзора ей сообщили о поступлении в названный орган жалобы по данному поводу, в связи с чем последнему необходимо было осмотреть ее помещение и батуты. Причины, по которым она не смогла предоставить их, в настоящее время не помнит. В указанной связи ее попросили выслать на адрес электронной почты фотографии батутов, что она и сделала. После этого ее пригласили в Ростехнадзор, где она пояснила, что ее батуты собраны вручную, в связи с чем паспорта и иная документация на них отсутствует. На это ей разъяснили, что для получения необходимых документов ей следует привлечь специализированную организацию и передали список таких организаций. Однако, на ее звонок в одну из таких организаций ей пояснили, что та такими вопросами не занимается. Поскольку игровой клуб был опечатан органами следствия, и с 8 сентября 2021 г. фактически клуб перестал функционировать, каких-либо дальнейших действий к оформлению документов она не предпринимала. О существовании ГОСТов 33807-2016 и 12.4.026-2015 на момент получения ФИО5 №1 травмы ей (ФИО3) известно не было, при этом, полагает, что ГОСТ, касающийся разметки, к ее деятельности не относится, поскольку предназначен для спортивных батутов больших размеров, где центр батута должен быть специально отмечен для выполнения трюков.
Несмотря на непризнание подсудимой вины в совершении инкриминируемого ей преступления, ее виновность подтверждается следующими доказательствами.
Показаниями свидетеля ФИО4 №3 о том, что он помогал своей супруге ФИО2 открыть детскую игровую комнату «Летучий корабль» в строении АДРЕС ИЗЪЯТ в декабре 2017 г. Договор аренды названного помещения был изначально был оформлен на брата ФИО2 – ФИО4 №4, который на тот момент был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя, в то время как ФИО2 тогда такого статуса не имела; впоследствии договор был переоформлен на ФИО2, однако к юридическим аспектам организации комнаты, в том числе заключению договоров, он отношения не имел. Оборудование для данной игровой комнаты по частям: пружины, сетка, трубы квадратного сечения для каркасов, которые без сварки собирались на болты, метизы, шпильки, гайки – закупала ФИО2 на производствах, каких именно – он (ФИО37) точно не знает, возможно, пружины на Челябинском пружинном заводе, посредством «Интернета»; все было официально по товарным накладным; доставкой занималась транспортная компания. Сборкой оборудования занимался он (ФИО37) под руководством ФИО4 №4, поскольку последний обладал соответствующим опытом: у него или его знакомых либо же родственников есть такая комната в ТЦ «Диамант». В памяти телефона ФИО4 №4 имелись чертежи для сборки оборудования, как он (ФИО37) предполагает, из игровой комнаты в «Диаманте». Все в игровой комнате ФИО1 делали по чертежам из телефона ФИО4 №4 по аналогии с комнатой из «Диаманта». При этом, ФИО4 №4 говорил ему (ФИО37), как и что нужно делать, и он так делал. Кроме того, ФИО4 №4 помогал ему в сборке. Батуты были огорожены высокой сеткой, чтобы во время прыжка не выпасть с него. Каких-либо сигнальных флажков не было. По окончании сборки батуты были проверены ими самостоятельно: имея вес, 85-87 кг, он сам несколько раз прыгал на собранных ими батутах, которые были абсолютно устойчивы, при этом, во время приземления на сетку батута, до пола она не доставала. Какого-либо специалиста для оценки правильности и безопасности сборки они не приглашали. Всего были собраны 4 батута, которые установили в одну линию друг за другом и скрепили между собой. Маты для батутов также изготавливались по предоставленным ФИО4 №4 чертежам: ткань ПВХ сшивалась ФИО2 в форме мата и заполнялась толстым плотным поролоном: 50 или два по 50. Сертифицированные батуты ФИО2 не приобрела, поскольку они были значительно дороже. Насколько ему известно, какой-либо регистрации, в том числе в Ростехнадзоре, данное оборудование не требовало, в связи с чем ФИО2 в названный орган не обращалась. Указанная игровая комната предоставлялась посетителям для игр или проведения праздников. Для работы в данной игровой комнате в качестве администраторов ФИО2 неофициально были привлечены ФИО4 №2 и ФИО4 №12 11 декабря 2020 г., в период времени примерно с 20 часов 30 минут до 20 часов 40 минут, когда он и ФИО2 находились по месту жительства, позвонила ФИО4 №2, которая сообщила, что примерно в 20 часов 20 минут девочка – посетительница их игровой комнаты ФИО5 №1 – сломала ногу, прыгая на батуте. В указанной связи он приехал в игровую комнату, где в этот момент уже находилась бригада «скорой помощи». Эмоциональное состояние родителей ФИО5 №1 не позволило ему выяснять у них обстоятельства произошедшего, и об этом он спросил ФИО4 №2, которая пояснила, что ФИО5 №1 сломала ногу, прыгая на батуте, пояснив при этом, что та была на одном батуте с другой девочкой, которая после произошедшего просила у ФИО5 №1 прощения. Кроме того, ФИО4 №2 пояснила ему, что ФИО5 №1 на праздник привели ее родители и оставили «на ФИО4 №9», а вернулись они по окончании праздника. При этом, запрет на пребывание в комнате ребенка в сопровождении не родителя, а иного взрослого лица, установлен не был. На его вопрос о том, разъясняла ли ФИО4 №2 правила поведения на батутах и в комнате, та ответила утвердительно, пояснив, что сделала это перед праздником. Вместе с тем, в помещении игровой комнаты были вывешены Правила поведения на батутах и в игровой комнате, которые состояли из 10-13 пунктов, но точный их перечень он не помнит, помнит только про запрет находиться на горках и батутах с игрушками и едой, на запрет находиться на одном батуте больше, чем одному человеку, на запрет «крутить» сальто на батутах. Данные правила были напечатаны на листах, формата А4, и вывешены в двух экземплярах в зоне ресепшена: на стене слева в красной рамке и на самой стойке. Администраторы четко следили за соблюдением данных Правил: обращали внимание посетителей, чтобы те с ними знакомились и в устной форме также говорили, что с игрушками и едой на батуты нельзя – свидетелем чему (разъяснениям администраторов посетителям Правил) он был неоднократно. Кроме того, насколько ему известно, в игровой комнате были разработаны специальные бланки договоров, содержание которых он точно не помнит, но полагает, что в них также были прописаны Правила поведения, и имелся пункт, в соответствии с которым родитель именинника несет ответственность за приглашенных им гостей; однако, подписывался ли такой договор на праздник, где ФИО5 №1 получила травму, ему не известно. Также со слов ФИО4 №2 ему известно, что травму ФИО5 №1 получила, когда по окончании времени праздника, о котором ФИО4 №2 им сообщила, со второй девочкой, «вырвавшись», убежала на батуты. Поскольку травма ФИО5 №1 была серьезной, первую медицинскую помощь ей работники игровой комнаты не оказывали, дожидаясь врачей, однако аптечка в комнате имелась. Когда ФИО5 №1 помещали в автомобиль «скорой помощи», он подошел к отцу последней ФИО4 №1 с вопросом о том, нет ли у ФИО5 №1 проблем с костями, поскольку не понимал, каким образом возможно было сломать ногу, на что ФИО4 №1 ответил отрицательно. Кроме того, он (ФИО37) передал ФИО4 №1 номер своего телефона на случай, если будут какие-то вопросы или понадобиться помощь, на что ФИО4 №1 заявил, что им ничего не нужно, однако номер все же записал. Он (ФИО37) после произошедшего, в тот же день, осматривал батуты на предмет обнаружения на них каких-либо повреждений, однако ничего не было сломано или оторвано, все находилось в первоначальном состоянии; никаких посторонних предметов: мячиков, шариков – на батутах также не было. Через неделю после произошедшего, 18 декабря 2020 г., в вечернее время, ФИО4 №1 по телефону предложил ему встретиться, на что он согласился, и они договорились о встрече на следующий день на крыльце здания, где расположена игровая комната. В ходе данной встречи ФИО4 №1 потребовал 100 000 рублей за моральный вред, сообщив, что они с женой считают, что он (ФИО37) и ФИО2 виноваты в травме их дочери, и предоставил им месяц на выплату. На это он (ФИО37) предложил ФИО4 №1 осмотреть игровую комнату и убедиться, что оборудование в ней исправно, а также попросил предоставить им какие-либо чеки, подтверждающие расходы на лечение. Позднее ФИО4 №1 вновь позвонил ему по поводу возмещения, на что он (ФИО37) ответил, что поскольку какие-либо документы в обоснование заявленной суммы им предоставлены не были, то нет оснований и для ее возмещения. При этом, он и ФИО2, обсудив данный вопрос, были готовы выплатить 50 000 рублей, «чтобы не было судов», а не потому, что считают себя виновными в произошедшем, однако ФИО5 №1 были категоричны в определенном ими размере суммы возмещения, в связи с чем договориться с ними не удалось, в том числе после получения претензии ФИО5 №1 на сумму 800 000 рублей, адресованную ООО «Брик».
В связи с наличием существенных противоречий в показаниях свидетеля ФИО4 №3, в судебном заседании, по ходатайству государственного обвинителя, на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ, были оглашены его показания, данные в ходе первоначального рассмотрения настоящего уголовного дела, из которых усматривается следующее.
Организацией деятельности в детской игровой комнате «Летучий корабль» занималась его супруга ФИО1, он лишь помогал ей в ремонте помещения и принимал участие в установке батутов и другого оборудования. Помимо него, участие в установке батутов принимал брат ФИО1 – ФИО4 №4, под руководством которого, поскольку ранее тот устанавливал батуты в батутном центре «Полетайка» в АДРЕС ИЗЪЯТ он действовал. При этом, специальных технический познаний в области установки батутов он (ФИО37) не имеет, работает на подъемных механизмах; инструкции по сборке батутов у них с ФИО4 №4 не было, им подсказывал человек, который умеет их собирать. Между собой металлические квадратные балки каркаса крепились на шпильках и болтах; к полу, насколько он помнит, не крепились, крепились ли к стенам – не помнит. Насколько ему (ФИО37) известно, данные батуты были абсолютно идентичны батутам из центра «Полетайка», приобретались на специализированных заводах посредством сети Интернет не комплектом, при этом, при покупке комплектующих были предоставлены сертификаты. Насколько ему известно, данные батуты «по срокам» не подлежали постановке на учет в Ростехнадзоре, такое требование было установлено позже. По состоянию на 11 декабря 2020 г., когда в данной игровой комнате получила травму ФИО5 №1, в помещении комнаты: на входе в комнату в красной рамке, а также на стойке ресепшена были вывешены Правила поведения, напечатанные на листах, формата А4. Всего в комнате неофициально работали 2 администратора; 11 декабря 2020 г. работала ФИО4 №2 В обязанности последней входили организационные моменты: принять заказ, обслужить людей, проинструктировать их о правилах поведения. Оформлялся ли письменный договор аренды игровой комнаты с родителями детей, ему не известно, срок аренды обговаривался в устной форме. В 20 часов 15 минут или в 20 часов 25 минут 11 декабря 2020 г., когда он и ФИО1 находились по месту жительства, ФИО4 №2 позвонила ФИО1 и сообщила, что девочка сломала ногу. На случай, если бы понадобилась помощь, он (ФИО37) поехал в игровую комнату. В это время на месте находилась «скорая помощь»; ФИО5 №1 была на коленях у своего отца ФИО4 №1, состояние ее мамы было шоковым. Пока врачи оказывали ФИО5 №1 помощь, он подошел к ФИО4 №1 и предложил позвонить, если понадобиться помощь, на что ФИО4 №1 ответил, что им ничего не нужно. Однако, он (ФИО37) настоял оставить ему номер своего телефона и с этой целью набрал номер телефона ФИО4 №1 Со слов ФИО4 №2 ему известно, что травму ФИО5 №1 получила уже после окончания праздника, то есть после действия заключенного в устной форме договора аренды комнаты, срок которого фиксируется в журнале администратора; при этом, ФИО4 №2 говорила ФИО5 №1, что их время закончилось. Он осмотрел батутное оборудование, и установил, что никаких повреждений на нем не было, как не было и каких-либо посторонних предметов, в том числе матрацев, о которых сообщила несовершеннолетняя свидетель по делу (т. 5 л.д. 120 (оборот) – 123).
По поводу противоречий в данных показаниях ФИО4 №3 пояснил, что показав о том, что он собирал батуты под руководством ФИО4 №4, он (ФИО37) имел в виду, что ФИО4 №4 передал ему чертежи, по которым им (ФИО37) производилась сборка; показав о том, что он (ФИО37) «принимал участие в сборке», он имел ввиду, что именно он (ФИО37) собирал их под руководством ФИО4 №4; показав о том, что инструкций по сборке у них не было, он (ФИО37) имел ввиду официальную инструкцию, «технический регламент», в то время как чертежи были предоставлены ФИО4 №4, который и был человеком, умеющим их собирать; по какой причине в первоначальном судебном заседании он показал, что не знает о том, был ли письменный договор аренды, а также по какой причине в протоколе его допроса нет сведений об извинениях ФИО15 перед ФИО5 №1 – пояснить не смог.
ФИО4 ФИО4 №4 суду показал, что является братом ФИО2, которая примерно в 2017-2018 гг. решила открыть детскую комнату «Летучий корабль» с целью предоставления ее в аренду для проведения детских праздников. Договор на аренду помещения с указанной целью по АДРЕС ИЗЪЯТ, с собственником – ФИО4 №7. – изначально был оформлен на него (ФИО42), поскольку на тот период времени он был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя, тогда как у ФИО1 такого статуса еще не было; по истечении срока действия данного договора, возможно через 11 месяцев, он (ФИО42) новый договор аренды данного помещения не заключал, поскольку прекратил свой статус индивидуального предпринимателя, и далее ФИО1 сама этим занималась. К моменту начала организации названной деятельности ФИО1, он (ФИО42) строил батутный центр в АДРЕС ИЗЪЯТ», бывший «АДРЕС ИЗЪЯТ», который был популярным у посетителей, и видел, как в нем все работало. Впоследствии он также открыл такую комнату в г. Волжском. Владельцы батутного центра в АДРЕС ИЗЪЯТ» вкладывали в нее много денег, и покупали готовое сертифицированное оборудование со всеми чертежами и схемами сборки у московской фирмы «Акроспорт»; юристами данного батутного центра был составлен договор для посещения батутного центра, в котором была «прописана каждая запятая», и Правила посещения и поведения на батутах. Однако, стоимость закупленного ими оборудования была значительной, в то время как из приложенных к нему документов было видно, из чего оно состоит, где и что закуплено. Он сообщил ФИО2 размеры батутов, из каких деталей тот должен состоять и как выглядеть, какие требования к матам, из чего это сделано; кроме того, он переписал и передал ФИО2 необходимую документацию, в том числе детальные чертежи, Правила и анкеты для посетителей. На тот момент регистрация батутов в Ростехнадзре не требовалась, а сертификация была добровольной; требование о постановке батутов на учет было введено 3-4 года назад, и был предоставлен срок, порядка 2 лет, для постановки на учет тех батутов, которые имелись на тот момент. Насколько ему известно, когда вышли названные требования о постановке батутов на учет, ФИО2 предпринимались меры к сбору необходимых документов. ФИО2 закупала необходимые для организации комнаты и батутов материалы по частям: коммерческое прыжковое полотно у московской фирмы, пружины специальной марки стали с рассчитанным количеством витков на Челябинском заводе, рамы к ним – не знает, где, наполнитель для матов 50 мм вспененного полипропилена и плотный двуслойный поролон. При этом, пружины и полотно приходят с гарантией и сертификатами. Маты ФИО2 изготавливала самостоятельно, сборку батутов осуществлял супруг ФИО2 – ФИО4 №3 В процессе сборки оборудования он (ФИО42) приезжал к ФИО2 и подсказывал, как организовать пространство, расположение оборудования в помещении, например, какой отступ необходимо сделать от окна. Каких-либо отличий, за исключением цвета, между оборудованием в батутном центре в «Диаманте» и в игровом клубе «Летучий корабль», не было: каркас, сетки, высота – все одинаковое. Он видел, как было собрано данное оборудование. Однако, специалистами правильность и безопасность сборки не проверялись; при этом, «там нечего проверять», можно лишь убедиться, что металлическая труба целая и не погнутая, насколько правильно затянуты болтовые соединения, как скреплены маты, не разошлись ли на них швы, тогда как в сетке швы не расползаются; кроме того, батуты можно было физически проверить, попрыгав на них. После открытия комнаты, он (ФИО42) неоднократно, не менее 30 раз, с семьей посещал проводимые там праздники в качестве гостей и видел, что на входе в комнату, на торцевой части стойки ресепшена в углу и на стене по левую руку от администратора за стойкой, выше уровня головы, были размещены Правила пользования батутами, выполненные на белых листах, формата А4, черными чернилами, примерно 14го шрифта: на одном батуте прыгает один человек, запрещено проносить на батуты игрушки и твердые предметы, пить и есть на батутах, делать трюки, сальто, закапываться в кубики так, чтобы не было видно. При этом, ограничений по возрасту для прыжков батутах нет, ограничения по весу – до 100 кг с запасом, так как были случаи, когда люди и большего веса: 110-115 кг – прыгали, ограничений по здоровью практически нет, только на больших сроках беременности и, например, с пороком сердца, даже дети с ДЦП прыгают. Данные Правила были размещены в игровом клубе «Летучий корабль» с момента открытия и были идентичными Правилам батутного центра в «Диаманте». При этом, ему объяснили, что в отсутствие данных Правил за происшествия с посетителями несет ответственность владелец, тогда как при наличии такого документа и соответствующей анкеты, часть ответственности с него снимается, поскольку владелец комнаты должен следить за оборудованием и разъяснить, что запрещено на нем делать, и, если посетитель это делает и в результате получает травму, его никак нельзя обезопасить. При этом, владелец комнаты предоставляет ее и оборудование посетителям в аренду для проведения праздника, тогда как ответственность за гостей на таком празднике, в том числе детей, несет организатор праздника. Изначально с открытия комнаты анкеты для посетителей те заполняли, в том числе он (ФИО42) заполнял такую анкету примерно 2 раза. В его присутствии администратор ФИО4 №2 проводила инструктаж посетителей, в том числе его (ФИО42) – не менее 7 посещений, после чего он в инструктаже более не нуждался, но наблюдал, как ФИО4 №2 инструктировала других. При этом, такой инструктаж проводится в течении 2 минут, пока посетители рядом и разуваются, «остальное доносится уже в процессе». Также он видел, как, когда в процессе игр дети начинали баловаться и тащить игрушки на батут, ФИО4 №2 делала им замечаний по данному поводу, а, если дети не слушались ее – их родителям. Вместе с тем, из опыта, им известно, что взрослые ведут себя на празднике по разному: кто-то контролирует внимательно, а некоторые могут сесть пить чай, пока дети «творят, что хотят». Со слов ФИО2, которой о произошедшем сообщила ФИО4 №2, ему известно, что 11 декабря 2020 г. в игровой комнате «Летучий корабль» девочка сломала ногу. Так, ФИО4 №2 сообщила ФИО2, что в тот день та проводила инструктаж посетителей, однако, заполнялись ли анкеты посетителей с подписями за инструктаж, ему (ФИО42) не известно; когда закончилось время праздника, то есть в «неарендное время», потому что никто раньше уходить не будет, две девочки, которые уже переодевались, когда их ждали родители, побежали на батуты «допрыгать», потому что дети не хотят уходить, забежали на батуты, стали прыгать и получилось, что одна девочка прыгнула на другую, в результате чего произошла травма, хотя на батуте получить травму трудно, если не делать на нем то, что запрещено; при этом, после окончания времени администратор не должна следить за безопасностью посетителей; кроме того, все произошло очень быстро, и поскольку ФИО4 №2 в это время находилась за стойкой администратора, она не успела бы подбежать к девочкам и сделать замечание.
В соответствии с оглашенными в судебном заседании, на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ, с согласия сторон, показаниями свидетеля ФИО4 №12, ФИО2 является ее знакомой, близких отношений с которой не поддерживала, в ее батутном центре не работала, никаких гражданско-правовых договоров с ней не заключала; однако, иногда, по просьбе ФИО2, открывала посетителям ее батутный центр, объясняла, что на батутах нельзя находиться с едой или выполнять акробатические трюки, за что получала от ФИО2 денежные средства «по тарифу» 100 рублей в час, когда по ее просьбе открывала ее батутный центр. При этом, с ней (ФИО4 №12) ФИО2 никакого инструктажа о правилах поведения в батутном центре не проводила. (т. 3 л.д. 91-94).
Из показаний свидетеля ФИО4 №2 следует, что ФИО2, которая является ее близкой подругой, некоторое время назад в строении АДРЕС ИЗЪЯТ организовала детский игровой клуб «Летучий корабль» с целью предоставления его в аренду для проведения дней рождений, и изначально в нем работала сама. Впоследствии к работе в данной клубе ФИО2 привлекла своего супруга ФИО4 №3, а также ФИО4 №12, и, когда понадобилась дополнительная помощь – ее (ФИО41). В том числе она (ФИО41) работала в данном клубе в 2020 г. При этом, официально она не была оформлена у ФИО2, а «просто приходила по устной договоренности, когда требовалась помощь», за которую от ФИО2 получала «вознаграждение» в размере 100 рублей в час, а если был праздник – 300 рублей рабочий день. Так, ФИО2 пояснила ей, что основная ее функция хозяйственная: встретить гостей, показать помещение, если нужно, присутствие на празднике – следить, чтобы ничего не поломали, сдали помещение по окончании праздника в соответствующем порядке – в надлежащем состоянии, как было принято, проверить, чтобы освещение было в норме, не повреждены ли батуты и иное имущество. При этом, в игровой комнате было заведено правило, что ни один ребенок не находится в ней без взрослого сопровождающего лица, в частности родителя, которые и несут всю ответственность за детей. Данное правило доводилось до сведения посетителей. Плату за аренду: 1 500 рублей в час, аванс – 1 000 рублей – клиенты в основном перечисляли на реквизиты банковской карты ФИО2, а, если клиент обслуживался не в «Сбербанке», и ему не было удобно платить банковским переводом, то оплату наличными принимала она (ФИО41). При этом, официальный договор с клиентами не заключался. Когда клиент обращался к ним по поводу проведения праздника, записывались его данные, никакая документация не велась: пришли, посмотрели помещение, провели праздник, все закончилось. Функции администратора в тот же период времени выполняли как она (ФИО41), так и сама ФИО2, а также ФИО4 №12 Игровая комната представляла собой помещение, площадью более 150 м?, где находились раздевалка, стойка ресепшена, где находится «человек, который присутствовал на празднике» – администратор, в том числе она (ФИО41), и были расположены все электроприборы: включая чайник и микроволновку, банкетная зона – столики для чаепития, горка, игровой домик, сухой бассейн с шариками, батуты. Вся площадка была в поле видимости с любой точки, где бы ни находились взрослые: все просматривалось. «Уголок потребителя» в комнате отсутствовал, поскольку находился в процессе изготовления. На стойке ресепшена и на стене справа от него были размещены Правила. Посетители приходили примерно за 15 минут до начала праздника, и до них доводились Правила. Вместе с тем, она не является инструктором, и «проводить инструктаж не имеет права». При этом, лично она (ФИО41) «практически каждый раз», когда выполняла функции администратора на празднике, «в свободной форме говорила посетителям» о Правилах, однако, что они услышали – знать не может». На 11 декабря 2020 г., в период с 17 часов до 20 часов, комната заранее была арендована ФИО4 №9, которая пришла первой. При оформлении заказа Правила поведения ФИО4 №9 не разъяснялись, какой-либо письменный договор, в котором четко и ясно были указаны права и обязанности сторон, ФИО4 №9 при бронировании комнаты не требовала. Насколько она помнит, до этого праздника, ни ФИО43, ни ФИО5 №1 не были посетителями данного игрового клуба. При этом, с ФИО4 №9 были ее дети и дети ФИО5 №1, которые доверили их ФИО4 №9 Гости этого праздника пришли одновременно: и дети, и родители, только родители ФИО5 №1 пришли позже. Всего было 4 мамы и 7 детей. На входе, когда мамы раздевались, она (ФИО41) предложила им обратить внимание на Правила, которые «висят»: ознакомиться и соблюдать. При этом, факт ознакомления посетителей с Правилами никак не фиксировался. Дети разделись и прошли на батуты, мамы стали готовить стол к чаепитию. Она (ФИО41) прошла к батутам и, когда дети не прыгали, «в свободной форме, поскольку она не инструктор, озвучила» Правила поведения на батутах и во всей игровой комнате, произнеся предварительно «Дети, внимание» и спросила, знают ли они как, были ли где-то на батутах изначально, например в «Диаманте». Все говорили, что правила знают; при этом двенадцатилетние ФИО15 и ФИО5 №1 были активны в ответах и пояснили, что были в «Диаманте» и «все знают», как она (ФИО41) полагает, про Правила поведения на батутах и в игровой комнате: что «нельзя с напитками, с едой передвигаться, с игрушками заходить». Кроме того, громким четким голосом разговорной речью она (ФИО41) озвучила Правила, которые были в перечне, не по пунктам: что находиться на батутах – не более одного-двух человек (точно в настоящее время не помнит), что акробатические трюки, сальто не осуществляются, догонялки не допускаются, с игрушками и другими посторонними предметами находиться на батутах нельзя, не толкаться, не «пихаться». На ее вопрос, все ли понятно, дети ответили утвердительно. При этом, факт дачи ею данных разъяснений детям также нигде не фиксировался. Во время праздника никаких нарушений приведенных Правил дети, в том числе ФИО5 №1, не допускали, использовали батуты по назначению, не делали каких-либо трюков, в том числе сальто; родители также были рядом с детьми. Если на других праздниках были нарушения, а дети на ее (ФИО41) замечания не реагировали, она обращалась к их родителям с просьбой принять меры. Во время данного праздника она встречала аниматоров, которые появились примерно через час после начала праздника, иногда ходила по залу, иногда наблюдала за детьми с ресепшена, зажигала свечи на торте и разогревала чай, могла отвечать на звонки или выйти в санузел проверить наличие туалетной бумаги, в то время как что она делала после чаепития, когда дети пошли играть – не помнит. За 15 минут до окончания мероприятия, она (ФИО41) сказала ФИО4 №9, другим родителям и детям, что праздник заканчивается, чтобы потихоньку стали собираться. Поскольку большинство детей на празднике были маленькими, родители сразу стали их одевать. В конце праздника, до 20 часов пришли родители ФИО5 №1. В 20 часов все дети покинули батуты. Вместе с тем, ФИО15 и ФИО5 №1 продолжали находиться в зале, когда все гости были уже на выходе, несмотря на неоднократные ее (ФИО41) замечания в их адрес, а также призывы ФИО5 №1 быть быстрее. Уже в девятом часу вечера она (ФИО41) вновь назвала ФИО15 и ФИО5 №1 время, однако те, продолжая игнорировать, никак не могли выйти, а «сказать строго и вытащить их с батутов, она не могла», и к их родителям с просьбой вывести детей из комнаты к раздевалке не обращалась, поскольку посчитала это грубостью. Когда ФИО15 и ФИО5 №1 спустились в зал и, находясь «в поле видимости и слышымости своих родителей», стали одевать кофточки, она (ФИО41) прошла за стойку ресепшена и начала готовить комнату к закрытию, отключая электроприборы, при этом, раздельное освещение (несколько ламп и два выключателя) во всей комнате оставалось полностью включенным, в том числе в зоне батутов. В этот момент она (ФИО41) услышала топот, поняв, что ФИО15 и ФИО5 №1 куда-то: куда именно, она (ФИО41) не смотрела, поскольку праздник уже закончился, присутствовали их родители, которые за них отвечали, а она (ФИО41) «совсем была отвлечена»: занята подготовкой комнаты к закрытию – побежали внутрь игровой комнаты, однако, не успела сделать им замечание, как через секунды услышала резкий непродолжительный крик, на который моментально повернулась. Посмотрев в сторону батутов, которые находятся на отдаленном от ресепшена расстоянии, примерно в 30 шагах, она не увидела детей и четвертый батут, которые были закрыты от ее обзора «опорной колонной», поддерживающей потолок, и, выйдя из-за стойки, направилась в сторону батутов. При этом, ни в момент крика, ни до начала попыток вызвать «скорую» на часы она не смотрела, однако ранее говорила ФИО15 и ФИО5 №1, что праздник закончился, и уже девятый час, поэтому утверждает, что крик был после 20 часов. В этот момент в зале находились ФИО5 №1, ФИО4 №9 и еще одна мама, которая почти одела своего ребенка. Когда на крик она, ФИО5 №1 и ФИО4 №9 подбежали к батутам, ФИО15 и ФИО5 №1 находились на одном из них – на четвертом батуте, на расстоянии не более 20 см друг от друга, при этом, ФИО15 плакала и извинялась перед ФИО5 №1, у которой, как было понятно визуально, был перелом ноги: нога лежала в неестественной форме. За что именно ФИО15 просила прощения, та не говорила, но она (ФИО41) предполагает, что в момент эмоционального перевозбуждения, когда девочки побежали, одна из них наскочила на другую. При этом, с момента крика никаких передвижений по батутам не было: была тишина, вибраций от пружин слышно не было, в связи с чем она (ФИО41) полагает, что в момент травмы обе девочки находились на одном батуте; вместе с тем, к звукам она (ФИО41) с момента крика не прислушивалась. Об обстоятельствах произошедшего взрослые ФИО15, которая была очень испугана, и ФИО5 №1 не спрашивали. Каких-либо посторонних предметов: матов, игрушек, кубиков – не было, как и каких-либо повреждений батута: каркаса, сетки и матов. Сразу присутствующие с трех телефонов стали звонить в «скорую», до прибытия которой она (ФИО41) попросила не трогать ФИО5 №1, что могло ей навредить, однако отец ФИО5 №1 вынес ее с батута на руках, после чего они вместе сидели на подоконнике. Дозвониться до «скорой» удалось в течении 2-3 минут. После приезда «скорой», один из врачей, в то время как другой оказывал ФИО5 №1 помощь, а позднее и она, и ФИО4 №3 также осматривали батуты, и никаких повреждений на них не было. Кроме того, она налила ФИО16 успокоительное из аптечки, которое та приняла; когда ФИО5 №1 размещали в автомобиль «скорой помощи», она (ФИО41) передала свой платок, чтобы укрыть ее ногу, поскольку обувь нельзя было надеть. Денег сверх суммы оплаты, в связи с окончанием праздника после оговоренного времени, от заказчика праздника не получали. Ранее в данной игровой комнате каких-либо травм никто не получал.
ФИО4 ФИО4 №9 показала, что об игровом клубе «Летучий корабль» она узнала от своей знакомой, после чего в 2020 г., перед днем рождения ее сына, который родился 10 декабря, созвонившись с администратором, приехала посмотреть данную комнату, а затем отдала задаток 1 000 рублей за аренду комнаты с оборудованием, в том числе батутов. Комната представляет собой большой зал с несколькими горками, 4 батутами, закрытыми цветными сетками, слева – стол для угощения, справа – администратор, два окна с подоконниками. Ее все устроило, и каких-либо тревог помещение либо сами батуты на предмет безопасности не вызвали. По пути от входа до игровой комнаты, а также на ресепшене какие-либо информационные таблички о Правилах поведения или «уголок потребителя» отсутствовали. Администратор записала в книгу дату и время празднования, при этом, чек ей не выдала; о Правилах поведения ничего не поясняла; о том, что вся ответственность за детей, в том числе за возможные травмы, несет она (ФИО43) как организатор праздника, а также, что она должна разъяснить им, зачитать правила поведения, не заявляла; не выясняла, чьи дети: ее или других родителей, будут на празднике; письменный договор с ней не заключала, о чем она (ФИО43) в тот момент не подумала; также администратор не сообщала, что оборудование в игровой комнате, в том числе батуты, приобретены на заводе, оно сертифицировано, собрано в соответствии с правилами, безопасно и в наличии документы на него, в то время как она (ФИО43) об этом не спрашивала. При этом, из «информационных каналов» ей (ФИО43) известно, что на батутах запрещены металлические предметы, обувь, а также нахождение на одном батуте вдвоем и акробатические трюки, сальто. Кроме того, по предложению администратора, за отдельную плату на праздник были приглашены аниматоры, с которыми те сотрудничали, а также заказан торт. В назначенную дату, 11 декабря 2020 г. пришли отмечать. Она (ФИО43) пришла незадолго до 17 часов, на которые было назначено начало праздника, возможно в 16 часов 50 минут; их сразу впустили; комната была оплачена на 3 часа – до 20 часов. На праздник были приглашены дети ее друзей, были также их родители, за исключением находившихся на работе ФИО5 №1, детей которых – ФИО5 №1 и ее младшего брата – она (ФИО43) привела сама. В комнате присутствовала администратор, которая перед началом праздника также не сообщала каких-либо правил поведения на батутах; каких-либо письменных инструкций о таких правилах подписать не предлагала; в течении праздника каких-либо замечаний, например, по поводу того, что дети прыгают на одном батуте вдвоем либо принесли на него посторонние предметы не делала. При этом, за детьми следили присутствовавшие родители, которые, в том числе она (ФИО43), просили их быть на батутах осторожнее, прыгать потихоньку, «поверхностно» объяснив, что батут может быть травмоопасным; в то время как ФИО15 и ФИО5 №1 не спрашивали, что именно можно делать на батутах. Администратор постоянно находилась в комнате, сидя на своем рабочем месте, и чем та была занята – она (ФИО43) пояснить не может; вместе с тем, к ней можно было обратиться по какому-то вопросу, кроме того, администратор встречала аниматоров. Во время праздника, когда был накрыт стол, возможно около 18 часов, она (ФИО43) передала администратору оставшуюся сумму оплаты, какую именно – не помнит. Одни гости ушли с праздника раньше. Перед окончанием праздника приехали ФИО5 №1, с которыми была предварительная договоренность, что они приедут в 19 часов 45 минут. Минут за 10 до окончания оплаченного времени убрали со стола; некоторые дети стали одеваться, в том числе младший сын ФИО5 №1. Возможно, минут за 10 или 5 до окончания времени, возможно в 5 минут девятого, точно не знает, ФИО15 и ФИО5 №1 решили «закончить праздник», еще попрыгав, о чем сообщили в присутствии администратора, которая каких-либо возражений по данному поводу не высказала, в том числе ввиду того, что время закончилось. Как девочки прыгали, она (ФИО43) не видела, помогая одевать детей, и в это время услышала крик ФИО5 №1, на который к ней побежали взрослые, в том числе ее отец ФИО4 №1, с которым она (ФИО43) подбежала одновременно и увидела, что ФИО5 №1 находилась на батуте, а ее нога была «свернута» так, что было понятно, что она сломана. ФИО15 находилась рядом с ФИО5 №1, однако, как та подошла она (ФИО4 №9) не видела. К батуту близко она не подходила и не может сказать, были ли на них в тот момент какие-либо посторонние предметы, но вокруг было много кубиков, с которыми во время праздника играли дети. ФИО4 №1 взял ФИО5 №1 на руки и вынес с батута, после чего ее никто не трогал. Она (ФИО43) вызывала «скорую», после приезда которой поехала развозить гостей. При этом, доплатить за время, на которое они задержали сдачу комнаты, администратор им не предлагала.
ФИО4 ФИО15 в судебном заседании показала, что когда ей было 12 лет, год и месяц она не помнит, зимой, на праздновании одного из дней рождения ее брата в игровом центре, названия которого также не помнит, на территории Краснооктябрьского района г. Волгограда, куда она пригласила свою подругу ФИО5 №1, последняя сломала ногу. Так, в конце праздника, который начался примерно в 17-18 часов, когда родители, а не администратор, озвучили, что надо потихоньку собираться и стали собирать маленьких детей, которые тоже были приглашены на праздник, она и ФИО5 №1 решили ждать окончания сборов, не сидя с ними, а еще попрыгать на батутах, которых в данном центре было 4. Первой ушла ФИО5 №1, а она (ФИО43) – увидев, что та начала прыгать. При этом, они находились на разных батутах: ФИО5 №1 была на последнем из батутов, прыгнула и, видимо, сломала ногу и начала кричать; она (ФИО43) находилась на батуте после бассейна с мягкими игрушками, на который встала и начала прыгать, а когда ФИО5 №1 закричала, подошла к ней. ФИО5 №1 лежала на батуте на синем матрасике, высотой около 10 см, длиной – около полутора метров, с гладкой мягкой поверхностью, рядом – был еще один такой матрасик, которые не являются частью конструкции батута. Что с ней произошло, ФИО5 №1 не говорила, только кричала. Сразу после того, как ФИО5 №1 закричала, подбежали их мамы, после них – администратор. Потом приехали медики. Кроме батутов в данном центре были небольшой регистрационный «стол» в углу при входе, «стол для родителей», «коврики» различные, «комнатки» с игрушками для маленьких детей. В начале праздника их встретила женщина, которая все мероприятие находилась у «регистрационного столика». При этом, она (ФИО43) не помнит, чтобы эта женщина перед тем, как начался праздник, разъясняла им правила поведения на батутах: что можно делать, а что – нельзя, только ее (ФИО43) мама «говорила некоторые правила»; какие-либо инструкции или схемы на батутах не висели; во время праздника администратор за детьми не присматривала. Раньше она посещала другой игровой центр с батутами, где правила разъяснялись.
В связи с наличием существенных противоречий в показаниях свидетеля ФИО15, в судебном заседании, по ходатайству защитника, на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ, были оглашены ее показания, данные в ходе первоначального рассмотрения настоящего уголовного дела, из которых усматривается следующее.
10 декабря 2020 г. у ее младшего брата ФИО21 был день рождения, на празднование которого 11 декабря 2020 г. в детский игровой клуб «Летучий корабль», расположенный по адресу: АДРЕС ИЗЪЯТ, она пригласила свою лучшую подругу ФИО5 №1 Так, 11 декабря 2020 г. к 17 часов 00 минут ее мама ФИО4 №9 привезла ее (ФИО15) с братом ФИО21 и ФИО5 №1 с братом последней ФИО16 в названный детский игровой клуб, в помещении которого были 4 батута, обложенные матами, горки, бассейн с кубиками и бассейн с шариками. На празднике были два аниматора, переодетые в костюмы котов, которые вели праздник, и администратор, которая сидела на ресепшене; больше никого из сотрудников клуба не было. При этом, администратор не разъясняла им правила техники безопасности при прыжках на батуте, а также нигде в письменном виде такие правила не висели в помещении, где проходил на праздник, который длился до 20 часов 00 минут. Во время праздника на батутах прыгали она и ФИО5 №1 К концу праздника приехали родители ФИО5 №1 и ФИО16 Уже после того, как праздник закончился, она с ФИО5 №1 решили на последок попрыгать на батутах. Далее, ФИО5 №1, а за ней она, находясь в носках, без обуви, зашли на батуты и стали прыгать с одного из них на другой. При этом, вдвоем на одном батуте они не прыгали. В тот момент, когда ФИО5 №1 перепрыгивала с третьего батута на четвертый батут, а она перепрыгивала со второго батута на третий батут (относительно входа в помещение клуба и маленькой лестницы, ведущей на батуты, по направлению к левой стене помещения), она услышала громкий крик ФИО5 №1 и увидела, как последняя, находясь в положении «полусидя» на сетке четвертого батута, плачет. Тогда она (ФИО43) очень сильно испугалась за ФИО5 №1 и также заплакала, находясь в шоковом состоянии. ФИО5 №1 она не толкала, «сам момент падения» ФИО5 №1 она не видела, так как она сама прыгала на батутах, и все произошло мгновенно. Далее, ФИО5 №1 «карета скорой медицинской помощи» увезла в больницу с серьезным переломом ноги. (т. 2 л.д.166-170).
Оглашенные показания ФИО15 подтвердила, пояснив, что на момент ее допроса следователем лучше помнила события произошедшего, однако, настаивала, что не помнит, когда именно она и ФИО5 №1 вернулись на батуты: в конце праздника или после его окончания, при этом, полагает, что указала одно и то же время, по разному сформулировав ответ на этот вопрос; относительно наименования и места расположения игрового клуба, в котором ФИО5 №1 получила травму, времени проведения праздника, а также того обстоятельства, в какой момент она услышала крик ФИО5 №1, показания подтвердила. Кроме того, показала, что организацией данного праздника занимались ее родители, при этом, посещали ли они данную комнату в целях организации или оформляли заказ на нее по телефону – ей не известно, производилась ли ими оплата за комнату – не помнит; из посещения других батутных центров ей известно, что на батутах нельзя прыгать в обуви, только в носках, нельзя прыгать вместе с кем-то на одном батуте и «выполнять опасные трюки»; при этом, о том, что запрещено перепрыгивать с одного батута на другой – ей не известно. Также показала, что во время праздника, до получения ФИО5 №1 травмы, она (ФИО43) прыгала, в том числе на четвертом батуте; при этом, когда дети прыгали на всех батутах, иногда на их поверхностях находились мягкие кубики из бассейна и маты, и когда те мешали прыгать, дети сами убирали их с поверхности батутов, после чего такие предметы снова появлялись на них, каким образом – не знает. Ранее, в ходе ее допроса на следствии, она не говорила об этих предметах, поскольку, вероятно, не помнила об этом. После того, как ФИО5 №1 получила травму, она (ФИО43) плакала, поскольку ей было жаль ФИО5 №1, однако, прощения у нее она (ФИО43) не просила, ей не за что было извиняться перед ФИО5 №1, в том числе она (ФИО43) ФИО5 №1 не толкала. Вместе с тем, пояснила, что при ее допросе, на котором присутствовала ее мама, а присутствовала ли педагог, и какое количество людей всего присутствовало на допросе – не помнит; следователь задавала ей вопросы о произошедшем и разъясняла ей необходимость говорить правду, после чего она (ФИО43) отвечала на вопросы следователя; вместе с тем, протокол своего допроса по его окончании она (ФИО43) не читала.
При этом, законный представитель ФИО15 – ФИО4 №9 – пояснила, что оглашенные в судебном заседании показания ее дочери были даны последней в ее (ФИО4 №9) присутствии и в присутствии школьного психолога, соответствуют тому, что ФИО15 говорила следователю во время ее допроса, по окончании которого следователь предоставила им возможность ознакомиться с текстом протокола, и они вдвоем (она и ФИО15), вместе, читали протокол, чего ФИО15 в настоящее время, вероятно не помнит, и не имели каких-либо замечаний к тексту показаний ФИО15, каких-либо исправлений до подписания протокола не вносили, протокол «не перепечатывался».
ФИО4 ФИО16 суду показала, что ДАТА ИЗЪЯТА ее дочь ФИО5 №1 пригласили на празднование дня рождения хорошие друзья их семьи. В тот день она (ФИО16) и ее супруг ФИО4 №1 работали, поэтому ФИО4 №9 предложила отвезти их детей, в том числе младшего сына, на праздник, начало которого было в 17 часов, окончание – предположительно в 20 часов. Освободившись после работы, она и ФИО4 №1 заехали по своим делам и к 19 часам 45 минутам – 19 часам 50 минутам приехали в игровую комнату, при входе в которую через коридор, справа, располагалась стойка администратора, слева – стул, в конце комнаты – батуты. Никаких письменных, напечатанных, инструкций она (ФИО5 №1) не видела, на стены не смотрела. При этом, ранее ФИО5 №1 посещала батутный центр «Седьмое небо» в ТЦ «Семь звезд», где, насколько она (ФИО16) помнит, ей давали на подпись какие-то «листы», а, кроме того, там все время ходили инструкторы и делали детям замечания, если те, например, прыгали вдвоем на одном батуте, и по другим поводам. Сути конкретных Правил поведения на батутах в центре «Седьмое небо» в настоящее не помнит. При этом, дети прыгали на батутах в носках. Внешне находившиеся в игровом клубе «Летучий корабль» батуты были похожи на батуты из батутного центра «Седьмое небо»: не надувные, походи ли они конструктивно – не знает; между батутами в игровом клубе «Летучий корабль» лежали маты, на пружинах ли установлена на них сетка – не может сказать, имелись ли на них открытые участки конструкции – не помнит. Также она не помнит, чтобы в помещении игрового клуба «Летучий корабль» был «уголок потребителя»; ФИО4 №1 ей пояснял, что не видел его. ФИО4 №9 не показывала ей никаких сертификатов на оборудование данного игрового клуба, не рассказывала о клубе какую-либо информацию, за исключением того, что узнала о нем от других посетителей, о каких-либо ограничениях на посещение данного игрового клуба не сообщала. На организованном ФИО4 №9 празднике в помещении из сотрудников центра она (ФИО5 №1) видела только администратора. Были «анимация», которые к их (ФИО5 №1) приезду уже уехали; кроме того, было «застолье» и одна часть детей еще ела или прыгала на батутах, а другая – уже собиралась. Она (ФИО5 №1) у стойки администратора собирала младшего сына, которому на тот момент было 5 лет. В это время при них администратор провожала одного ребенка с родителями, после чего вернулась за стойку. ФИО4 №1 стоял в коридоре. При этом, в ее (ФИО5 №1) присутствии администратор никому из присутствующих никаких замечаний не делала, не говорила, что время праздника окончено, и никого «не выгоняла»; встретив их (ФИО5 №1), администратор их проводила, и больше ее она не видела, в том числе, что та делала за стойкой администратора, только позднее – когда администратор приносила ей (ФИО5 №1) успокоительное. Когда она собирала сына, она (ФИО16) звала ФИО5 №1, говоря, что надо собираться, на что та ответила, что прыгнет последний раз, после чего она (ФИО16) услышала крик, но не поняла, кто кричит. Затем к ней подбежала ФИО4 №9 и позвала ее. Побежав вместе с администратором и ФИО4 №1 к батутам, она (ФИО16) увидела в центре одного из них – крайнего, у стены – ФИО5 №1, у которой была сломана нога, что было понятно по ее форме. На соседнем батуте была ФИО15, с которой та прыгали по очереди. При этом, она (ФИО16) не помнит, находились ли на батуте, на котором была ФИО5 №1, какие-либо посторонние предметы, на соседний батут она не смотрела. При этом, ФИО15, находясь в шоковом состоянии, плакала, ничего не говорила и не просила прощения у ФИО5 №1 Извинялась ФИО4 №9, как она (ФИО16) поняла, в связи с тем, что это произошло на организованном ею празднике. От увиденного у нее (ФИО16) «потемнело в глазах» – стало плохо. Подбежал ФИО4 №1 и вынес ФИО5 №1 с батута на руках, сел на подоконник, продолжая ее удерживать на руках. ФИО4 №9 вызвала «скорую помощь», после чего, минут через 15, в «скорую» позвонила она (ФИО16) сама, и бригада приехала в течении нескольких минут после ее звонка. ФИО5 №1 «сделали укол» и наложили шину, после чего доставили в 7ю больницу, где ей сделали рентген, после чего врач сообщил, что необходимо готовить операционную. Операция длилась около 1 часа, после чего ногу «поставили на растяжку». На следующий день сделали еще один рентген, и сказали, что имеются осколки, в связи с чем провели еще одну операцию, после чего наложили гипс, который сняли в конце декабря. При этом, она (ФИО16) находилась «на больничном», а после январских праздниках, ей пришлось выйти на работу. В больнице ФИО5 №1 находилась 12 дней, до апреля – дома, после чего в школу и со школы ее возили на автомобиле, а в середине июля удалили спицы, однако до третей четверти оставался запрет на занятие физкультурой. После произошедшего никакие извинения от подсудимой им не поступали, она с ними не контактировала ФИО4 №1 встречался с супругом ФИО1 – ФИО4 №3, которому озвучил определенную ими (К-выми) сумму возмещения причиненного ФИО5 №1 вреда – 100 000 рублей, однако ФИО4 №3 своей вины в произошедшем не видел и в возмещении ущерба отказал. При этом, ей не известно, чтобы в ходе общения с ФИО4 №3 последний сообщал ФИО4 №1, что батуты в их игровом клубе исправны, сертифицированы, на них имеются гарантийные документы или документы, подтверждающие их исправность. Ранее ни она, ни ФИО4 №1 в игровом клубе ФИО37 не были, и, насколько ей известно, долгое время после произошедшего попасть туда не мог и следователь. До произошедшего ФИО5 №1 ногу не травмировала, каких-либо заболеваний, связанных с хрупкостью костей, не имела; на момент травмы ФИО5 №1 весила около 35 кг, ее рост был около полутора метров, в соответствии с ее возрастом; ФИО15 была рослее: выше примерно на 10 см.
ФИО4 ФИО4 №1 в ходе судебного разбирательства дела показал, что его дети, в том числе ФИО5 №1, на 11 декабря 2020 г. были приглашены на празднование дня рождения в детскую комнату «Летучий корабль», расположенную на территории АДРЕС ИЗЪЯТ, куда он и его супруга ФИО16 приехали примерно за 10 минут до окончания праздника: около в 19 часов 40 минут – 19 часов 45 минут. Из сотрудников игровой комнаты он видел только женщину-администратора в помещении, где также находились дети, а также девушка, которая арендовала комнату на праздник – ФИО4 №9 и другие мамы, которые, насколько он знает, также пришли забирать детей. При этом, он не слышал, чтобы администратор делала кому-либо замечания по поводу того, что время аренды окончено, чтобы все собирались и покинули помещение. Когда он разговаривал по телефону, стоя в дверном проеме на входе в помещение из коридора, раздался «дикий» крик: кто кричал – он не понял, и побежал на крик к батутам, которых было 4 или 5. При этом, он не первым прибежал на крик: там уже были несколько человек. На крайнем батуте, слева, рядом с лесенкой и проходом на батуты, он увидел ФИО5 №1, лежащей немного по диагонали, а ее нога была «свернута»: было понятно, что травма серьезная. С другого края, на батутах, находилась подруга ФИО5 №1 – ФИО15 Однако, была ли та на соседнем батуте, а также говорила ли ФИО15 что-либо – он не обратил внимания. Какие-либо посторонние предметы рядом с ФИО5 №1 в этот момент не находились. Он взял ФИО5 №1 на руки и сел вместе с ней. Вызвали «скорую», которая приехала спустя минут 20. Пока они ждали медиков, он не мог смотреть на ФИО5 №1 и поэтому глядел по сторонам, однако в его видимости никаких информационных стендов, в том числе «уголка потребителя», свидетельств о регистрации или книги жалоб, на стенах не было. ФИО1 он не видел, в комнату приезжал супруг последней ФИО4 №3, который появился после приезда «скорой». При этом, в составе бригады «скорой помощи» прибыли два мужчины, возможно, фельдшеры, один из которых не отходил от ФИО5 №1, в то время как что делал другой – ему (ФИО5 №1) не известно. Когда ФИО5 №1 разместили в автомобиле «скорой», ФИО4 №3 подошел, представился владельцем заведения, назвав свое имя, и предложил записать номер его телефона, пояснив, что, если будут вопросы, он всегда готов помочь. Изначально он (ФИО5 №1) не хотел записывать телефон ФИО4 №3, но тот настоял. Затем их доставили в больницу, после чего ФИО5 №1 получала лечение в течение года или больше, полгода не могла ходить нормально. При этом, после произошедшего, он задавал ФИО5 №1 вопрос о том, разъясняли ли им в тот день правила поведения на батутах, на что она ответила, что никакой инструктаж не проводился. Полагает, что в результате произошедшего ФИО5 №1 и им (родителям) причинен моральный вред. Вместе с тем, он не знает, в чем именно вина ФИО1, и по какой причине ФИО5 №1 сломала ногу: то ли она прыгала неправильно, то ли оборудование не соответствует требованиям, однако полагает, что просто так получить такую травму она не могла. В указанной связи, ответственность, по его мнению, должен нести тот, кто организовал это дело – владелец – и не объяснил, как надо правильно прыгать. При этом, он (ФИО5 №1) не специалист и данные батуты не осматривал, поэтому не может пояснить, какие недостатки в их конструкции могли повлечь такую травму. После произошедшего он предлагал ФИО4 №3 урегулировать данный вопрос в финансовой форме и предложил заплатить 100 000 рублей. ФИО4 №3 обещал подумать, однако позднее по телефону сообщил, что данная сумма их не устраивает, и, если он желает – обращаться в суд. Он пояснил ФИО4 №3, что на операцию ФИО5 №1 с наркозом они потратили 30 000 рублей, на что ФИО4 №3, спросив «Вы хотите, чтобы ее лечили за наш счет», сказал, что каждый может упасть и сломать ногу, и ФИО5 №1 просто упала неудачно, в чем их вины нет, а также что они не готовы платить эти деньги. Про наличие у их игрового оборудования документов, подтверждающих его безопасность, сертификаты ФИО4 №3 не говорил, он (ФИО5 №1) об этом не спрашивал. При этом, операция ФИО5 №1 была проведена не по договору об оказании платных услуг, и документов на ее оплату он и ФИО16 не просили. О том, заключала ли ФИО4 №9 письменный договор на аренду комнаты для проведения того праздника, ему не известно, со слов последней, ему известно лишь то, что та оплатила организацию мероприятия; предполагает, что договор был устным; о наличии каких-либо возрастных или весовых ограничений для прыжков на батутах или иных условиях безопасного их использования ФИО4 №9 также не говорила.
Потерпевшая ФИО5 №1 суду показала, что в декабре 2020 г., по приглашению семьи ФИО43, она находилась на праздновании дня рождения брата ее подруги ФИО15 в расположенной на территории пос. Спартановка г. Волгограда детской комнате «Летучий корабль», прыгая в которой на батуте, она (ФИО5 №1) сломала ногу. На тот момент, насколько она помнит, ей было 11 лет. В тот день она впервые посещала названную детскую комнату, куда примерно к 17 часам ее привезла мама ее подруги ФИО4 №9, организовавшая данный праздник, за который оплачивала либо последняя, либо отец ФИО15 Вместе с ней ФИО4 №9 привезла в комнату именинника, в то время как другие дети приходили чуть позже. Придя в комнату, они сняли верхнюю одежду и обувь, оставаясь в носках. Кроме нее (ФИО5 №1), ФИО15 и брата последней ФИО21, на празднике присутствовали ее (ФИО5 №1) брат ФИО16 и другие дети со своими родителями; ее (ФИО5 №1) родители на самом празднике отсутствовали, придя в конце мероприятия. Всего на празднике было примерно 10 детей, которые приходили по очереди. При входе в помещение данной комнаты был длинный коридор, первой комнатой в котором и был игровой зал, где располагалась, в том числе стойка администратора. Из работников данной комнаты она (ФИО5 №1) помнит лишь женщину, которая сидела за «стойкой администрации». При этом, когда она (ФИО5 №1) и ФИО43 пришли в тот день в данную игровую комнату, названная женщина об их, в том числе ее (ФИО5 №1), возрасте не осведомлялась и об ограничениях на пользование батутами установленными в комнате батутами по возрасту не сообщала; каких-либо инструкций по пользованию ими не давала, в том числе не сообщала, что на одном батуте может прыгать только один человек; никаких письменных таких инструкций или табличек в комнате не было, однако, она (ФИО5 №1) не заостряла на этом свое внимание. Праздником, в основном, руководила ФИО4 №9 По приходу дети сразу прошли на батуты. При этом, ни дети, ни их родители к администратору с вопросами о том, как пользоваться батутами не обращались; сама администратор каких-либо разъяснений по поводу необходимости перед тем, как пойти прыгать на батуты, одеть носки или извлечь из карманов посторонние предметы, им не говорила, в карманах ее (ФИО5 №1) каких-либо предметов не было, все они находились в ее сумке, на ее ногах были носки, поскольку это «обычная практика» из ее опыта посещения другого батутного центра – в ТЦ «Семь звезд». При этом, проводился ли сотрудниками последнего центра инструктаж, она (ФИО5 №1) не помнит за давностью событий. Батуты, установленные в детской игровой комнате «Летучий корабль» и в ТЦ «Семь звезд», насколько она помнит, по внешнему виду, в том числе габаритам, были схожи между собой, аналогичны друг другу; вместе с тем, насколько ей показалось, пружины на первых были более «мягкими» по сравнению со вторыми, однако, в конструкциях она не разбирается; при этом, между собой батуты в игровой комнате «Летучий корабль» по жесткости были одинаковыми. Всего в данной игровой комнате в ряд были установлены 4 батута, каждый квадратной формы, размер которых позволял разместиться на нем 1-2 человекам, и были ситуации, когда во время данного праздника на одном батуте прыгали несколько человек; между собой батуты на стыке были разделены матами; по высоте батуты были одинаковыми между собой, однако точную их высоту она не помнит; на батуты необходимо было подняться по лестнице; расстояние от пола до батутного полотна она не помнит, однако во время прыжков при приземлении на него полотно до пола не доставало; какие-либо открыто выступающие угловатые или металлические части на батутах отсутствовал: они были покрыты. В течении праздника, помимо прыжков на батутах, дети, в том числе она (ФИО5 №1), играли с аниматорами, и прыгали на батутах периодически: она немного прыгала и уходила с батутов. Травму она получила в конце праздника, примерно в 20 часов, однако точного времени не помнит. В это время другие дети переодевались перед уходом, тогда как она и ФИО15 прыгали на батутах. При этом, она (ФИО5 №1) не помнит, чтобы находилась в утомленном состоянии, однако полагает, что, поскольку она прыгала, ее состояние было бодрым. Кроме того, она не помнит, чтобы администратор комнаты делала ей и ФИО15 в это время замечания по поводу того, что время аренды закончилось. Ее (ФИО5 №1) родители в это время находились у входа в игровую комнату, где одевали ее младшего брата, и звали ее на выход. Так, она (ФИО5 №1) перепрыгивала с одного батута на другой и в этот момент, когда приземлилась правой ногой непосредственно на саму сетку батута, в сам момент приземления, сломала правую ногу, что она поняла по проявившейся через секунду сильной боли, и увидела, что ее правая нога как будто «закруглена»; при этом, она не ударялась данной ногой ни о какую выступающую или твердую часть батута, в ячейку сетки батута ее нога не проваливалась; сама она приземлилась примерно на середину батутного полотна. Никаких посторонних предметов на батуте, на котором она получила травму, она не видела и не почувствовала в момент приземления. Вместе с тем, сам механизм образования травмы пояснить не может, поскольку не помнит. Во время данных прыжков, непосредственно перед получением травмы, на батуте она находилась одна; ФИО15 в этот момент находилась на другом батуте. Перед получением травмы ее (ФИО5 №1) никто не толкал и иного физического воздействия на нее не оказывал. После получения ею травмы, администратор комнаты налила ей воды, дала носки, а также, возможно, вызвала «скорую помощь», однако утверждать этого не может, поскольку сразу несколько взрослых вызывали «скорую». Впоследствии ей был поставлен диагноз ДАННЫЕ ИЗЪЯТЫ». Затем две недели она находилась на стационарном лечении, в апреле впервые пошла в школу, используя при этом трость, при этом, в ее ноге были установлены спицы, а, кроме того, она фиксировалась эластичным бинтом и специальным приспособлением, названия которого она не помнит, до 3 четверти у нее были ограничения по физической культуре. Ранее травм при прыжках на батутах она (ФИО5 №1) не получала; кто-либо из других детей при ее посещении детского клуба «Летучий корабль» травмы не получал.
Кроме того, вина ФИО2 в совершении преступления, подтверждается следующими доказательствами.
Рапортом, КУСП СО по Тракторозаводскому району г. Волгограда от 5 августа 2021 г., об обнаружении признаков преступления, предусмотренного ст. 238 УПК РФ, в соответствии с которым указанного числа в названный следственный отдел из ОП-1 У МВД России по АДРЕС ИЗЪЯТ поступил материал проверки по факту получения несовершеннолетней ФИО5 №1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ДАННЫЕ ИЗЪЯТЫ, во время «игры» на батуте в центре «Летучий корабль» по адресу: АДРЕС ИЗЪЯТ (т. 1 л.д. 6).
Заключением эксперта № 3869 и/б (дополнительной), согласно выводам которого, на основании изучения и анализа представленной медико-экспертной, медицинской документации, морфологических и клинических признаков повреждений, а также рентгенографии на бумажном и электронном носителе установлено, что у несовершеннолетней ФИО5 №1 имеется телесное повреждение – ДАННЫЕ ИЗЪЯТЫ до момента поступления в лечебное учреждение, 11 декабря 2020 г. и квалифицируется как причинившее тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть, на основании «Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 17 августа 2007 г. № 522, п. 4 (согласно п. 6.11.8 «Медицинских критериев квалифицирующих признаков вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 апреля 2008 г. №194 «н»). (т. 1 л.д. 169-170).
Протоколом осмотра предметов и документов от 19 ноября 2021 г., согласно которому объектами осмотра являются медицинские карты на имя ФИО5 №1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения: амбулаторного больного с ГУЗ ДП № 3, а также № 38902 (от 11 декабря 2020 г.) и № 22756/1128 (от 12 июля 2021 г.) стационарного больного с ГУЗ КБ СМП № 7 и оптический диск с рентгеновскими снимками, в которых отражены сведения о поступлении ФИО5 №1 в ГУЗ КБСМП № 7 г. Волгограда 11 декабря 2020 г. (в 21 час 38 минут) с диагнозом «ДАННЫЕ ИЗЪЯТЫ обстоятельствах получения травмы: «ДАТА ИЗЪЯТА упала на батуте в игровой комнате», проведенном лечении: ДАННЫЕ ИЗЪЯТЫ в амбулаторных условиях 1 месяц; повторном ее (ФИО5 №1) поступлении в то же учреждение 12 июля 2021 г. для ДАННЫЕ ИЗЪЯТЫ, проведенном лечении: в том числе 13 июля 2021 г. проведена названная операция, его сроках и результатах: выписана на амбулаторное лечение 16 июля 2021 г. (т.1 л.д. 173-181).
Показаниями свидетеля ФИО4 №13 о том, что он является детским врачом-ортопедом травматологического отделения Больницы № 7 г. Волгограда, пациентку которого в декабре 2020 г. – несовершеннолетнюю ФИО5 №1 – как и обстоятельств получения ею травмы, не помнит. Вся информация об этом должна быть отражена в медицинской карте, со слов родителей или лиц, доставляющих пациентов. Вместе с тем показал, что по опыту работы, поскольку часто занимается лечением пациентов с травмами на батутах, ему известно, что батут травмоопасный предмет: как и велосипед. Опасность батута связана с «его механизмом»: это «неуправляемый прыжок», который создает нарушение координации, вследствие чего можно отскочить в любую сторону и неудачно приземлиться. О наличии каких-либо возрастных ограничений для прыжков на батуте ему не известно; каких-либо особенностей организма ребенка в процессе взросления, роста и увеличения костной ткани, влияющих на их хрупкость, и подобных обстоятельств, связанных с периодом роста, «активная зона которого закрывается» к 17 годам (возможно чуть раньше или чуть позже), не позволяющих здоровому ребенку, в том числе не страдающему заболеваниями, препятствующими активному занятию спортом, прыгать на батуте, нет. Вместе с тем, во время «гормональных всплесков» при наличии нарушений в гормональной системе, когда проявляются сопутствующие заболевания, такие как остеопорозы и подобные, у детей иногда «может отмечаться» хрупкость костей, что должно быть объективно доказано лабораторными исследованиями; вместе с тем, таких детей «единицы», и в его практике подобного пациента: с заболеванием, связанным с хрупкостью костей, который бы пострадал на батуте – не было; при этом, родители осведолены о такой патологии своего ребенка и не водят таких детей на батуты. Вместе с тем, в стадии активного роста при недостаточном как у взрослого обеспечении костей кальцием незначительное повреждение не может стать причиной перелома. Теоретически после серьезного перелома, когда он визуально определяется, такие действия как взять ребенка с переломом ноги на руки и укутать ноги – могут усугубить травму, однако, считает, что в данном случае таких последствий не было.
Справкой от 3 сентября 2021 г. о результатах проведенного, в соответствии с п. 6 ст. 6 Федерального закона от 12 августа 2021 г. № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», на основании поручения СУ СК РФ по Тракторозаводскому району г. Волгограда, по материалу процессуальной проверки по факту получения 11 декабря 2020 г. несовершеннолетней ФИО5 №1, ДАТА ИЗЪЯТА ДАТА ИЗЪЯТА, травмы в виде ДАННЫЕ ИЗЪЯТЫ во время «игры» на батуте в центре «Летучий корабль» по адресу: АДРЕС ИЗЪЯТА, оперативно-розыскного мероприятия «наблюдение» от 26 августа 2021 г. и протоколом от 6 сентября 2021 г. осмотра предметов – оптического диска DVD-R с видеозаписью данного ОРМ, из которых усматривается, что 26 августа 2021 г. с 19 часов 00 минут по указанному адресу проведено названное ОРМ, в результате чего установлено, что ДАННЫЕ ИЗЪЯТЫ (т. 1 л.д. 51-52, 53-56, 49-50).
Протоколами осмотра места происшествия от 8 сентября 2021 г. и дополнительного осмотра места происшествия от 10 марта 2022 г., согласно которым объектом осмотров является помещение детского игрового клуба «Летучий корабль», расположенного по адресу: АДРЕС ИЗЪЯТ, обстановка в котором на момент осмотра зафиксирована в данном протоколе и фототаблице к нему. Из указанных документом усматривается, что на входе в здание и непосредственно в помещение игровой комнаты размещены вывески («баннеры») с наименованием игрового клуба; на правой стене, непосредственно перед входной дверью, которая открывается из помещения клуба, расположен стенд с названием «Уголок потребителя», на котором какая-либо информация отсутствует; длина помещения игрового клуба 15 м, ширина – 10 м 60 см, высота – 3 м 25 см; вдоль правой от входа в помещение игрового клуба стены, непосредственно у входа, расположена стойка администратора («ресепшен»), в верхнем левом углу которого в файле размещен лист, формата, А4, поименованный как «Правила посещения детского игрового клуба «Летучий корабль», состоящие из 10 пунктов следующего содержания: «1. Вход в игровую зону и на батутную арену ОБЯЗАТЕЛЬНО в носочках. 2. Кататься с горок ТОЛЬКО на попе лицом вперед. 3. Вход на батутную арену с игрушками, едой, напитками, колющими и режущими предметами ЗАПРЕЩЕН. 4. На одном батуте РАЗРЕШЕНО прыгать только одному человеку. 5. Прыгать в поролоновую яму головой вниз ЗАПРЕЩЕНО. 6. ЗАПРЕЩЕНО делать сальто и другие сложные прыжки. 7. Прием пищи и воды ТОЛЬКО в банкетной зоне. 8. ЗАПРЕЩЕНО находиться в состоянии алкогольного или другого опьянения. 9. ЗАПРЕЩЕНО распитие спиртных напитков. 10. ЗАПРЕЩЕНО Прыгать на батутах лицам с противопоказаниями к прыжкам по состоянию здоровья и беременным женщинам», а также отметки следующего содержания: «За несоблюдение правил администрация вправе удалить посетителя без возврата денег»; далее от стойки вдоль той же стены – 3 окна с подоконниками; после третьего от входа окна – лестница с 4 ступенями для подъема на батутную арену, длиной 10 м 60 см, состоящую из 4 расположенных вдоль противоположной входу в помещение стены батутов, к каркасу которых, высотой от пола 70 см, на 5 столбов, высотой от каркаса 1 м 75 см, со стороны помещения комнаты прикреплена оградительная сетка; каждый батут представляет собой батутное полотно («сетку»), размером 1 м 97 см х 1 м 97 см, прикрепленную к каркасу по его периметру пружинами, между собой батуты разделены матами, размером, исходя из длины стены и количества батутов и их размеров, около 55 см каждый; у левой стены расположены столы, конструкция в виде дома, на второй этаж которого ведет деревянный лестничный марш, левее – три горки, перед которыми – мат, также у левой стены, у каркаса – бассейн округлой формы с шариками и угловой стол со шкафами, также в комнате имеются «поролоновая яма» с поролоновыми кубиками, кроме того – наличие внутри помещения перед батутной ареной нескольких «опорных колонн», прямоугольной формы, а также – отсутствие каких-либо информационных табличек при входе на батутную арену, в том числе у лестницы и вдоль арены. В ходе дополнительного осмотра места происшествия произведен разбор батутной арены, составные части которой: сетка, 12 матов, 313 металлических пружин – изъяты; на фототаблице к протоколу дополнительного осмотра зафиксирован общий вид батутной арены после ее демонтажа (т. 1 л.д. 237-245, т. 3 л.д. 227-233).
Протоколом обыска от 8 сентября 2021 г., из которого следует, что в ходе проведенных указанного числа обысковых мероприятий в детском игровом центре «Летучий корабль», расположенном по адресу: АДРЕС ИЗЪЯТ, изъяты в том числе: визитные карты «Летучий корабль»; денежные купюры и монеты (денежные купюры: номиналом 500 рублей, в количестве 1 шт., ТЕ 8160916; номиналом 100 рублей каждая, в количестве 3 шт., чС 8998026, чС 4245060, лЯ 4281742; номиналом 50 рублей, в количестве 1 шт., вз 0031163; номиналом 1 000 рублей каждая, в количестве 3 шт., ТО 1882946, чс 7112580, он 2346693; номиналом 2 000 рублей, в количестве 1 шт., АА603173494; монеты: номиналом 10 рублей каждая, в количестве 8 шт.; 5 рублей каждая, в количестве 9 шт.; 2 рубля каждая, в количестве 10 шт.; 1 рубль каждая, в количестве 18 шт.; 50 копеек каждая, в количестве 5 шт.; 10 копеек каждая, в количестве 3 шт.; чеки кассовые; прайсы развлекательных детских программ; записи на листах, блокноты с записями в количестве 15 штук; договор субаренды для проведения различных мероприятий в 3 файлах и в 3 папках; договор поставки от 23 сентября 2019 г.; документы в файлах, начинающиеся с документа «карта партнера» и папка «с рабочей документацией»; договор аренды от 1 апреля 2021 г. в 1 файле; журнал учета бланков строгой отчетности; счета на оплату №№ 2682, 1252, 1253, 22; схема на 1 листе; расчеты сумм на листах, формата А4; прайс на развлекательную программу; сертификаты и баннеры «Летучий корабль» с информационными табличками; анкета-соглашение на посещение детского игрового клуба «Летучий корабль» (приложение на 2 листах); а также «Правила безопасности» в 2 файлах; «Техника безопасности» на 1 листе и «Правила посещения клуба «Летучий корабль» в 1 файле. При этом, на фототаблице к названному протоколу зафиксированы общий вид баннера, в том числе со следующей информацией: «Детский игровой клуб «Летучий корабль» Дни рождения, праздники, батуты, скаладром, АДРЕС ИЗЪЯТ …»; аналогичные протоколу осмотра места происшествия общий вид детского игрового клуба «Летучий корабль» и «батутной арены» и содержание «Правил посещения игрового клуба «Летучий корабль» (т. 1 л.д. 204-212).
Протоколами осмотров предметов и документов от 10 сентября 2021 г., 17 сентября 2021 г. и 11 марта 2022 г., согласно которым объектами осмотра являются предметы и документы, изъятые в ходе обыска 8 сентября 2021 г. и дополнительного осмотра места происшествия от 10 марта 2022 г. по адресу: АДРЕС ИЗЪЯТ в том числе «сертификаты качества пружин винтовых», «копии разрешения на использование знака соответствия «ПСК СОЮЗ ТЕСТ» обществу с ограниченной ответственностью «Пружинно-навивочный завод», сроком действия с 31 августа 2017 г. по 30 августа 2018 г.», «копия приложения к сертификату соответствия …, срок которого с 27 октября 2017 г. по 26 октября 2019 г.», «копия сертификата соответствия…, срок действия которого с 27 октября 2017 г. по 26 октября 2019 г., сертифицированной продукцией является опорная подвесная система трубопроводов, блоки пружинные и пружины», «товарные накладные … на пружины … в количестве 300 шт.», «кассовый чек и квитанция к приходно-кассовому ордеру…, принятая ФИО2 на сумму 1 117 рублей», «акт выполненных работ (оказанных услуг)»; «отчет по страхованию грузов»; «счет-фактура»; «договора субаренды помещения для проведения различных мероприятий», стороной которого является ИП ФИО2; «документация по техническому обслуживанию систем пожарной безопасности объекта – детского центра «Летучий корабль» по адресу: АДРЕС ИЗЪЯТ – которая начата 1 июня 2018 г.», в том числе «договор на техническое обслуживание и ремонт системы пожарной сигнализации» за 2021 г., «между ООО «Импульс» и ФИО72 и соответствующие «счета на оплату и акты» за 2018 г.; «каталоги персонажей аниматоров»; «фотографии аниматоров» и «фотографии несовершеннолетних, участвовавших в детских мероприятиях с аниматорами»; «подарочные сертификаты игрового клуба «Летучий корабль на право аренды игровой комнаты со скидкой 50%»; «прайс-листы услуг «Skazka34» и ИП ФИО17; «визитные карты детского игрового клуба «Летучий корабль» и «ФИО73, авторская фотография»; «бланки договоров субаренды на предоставление арендатором ИП ФИО1 субарендаторам во временное пользование за плату объекта нежилого фонда по адресу: АДРЕС ИЗЪЯТ, общей площадью 150 м?, для проведения различных мероприятий» и «бланки актов приема-передачи к договорам субаренды», а также сами такие договоры и акты за 2021 г.; «анкеты-соглашения на посещение детского игрового клуба «Летучий корабль»; а также «Правила посещения детского игрового клуба «Летучий корабль», содержание которых соответствует тексту названных правил, зафиксированных, в том числе на фототаблицах к протоколам осмотра места происшествия и обыска от 8 сентября 2021 г.; денежные купюры и монеты (денежные купюры: номиналом 500 рублей, в количестве 1 шт., ТЕ 8160916; номиналом 100 рублей каждая, в количестве 3 шт., чС 8998026, чС 4245060, лЯ 4281742; номиналом 50 рублей, в количестве 1 шт., вз 0031163; номиналом 1 000 рублей каждая, в количестве 3 шт., ТО 1882946, чс 7112580, он 2346693; номиналом 2 000 рублей, в количестве 1 шт., АА603173494; монеты: номиналом 10 рублей каждая, в количестве 8 шт.; 5 рублей каждая, в количестве 9 шт.; 2 рубля каждая, в количестве 10 шт.; 1 рубль каждая, в количестве 18 шт.; 50 копеек каждая, в количестве 5 шт.; 10 копеек каждая, в количестве 3 шт.; сетка, 12 матов, 313 металлических пружин (т. 1 л.д. 213-225, 227-232, т. 3 л.д. 234-240).
Протоколом выемки от 18 февраля 2022 г., согласно которому у ИП ФИО4 №7 изъяты договоры аренды от 1 февраля 2020 г. и 1 апреля 2021 г. нежилых помещений, расположенных на пером этаже многоквартирного дома по адресу: АДРЕС ИЗЪЯТ, общей площадью 150 кв.м. (т. 3 л.д. 146-149).
Протоколом обыска от 4 марта 2022 г., согласно которому в ходе проведенных указанного числа обысковых мероприятий по месту жительства ФИО2 по адресу: АДРЕС ИЗЪЯТ изъят заключенный 1 апреля 2021 г. между ИП ФИО4 №7 и ИП ФИО2 договор аренды нежилого помещения (т. 3 л.д. 178-183).
Копиями договоров аренды от ДАТА ИЗЪЯТА и ДАТА ИЗЪЯТА, согласно которым ИП ФИО4 №7 с одной стороны и ООО «Брик», а также ИП ФИО2 – соответственно – с другой, заключили договоры, в соответствии с которыми арендодатель – ИП ФИО4 №7 предоставляет арендодателю – ООО «Брик» в лице директора ФИО4 №5 – в срок до 10 января 2012 г., а также ИП ФИО2 в срок до 1 марта 2022 г. (соответственно) за плату во временное пользование нежилые помещения, расположенные на пером этаже многоквартирного дома по адресу: АДРЕС ИЗЪЯТ, общей площадью 150 кв.м., согласно поэтажному плану, которые (помещения) будут использоваться «под прочую развлекательную деятельность» и «для ведения предпринимательской деятельности» (соответственно); при этом, внешний вид (количества страниц, пунктов и шрифта) и содержание условий договоров идентичны друг другу (за исключением наименования арендатора как стороны договора и срока его действия, а также конкретной цели) (т. 2 л.д. 117-118, 119-120).
Протоколами осмотров документов от 22 февраля 2022 г. и 4 марта 2023 г., согласно которым объектами осмотров являются добровольно выданные ФИО74. и изъятый в ходе обыска у ФИО2 договоры аренды от 1 февраля 2020 г. и 1 апреля 2021 г. (т. 3 л.д. 156-160, 184-185).
Оглашенными в судебном заседании, на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ, показаниями свидетеля ФИО4 №7 о том, что с 2018 г. по настоящее время он является индивидуальным предпринимателем, вид деятельности которого – сдача помещений в аренду. При этом, в аренду он сдает только помещения, которые находятся у него в собственности, субарендой не занимается; в аренду сдает только пустые помещения. Так, с 2018 г. по настоящее время он является собственником помещения, расположенного по адресу: АДРЕС ИЗЪЯТ. С 23 октября 2018 г. по настоящее время у него есть представитель по доверенности ФИО4 №6, которая представляет его интересы, в том числе при заключении договоров на аренду. 1 февраля 2020 г. был заключен договор аренды названного выше помещения, расположенного по адресу: АДРЕС ИЗЪЯТ, подписанный с одной стороны им, а с другой стороны – директором ООО «Брик» ФИО4 №5, с которым он (ФИО4 №7) лично не знаком; процедурой заключения данного договора занималась его представитель по доверенности ФИО4 №6, которая непосредственно контактировала с арендатором. Договор аренды составлялся им (ФИО4 №7) и был заключен на 11 месяцев с последующей пролонгацией, подписывал данный договор он (ФИО4 №7). Впоследствии, 1 апреля 2021 г., на то же помещение был заключен договор аренды между ним (ФИО4 №7) с одной стороны и ИП ФИО2 с другой стороны. При этом, лично с последней он не знаком, так как процедурой заключения данного договора также занималась его представитель по доверенности ФИО4 №6, которая и контактировала с ИП ФИО2 Как и предыдущий, договор аренды с ИП ФИО2 составлялся им (ФИО4 №7), был заключен на 11 месяцев с последующей пролонгацией, подписывал данный договор он (ФИО4 №7). Для каких именно целей названными арендаторами заключался с ним договор аренды, ему (ФИО4 №7) не известно. Арендная плата по вышеуказанным двум договорам платилась исправно, денежные средства передавались наличными ФИО4 №6, последняя выписывала чек и передавала его арендатору помещения. Кто именно оплачивал аренду помещения, ему (ФИО4 №7) не известно. ИП ФИО4 №4 ему (ФИО4 №7) не знаком (т. 2 л.д. 111-114).
Оглашенными в судебном заседании, на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ, показаниями свидетеля ФИО4 №6 о том, что ее знакомый – индивидуальный предприниматель ФИО4 №7, видом деятельности которого является сдача в аренду принадлежащих ему на праве собственности пустых помещений, 23 октября 2018 г. выдал ей доверенность ДАННЫЕ ИЗЪЯТЫ для представления его интересов в различных государственных органах на случай, если сам он не сможет присутствовать, в связи со своей занятостью. Одним из таких помещений является расположенное по адресу: АДРЕС ИЗЪЯТ. Примерно 3 года назад, она (ФИО4 №6) встретилась с обратившейся к ней по телефону по соответствующему объявлению о сдаче названного помещения в аренду ФИО2 и показала ей данное помещение. ФИО2 помещение понравилось, и последняя пояснила, что она намерена арендовать его для организации в нем детского центра «Летучий корабль». Далее, стороной арендодателя, то есть ИП ФИО4 №7, был составлен договор аренды, сроком на 11 месяцев с последующей пролонгацией, который (договор) был подписан с одной стороны ФИО4 №7, а с другой – от имени директора ООО «Брик» ФИО4 №5 При этом, проект договора был передан ФИО2, после чего последняя уже подписанный от имени директора ООО «Брик» ФИО4 №5, с которым она (ФИО4 №6) лично не знакома и никогда его не видела, передала ей (ФИО4 №6), после чего договор подписал ФИО4 №7 Таким образом, помещение, расположенное по адресу: АДРЕС ИЗЪЯТ, уже на протяжении 3 лет сдается в аренду ФИО2 По состоянию на 11 декабря 2020 г. ИП ФИО4 №7 был заключен договор на аренду названного помещения с директором ООО «Брик» ФИО4 №5, в то время как в начале 2021 г. – с индивидуальным предпринимателем ФИО2, непосредственно которой он был подписан. (т.2 л.д.101-103).
Оглашенными в судебном заседании, на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ, показаниями свидетеля ФИО4 №5 о том, что в 2017 г. он учредил юридическое лицо ООО «Брик», основным видом деятельности которого является розничная и оптовая торговля строительными материалами, иными видами деятельности данное юридическое лицо не занималось, в том числе никогда не занималось сдачей помещения в аренду. На данный момент юридически ООО «Брик» является действующим, однако фактически какую-либо деятельность уже не осуществляет. Офис ООО «Брик» расположен по АДРЕС ИЗЪЯТ. Его (ФИО4 №5) «напарником» по работе в ООО «Брик» являлся его знакомый ФИО18 ИП ФИО4 №7 ему (ФИО4 №5) не знаком, никакие договоры, в том числе на аренду помещений, с последним он не заключал. Ему не принадлежало на праве собственности помещение, расположенное по адресу: АДРЕС ИЗЪЯТ ФИО2 ему (ФИО4 №5) также не знакома. Договор аренды от 1 февраля 2020 г. между ИП ФИО4 №7 и ООО «Брик» в лице ФИО4 №5 он (ФИО4 №5) не заключал. При этом, форма договора ООО «БРИК» иная; более того, в названном договоре аренды стоит не его (ФИО4 №5) подпись. Доступ к печати ООО «Брик» только у него (ФИО4 №5), данная печать изготовлена в одном экземпляре, дубликатов не имеет. Про деятельность детского игрового клуба «Летучий корабль» ему ничего не известно. (т. 2 л.д. 86-88, т. 3 л.д. 119-120).
Протоколами выемки и получения образцов для сравнительного исследования от 18 февраля 2022 г. и 22 февраля 2022 г., согласно которым ФИО4 №5 добровольно выдана печать ООО «Брик», а также предоставлены образцы и свободные образцы его подписей (т. 3 л.д. 125-128, 136-137, 152-155).
Протоколами получения образцов для сравнительного исследования и выемки от 9 марта 2022 г., согласно которым ФИО4 №2 предоставлены образцы и свободные образцы ее подписей (т. 3 л.д. 209-210, 216-219).
Протоколом осмотра предметов от 24 февраля 2020 г., согласно которому объектом осмотра является печать ООО «Брик» (т. 3 л.д. 129-132).
Заключениями экспертов № 988 и № 989 от 23 марта 2022 г., согласно выводам которых подпись от имени ФИО4 №5 в договоре аренды от 1 февраля 2020 г. выполнена, вероятно, не ФИО4 №5; решить вопрос в категорической форме не представилось возможным ввиду простоты строения исследуемой подписи; оттиск печати ООО «Брик» в договоре аренды помещения от 1 февраля 2020 г., нанесен не удостоверительной печатной формой ООО «Брик», представленной на экспертизу (т. 4 л.д. 25-31, 38-43).
Протоколом явки с повинной от 15 апреля 2022 г., КУСП СО по Тракторозаводскому району г. Волгограда № 109пр от 15 апреля 2022 г., в котором ФИО2 собственноручно указала, что примерно с 2018 г. по 2021 г. в целях организации детского клуба «Летучий корабль» она арендовала принадлежащее на праве собственности ФИО4 №7 помещение по адресу: АДРЕС ИЗЪЯТ, где 11 декабря 2020 г. группа детей отмечала день рождения, в ходе чего, по окончании праздника, после 20 часов, несовершеннолетняя ФИО5 №1, прыгая на одном из батутов, получила травму ноги (т. 4 л.д. 72-74).
Оценивая исследованные в судебном заседании положенные в основу приговора доказательства, суд находит их относимыми, допустимыми, достоверными, поскольку они последовательны, непротиворечивы, согласуются между собой, взаимодополняют и уточняют друг друга по месту и времени совершения преступления, раскрывают способ и обстоятельства преступных действий подсудимой ФИО2, возникшие в них противоречия были устранены в судебном заседании, в то время как иных существенных противоречий не содержат, получены в установленном порядке без нарушений процессуальных прав и законных интересов участников процесса.
В том числе, показания несовершеннолетней потерпевшей и свидетелей обвинения, включая несовершеннолетнюю свидетеля, были даны ими после разъяснения им положений закона о возможности использования их показаний в качестве доказательства по уголовному делу, несовершеннолетним потерпевшей и свидетелем также – после разъяснения им необходимости, отвечая на вопросы, говорить правду, в присутствии их законных представителей и педагога, иными свидетелями – ответственности за дачу заведомо ложных показаний; данные показания являются последовательными и непротиворечивыми, существенных противоречий не содержат, согласуются между собой и иными доказательствами; при этом каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о наличии у названных лиц повода для оговора подсудимой, в судебном заседании не установлено. Письменные доказательства также получены с соблюдением требований закона, нарушений которого при их получении судом не установлено, и стороной защиты об обратном не заявлено. Показания подсудимой даны ею в присутствии защитника, после разъяснения процессуальных прав, в том числе предусмотренного ст. 51 Конституции Российской Федерации права не свидетельствовать против себя, и положений закона о возможности их использования в качестве доказательства по делу, включая случаи последующего отказа от данных показаний; явка с повинной дана подсудимой также в присутствии защитника и, как следует из ее пояснений в судебном заседании, после консультации с ним и согласования позиции по делу, при этом, процессуальные права (предусмотренные ст. 46 УПК РФ, среди которых – право обжаловать действия, бездействия и решения, в том числе следователя, и ст. 51 Конституции Российской Федерации) подсудимой также были разъяснены.
В своей совокупности названные доказательства достаточны для разрешения настоящего уголовного дела: вину ФИО2 в совершении преступления суд считает доказанной полностью и квалифицирует действия последней по п.п. «б, в» ч. 2 ст. 238 УК РФ как оказание услуги, не отвечающей требованиям безопасности здоровья потребителей, совершенное в отношении услуги, предназначенной для детей в возрасте до шести лет, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.
Так, в ходе судебного следствия установлено, что ФИО2, не являясь учредителем или руководителем юридического лица, а также индивидуальным предпринимателем, с целью извлечения прибыли посредством незаконной организации детского игрового клуба «Летучий корабль» по оказанию за плату населению, в том числе несовершеннолетним, включая детей в возрасте до шести лет, услуг, не отвечающих требованиям безопасности здоровья потребителей, 1 февраля 2020 г. заключила от имени, якобы, директора ООО «Брик» ФИО4 №5 договор аренды на принадлежащее на праве собственности ИП ФИО4 №7 нежилое помещение, площадью 150 м2, расположенное по адресу: АДРЕС ИЗЪЯТ после чего организовала в нем детский игровой клуб «Летучий корабль» для проведения за плату праздников с использованием аттракционов – батутов – и в период времени с 1 февраля 2020 г. до 8 сентября 2021 г., когда ее деятельность была пресечена правоохранительными органами, и, действуя из корыстных побуждений, осознавая фактический характер и общественную опасность своих действий, в том числе, что предоставляемая ею услуга не отвечает требованиям безопасности здоровья потребителей, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий своих действий в виде причинения тяжкого вреда здоровью человека, но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывая на предотвращение таких последствий, в нарушение требований ч. 2 ст. 10 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» и п.п. 4.7, 4.7.3 ГОСТ 33807-2016, не обеспечив наличие инструкции о правилах пользования названным аттракционом, оказывала в данном помещении указанную услугу; после чего, в период времени с 1 декабря 2020 г. до 11 декабря 2020 г., ФИО4 №9, не будучи осведомленной об организации батутной арены, не отвечающей требованиям безопасности для здоровья несовершеннолетних, в целях празднования дня рождения своего сына ФИО21, возраста 5 лет, через привлеченного ФИО2 к работе клуба номинально выполняющей функции его администратора ФИО4 №2 в устной форме заказала, оплатив впоследствии полную стоимость данной услуги, проведение праздника на 11 декабря 2020 г. с 17 часов 00 минут до 20 часов 00 минут в помещении названного игрового клуба, куда 11 декабря 2020 г. к 17 часам 00 минут прибыла, в том числе малолетняя ФИО5 №1, которая, будучи не проинформированной надлежащим образом ФИО4 №2 о правилах поведения на батутах, не ознакомленной с правилами по технике безопасности при осуществлении прыжков на батутах, прошла на батутную арену, где без организации надлежащего контроля со стороны лиц, предоставляющих названные услуги, начала осуществлять прыжки на батутах. В результате допущенных ФИО2 вышеназванных нарушений, при оказании несовершеннолетним услуг детского игрового клуба «Летучий корабль» с использованием батутов, 11 декабря 2020 г., в период времени с 20 часов 00 минут до 20 часов 12 минут, более точное время не установлено, ФИО5 №1 при совершении прыжков на батуте, приземлившись на него на нижние конечности, получила тупую травму правой нижней конечности, которая квалифицируется как причинившая тяжкий вред здоровью.
При этом, суд учитывает разъяснения Верховного Суда Российской Федерации, изложенные в п.п. 5 и 6 постановления Пленума от 25 июня 2019 г. «О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных ст. 238 УК РФ», согласно которым, в силу того, что деяния, предусмотренные названной статьей УК РФ, посягают на общественные отношения, связанные с охраной здоровья населения, потерпевшим по уголовному делу о таком преступлении может быть признано физическое лицо независимо от того, состояло ли оно в договорных отношениях с лицом, осуществлявшим оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни или здоровья человека; в то время как субъектом оказания таких услуг может являться лицо, фактически осуществляющее их оказание без соответствующей государственной регистрации.
Вместе с тем, суд учитывает, что органом предварительного расследования ФИО2, помимо указанных выше требований ч. 2 ст. 10 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» и п.п. 4.7, 4.7.3 ГОСТа 33807-2016, вменено нарушение п.п. 122 и подп. «б» 123 раздела V «Общие требования к эксплуатации аттракционов» Постановления Правительства Российской Федерации от 20 декабря 2019 г. № 1732 «Об утверждение требований к техническому состоянию и эксплуатации аттракционов», согласно которым аттракцион должен быть зарегистрирован в установленном порядке, и при эксплуатации аттракционов эксплуатант обязан разместить перед входом на аттракцион правила пользования аттракционом для посетителей, пассажиров и пользователей, а также государственный регистрационный знак (соответственно); а, кроме того, п. 4.3 ГОСТа 12.4.026-2015 «Цвета сигнальные, знаки безопасности и разметка сигнальная. Назначения и правила применения. Общие технические требования и характеристики. Методы испытаний», введенного в действие Приказом Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии от 10 июня 2016 г. № 614-ст в качестве национального стандарта Российской Федерации с 1 марта 2017 г., согласно которому работодатель или уполномоченные им должностные лица должны с учетом требований настоящего стандарта: обозначать виды опасности, опасные места и возможные опасные ситуации сигнальными цветами, знаками безопасности и сигнальной разметкой; проводить выбор соответствующих знаков безопасности (при необходимости подбирать текст поясняющих надписей на знаках безопасности); определять размеры, виды и исполнения, степень защиты и места размещения (установки) знаков безопасности и сигнальной разметки; п.п. п. 5.9.5.1 и п. 7.2 ГОСТа 33807-2016 «Безопасность аттракционов. Общие требования», в соответствии с которыми в замкнутых помещениях, используемых для развлечений, должно быть обеспечено наблюдение за посетителями и на любой аттракцион обязательно должны быть в наличии все необходимые эксплуатационные документы, включая формуляр или паспорт (по приложению В), выполненные в соответствии с 5.11 (соответственно).
Однако, п. 2 Постановления Правительства Российской Федерации от 20 декабря 2019 г. № 1732 установлено, что утвержденные им требования применяются к аттракционам, с высокой, средней и низкой степенью биометрического риска по истечении периода, равного 12, 15 и 18 месяцам (соответственно) со дня официального опубликования названного нормативного акта.
Впервые Постановление Правительства Российской Федерации от 20 декабря 2019 г. № 1732 опубликовано на официальном интернет-портале правовой информации http://www.pravo.gov.ru 27 декабря 2019 г., и по состоянию на дату получения ФИО5 №1 травмы установленный данным постановлением срок, в том числе для аттракционов с самой высокой степенью биометрического риска, не истек; в то время как нарушение иного нормативного акта, устанавливающего, в том числе требование к регистрации аттракциона в органах Ростехнадзора ФИО2 органом предварительного расследования не вменено.
Кроме того, органом предварительного расследования не установлено и среди обстоятельств предъявленного ФИО2 обвинения не указано, в чем именно выразилось допущенное ею нарушение п. 5.9.5.1 и п. 7.2 ГОСТа 33807-2016, а также п. 4.3 ГОСТа 12.4.026-2015: оборудование замкнутого пространства детского игрового клуба, в котором установлен аттракцион, в отсутствие обеспечения возможности наблюдения за посетителями, равно как и в отсутствие необходимых эксплуатационных документов, а также в отсутствие обозначения видов опасности, опасных мест и возможных опасных ситуаций ФИО2 не вменяется.
Также органом предварительного расследования не установлено и среди обстоятельств предъявленного ФИО2 обвинения не указано, каким нормативным актом и каким его пунктом на ее возложена неисполненная ею как организатора игрового помещения с установленным в нем аттракционом обязанность принятия мер к подбору квалифицированного персонала.
При этом, согласно п. 1 ч. 1 ст. 73 УПК РФ, при производстве по уголовному делу подлежит доказыванию событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления); в то время как в силу ч. 1 ст. 252 УПК РФ, судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению.
Таким образом, суд не наделен полномочиями самостоятельного формулирования обвинения, которое является предметом судебного разбирательства и определяет его пределы.
Учитывая изложенное, суд полагает необходимым исключить из объема предъявленного ФИО2 обвинение нарушение ею п.п. 122 и подп. «б» 123 раздела V «Общие требования к эксплуатации аттракционов» Постановления Правительства Российской Федерации от 20 декабря 2019 г. № 1732 «Об утверждение требований к техническому состоянию и эксплуатации аттракционов», п. 5.9.5.1 и п. 7.2 ГОСТа 33807-2016 «Безопасность аттракционов. Общие требования» и п. 4.3 ГОСТа 12.4.026-2015 «Цвета сигнальные, знаки безопасности и разметка сигнальная. Назначения и правила применения. Общие технические требования и характеристики. Методы испытаний», а также непринятие ею мер к подбору квалифицированного персонала, что, однако, не изменит существа предъявленного ФИО2 обвинения и выводы суда о ее виновности в совершении преступления не опровергает, при этом, не ухудшит положение ФИО2 и ее право на защиту не нарушит.
Вместе с тем, суд не может принять в качестве доказательства невиновности подсудимой показания свидетеля ФИО4 №2 в той части, в которой она показала, что 11 декабря 2020 г. на входе в детский игровой клуб «Летучий корабль», когда мамы раздевались, она (ФИО41) предложила им обратить внимание на Правила, которые «висят»: ознакомиться и соблюдать; когда дети разделись и прошли на батуты, она (ФИО41) прошла к батутам и, пока те не прыгали, предварительно произнеся «Дети, внимание», громким четким голосом разговорной речью озвучила Правила, «которые были в перечне», не по пунктам: что находиться на батутах – не более одного-двух человек (точно в настоящее время не помнит), что акробатические трюки, сальто не осуществляются, догонялки не допускаются, с игрушками и другими посторонними предметами находиться на батутах нельзя, не толкаться, не «пихаться»; после чего на ее вопрос о том, все ли понятно, дети ответили утвердительно.
Равно суд не может согласиться с доводами стороны защиты о том, что соответствующая инструкция о правилах поведения в клубе и на батутах была разработана ФИО2 и размещена ею с момента открытия названного детского игрового клуба в двух экземплярах в помещении клуба: на расположенной в ухода стойке администратора, и на стене за стойкой, в том числе по состоянию на 11 декабря 2020 г., а, кроме того, неофициально работавшая в день получения травмы администратор ФИО4 №2 разъяснила посетителям комнаты, в том числе детям, данные правила непосредственно после их прибытия и до начала прыжков на батутах.
О последнем из указанных обстоятельств как подсудимой, так и свидетелю ФИО4 №3 известно со слов свидетеля ФИО4 №2, которые в указанной части и приведенные доводы стороны защиты опровергаются следующими доказательствами.
Так, из показаний свидетеля ФИО4 №9 следует, что при заказе ею празднования дня рождения ее сына в детском игровом клубе «Летучий корабль» по пути от входа до игровой комнаты, а также на ресепшене в комнате какие-либо информационные таблички о Правилах поведения или «уголок потребителя» отсутствовали; администратор при оформлении заказа о Правилах поведения ничего ей не поясняла; по ее (ФИО43) прибытии 11 декабря 2020 г. в названный клуб на мероприятие в комнате присутствовала администратор, которая перед началом праздника также не сообщала каких-либо правил поведения на батутах. Несовершеннолетняя свидетель ФИО15 суду также показала, что какие-либо инструкции или схемы на батутах в детском игровом клубе «Летучий корабль» во время ее (ФИО15) посещения данной игровой комнаты отсутствовали, при этом, она (ФИО15) не помнит, чтобы администратор комнаты перед тем, как начался праздник, разъясняла детям правила поведения на батутах. Вместе с тем, в ходе предварительного расследования по делу свидетель ФИО15 показала, что администратор не разъясняла посетителям правила техники безопасности при прыжках на батуте, а также нигде в письменном виде такие правила не были размещены в помещении, где 11 декабря 2020 г. проходил детский праздник, в котором она участвовала. Данные показания, которые были оглашены в судебном заседании, свидетель ФИО15 подтвердила. Несовершеннолетняя потерпевшая ФИО5 №1 также суду показала, что каких-либо инструкций по пользованию батутами администратор игровой комнаты «Летучий корабль», в которой она (ФИО5 №1) находилась 11 декабря 2020 г. на праздновании дня рождения брата своей подруги ФИО15, не давала; никаких письменных таких инструкций или табличек в комнате не было. Свидетели ФИО19 и ФИО4 №1 суду показали, что 11 декабря 2020 г., когда они находись в детском игровом клубе «Летучий корабль» никаких информационных стендов на стенах не было, при этом, последний глядел по сторонам.
Мотивы, по которым суд основывает свои выводы по делу на показаниях названных лиц, приведены выше.
Вместе с тем, суд учитывает, что свидетель ФИО4 №2 является близкой подругой подсудимой ФИО1, а, кроме того, фактически осуществляла функции администратора игрового клуба на момент получения ФИО5 №1 травмы, что свидетельствует о ее заинтересованности в исходе дела, и, таким образом, не может признать показания свидетеля ФИО4 №2 в указанной части достоверными, расценивая их как попытку избежать возможную ответственность за случившееся самой, а равно как попытку помочь ФИО1 избежать такую ответственность.
Кроме того, вопреки доводам стороны защиты, наличие Правил поведения в игровом клубе и на батутах в детском игровом клубе «Летучий корабль» на момент проведения осмотра места происшествия и обыска 8 сентября 2021 г. факт их наличия там 11 декабря 2020 г. не подтверждает.
Вместе с тем, согласно п. 4.7 ГОСТа 33807-2016 «Безопасность аттракционов. Общие требования», введенного в действие Приказом Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии от 31 октября 2016 г. №1539-ст в качестве национального стандарта Российской Федерации с 01 июля 2017 г., информация, подготовленная проектировщиком для лиц, эксплуатирующих аттракционы, и посетителей должна быть приведена в эксплуатационных документах; в случае необходимости дополнительные указания (текстовые предупреждения, знаки, сигналы, символы) должны быть нанесены непосредственно на конструкцию; администратор может разработать дополнительные требования и указания для посетителей в соответствии с п. 7.4, которые не должны противоречить требованиям, разработанным проектировщиком (изготовителем); информация для посетителей должна быть представлена в одной или нескольких информационных табличках, включая информацию об ограничениях пользования аттракционом, в том числе с использованием пиктограмм, и правила пользования аттракционом для посетителей (п. 4.7.3); указанные таблички, надписи, рисунки, пиктограммы должны быть размещены перед входом на аттракцион и доступны для чтения посетителями.
При этом, согласно разделу 1 «Область применения» предисловия к названному ГОСТу, данный стандарт устанавливает общие требования безопасности, которые необходимо соблюдать, в том числе при эксплуатации таких аттракционов как механизированные и немеханизированные и аттракционы для детей, а также вспомогательных устройств аттракционов (например, таких как платформы, лестницы, настилы, ограждения, временные трибуны, палатки, шатры, навесы, рекламные стойки и тому подобное, и используемых совместно с аттракционами или устанавливаемых в парках, торгово-развлекательных центрах, ярмарках и других общественных местах) и определяет мероприятия по анализу рисков, связанных с аттракционами, в том числе при их эксплуатации, а также требования по минимизации таких рисков в целях защиты жизни и здоровья пассажиров, посетителей, зрителей и персонала.
В решении Совета Евразийской экономической комиссии от 18 октября 2016 г. № 114 «О техническом регламенте Евразийского экономического союза «О безопасности аттракционов» немеханизированные батуты отнесены к числу аттракционов; при этом, то обстоятельство, что в детском игровом клубе «Летучий корабль» были установлены немеханизированные батуты, относящиеся к аттракционам, на которые распространяется ГОСТ 33807-2016, стороной защиты не оспорено; в то время как неосведомленность ФИО2 о наличии названного ГОСТа о ее невиновности не свидетельствует.
При этом, из показаний свидетеля ФИО4 №13 следует, что батуты травмоопасны, поскольку прыжки на них «неуправляемы» ввиду нарушения координации движения; в то время как подсудимая в судебном заседании показала, что она осознает травмоопасность таких конструкций как батуты, для минимизации рисков на которых необходимы разработка и соблюдение определенных правил использования.
Вместе с тем, стороной защиты не оспорено и то обстоятельство, что какая-либо информация, включая Правила поведения на батутах, в том числе 11 декабря 2020 г., не была размещена в детском игровом клубе «Летучий корабль» непосредственно перед входом на установленную в нем батутную арену; напротив, из исследованных в судебном заседании протоколов осмотров места происшествия и обыска усматривается их отсутствие в указанном месте и по состоянию на 8 сентября 2021 г.
Более того, зафиксированные в материалах дела в виде фотоснимков обнаруженных в ходе предварительного расследования по делу 8 сентября 2021 г. в помещении детского игрового клуба «Летучий корабль» (на стойке респешена у входа в комнату на значительном расстоянии от батутной арены) Правила содержат в себе такие требования к поведению на батутах как предписания входить на батутную арену только в носках и прыгать на одном батуте только одному человеку, а также запреты входить на нее с игрушками, едой, напитками, колющими и режущими предметами, находиться в состоянии алкогольного или другого опьянения и распивать спиртное, прыгать на батутах лицам с противопоказаниями к прыжкам по состоянию здоровья и беременным женщинам, а также делать сальто и другие сложные прыжки.
Однако, данные Правила какого-либо разъяснения о том, что включает в себя понятие «сложного прыжка» не содержат; в то время как из показаний ФИО2 в судебном заседании усматривается, что к такому относится прыжок с батута на батут, что, однако нигде в письменном виде указано не было.
Вместе с тем, из показаний свидетеля ФИО4 №2 не следует, что запрет на прыжки с батута на батут был доведен ею 11 декабря 2020 г. до сведения посетителей, в том числе детей, как и то обстоятельство, что она (ФИО41) сама была осведомлена о наличии такого запрета; при этом, в ходе своего допроса последняя особо подчеркнула, что основная порученная ей ФИО2 функция как администратора детского игрового клуба была хозяйственной, в то время как инструктором она (ФИО41) не являлась и проводить инструктаж в указанной связи «права не имела», хотя «практически каждый раз», то есть не всегда, «своими словами» доводила до посетителей, в том числе детей, правила поведения, однако, слышали ли они ее, не знает.
Свою осведомленность о наличии запрета прыгать с батута на батут отрицала и свидетель ФИО15, которая среди иных детей присутствовала на празднике в детском игровом клубе «Летучий корабль» 11 декабря 2020 г. во время работы в нем ФИО4 №2; в то время как из показаний потерпевшей ФИО5 №1 усматривается, что травму ноги она получила именно в тот момент, когда, перепрыгнув с батута на батут, приземлилась одной ногой на середину последней батутной сетки; при этом, в названный момент на одном с ней батуте другие дети, в том числе ФИО15, не находились, и последняя ее (ФИО5 №1) не толкала, что также подтвердила и свидетель ФИО15, какого-либо физического воздействия со стороны иных лиц в этот период времени ФИО5 №1 также не испытывала.
Кроме того, из исследованных в судебном заседании показаний всех свидетелей и протоколов осмотра места происшествия и обыска в детском игровом клубе «Летучий корабль» (фототаблиц к ним) усматривается, что находившаяся в нем батутная арена установлена в отсутствие каких-либо препятствий к осуществлению прыжков с батута на батут, поскольку установленные в данном клубе вдоль стены друг за другом 4 батута разделены между собой лишь невысокими матами, шириной около 55 см, закрывающими места крепления сетки батутного полотна к каркасу пружинами в отсутствие, например, оградительной сетки между батутами.
Таким образом, сама конструкция батутной арены не позволяла судить о наличии запрета прыжков с батута на батут.
Также из показаний подсудимой ФИО2 и свидетеля ФИО20 следует, что сотрудники детского игрового клуба «Летучий корабль» во время нахождения в ней посетителей присматривали за детьми и, в случае каких-либо нарушений дисциплины, делали им замечания, а при игнорировании таких замечаний детьми – обращались к родителям или иным лицам, в сопровождении которых несовершеннолетние дети посещали комнату.
Однако, в момент получения травмы ФИО5 №1 прыгала на батутах без какого-либо контроля со стороны сотрудника детского игрового клуба ФИО4 №2, которая, как следует из показаний последней и иных свидетелей, находилась у стойки администратора и готовила клуб к закрытию, отключая электроприборы, чем «совсем была отвлечена».
При этом, вопреки доводам стороны защиты, из показаний свидетеля ФИО4 №2 усматривается, что, услышав крик ФИО5 №1, она (ФИО41) «повернулась» и, посмотрев в сторону батутов, не увидела детей и четвертый батут, которые были закрыты от ее обзора опорной колонной; то есть во время нахождения за стойкой регистратора ФИО4 №2 была лишена возможности видеть и, соответственно, контролировать поведение детей на всех батутах.
Таким образом, сотрудником игрового помещения в момент получения несовершеннолетним посетителем травмы на аттракционе, установленное организатором данного помещения правило осуществления контроля за посетителями не выполнялось.
Доводы стороны защиты о получении несовершеннолетней ФИО5 №1 травмы после окончания времени аренды игрового клуба, где в этот момент находились ее родители, которые в силу закона обязаны нести ответственность за ее здоровье, о невиновности подсудимой не свидетельствуют.
Так, из показаний свидетеля ФИО4 №2 следует, что «в конце праздника», в 20 часов, все дети покинули батуты, и все гости были уже на выходе, в то время как ФИО15 и ФИО5 №1 продолжали находиться в зале, несмотря на неоднократные ее (ФИО41) замечания в их адрес; уже в девятом часу вечера она (ФИО41) вновь назвала ФИО15 и ФИО5 №1 время, однако те продолжали не реагировать, но к родителям последних по данному поводу она (ФИО41) не обращалась; когда ФИО15 и ФИО5 №1 спустились в зал, она (ФИО41) прошла за стойку ресепшена и начала готовить комнату к закрытию, однако свет в зоне батутной арены не выключила; после чего услышала топот и поняла, что ФИО15 и ФИО5 №1 куда-то: куда именно, она (ФИО41) не смотрела, поскольку праздник уже закончился, и присутствовали их родители, «которые за них отвечали», а она (ФИО41) была занята подготовкой комнаты к закрытию – побежали внутрь игровой комнаты; не успев сделать им замечание, через секунды, она (ФИО41) услышала резкий непродолжительный крик, как впоследствии оказалось, ФИО5 №1
Вместе с тем, из показаний свидетеля ФИО4 №9 усматривается, что, возможно, минут за 10 или 5 до окончания времени праздника 11 декабря 2020 г., возможно в 5 минут девятого, точно не знает, ФИО15 и ФИО5 №1 решили «закончить праздник», еще попрыгав, о чем сообщили в присутствии администратора, которая каких-либо возражений по данному поводу не высказала, в том числе ввиду того, что время закончилось. Из показаний свидетеля ФИО16 следует, что при ней администратор никому из присутствующих никаких замечаний не делала, в том числе не говорила, что время праздника окончено. Потерпевшая ФИО5 №1 также показала, что не помнит, чтобы администратор делала ей или ФИО15 замечания по поводу окончания времени; в то время как последняя показала, что о времени окончания праздника администратор им не сообщала.
Мотивы, по которым суд не принимает в качестве доказательства по делу показаний свидетеля ФИО4 №2 в приведенной части, аналогичны мотивам, по которым судом не приняты ее показания в части наличия инструкции и проведения соответствующего инструктажа посетителей 11 декабря 2020 г.
Таким образом, поскольку до момента получения ФИО5 №1 травмы услуга по пользованию ею батутом продолжала оказываться, каких-либо мер к завершению (прекращению) получения последней данной услуги ФИО4 №2 предпринято не было: последняя не отключила свет в зоне батутной арены, когда ФИО5 №1 и ФИО15 вышли с нее к раздевалке; проигнорировала то обстоятельство, что они вернулись на батуты, о чем сообщили, в том числе ФИО4 №9, в присутствии ее (ФИО41), однако последняя не высказала в этот момент каких-либо возражений как в адрес ФИО5 №1 и ФИО15, так и их родителей; не прошла за ФИО5 №1 и ФИО15 к батутам и не потребовала, в том числе от ФИО5 №1, прекратить прыжки и выйти с батутной арены, а также не обратилась с соответствующим требованиям к их родителям – оснований полагать, что травма ФИО5 №1 была получена уже после окончания услуги не имеется.
Более того, обязанность принятия незамедлительных мер для предотвращения травм и пресечения недисциплинированного поведения посетителей, равно как и предупреждение их об опасности их поведения положениями п. 5.9.5.1 ГОСТа 33807-2016 возложена на оператора аттракциона; а как размещенные по состоянию на 8 сентября 2021 г. в клубе Правила прямо предусматривали право администрация удалить посетителя за их несоблюдение без возврата денег.
Вместе с тем, в момент получения ФИО5 №1 травмы ФИО4 №2 была осведомлена об отсутствии в батутной зоне взрослых, в том числе родителей ФИО5 №1 и ФИО15, и, таким образом, об отсутствии за ними контроля со стороны последних.
При таких обстоятельствах, поскольку из исследованных в судебном заседании доказательств усматривается, что травму, причинившую тяжкий вред здоровью ФИО5 №1, последняя получила, прыгая на батуте, то есть используя его по назначению, что, однако, само по себе опасно для здоровья; при этом, непосредственно травма получена ею в момент прыжка с батута на батут, конкретный, четкий и ясный запрет на осуществление которого организатором детского игрового клуба, где такая услуга оказывалась, установлен и доведен до сведений получателей данной услуги, включая ФИО5 №1, как путем размещения соответствующей информации в виде инструкции непосредственно перед входом на батутную арену, согласно ГОСТу 33807-2016, положения которого направлены на минимизацию рисков, связанных с эксплуатацией аттракционов в целях защиты жизни и здоровья посетителей, или в ином месте в помещении клуба либо перед входом в него, так и инструктажа не был, суд приходит к выводу, что данная оказанная ФИО5 №1 услуга требованиям безопасности здоровья потребителя не отвечала; при этом, опасность такой услуги для здоровья при указанных обстоятельствах была реальной, а полученная ФИО5 №1 травма находится в прямой причинно-следственной связи с ее оказанием подсудимой, не обеспечившей также надлежащий контроль со стороны лица, которому ею поручено выполнение соответствующей функции, за безопасным получением услуги потребителями.
Так, учитывая, что официально трудовой договор с изложением конкретных функциональных обязанностей и ответственности с ФИО4 №2 как администратором организованной ФИО2 детской игровой комнаты с установленными в ней батутами заключен не был, какая-либо должностная инструкция с такими положениями ею разработана и доведена до сведения ФИО4 №2 не была, как не были в полном объеме доведены до сведения последней и соответствующие правила поведения на батутах и не было обеспечено их доведение до сведений посетителей, в том числе ФИО4 №2, в ее (ФИО3) отсутствие, суд приходит к выводу, что ответственности за получение ФИО5 №1 тяжкого вреда здоровью подлежит ФИО2
Вместе с тем, исходя из положений ст. 10 Закона о защите прав потребителя, согласно которым исполнитель услуги обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию об услугах, обеспечивающую возможность их правильного выбора, которая (информация) в обязательном порядке должна включать правила и условия эффективного и безопасного ее использования; принимая во внимание, что ФИО2 такие меры, включая разработку и размещение в помещении, где ею осуществлялась услуга по предоставлению, в том числе несовершеннолетним, среди которых дети в возрасте до 6 лет, в пользование потенциально опасного развлекательного сооружения (аттракциона) – батута, инструкции по его безопасному использованию, объем и содержание которой, с учетом характера предоставляемой услуги и возрастных особенностей потенциальных ее потребителей, максимально позволит минимизировать риски получения ими вреда здоровью во время получения такой услуги, в частности разъясняющей понятие запрещенного «сложного прыжка», исполнение которого, напротив, такие риски увеличивает, предприняты не были, суд приходит к выводу, что ФИО2 не могла не осознавать, что предоставляемая ею услуга не отвечает требованиям безопасности, а возможные последствия в виде тяжкого вреда здоровью посетителя без достаточных к тому при таких обстоятельствах оснований самонадеянно рассчитывала предотвратить.
То обстоятельство, что соответствующая услуга, в том числе 11 декабря 2020 г. предоставлялась несовершеннолетним потребителям, среди которых были лица в возрасте до 6 лет, в том числе ФИО21, возраста 5 лет, для празднования дня рождения которого был арендован игровой клуб, и, таким образом, предназначались, в том числе для потребителей такой категории, стороной защиты не оспорено; при этом, из показаний свидетеля ФИО4 №3 следует, что какие-либо ограничения по возрасту в отношении прыжков на батутах не установлены.
То обстоятельство, что травма ФИО5 №1 – единственный такой случай в организованной ФИО2 комнате – само по себе не свидетельствует, что предоставляемая ей по соответствующему адресу услуга является безопасной и, таким образом, о невиновности подсудимой, поскольку в ходе судебного следствия установлено, что такая предоставляемая ФИО2 услуга потенциально является опасной, поскольку создает реальную угрозу здоровья потребителя ввиду отсутствия полной и достоверной информации в виде соответствующих инструкции и инструктажа о безопасных условиях ее потребления. При этом, с учетом особенностей предоставляемой ФИО2 услуги, заключающейся в предоставлении во временное пользование, в том числе несовершеннолетним, включая лиц, младше шести лет, потенциально опасного для здоровья потребителя развлекательного комплекса, что с целью обеспечения безопасного получения такой услуги, безусловно, требовало как разъяснения соответствующих правил потребителям, так и контроля за их соблюдением со стороны лиц, предоставляющих услугу.
Вместе с тем, стороной обвинения в качестве доказательства виновности подсудимой в совершении инкриминируемого ей преступления, представлено заключение инженерно-технической судебной экспертизы № 0040/Э от 21 марта 2022 г., содержащее изложенные ниже выводы.
Услуга, оказываемая потерпевшей ФИО5 №1, не отвечала требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, так как при эксплуатации батутов в детском игровом клубе «Летучий корабль» нарушены требования следующих документов:
1. Федеральный закон от 07.02.1992 № 2003-1-ФЗ «О защите прав потребителей» (Статья 10 пункт 2).
2. «Требования к техническому состоянию и эксплуатации аттракционов», утвержденные Постановлением Правительства РФ от 20.12.2019 (Пункты 122 и 123 б).
3. ГОСТ 33807-2016 «Безопасность аттракционов. Общие требования» (Пункты 4.7.3, 5.9.5.1 и 7.2).
4. ГОСТ 12.4.026-2015 «Цвета сигнальные, знаки безопасности и разметка сигнальная. Назначения и правила применения. Общие технические требования и характеристики. Методы испытаний» (Пункт 4.3).
Услуга, оказываемая потерпевшей ФИО5 №1, являлась опасной, так как батут не прошел регистрацию в органах Гостехнадзора.
Учитывая причины, условия, обстоятельства и механизм несчастного случая, причинно-следственная связь между полученной травмой ФИО5 №1 и оказываемой услугой может иметься.
При этом, эксперт отмечает, что прямая причинная связь между полученной травмой ФИО5 №1 и оказываемой услугой не может иметься.
В действиях (бездействиях) ФИО2, которой предоставлялась услуга, имеются следующие нарушения:
- необеспечение регистрации батута в органах Гостехнадзора;
- необеспечения наличия Инструкции о правилах пользования аттракционом;
- необеспечение доведения администратором до посетителей батутного клуба правил пользования аттракционом.
При этом, нарушены требования следующих документов:
1. Федеральный закон от 07.02.1992 № 2003-1-ФЗ «О защите прав потребителей» (Статья 10 пункт 2).
2. «Требования к техническому состоянию и эксплуатации аттракционов», утвержденные Постановлением Правительства РФ от 20.12.2019 (Пункты 122 и 123 б).
3. ГОСТ 33807-2016 «Безопасность аттракционов. Общие требования» (Пункты 4.7.3, 5.9.5.1 и 7.2).
4. ГОСТ 12.4.026-2015 «Цвета сигнальные, знаки безопасности и разметка сигнальная. Назначения и правила применения. Общие технические требования и характеристики. Методы испытаний» (Пункт 4.3).
Эксперт считает необходимым отметить, что на дату 11 декабря 2020 г.:
- несовершеннолетняя ФИО5 №1 получила травму в присутствии родителей после окончания времени аренды батутного центра;
- несовершеннолетняя ФИО5 №1 получила травму ввиду собственной неосторожности, так как находилась в возбужденно-утомленном состоянии после трехчасового праздника.
Установлены нарушения следующих нормативных документов в действиях (бездействии) ФИО2:
1. Федеральный закон от 07.02.1992 № 2003-1-ФЗ «О защите прав потребителей» (Статья 10 пункт 2).
2. «Требования к техническому состоянию и эксплуатации аттракционов», утвержденные Постановлением Правительства РФ от 20.12.2019 (Пункты 122 и 123 б).
3. ГОСТ 33807-2016 «Безопасность аттракционов. Общие требования» (Пункты 4.7.3, 5.9.5.1 и 7.2).
4. ГОСТ 12.4.026-2015 «Цвета сигнальные, знаки безопасности и разметка сигнальная. Назначения и правила применения. Общие технические требования и характеристики. Методы испытаний» (Пункт 4.3).
Данные нарушения, выразившиеся в следующем:
- необеспечение регистрации батута в органах Гостехнадзора;
- необеспечения наличия Инструкции о правилах пользования аттракционом;
- необеспечение доведения администратором до посетителей батутного клуба правил пользования аттракционом,
могут находиться в причинно-следственной связи с последствием в виде получения травмы ФИО5 №1
При этом, эксперт отмечает, что прямая причинная связь в действиях (бездействиях) ФИО2 и последствием в виде получения травмы ФИО5 №1 – не может иметься. (т.2 л.д.197-198 - т.3 л.д.1-61).
Вместе с тем, суд учитывает, что вопросы инженерно-технического характера органом следствия при назначении названной экспертизы перед экспертом не поставлены и последним при даче заключения в части допущенных ФИО2 нарушений не разрешались; в то время как разрешение поставленных перед экспертом вопросов, с учетом характера и обстоятельств предъявленного подсудимой обвинения и представленных эксперту материалов, не было связано с необходимостью применения специальных познаний в области науки или техники, предусматривая лишь анализ установленных органом следствия обстоятельств дела и их соотнесение с правовыми нормами в сфере защиты прав потребителей и государственными стандартами для аттракционов, то есть носили исключительно правовой характер; однако, согласно п. 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2010 г. № 28 «О судебном экспертизе по уголовным делам», вопросы, поставленные перед экспертом, и заключение по ним не могут выходить за пределы специальных знаний последнего; постановка перед экспертом правовых вопросов, связанных с оценкой деяния, разрешение которых относится к исключительной компетенции органа, осуществляющего расследование, прокурора, суда, в том числе по оценке достоверности показаний допрошенных лиц, как не входящих в его компетенцию, не допускается; заключение эксперта, содержащее выводы о юридической оценке деяния или о достоверности показаний допрошенных в ходе производства по делу лиц, не может быть в этой части признано допустимым доказательством и положено в основу судебного решения по делу.
Так, из содержания исследовательской части данного заключения и показаний эксперта ФИО34, имеющего высшее техническое образование по специальности «электроснабжение», усматривается, при разрешении поставленных следователем вопросов им (ФИО34 анализировалось содержание показаний допрошенных по делу лиц, результаты осмотров места происшествия, заключение судебно-медицинской экспертизы вреда здоровью потерпевшей ФИО5 №1 и приведенные в тексте заключения нормативные акты; в то время как сведений о проведении экспертом ФИО34 при производстве экспертизы исследований, требовавших применение имеющихся у него специальных знаний в области техники, в заключении не содержится.
При этом, будучи допрошенным в судебном заседании, эксперт ФИО34 показал, что в результате проведенного им исследования установлено невыполнение лицом, на котором лежала обязанность выполнения правил безопасности при оказании потерпевшей ФИО5 №1 услуги, невыполнение таких правил, и между небезопасным предоставлением услуги и получением ФИО5 №1 травмы имеется причинно-следственная связь, которая, однако, «прямой жесткой и однозначной» не является; вместе с тем, определение наличия (отсутствия) причинно-следственной связи между допущенными нарушениями и наступившими последствиями в виде травмы в компетенцию эксперта по технике безопасности не входит, является правовым вопросом, однако, с целью «оказания содействия, помощи, следствию» экспертное учреждение проводит исследование по выявлению причин, условий, обстоятельств и механизма «несчастного случая» или «происшествия», что по его (ФИО34) мнению, является понятиями-синонимами, и эксперт высказывает по названным критериям свое мнение; в связи с чем, «по решению руководства» в выводах заключения им использована формулировка о том, что причинно-следственная связь между полученной ФИО5 №1 травмой и оказанной ей услугой «может иметься, при этом, эксперт отмечает, что прямая причинная связь между полученной ФИО5 №1 травмой и оказанной ей услугой не может иметься». Опасной оказанная ФИО5 №1 услуга является, в том числе в связи с тем, что батут, на котором она осуществляла прыжки, когда получила травму, не прошел регистрацию в органах Ростехнадзора, в соответствии с Требованиями к техническому состоянию и эксплуатации аттракционов, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 20 декабря 2019 г. № 1732, согласно которому установленные им требования применяются в определенные им сроки, в зависимости от степени биометрического риска аттракциона, однако он (ФИО34) специальными познаниями для определения такого риска не обладает и ответить на вопрос о том, к какой категории риска относится батут, на котором ФИО5 №1 получила травму, не может; при этом, такая информация должна быть указана в сертификате на батут либо в документах о его постановке на учет в Ростехнадзоре. Поскольку батут, на котором ФИО5 №1 получила травму, не прошел регистрацию в Ростехнадзоре, которым, таким образом, его безопасность не установлена, данный аттракцион требованиям безопасности не соответствует. Вместе с тем, при даче вышеназванного заключения им не были учтены предусмотренные Требованиями сроки постановки аттракционов на учет в Ростехнадзоре, которые исчисляются с даты введения Требований в действие и зависят от степени вышеназванного риска, однако, поскольку на момент получения ФИО5 №1 травмы такие сроки не истекли даже для аттракционов с самой высокой его степенью, что является его (ФИО34) «недоработкой», нарушение ФИО2 данных Требований «из обвинения можно убрать». При этом, «полагает», что ФИО2, в том числе и до ввода батутов в эксплуатацию «была обязана подать документы, как минимум заявку, в соответствующий орган», где «ей должны были разъяснить весь алгоритм» ее действий: «например, вызвать экспертов, предоставить какие-то документы, в каком-то из которых, возможно, было бы освидетельствование» данных аттракционов, однако, «у него нет такой информации». Указывая в выводах заключения о том, что в момент получения травмы ФИО5 №1 «находилась в возбужденно-утомленном состоянии», он (ФИО34) «высказал свое экспертное мнение» по данному вопросу, основываясь «на своем житейском опыте», хотя медицинскими познаниями не обладает; кроме того, каких-либо нормативов, устанавливающих временной промежуток, на протяжении которого непрерывно или с перерывами, возможно безопасное использование батутов, он (ФИО80) «не встречал», в связи с чем, принимая во внимание, что батут, на котором ФИО5 №1 получила травму, является «аттракционным, а не спортивным», таких временных ограничений нет. Кроме того, он (ФИО34) в своих выводах обратил внимание на то обстоятельство, что травма ФИО5 №1 получена во время нахождения в игровой комнате ее родителей, поскольку полагает, что, «если родитель прошел забирать ребенка, он должен убедиться, что с ним все хорошо», что также является его (ФИО34) «экспертным мнением», исходя из «его жизненного опыта». Его (ФИО34) выводы относительно необеспечения ФИО1 на момент оказания соответствующей услуги Инструкции о правилах использования аттракционов, основаны на представленных ему копиях материалов настоящего уголовного дела, в том числе на имеющихся в материалах дела показаниях свидетелей, ссылки на которые имеются в тексте заключения, и протоколе осмотра места происшествия, в котором наличие такой инструкции не отражено, в то время как такая инструкция должна быть видна: «это должен быть баннер»; аналогичным образом: из показаний свидетелей – им установлен факт получения ФИО5 №1 травмы «после окончания контракта». Вместе с тем, оценка доказательств, в том числе с точки зрения их допустимости, так и относимости и достоверности, является правовым вопросом.
При таких обстоятельствах, с учетом выводов суда относительно сроков действия постановления Правительства Российской Федерации от ДАТА ИЗЪЯТА ДАННЫЕ ИЗЪЯТЫ «Об утверждение требований к техническому состоянию и эксплуатации аттракционов» и показаний эксперта ФИО34 о необоснованности в указанной связи его (ФИО34) вывода о нарушении ФИО2 требований названного нормативного акта; принимая во внимание, что вывод эксперта относительно нахождения потерпевшей в момент получения травмы в «возбужденно-утомленном состоянии», очевидно выходит за пределы его (ФИО34) компетенции и находится исключительно в ведении правоприменителя, как и мнение эксперта относительно существенного значения для дела получение потерпевшей травмы «в присутствии родителей после окончания времени аренды батутного центра»; исходя из того обстоятельства, что в целом выводы эксперта основаны на оценке доказательств и вмененного подсудимой деяния, что является правовым вопросом и к компетенции эксперта не относится – суд не принимает названное заключение в качестве доказательства по делу.
При этом, учитывая малолетний возраст потерпевшей ФИО5 №1 на момент получения ею травмы, принимая во внимание неразъяснение ей понятия и запрета на осуществление «сложного» прыжка, при котором ею была получена травма, суд приходит к выводу, что последняя не могла осознавать опасность своих действий и предвидеть их последствия и, следовательно, не могла допустить грубую неосторожность.
Показания специалистов: ФИО33 относительно порядка регистрации аттракционов, а также ФИО22 относительно разъяснений положений Закона о защите прав потребителей – не принимаются судом в качестве доказательства по делу по аналогичным вышеизложенным при оценке заключения эксперта мотивам, связанным как обстоятельствами (сроками) применения соответствующего нормативного акта, устанавливающего обязанность регистрации батутов; так и с правовым характером вопросов в области применения закона.
При назначении подсудимой наказания суд учитывает положения ст. 6, ч. 2 ст. 43 УК РФ, а также – в силу ст. 60 УК РФ – характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновной, обстоятельства, смягчающие ее наказание, а также влияние назначаемого наказания на исправление ФИО2 и условия жизни ее семьи.
Совершенное подсудимой преступление относится к категории тяжких.
Суд принимает во внимание данные о личности подсудимой ФИО2, которая является совершеннолетней, гражданином Российской Федерации, зарегистрирована и фактически проживает на территории Тракторозаводского района г. Волгограда; при этом, местом фактического проживания ФИО2 является жилое помещении, доля в котором принадлежит ей на праве собственности на основании соглашения об определении размера долей на жилое помещение, приобретенное с использованием средств материнского капитала; участковым уполномоченным полиции по месту жительства характеризуется посредственно: как лицо, жалобы на которое со стороны соседского окружения не поступали, не замеченное в употреблении спиртного и нарушении общественного порядка, компрометирующая информация в отношении которого отсутствует; замужняя, имеет троих малолетних детей, ДАТА ИЗЪЯТА года рождения, ДАТА ИЗЪЯТА года рождения и ДАТА ИЗЪЯТА года рождения; а также отдельно проживающих нетрудоспособных в силу возраста родителей преклонного возраста, которым, а также родителям супруга оказывает помощь, при этом, мать подсудимой ДАННЫЕ ИЗЪЯТЫ; невоеннообязанная; трудоспособна, в том числе ввиду отсутствия инвалидности, официально трудоустроена и имеет постоянный доход от работы финансовым контролером сектора контроля «Опекс» АО «Тандер», где характеризуется положительно; на учетах ДАННЫЕ ИЗЪЯТЫ; к административной ответственности не привлекалась; к уголовной ответственности привлекается впервые.
Обстоятельствами, смягчающими подсудимой ФИО2 наказание, суд, на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ, признает преклонный возраст и состояние здоровья ее родителей и родителей супруга, а также оказание им помощи и осуществление благотворительной деятельности; в соответствии с п.п. «г», «и» и «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, наличие малолетних детей, явка с повинной, а также оказание иной помощи потерпевшей стороне непосредственно после совершения преступления, что заключалось в принятии фактическим ее работником, действующим в соответствующий период времени от имени предоставляющего услугу исполнителя, то есть в интересах подсудимой, мер к вызову потерпевшей «скорой медицинской помощи» и предоставлении ей теплых вещей при размещении потерпевшей в машину «скорой медицинской помощи», а также ее законному представителю успокоительного средства.
Отягчающих наказание ФИО2 обстоятельств по делу не имеется.
Вместе с тем, учитывая наличие по делу смягчающих наказание подсудимой обстоятельств и отсутствие отягчающих, а также принимая во внимание фактические обстоятельства совершенного преступления и степень его общественной опасности, суд не находит оснований для изменения категории данного преступления на менее тяжкую.
Отсутствуют также и основания для прекращения настоящего уголовного дела.
С учетом характера и степени общественной опасности совершенного ФИО2 преступления и обстоятельств его совершения, приведенных выше данных о личности последней и обстоятельств, смягчающих ее наказание, а также отсутствие отягчающих, и всех обстоятельств по делу, среди которых отсутствуют и какие-либо исключительные, связанные, в том числе с целями и мотивами совершенного преступления и поведением подсудимой во время и после его совершения, суд, принимая во внимание влияние назначаемого наказания на исправление подсудимой и условия жизни ее семьи, приходит к выводу, что достижение предусмотренных ч. 2 ст. 43 УК РФ целей в отношении ФИО2 возможно путем назначения ей наказания в виде лишения свободы, не находя, таким образом, оснований для применения к ФИО2 положений ст. 53.1 и ст. 73 УК РФ о замене назначаемого наказания альтернативным его видом – принудительными работами – или об условном осуждении, что целям наказания, с учетом изложенных обстоятельств, напротив, соответствовать не будет; без дополнительного наказания.
При определении подсудимой срока названного наказания суд руководствуется положениями ч. 1 ст. 62 УК РФ.
Поскольку ФИО2, являющейся лицом женского пола, совершено тяжкое преступление, в соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ, назначаемое наказание ей наказание надлежит отбывать в исправительной колонии общего режима.
Вместе с тем, в соответствии с ч. 1 ст. 82 УК РФ, в том числе женщине, имеющей ребенка в возрасте до четырнадцати лет (кроме лиц, которым назначено наказание в виде ограничения свободы, лишения свободы за преступления против половой неприкосновенности несовершеннолетних, не достигших четырнадцатилетнего возраста, лишения свободы на срок свыше пяти лет за тяжкие и особо тяжкие преступления против личности, лишения свободы за преступления, предусмотренные ст.ст. 205-205.5, ч.ч. 3 и 4 ст. 206, ч. 4 ст. 211, ст. 361 названного Кодекса, и сопряженные с осуществлением террористической деятельности преступления, предусмотренные ст.ст. 277-279 и 360 УК РФ), суд может отсрочить реальное отбывание наказания до достижения ребенком четырнадцатилетнего возраста.
Судом установлены наличие у ФИО2 троих малолетних детей, младший из которых на момент рассмотрения дела достиг лишь трехлетнего возраста, и факт постоянного непосредственного личного участия подсудимой в их воспитании и содержании, осуществлении заботы об их нравственном и физическом здоровье, в то время как добросовестное отношение ФИО2 к воспитанию ее малолетних детей материалами дела не опровергнуто и сторонами не оспорено.
При этом, по смыслу закона, при разрешении вопросов о виде и размере наказания женщинам, имеющим на иждивении несовершеннолетних детей, первостепенное значение имеют интересы последних, в то время как целью закрепленной ч. 1 ст. 82 УК РФ правовой нормы является обеспечение разумного баланса публичного интереса в неотвратимости наказания совершившего преступление лица и интересами детей последнего, развитию которых и формированию их личности в малолетнем возрасте отстранение от воспитательного процесса матери, хотя и не являющейся единственным родителем, противоречит.
При таких обстоятельствах, учитывая характер и степень общественной опасности совершенного ФИО2 ненасильственного преступления, которое в отношении наступивших его тяжких последствий является неосторожным; принимая во внимание наличие у ФИО2 троих малолетних детей и конкретный их возраст на момент принятия судебного решения о ее наказании, а равно отношение подсудимой к вопросу воспитания детей и иные приведенные данные о ее личности, среди которых какая-либо компрометирующая ее информация, в том числе на период времени после совершения ею преступления, отсутствует, суд приходит к выводу, что исправление подсудимой может быть достигнуто при предоставлении ей до достижения младшим ее ребенком отсрочки реального отбывания назначаемого наказания в виде лишения свободы в условиях сохранения семьи и ее занятия воспитанием ее малолетних детей в целях обеспечения последнем надлежащего ухода и воспитания, что будет не только отвечать интересам названных лиц, но и соответствовать установленным законом целям и задачам защиты прав и законных интересов личности и отвечать требованиям справедливости и гуманизма.
При разрешении вопроса о мере пресечения в отношении подсудимой до вступления приговора в законную силу, суд учитывает установленные фактические обстоятельства дела, личность виновной, вид и размер назначаемого ей наказания, а также принимаемое решение о применении к ФИО2 положений ч. 1 ст. 82 УК РФ, и полагает необходимым, в целях исполнения приговора избранную в отношении ФИО2 в ходе предварительного расследования по настоящему делу меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставить без изменения.
При принятии, в соответствии с п. 12 ст. 299 УПК РФ, решения о вещественных доказательствах по делу, суд учитывает положения ст. 81 УПК РФ и полагает необходимым по вступлении приговора в законную силу: оптический диск с результатами ОРМ «Наблюдение» от 26 августа 2021 г., договоры аренды от 1 февраля 2020 г. и 1 апреля 2021 г., а также образцы подписи и свободные образцы подписи ФИО4 №5, образцы подписи и свободные образцы подписи ФИО4 №2 – хранить в материалах настоящего уголовного дела; медицинскую документацию на имя ФИО5 №1 – возвратить по принадлежности; план эвакуации при пожаре Детского игрового клуба «Летучий корабль» и визитные карты последнего, чеки кассовые, а также сетки (5 шт.), маты (12 шт.) пружины (313 шт.) – уничтожить; печать ООО «Брик» – возвратить руководителю последнего; денежные купюры и монеты, а также мобильные телефоны «Самсунг» и переносной компьютер «Асус» – возвратить ФИО2
При принятии данного решения суд учитывает, что денежные купюры и монеты были изъяты в ходе предварительного расследования по делу при производстве обыска в помещении детского игрового клуба «Летучий корабль», где, как установлено в ходе судебного разбирательства, подсудимой была организована и осуществлялась с нарушением требований закона деятельность по предоставлению в аренду за плату данного помещения с целью проведения детских праздников; в то время соответствующее преступление в перечень, установленный п. «а» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ, не входит; при этом, доказательств, свидетельствующих, что данные денежные средства были получены ФИО2 именно в результате его совершения, в ходе судебного следствия не добыто. Кроме того, из исследованного в судебном заседании протокола осмотра вышеназванных мобильных телефонов и переносного компьютера, добровольно выданных подсудимой ФИО2, усматривается, что какой-либо интересующей следствие информации данные объекты не содержат. Вместе с тем, из иных исследованных в судебном заседании доказательств, в том числе показаний подсудимой и свидетелей ФИО4 №3, а также ФИО23 следует, что указанные выше пружины и сетки являются комплектующими частями батутов, посредством которых подсудимой осуществлялась вышеназванная деятельность; при этом, материалы дела не содержат документов производителя на данные комплектующие, в то время как к моменту изъятия длительный период времени, на протяжении нескольких лет, эксплуатировались без проверки их качества и надежности по его истечении; кроме того, часть составляющих данные батуты, а именно их каркасы, к моменту рассмотрения дела утрачены (разрезаны и сданы на металлолом), что в своей совокупности не позволяет судить как о возможности их дальнейшего безопасного использования по назначению, так и о наличии у них материальной ценности.
В ходе предварительного расследования по делу потерпевшей стороной к подсудимой ФИО2 предъявлены исковые требования, которые, с учетом их уточнения, в ходе первоначального судебного разбирательства заключаются в требовании о компенсации морального вреда, причиненного преступлением ФИО5 №1 в размере 300 000 рублей, подлежащих взысканию в пользу ФИО16 как законного представителя ФИО5 №1, а также морального вреда, причиненного преступлением родителям последней – истцам ФИО4 №1 и ФИО16: по 100 000 рублей в пользу каждого – и о возмещении им материального ущерба, причиненного преступлением (в виде затрат на лечение ФИО5 №1) в размере 1 882 рубля.
В обоснование заявленных требований истцами указано о получении их несовершеннолетним ребенком женского пола в результате совершенного подсудимой преступления, предусмотренного п.п. «б,в» ч. 2 ст. 238 УК РФ, травмы, причинившей тяжкий вред здоровью ФИО5 №1, в связи с которой она перенесла физические и нравственные страдания, длительный период времени получала лечение, в том числе неоднократное оперативное, после которых на ее теле остались шрамы, что продолжает причинять ей физические и нравственные страдания в настоящее время, связанные как с болезненными ощущениями от обычных для нее занятий танцами, так и душевными переживаниями из-за невозможности носить открытую одежду; кроме того, поскольку травма была получена потерпевшей при использовании батута, она стала бояться аттракционов и болезненно относится к желаниям ее младшего брата таким образом проводить свой досуг. Помимо этого, сами истцы, являясь родителями несовершеннолетней потерпевшей, испытывали в указанной связи нравственные страдания, связанные с переживанием за своего ребенка. Полагают, что заявленные ими суммы компенсируют причиненный им и несовершеннолетней потерпевшей моральный вред. Кроме того, в связи с полученной ФИО5 №1 травмой, ее законными представителями были понесены расходы на оплату ДАТА ИЗЪЯТА фиксатора голеностопного сустава со шнуровкой (S) на сумму 1 017 рублей 00 копеек, а также 11 марта 2021 г. – врачебной консультации заведующего хирургическим отделением ГУЗ КБ СМП № 7 г. Волгограда на сумму 865 рублей 00 копеек, а всего – на общую сумму 1 882 рубля 00 копеек.
В судебном заседании гражданские истцы исковые требования поддержали в полном объеме.
Государственный обвинитель в судебных прениях исковых требования ФИО4 №1 и ФИО16 также поддержал в полном объеме; в то время как гражданский ответчик ФИО6 против удовлетворения исковых требований возражала, ссылаясь на отсутствие ее вины в травме ФИО5 №1
В силу ч.ч. 3 и 4 ст. 42 УПК РФ, потерпевшему обеспечивается возмещение имущественного вреда, причиненного преступлением; по иску потерпевшего о возмещении в денежном выражении причиненного ему морального вреда размер возмещения определяется судом, в том числе при рассмотрении уголовного дела.
В соответствии со ст. 44 УПК РФ, гражданским истцом является, в том числе физическое лицо, предъявившее требование о возмещении имущественного вреда, при наличии оснований полагать, что данный вред причинен ему непосредственно преступлением; гражданский истец может предъявить гражданский иск и для имущественной компенсации морального вреда; гражданский иск в защиту интересов несовершеннолетних может быть предъявлен их законными представителями.
В соответствии с положениями ст.ст. 15, 1064 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере; под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб); вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
На основании ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания), действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Согласно ст. 1099 ГК РФ, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ и ст. 151 названного Кодекса; компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.
В силу ст. 1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме; размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда, в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда; при этом, должны учитываться требования разумности и справедливости; в то время как характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Согласно ч. 1 ст. 1087 ГК РФ, в случае увечья или иного повреждения здоровья несовершеннолетнего, не достигшего четырнадцати лет (малолетнего) и не имеющего заработка (дохода), лицо, ответственное за причиненный вред, обязано возместить расходы, вызванные повреждением здоровья.
В силу ст.ст. 1095, 1096 ГК РФ, вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу гражданина либо имуществу юридического лица вследствие недостатков услуги, а также вследствие недостоверной или недостаточной информации об услуге, подлежит возмещению лицом, оказавшим услугу (исполнителем), независимо от их вины и от того, состоял потерпевший с ними в договорных отношениях или нет.
В соответствии со ст.ст. 12,14 Закона о защите прав потребителя, при причинении вреда, в том числе здоровью потребителя вследствие непредоставления ему полной и достоверной информации об услуге, потребитель вправе потребовать возмещения такого вреда в порядке, предусмотренном ст. 14 названного Закона; при рассмотрении требований потребителя о возмещении убытков, причиненных недостоверной или недостаточно полной информацией об услуге, необходимо исходить из предположения об отсутствии у потребителя специальных познаний о ее свойствах и характеристиках.
При этом, согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в постановлении Пленума от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права, в том числе на жизнь и здоровье, либо нарушающими имущественные права гражданина; тогда как в п.п. 31 и 32 постановления Пленума от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами законодательства, регулирующего отношения по обязательствам, вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», отмечено, что с причинителя вреда подлежат взысканию расходы, понесенные в связи с повреждением здоровья (расходы по уходу за потерпевшим, на его дополнительное питание, протезирование, санаторно-курортное лечение и другие фактически понесенные в связи с увечьем расходы, в которых нуждался потерпевший), при этом, поскольку причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда, вместе с тем, в связи с причинением вреда его здоровью, потерпевший во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, в связи с чем факт причинения ему морального вреда предполагается, а установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда, при определении которого суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Учитывая изложенное, принимая во внимание конкретные фактические обстоятельства настоящего дела, при которых малолетней ФИО5 №1 во время ее пребывания в детском развлекательном игровом центре при получении услуги, не отвечающей требованиям безопасности здоровья потребителя, вследствие необеспечения подсудимой ФИО2 как организатора данной услуги своевременной, полной и достоверной информации об условиях, обеспечивающих ее безопасность, была получена ДАННЫЕ ИЗЪЯТЫ (что стороной защиты оспорено не было, в то время как факт занятия ФИО5 №1 танцами до момента получения ею травмы ноги подтвержден стороной истца исследованными в судебном заседании документами, в том числе об оплате, таких занятий), суд полагает, что исковые требования о взыскании с подсудимой в счет компенсации причиненного в результате совершения ею в отношении малолетней потерпевшей преступления в пользу законного представителя последней денежных средств в размере 300 000 рублей являются обоснованными.
Вместе с тем, учитывая, что при изложенных обстоятельствах в связи с причинением в результате данного преступления малолетней дочери истцов ФИО4 №1 и ФИО16 тяжкого вреда здоровью, суд приходит к выводу, что последние также претерпели моральные переживания по поводу состояния здоровья их ребенка, испытавшего сильную физическую боль, в том числе во время длительное лечения, а также – связанные с ней (болью) нравственные страдания.
При таких обстоятельствах, суд, учитывая характер и степень нравственных страданий истцов ФИО4 №1 и ФИО16, в том числе связанных с их индивидуальными особенностями, принимая во внимание степень вины подсудимой и иные приведенные выше заслуживающие внимания обстоятельства настоящего дела, а также требования разумности и справедливости, полагает возможным требования ФИО4 №1 и ФИО16 о взыскании компенсации причиненного им как родителям получившего в организованном ФИО2 развлекательном центре тяжкий вред здоровью ребенка удовлетворить частично: в размере по 50 000 рублей в пользу каждого из названных истцов.
Кроме того, поскольку факт несения истцами ФИО4 №1 и ФИО16 расходов, в связи с полученной их дочерью ФИО5 №1 11 декабря 2020 г. травмы ноги в виде ДАННЫЕ ИЗЪЯТЫ при изложенных выше обстоятельствах совершенного ФИО2 преступления на оплату фиксатора голеностопного сустава и врачебной консультации заведующего хирургическим отделением государственного учреждения здравоохранения на общую сумму 1 882 рубля 00 копеек, подтвержден документами на оплату, которые, как и сам факт несения таких расходов, их взаимосвязь с полученной травмой, а также обоснованность и необходимость стороной защиты не оспорены, суд полагает требования истцов ФИО4 №1 и ФИО16 о возмещении реального ущерба в виде расходов на лечение их дочери обоснованным в полном объеме.
При этом, арест, наложенный в ходе предварительного расследования по делу на имущество подсудимой, в том числе денежные средства на банковских счетах, постановлением Тракторозаводского районного суда г. Волгограда от 22 апреля 2022 г. № 3/6-181/2022: ноутбук марки «ASUS» модели «K550VX-DM409D», мобильный телефон марки «Samsung» модели «SM-A013F/DS», мобильный телефон марки «Samsung» модели «SM-M315F/DSN», и на денежные средства, хранящиеся и поступающие на расчетные счета финансовых организаций – ДАННЫЕ ИЗЪЯТЫ для обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска до его исполнения в указанной части.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 299, 307-309 УПК РФ, суд
ПРИГОВОРИЛ:
признать ФИО2 виновной в совершении преступления, предусмотренного п.п. «б, в» ч. 2 ст. 238 УК РФ, и назначить ей наказание в виде лишения свободы, сроком 1 год 6 месяцев, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.
На основании ч. 1 ст. 82 УК РФ, отсрочить ФИО2 реальное отбывание назначенного наказания в виде лишения свободы до достижения ее ребенком ФИО81, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, четырнадцатилетнего возраста.
Разъяснить ФИО2, что если осужденный, к которому применена отсрочка исполнения наказания, отказался от ребенка или уклоняется от обязанностей по воспитанию ребенка после предупреждения, объявленного органом, осуществляющим контроль за поведением осужденного, в отношении которого отбывание наказания отсрочено, суд может по представлению этого органа отменить отсрочку отбывания наказания и направить осужденного для отбывания наказания в место, назначенное в соответствии с приговором суда.
До вступления приговора в законную силу меру пресечения в отношении ФИО2 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставить без изменения.
Вещественные доказательства:
- медицинские карты ДАННЫЕ ИЗЪЯТЫ и ДАННЫЕ ИЗЪЯТЫ стационарного больного на имя ФИО5 №1, ДАТА ИЗЪЯТА года рождения, оптический диск с рентгеновскими снимками последней – возвратить в ГУЗ КБ СМП № 7 г. Волгограда, медицинскую карту (без номера) амбулаторного больного на имя ФИО5 №1, ДАТА ИЗЪЯТА года рождения – возвратить в ГУЗ ДП № 3 г. Волгограда;
- план эвакуации при пожаре Детского игрового клуба «Летучий корабль» и визитные карты последнего, чеки кассовые, а также сетки (5 шт.), маты (12 шт.) пружины (313 шт.) – уничтожить;
- печать ООО «Брик» – возвратить руководителю последнего;
- денежные купюры и монеты (денежные купюры: номиналом 500 рублей, в количестве 1 шт., ТЕ 8160916; номиналом 100 рублей каждая, в количестве 3 шт., чС 8998026, чС 4245060, лЯ 4281742; номиналом 50 рублей, в количестве 1 шт., вз 0031163; номиналом 1 000 рублей каждая, в количестве 3 шт., ТО 1882946, чс 7112580, он 2346693; номиналом 2 000 рублей, в количестве 1 шт., АА603173494; монеты: номиналом 10 рублей каждая, в количестве 8 шт.; 5 рублей каждая, в количестве 9 шт.; 2 рубля каждая, в количестве 10 шт.; 1 рубль каждая, в количестве 18 шт.; 50 копеек каждая, в количестве 5 шт.; 10 копеек каждая, в количестве 3 шт. (т. 1 л.д. 233-235), а также мобильные телефоны «Самсунг», в корпусах черного и синего цветов, и переносной компьютер (ноутбук) «Асус» – возвратить ФИО2;
- оптический диск с результатами ОРМ «Наблюдение» от 26 августа 2021 г., договоры аренды от 1 февраля 2020 г. и 1 апреля 2021 г., а также образцы подписи и свободные образцы подписи ФИО4 №5, образцы подписи и свободные образцы подписи ФИО4 №2 – хранить в материалах настоящего уголовного дела;
Гражданский иск ФИО4 №1 и ФИО16, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетней ФИО5 №1, к ФИО2 о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда, причиненных преступлением, удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО4 №1 и ФИО16 в счет возмещения имущественного ущерба, причиненного в результате преступления, в виде расходов на лечение несовершеннолетней ФИО5 №1 денежные средства в размере 1 882 (одна тысяча восемьсот восемьдесят два) рубля 00 копеек.
Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО16, действующей в интересах несовершеннолетней ФИО5 №1, в счет компенсации морального вреда, причиненного последней преступлением, денежные средства в размере 300 000 (триста тысяч) рублей 00 копеек.
Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО4 №1 в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением, денежные средства в размере 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей 00 копеек.
В удовлетворении исковых требований о взыскании с ФИО2 в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением, денежных средств в размере, превышающем 50 000 рублей, ФИО4 №1 отказать.
Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО16 в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением, денежные средства в размере 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей 00 копеек.
В удовлетворении исковых требований о взыскании с ФИО2 в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением, денежных средств в размере, превышающем 50 000 рублей, ФИО16 отказать.
Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Волгоградский областной суд в течение 15 суток со дня провозглашения, с соблюдением требований ст. 389.6 УПК РФ.
Председательствующий И.Г. Струк