дело № 2-653/2023

УИД 03RS0004-01-2022-003517-27

судья Ленинского районного суда г. Уфы РБ Касимов А.В.

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

№ 33-13009/2023

г. Уфа 10 августа 2023 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан в составе

председательствующего судьи Якуповой Н.Н.

судей Абубакировой Р.Р., Решетниковой Л.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем Деркач С.Ю.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Ленинского районного суда г. Уфы Республики Башкортостан от 9 февраля 2023 г.,

заслушав доклад судьи Якуповой Н.Н., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с исковыми требованиями к ФИО2, обществу с ограниченной ответственностью Специализированный застройщик «СтройТЭК» (далее – ООО СЗ «СтройТЭК») о признании договора инвестирования ничтожным, прекращении права собственности ФИО2 на гаражный бокс № №..., площадью 17,2 кв.м., с кадастровым номером №..., расположенный по адресу: адрес и погашении записи о праве собственности в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

В обоснование иска указано, что 16 февраля 2017 г. между ООО СЗ «СТЭК» и ФИО1 был заключен договор инвестирования № 28/02, по условиям которого, ФИО1 как инвестор обязался осуществлять инвестирование денежных средств в строительство объекта недвижимости - подземную автостоянку в многоэтажном жилом доме № №... № №... и подземную автостоянку на территории ограниченной улицами адрес. Подземная автостоянка № 7.1, а ООО СЗ «СтройТЭК» как исполнитель обязался в предусмотренный договором срок своими силами и (или) с привлечением других лиц построить (создать) результат инвестиционной деятельности и после получения разрешения на ввод объекта в эксплуатацию передать инвестору результат инвестиционной деятельности.

В пункте 2.2 договора № 28/02 от 16 февраля 2017 г. результат инвестиционной деятельности определен как парковочное место боксового типа № 91 в подземной автостоянке (-1 уровень) в многоэтажном жилом доме № 6, № 7 ориентировочной площадью 16,51 кв.м.

10 января 2019 г. объект недвижимости, указанный в договоре инвестирования № 28/02 от 16 февраля 2017 г., был передан истцу по акту приема-передачи.

Объекту недвижимости присвоен почтовый адрес: адрес, бокс расположен на техническом этаже и имеет номер №..., фактическую площадь 17,2 кв.м.

17 июня 2021 г. из выписки ЕГРН истец узнал, что указанный гаражный бокс продан ФИО2, о чем 24 апреля 2019 г. сделана запись в Росреестре.

Также истцу стало известно, что после заключения договора инвестирования № 28/02 от 16 февраля 2017 г. между ООО СЗ «СтройТЭК» и ФИО1 и подписания акта приема - передачи от 10 января 2019 г. задним числом был заключен договор инвестирования № 21/09 от 14 октября 2016 г. между ООО СЗ «СтройТЭК» и ФИО2, и 4 апреля 2019 г. подписан акт приема-передачи на указанный гаражный бокс.

На основании вышеизложенного, истец просит признать ничтожным договор инвестирования № 21/09 от 14 октября 2016 г., заключенный между ООО СЗ «СтройТЭК» и ФИО2, прекратить право собственности ФИО2 на гаражный бокс № №..., площадью 17,2 кв.м., с кадастровым номером №..., расположенный по адресу: адрес и погасить запись о праве собственности в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

Решением Ленинского районного суда г. Уфы Республики Башкортостан от 9 февраля 2023 г. в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано в полном объеме.

Не согласившись с решением суда, истцом ФИО1 подана апелляционная жалоба, в которой просит решение суда как незаконное и принятое с нарушением норм материального и процессуального права отменить, принять новое об удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

На доводы апелляционной жалобы ФИО2 поданы письменные возражения.

Лица, участвующие в деле, извещены о дате, времени и месте проведения судебного заседания судебной коллегии заблаговременно и надлежащим образом. На основании статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса РФ судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Проверив материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителя ФИО1 К.А.Н.., представителя ООО СЗ «СтройТЭК» К.Г.С.., оценив в совокупности имеющиеся в деле доказательства, проверив в соответствии со статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального законодательства, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда.

Согласно части 1 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 19 декабря 2003 г. № 23 «О судебном решении», решение является законным в том случае, когда оно вынесено при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 4 статьи 1, часть 3 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

В порядке статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: 1) неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; 2) недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; 3) несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; 4) нарушение или неправильное применение норм материального или норм процессуального права.

При рассмотрении данного дела такие нарушения судом первой инстанции не допущены, поскольку, разрешая спор, суд первой инстанции правильно установил обстоятельства, имеющие значение для дела, и дал им надлежащую оценку в соответствии с нормами материального права, регулирующими спорные правоотношения.

В силу части 1 и 2 статьи 35 Конституции Российской Федерации право собственности охраняется законом, каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами.

Приведенным конституционным гарантиям корреспондируют нормы действующего гражданского законодательства, в которых законодателем определены различные способы и основания приобретения материального (вещного) права и закреплен принцип свободного оборота (отчуждения, перехода) объектов гражданских прав.

В силу статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется, в том числе, путем: признания права; восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения; признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки; самозащиты права; присуждения к исполнению обязанности в натуре.

Согласно статьи 153 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Статьей 420 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

В силу статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключение договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами.

В силу статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на новую вещь, изготовленную или созданную лицом для себя с соблюдением закона и иных правовых актов, приобретается этим лицом. Право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества. В случаях, и в порядке, предусмотренных Гражданским кодексом РФ, лицо может приобрести право собственности на имущество, не имеющее собственника, на имущество, собственник которого не известен, либо на имущество, от которого собственник отказался или на которое он утратил право собственности по иным основаниям, предусмотренным законом.

Согласно статьи 219 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на здания, сооружения и другое вновь создаваемое недвижимое имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает с момента такой регистрации.

В соответствии с частью 1 статьи 131 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре учреждениями юстиции.

Частью 3 статьи 131 Гражданского кодекса Российской Федерации орган, осуществляющий государственную регистрацию прав на недвижимое имущество и сделок с ней, обязан по ходатайству правообладателя удостоверить произведенную регистрацию путем выдачи документа о зарегистрированном праве или сделке.

В соответствии со статьей 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Согласно пункта 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

В соответствии с пунктом 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Обращаясь в суд с исковыми требованиями, истец ФИО1 указал на то, что у ООО СЗ «СтройТЭК» отсутствовали полномочия на распоряжение гаражным боксом № №... на момент заключения договора инвестирования с ФИО2, поскольку данный объект в силу заключения договора инвестирования № 28/02 от 16 февраля 2017 г. с ФИО1 и передачи ему гаражного бокса по акту приема – передачи от 10 января 2019 г. исполнителю ООО СЗ «СтройТЭК» не принадлежал, ввиду его передачи инвестору ФИО1, соответственно, как полагает истец нарушены интересы добросовестной стороны – первоначального инвестора ФИО1, в связи с чем данный договор ничтожен в силу статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как установлено судом и следует из материалов дела, между ООО СЗ «СтройТЭК» и ФИО1 был заключен договор инвестирования №28/02 от 16 февраля 2017 г., по условиям которого ФИО1 как инвестор обязался осуществлять инвестирование денежных средств в строительство объекта недвижимости - подземную автостоянку в многоэтажном жилом доме № №... № №... и подземная автостоянка на территории ограниченной улицами адрес. Подземная автостоянка № 7.1, а ООО СЗ «СтройТЭК» как исполнитель обязался в предусмотренный договором срок своими силами и (или) с привлечением других лиц построить (создать) результат инвестиционной деятельности и после получения разрешения на ввод объекта в эксплуатацию передать инвестору результат инвестиционной деятельности.

В пункте 2.2 договора № 21/09 от 16 февраля 2017 г. результат инвестиционной деятельности определен как парковочное место боксового типа № 91 в подземной автостоянке (-1 уровень) в многоэтажном жилом доме № №..., № №... ориентировочной площадью 16,46 кв.м.

Объект недвижимости, указанный в договоре инвестирования № 28/02 от 16 февраля 2017 г., был передан истцу по акту приема-передачи от 10 января 2019 г. Объекту недвижимости присвоен почтовый адрес: адрес, бокс расположен на техническом этаже и имеет номер 91, фактическую площадь 17,2 кв.м. (л. д. 7 – 16 том 1)

Как установил суд, право собственности на парковочное место боксового типа № 91 после подписания акта приема-передачи от 10 января 2019 г. истец в установленном порядке не зарегистрировал.

Также судом установлено, что между ООО СЗ «СтройТЭК» и ФИО2 заключен договор инвестирования № 21/09 от 14 октября 2016 г., по условиям которого ФИО2 как инвестор обязался осуществлять инвестирование денежных средств в строительство объекта недвижимости - подземную автостоянку в многоэтажном жилом доме № №..., № №... и подземная автостоянка на территории, ограниченной улицами адрес. Подземная автостоянка № 7.1, а ООО СЗ «СтройТЭК» как исполнитель обязался в предусмотренный договором срок своими силами и (или) с привлечением других лиц построить (создать) результат инвестиционной деятельности и после получения разрешения на ввод объекта в эксплуатацию передать инвестору результат инвестиционной деятельности.

В пункте 2.2 договора № 21/09 от 14 октября 2016 г. результат инвестиционной деятельности определен как парковочное место боксового типа № №... в подземной автостоянке (-1 уровень) в многоэтажном жилом доме № №... № №... ориентировочной площадью 16,16 кв.м. (л. д. 95 – 104 том 1).

Право собственности на гаражный бокс № №... по указанному адресу зарегистрировано 27 апреля 2019 г. за ФИО2 на основании представленных им договора инвестирования № 21/09 от 14 октября 2016 г. и акта приема-передачи от 4 апреля 2019 г. В деле правоустанавливающих документов, предоставленном по запросу суда, имеются заявления представителей ООО СЗ «СтройТЭК» о регистрации права собственности и представлении разрешения на ввод объекта в эксплуатацию.

В ходе рассмотрения настоящего спора представителем ООО СЗ «СтройТЭК» в обоснование своих доводов о том, что ФИО1, с которым был заключен договор инвестирования в отношении бокса № №... и ФИО2, с которым ранее был заключен договор инвестирования в отношении бокса № №..., совершили мену своих боксов, были предоставлены следующие договора: договор инвестирования № 21/09 от 14 октября 2016 г., заключенный между ООО СЗ «СтройТЭК» и ФИО2 и результат которого определен как парковочное место боксового типа № №... в подземной автостоянке (-1 уровень) в многоэтажном жилом доме № №..., № №... ориентировочной площадью 16,51 кв.м. и договор инвестирования № 28/02 от 16 февраля 2017 г., заключенный между ООО СЗ «СтройТЭК» и ФИО1 и результат которого определен как парковочное место боксового типа № №... в подземной автостоянке (-1 уровень) в многоэтажном жилом доме № №..., № №... ориентировочной площадью 16,51 кв.м. (л. д. 95 – 104, 105 - 116 том 1).

При этом согласно актам осмотра парковочного места № №..., расположенного по адресу: адрес от 31 октября 2022 г. и 1 ноября 2022 г., указанное парковочное место используется Г.А.Р.. для хранения своего автотранспортного средства, который дал следующие пояснения, согласно аудиозаписи телефонного разговора от 31 октября 2022 г.: парковочное место № №... по адресу: адрес используется им на основании устного договора аренды с ФИО4, который заверил Г.А.Р.., что является собственником указанного парковочного места.

Согласно заявлениям ФИО2 в ООО СЗ «СтройТЭК», датированные от 1 июня 2022 г. и от 2 июня 2022 г., ФИО2 указывал, что инициатором сделки по обмену гаражными боксами № №... и № №... был истец ФИО1 в связи с его желанием объединить гаражные боксы № №... и № №..., после проведения сделки по обмену гаражными боксами, ФИО1, чтобы не нести расходы по содержанию своего гаражного бокса, уклонился от подписания документов на гаражный бокс № №....

По состоянию на 2 июня 2022 г., согласно заявлению ФИО2 в ООО СЗ «СтройТЭК» от 2 июня 2022 г., истец использовал бокс № №... путем его сдачи в аренду третьим лицам на возмездной основе.

Вступившим в законную силу на основании апелляционного определения Верховного Суда Республики Башкортостан по делу № 33-20549/2021 (2-1050/2021) от 18 ноября 2021 г. решения Салаватского городского суда Республики Башкортостан от 5 августа 2021 г., при разрешении исковых требований ООО СЗ «СтройТЭК» к ФИО1 о взыскании задолженности по договорам инвестирования № 27/02 и № 28/2 установлено, что в отношении бокса № 91 ООО СЗ «СтройТЭК» заключены два договора инвестирования № 21/09 от 14 октября 2016 г. с ФИО2 и 28/02 от 16 февраля 2017 г. с ФИО1 Указанный в договоре инвестирования № 28/02 от 16 февраля 2017 г. гаражный бокс № №... фактически ответчику передан не был, в его собственность не поступил, на него зарегистрировано право собственности иного лица ФИО2, соответственно обязательства у ФИО1 по его оплате отсутствуют. При этом, право собственности ФИО2 на спорный гаражный бокс № №... зарегистрировано в Росреестре после исполнения всех обязательств перед истцом, то есть застройщиком признан действительным именно договор инвестирования № 21/09 от 14 октября 2016 г., заключенный с ФИО2

Таким образом, как установлено вступившим в законную силу судебным актом, гаражный бокс № №... находится на праве собственности у ФИО2, договор инвестирования заключен с ним ранее, чем с ФИО1, фактически объект ФИО1 не передавался.

Разрешая заявленные требования и отказывая в их удовлетворении, суд первой инстанции, оценив представленные доказательства, в том числе приняв во внимание вступивший в законную силу судебный акт от 5 августа 2021 г., пришел к выводу, что требования ФИО1 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки - прекращение права собственности ФИО2, исходя из статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации являются ненадлежащим способом защиты права.

При этом исходил из того, что стороны (ФИО1 и ФИО2) совершили конклюдентные действия, доказывающие обоснованность доводов ответчика ООО СЗ «СтройТЭК» о том, что ФИО1 и ФИО2 после приемки своих гаражных боксов фактически произвели мену гаражных боксов, последующие действия и поведение сторон указывают на то, что общая воля и волеизъявление сторон были направлены на обмен парковочных мест боксового типа.

Фактически, как установил суд, ФИО1 использует парковочное место № №... путем его сдачи в аренду третьему лицу, что подтверждается материалами по настоящему делу. Судом также отмечено, что ФИО1 до подачи ООО СЗ «СтройТЭК» искового заявления в Салаватский городской суд Республики Башкортостан в 2021 г., не интересовался судьбой гаражного бокса № №..., документы на регистрацию права собственности на указанный гаражный бокс после заключения договора инвестирования № 28/02 от 16 февраля 2017 г. не подавал.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии основания для удовлетворения заявленных требований ФИО1, поскольку согласно материалам дела, на дату заключения истцом в 2017 г. договора инвестирования, результатом инвестиционной деятельности которого является парковочное место боксового типа № №..., и являющееся предметом спора по настоящему делу, было ранее предметом инвестиционного договора, заключенного с иным лицом, ФИО5, что установлено вступившим в законную силу решением Салаватского городского суда Республики Башкортостан от 5 августа 2021 г., и данный инвестиционный договор был исполнен, его стороной ФИО1 не являлся.

При этом, вышеуказанным решением суда установлено, что поскольку гаражный бокс № №... находится на праве собственности у ФИО2, договор инвестирования заключен с ним ранее, чем с ФИО1, фактически объект ФИО1 не передавался, то судебная коллегия согласилась с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований у ответчика ФИО1 обязательств по оплате задолженности и неустойки по договору инвестирования № 28/02 от 16 февраля 2017 г.

В обоснование требований о признании договора инвестирования от 14 октября 2016 г. недействительным, истец ссылался на статью 10 и часть 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, полагая, что данная сделка является ничтожной и действия его участников являются недобросовестными (л. д. 3 - 5 том 1).

По смыслу приведенных норм Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации для признания сделки недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, необходимо установить, что стороны сделки действовали недобросовестно, в обход закона и не имели намерения совершить сделку в действительности.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, никаких обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности сторон при заключении договора инвестирования либо об их намерении совершить оспариваемую сделку исключительно для вида, без ее реального исполнения не имеется.

Данные обстоятельства установлены вступившим в законную силу решением суда с участием тех же лиц, являются обязательными и не подлежат повторному доказыванию в соответствии с частью 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Кроме изложенных оснований, судом отказано в удовлетворении заявленных исковых требований и в связи с пропуском истцом срока исковой давности, о чем было заявлено ответчиком ООО СЗ «СтройТЭК».

В силу пункта 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В силу статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Поскольку судом установлено, что для начала течения срока исковой давности необходимо установление факта, что одна из сторон приступила к фактическому исполнению сделки, а другая - к принятию такого исполнения, то при рассмотрении исковых требований ФИО1 необходимо учитывать, что передача парковочного места боксового типа № №... по адресу: адрес произошла согласно договору инвестирования № 21/09 от 14 октября 2016 г. и акта приема-передачи от 4 апреля 2019 г., а зарегистрирован данный акт приема-передачи 27 апреля 2019 г. Фактическое исполнение оспариваемого договора началось с 27 апреля 2019 г., соответственно с указанной даты начал течь срок исковой давности по заявленным исковым требованиям. ФИО1 обратился в суд с настоящим иском 4 июля 2022 г., то есть за пределами срока исковой давности в силу статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Доводов, по которым состоявшийся по делу судебный акт мог бы быть отменен или изменен, а также ссылок на какие-либо процессуальные нарушения, являющиеся безусловным основанием для отмены правильного по существу судебного постановления, апелляционная жалоба не содержит.

В целом доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда первой инстанции, направлены на несогласие с ними и не содержат оснований для отмены или изменения решения суда, предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Нарушений норм материального и процессуального права не допущено.

Руководствуясь ст. ст. 327 – 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Ленинского районного суда г. Уфы Республики Башкортостан от 9 февраля 2023 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Судебное постановление в окончательной форме изготовлено 14 августа 2023 г.