Дело НОМЕР – 1788/2022

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

08 ноября 2022 г. АДРЕС

Миасский городской суд Челябинской области в составе

председательствующего судьи Захарова А.В.

при секретаре судебного заседания Михайловой А.Н.

с участием прокурора Якуповой М.Р.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 об истребовании имущества из чужого незаконного владения, выселении, взыскании денежных средств, иску ФИО3 к ФИО2 о взыскании убытков и компенсации морального вреда

УСТАНОВИЛ:

Истица ФИО1 обратилась в суд с иском (с учётом уточнённых требований) к ФИО2 (ответчик) о:

- истребовании из чужого незаконного владения части 2-х этажного жилого дома, площадью 400 кв.м., с кадастровым номером НОМЕР, расположенного на земельном участке с кадастровым номером НОМЕР по адресу: АДРЕС

- выселении ответчика из названной выше части жилого дома;

- отмене государственной регистрации права собственности ФИО2 и внесении изменений в ЕГРН в части исключения записи регистрации права собственности ответчика на объект незавершённого строительства от ДАТА, расположенный по вышеуказанному адресу;

- обязании ответчика восстановить за свой счет названный выше 2-х этажный жилой дом, путём кладки стены и кровли крыши на границе земельных участков с кадастровыми номерами НОМЕР и НОМЕР.

В обосновании заявленных требований истица указала, что с ДАТА является собственником названного выше 2-х этажного жилого дома и земельных участков (с кадастровым номерами НОМЕР и НОМЕР), расположенных по вышеуказанному адресу.

ДАТА между сторонами был заключен договор купли – продажи земельного участка с кадастровым номером НОМЕР, на котором расположена часть жилого дома.

Летом ДАТА ответчик самовольно произвел демонтаж спорной части жилого дома, в результате чего образовалось два самостоятельных объекта недвижимости: жилой дом, в котором проживают родители истицы (истец ФИО3 и третье лицо ФИО4), и незавершённый строительством объект, расположенный на проданном ответчику земельном участке. Тем самым ФИО2 умышленно причин вред имуществу истицы, незаконно завладел частью жилого дома, в которую самовольно вселился, подвёл электричество, газ, и зарегистрировал право собственности на незавершённый строительством объект (т. 1, л.д. 6 – 8, т. 2, л.д. 121).

Истец ФИО3 обратился в суд с иском (с учётом неоднократно уточнённых требований) к ФИО2 (ответчик) о:

- взыскании 655 601 рубля в счет возмещения убытков (рыночная стоимость работ и материалов, использованных на благоустройство северо-восточной части земельного участка, расположенного по адресу: АДРЕС

- взыскании 71 700 рублей за бурение 2-х водозаборных скважин по договору от ДАТА, заключенному истцом с соответствующей организацией;

- взыскании компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей.

В обосновании заявленных требований истец указал, что его дочь ФИО1 является собственником указанных выше 2-х этажного жилого дома и земельных участков, один из которых был отчуждён ответчику. На проданном ФИО2 земельном участке хранились принадлежащие истцу строительные материалы и сооружения (ограждение кирпичное, ворота металлические, вольер, опора деревянная, трубопровод дренажный, покрытие щебеночно-песчаное, различные плиты покрытий, перекрытий и днищ, защитные экраны ограждающих и несущих конструкций зданий и сооружений из горячекатаных и гнутых профилей, обшивка из листовой стали), которые, согласно договорённости сторон, должны были быть вывезены ФИО3 летом ДАТА. При заключении договора купли – продажи земельного участка ответчик так же имел намерение выкупить две водозаборные скважины, пробуренные истцом летом ДАТА. Впоследствии ответчик, в нарушение ранее достигнутых договорённостей, не возвратил истцу строительные материалы и стоимость работ по бурению скважин. Действиями ответчика истцу был причинён моральный вред (т. 2, л.д. 3 – 5, 135 – 136, 173 – 175).

Определением Миасского городского суда Челябинской области от 22.06.2022 г. иски ФИО1 и ФИО3 к ФИО2 были объединены в одно производство (т. 2, л.д. 118).

В судебном заседании истцы ФИО1, ФИО3, представитель истца адвокат Дубикова О.А., третье лицо ФИО4 (мать и жена истцов соответственно), поддержали уточнённые исковые требования по названным выше основаниям.

Истцы пояснили, что предметом судебного разбирательства является не взыскание с ответчика части стоимости объекта недвижимости (по мнению истцов, не доплаченную ответчиком), а об истребовании самого объекта недвижимости из владения ФИО2 Часть строительных материалов была вывезена истцом ФИО3 с участка ответчика в ДАТА В ДАТА ответчик так же передал истцу ФИО3 армированный тюбинг ЖБИ.

В первоначальном судебном заседании истцы Токсубаева (Денисова) АА. и ФИО3 показали, что ответчик ФИО2 имел устную договорённость с истцами о покупке земельного участка с частью жилого дома (впоследствии истцы планировали сделать проекты двух жилых домов). Сделку стороны оформили не так, как положено (т.е. фактически с нарушением требований закона), поскольку часть отчуждаемого земельного участка находилась на муниципальной земле. Ответчик сообщил, что данная проблема его не пугает и изъявил желание самостоятельно заняться оформлением земельного участка. Одновременно истцы хотели купить квартиру, которую впоследствии ФИО1, продал ФИО2 (в настоящее время квартира так же отчуждена истицей). Часть денег за дом ответчик не выплатил по настоящее время. Письменных сделок, регулирующих продажу «пристроя» (он же часть ранее существовавшего дома истцов), не имеется.

Истец ФИО3 показал, что договорённости по сделке имели место между ним и ответчиком. Относительно «пристроя», между сторонами имела место устная договорённость, согласно которой после оформления ФИО2 земли в личную собственность, стороны вызывают кадастрового инженера (с целью установления надлежащего места демонтажа стен и перекрытий), и на основании заключения последнего стороны произведут демонтаж «пристроя». В общих чертах стороны так же обговаривали, как именно и где должен быть демонтирован «пристрой» (снесены стены и крыша). Ответчик ФИО2 действительно демонтировал «пристрой» примерно в тех границах, которые ранее обсуждались сторонами.

Третье лицо ФИО4 так же подтвердила факт наличия между сторонами устного соглашения о разделе дома на два независимых объекта недвижимости. ФИО2 демонтировал «пристрой» примерно в тех границах, которые ранее обсуждались сторонами. Металлические ворота были самовольно демонтированы ответчиком (т. 1, л.д. 204, 204 оборот).

Представитель ответчика ФИО7 в судебном заседании исковые требования ФИО3 признала в части возмещения стоимости ворот металлических (в заявленной истцом сумме 18 051 рубль), которые действительно ответчик был вынужден демонтировать, так как они мешали проезду на его земельный участок и газификации объекта незавершённого строительства.

В остальной части иска ФИО3 и в удовлетворении иска ФИО1 представитель ответчика просила отказать, пояснив, что между сторонами была достигнута устная договорённость о покупке части дома и его последующим разделением на два независимых объекта недвижимости. Все достигнутые договорённости ответчиком фактически выполнены.

В письменных возражениях на иск сторона ответчика указала, что у истцов зарегистрировано право собственности на жилой дом, общей площадью 475, 5 кв.м., однако фактически истец ФИО3 реконструировал дом, увеличив его площадь (примерно на 400 кв.м.), в результате часть дома оказалась за пределами земельного участка истцов. Строительство истцами не было завершено, в недостроенной части отсутствовали электрофикация, водоснабжение, канализация, газификация, внутренняя отделка.

Затем истец ФИО3 произвел раздел своего земельного участка на три самостоятельных участка с целью их дальнейшей продажи, при этом фактически реконструированный дом (имеющий значительно большую площадь, чем ранее зарегистрированный объект, более 800 кв.м.), и не зарегистрированный в установленном порядке, оказался на двух вновь образованных земельных участках и на прилегающей к ним государственной земле (что так же не было отражено в межевом плане). Земельный участок, общей площадью 700 кв.м., на котором было расположена часть строения, и который впоследствии продан ответчику, был поставлен истцами на кадастровый учет как не имеющий объектов строительства, что не соответствовало действительности. Ответчику за денежную «скидку» предложили самому разобрать объект строительства для отделения своей покупки в натуре, что и было фактически сделано ФИО2 За покупку земли и части дома ответчик передал истцам свою квартиру и 200 000 рублей, данные сделки официально были оформлены как два отдельных договора купли – продажи по заниженной стоимости объектов в связи с нежеланием истицы ФИО11 платить налоги.

В настоящее время ответчик поставил приобретённый по возмездным сделкам объект недвижимости (часть реконструированного дома, фактически разделённого на самостоятельные объекты), на государственный кадастровый учет, как объект незавершённого строительства. Все неотчуждаемые объекты (дренажная труба, кирпичный забор и др.) были приобретены ответчиком вместе с земельным участком. Так как объект незавершённого строительства (степень готовности 30 %) не является жилым домом, выселение ответчика невозможно, так как последний в объект строительства не вселялся.

Демонтаж объекта строительства ответчиком производился по согласованию с истцами и с их разрешения, происходил открыто и добросовестно, на виду истцов и не вызывал у них протеста.

В ДАТА истец ФИО3 вывез с земельного участка ответчика все принадлежащие ему строительные материалы и иные необходимые ему вещи.

Исковые требования связаны с ухудшением личных отношений сторон и фактически являются попыткой повысить цену сделки после её совершения (т. 1, л.д. 86 – 89, т. 2, л.д. 87 – 91).

Ответчик ФИО12, представитель третьего лица Администрации Миасского городского округа в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом (т. 2, л.д. 182 – 183, 187).

В предыдущем судебном заседании ответчик ФИО12 показал, что между сторонами была достигнута договорённость по продаже ответчику земельного участка, с частью расположенного на ней жилого дома, при этом стороны решили, что ФИО2 самостоятельно демонтирует «переход» («пристрой») и возведёт стену, чтобы фактически отделить проданную ему часть дома от дома Д-вых (изначально объекты были соединены между собой кирпичным «переходом (пристроем)». ФИО2 покупал земельный участок с целью перепланировки части дома (находящегося на проданном ему участке), в отдельный объект, так как Д-вы живут в другой части дома.

При возведении здания истцы совершили самозахват муниципальной земли, что вызвало у них затруднения при продаже объектов недвижимости.

При заключении договора купли – продажи земельного участка, истцы просили указать в договоре заниженную стоимость участка, чтобы не платить налоги. Помимо стоимости участка (деньги по письменной сделки выплачены истцам), ФИО2 так же по договорённости сторон (в счет покупки им земли и части дома), оформил договор купли – продажи своей квартиры с ФИО1, по заниженной цене, о чём его просили истцы (желали избежать налогообложения). Фактически сделка была безденежной (истцы не передавали ФИО2 деньги за квартиру). Фактически условия устной сделки ответчиком были выполнены, квартира и деньги переданы истцам, объекты недвижимости разделены по месту, указанному ФИО3

В ДАТА истец ФИО3 забрал с участка ответчика принадлежащие ему плиты и бак. Вольер, щебёночно - песочная смесь (она же щебеночно – песочное покрытие, отсев, песок) в объёме около 2, 5 куб.м., принадлежащие ФИО3, остались на участке ФИО2 В вольере ответчик заинтересован, перестроил его и использует для своих нужд. Щебеночно-песочная семь фактически не годна для строительства, так как замусорена. Опора деревянная ЛЭП (расположена на муниципальной земле) сгнила, вместо неё сотрудниками электросетей за счет ответчика установлена новая железобетонная опора. Водозаборные скважины находятся на участке ответчика, водой одной из них пользоваться нельзя. Скважины, дренажный трубопровод, кирпичный забор (ограждение) ответчик купил вместе с участком и частью дома, их судьба неотделима от земельного участка и не подлежит дополнительной оплате. Иного имущества истцов у ответчика не имеется (т. 2, л.д. 143, 143 оборот).

Согласно выписки из ЕГРН, договора купли – продажи от ДАТА, квартира, расположенная в АДРЕС ранее с ДАТА принадлежащая ответчику ФИО2, ДАТА была приобретена в собственность истицей ФИО11, а затем ДАТА отчуждена последней иному лицу (т. 1, л.д. 200 – 202).

Указанные выше обстоятельства подтверждают доводы стороны ответчика о том, что при покупке ФИО2 земельного участка с частью жилого дома у истцов, сторонами фактически была использована схема обмена с доплатой, между тем официально сделки были зарегистрированы как договоры – купли – продажи, что так же фактически подтверждается истцами и согласуется с материалами дела (включая объявление о продаже в ИТКС «Интернет»).

В соответствии со ст. 161 Гражданского кодекса РФ (далее по тексту – ГК РФ), сделки граждан между собой на сумму, превышающую десять тысяч рублей должны совершаться в письменной форме.

Несоблюдение гражданами простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства (ст. 162 ГК РФ).

Таким образом, обстоятельства всех совершённых сторонами сделок должны быть подтверждены соответствующими письменными и прочими вещественными доказательствами. Ссылки на свидетельские показания (без признания противоположной стороны факта совершения покупки либо иных подлежащих доказыванию фактов (цены товара, условий приобретения и пр.)) не допускаются.

Допрошенный в качестве свидетеля ФИО8 показал, что истцы продавали земельный участок и часть дома по объявлению в ИТКС «Интернет», ответчик прибегал к услугами риэлтора. Расчет с истцами ответчиком произведён полностью, согласно договорённости между ними. ФИО2 по договорённости сторон, демонтировал переход, фактически образовав два объекта недвижимости, свой земельный участок и объект недвижимости огородил забором от дома истцов. Истец ФИО3 вывез с проданного земельного участка свои ЖБИ изделия. Старую деревянную опору распилили электрики при её замене на новую опору ЛЭП. Железные ворота демонтированы ответчиком в целях газификации участка в ДАТА.

Свидетель ФИО9 показал, что конфликты между П-вым и Д-выми начались в 2022 году, по поводу трубы и ворот. Пасынок от электроопоры находится на участке свидетеля ФИО9 В объявлении истцов было указано, что дом продаётся или меняется на квартиру, приезжали покупатели. Свидетель полагает, что конфликт сторон не связан с фактом купли – продажи дома, так как когда демонтировали стены и крышу (фактически разъединяли объекты), конфликтов не было. Одна створка ворот вист на заборе ФИО3, вторую демонтировал ответчик в целях осуществления проезда (т. 2, л.д. 144, 156 – 157).

Свидетель ФИО10 показала, что является риэлтором, и к ней обратилась супруга истца ФИО3 (третье лицо ФИО4), с просьбой помочь в продаже дома (не достроенного объекта) и земельного участка, общей стоимостью 1 650 000 рублей. Объекты продавались длительное время. Показывать землю и строение покупателей водил истец ФИО3 У истцов имелись проблемы в части документации границ земельного участка, после чего ФИО4 сообщила свидетелю, что они приостанавливают продажу до того, как приведут в порядок документы.

Из архивного объявления агентства недвижимости, ранее опубликованного в ИТКС «Интернет», следует, что истцы продавали дом, площадью 350 кв.м., с черновой отделкой. Продавцы указали, что у покупателя имеется возможность самому спроектировать планировку. Продавцы готовы рассмотреть варианты обмена на квартиру в любом районе города с доплатой покупателя. Возможен хороший торг.

Из фотографий, прикрепленных к объявлению, материалов дела и показаний сторон следует, что выставленный на продажу объект фактически является тем самым объектом строительства, который был впоследствии приобретён ответчиком ФИО2 у истцов (т. 1, л.д. 169 – 188).

Прокурор Якупова М.Р. полагала необходимым отказать в удовлетворении требования о выселении ответчика ФИО2, полагая не доказанным факт его вселения в спорный объект недвижимости и отнесение последнего к жилому помещению, остальные исковые требования оставила на разрешение суда.

Заслушав участвующих лиц, свидетелей, прокурора и исследовав все материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Статья 35 Конституция РФ гарантирует гражданам право частной собственности. Гражданин вправе владеть, пользоваться и распоряжаться своим имуществом, которого не может быть лишен иначе как по решению суда.

Согласно ст. 209 Гражданского кодекса РФ (далее по тексту – ГК РФ) собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц.

Из представленных суду документов (копии паспортов сторон, договор купли – продажи земельного участка от ДАТА, выписки из ЕГРН, договор купли – продажи недвижимости от ДАТА, технический паспорт, межевой план, фотографии и пр.) следует, что ДАТА истец ФИО3 продал дочери (истцу ФИО11) жилой дом (общей площадью 474, 2 кв.м.) и два земельных участка (площадью 400 кв.м. и 700 кв.м.), расположенных в АДРЕС Право собственности ФИО13 на объекты недвижимости было зарегистрировано в Управлении Росреестра.

Из договоров на бурение водозаборной скважины НОМЕР от ДАТА, НОМЕР от ДАТА следует, что истец ФИО3 оплатил работы по бурению 2-х водозаборных скважин на земельном участке по указанному выше адресу.

При этом договоры имеют исправления в стоимости работ и материалов, не заверенные Исполнителем работ, общая стоимость работ (32 100 рублей за одну скважину и 39 600 рублей за вторую) написана стороной от руки. Квитанции, чеки и иные документы, свидетельствующие об оплате работ, в материалы дела не представлены (т. 1, л.д. 51 – 55, т. 2, л.д. 51 – 54).

ДАТА истица ФИО11 продала ответчику ФИО2 названный выше земельный участок (кадастровый НОМЕР), площадью 700 кв.м., за 1 000 000 рублей (т. 1, л.д. 9 – 24, 38 – 50, 73 – 81, т. 2, л.д. 6 – 23).

Постановлением Администрации Миасского городского округа от ДАТА НОМЕР, по обращению ФИО2 был образован земельный участок, общей площадью 907 кв.м., с видом разрешённого использования «для индивидуального жилищного строительства», путем перераспределения земельного участка с кадастровым номером НОМЕР, находящегося в собственности ответчика ФИО2, с землями, государственная собственность на которые не разграничена (т. 1, л.д. 35, 127 – 129, 189 – 199, т. 2, л.д. 34).

Согласно выписки из ЕГРН, межевого плана, актов органа местного самоуправления и государственных органов, технического паспорта, в собственности ответчика ФИО2 с ДАТА по настоящее время имеется объект незавершённого строительства, площадью 400 кв.м., расположенный на принадлежащем истцу земельном участке, общей площадью 900 +/- 11 кв.м. (с учетом приобретённого у истцов участка и перераспределённого земельного участка), по адресу: АДРЕС

Ограничений прав и обременений объекта незавершённого строительства и земельного участка не зарегистрировано, сведения о наличии земельного спора в ЕГРН отсутствуют (т. 1, л.д. 100 – 126, 130 – 168, т. 2, л.д. 37 – 50, т. 2, л.д. 92 – 98, 122 – 132). В настоящее время истица ФИО1 является собственником жилого дома общей площадью 474, 2 кв.м., и земельного участка, площадью 400 +/- 7 кв.м., расположенных в АДРЕС (т. 2, л.д. 71 – 74, 80 – 82).

Ответчик ФИО2 является собственником земельного участка и незавершенного строительством объекта, общей площадью 400 кв.м., по адресу: АДРЕС (т. 2, л.д. 75 – 79).

Соответственно, в собственности сторон находятся различные земельные участки и два самостоятельных (не зависимых друг от друга) объекта недвижимости, расположенных по разным адресам.

Требований о признании сделок (договоров: купли – продажи земельного участка, квартиры (уступленной ответчиком истице) недействительными, о применении реституции, а так же о наличии и исправлении реестровой ошибки, изменений в координаты земельных участков, истцами не заявлено.

Из представленных сторонами фотографий и видеозаписи следует, что находящееся в собственности ФИО2 строение представляет собой незавершённый строительством объект, крайне низкой степени готовности (отсутствует часть крыши, перекрытий, полов, потолков, отсутствует внутренняя отделка, имеются многочисленные отверстия, проемы стен и др.), что (на основании представленных доказательств), не позволяет полагать данный объект пригодным для постоянного проживания людей (т. 1, л.д. 92 – 99, т. 2, л.д. 55 – 57, 140).

Доказательств иному (равно как и доказательств тому что в настоящее время принадлежащий ответчику объект является завершённым строительством), в материалы дела не предоставлено.

Названные выше обстоятельства свидетельствуют о необходимости отказа в удовлетворении искового требования о выселении ответчика из принадлежащего ему на праве собственности объекта незавершенного строительства.

Надлежащие доказательства вселения ФИО2 в объект незавершённого строительства в материалы дела не представлены.

Разрешая требования ФИО1 об отмене государственной регистрации прав собственности ответчика на объект незавершённого строительства, исключении записи в ЕГРН о регистрации права собственности ФИО2 на объект незавершённого строительства, обязании ответчика восстановить за свой счет 2-х этажный жилой дом путём кладки стены и кровли крыши, суд исходит из следующего.

В соответствии с ч. 1 ст. 454 Гражданского кодекса РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В судебном заседании установлен и подтверждён надлежащими доказательствами тот факт, что между сторонами фактически состоялась устная сделка по купле – продажи земельного участка с частью жилого дома, который ответчик обязался (по соглашению с истцами) демонтировать за свой счет, с целью образования двух самостоятельных объектов недвижимости (соответственно, жилого дома истцов и объекта незавершённого строительства ответчика).

Данное обстоятельство подтверждается показаниями сторон, в т.ч. истцов и третьего лица, данных ими в первых судебных заседаниях.

Принятые на себя по указанной выше устной сделке (покупка земельного участка и демонтаж дома), ответчиком фактически исполнены.

Право собственности ответчика на земельный участок и объект незавершённого строительства зарегистрировано надлежащим образом.

Договор купли – продажи земельного участка сторонами не оспаривается, не признан недействительным (ничтожным), и является заключенным.

Истцы и третье лицо в судебном заседании показали, что демонтаж стены произведён ответчиком в том месте, которое стороны согласовали при заключении устной сделки.

Письменные претензии истца, выполненные через длительное время после фактического совершения сделки (по покупке земли и демонтажа дома), так же не содержат сведений о нарушении ответчиком условий сделки по отчуждению объектов недвижимости.

При данных обстоятельствах отсутствуют основания полагать, что ответчиком не исполнены обязательства по сделке купли – продажи недвижимости, что делает невозможным удовлетворение всех заявленных ФИО1 требований.

Поскольку сделка фактически исполнена, при заключении сделки воля сторон была направлена на её осуществление, на ответчика в настоящее время не может быть возложена обязанность по восстановлению за свой счет ранее существовавшего объекта, реконструированного согласно воли сторон сделки.

Необоснованное удовлетворение заявленных ФИО1 требований приведёт к нарушению права собственности истца, гарантированных ст. 35 Конституции РФ и ст. 209 Гражданского кодекса РФ.

Отказ в удовлетворении основного требования истицы делает невозможным удовлетворение производного от основного требования об отмене государственной регистрации прав собственности ответчика на объект незавершённого строительства и исключении записи в ЕГРН о регистрации права собственности ФИО2 на объект незавершённого строительства.

Истцы не лишены права на обращение в суд о взыскании с ответчика не дополученной части стоимости отчуждённых объектов недвижимости (при наличии надлежащих доказательств этому), с самостоятельным иском.

В период с ДАТА по ДАТА истцом ФИО3 в адрес ответчика ФИО2 направлены письменные претензии, согласно которым истец просил ответчика возвратить поименованные в претензии строительные материалы (по ранее достигнутой между сторонами устной договоренности), оставленные ФИО2 без удовлетворения по причине наличия заключенного между сторонами договора купли – продажи земельного участка, условия которого полностью исполнены ответчиком (т. 1, л.д. 25 – 29, т. 2, л.д. 24 – 28, 35, 99 – 105).

Суд отмечает, что названные выше письменные обращения истца не содержат претензий относительно факта купли – продажи ответчиком земельного участка и спорной части жилого дома (объекта незавершённого строительства), в т.ч. не содержат претензий относительно стоимости объектов недвижимости, не содержат претензий относительно демонтажа «пристроя» и не выплаченной ответчиком (по мнению истцов) части стоимости объекта недвижимости.

По результатам жалоб третьего лица ФИО4 по факту демонтажа ответчиком металлических ворот, органами власти и управления ФИО4 сообщено, что демонтаж ворот был произведён ответчиком по причине необходимости подключения принадлежащего ответчику объекта недвижимости к газу, и не возможности проезда на земельный участок. В случае спора о границах земельных участков рекомендовано обратиться в суд. Признаков правонарушений в действиях ответчика не усматривается (т. 1, л.д. 30 – 34, 36, т. 2, л.д. 29 – 33, 138 – 139).

Разрешая требование о взыскании с ответчика стоимости имущества истца ФИО3, удерживаемого ФИО2, суд исходит из следующего.

Согласно ст. 301 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Гражданское законодательство (ст. 305 ГК РФ) помимо собственника, так же наделяет правом на обращение в суд с виндикационными требованиями законного (титульного) владельца вещи.

Объектом иска об истребовании имущества из чужого незаконного владения является только индивидуально - определённая вещь. Целью виндикации является возврат законному владельцу конкретной вещи. В случае отсутствия у незаконного владельца названной вещи на момент рассмотрения дела в суде виндикационный иск не может быть удовлетворён, поскольку не существует самого объекта спора.

Из разъяснений, содержащихся в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Высшего Арбитражного Суда РФ № 22 от 29.04.2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», применяя ст. 301 ГК РФ, судам следует иметь в виду, что собственник вправе истребовать свое имущество от лица, у которого оно фактически находится в незаконном владении. Иск об истребовании имущества, предъявленный к лицу, в незаконном владении которого это имущество находилось, но у которого оно к моменту рассмотрения дела в суде отсутствует, не может быть удовлетворен.

Следовательно, доказательственную базу виндикационного требования составляют обстоятельства, подтверждающие наличие у истца законного титула на истребуемую вещь, обладающую индивидуально-определенными признаками, сохранившуюся в натуре, утрату истцом фактического владения вещью, а так же фактическое нахождение вещи в чужом незаконном владении ответчика на момент рассмотрения спора. Для удовлетворения исковых требований необходимо наличие указанных фактов в совокупности, отсутствие или недоказанность одного из них влечет отказ в удовлетворении иска.

Статьёй 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения ему убытков (реальный ущерб и не полученная выгода), если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В силу требований ст. 56 ГПК РФ каждая из сторон должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается в обоснование своих доводов и возражений.

Согласно ч. 1 ст. 39 ГПК РФ ответчик вправе признать иск полностью или в части.

В силу ч. 1 ст. 48 ГПК РФ граждане вправе вести свои дела в суде лично или через представителей.

Письменным заявлением от ДАТА ответчик ФИО2 признал исковые требования ФИО3 в части возмещения убытков за демонтаж металлических ворот, стоимостью 18 051 рубль, так же указав, что добровольно передал истцу тюбинг ЖБИ по акту приёма – передачи от ДАТА. Остальные исковые требования ответчик не признаёт (т. 2, л.д. 161).

Представитель ответчика в судебном заседании так же частично признала исковые требования в части возмещения убытков за демонтаж металлических ворот, стоимостью 18 051 рубль.

Поскольку частичное признание иска ответчиком и его представителем не противоречит закону и не нарушает права и законные интересы других лиц, суд полагает необходимым его принять (в части возмещения убытков за демонтаж металлических ворот, стоимостью 18 051 рубль).

Из показаний сторон и их представителей, данных в судебном заседании, материалов дела (включая фотографии движимого имущества, видеозапись) следует, что у ответчика ФИО2 на принадлежащем ему земельном участке находится следующее имущество истца ФИО3: металлический вольер (перенесенный и переделанный ответчиком для своих нужд, в использовании которого ФИО2 заинтересован), щебёночно - песочная смесь (она же щебеночно – песочное покрытие, отсев, песок) в объёме 2, 5 куб.м. Ответчик ФИО2 так же демонтировал принадлежащие истцу ФИО3 металлические ворота и одну из труб, на которых ворота крепились, что делает невозможным повторный монтаж ворот.

Названное выше имущество суд полагает принадлежащим истцу ФИО3, находящемуся во владении ответчика помимо воли собственника, что нашло подтверждение в судебном заседании.

Поскольку ответчик на протяжении длительного периода времени удерживает имущество истца, частично данное имущество переделал и использует для своих нужд (вольер), металлические ворота были демонтированы ФИО2 в личных целях (для обеспечения газоснабжения участка), щебеночно – песочная смесь находится на участке ответчика и может быть им использована (по заявлению ФИО2 не пригодна для строительства в связи с замусоренностью), истец ходатайствует о взыскании денежной компенсации имущества (а не на его передаче в натуре), суд полагает необходимым взыскать их стоимость с ответчика в пользу истца.

При оценке стоимости спорного имущества суд принимает во внимание его стоимость, указанную истцом в уточнённом иске, поскольку иная стоимость имущества ответчиком не приведена, контррасчет стоимости удерживаемого имущества ФИО2 не исполнен.

Соответственно, в пользу ФИО3 с ФИО2 суд полагает необходимым взыскать 33 893, 38 рубля, исходя из следующего расчета: 18 051 рубль (стоимость металлических ворот) + 14 157 рублей (стоимость вольера) + 1 685, 38 рубля (стоимость 2, 5 куб.м. щебеночно – песочной смеси, исходя из пропорции стоимости 20 куб.м. смеси, ценой 13 483 рубля).

Суд принимает во внимание показания ответчика ФИО2 о том, что количество щебеночно-песочной смеси составляет именно 2, 5 куб.м., а не 20 куб.м., поскольку из фотографий и видеозаписи следует, что объём данной смеси действительно составляет около 2, 5 куб.м., а не 20 куб.м.

В остальной части иска ФИО3 к ФИО2 о взыскании убытков суд полагает необходимым отказать, поскольку истцом, в нарушение ст. 56 ГПК РФ, не представлено доказательств нахождения и удержания ответчиком на принадлежащем ФИО2 земельном участке иных поименованных в иске строительных материалов, которые принадлежат ФИО3

ФИО3 не представлено каких – либо доказательств (договоров, квитанций, товарных и кассовых чеков, накладных, платёжных поручений и пр.), свидетельствующих о покупке истцом поименованных в иске строительных материалов и их размещения на участке истца против воли ФИО3

Суд отмечает, что в случае, когда ответчик ФИО2 опровергает позицию истца о том, что на участке ФИО2 (за исключением вышеназванных строительных материалов, за которые судом взыскана денежная компенсация их стоимости), именно на истца ФИО3 возлагается обязанность доказать, что у ответчика находится принадлежащее истцу имущество, утрату истцом фактического владения вещами на момент рассмотрения спора.

Названная выше обязанность истцом не исполнена.

Из материалов дела (включая показания сторон о том, что в ДАТА ФИО3 с участка ответчика вывозились принадлежащие истцу строительные материалы, в ДАТА был возвращён тюбинг ЖБИ) следует, что поименованные в иске строительные материалы (плиты, прекрытия, днища, защитные экраны из горячекатанных и гнутых профилей, обшивка из листовой стали и др.), фактически на земельном участке ответчика отсутствуют, их место нахождения ответчику не известно, что делает невозможным удовлетворение заявленного ФИО3 в этой части виндикационного иска.

Согласно показаниям стороны ответчика и фотографии (т. 2, л.д. 102), спорная опора деревянная ЛЭП не пригодна для её использования по прямому назначению, так как сгнила и распилена на части сотрудниками электросетей. Часть опоры («пасынок»), согласно показаниям свидетеля ФИО9, находится на участке свидетеля.

Вместо спорной опоры сотрудниками электросетей смонтирована новая железобетонная опора.

Вещественных доказательств (договор, чеки, квитанции и др.) приобретения истцом спорной опоры, высота которой в иске и уточнениях к нему указана истцом как 100 метров (0, 1 км.), в материалы дела не представлено.

Заявленная истцом стоимость спорной опоры, фактически находящейся в крайней степени износа и не пригодной для дальнейшего использования, так же не подтверждается надлежащими доказательствами.

Суд отмечает, что согласно положениям Федерального закона «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации», обеспечение населения электроснабжением относится к компетенции органа местного самоуправления (и, соответственно, входит в зону ответственности организации электрохозяйства).

Спорная деревянная опора ЛЭП была расположена на муниципальной (не разграниченной государственной) земле, в силу чего суду необходимы доказательства нахождения данной опоры в личной собственности именно физического лица (истца), а не в муниципальной (либо иной) собственности, чего в материалы дела не представлено.

Требование о возврате опоры истцом ФИО3 (в последней редакции уточнённого иска) не заявлены, денежная компенсации её стоимости не подлежит взысканию с ответчика по причине не пригодности последней к использованию и замене на новую.

Названные выше обстоятельства не позволяют взыскать с ответчика в пользу истца денежную компенсацию стоимости пришедшей в негодность и замененной на новую опоры ЛЭП.

Разрешая требования истца о взыскании с ответчика стоимости имущества, прочно связанного с земельным участком (дренажный трубопровод, ограждение кирпичное (забор), водозаборные скважины, плиты, которыми частично замощён участок и которые находятся под основанием строения), суд исходит из следующего.

Из показаний ответчика следует, что поименованное выше имущество является неотчуждаемой частью возмездно приобретённого им в личную собственность земельного участка.

Земельное законодательство РФ основывается на принципе единства судьбы земельных участков и прочно связанных с ними объектов, согласно которому все прочно связанные с земельными участками объекты следуют судьбе земельных участков, за исключением случаев, установленных федеральными законами (п. 5 ч. 1 ст. 1 Земельного кодекса РФ).

Из правовой позиции, изложенной Верховным Судом РФ в Определении от 30.09.2015 г. № 303-ЭС15-5520, следует, что пробуренные скважины (по аналогии и иные прочно связанные с земельным участком вещи), следует признать единым недвижимым комплексом. Именно такой подход будет в полной мере соответствовать и ключевому принципу земельного законодательства о единстве судьбы земельных участков и прочно связанных с ними объектов.

Соответственно, все неразрывно (прочно) связанные с земельным участком вещи (водозаборные скважины, заборы, дренажный трубопровод, плиты, которыми замощён земельный участок), фактически являются единым недвижимым комплексом, и в случае продажи самого земельного участка его неотделимые составляющие так же следую судьбе участка.

Из материалов дела следует, что ответчик ФИО2 купил в личную собственность земельный участок, соответственно, и приобрёл в личную собственность неразрывно связанные с ним спорные вещи (дренажный трубопровод, ограждение кирпичное (забор), водозаборные скважины, плиты, которыми частично замощён участок и которые частично находятся под основанием строения).

Согласно обычаям делового оборота, земельные участки так же отчуждаются с их неотделимыми составляющими (заборами, скважинами и пр.)

Суд отмечает, что в случае наличия на участке отделимых вещей, судьба которых продавцу не безразлична, и которые продавец полагает не подлежащими отчуждению совместно с участком, стороны должны были письменно заключить соответствующую сделку (в силу положений ст. 161 ГК РФ), чего сторонами не было сделано.

Договор купли – продажи земельного участка не содержит сведений о том, что земля отчуждается истцами отдельно от спорных неделимых от земли вещей, оплата за которые должна быть произведена покупателем так же отдельно от оплаты земельного участка

Каких – либо письменных соглашений, регулирующих обязанность ответчика оплатить названные выше спорные вещи, входящие в состав земельного участка, не имеется.

Из пояснений ответчика, не опровергнутых стороной истцов надлежащими доказательствами, следует, что при покупке земли сторонами было оговорено, что в состав земельного участка так же входят его неотделимые спорные вещи, что соответствует обычаям делового оборота.

При утверждении обратного сторона истца должна представить надлежащие доказательства этому (письменные расписки, договор и пр.), что истцами, в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ, не исполнено.

Принимая решение об отказе в удовлетворении требований ФИО3 о взыскании с ответчика компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей, суд исходит из того, что законодательством (ст. 151 ГК РФ), регламентирована возможность компенсации морального вреда за нарушение личных не имущественных (не материальных) благ (жизни, здоровья, чести, деловой репутации), умаления которых ответчиком не допущено, так как основные исковые требования истца являются материальными (требование компенсации морального вреда в данном случае является дополнительным и производным от основного).

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 об истребовании имущества из чужого незаконного владения, выселении, взыскании денежных средств отказать полностью.

Исковые требования ФИО3 к ФИО2 о взыскании убытков и компенсации морального вреда частично удовлетворить.

Принять частичное признание иска ФИО2.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО3 в счет возмещения убытков 33 893 рубля 38 копеек.

В удовлетворении остальной части иска ФИО3 к ФИО12 отказать.

Настоящее решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме в Судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда путём подачи апелляционной жалобы через Миасский городской суд.

Председательствующий:

Мотивированное решение суда составлено 15.11.2022 года.