Гражданское дело № 2-101/2023

УИД 65RS0015-01-2022-000701-37

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

30 августа 2023 года

Тымовский районный суд Сахалинской области

в составе:

председательствующего Заборской А.Г.,

при секретаре судебного заседания Сивковой О.А.,

с участием:

прокурора Курносова Б.В.,

истца ФИО1, его представителя ФИО2,

представителя ответчика ОМВД России по Тымовскому городскому округу ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ОМВД России по Тымовскому городскому округу, Управлению министерства внутренних дел России по Сахалинской области, Министерству внутренних дел России, Министерству финансов Сахалинской области, Управлению Федерального казначейства по Сахалинской области, ИП ФИО6 о компенсации морального вреда, взыскании материального ущерба, причиненных незаконным привлечением к административной ответственности,

УСТАНОВИЛ :

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ОМВД России по Тымовскому городскому округу о компенсации морального вреда, взыскании материального ущерба, причиненных незаконным привлечением к административной ответственности, в обоснование которого указал, что ДД.ММ.ГГГГ в послеобеденное время он, управляя принадлежащим ему автомобилем марки «Nissan X-trail», государственный регистрационный знак №, двигался в районе дома № 71 по ул. Центральной с. Кировское Тымовского района Сахалинской области. В ходе движения рядом с его автомобилем упала жительница с. Кировское ФИО9, которая при падении коснулась его автомобиля, при этом каких-либо травм не получила, в медицинское учреждение не госпитализировалась, на амбулаторном лечении не находилась. В дальнейшем в этот день он занимался личными делами, употреблял спиртное. В вечернее время 4 июня 2020 года его незаконно задержал инспектор ДПС ФИО10 и поместил в комнату административно-задержанных ОМВД России по Тымовскому городскому округу в связи с совершением административных правонарушений, предусмотренных частью 1 статьи 12.8 и частью 3 статьи 12.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях; принадлежащий ему автомобиль был эвакуирован на специализированную стоянку.

16 декабря 2020 года мировым судьей судебного участка № 15 по Тымовскому району Сахалинской области производство по возбужденному в отношении него делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 3 статьи 12.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, прекращено в связи с отсутствием события административного правонарушения.

Постановлением мирового судьи судебного участка № 15 Тымовского района Сахалинской области он был привлечен к административной ответственности по части 2 статьи 12.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях; решением Тымовского районного суда от 21 сентября 2020 года данное постановление отменено, производство по делу прекращено в связи с недоказанностью обстоятельств, на основании которых было вынесено постановление.

Истец полагает, что в результате незаконных действий сотрудников ГИБДД, которые его задержали 4 июня 2020 года и поместили в комнату административно – задержанных, он был незаконно лишен свободы на двое суток, кроме того, был лишен права распоряжения своим имуществом (автомобилем). Осознавая свою невиновность, находясь в комнате для административно – задержанных, он испытал нравственные страдания в виде чувства унижения, дискомфорта; в нарушение Положения об условиях содержания лиц, задержанных за административное правонарушение, нормах питания и порядке медицинского обслуживания, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 15 октября 2003 года № 627, был лишен питания на весь период задержания.

Перенесенные по вине сотрудников ГИБДД нравственные страдания он оценивает в сумме 500 000 рублей.

Помимо морального вреда, ему причинен материальный ущерб, связанный с несением расходов на эвакуацию и хранение автомобиля в размере 11 800 рублей.

Истец просит взыскать с ОМВД России по Тымовскому городскому округ: компенсацию морального вреда за незаконное привлечение к административной ответственности и незаконное применение мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении в размере 500 000 рублей; понесенным им расходы на эвакуацию и хранение автомобиля на специализированной стоянке в размере 11 800 рублей; судебные расходы по оплате услуг юриста в размере 30 000 рублей, по оплате государственной пошлины - 300 рублей.

Протокольным определением суда от 13 февраля 2023 года к участию в деле в качестве соответчика привлечено Министерство финансов Российской Федерации, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, на стороне ответчика – ФИО10, ФИО9, Управление Министерства внутренних дел России по Сахалинской области.

Протокольным определением от 13 марта 2023 года статус третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, на стороне ответчика - Управление Министерства внутренних дел России по Сахалинской области изменен на соответчика; в качестве соответчиков привлечены Министерство внутренних дел России, Управление Федерального казначейства по Сахалинской области.

Протокольным определением суда от 12 апреля 2023 года по ходатайству представителя истца ФИО2 к участию в деле в качестве соответчика привлечен индивидуальный предприниматель ФИО6

Истец ФИО1, его представитель ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержали в полном объеме, по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика ОМВД России по Тымовскому городскому округу ФИО4 в судебном заседании полагал об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований, указав, что дела об административных правонарушениях в отношении ФИО1 были прекращены ввиду неправильного составления процессуальных документов. Из ранее направленных ОМВД России по Тымовскому городскому округу письменных возражений следует, что привлечение ФИО1 к административной ответственности, а также его административное задержание осуществлялось в соответствии с положениями Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. ФИО1 был подвергнут административному задержанию в период с 22 часов 10 минут 4 июня 2020 года по 22 часа 10 минут 6 июня 2020 года, при этом в период содержания в КСЗЛ истец обеспечивался надлежащим питанием. Поскольку истцом не представлено доказательств наличия причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика и нравственными страданиями, просит в удовлетворении исковых требований отказать.

Ответчики Управление Министерства внутренних дел России по Сахалинской области, Министерство внутренних дел России, будучи надлежащим образом извещенными о месте и времени рассмотрения дела, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили. Представитель Управления Министерства внутренних дел России по Сахалинской области ФИО11, действующая по доверенности, в письменных возражениях просила в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать, указав, что факт прекращения мировым судьей производства по делу об административном правонарушении сам по себе не свидетельствует о признании административного задержания незаконным; должностное лицо, осуществившее административное задержание истца действовало на законных основаниях, действия инспектора и само административное задержание являлись правомерными (л.д. 153-154).

Ответчики Министерство финансов Сахалинской области, Управление Федерального казначейства по Сахалинской области явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о месте и времени судебного разбирательства извещены надлежащим образом, в лице представителей по доверенности ФИО12 и ФИО13 просили рассмотреть дело без их участия, о чем указали в возражениях на исковое заявление; из которых также следует, что Министерство финансов Сахалинской области и Управление Федерального казначейства по Сахалинской области полагают себя ненадлежащими ответчиками по делу, в удовлетворении требований просили отказать (л.д. 114-118, 158-159).

Ответчик ИП ФИО6 в судебном заседании не присутствовал, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, возражений не представил.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельные требования относительно предмета спора, на стороне ответчика ФИО10, ФИО9, будучи извещенными о дате, месте и времени рассмотрения дела надлежащим образом, в судебное заседание не явились, возражений не представили.

В силу статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников процесса, извещенных надлежащим образом.

Выслушав доводы истца ФИО1, его представителя ФИО2, представителя ОМВД России по Тымовскому городскому округу ФИО4, изучив заключение прокурора, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Статьей 53 Конституции Российской Федерации предусмотрено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В силу требований статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В соответствии со статьей 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом (часть 1).

Вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены статьей 1069 настоящего Кодекса (часть 2).

Необходимыми условиями возникновения оснований для возмещения вреда, причиненного должностными лицами государственных органов, являются: наступление вреда, противоправность поведения должностного лица при исполнении служебных обязанностей, наличие причинно – следственной связи между противоправными действиями бездействием должностного лица, и наступившими вредоносными последствиями.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

На основании статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда, в том числе, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

В соответствии со статьей 1101 данного Кодекса размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2).

Как следует из пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Сходные разъяснения о понятии морального вреда были приведены в пункте 2 ранее действовавшего постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда».

Согласно пункту 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага. Так, например, судом может быть взыскана компенсация морального вреда, причиненного в случае разглашения вопреки воле усыновителей охраняемой законом тайны усыновления (пункт 1 статьи 139 Семейного кодекса Российской Федерации); компенсация морального вреда, причиненного незаконными решениями, действиями (бездействием) органов и лиц, наделенных публичными полномочиями; компенсация морального вреда, причиненного гражданину, в отношении которого осуществлялось административное преследование, но дело было прекращено в связи с отсутствием события или состава административного правонарушения либо ввиду недоказанности обстоятельств, на основании которых были вынесены соответствующие постановление, решение (пункты 1, 2 части 1 статьи 24.5, пункт 4 части 2 статьи 30.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).

Согласно пункту 41 вышеуказанного постановления Пленума при рассмотрении дел о компенсации морального вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц, лицу, в отношении которого дело об административном правонарушении прекращено в связи с отсутствием события (состава) административного правонарушения или ввиду недоказанности обстоятельств, на основании которых были вынесены соответствующие постановление, решение (пункты 1 и 2 части 1 статьи 24.5, пункт 4 части 2 статьи 30.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях), применяются правила, установленные в статьях 1069, 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации. Требование о компенсации морального вреда, предъявленное лицом, в отношении которого дело об административном правонарушении прекращено по указанным основаниям, может быть удовлетворено судом при наличии общих условий наступления ответственности за вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов (за исключением случаев, когда компенсация морального вреда может иметь место независимо от вины причинивших его должностных лиц).

Согласно приведенным нормам права с учетом разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» моральный вред может заключаться не только в физических страданиях, но и в нравственных, которые, являясь внутренними переживаниями человека, могут не иметь внешнего проявления, а, следовательно, в случае незаконного привлечения к административной ответственности и применения при этом обеспечительных мер наличие нравственных страданий предполагается, и доказыванию подлежит лишь сам факт нарушения или незаконного ограничения прав потерпевшего.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 4 июня 2020 года в 17 часов 20 минут в дежурную часть ОМВД России по Тымовскому городскому округу поступило телефонное сообщение ФИО9 о том, что ФИО1, управляя автомобилем на ул. Центральной в районе сельского совета с. Кировское, совершил на нее наезд (л.д. 68).

Согласно рапорту ИДПС ОГИБДД ОМВД России по Тымовскому городскому округу ФИО10, в ходе проверки по сообщению ФИО9 установлено, что 4 июня 2020 года в 16 часов 30 минут ФИО1, управляя автомобилем NISSAN Х-TRAIL, государственный регистрационный знак №, двигаясь по ул. Центральной, в районе дома № 71 с. Кировское, не учел дорожные условия, не обеспечил контроль за движением транспортного средства, в результате чего совершил наезд на пешехода ФИО9, причинив ей телесные повреждения; кроме того, ФИО1 оставил место дорожно-транспортного происшествия, участником которого являлся. В ходе розыскных мероприятий 4 июня 2020 года в 19 часов 30 минут на ул. Центральной, 93, с. Кировское был установлен вышеуказанный автомобиль под управлением ФИО1 с признаками алкогольного опьянения (л.д. 69).

В отношении ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ составлен протокол об отстранении от ФИО7 транспортным средством (л.д. 85) и протокол об административном задержании № (л.д. 132, 133-134) в рамках дела об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 12.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Согласно протоколу основанием для задержания ФИО1 4 июня 2020 года явилась необходимость обеспечения правильного и своевременного рассмотрения дела об административном правонарушении, поскольку данное нарушение предусматривает арест до 15 суток.

Содержание ФИО1 в комнате для задержанных длилось двое суток и было прекращено в 22 часа 10 минут 6 июня 2020 года.

Протокол об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 12.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении ФИО1 поступил для рассмотрения в судебный участок № 15 Тымовского района Сахалинской области 11 августа 2020 года, то есть после освобождения ФИО1 из комнаты для административно - задержанных. Из протокола об административном задержании также следует, что личность ФИО1 и место его фактического проживания (регистрации) были установлены на основании паспорта.

Автомобиль, принадлежащий ФИО1, 4 июня 2020 года был помещен на специализированную стоянку ИП ФИО6 (л.д. 196-198).

В отношении ФИО1 14 июля 2020 года был составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (л.д. 84); 5 августа 2020 года -протокол об административном правонарушении, предусмотренном частью 3 статьи 12.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (л.д. 66).

Постановлением мирового судьи судебного участка № 15 Тымовского района Сахалинской области от 10 июля 2020 года ФИО1 был признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 12.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, ему назначено наказание в виде лишения права управления транспортным средством на срок 1 год.

Решением Тымовского районного суда от 21 сентября 2020 года постановление мирового судьи судебного участка № 15 Тымовского района Сахалинской области от 10 июля 2020 года отменено, производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 12.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении ФИО1 прекращено в связи с недоказанностью обстоятельств, на основании которых вынесено постановление (л.д. 21-23).

Постановлением мирового судьи судебного участка № 15 Тымовского района Сахалинской области от 16 декабря 2020 года прекращено производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 3 статьи 12.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении ФИО1 в связи с отсутствием в действиях последнего события административного правонарушения (л.д. 13-14, 80-83).

Постановлением мирового судьи судебного участка № 15 Тымовского района Сахалинской области от 21 декабря 2020 года прекращено производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении ФИО1 в связи с отсутствием в его действиях события административного правонарушения

Оценивая доводы ФИО1 о том, что в результате действий должностных лиц, задержавших и поместивших его в комнату для административно – задержанных на 48 часов, а также задержавших его транспортное средство, в связи с чем он не мог распоряжаться своим имуществом в течение 4 дней, нарушены его неимущественные права, суд приходит к следующим выводам.

Так, в силу части 1 статьи 27.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях административное задержание, то есть кратковременное ограничение свободы физического лица, может быть применено в исключительных случаях, если это необходимо для обеспечения правильного и своевременного рассмотрения дела об административном правонарушении, исполнения постановления по делу об административном правонарушении.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 16 июня 2009 года № 9-П и определении от 2 июля 2013 года № 1049-О, административное задержание представляет собой лишение свободы в смысле статьи 22 Конституции Российской Федерации и подпункта «с» пункта 1 статьи 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод: положение лица, к которому применяется такое административное задержание в качестве меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении, связано с принудительным пребыванием в ограниченном пространстве, временной изоляцией от общества, прекращением выполнения служебных обязанностей, с невозможностью свободного передвижения и общения с другими лицами.

Таким образом, административное задержание, предусмотренное частью 3 статьи 27.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, по обусловливающим его природу ограничениям и последствиям для задержанного сопоставимо с административным арестом и задержанием как видами лишения свободы, на которые распространяется режим гарантий, предусмотренный статьей 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, и не обладает такими сущностными характеристиками, которые могли бы оправдать - при выявлении незаконности этих мер - применение различающихся компенсаторных механизмов. То обстоятельство, что административный арест как мера наказания применяется лишь в рамках судебной процедуры, обеспечивающей дополнительные возможности судебной проверки его фактических оснований и вынесения справедливого решения с соблюдением конституционных принципов правосудия, также свидетельствует о полной неоправданности исключения не имеющего таких судебных гарантий незаконного административного задержания на срок не более 48 часов из числа деяний публичной власти, относительно которых должны действовать правила возмещения вреда в порядке статей 1070 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Исходя из положений Конституции Российской Федерации, устанавливающих, с одной стороны, обязанность органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, граждан и их объединений соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы (статья 15, часть 2), а с другой - право каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53), в системном единстве с конституционными принципами правового государства и приоритета прав человека и гражданина (статьи 1 (часть 1), 2 и 18), критериями их допустимых ограничений и гарантиями государственной, в том числе судебной, защиты (статьи 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2), 45, 46 и 55 (части 2 и 3)), акт о привлечении к административной ответственности или о применении принудительных мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении является законным, если он издан на основании закона и, по сути, отвечает конституционным требованиям справедливости, соразмерности и правовой безопасности.

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 27.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в целях пресечения административного правонарушения, установления личности нарушителя, составления протокола об административном правонарушении при невозможности его составления на месте выявления административного правонарушения, обеспечения своевременного и правильного рассмотрения дела об административном правонарушении и исполнения принятого по делу постановления уполномоченное лицо вправе в пределах своих полномочий применить такую меру обеспечения производства по делу об административном правонарушении как административное задержание.

Из приведенных положений следует, что лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, может быть подвергнуто административному задержанию в исключительных случаях - только если его необходимость продиктована конкретной правоприменительной ситуацией (обстановкой), объективно подтверждающей, что без применения данной административно-принудительной меры невозможны установление личности нарушителя, выявление обстоятельств совершенного административного правонарушения, правильное и своевременное рассмотрение дела об административном правонарушении и исполнение принятого по его результатам постановления. При этом предусмотренные частями 1 - 3 статьи 27.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях для административного задержания сроки, которые подлежат неукоснительному соблюдению при производстве по делам об административных правонарушениях, определяют максимальные временные пределы внесудебного ограничения свободы лица, привлекаемого к административной ответственности, что не освобождает уполномоченных должностных лиц от обязанности делать все возможное для скорейшего достижения целей, на которые направлена эта мера, в интересах безотлагательного рассмотрения дела об административном правонарушении, совершенном задержанным лицом.

Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении № 9-П от 16 июня 2009 года указал, что по смыслу статей 17 (часть 3), 22 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, административное задержание на срок до 48 часов - с учетом его юридической природы как формы ограничения конституционного права на свободу - может быть признано законным и в случае последующего прекращения производства по делу об административном правонарушении, в том числе по таким основаниям, как отсутствие события административного правонарушения или отсутствие состава административного правонарушения (пункты 1 и 2 части 1 статьи 24.5 КоАП Российской Федерации), если должностное лицо или орган публичной власти действовали в условиях, когда были достаточные основания полагать, что применение данной принудительной меры необходимо.

Таким образом, прекращение производства по делу об административном правонарушении в связи с отсутствием события или состава административного правонарушения, а также по каким-либо иным основаниям не может служить препятствием для обжалования незаконного применения административного задержания как принудительной меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении. Иное нарушало бы гарантированные Конституцией Российской Федерации право на свободу и личную неприкосновенность (статья 22), право на судебную защиту (статья 46) и противоречило бы принципам законодательства об административных правонарушениях, в частности принципу законности (статья 1.6 КоАП Российской Федерации).

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 15 июля 2020 года № 36-П также указано, что основанием для удовлетворения требований о компенсации морального вреда гражданина, даже в тех случаях, когда дело об административном правонарушении в отношении этого гражданина прекращено на основании пунктов 1 и 2 части 1 статьи 24.5 либо пункта 4 части 2 статьи 30.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, является вина должностных лиц.

Конституционный Суд Российской Федерации разъяснил, что согласно статьям 151, 1064, 1070 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации причиненный гражданину моральный вред (физические или нравственные страдания) компенсируется при наличии вины причинителя такого вреда, за исключением случаев, предусмотренных законом. Применительно к случаям компенсации морального вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц, лицам, в отношении которых дела были прекращены на основании пунктов 1 или 2 части 1 статьи 24.5 либо пункта 4 части 2 статьи 30.17 КоАП Российской Федерации, это - в соответствии со статьями 1.6, 3.2, 3.9, 27.1, 27.3 КоАП Российской Федерации и с учетом выявленного в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 16 июня 2009 года № 9-П конституционно-правового смысла статьи 27.5 данного Кодекса - означает, что в системе действующего правового регулирования компенсация морального вреда может иметь место независимо от вины причинивших его должностных лиц во всяком случае, когда к гражданину было незаконно применено административное наказание в виде административного ареста либо он незаконно был подвергнут административному задержанию на срок не более 48 часов в качестве меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении, влекущем в качестве одной из мер административного наказания административный арест. Такое законодательное решение вопроса о порядке компенсации морального вреда, причиненного гражданину незаконным привлечением к административной ответственности, исходит из необходимости повышенной правовой защиты свободы и личной неприкосновенности граждан (статья 22 Конституции Российской Федерации). При незаконном применении к гражданину вследствие привлечения к административной ответственности иных - не затрагивающих эти ценности - мер административного принуждения гражданин не лишен возможности использовать общие основания и порядок компенсации причиненного морального вреда, предусмотренные статьями 151 и 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Из материалов дела следует, что истцом в действительности не совершались административные правонарушения, в момент его задержания 4 июня 2020 года он имел при себе документы, удостоверяющее личность, о чем в судебном заседании пояснил представитель ответчика ОМВД по Тымовскому городскому округу ФИО4

Задерживая ФИО1 4 июня 2020 года для обеспечения правильного и своевременного рассмотрения дела об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 12.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, должностное лицо, составившее протокол об административном правонарушении, направило его для рассмотрения в судебный участок № 15 Тымовского района Сахалинской области лишь 11 июня 2020 года, то есть после прекращения задержания ФИО1, что, по мнению суда, цели задержания, указанной в протоколе об административном задержании, не оправдывает.

Таким образом, суд полагает возможным согласиться с доводами истца об испытанных им нравственных страданиях в связи с незаконным административным задержанием в условиях временной изоляции от общества в отсутствие надлежащего правового основания и незаконности в этой связи его содержания в комнате для административно – задержанных ОМВД по Тымовскому городскому округу.

В силу пункта 8 части 1 статьи 13 Федерального закона от 7 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции» для выполнения возложенных на полицию обязанностей ей предоставляется право составлять протоколы об административных правонарушениях, собирать доказательства, применять меры обеспечения производства по делам об административных правонарушениях, применять иные меры, предусмотренные законодательством Российской Федерации об административных правонарушениях.

Частью 1 статьи 6 этого Федерального закона установлено, что полиция осуществляет свою деятельность в точном соответствии с законом. Всякое ограничение прав, свобод и законных интересов граждан, а также прав и законных интересов общественных объединений, организаций и должностных лиц допустимо только по основаниям и в порядке, которые предусмотрены федеральным законом (часть 2 той же статьи).

В силу части 1 статьи 1.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях лицо, привлекаемое к административной ответственности, не может быть подвергнуто административному наказанию и мерам обеспечения производства по делу об административном правонарушении иначе как на основаниях и в порядке, установленных законом.

Обосновывая требования о взыскании компенсации морального вреда, истец ссылался на нравственные переживания, понесенные им в результате неправомерных действий и решений сотрудников полиции, выразившихся в незаконном содержании в условиях временной изоляции от общества, чем были нарушены принадлежащие ему нематериальные блага.

Отсутствие в действиях ФИО1 состава вмененных ему административных правонарушений установлено вступившими в законную силу постановлениями мирового судьи судебного участка № 15 Тымовского района Сахалинской области и судьи Тымовского районного суда.

Одновременно с этим, оценивая указанные в протоколе об административном задержании ФИО1 мотивы задержания, суд не усматривает обстоятельств существенного и непреодолимого характера, которые свидетельствовали бы, что задержание в данном случае являлось единственно возможной мерой обеспечения, которая могла быть избрана для предполагаемого правонарушителя в соответствие с частью 1 статьи 27.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, закрепляющей, что в целях пресечения административного правонарушения, установления личности нарушителя, составления протокола об административном правонарушении при невозможности его составления на месте выявления административного правонарушения, обеспечения своевременного и правильного рассмотрения дела об административном правонарушении и исполнения принятого по делу постановления уполномоченное лицо вправе в пределах своих полномочий применять меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении, в частности, административное задержание.

Решая вопрос о возмещении вреда, причиненного гражданину при применении к нему принудительной меры обеспечения производства по делу, суд, оценивая законность действий (бездействия) сотрудников полиции не только с точки зрения соблюдения пределов предоставленных ему законом (т.е. формально определенных) полномочий, но и с точки зрения их соответствия конституционным требованиям справедливости, соразмерности и правовой безопасности, находит примененную в отношении истца меру обеспечения производства по делу об административном правонарушении необоснованной, поскольку она не являлась необходимой и единственно возможной мерой обеспечения, которая могла быть избрана для лица, привлекаемого к административной ответственности, поскольку его личность была достоверно установлена по паспорту, объективных доказательств совершения вмененных ФИО1 административных правонарушений у должностного лица при задержании не имелось, что также подтверждается состоявшимися судебными актами по делам об административных правонарушениях в отношении ФИО1, имеющих преюдициальное значение для настоящего спора в силу части 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации как исключающие совершение 4 июня 2020 года противоправных действий данным лицом при обстоятельствах, указанных в протоколах об административных правонарушениях от 4 июня, 10 июля и 5 августа 2020 года.

Таким образом, в спорных правоотношениях подлежат применению положения статей 1070 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующие возмещение причиненного незаконными действиями органов публичной власти и их должностными лицами вреда, в том числе морального, независимо от их вины, в той части, в какой на основании этих положений во взаимосвязи с положениями части 1 статьи 27.1, части 1 статьи 27.3 и части 3 статьи 27.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях разрешается вопрос о возмещении гражданину вреда, причиненного незаконным административным задержанием на срок до 48 часов как мерой обеспечения производства по делу об административном правонарушении.

Учитывая обстоятельства данного дела, длительность применения к истцу меры административного принуждения (48 часов), длительность производства в отношении истца дел об административных правонарушениях, прекращенных за отсутствием события и состава административных правонарушений, количество судебных заседаний, проведенных с участием ФИО1, объем и характер причиненных нравственных страданий истцу, а также требования разумности и справедливости, суд полагает возможным определить размер денежной компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу ФИО1 в сумме 30000 рублей, которую находит достаточной на основе оценки доказательств, предоставленных в материалы дела в силу компенсационного характера возмещения без причинения вреда здоровью и страданий, которые претерпел истец.

Доводы истца о том, что в результате его незаконного задержания и содержания в комнате для административно – задержанных на протяжении 48 часов он находился в стрессовом состоянии, повлекшем повышение артериального давления и заболевание гипертонией, материалами дела не подтверждены. Так, комментируя медицинскую документацию на имя истца, допрошенный в качестве специалиста врач общей практики ООржак В.Д. пояснил, что в 2020-2021 годах ФИО1 жалоб на повышение артериального давления не предъявлял; с подобными жалобами истец обратился 25 августа 2022 года.

Поскольку информации, свидетельствующей об ухудшении состояния здоровья истца в результате незаконного задержания и содержания в комнате для административно – задержанных, привлечения к административной ответственности в медицинской документации, не содержится, суд приходит к выводу, что вред здоровью истца не причинен.

Доводы истца о том, что в течение 48 часов содержания в КАЗ он был лишен питания, опровергаются ведомостью на выдачу продуктов питания лицам, подвергнутым административному задержанию ОМВД России по Тымовскому городскому округу, от 5 июня 2020 года, содержащей подпись ФИО1 Утверждение истца о фальсификации его подписи опровергаются выводами эксперта, полученными в ходе судебной почерковедческой экспертизы, согласно которым содержащиеся в ведомости подписи от имени ФИО1, выполнены самим ФИО1

Доказательств приобретения питания за собственный счет ФИО1, а равно содержания в условиях, не отвечающих требованиям Положению об условиях содержания лиц, задержанных за административное правонарушение, нормах питания и порядке медицинского обслуживания, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 15 октября 2003 года № 627, суду не представлено.

Напротив, из ответа начальника ОМВД по Тымовскому городскому округу следует, что камера для административно задержанных имеет общую площадь 4,2 кв.м., расположена на 1 этаже административного здания; в помещении, где расположен КАЗ, имеется радиаторная батарея, состоящая из 12 секций, подключена к центральному отоплению; в помещении имеется исправная приточно – вытяжная вентиляция; по требованию административно задержанного осуществляется его сопровождение сотрудником дежурной части ОМВД по Тымовскому городскому кругу.

Определяя надлежащего ответчика по требованиям о компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов, суд исходит из следующего.

Согласно положениям статьи 125 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации в суде от имени Российской Федерации по делам о возмещении вреда, причиненного незаконными решениями и действиями (бездействиями) государственных органов либо должностных лиц этих органов, выступает главный распорядитель средств федерального бюджета по ведомственной принадлежности.

В соответствии с частями 1, 2 статьи 6 Федерального закона от 07 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции» полиция осуществляет свою деятельность в точном соответствии с законом. Всякое ограничение прав, свобод и законных интересов граждан, а также прав и законных интересов общественных объединений, организаций и должностных лиц допустимо только по основаниям и в порядке, которые предусмотрены федеральным законом.

Вред, причиненный гражданам и организациям противоправными действиями (бездействием) сотрудника полиции при выполнении им служебных обязанностей, подлежит возмещению в порядке, установленном законодательством Российской Федерации (часть 3 статьи 33 указанного Федерального закона).

В соответствии с подпунктом 100 пункта 11 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 21 декабря 2016 года № 699, МВД России осуществляет функции главного распорядителя и получателя средств федерального бюджета.

В пункте 15 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что предъявление гражданином или юридическим лицом иска непосредственно к государственному органу или к органу местного самоуправления, допустившему нарушение, или только к финансовому органу само по себе не может служить основанием к отказу в удовлетворении иска. В этом случае суд привлекает в качестве ответчика по делу соответствующее публично-правовое образование и одновременно определяет, какие органы будут представлять его интересы в процессе.

В силу статей 16, 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации ответчиком по иску о возмещении вреда, причиненного незаконными решениями и действиями (бездействиями) государственных органов либо должностных лиц этих органов является публично-правовое образование - Российская Федерация.

При таких обстоятельствах понесенные истцом судебные расходы и моральный вред подлежат взысканию с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации.

Анализируя требования ФИО1 о возмещении ему убытков, понесенных за эвакуацию и хранение автомобиля на специализированной стоянке, суд приходит к следующему.

В силу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации расходы, которые лицо произвело для восстановления нарушенного права, относятся к реальному ущербу и возмещаются в составе убытков по требованию лица, право которого нарушено.

Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях предусматривает возможность применения в целях пресечения отдельных административных правонарушений в области дорожного движения мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении.

Так, при совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях положения данного Кодекса устанавливают возможность задержания транспортного средства в целях пресечения нарушений правил его эксплуатации, т.е. исключение транспортного средства из процесса перевозки людей и грузов путем перемещения его при помощи другого транспортного средства и помещения в ближайшее специально отведенное охраняемое место (на специализированную стоянку), и хранения на специализированной стоянке до устранения причины задержания (часть 1 статьи 27.13), при этом стоимость перемещения и хранения задержанного транспортного средства оплачивается лицом, привлеченным к административной ответственности (часть 11 статьи 27.13).

Производство по делу об административном правонарушении в отношении ФИО1 прекращено 21 декабря 2020 года в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в связи с отсутствием события административного правонарушения (л.д. 16-19).

В таком случае на основании части 12 статьи 27.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях расходы на перемещение и хранение задержанного транспортного средства относятся на счет федерального бюджета; решение вопроса об отнесении расходов на перемещение и хранение задержанного транспортного средства на счет федерального бюджета отражается в постановлении о прекращении производства по делу об административном правонарушении.

Указанный вопрос при прекращении дела об административном правонарушении не разрешен.

Согласно правовой позиции, изложенной в абзацах 5 - 9 пункта 1.3 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 15 июля 2020 года № 36-П «По делу о проверке конституционности статей 15, 16, части первой статьи 151, статей 1069 и 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, частей 1, 2 и 3 статьи 24.7, статей 28.1 и 28.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, а также статьи 13 Федерального закона «О полиции» в связи с жалобами граждан Л.Р. и Ш.», поскольку в силу части 12 статьи 27.13 КоАП РФ в случае прекращения производства по делу об административном правонарушении в связи с отсутствием в действиях лица состава административного правонарушения расходы на перемещение и хранение задержанного транспортного средства не могут быть возложены на такое лицо, постольку оно вправе взыскать в гражданско-правовом порядке с владельца специализированной стоянки уплаченные им денежные средства или же осуществить их возврат в порядке, установленном законодательством субъекта Российской Федерации (часть 10 статьи 27.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).

Частью 10 статьи 27.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях предусмотрено, что перемещение транспортных средств на специализированную стоянку, за исключением транспортных средств, указанных в части 9 настоящей статьи, их хранение и возврат владельцам, представителям владельцев или лицам, имеющим при себе документы, необходимые для управления данными транспортными средствами, оплата лицами, привлеченными к административной ответственности за административные правонарушения, повлекшие применение задержания транспортных средств, стоимости перемещения и хранения задержанных транспортных средств осуществляются в порядке, устанавливаемом законами субъектов Российской Федерации. Возврат задержанных транспортных средств их владельцам, представителям владельцев или лицам, имеющим при себе документы, необходимые для управления данными транспортными средствами, осуществляется незамедлительно после устранения причины их задержания.

В статье 7 закона Сахалинской области от 15 июня 2012 года № 48-ЗО «О порядке перемещения транспортных средств на специализированную стоянку, их хранения, возврата, оплаты расходов на перемещение и хранение» приведен перечень документов, предъявляемых владельцем транспортного средства лицу, ответственному за хранение задержанных транспортных средств, в целях возврата транспортного средства, в числе которых документ, подтверждающий возмещение расходов на перемещение и хранение задержанного транспортного средства, отсутствует.

Как следует из материалов дела, плата перемещения и хранения задержанного транспортного средства от ФИО1 ИП ФИО6 принята в размере 11 800 рублей (7000 рублей – эвакуация транспортного средства, 4 800 рублей – услуги по хранению) (л.д. 26).

Порядок возврата в таком случае лицом, ответственным за перемещение задержанных транспортных средств, денежных средств, полученных от их владельцев, законом Сахалинской области от 15 июня 2012 года № 48-ЗО не определен.

При таких обстоятельствах, с учетом того, что расходы на перемещение и хранение задержанного транспортного средства в размере 11 800 рублей не могли быть возложены на ФИО1, однако им понесены, указанные денежные средства подлежат взысканию в пользу истца с индивидуального предпринимателя ФИО6

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд,

РЕШИЛ :

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице ФИО8 внутренних дел Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт №, выдан ДД.ММ.ГГГГ Тымовским РОВД Сахалинской области компенсацию морального вреда в размере 30 000 (тридцать тысяч) рублей, расходы на оплату услуг ФИО3 в размере 30 000 (тридцать тысяч) рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 (триста) рублей, всего 60 300 (шестьдесят тысяч триста) рублей.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт №, выдан УМВД России по <адрес> ДД.ММ.ГГГГ, в пользу ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт <...>, выдан ДД.ММ.ГГГГ Тымовским РОВД Сахалинской области расходы, понесенные в связи с эвакуацией и хранением автомобиля на специализированной стоянке в размере 11 800 (одиннадцать тысяч восемьсот) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба или представление в Сахалинский областной суд через Тымовский районный суд в течение месяца со дня его составления в окончательной форме.

Решение суда в окончательной форме составлено 6 сентября 2023 года.

Судья А.Г. Заборская