Решение по делу № 2-1184/2021 от 09.12.2022 - о признании утратившими право пользования жилым помещением, встречному исковому заявлению <ФИО> к <ФИО> о вселении в жилое помещение, определении порядка пользования жилым помещением и определении порядка и размера участия в оплате жилищно-коммунальных услуг, услуг за содержание и ремонт жилого помещения.

дело № 2-172/2022

24RS0054-01-2021-001930-45

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

09 декабря 2022 года город Ужур

Ужурский районный суд Красноярского края

в составе председательствующего судьи Макаровой Л.А.

при секретаре Соловьевой Е.Ю.,

с участием заместителя прокурора Ужурского района Красноярского края Максименко И.Ю.,

ФИО1 и ее представителя ФИО2,

представителя ФИО3 ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО3 и ФИО5 о признании утратившими право пользования жилым помещением, встречному исковому заявлению ФИО3 к ФИО1 о вселении в жилое помещение, определении порядка пользования жилым помещением и определении порядка и размера участия в оплате жилищно-коммунальных услуг, услуг за содержание и ремонт жилого помещения,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО3 и ФИО5 о признании их утратившими право пользования жилым помещением. Как следует из иска, истец является собственником квартиры по адресу: <адрес>. В квартире зарегистрированы ФИО3 и ФИО5 Ответчики не проживают в квартире, никаких личных вещей ответчиков в квартире не имеется. Истец не может реализовать свое право собственности на квартиру, так как ответчики отказываются добровольно сняться с регистрационного учета, в связи с чем она несет дополнительные расходы по оплате услуг за жилое помещение.

ФИО3 обратилась со встречным исковым заявлением к ФИО1, и, уточнив требования, просит: вселить ее в квартиру, расположенную по адресу: <адрес>; определить порядок пользования квартирой, выделив ей для проживания комнату №2 площадью 9,7 кв.м, комнату №1 площадью 7,8 кв.м выделить ФИО1, оставить местами общего пользования: комнату №3 площадью 16,9 кв.м, туалет, ванную комнату, кухню, коридор, кладовку, балкон; определить порядок и размер участия в оплате жилищно-коммунальных услуг, услуг за содержание и ремонт жилья по указанной квартире пропорционально закрепленным судом размеру и площади помещения; разделить лицевые счета на квартиру на отдельные лицевые счета для начисления платежей для ФИО3 и ФИО1, указать, что решение суда одновременно является основанием для произведения УК «МУП ЖКХ ЗАТО Солнечный Красноярского края», ПАО «Красноярскэнергосбыт», ООО «ЭКО-ТРАНСПОРТ», АО «КрасЭКО» расчета и выдачи отдельных платежных документов по оплате коммунальных услуг (тепло, горячее и холодное водоснабжение, водоотведение, капитальный ремонт, за обращение с твердыми коммунальными отходами) и услуг за содержание и ремонт квартиры пропорционально установленному судом порядку владения и пользования жилым помещением. Как указано во встречном иске, ФИО3 проживает по адресу: <адрес>, постоянно с 1999 года, зарегистрирована по указанному адресу с 29 марта 2000 года. В квартиру вселена на основании ордера № 73 от 23 июня 1999 года. Квартира предоставлена войсковой частью № Сибирского военного округа бывшему супругу ФИО6 ФИО7 на семью из трех человек, включая жену ФИО8 и сына Б.В.В. В 2002 году брак между супругами расторгнут. На основании договора передачи жилого помещения в собственность граждан от 04.12.2014 года ФИО7 являлся собственником квартиры. Поскольку на момент приватизации квартиры ФИО7 в 2014 году ФИО3 проживала в ней и была зарегистрирована по месту жительства постоянно, вселилась в неё как член семьи нанимателя, имела равные с ФИО7 права пользования жилым помещением, она не подлежит выселению из квартиры. В 2015 году ФИО7 обращался в Ужурский районный суд Красноярского края с требованиями о выселении ФИО3 и Б.В.В. из занимаемого ими жилого помещения. Решением от 19.08.2015 года в удовлетворении его исковых требований отказано. Впоследствии квартира продана ФИО7 ФИО1, которая знала, что в квартире проживают лица, сохраняющие в соответствие с законом право пользования жилым помещением после его приобретения покупателем. Между ФИО3 и собственником жилого помещения ФИО1 отсутствует соглашение об определении порядка оплаты за жилое помещение и соглашение об определении порядка пользования указанным жилым помещением, и не может быть определено в силу препятствий ФИО1 в проживании ФИО3 Во время отъезда ФИО3 на лечение ФИО1 сменила входной замок, в связи с чем ФИО9 вынуждена ставить вопрос о вселении её в жилое помещение, закреплении за ней комнаты в пользование и владение.

Судом к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены АО «КрасЭко», ФИО7 и ФИО10

ФИО1 в судебном заседании настаивает на удовлетворении заявленных ею исковых требованиях, не признает встречные исковые требования по доводам, изложенным в возражениях на встречное исковое заявление. Дополнительно суду пояснила, что в 2021 году они с супругом искали подходящую квартиру для приобретения. В середине июня 2021 года супруга ФИО7 Б.Е.Б. предложила ей посмотреть принадлежащую им квартиру. Квартиру ей показывал собственник 18.06.2021, в ней не было никаких вещей, что подтверждается представленными фотографиями. Признаков того, что в квартире кто-то недавно проживал, не было, в ней была полная антисанитария. Б.Е.Б. сказала о том, что в квартире зарегистрированы бывшая супруга ФИО9 и его сын. Также она сказала, что ФИО9 не проживает в квартире с 2020 года, и ей неизвестно, куда та переехала. После того, как ФИО9 съехала, соседи начали жаловаться, что к ним полезли клопы, и они (Б-вы) начали за этой квартирой наблюдать. Соседка М.М.В. говорила, что ФИО9 съехала из квартиры в середине декабря 2020 года, ее увезли вместе с вещами. М.М.В. говорила о том, что обращалась к сестре ФИО9 П.Т.М. с просьбой протравить в подъезде насекомых. П.Т.В. ей сказала, что они ключи отдают собственнику квартиры, и пусть он, что хочет с квартирой, то и делает. Затем она обратилась к другой соседке К.А.А., которая рассказала, что ФИО9 начала съезжать 16.12.2020, вещи перевозили три дня, и показала дом по адресу: <адрес>, куда та переехала. ФИО9 находилась в медицинском учреждении с 28.12.2020 по 06.03.2021. По возращении из больницы никаких попыток вселения в квартиру у нее не было, в квартире никто не появлялся. ФИО9 в первый раз она увидела только в суде, до этого никогда ее не видела. Замки в квартире сменил прежний собственник. За все время, пока она не обратилась с иском в суд, никаких попыток вселиться в жилое помещение не было. После осмотра квартиры в июне 2021 года они стали делать ремонт. В июле 2021 года еще думали, приобретать жилое помещение или нет. Документы на оформление договора купли-продажи готовились у нотариуса. По содержанию квартиры ФИО9 никаких расходов не несла, с декабря 2020 года все коммунальные услуги оплачивал бывший собственник ФИО7 Со слов Баева ей известно, что он в мае 2021 года забрал ключи от квартиры в полиции, которые там находились с марта по май 2021 года, его даже искали для этого. Насколько ей известно, ключи в полицию отдали сестра ФИО9 либо ее дочери, ФИО9 долго не могли найти. Забрав ключи, он сменил замки. Когда он забрал ключи в мае 2021 года и пришел в квартиру, все соседи обрадовались, он принес отраву для насекомых, всем подъездом они их травили. Когда ФИО9 забрал ключи и зашел в квартиру, то никаких вещей ФИО9 там не было. ФИО9 отдал ей ключи в июле 2021 года. Со слов Б.Е.Б., в связи с продажей квартиры им необходимо было сделать косметический ремонт. После договорились, что они не будут делать ремонт, а просто снизят стоимость квартиры, на что она согласилась. Сестру ФИО9 она увидела только на первом судебном заседании. У ФИО3 нет ни права собственности на данную квартиру, ни права бессрочного пользования. ФИО5 приходится сыном ФИО7, вроде, он находится в <адрес>, точно ей неизвестно. Она уточняла у ФИО9, как найти его сына для того, чтобы поставить его в известность. Сын сказал ФИО7, чтобы его выписывали в судебном порядке, поскольку у него нет возможности сюда приехать. Почему он не может сняться с регистрационного учета по месту своего проживания, ей неизвестно. Её право собственности на квартиру зарегистрировано 21.10.2021. Ключи от квартиры находились у нее с июля до октября 2021 года, они договорись о цене и к концу июля начали делать ремонт. С этого момента никто не обращался, не приходил к ней. Каждый выходной и в будние дни после 18 часов до 22 часов они постоянно находились в квартире, поскольку требовался масштабный ремонт. В настоящее время в квартире проживает ее сын с семьей. ФИО9 показывал ей решение Ужурского районного суда от 19.08.2015. В договоре купли-продажи квартиры лиц, сохраняющих право пользования ею, не было указано. Она знала, что в квартире были зарегистрированы другие лица, обращалась с данным вопросом к юристам, к нотариусу, те подтвердили, что она сможет в судебном порядке снять данных лиц с регистрационного учета, и что у ФИО9 не возникло права собственности на квартиру, поскольку она уже участвовала в приватизации другой квартиры и использовала данное право, о чем имеется соответствующее решение суда.

Представитель ФИО1 ФИО2 в судебном заседании поддерживает доводы ФИО1, дополнительно суду пояснила, что с конца 2020 года ФИО3 добровольно покинула жилое помещение, не занималась его содержанием. С ноября 2020 года по январь 2022 года никаких мер по вселению не предпринимала. Просит отказать в удовлетворении встречных исковых требований, согласна с возражениями третьего лица МУП ЖКХ ЗАТО п. Солнечный по поводу разделения лицевых счетов, поскольку ФИО9 не является собственником и даже не является членом семьи ФИО11. Все заявления в Отдел МВД по ЗАТО п. Солнечный были поданы ФИО9 после подачи искового заявления ФИО1, до подачи иска такого рода заявления в полицию от ФИО3 не поступали. С ноября 2020 года до момента приобретения квартиры ФИО11 образовалась большая задолженность за коммунальные услуги. Ввиду того, что ФИО9 добровольно выехала из квартиры, она не осуществляла никаких платежей по содержанию данного имущества, а также вывезла все принадлежащие ей ценные вещи. От соседей им стало известно о том, что ФИО9 съехала в квартиру по адресу: <адрес>, которая принадлежит ее племяннице.

ФИО3 в судебное заседание не явилась, о времени, дате и месте проведения судебного заседания извещена надлежащим образом. Ранее в судебном заседании поясняла, что в 1999 году ФИО7, с которым на тот момент находилась в официальном браке, на основании ордера получил трехкомнатную квартиру по адресу: <адрес>. Она вместе с сыном с 1999 года по 2020 год постоянно проживала в данной квартире. С ФИО7 расторгли брак в 2001 году, больше он с ними не проживал, но ключ от квартиры у него был всегда. Коммунальные услуги они оплачивали изначально за троих. В 2016 году ФИО9 прописал в квартире своего сына ФИО5 В квартиру тот не вселялся, ни одного дня в этой квартире не проживал. С того периода до 20.11.2020 они с сыном оплачивали коммунальные услуги за четверых. Они с сыном сделали ремонт в квартире (обложили потолки плиткой, вставили пластиковые окна, поменяли батареи, в прихожей и на кухне поклеили обои). 20.11.2020 умер ее сын. В этот же день ее забрала сестра П.Т.М., так как побоялась оставлять ее одну, она находилась в очень в плохом состоянии. С 20.11.2020 по 27.12.2020 она проживала у сестры. Родственники обратно ее не отпускали, предложили пожить у них до нового года. 27.12.2020 ее госпитализировали в Учумскую больницу КГБУЗ «Ужурская РБ», где она находилась на лечении до 06.03.2021. В начале марта 2021 года ФИО7 встретил сестру П.Т.М., попросил у нее ключ от квартиры, якобы, у него не оказалось. Сестра отдала ему последний ее ключ. ФИО9 спрашивал у нее про квартиру, и где она (ФИО9) находится. Сестра предупредила его, что в квартире находятся ее вещи, и она вернется туда проживать. Речи о том, что она не будет проживать в квартире, не было. 06.03.2021 из больницы сестра привезла ее в квартиру, поскольку другого жилья она не имеет. Сестра пошла за ключом к ФИО9, она заранее его предупредила об этом. В подъезд её ещё не заносили, сестре дверь никто не открыл. Сестра хотела снова забрать ее к себе, но она попросилась жить к племяннице в освобожденную той квартиру, поскольку окно в квартире племянницы расположено напротив дома, где она проживала, и она могла наблюдать за квартирой: когда там загорится свет, увидеть, кто-то приходит туда или нет. После 08.03.2021 она начала звонить ФИО9, требовать, чтобы он вернул ей ключ. Тот один раз поднял трубку, услышал ее голос и больше ей не отвечал. Она обратилась к участковому, который начал требовать ключ от ФИО9. Примерно в середине марта 2021 года ФИО9 отдал ключ. В квартире на тот период времени начал загораться свет, кто-то туда приходил. После получения ключа она попросила А.Е.Н. и Ш.Л.Н. сходить в квартиру, чтобы переставить ее диван в большую комнату, поскольку необходимо освободить другие комнаты. Она предполагала, что ФИО9 кого-то подселит к ней. Также она попросила сестру, чтобы та освободила часть квартиры от мебели. Она освободила маленькую комнату: вынесли компьютер, столик, диван, также хотела вынести из кухни холодильник, но не смогли это сделать, поскольку после ремонта он не входил в дверной проем. В квартире оставалась ее мебель (кухонный гарнитур, мебельная стенка и два кресла). Апранович и Шунта перенесли ее диван в большую комнату. В комнате остались кресло-кровать и тумбочка под телевизор. В кухне остались холодильник и микроволновая печь. С марта 2021 года в окнах квартиры начал загораться свет. Ее тетя М.Л.Ф. пошла по ее поручению в эту квартиру. Когда М.Л.Ф. пришла с письмом, в котором она написала, что проживает в этой квартире и не имеет доступа в нее, из квартиры вышла женщина, которая сказала, что ничего не знает, они будут покупать эту квартиру. М.Л.Ф. предупредила, что она (ФИО9) проживала в этой квартире по прописке на основании ордера и отдала ей письмо, но эта женщина сказала, что они живут в этой квартире с последующим выкупом. Если бы она могла самостоятельно передвигаться, то зашла бы в квартиру, но поскольку передвигается на инвалидной коляске, то не могла этого сделать. Вероятно, в квартире находится имущество других жильцов, она боялась, что обвинят ее в краже, поэтому не хотела без жильцов заходить в квартиру. Она выяснила, что семья военнослужащего У. арендовала квартиру, поскольку ей звонил дежурный ЖКХ и сообщил, что в квартире залив. Но У. скрывались, двери не открывали, проживали в квартире с конца марта 2021 года по октябрь 2021 года. По месту ее регистрации неоднократно приходили врачи, которым также никто не открывал. После смерти сына она просила сестру и племянницу оплатить коммунальные платежи за квартиру за нее одну, но платежи не приняли, сказали, что необходимо разделить лицевой счет. В связи с этим в октябре 2021 года она позвонила в ЖКХ, чтобы узнать, как ей оплачивать коммунальные платежи за квартиру, юрист сообщила, что квартира продана. Для жильцов квартиры она регулярно писала записки о том, что ей необходимо попасть в квартиру, указывала свой номер телефона, несколько раз их относила её сестра и А.Е.Н.. Двери им никто не открывал, и они оставляли записки в дверном проеме.

В судебном заседании представитель ФИО3 ФИО4 исковые требования ФИО1 о признании ФИО3 утратившей право пользования жилым помещением не признает, не возражает против удовлетворения такого требования в отношении ФИО5; поддерживает встречные исковые требования по основаниям, изложенным, в том числе, в уточненном исковом заявлении. Доводы ФИО1 и ее представителя о том, что ФИО3 добровольно покинула жилое помещение, не состоятельны. До момента приобретения ФИО1 спорного жилого помещения в нем проживала ФИО3 со своим сыном, который умер в ноябре 2020 года. На тот момент, когда ФИО9 была госпитализирована в конце 2020 года, вся квартира была укомплектована ее вещами. ФИО9 находилась на лечении до весны 2021 года. В этот промежуток времени сестру ФИО3 встретил ФИО7, который потребовал у нее ключи от квартиры. В связи с тем, что он является собственником квартиры, то забрал у нее ключи. Выезд из жилого помещения для прохождения лечения был вынужденным, при этом ФИО9 не отказывалась от права пользования квартирой, она оставила все свое имущество в жилом помещении и после возращения из медицинского учреждения не смогла попасть в него в связи со сменой замков. Она была вынуждена временно проживать по другому адресу. ФИО9 просит оставить за собой лишь небольшую комнату, в которой проживала, и где оставались ее вещи. Сам факт обращения с просьбой о вселении доказывает, что ФИО9 не отказывалась от права пользования жилым помещением. ФИО7, введя в заблуждение, не поставив её известность, продал квартиру ФИО1, незаконно распорядился имуществом ФИО3 (куда-то вывез или утилизировал). ФИО9 обращалась в правоохранительные органы о пропаже ее вещей. Когда ФИО9 вернулась из медицинского учреждения, в квартире уже были установлены другие замки, попасть в жилое помещение она уже не смогла. ФИО11, как покупатель, должна была убедиться, сохраняют ли право пользования жилым помещением лица, которые состоят на регистрационном учете в данном жилом помещении. Факт добровольного выезда ФИО9 из жилого помещения в другое место жительства не установлен. Иного жилого помещения ФИО9 не имеет, в любой момент родственники могут продать жилое помещение, в котором в настоящее время она проживает, и ФИО9 «потеряет крышу над головой». ФИО9 сохраняет пожизненное право пользования жилым помещением до тех пор, пока самостоятельно не откажется от этого права. Поскольку ФИО9 передвигается на инвалидной коляске, ее сестра временно поселила в арендованное жилое помещение и вещи частично были перевезены. При этом комната, в которой проживала ФИО9, все равно оставалась укомплектованной ее вещами. Желания выселится, либо переехать на другое постоянное место жительства у ФИО9 не возникало, потому что другого жилья у нее нет.

Ответчик по первоначальному иску ФИО5 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, АО «КрасЭко», судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, МУП ЖКХ ЗАТО Солнечный в судебное заседание не явился. О времени, дате и месте проведения судебного заседания третье лицо извещено надлежащим образом. От представителя предприятия ФИО12 поступил отзыв на встречное исковое заявление ФИО13, в котором указано, что в квартире по адресу: <адрес>, установлены индивидуальные приборы учета на холодное и горячее водоснабжение, общая площадь жилого помещения 50 м2. Плата за коммунальные услуги включает в себя плату за холодное и горячее водоснабжение, водоотведение, электроснабжение, газоснабжение, отопление. Лицевой счет на квартиру - это идентификационный номер, который заводится в расчетном кассовом центре и закрепляется за конкретным жилым объектом. На нем отражаются все финансовые операции по коммунальным платежам. Разделение лицевого счета на объект недвижимости предполагает выделение долей в натуре по количеству жильцов, регистрацию их прав в ЕГРН и закрепление за вновь образованными объектами индивидуальных лицевых счетов. На практике на жилой объект в расчетно-кассовом центре заводится всегда один счет. Фактически под его разделением понимают определение порядка внесения платы за пользование коммунальными ресурсами соразмерно долям в праве на жилье. Суд вправе отказать в исполнении требований об определении долей по оплате коммунальных услуг в следующих ситуациях: жилое помещение зарегистрировано на одного владельца и не имеет выделенных долей; на момент судебного разбирательства жилплощадь находится под арестом или числится как заложенное имущество; квартира принадлежит государству или муниципальному органу. В данной ситуации ФИО13 и ФИО5 не являются собственниками (долевыми собственниками), нанимателями жилого помещения. Более того, судом не установлены права этих лиц на владение и пользование спорным жилым помещением. Представитель МУП ЖКХ ЗАТО Солнечный просит в удовлетворении встречных исковых требований в части разделения лицевого счета и заключении отдельных договоров на оплату за жилое помещение и коммунальные услуги, отказать.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ПАО «Красноярскэнергосбыт» в судебное заседание не явился, о времени, дате и месте проведения судебного заседания третье лицо извещено надлежащим образом. От представителя общества ФИО14 поступило заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ООО «Эко-Транспорт» в судебное заседание не явился, о времени, дате и месте проведения судебного заседания третье лицо извещено надлежащим образом. От представителя общества ФИО15 поступило заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО7 в судебное заседание не явился, о времени, дате и месте проведения заседания извещен надлежащим образом. От него поступило заявление о рассмотрении дела в его отсутствие. Кроме того, ФИО7 в заявлении указал, что не возражает против удовлетворения исковых требований ФИО1 о признании ФИО3 и ФИО5 утратившими право пользования квартирой, расположенной по адресу: <адрес>, так как ФИО6 добровольно освободила ранее принадлежащую ему квартиру, с ноября 2020 года не несет затраты по оплате коммунальных услуг. При передаче ему ключей от квартиры в ней отсутствовали вещи ФИО3, она не предпринимала никаких попыток по вселению, так как проживает в квартире, принадлежащей ее племяннице Б.И.А.., за которую не несет арендной платы. В удовлетворении встречных исковых требований ФИО3 просит отказать в полном объеме, поскольку ФИО3 на момент приватизации квартиры не могла сохранить бессрочное право пользования жилым помещением, так как не имела равное с ним право пользования жилым помещением. ФИО6 свое право на приватизацию жилья использовала в 1996 году, и ее согласие на приватизацию квартиры по адресу: <адрес>, не требовалось. Решением Ужурского районного суда Красноярского края от 19.08.2015 им, как сторонам по гражданскому делу, отказано в удовлетворении заявленных исковых требований, но судом не установлено, что за ФИО3 и Б.В.В. сохранилось бессрочное право пользования жилым помещением. В удовлетворении требования о разделе лицевых счетов просит отказать, поскольку ФИО9 не является собственником квартиры.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО10 в судебное заседание не явился, о времени, дате и месте проведения заседания извещен надлежащим образом. От него поступило заявление о рассмотрении дела в его отсутствие, поддерживает исковые требования ФИО1, встречные исковые требования считает необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

Ранее при допросе в судебным заседании в качестве свидетеля ФИО10 показал, что ФИО1 приходится ему супругой. Весной 2021 года знакомый ФИО7 предложил им купить его квартиру по адресу: <адрес>. Они ее посмотрели и решили купить. Когда первый раз пришли в квартиру, в ней ничего было, даже обоев, квартира была полностью пустой, имелся неприятный запах, бегали тараканы, жить в таких условиях невозможно. С момента приобретения квартиры никто на неё права не заявлял, никто не приходил. ФИО3 и ФИО5 никогда не видел, с ними не знаком. Примерно с октября или ноября 2020 года имелась задолженность по коммунальным платежам, которую они оплатили. Вопросом о наличии права пользования у зарегистрированных в жилом помещении лиц занималась супруга.

Заместитель прокурора Ужурского района Красноярского края Максименко И.Ю. считает, что исковые требования ФИО1 к ФИО3 и ФИО5 об утрате права пользования жилым помещением подлежат частичному удовлетворению, а именно, в части утраты права пользования ФИО5, в удовлетворении требований в остальной части необходимо отказать. Встречное исковое заявление ФИО3 к ФИО1 полагает подлежащим удовлетворению, необходимо вселить ФИО3 в спорное жилое помещение и определить порядок пользования этим жилым помещением с распределением оплаты коммунальных услуг.

В соответствии с частью 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Согласно части 1 статьи 40 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на жилище. Никто не может быть произвольно лишен жилища.

В соответствии с частью 4 статьи 3 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее также - ЖК РФ) никто не может быть ограничен в праве пользования жилищем, иначе как по основаниям и в порядке, которые предусмотрены ЖК РФ, другими федеральными законами.

Согласно статье 10 ЖК РФ жилищные права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных данным кодексом, другими федеральными законами и иными правовыми актами, а также из действий участников жилищных отношений, которые хотя и не предусмотрены такими актами, но в силу общих начал и смысла жилищного законодательства порождают жилищные права и обязанности.

В силу частей 1 и 4 статьи 17 ЖК РФ жилое помещение предназначено для проживания граждан. Пользование жилым помещением осуществляется с учетом соблюдения прав и законных интересов проживающих в этом жилом помещении граждан.

В силу пункта 1 статьи 20 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) местом жительства признается место, где гражданин постоянно или преимущественно проживает.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 30 ЖК РФ собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены данным кодексом.

Статьей 304 ГК РФ предусмотрено, что собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Положениями статьи 305 ГК РФ предусмотрено, что права, предусмотренные статьями 301 - 304 данного кодекса, принадлежат также лицу, хотя и не являющемуся собственником, но владеющему имуществом на праве пожизненного наследуемого владения, хозяйственного ведения, оперативного управления либо по иному основанию, предусмотренному законом или договором. Это лицо имеет право на защиту его владения также против собственника.

В соответствии со статьей 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 288 ГК РФ собственник осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему жилым помещением в соответствии с его назначением. Жилые помещения предназначены для проживания граждан. Гражданин - собственник жилого помещения может использовать его для личного проживания и проживания членов его семьи.

Согласно части 4, части 7 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи. Если у бывшего члена семьи собственника жилого помещения отсутствуют основания приобретения или осуществления права пользования иным жилым помещением, а также если имущественное положение бывшего члена семьи собственника жилого помещения и другие заслуживающие внимания обстоятельства не позволяют ему обеспечить себя иным жилым помещением, право пользования жилым помещением, принадлежащим указанному собственнику, может быть сохранено за бывшим членом его семьи на определенный срок на основании решения суда. При этом суд вправе обязать собственника жилого помещения обеспечить иным жилым помещением бывшего супруга и других членов его семьи, в пользу которых собственник исполняет алиментные обязательства, по их требованию.

Гражданин, пользующийся жилым помещением на основании соглашения с собственником данного помещения, имеет права, несет обязанности и ответственность в соответствии с условиями такого соглашения.

В силу пункта 2 статьи 292 ГК РФ переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника, если иное не установлено законом.

Как следует из пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02.07.2009 № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации» при разрешении споров, связанных с защитой жилищных прав, судам необходимо иметь в виду, что принцип неприкосновенности жилища и недопустимости произвольного лишения жилища является одним из основных принципов не только конституционного, но и жилищного законодательства (статья 25 Конституции Российской Федерации, статьи 1, 3 ЖК РФ).

Законом Российской Федерации № 5242-1 от 25.06.1993 «О праве граждан на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации» место жительства гражданина связывается с жилым помещением, в котором гражданин постоянно или преимущественно проживает в качестве собственника, по договору найма (поднайма), договору найма специализированного жилого помещения либо на иных основаниях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, и в которых он зарегистрирован по месту жительства (абзац 8 статьи 2 Закона).

Судом установлено, что ФИО7 и ФИО16 состояли в зарегистрированном браке с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, решением Ужурского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ брак между ними расторгнут.

Согласно ордеру №79 от 23.06.1999 войсковой частью № Сибирского военного округа семье ФИО7 выделена квартира №<адрес> (в настоящее время ЗАТО п. Солнечный), с учетом двух членов семьи: жена ФИО17, сын Б.В.В.

В акте от 13.03.2007 комиссией в составе начальника домоуправления МУП ЖКХ ЗАТО Солнечный, техника домоуправления и участкового ОВД ЗАТО Солнечный отражен факт непроживания ФИО7 в указанной квартире.

В соответствии с договором передачи жилого помещения в собственность граждан от 04.12.2014 ЗАТО п. Солнечный Красноярского края передало в собственность ФИО7 в соответствии с Законом Российской Федерации «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» жилое помещение - трехкомнатную квартиру, общей площадью 50 кв.м., находящуюся в жилом доме по адресу: <адрес>. На основании договора ФИО7 зарегистрировал право собственности на спорную квартиру.

По состоянию на 10.03.2015 в квартире были зарегистрированы ФИО7, ФИО3 с 07.08.2002, и Б.В.В. с 12.11.2002, что подтверждается выпиской из финансово-лицевого счета МУП ЖКХ ЗАТО п. Солнечный.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

В соответствии с решением Ужурского районного суда Красноярского края от 19.08.2015 в удовлетворении иска ФИО7 к ФИО3, Б.В.В. о выселении из жилого помещения, и в удовлетворении иска ФИО3, Б.В.В. к ФИО7, администрации ЗАТО п. Солнечный Красноярского края о признании договора передачи жилого помещения в собственность граждан недействительным и применении последствия недействительности сделки отказано; апелляционным определением Красноярского краевого суда от 28.10.2015 решение суда оставлено без изменения, судебный акт вступил в законную силу.

Решением суда установлено, что, поскольку ФИО3, будучи женой ФИО7, и её сын Б.В.В., были вселены в 1999 году в спорное жилое помещение в соответствии с установленными статьями 53, 54 ЖК РСФСР требованиями, они приобрели равные с нанимателем ФИО7 права пользования жилым помещением, при этом прекращение семейных отношений в 2002 году с нанимателем квартиры ФИО7 не повлекло изменения жилищных прав Б-вых как бывших членов семьи нанимателя, продолжающих проживать в занимаемом жилом помещении. Судом принято во внимание, что на момент приватизации в 2014 году ФИО7 квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, ФИО3 и Б.В.В.. проживали в ней и были зарегистрированы по месту жительства постоянно, имели равные с ФИО7 права пользования данным жилым помещением, положения ч. 4 ст. 31 ЖК РФ на них не распространяются. При этом не имеет значения тот факт, что Б-вы ранее реализовали свое право на приватизацию жилого помещения, поскольку они вселились в спорное жилое помещение в качестве членов семьи нанимателя по договору социального найма, приобрели равное с нанимателем право пользования этим жилым помещением. Поскольку ФИО3 и Б.В.В. реализовали свое право на приватизацию жилья, получив в собственность в 1996 году квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, право на приватизацию квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, у них отсутствовало. В этой связи на основании статьи 2 Закона Российской Федерации «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» согласие ФИО3 и Б.В.В. на приватизацию ФИО7 данной квартиры не требовалось, а потому по данному основанию договор передачи квартиры в собственность не может быть признан недействительным.

Таким образом, решением Ужурского районного суда Красноярского края от 19.08.2015 признано постоянное право пользования ФИО3 жилым помещением, расположенным по адресу: ЗАТО <адрес>.

Суд принимает в качестве доказательства данное обстоятельство, установленное решением Ужурского районного суда Красноярского края от 19.08.2015.

Судом установлено, что ФИО3 постоянно проживала в квартире и пользовалась ею до ноября 2020 года.

По сообщению Ужурского территориального отдела агентства ЗАГС Красноярского края от 20.06.2022 Б.В.В. умер ДД.ММ.ГГГГ.

По информации КГБУЗ «Ужурская РБ» от 21.06.2022 ФИО3 в период с 28.12.2020 по 06.03.2021 находилась в Учумской участковой больнице на стационарном лечении.

Согласно медицинской справке от 02.02.2022 ФИО3 поставлен диагноз «<данные изъяты>», в связи с частичной утратой способности либо возможности осуществлять самообслуживание нуждается в постороннем уходе.

Лицевой счет спорного жилого помещения до его приобретения ФИО1 был открыт на имя ФИО7, после - на имя ФИО1

Согласно платежному документу ПАО «Красноярсэнергосбыт» за август 2021 года, дата последней оплаты поставленных в спорную квартиру услуг произведена 12.11.2020, задолженность на 01.08.2021 составляла 33081 рубль 70 копеек. Как следует из чека по операции Сбербанк Онлайн 07.09.2021 от имени ФИО7 на счет ПАО «Красноярсэнергосбыт» произведена оплата за электроэнергию по квартире по адресу: <адрес>, в размере 35978 рублей 72 копеек.

В соответствии с платежным документом МУП ЖКХ ЗАТО Солнечный за октябрь 2021 года дата последней оплаты за поставленные коммунальные услуги произведена 16.11.2020, неуплата на начало расчетного период составила сумму 36664 рубля 85 копеек. Из кассового чека МУП ЖКХ ЗАТО Солнечный от 17.11.2021 следует, что произведена оплата на сумму 45140 рублей ФИО7 за квартиру по <адрес>.

ФИО1 представлены суду фотографии, выполненные с помощью камеры её мобильного телефона и датированные 18.06.2021, с изображениями пустых помещений квартиры, без мебели, со стенами без чистовой отделки, подготовленными для ремонта. Изображения представлены в подтверждение того факта, что на момент осмотра квартиры перед её покупкой никаких вещей ФИО3 там не было.

19.10.2021 ФИО7, как собственник жилого помещения заключил договор купли-продажи с ФИО1 В пункте 12 договора указано, что по заявлению продавца, а также согласно выписке из домовой книги от 15.10.2021 в жилом помещении зарегистрированы: продавец ФИО7, бывшая жена ФИО3, сын продавца ФИО5, которые по обоюдному соглашению сторон обязуются в течение 30 календарных дней оформить соответствующие правовые документы и сняться с регистрационного учета. Продавец подтверждает, что лиц, фактически проживающих по данному адресу и имеющих право проживания на указанной жилой площади, в том числе лиц осужденных и находящихся в местах лишения свободы, нет

Договор заключен в простой письменной форме и зарегистрирован в Едином государственном реестре недвижимости 21.10.2021, что подтверждается выпиской Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Красноярскому краю.

По состоянию на 27.10.2021 в квартире, расположенной по адресу: <адрес>, зарегистрированы: ФИО7 с 03.11.1999, ФИО3, с 28.03.2000, ФИО5, 28.01.2016.

Допрошенная в качестве свидетеля П.Т.М. показала, что ФИО3 приходится ей родной сестрой. В квартире по адресу: <адрес>, проживала ФИО3 вместе с сыном Б.В.В. Квартира была предоставлена на троих членов семьи, одному ФИО7 никто бы трехкомнатную квартиру не дал. Примерно в 1999 году у ФИО9 и ФИО9 произошел разлад в семье, в 2009-2010 году ФИО9 тайно один приватизировал квартиру, тем самым, лишил ФИО3 и Б.В.В. жилья. Судом ФИО9 было предоставлено право постоянного проживания в данном жилом помещении. Однако ФИО9, воспользовавшись трагедий, после смерти сына ФИО9, решил полностью распорядиться квартирой. ФИО9 продал квартиру. С 2019 года ФИО9 является инвалидом. 20.11.2020, когда у ФИО9 умер сын, они увезли ее из квартиры. ФИО9 этого не хотела, но она все равно забрала ее к себе. Та проживала у нее до декабря 2020 года, после чего ее увезли в Учумскую больницу. ФИО9 вместе с сыном до его смерти полностью оплачивала все коммунальные услуги, за всех, в том числе и за сына ФИО9. В связи с этим Барышева решила, что ей необходимо освободить часть квартиры, обустроить для себя одну комнату, поскольку оплачивать коммунальные услуги за всю квартиру она не имеет возможности. Они вывезли из квартиры в гараж часть мебели, оставили лишь те вещи, которые ей были необходимы для проживания (холодильник, микроволновую печь, мебельную стенку). Из квартиры вывезли вещи сына, прихожую. ФИО9 попросил у нее ключи от квартиры. Она рассказала ФИО9 об этом, та изначально была против, потом передумала, поскольку понимала, что оплачивать коммунальные услуги за всю квартиру она самостоятельно не сможет. В начале марта 2021 года она отдала ключи ФИО9, предупредив о том, что в квартире осталась мебель ФИО9, также сказала о том, что та намерена там жить. После выписки ФИО9 поехала в свою квартиру по адресу: <адрес>. Они стучались, но никто дверь не открывал, самостоятельно проникать в квартиру не стали. Поскольку у ФИО9 не было доступа в свою квартиру, они поселили ее в квартиру племянницы, пришлось из гаража возвращать вещи в квартиру, где она в настоящее время проживает. Она хотела забрать ее к себе, но та отказалась, сказала, что намерена остаться в ЗАТО п. Солнечный, чтобы было проще вернуться в свою квартиру, поскольку она передвигается на инвалидной коляске, и перевозить ее сложно. ФИО9 говорила о том, что будет наблюдать за квартирой, как только там кто-то появится, и в окнах квартиры загорится свет, они придут и перевезут ее в ту квартиру. М.Л.Ф. по просьбе ФИО9 ходила в квартиру и разговаривала с жильцами. Она их предупреждала, что там прописана ФИО9 и намерена проживать в квартире. ФИО9 также писала записку о том, что намерена проживать в данной квартире, она (П.Т.В.) положила записку в почтовый ящик. Также ФИО9 обращалась с заявлением в полицию. Поскольку она самостоятельно не ходит, все вопросы приходилось решать в телефонном режиме. Вещи ФИО9 из квартиры вывозили два раза: в феврале 2021 года вместе с дочерями вывезли ненужную мебель, второй раз, не помнит, когда именно, с мужем они забирали вещи по мелочи. Всё, что необходимо было ФИО9 для проживания, они оставили в квартире. В конце марта 2021 года ФИО9 вернул ключи от квартиры, но там уже кто-то жил и они не могли туда зайти.

Свидетель Б.И.А. показала, что приходится родной племянницей ФИО3 20.11.2020 после смерти сына ФИО3 забрала к себе проживать ее мама П.Т.М. Поскольку ФИО9 находилась в плохом состоянии, самостоятельно не передвигается, они приняли решение поддержать ее. Из квартиры забрали только документы и необходимые личные вещи ФИО3 После она была госпитализирована в Учумскую больницу п. Златоруновск. В больнице ФИО9 находилась с конца декабря 2021 года до марта 2021 года. В феврале 2021 года они с мамой нанимали грузчиков, чтобы вывезти часть мебели из квартиры по адресу: <адрес>, в гараж, принадлежащий ФИО9. Квартира находилась в нормальном жилом состоянии, никакого текущего ремонта не было, имелись обои, на окнах висел тюль, двери были установлены. Ей известно, что собственником квартиры является ФИО7 Мебель вывозили по просьбе ФИО9, потому что ей необходимо было освободить комнаты, поскольку она осталась одна и понимала, что собственник может заселиться в квартиру, поэтому решила вывезти ненужную мебель. Они готовили квартиру к ее возвращению, поскольку ФИО9 намерена была там проживать. В квартире остались диван, мебельная стенка, микроволновая печь, межкомнатные двери, уличная спутниковая антенна, кухонный гарнитур, кресло-кровать. В марте 2021 года она лично забирала из больницы ФИО9, ее перевезли в принадлежащую ей (Б.И.А.) квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, по просьбе тети. Со слов Барышевой ей стало известно, что та не могла попасть в квартиру, в которой проживала ранее, выяснилось, что квартира сдавалась в аренду. Для того, чтобы ей было удобно передвигаться на инвалидной коляске она хотела заселиться в большую комнату, где ранее проживал ее сын. ФИО9 неоднократно звонила ФИО7, также писала письма, передавала их. Никакой реакции на ее действия не было. Свою квартиру, в которой проживает ФИО3 на сегодняшний день, она намерена продать.

Свидетель К.Н.А. суду показала, что ФИО3 приходится ей родной тетей. До 2020 года ФИО9 проживала в квартире, расположенной по адресу: <адрес>. После смерти сына тети ее мать П.Т.М. забрала ФИО9 к себе, поскольку не могла ее оставить в тот момент одну. ФИО9 не хотела уезжать, они перевезли ее на время. Тогда забрали только необходимые личные вещи ФИО9. В тот момент жилое помещение находилось в нормальном состоянии, пригодном для жилья. Вскоре ее увезли в больницу. Однако на протяжении всего времени ФИО9 говорила о том, что она будет проживать только в данной квартире, так как другого жилья у нее не было. В феврале 2021 года ФИО9 попросила вывезти из квартиры часть ее вещей, поскольку не могла одна полностью оплачивать коммунальные услуги за данную квартиру, ей необходимо было освободить часть комнат. После того, как часть вещей вывезли в гараж, в квартире оставались кухонный гарнитур, мебельная стенка, холодильник, микроволновая печь, тумба под телевизор, кресла. Когда ее забрали из больницы, она просила, чтобы сразу отвезли ее в свою квартиру. Со слов мамы она узнала о том, что в той квартире кто-то проживает, поскольку она ходила туда, но там никто не открывал дверь. Поскольку они предполагали, что в квартире может кто-то проживать, приняли решение не проникать самостоятельно в нее. В связи с этим поселили ФИО9 в квартиру сестры. Изначально они хотели отвезти ее к маме, но ФИО9 отказалась, сказала, что желает проживать рядом, чтобы было проще переехать снова в свою квартиру. Разговоров о том, что она не намерена проживать в квартире, от нее ни разу не слышали. Поскольку ФИО9 самостоятельно не передвигается, через других лиц она предпринимала попытки вселения. Мама ходила несколько раз в эту квартиру, но там никто не открывал. Также кто-то относил записку от ФИО9 с предупреждением о том, что она намерена проживать в данной квартире.

Свидетель М.Л.Ф. суду показала, что ФИО3 приходится ей племянницей. Племянница проживала в квартире по адресу: <адрес>, с сыном до ноября 2020 года, после похорон сына она была госпитализирована. Ранее с ними проживал ФИО7, пока они не разошлись, после чего он сразу съехал. Во время ее проживания с сыном в квартире имелась вся мебель, в том числе стенка, кухонный гарнитур, холодильник, камера морозильная. Когда ФИО9 жила в съемной квартире, она попросила ее узнать, живет ли кто-нибудь в спорной квартире, говорила, что ее выписывают. В сентябре или в октябре 2021 года она (М.Л.Ф.) пошла в паспортный стол, где взяла справку о зарегистрированных в квартире. После, в тот же месяц, ФИО9 попросила ее узнать, проживает ли кто-нибудь в квартире. ФИО9 написала письмо и попросила передать его, если кто-то там живет. Дверь квартиры ей открыла женщина и сообщила, что собираются эту квартиру покупать. Она сообщила ей, что в квартире зарегистрирована ФИО9, женщина спросила: «Бывшая жена ФИО9?», на ее утвердительный ответ сказала, что она знает об этом. Иного жилья у ФИО9 не имеется.

Свидетель А.Е.Н. показала, что ФИО3 приходится ей двоюродной сестрой. ФИО3 проживала в спорной квартире с 1999 года по 20.11.2020. Сразу после смерти сына до декабря 2020 года ФИО9 проживала у своей сестры П.Т.М., потом она проходила лечение в больнице, когда вернулась, в свою квартиру ее не впустили. ФИО9 стала проживать в квартире своей племянницы, недалеко от ее дома, но хотела жить в своей квартире. В спорной квартире она была в период проживания ФИО9, а также примерно в середине марта 2021 года, когда по просьбе ФИО9 она с Ш.Л.Н. перенесли диван в большую комнату. В этот момент в квартире никого не было, в ней было чисто, обои не оторваны. В квартире оставались мебельная стенка, кресло-кровать, кухонный гарнитур, холодильник, микроволновая печь, они вместе с Ш.Л.Н. по просьбе Барышевой разложили записки на данную мебель, для того, чтобы ее никто не трогал. После она относила записки от ФИО9 о том, чтобы освободили ее комнату, впустили ее проживать. Она оставляла записки в дверном проеме квартиры. Потом узнала, что квартиру продали. Самостоятельно без посторонней помощи ФИО9 заселиться в квартиру не могла.

Свидетель Ш.Л.Н. суду показала, что занимает должность рабочей по подъезду, в том числе, подъезда, где расположена квартира по адресу: <адрес>. Она является подругой А.Е.Н., которой ФИО3 приходится двоюродной сестрой. Ранее ФИО3 и ее сын, который умер, проживали в этой квартире. ФИО9 попросила их с А.Е.Н. передвинуть диван из зала в комнату, поскольку была намерена там проживать. В зале оставались мебельная стенка, два кресла, в комнате - холодильник и микроволновая печь, на кухне - кухонный гарнитур. Они передвинули диван, а для проживающих в квартире разложили записки на мебель о том, чтобы ее не трогали, и ушли. Квартира находилась в жилом состоянии, было чисто и убрано. Кто проживал в этот момент в квартире, она не знает. В марте 2021 года она видела записку в двери.

Свидетель К.Т.В. показала, что в июле 2021 году ее подруга ФИО1 позвонила и попросила посмотреть с ней квартиры, поскольку собиралась приобретать недвижимость. Квартиру в доме <адрес> открыла женщина по имени Б.Е.Б.. При осмотре квартиры присутствовал хозяин квартиры ФИО9, который таковым представился. Квартира находилась в ужасном состоянии, там никто не жил, мебели не было, обои оторваны, присутствовал неприятный запах. ФИО9 сказал, что в этой квартире очень много лет никто не жил. Квартира была пустая, даже не было обоев, на потолке висели только лампочки и провода, унитаза там не было, имелась ванна и синий кафель, а также пластиковые окна. ФИО11 сказала, что подумает. Примерно в августе 2021 года ФИО11 сообщила, что приобрела данную квартиру.

Свидетель М.М.В. суду показала, что с 22.08.2020 проживает по адресу: <адрес>. ФИО9 и ее сына неоднократно видела еще с начала 2000-х годов, поскольку в то время проживала в соседнем доме. Когда она только переехала, ей рассказали соседи о том, что ФИО3 не выходит из квартиры, ее сын периодически встречался, ходил в магазин, здоровался с соседями. ФИО1 ей известна как собственник соседней квартиры №. В 20-х числах ноября 2020 года пришли две женщины, долго стучались в квартиру к ФИО9, но им никто не открывал. Они забеспокоились, спрашивали у нее, когда в последний раз выходил из квартиры ФИО9. Она сказала, что давно его не видела, а ФИО9 вообще не встречала, поскольку она из квартиры не выходит. Женщины вызвали сотрудников полиции, которые долго не могли вскрыть дверь. Когда начали вскрывать дверь, то кто-то из квартиры крикнул, что дверь ломать не нужно. Как потом выяснилось, это была ФИО3 Сотрудники полиции сообщили, что ФИО3 в квартире живая, а вот мужчина умер. Когда она вышла из квартиры, то увидела машину скорой помощи, потом ей сказали о том, что ФИО9 увозят. Она видела, как в квартиру поднималась медсестра. Потом приехали родственники и открыли во всей квартире окна. После того, как родственники открыли в квартире все окна, в ее квартире стало очень холодно. Холод продолжался с ноября несколько месяцев, поэтому было очевидным, что в квартире никто не жил. В марте 2021 года, когда П.Т.М., К.Н.А. выносили всю мебель из квартиры, она обратилась с просьбой протравить насекомых. При разговоре она видела только в дверной проем, что в кухне висел гарнитур. Квартира находилась не в ужасном состоянии, просто чувствовался неприятный запах, когда квартиру освобождали, натоптали там. Мебель выносили примерно пару дней. С марта 2021 года больше никто не приходил. Примерно в мае-июне 2021 года появился ФИО9 с супругой, занес какой-то порошок от насекомых, раздавал его всем соседям. ФИО9 мебель из квартиры не вывозил, они зашли уже в пустую квартиру. Соседи говорили, что ФИО9 в квартире не проживает, ее забрала к себе сестра, потому что за ней сейчас нужно ухаживать. Она видела какие-то записки в двери. Однажды вечером услышала, что в квартире кто-то есть, они с соседкой пошли вместе в квартиру, дверь им открыла П.Т.М. и сказала, что сейчас закрывает квартиру, их задача окончена, они все убрали, отдают хозяину ключи от квартиры, а также сказала, чтобы они искали ФИО9. Когда ФИО9 раздавал отраву, у него спросили, намерен ли он делать ремонт в квартире, поскольку было необходимо вскрывать косяки, везде протравливать насекомых. Его супруга сказала, что они ничего там делать не будут, поскольку продают квартиру. Соседи говорили, что в декабре 2020 года вывозили часть имущества, но лично этого не видела. В марте 2021 года все имущество было вывезено, поскольку П.Т.В. ей сказала о том, что им нужно освободить квартиру, она находится не в их собственности, и они никакого отношения к ней не имеют.

Свидетель К.А.А. суду пояснила, что проживает по адресу: <адрес>, то есть, под спорной квартирой ниже этажом. С ФИО1 она знакома, с ФИО3 лично не знакома. В квартире проживала ФИО3, также с ней проживал ее сын. В настоящее время в квартире около года проживает сын ФИО1 Примерно в декабре 2020 года ФИО3 выезжала из квартиры с П.Т.В. и еще девушкой. В связи с тем, что в квартире развелись тараканы, а затем - клопы, они с соседкой в момент, когда те съезжали, попросили протравить насекомых. Те сказали, что он не хозяева квартиры, просто собирают вещи, ключи отдадут хозяину. В окно она видела, что из данной квартиры съезжают, обрадовалась, что наконец-то исчезнут клопы. Они переезжали дня три. Некоторую мебель (шкафы) они перевозили в дом <адрес>. Другую часть вещей грузили в черную машину. Она видела, что грузили телевизор и другую бытовую технику. Они открыли все окна, и из-за этого все насекомые расползлись по другим квартирам. С ФИО9 она не знакома. По количеству мебели и вещей, которые выносили: холодильник, стиральную машину, телевизор, также видела 2 шкафа (предположительно вещевых), диван, посуду, вещи в мешках, она поняла, что вывозили все вещи. В квартире она никогда не была.

Свидетель Б.Е.Б. суду показал, что знакома с ФИО1 со школы, ФИО3 видела один раз примерно пять лет назад. С 2006 года она состоит в браке с ФИО7 От Министерства обороны России ФИО7 получил квартиру по адресу: <адрес>, которую приватизировал. В июне 2021 года их начали разыскивать соседи. ФИО7 поехал в квартиру, она была закрыта. Вышли все соседи на лестничную площадку, сказали, где забрать ключи. В мае 2021 года он забрал ключи у племянницы Б.И.А., которая сказала ему: «Что хотите, то и делайте с квартирой, ФИО9 выехала». Затем ФИО9 с ней пошел к участковому, чтобы вскрыть квартиру в присутствии свидетелей. Участковый отказался с ними идти, сказал, что ФИО9 является собственником квартиры и имеет право открывать её в любой момент, без всяких свидетелей и участковых. Они открыли квартиру, зашли и ужаснулись. Квартира была в состоянии, непригодном для проживания, стоял стойкий отвратительный запах. Как ей известно, около недели или даже двух недель в этой квартире лежал труп сына ФИО3 На лестничную площадку вышли все соседи. Каждый начал рассказывать свою историю о том, что к ним полезли тараканы и клопы и то, что срочно необходимо предпринимать какие-то меры. Примерно месяц они выветривали квартиру от запаха, потом только начали менять батареи. На следующий день они привезли всем соседям отраву, раздали ее по всему подъезду. Содрали обои, чтобы везде протравить насекомых. Ржавые радиаторы поменяли на новые, потому что они бежали. Сантехника в санузле не работала, там «мочились» прямо на пол. Поэтому они нанимали людей, чтобы отмыть все в квартире. В очередной раз, когда она возвращалась из квартиры, ее встретила ФИО1 Она сказала ФИО11, что они готовят квартиру на продажу. ФИО11 поделилась тем, что ей нужна квартира. В том состоянии, в котором была квартира, она не могла ее показать, надо было привести ее в нормальный вид. Поэтому они содрали в квартире обои, все протравили. Где-то в конце июня 2021 года она показала квартиру ФИО11 и ее подруге. В квартире находились только мусор, сломанные ящики от выдвижного шкафа, тумбочки валялись с какими-то бумагами и хламом, нитки. Они все вынесли на помойку. Больше ничего не было. Они поменяли замок, потому что первый ключ подошел от нижнего замка, а второй не открывался. При совершении сделки между супругом и ФИО1 она присутствовала. О состоянии здоровья ФИО3 они ничего не знали, разыскивали ее, звонили ее родной сестре Татьяне. Та не сообщила им о её месте нахождения, все было скрыто, в квартиру никто не приходил. В этот промежуток времени ими было решено продать квартиру, потому что платить за нее коммунальные услуги не хотели. До момента совершения сделки в квартире полгода никто не жил.

Из анализа представленных доказательств следует, что доводы ФИО1 об утрате ФИО3 права пользования спорной квартирой подтверждения не нашли.

Право ФИО3 на бессрочное пользование этой квартирой подтверждено имеющим преюдициальное значение по делу решением Ужурского районного суда Красноярского края от 19.08.2015. Выезд её из квартиры в ноябре 2020 года сразу после смерти сына носил вынужденный характер, что следует не только из её пояснений и показаний свидетелей П.Т.М., Б.И.А.., К.Н.А., М.Л.Ф., А.Е.Н. о том, что после смерти сына ФИО3 её из квартиры к себе забрали родственники, поскольку в тот момент ей необходимы были помощь и поддержка, самостоятельно о себе позаботиться она не могла в силу нервного потрясения и ограниченных физических возможностей, но и установленных обстоятельств: ФИО3 до смерти сына длительное время проживала с ним вдвоем в спорной квартире и действительно нуждается в постороннем уходе, которого лишилась со смертью сына. Также объективно подтверждается, что с 28.12.2020 по 06.03.2021 ФИО3 находилась на стационарном лечении в паллиативном отделении Учумской участковой больницы, то есть, причина её непроживания в квартире была уважительной. Также из пояснений ФИО3, показаний вышеуказанных свидетелей следует, что ФИО3 выехала из квартиры временно, намеревалась в ней проживать после окончания лечения и предпринимала посильные попытки вселиться в квартиру, тогда как в этом чинились препятствия: произведена смена дверных замков, в квартире находятся или проживают иные лица, что делает невозможным её самостоятельное вселение.

ФИО3 и вышеуказанные свидетели утверждают, что в квартире оставались вещи, необходимые для её проживания в одной комнате, были вывезены вещи умершего сына, неисправные вещи и вещи, находившиеся в других комнатах, которые она считала нужным освободить для владельца квартиры. Эти доказательства другой стороной не опровергнуты. Утверждение ФИО1 о том, что никаких вещей ФИО3 на момент осмотра квартиры в июне 2021 года (спустя полгода после выезда ФИО9), не было, и фотографии пустых комнат квартиры, не опровергают того факта, что вещи, необходимые для проживания ФИО3, в квартире оставались после её вынужденного выезда и обращения за медицинской помощью. Из показаний свидетелей М.М.В. и К.А.А. следует, что родственники ФИО3 после её выезда вывозили вещи из квартиры, что соответствует и пояснениям самой ФИО9 и показаниям её свидетелей о том, что часть вещей была вывезена. Однако свидетели М.М.В. и К.А.А. подтвердили, что никогда не были в квартире, откуда вывозили вещи, а потому не могут знать, сколько и какие вещи там находились во время проживания ФИО9 и её сына; их утверждение, что были вывезены все вещи, является только предположением.

Из показаний свидетеля Б.Е.Б. следует, что в квартире оставался хлам, который они вывезли как мусор, ФИО7 также утверждает, что в квартире на тот момент, когда они в неё попали, вещей никаких не было. Однако отсутствие в квартире имущества ФИО9 на тот момент объективными доказательствами не подтверждено, показания в этой части вызывают сомнения, поскольку указанные лица заинтересованы в установлении данного факта, и в последующем подготовили квартиру для ремонта и продажи.

Вместе с тем, доказано, что ФИО7 сменил замки на входной двери, и ключи от этих замков у ФИО3 отсутствовали, что препятствовало её самостоятельному возвращению в квартиру, где, по её мнению, уже могли проживать иные лица, и могло находиться чужое имущество.

Факт прекращения оплаты за коммунальные услуги и содержание жилья, образования задолженности по этим платежам с момента выезда ФИО3 из квартиры установлен, ею не оспаривается, однако и не свидетельствует об её отказе от права пользования квартирой, поскольку объясняется намерением ФИО3 оплачивать расходы только за себя, а не за всех зарегистрированных в квартире лиц.

Таким образом, факт непроживания ФИО3 в жилом помещении с ноября 2020 года носил вынужденный и временный характер, был связан с её нуждаемостью в психологической поддержке и постороннем уходе ввиду ограниченных возможностей её здоровья и ухода из жизни сына, который, в том числе, решал бытовые вопросы семьи. Суд учитывает также возможность передвижения ФИО3 только в коляске, проживание у сестры П.Т.В. ввиду необходимости ухода после перенесенной трагедии - потери сына, длительное стационарное лечение в медицинском учреждении, отсутствие у ФИО3 иного жилья.

Вопреки требованиям статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ФИО1 не представлено доказательств, подтверждающих осведомленность ФИО3 о сделке купли-продажи от 19.10.2021, получения ее согласия на снятие с регистрационного учета в установленный договором срок, а также на добровольный выезд последней из спорной квартиры и ее отказа от права пользования жилым помещением.

ФИО3 не являлась стороной договора купли-продажи от 19.10.2021, не принимала на себя обязательств по нему, в связи с чем его подписание не породило для неё каких-либо правовых последствий. Заключая договор купли-продажи спорной квартиры, условиями которого предусмотрено обязательство лица, не являющегося стороной сделки, сняться с регистрационного учета, ФИО1 приняла на себя риск невыполнения такого обязательства, однако подписала договор на указанных условиях, не воспользовалась правом отказаться от заключения договора.

Как следует из пояснений ФИО1, продавец ФИО5 ознакомил ее с решением суда, которым за ФИО3 признано право постоянного пользования жилым помещением.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что при отчуждении ФИО7 спорного жилого помещения по договору купли-продажи ФИО1 оно было обременено правом бессрочного пользования ФИО3, и при переходе права собственности на недвижимое имущество ФИО3 сохраняет право пользования квартирой на прежних условиях.

С учетом изложенных обстоятельств суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для признания ФИО3 утратившей право пользования жилым помещением.

В то же время, судом установлено, что ФИО5 зарегистрирован в квартире, принадлежащей ФИО1, но в этом жилом помещении не проживает, вселиться в квартиру не пытался, личных вещей ответчика в квартире нет, участия в содержании жилого помещения он не принимает. Доказательств обратного, а также совершения ответчиком каких-либо действий, свидетельствующих о намерении вселиться в квартиру, суду не представлено.

Суд приходит к выводу, что непроживание ФИО5 в квартире носит постоянный (а не временный) и добровольный (а не вынужденный) характер, а также об отсутствии заинтересованности ответчика в проживании в жилом помещении. Факт регистрации по месту жительства или отсутствие таковой не порождает для гражданина каких-либо прав и обязанностей в отношении жилого помещения.

Поскольку ФИО5 не является членом семьи ФИО1, правом пользования квартирой не обладает, учитывая отсутствие каких-либо соглашений между ФИО1 и ФИО5 по порядку пользования квартирой, суд приходит к выводу об утрате им права пользования жилым помещением.

Встречные исковые требования ФИО3 об её вселении в квартиру, определении порядка пользования жилым помещением подлежат удовлетворению, поскольку в соответствии со статьей 305 ГК РФ ФИО3, обладая постоянным правом пользования указанной квартирой, вправе требовать защиты своих нарушенных прав пользования также против собственника.

Сторонами не оспаривается, что ФИО5 заменены замки от входной двери квартиры в момент вынужденного отсутствия ФИО18 в квартире, последняя не имеет ключей от них, а соответственно, и доступа в это жилое помещение. Самостоятельно передвигаться ФИО3 не имеет возможности.

Учитывая пункт 2 части 3 статьи 11 ЖК РФ, нарушенные права ФИО3 на пользование спорным жилым помещением подлежат восстановлению путем её вселения в это жилое помещение.

Спорным жилым помещением является квартира по адресу: <адрес>, общей площадью 50 кв.м, состоящая из двух изолированных жилых комнат № 1 площадью 7,8 кв.м и № 2 площадью 9,7 кв.м, одной проходной жилой комнаты №3 площадью 16,9 кв.м, а также кухни № 8 площадью 6,1 кв.м, ванной № 7 площадью 2 кв.м, туалет №6 площадью 1,2 кв.м, коридора № 4 площадью 4,4 кв.м, балкона № 9 площадью 0,9 кв.м, встроенного шкафа № 5 площадью 1 кв.м, что подтверждается техническим паспортом жилого помещения от 08.11.2002.

Соглашение о порядке пользования жилым помещением сторонами не достигнуто.

Исходя из общей и жилой площади спорного жилого помещения, его планировки, реальной возможности выделения собственнику квартиры ФИО1 и ФИО3, имеющей право бессрочного пользования жилым помещением, изолированных жилых помещений, что не будет нарушать их права, суд приходит к выводу о возможности определения следующего порядка пользования жилым помещением: выделить в пользование ФИО3 жилую комнату № 2 площадью 9,7 кв.м., в пользование ФИО1 жилую комнату № 1 площадью 7,8 кв.м., в общем пользовании сторон оставить кухню № 8 площадью 6,1 кв.м, ванную № 7 площадью 2 кв.м, туалет №6 площадью 1,2 кв.м, коридор № 4 площадью 4,4 кв.м, балкон № 9 площадью 0,9 кв.м, встроенный шкаф № 5 площадью 1 кв.м, а также жилую комнату № 3 площадью 16,9 кв.м, поскольку она является проходной.

Необходимость выделения ФИО3 жилой комнаты № 2 определяется площадью комнаты - 9,7 кв.м., способной обеспечить маневренность инвалидной коляски ФИО3

Такой порядок пользования квартирой не нарушает права сторон, предоставленные им в пользование жилые комнаты являются изолированными.

Разрешая требования ФИО3 об определении порядка и размера участия в оплате жилищно-коммунальных услуг, услуг за содержание и ремонт жилого помещения, разделении лицевых счетов, суд приходит к следующему.

Согласно положениям части 3 статьи 30 ЖК РФ, собственник жилого помещения несет бремя содержания данного помещения и, если данное помещение является квартирой, общего имущества собственников помещений в соответствующем многоквартирном доме.

В соответствии с частью 1 статьи 153 ЖК РФ граждане обязаны своевременно и полностью вносить плату за жилое помещение и коммунальные услуги.

В соответствии с пунктами 2, 4 статьи 154 ЖК РФ плата за жилое помещение и коммунальные услуги для собственника помещения в многоквартирном доме включает в себя: 1) плату за содержание и ремонт жилого помещения, включающую в себя плату за услуги и работы по управлению многоквартирным домом, содержанию, текущему и капитальному ремонту общего имущества в многоквартирном доме; 2) плату за коммунальные услуги. Плата за коммунальные услуги включает в себя плату за холодную воду, горячую воду, электрическую энергию, тепловую энергию, газ, бытовой газ в баллонах, твердое топливо при наличии печного отопления, плату за отведение сточных вод, обращение с твердыми коммунальными отходами.

Частью 2 и 7 статьи 155 ЖК РФ предусмотрено, что плата за жилое помещение и коммунальные услуги вносится на основании платежных документов, представленных не позднее первого числа месяца, следующего за истекшим месяцем, если иной срок не установлен договором управления многоквартирным домом.

Потребителем, применительно к Правилам предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 06.05.2011 № 354 «О предоставлении коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов» является собственник помещения в многоквартирном доме, жилого дома, домовладения, а также лицо, пользующееся на ином законном основании помещением в многоквартирном доме, жилым домом, домовладением, потребляющее коммунальные услуги (пункт 2).

Таким образом, все проживающие в жилом помещении граждане, а также не проживающие, но обязанные в силу закона уплачивать коммунальные услуги (часть 11 статьи 155 Жилищного кодекса Российской Федерации), относятся к потребителям коммунальных услуг.

При этом из разъяснений, содержащихся в пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2017 № 22 «О некоторых вопросах рассмотрения судами споров по оплате коммунальных услуг и жилого помещения, занимаемого гражданами в многоквартирном доме по договору социального найма или принадлежащего им на праве собственности» следует, что бывший член семьи нанимателя, сохраняющий право пользования жилым помещением, самостоятельно отвечает по обязательствам, связанным с оплатой жилого помещения и коммунальных услуг, в случае заключения с наймодателем (управляющей организацией) и нанимателем соглашения, определяющего порядок и размер его участия в расходах по внесению платы за жилое помещение и коммунальные услуги (часть 4 статьи 69 ЖК РФ, статья 421 ГК РФ). В случае отсутствия такого соглашения суд вправе определить размер расходов бывшего члена семьи нанимателя по оплате жилого помещения и коммунальных услуг, исходя из приходящейся на него доли общей площади всего жилого помещения с учетом количества лиц, имеющих право пользования этим жилым помещением (статья 249 ГК РФ). При этом на наймодателя (управляющую организацию) возлагается обязанность заключить с бывшим членом семьи нанимателя соответствующее соглашение и выдать ему отдельный платежный документ на оплату жилого помещения и коммунальных услуг.

Суд принимает во внимание, что по отношению к прежнему нанимателю спорной квартиры ФИО7, а после приватизации - её собственнику, ФИО3 являлась бывшим членом семьи. Право пользования у ФИО3 возникло, когда квартира находилась в социальном найме (с 1999 года), приватизация квартиры (в 2014 году) состоялась после прекращения семейных отношений (в 2002 году), когда ФИО3 стала бывшим членом семьи. Переход права собственности на квартиру не повлиял на право пользования ею ФИО3, соответственно, суд считает возможным применить в данном случае нормы статьи 249 ГК РФ и вышеуказанное разъяснение Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Суд приходит к выводу о том, что безвозмездный характер пользования ФИО3 квартирой предполагает отсутствие вознаграждения собственника квартиры, в данном случае ФИО1, за пользование квартирой. При этом, по мнению суда, наличие права безвозмездного пользования квартирой не освобождает ФИО3 от оплаты фактически потребленных ею коммунальных услуг в квартире, в которой она зарегистрирована и намерена проживать. ФИО3 членом семьи или бывшим членом семьи собственника ФИО1 не является, не несет с ней солидарной обязанности по оплате коммунальных услуг, в связи с чем суд приходит к выводу о том, что ФИО3 вправе самостоятельно производить оплату жилья и коммунальных услуг и требовать выдачи отдельных платежных документов.

Суд, принимая решение о вселении ФИО3 в квартиру, принадлежащую на праве собственности ФИО1, и определяя порядок пользования помещениями квартиры, не может оставить неразрешенным вопрос о порядке и размере участия сторон в оплате жилищно-коммунальных услуг, услуг за содержание и ремонт жилья, поскольку неразрешение данного вопроса, учитывая взаимоотношения сторон, неизбежно приведет к конфликтным ситуациям и необходимости судебного разрешения споров по указанному вопросу.

Управление многоквартирным домом по адресу: <адрес>, осуществляет МУП ЖКХ ЗАТО Солнечный. Помимо данного предприятия поставку коммунальных услуг осуществляют ПАО «Красноярскэнергосбыт», ООО «Эко-Транспорт», АО «КрасЭко».

Суд определяет доли участия сторон в оплате за жилое помещение и коммунальные услуги по адресу: <адрес>, соразмерно площади закрепляемых в пользование площадей, а именно, у ФИО3 52% (исходя из площади выделенной в единоличное пользование комнаты 9,7 кв.м., и половины площадей, находящихся в общем пользовании - 32,5 кв.м), у ФИО1 48 % (исходя из площади выделенной в единоличное пользование комнаты 7,8 кв.м., и половины площадей, находящихся в общем пользовании - 32,5 кв.м).

При этом на управляющую организацию и ресурсоснабжающие организации возлагается обязанность заключить с ФИО3 и ФИО1 соответствующие соглашения и выдать им отдельные платежные документы на оплату жилого помещения и коммунальных услуг.

Определение долей участия сторон в оплате за жилое помещение и коммунальные услуги является основанием для начисления платежей на двоих потребителей.

Постановленное судом решение не влечет изменения договора управления многоквартирным домом, не устанавливает иной порядок внесения платы за жилое помещение и коммунальные услуги, чем предусмотренный статьей 155 ЖК РФ.

В то же время требование ФИО3 о разделении финансового лицевого счета не подлежит удовлетворению, поскольку Жилищным кодексом Российской Федерации не предусмотрено предоставление данного права лицу, занимающему жилое помещение на праве постоянного пользования.

Таким образом, встречные исковые требования ФИО3 подлежат частичному удовлетворению.

В силу части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

ФИО3 заявлено требование о взыскании судебных расходов за оказанные юридические услуги (интервьюирование, составление встречного искового заявления, подготовку материалов) в размере 6000 рублей и по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей. Понесенные расходы подтверждаются товарным чеком ООО «Гранит» №1 от 02.03.2022 и кассовым чеком от 02.03.2022 на сумму 6000 рублей, и чеком-ордером от 02.03.3033 на сумму 300 рублей.

Исходя из сложности дела, принимая во внимание объем выполненной представителем работы, исходя из разумности размера судебных расходов, учитывая соотношение расходов с объемом защищенного права и заявленных требований, соблюдая баланс интересов сторон гражданско-правовых отношений, суд полагает необходимым взыскать с ФИО1 в пользу ФИО3 расходы в заявленном размере. Также подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Признать ФИО5 утратившим право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: <адрес>.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 о признании утратившей право пользования жилым помещением отказать.

Встречные исковые требования ФИО3 удовлетворить частично.

Вселить ФИО3, <данные изъяты>) в квартиру, расположенную по адресу: <адрес>.

Определить следующий порядок пользования ФИО3 и ФИО1 жилым помещением, расположенным по адресу: <адрес>:

- выделить в пользование ФИО1 жилую комнату № 1 площадью 7,8 кв.м;

- выделить в пользование ФИО3 жилую комнату № 2 площадью 9,7 кв.м;

- жилую комнату № 3 площадью 16,9 кв.м, кухню № 8 площадью 6,1 кв.м, ванную № 7 площадью 2 кв.м, туалет №6 площадью 1,2 кв.м, коридор № 4 площадью 4,4 кв.м, балкон № 9 площадью 0,9 кв.м, встроенный шкаф № 5 площадью 1 кв.м оставить в общем пользовании.

Определить доли ФИО1 и ФИО3 в оплате за жилое помещение и коммунальные услуги в отношении квартиры по адресу: <адрес>, соразмерно закрепляемой в пользование площади квартиры:

- ФИО1 в размере 48 % оплаты;

- ФИО3 в размере 52 % оплаты.

Определение долей участия сторон в оплате за жилое помещение и коммунальные услуги является основанием для управляющей компании и ресурсоснабжающих организаций начислять платежи на двоих потребителей соразмерно долям.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО3 судебные расходы за юридические услуги и оплату государственной пошлины в размере 6300 рублей.

В удовлетворении остальной части иска ФИО3 отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд через Ужурский районный суд Красноярского края в течение месяца со дня принятия в окончательной форме.

Председательствующий Л.А. Макарова

Мотивированное решение составлено 16 декабря 2022 года