Решение по делу № 2-2/2023 от 20.09.2023 - о расторжении договора на оказание платных медицинских услуг, возмещении ущерба, компенсации морального вреда.

Производство № 2-2/2023

Дело №

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

<адрес> ДД.ММ.ГГГГ

Белогорский городской суд <адрес> в составе:

судьи Сидельниковой И.А.,

при секретаре Семайкиной Е.П.,

с участием старшего помощника прокурора <адрес> Агафоновой Е.А.,

истца ФИО1,

представителя истца ФИО2, действующего на основании доверенности,

представителя ответчика ФИО3, действующей на основании доверенности,

третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований ФИО4, ФИО5

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ГАУЗ АО «Белогорская больница» о расторжении договора на оказание платных медицинских услуг, возмещении ущерба, компенсации морального вреда,

установил:

истец обратился в суд с указанным иском, с учётом уточненных требований просит расторгнуть договор на оказание платных медицинских услуг от ДД.ММ.ГГГГ, в связи с некачественным оказанием услуги; взыскать уплаченные деньги в размере <данные изъяты> рублей, материальный ущерб в размере <данные изъяты> рублей, компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> рублей, неустойку за просрочку удовлетворения требования потребителя в размере <данные изъяты> рубля; штраф, предусмотренный ст.13 ФЗ «О защите прав потребителей».

В обоснование заявленных требований указывает, что ДД.ММ.ГГГГ с ГАУЗ АО «Белогорская больница» был заключен договор на оказание платных медицинских стоматологических услуг, в соответствии с которым была оказана платная услуга по ортопедической стоматологии (изготовлению и установке мостовидного металлокерамического несъемного зубного протеза). Данная услуга была оплачена в полном объеме в размере <данные изъяты> рублей. Однако услуга оказано некачественно, чувствуется дискомфорт, боль, чувство жжения, усталость (во время приема пищи, разговора, чистки зубов). Установленные протезы повреждают правую нижнею поверхность языка (в виде потертости, порезов), а так же повреждение верхней поверхности языка (в виде порезов, трещин). После сделанного слепка ДД.ММ.ГГГГ, ей врачом ФИО5 было пролечено пять зубов 31,33,41,42,44, однако другой слепок сделан не был, что свидетельствуют о некачественно оказанной медицинской помощи в рамках договора на оказание платных медицинских услуг от ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ был подготовлен под ортопедическое лечение – депульпирован 35 зуб. Лечение зуба было неправильным, в настоящее время зуб нуждается в лечении, что возможно только после снятия ортопедической конструкции. Предполагает, что неправильным было лечение и 34 зуба. После установки конструкции в настоящее время на языке (правая верхняя часть языка) порезы в виде ссадин. <адрес> режущей поверхности м/керамической конструкции в области верхней челюсти правой стороны (ранят язык): 14,15,16,17 зубы. Травмирование языка (нижняя правая часть языка) об ортопедическую конструкцию. Наличие неровностей на керамике с правой и левой стороны с 45 зуба по 36 зуб (включительно). Что привело к гематомам травмирующего характера на боковой поверхности языка (нижняя часть) справа, кончика языка. В настоящее время удалены 34 зуб, 35 зуб, нуждается в хирургическом стом.лечении 27 зуб, 17 зуб, нуждается в терапевтическом стом.лечении 27 зуб, 17 зуб, 44 зуб под вопросом. В августе 2023 появилась боль, отек 34, 35 зубов, пародонтоз 27, 17 зубов. Все это привело к повторному протезированию зубов. Считает, что указанные обстоятельства свидетельствуют о некачественно оказанной медицинской помощи в рамках договора на оказание платных медицинских услуг от ДД.ММ.ГГГГ.

В судебном заседании истец настаивает на требованиях, по доводам указанным в иске.

Представитель истца поддерживает требованиях по доводам указанным в иске, дополнительно суду пояснил, что поскольку ФИО1 отказалась от установки бюгельных протезов, договор от ДД.ММ.ГГГГ считает расторгнутым.

Представитель ответчика исковые требования не признала, суду пояснила, что согласно выводам экспертов по результатам повторной экспертизы дефектов оказания медицинской помощи ФИО1 в соответствии с договором на оказание платных медицинских услуг от ДД.ММ.ГГГГ не выявлено. Объективной причиной, которая препятствовала качественному оказанию услуг по протезированию ФИО1 являлся отказ пациентки от рекомендованного рационального протезирования жевательной группы зубов нижней челюсти справа. Имелись объективные факторы, которые препятствовали качественному оказанию услуг по перелечиванию 35,34 зубов, это особенность строения корневой системы зубов пациентки. Вред здоровью пациентки не нанесен. Причинно-следственная связь между оказанием медицинской услуги по протезированию полости рта ГАУЗ «Белогорская больница» и возникшими впоследствии недостатками, не прослеживается. Просит в иске отказать.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований ФИО4 с требованиями не согласен, суду пояснил, что согласно выводов экспертизы дефектов оказания медицинской помощи ФИО1 в соответствии с договором на оказание платных медицинских услуг от ДД.ММ.ГГГГ не выявлено. ФИО1 согласилась на другое протезирование. При протезировании невозможно никогда утверждать, что невозможно протезировать металлокерамику, при наличии съемных протезов. Металлокерамика всегда ставиться и под бюгельные протезы и под обычные съемные протезы. Просит в иске отказать.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований ФИО5 требованиями не согласна, суду пояснила, что лечение 34 и 35 зуба была надлежащим, что и подтвердила экспертиза. 34 зуб это аномалия, которая бывает у каждого. Просит в иске отказать.

В судебное заседание не явились представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований - Министерства имущественных отношений <адрес>, Министерства здравоохранения <адрес>. Суд в соответствии со ст. 167 ГПК РФ считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, заключение прокурора, суд находит иск не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ между ГАУЗ АО «Белогорская больница» и ФИО1 был заключен договор на оказание платных медицинских услуг, в соответствии с которым была оказана платная стоматологическая услуга по профилю ортопедическая стоматология. Срок оказания услуги с ДД.ММ.ГГГГ про ДД.ММ.ГГГГ. Стоимость услуги <данные изъяты> рублей.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 подписала информирование согласие на проведение ортопедического лечения. Диагноз: <данные изъяты>.

Из записи медицинской карточки стоматологического больного от ДД.ММ.ГГГГ ГАУЗ АО «Белогорская больница» следует, что ДД.ММ.ГГГГ пациентки было предложено запротезировать в/челюсть м/керамическим мостовидными протезами, нижнюю челюсть м/керамическим мостовидными протезами и частичным съемным протезом. От частичного съемного протеза она отказалась вместо него попросила добавить по одному искусственному зубу на м/керамические протезы с двух сторон в сторону концевых дефектов.

В установленные сроки было выполнено протезирование зубов. Стоимость услуги оплачена в полном объеме.

Истец считает, что некачественно была оказано медицинская услуга.

В соответствии со ст. 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Согласно части 1 статьи 37 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее - Закон об основах охраны здоровья) медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации.

Из части 2 статьи 98 Закона об основах охраны здоровья следует, что медицинские организации, медицинские работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации не только за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи, но и за нарушение прав в сфере охраны здоровья.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч. 3 ст. 98 Закона об основах охраны здоровья ).

Право на охрану здоровья обеспечивается, в том числе оказанием качественной медицинской помощи (ст. 18 Закона об основах охраны здоровья).

В пункте 21 статьи 2 Закона об основах охраны здоровья определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Из пункта 2 статьи 64 Закона об основах охраны здоровья следует, что критерии оценки качества медицинской помощи формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 данного Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Граждане имеют право на получение платных медицинских услуг, предоставляемых по их желанию при оказании медицинской помощи, и платных немедицинских услуг (бытовых, сервисных, транспортных и иных услуг), предоставляемых дополнительно при оказании медицинской помощи (ч. 1 ст. 84 Закона об основах охраны здоровья).

В соответствии с пунктом 8 статьи 84 Закона об основах охраны здоровья к отношениям, связанным с оказанием платных медицинских услуг, применяются положения Закона Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № "О защите прав потребителей" (далее - Закон о защите прав потребителей).

Согласно ч. 1 ст. 779 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

В силу ст. 4 Закона О защите прав потребителей, п. 27 Правил предоставления медицинскими организациями платных медицинских услуг, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №, исполнитель предоставляет платные медицинские услуги, качество которых должно соответствовать условиям договора, а при отсутствии в договоре условий об их качестве - требованиям, предъявляемым к услугам соответствующего вида.

Право потребителя отказаться от исполнения договора об оказании услуги и потребовать полного возмещения убытков в случае неустранения исполнителем недостатков оказанной услуги, либо в случае обнаружения потребителем существенных недостатков оказанной услуги или иных существенных отступлений от условий договора, а также право потребовать полного возмещения убытков, причиненных в связи с недостатками оказанной услуги закреплено в ст. 29 Закона О защите прав потребителей.

Под существенным недостатком, согласно преамбуле Закона, понимается неустранимый недостаток или недостаток, который не может быть устранен без несоразмерных расходов или затрат времени, или выявляется неоднократно, или проявляется вновь после его устранения, или другие подобные недостатки.

Пленум Верховного Суда РФ в п. 11 Постановления от ДД.ММ.ГГГГ "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" указал, что в соответствии с п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Установленная указанной нормой презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Из разъяснений пункта 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № от ДД.ММ.ГГГГ № "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", следует, что при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере) (пункт 4 статьи 13, пункт 5 статьи 14, пункт 5 статьи 23.1, пункт 6 статьи 28 Закона о защите прав потребителей, статья 1098 ГК РФ).

Постановление Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда (п.15)

Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего.

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда (п.48).

Моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации потребителю в случае установления самого факта нарушения его прав (статья 15 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей"). Суд, установив факт нарушения прав потребителя, взыскивает компенсацию морального вреда за нарушение прав потребителя наряду с применением иных мер ответственности за нарушение прав потребителя, установленных законом или договором.

Компенсация морального вреда, причиненного гражданину изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами, владельцами агрегаторов информации о товарах (услугах) при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), нарушением иных принадлежащих ему прав или нематериальных благ, в том числе допущенным одновременно с нарушением прав потребителей (например, при отказе продавца удовлетворить требование потребителя о замене товара в случае обнаружения недостатков товара, совершенном в оскорбительной форме, унижающей честь и достоинство потребителя), может быть взыскана судом по общим правилам, то есть при доказанности факта нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие гражданину нематериальные блага (п.55).

По ходатайству истца на основании определения суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу была назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено КГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» Министерства здравоохранения <адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ в адрес суда поступило заключение № от ДД.ММ.ГГГГ.

В целях разъяснения и дополнения заключения был произведен допрос экспертов. При этом ответы экспертов ЛЛ* и ФА* на одни и те же поставленные вопросы были противоречивы между собой.

Кроме того для проведения экспертизы было предоставлено в том числе, медицинское заключение ООО «Лечебно-диагностический центр АНКОР» от ДД.ММ.ГГГГ врача-невролога ТН*

Экспертиза была проведена, в том числе на основании указанного медицинского заключения.

Однако, согласно ответа от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в ООО «Лечебно-диагностический центр АНКОР» не наблюдалась, за медицинской помощью не обращалась, врач-невролог ТН* в ООО «Лечебно-диагностический центр АНКОР» не работает и никогда не работала, медицинское заключение от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в ООО «Лечебно-диагностический центр АНКОР» не выдавалось.

После проведенной экспертизы, в ходе рассмотрения дела, истец так же дополнительно пояснила, что после сделанного слепка ДД.ММ.ГГГГ, ей врачом ФИО5 было пролечено пять зубов 31,33,41,42,44, однако другой слепок сделан не был, что свидетельствуют о некачественно оказанной медицинской помощи в рамках договора на оказание платных медицинских услуг от ДД.ММ.ГГГГ.

В ходе разрешения ходатайства о назначении повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизы истец дополнительно пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ был подготовлен под ортопедическое лечение – депульпирован 35 зуб. Лечение зуба было неправильным, в настоящее время зуб нуждается в лечении, что возможно только после снятия ортопедической конструкции. Предполагает, что неправильным было лечение и 34 зуба. После установки конструкции в настоящее время на языке (правая верхняя часть языка) порезы в виде ссадин. <адрес> режущей поверхности м/керамической конструкции в области верхней челюсти правой стороны (ранят язык): 14,15,16,17 зубы. Травмирование языка (нижняя правая часть языка) об ортопедическую конструкцию. Наличие неровностей на керамике с правой и левой стороны с 45 зуба по 36 зуб (включительно). Что привело к гематомам травмирующего характера на боковой поверхности языка (нижняя часть) справа, кончика языка.

В совокупности с учетом указанных обстоятельств, по ходатайству истца была назначена повторная комиссионная судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено АНО «Байкальский центр Судебных экспертиз» (<адрес>).

Согласно заключению экспертов № по типовому договору на оказание платных медицинских услуг от ДД.ММ.ГГГГ по профилю ортопедическая стоматология ФИО1 выполнено протезирование зубов ответчиком в срок и без каких-либо технических трудностей. С жалобами на чувство жжения языка в области его правой боковой поверхности пациентка впервые обращается в ту же мед. организацию ДД.ММ.ГГГГ Повторно с жалобами на чувство жжение языка на кончике языка и в области правой боковой поверхности, на ощущение шероховатостей языком в области нижнего протеза справа обращается ДД.ММ.ГГГГ, когда в результате пальпаторно-инструментального исследования при помощи бинокуляров шероховатые поверхности на металлокерамическом протезе не обнаружены.

Согласно Клиническим рекомендациям (Протоколам лечения) при диагнозе Частичное отсутствие зубов (Частичная вторичная адентия, потеря зубов вследствие несчастного случая, удаления или локализованного пародонтита) основные принципы ортопедического лечения частичного отсутствия зубов: 1. При планировании Ортопедического лечения приоритетным должно быть сохранение оставшихся зубов. 2. Каждый зуб, планируемый под опору протеза, необходимо оценить с точки зрения перспектив состояния твердых тканей, пульпы, периапикальных тканей, пародонта. В зависимости от результатов этой оценки опора определяется как надежная, сомнительная или неудовлетворительная. Под опоры следует применять, в первую очередь, надежные зубы. Сохранение зуба в значительной мере зависит от его стратегической важности в качестве опоры протеза, а также от соотношения трудоемкости и стоимости лечебных мероприятий, необходимых для его сохранения и достижения результата. 3. Нельзя начинать протезирование без подготовительных мероприятий, если таковые необходимы.

На рентгенограмме от ДД.ММ.ГГГГ в периапикальной области 35 зуба дистально определяется очаг деструкции костной ткани с четкими границами, диаметром 2мм. Следовательно, зуб 35 в ДД.ММ.ГГГГ г. определялся как сомнительная опора. В амбулаторной карте нет записи о том, что пациентке доведена данная информация, что пациентка, зная о наличии очага воспаления в области 35 зуба согласна, чтобы 35 зуб был усилен анкерным штифтом и взят под опору ортопедической конструкции. ДД.ММ.ГГГГ 35 зуб лечен терапевтом по диагнозу Кариес депульпированного зуба. Внутриканальных манипуляций не проводилось, поставлена пломба 5 класса в пришеечной области. Почерк врача плохо читаем. Подписи ФИО1 в протоколе, что она ознакомлена с протоколом и предупреждением, нет. Не оформлено должным образом согласие пациентки на использование сомнительной опоры, какими являются 35, 34 зубы. При анализе представленной на экспертизу Медицинской карты стоматологического больного от ДД.ММ.ГГГГ ГАУЗ АО «Белогорская больница» Минздрава России выявлено невыполнение п. 2.1.3 Типового договора об оказании платных услуг от ДД.ММ.ГГГГ «Поставить в известность пациента о возникших обстоятельствах, которые могут привести к увеличению объема оказания услуг и возможных осложнениях при лечении и отразить в медицинской карте Пациента с обязательной подписью Пациента».

На ортопантомограмме от ДД.ММ.ГГГГ признаков функциональной перегрузки в тканях пародонта 34, 35 зубов не выявлено, имеется ограниченное разряжение костной ткани в виде очага овальной формы с четкими границами в дистальной области апекса корня 35 зуба тех же размеров, что и в ДД.ММ.ГГГГ г. (динамика по сравнению с ортопантомограммой ДД.ММ.ГГГГ г. отсутствует).

На ортопантомограмме от ДД.ММ.ГГГГ корневые каналы зубов запломбированы на всем протяжении до апексов, признаков функциональной перегрузки в тканях пародонта не выявлено, имеется ограниченное разряжение костной ткани в виде очага овальной формы в дистальной области апекса корня 35 зуба.

Учитывая выше изложенное, судебно-медицинская комиссия считает, что технология изготовления зубных металлокерамических протезов выполнена без нарушения. Конструкция протеза верхней челюсти (Зкл по Кеннеди) выбрана в соответствии с Клиническими рекомендациями при диагнозе Частичное отсутствие зубов (Частичная вторичная адентия, потеря зубов вследствие несчастного случая, удаления или локализованного пародонтита), утвержденных Постановлением № Совета Ассоциации общественных объединений «Стоматологическая Ассоциация России» от ДД.ММ.ГГГГ. На нижней челюсти в соответствие с вышеуказанными Клиническими рекомендациями показано изготовление частичного съемного протеза, либо протезирование на имплантах жевательной группы зубов. В представленной на экспертизу Медицинской карте стоматологического больного от ДД.ММ.ГГГГ ГАУЗ АО «Белогорская больница» Минздрава России ДД.ММ.ГГГГ имеется отметка о том, что пациентка от изготовления съемных протезов отказалась. В Клинических рекомендациях допускается изготовление консольных протезов, которые ей и были изготовлены, основные функции зубного протеза в данном случае достигнуты.

ДД.ММ.ГГГГ было проведено лечение депульпированного ранее 35 зуба, лечена пришеечная кариозная полость 5 класса по Блеку, ревизия корневых каналов не проводилась. Согласно Клиническим рекомендациям (Протоколам лечения) при диагнозе Частичное отсутствие зубов (Частичная вторичная адентия, потеря зубов вследствие несчастного случая, удаления или локализованного пародонтита), утвержденных Постановлением № Совета Ассоциации общественных объединений «Стоматологическая Ассоциация России» от ДД.ММ.ГГГГ 35 зуб должен был быть расценен как сомнительная опора мостовидного протеза. Сведения должны были быть доведены до пациентки согласно п. 2.1.3 Типового договора об оказании платных услуг от ДД.ММ.ГГГГ «Поставить в известность пациента о возникших обстоятельствах, которые могут привести к увеличению объема оказания услуг и возможных осложнениях при лечении и отразить в медицинской карте Пациента с обязательной подписью Пациента.

Согласно представленной амбулаторной карты ДД.ММ.ГГГГ пациентка обратилась в ГАУЗ АО «Белогорская больница» по поводу обострения хронического процесса в 34 зубе, было проведено удаление стекловолоконного штифта и повторная эндодонтия корневых каналов 34 зуба. Перед укреплением этих зубов штифтами в ДД.ММ.ГГГГ г. не проводилась ревизия корневых каналов ранее леченных по поводу осложненного кариеса. В амбулаторной карте в протоколе за ДД.ММ.ГГГГ имеется задание ортопеда-стоматолога — план лечения - об укреплении 47,44,43,42,41,31,32,33,34,35 зубов стекловолоконными штифтами.

Судебно-медицинская комиссия считает, что оказанная истице медицинская услуга по профилю ортопедическая стоматология дефектов не имела. По лечению 34 и 35 зубов: выявленные недостатки не являются существенными в данном случае, но создают возможность появления осложнений в будущем. Согласно действующим Клиническим рекомендациям при диагнозе Болезни периапикальных тканей зуба компенсация функции и стабилизация процесса в периапикальных тканях наблюдается в 80% случаев, а в 10% наблюдается развитие нового заболевания, связанного с основным (после окончания лечения и при отсутствии динамического наблюдения). Имеющееся на рентгенограмме разряжение костной ткани в виде очага овальной формы в дистальной области апекса 35 зуба в ДД.ММ.ГГГГ г. имеет такой же размер и строение в ДД.ММ.ГГГГ г. при исследовании диска КТ (2мм в диаметре - отмечается стабилизация процесса). В настоящее время можно говорить о стабилизации процесса, но 10%-я вероятность прогрессирования процесса сохраняется. Вероятность качественного перелечивания указанных зубов в связи с особенностями анатомического строения и возрастными изменениями корневых каналов низкая, альтернатива – удаление 35 зуба.

Имелись объективные факторы, которые препятствовали качественному оказанию услуг по перелечиванию 35, 34 зубов. Это - особенность строения корневой системы зубов пациентки. На диске КТ четко видно, что в 35 зубе - в основном корневом канале силер визуализируется по всей длине, плотно, гомогенно, до радиологического апекса, от основного канала 35 зуба на уровне 1/3 от устья визуализируется верхняя дельта дополнительного канала, ее длина на % длины корня, в канале тень пломбировочного материала. В области на уровне 1/3 от верхушки корня определяется нижняя дельта дополнительного канала, в ней тень силера до радиологического апекса, апекс обтурирован силером, в 34 зубе - на уровне 1/3 длины корня от устья главного корневого канала определяется наличие второго (дополнительного) корневого канала (медиальный, занимающий крайнюю медиальную позицию запломбирован на всю длину, второй (дополнительный) занимает дистальную позицию и запломбирован на <данные изъяты> по мере проходимости, далее не прослеживается. Согласно исследованиям такое строение корневой системы 34,35 зуба наблюдается редко, в небольшом количестве зубов - 10-15% случаев, на диагностических рентгенологических снимках, выполненных в двухмерной проекции, которые представлены в карте в 2019 г., данные особенности строения корневой системы зуба визуально не определяются.

По результатам изучения медицинских документов очного смотра ФИО1 экспертная комиссия пришла к выводам, что дефектов оказания медицинской помощи ФИО1 в соответствии с договором на оказание платных медицинских услуг от ДД.ММ.ГГГГ не выявлено.

При протезировании зубов на нижней челюсти выбран консольный протез вместо рекомендованного «Клиническими рекомендациями» частичного съёмного протеза, что произошло в связи с отказом от последнего самой пациентки, что зафиксировано в медицинской карте стоматологического больного ДД.ММ.ГГГГ. Жалобы пациентки на прикусывание, попадание языка между зубами и, как следствие, образование гематом, усиление рисунка кровеносных сосудов справа обусловлено отсутствием жевательной группы зубов на нижней челюсти справа, что приводит к неправильному положению языка в полости рта в покое и при артикуляции.

Врачом ФИО5 лечение ФИО1 зубов 31,33,41,42,44 после снятия оттисков верхней и нижней челюстей силиконовой массой до установки зубных металлокерамических протезов не проводилось. По материалам амбулаторной карты лечение зубов 31,33,41,42,44 проводилось в ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ, протезирование проводилось в ДД.ММ.ГГГГ.

Сведений о повторном лечении 31,33,41,42,44 зубов после снятия слепков с челюстей при протезировании в ДД.ММ.ГГГГ году в первичной медицинской документации не обнаружено. Договор на оказание платных услуг от ДД.ММ.ГГГГ заключен в отношении медицинской услуги - протезирование зубов (не лечение).

Под ортопедическое лечение 34 и 35 зубы подготовлены ненадлежащим образом. Однако, это не является дефектом оказания медицинской услуги по договору от ДД.ММ.ГГГГ. Лечение 34 и 35 зубов проводилось в соответствии с другими договорами на оказание платных медицинских услуг (35 зуб - договор от ДД.ММ.ГГГГ).

Объективной причиной, которая препятствовала качественному оказанию услуг по протезированию ФИО1, явился отказ пациентки от рекомендованного рационального протезирования жевательной группы зубов нижней челюсти справа. Имелись объективные факторы, которые препятствовали качественному оказанию услуг по перелечиванию 35, 34 зубов. Это - особенность строения корневой системы зубов пациентки.

В настоящее время объективных неблагоприятных последствий со стороны полости рта ввиду проведенного лечения 34, 35 зубов и протезирования не наступило, имеется стабилизация процесса.

Дефекты оказания медицинской услуги не причинили вред здоровью ФИО1 Вред здоровью не нанесен.

По анализу представленной медицинской документации и данных очного объективного осмотра, проведенного пациентке ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ в клинике «Стомцентр Первый», причинно-следственная связь между оказанием медицинской помощи по протезированию полости рта в ГАУЗ АО «Белогорская больница» и возникшими последствиями (недостатками) не прослеживается.

Для устранения дефектов оказанных услуг необходимо восстановить окклюзионные взаимоотношения жевательной группы зубов справа путем протезирования съемной конструкцией либо протезированием на имплантатах при отсутствии противопоказаний. В настоящее время при наличии металлокерамической конструкции на нижнем зубном ряду перелечивание 34 и 35 зуба объективно не показано.

Вышеуказанное заключение, суд принимает в качестве допустимого доказательства по делу, поскольку оно составлено специалистами в соответствующих областях знаний, эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, в заключении указано подробное описание произведенных исследований, сделанные в результате их выводы и обоснованные заключения. Кроме того, экспертиза проведена с учетом всех имеющихся материалов, медицинских документов по факту проводимого истцу лечения, по результатам очного осмотра ФИО1 Указанное заключение, является полным, научно обоснованным. У суда отсутствуют сомнения в правильности сделанных выводов.

Таким образом, оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности и взаимосвязи по правилам ст. 67 ГПК РФ, применив положения ст. 56 ГПК РФ, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных исковых требований, поскольку не представлено достаточных, относимых и допустимых доказательств, подтверждающих оказание ответчиком некачественной медицинской услуги по договору от ДД.ММ.ГГГГ.

Вопреки доводам истца жалобы на прикусывание, попадание языка между зубами и, как следствие, образование гематом, усиление рисунка кровеносных сосудов справа обусловлено отсутствием жевательной группы зубов на нижней челюсти справа, что приводит к неправильному положению языка в полости рта в покое и при артикуляции.

Из медицинской документации не следует, что врачом ФИО5 после снятия оттисков верхней и нижней челюстей при протезировании в ДД.ММ.ГГГГ проводилось повторное лечение 31,33,41,42,44 зубов.

В силу ст.60 ГПК РФ показаниями свидетелей факт оказания медицинской помощи, объем и характер оказанной медицинской помощи подтвержден быть не может.

Действительно, экспертами установлено, что под ортопедическое лечение 34 и 35 зубы подготовлены ненадлежащим образом. При этом имелись объективные факторы, которые препятствовали качественному оказанию услуг по перелечиванию 35, 34 зубов. Это - особенность строения корневой системы зубов ФИО1. На диагностических рентгенологических снимках, выполненных в двухмерной проекции, которые представлены в карте в ДД.ММ.ГГГГ г., данные особенности строения корневой системы 34 зуба визуально не определяются. На ортопантомограмме от ДД.ММ.ГГГГ признаков функциональной перегрузки в тканях пародонта 34, 35 зубов не выявлено, динамика по сравнению с ортопантомограммой ДД.ММ.ГГГГ г. отсутствует, что говорит о стабилизации процесса.

Эксперты пришли к выводу, что при наличии металлокерамической конструкции на нижнем зубном ряду перелечивание 34 и 35 зуба объективно не показано.

При производстве экспертизы не установлено неблагоприятных последствий со стороны полости рта ввиду проведенного лечения 34, 35 зубов и протезирования.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что ненадлежащее подготовка под ортопедическое лечение 34 и 35 зубы не является дефектом оказания медицинской услуги по договору от ДД.ММ.ГГГГ. Лечение 34 и 35 зубов проводилось в соответствии с другими договорами на оказание платных медицинских услуг.

Эксперты пришли к выводу, что объективной причиной, которая препятствовала качественному оказанию услуг по протезированию ФИО1, явился отказ пациентки от рекомендованного рационального протезирования жевательной группы зубов нижней челюсти справа. При это в Клинических рекомендациях допускается изготовление консольных протезов, которые ей и были изготовлены, основные функции зубного протеза в данном случае достигнуты.

На проведение указанного ортопедического лечения ФИО1 дала информационное согласие ДД.ММ.ГГГГ.

В ходе экспертизы установлено, что 34, 35 зубы являются сомнительными опорами мостовидного протеза, в связи с чем сведения должны были быть доведены до пациентки согласно п. 2.1.3 Типового договора об оказании платных услуг от ДД.ММ.ГГГГ «Поставить в известность пациента о возникших обстоятельствах, которые могут привести к увеличению объема оказания услуг и возможных осложнениях при лечении и отразить в медицинской карте Пациента с обязательной подписью Пациента», однако данная запись в медицинской карте отсутствует.

Между тем, поскольку дефекты оказания медицинской услуги не причинили вред здоровью ФИО1, причинно-следственная связь между оказанием медицинской помощи по протезированию полости рта в ГАУЗ АО «Белогорская больница» и возникшими последствиями (недостатками) отсутствует, а для устранения дефектов оказанных услуг необходимо восстановить окклюзионные взаимоотношения жевательной группы зубов справа путем протезирования съемной конструкцией либо протезированием на имплантатах при отсутствии противопоказаний, при наличии металлокерамической конструкции на нижнем зубном ряду перелечивание 34 и 35 зуба объективно не показано, суд приходит к выводу, что выявленные недостатки не являются существенными, применительно к положениям части 1 статьи 29 Закона РФ "О защите прав потребителей".

В связи с чем, основания для расторжения договора и возврате уплаченных по нему денежных средств отсутствуют.

Довод представителя истца, что договор оказания платных медицинских услуг от ДД.ММ.ГГГГ считает расторгнутым, в виду отказа истца от частичного съёмного протеза является не состоятельным.

Согласно ст. 32 Закона РФ "О защите прав потребителей" и пункта 1 статьи 782 ГК РФ потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работ (оказании услуг) в любое время при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов, связанных с исполнением обязательств по данному договору.

Однако, как установлено, ФИО1 отказалась от определенного вида протезирования, а не от исполнения договора (самого протезирования), которое было ей проведено с учетом ее пожеланий.

Так как требования истца о расторжении договора на оказание стоматологических услуг и возврате оплаченных по договору денежные средства не подлежат удовлетворению, доказательств, свидетельствующих о нарушениях ответчиком прав истца, как потребителя не установлено, следовательно, не могут быть удовлетворены производные от данных требований требования истца о взыскании убытков, неустойки, компенсации морального вреда и штрафа.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к ГАУЗ АО «Белогорская больница» о расторжении договора на оказание платных медицинских услуг, возмещении ущерба, компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Амурский областной суд через Белогорский городской суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья И.А. Сидельникова

Решение в окончательной форме принято ДД.ММ.ГГГГ.