Дело № 2-1770/2022

УИД 22RS0068-01-2021-011880-58

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

05 октября 2022 года г. Барнаул

Центральный районный суд г. Барнаула Алтайского края в составе:

председательствующего Черемисиной О.С.

при секретаре Шаммедовой С.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия.

В обоснование исковых требований указал на то, что ДД.ММ.ГГГГ в 11 час. 40 мин. в ....А, произошло столкновение двух транспортных средств: марки «Ниссан Теана», государственный регистрационный знак №, под его (истца) управлением, а также марки «КАМАЗ 5511», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО3

Согласно административному материалу (сведения о дорожно-транспортном происшествии, определений об отказе в возбуждении дел об административных правонарушениях), дорожно-транспортное происшествие произошло по вине ответчика.

В результате дорожного происшествия его автомобилю причинены механические повреждения.

Страховой полис на дату дорожно-транспортного происшествия у ответчика отсутствовал.

Для определения стоимости восстановительного ремонта он обратился к ИП ФИО6 Согласно экспертному заключению № от ДД.ММ.ГГГГ стоимость ремонта транспортного средства на дату дорожно-транспортного происшествия составила 450 000,00 руб. Стоимость оценки – 8 000,00 руб.

В добровольном порядке ответчик отказался от возмещения суммы материального ущерба.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, положения ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ФИО2 просит взыскать с ФИО3 сумму материального ущерба в размере 450 000,00 руб., судебные расходы на оплату услуг оценщика в размере 8 000,00 руб., расходы на оплату государственной пошлины в размере 7 700,00 руб.

В судебном заседании представитель истца ФИО2 - ФИО7 заявленные исковые требования поддержала.

Представитель ответчика ФИО3 - ФИО8 против удовлетворения иска возражал.

Другие лица, участвующие в деле, извещены о судебном заседании в установленном порядке, участия не принимали.

Суд с учетом положений ст. 167 Гражданского порцессуального кодекса Российской Федерации счел возможным рассмотреть дело при указанной явке.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с п. 3 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ) вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

В силу п. 6 ст. 4 Федерального закона от 25.04.2002г. № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», владельцы транспортных средств, риск ответственности которых не застрахован в форме обязательного и (или) добровольного страхования, возмещают вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в соответствии с гражданским законодательством.

Исходя из положений ст. 1082 ГК РФ, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15).

В силу положений ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1).

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2).

В соответствии со статьей 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1).

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2).

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

По смыслу данных норм права, акта толкования в их правовой взаимосвязи, по делам о возмещении вреда подлежат установлению факт причинения вреда, вина причинителя вреда и причинно-следственная связь между незаконными действиями (бездействием) причинителя вреда и причинением вреда. При этом вина, которая может заключаться в неисполнении возложенной законом или договором обязанности, предполагается до тех пор, пока лицом, не исполнившим обязанность, не доказано обратное.

Как установлено в ходе рассмотрения дела судом, ДД.ММ.ГГГГ около 11 час. 40 мин. в районе .... произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля «Ниссан Теана», государственный регистрационный знак №, принадлежащего ФИО2 и под его управлением, и автомобиля «КАМАЗ 5511», государственный регистрационный знак №, принадлежащего ФИО3 и под его управлением.

Дорожно-транспортное происшествие произошло на регулируемом светофорным объектом перекрестке .... и .....

Истец, ответчик осуществляли проезд перекрестка, двигаясь со встречных направлений.

Проезжие части встречных направлений .... имеют по три полосы движения в каждом направлении, разделены трамвайными путями.

Аварийное столкновение транспортных средств произошло при следующих обстоятельствах: автомобиль «Ниссан Теана», под управлением ФИО2, двигался по ...., в среднем ряду, прямо со стороны .... в сторону ....; автомобиль «КАМАЗ 5511», под управлением ФИО3, двигался по .... во встречном направлении со стороны .... с левым поворотом на ....; в пути следования автомобиль «КАМАЗ 5511» при совершении маневра поворота налево осуществил остановку на трамвайных путях, разделяющих встречные полосы движения, для предоставления приоритета проезда перекрестка транспортным средствам, двигающимся во встречном направлении прямо; в момент дальнейшего движения с целью завершения маневра поворота налево произошло его столкновение с транспортным средством «Ниссан Теана».

В результате аварийного столкновения транспортные средства получили механические повреждения.

На момент дорожно-транспортного происшествия гражданская ответственность ФИО2 как владельца транспортного средства была застрахована в АО «МАКС», гражданская ответственность ФИО3 не застрахована.

Определением инспектора группы ИАЗ ОБДПС ГИБДД УМВД России по .... от ДД.ММ.ГГГГ отказано в возбуждении дела об административном правонарушении в отношении ФИО2 в связи с отсутствием в его действиях состава административного правонарушения (п. 2 ч. 1 ст. 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).

Другим определением инспектора группы ИАЗ ОБДПС ГИБДД УМВД России по .... от ДД.ММ.ГГГГ отказано в возбуждении дела об административном правонарушении в отношении ФИО3 по основанию отсутствия в его действиях состава административного правонарушения (п. 2 ч. 1 ст. 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).

Между тем наличие указанных решений должностных лиц органов ГИБДД не освобождает суд от возложенной частью 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обязанности установить юридически значимые обстоятельства при разрешении гражданского спора.

В силу приведенных выше положений ст. 1064 ГК РФ, для разрешения настоящего дела юридически значимым является установление наличия или отсутствия виновности ответчика в причинении имущественного вреда истцу. В соответствии с п. 2 ст. 1064 ГК РФ лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Разрешая вопрос о вине участников дорожно-транспортного происшествия в его возникновении, суд принимает во внимание следующее.

Согласно письменным объяснениям водителя ФИО2, приобщенным к административному материалу, составленному по факту дорожно-транспортного происшествия, он, управляя транспортным средством «Ниссан Теана», двигался по .... в направлении от .... в сторону ....; проезжал перекресток .... и .... со скоростью 50 км/час, в центральном ряду, на зеленый сигнал светофора; на перекрестке произошло столкновение его автомобиля с автомобилем «КАМАЗ», который двигался от .... до ...., на перекрестке совершил поворот налево на ...., не убедившись в безопасности маневра, допустил столкновение с его транспортным средством.

Объяснения написаны ФИО2 собственноручно.

Исходя из письменных объяснений водителя ФИО3, содержащихся в административном материале, он, управляя автомобилем «КАМАЗ 5511», двигался по .... от ....; на перекрестке .... и .... при повороте налево остановился на трамвайных путях, пропустил транспортные средства, которые двигались по .... от .... в сторону ...., после того, как автомобили остановились, он начал движение; далее произошло столкновение с автомобилем «Ниссан Теана»; второго участника дорожно-транспортного происшествия он не видел; на светофоре в направлении движения по .... перед дорожно-транспортным происшествием загорелся красный сигнал светофора, транспортные средства в крайнем правом и крайнем левом рядах остановились.

Объяснения написаны ФИО3 собственноручно.

В ходе судебного разбирательства сторона ответчика оспаривала наличие вины в возникновении дорожно-транспортного происшествия. Высказанная в судебном заседании позиция сводилась к тому, что в сложившейся дорожной ситуации ответчик двигался с соблюдением Правил дорожного движения Российской Федерации; непосредственно перед дорожно-транспортным происшествием ответчик на транспортном средстве совершил остановку на трамвайных путях на перекрестке; при смене сигнала светофора, переключении его для встречного движения на запрещающий, он начал движение по проезду перекрестка; при этом в момент начала движения располагавшийся в левом ряду (в попутном для истца направлении) автомобиль «Раф 4» совершил остановку; автомобиль истца, двигавшийся в среднем ряду, он не видел, заметил непосредственно перед аварийным контактом, что также свидетельствует о высокой скорости движения транспортного средства истца; в целях предотвращения дорожно-транспортного происшествия применил торможение, однако, вследствие погодных и дорожных условий: сильного снега, скользкого покрытия, - не смог совершить остановку автомобиля; при этом, он (ответчик) Правил дорожного движения Российской Федерации не нарушал, имел преимущество в движении, так как покидал перекресток, кроме того, для истца горел запрещающий сигнал светофора; в случае выезда на перекресток на зеленый сигнал светофора истец бы беспрепятственно проехал его.

Сторона истца выразила противоположную позицию, согласно которой истец двигался на автомобиле по .... в сторону .... в среднем ряду; ответчик перед возникновением дорожно-транспортного происшествия располагался на трамвайных путях на перекрестке; пересекая его полосу движения, ответчик не предоставил ему преимущество в движении, так как он (истец) въехал на перекресток на зеленый мигающий сигнал светофора, соответственно, имел право проезда перекрестка; вместе с тем, он (истец) не имел возможности остановиться перед стоп-линией на перекрестке, так как, исходя из погодных условий: сильного снегопада, - при применении торможения его автомобиль не совершил бы полную остановку, продолжил бы движение неконтролируемым заносом; в связи с этим им было принято решение ускориться с 45 км/час до 60 км/час и завершить маневр проезда перекрестка; автомобиль ответчика увидел непосредственно перед своим транспортным средством, что также не позволило избежать дорожно-транспортного происшествия; вместе с тем, им никаких нарушений Правил дорожного движения Российской Федерации не допущено, о чем также свидетельствует отсутствие постановления о привлечении его к административной ответственности за пересечение стоп-линии на запрещающий сигнал светофора.

Исходя из занятых сторонами противоположных позиций, учитывая предмет и основание заявленных требований, судом по ходатайству сторон назначалось проведение судебной комплексной автотехнической и автотовароведческой экспертизы на предмет определения механизма развития дорожно-транспортного происшествия, определения по отношению к каждому водителю наличия приоритета в движении, а также установления возможности водителей избежать столкновения транспортных средств.

Согласно заключению судебной экспертизы, выполненной ФБУ «Алтайская лаборатория судебной экспертизы» Министерства юстиции Российской Федерации механизм рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия выглядит следующим образом: до столкновения автомобиль «Ниссан Теана» двигался в средней полосе проезжей части .... по ходу движения со стороны .... в сторону ...., а автомобиль «КАМАЗ 5511» двигался по левой полосе проезжей части .... по ходу движения со стороны .... в сторону .... с поворотом налево на проезжую часть .... в сторону проезжей части .... автомобилей «Ниссан Теана» и «КАМАЗ 5511» произошло на красный сигнал светофора проезжей части ..... В результате касательного столкновения в первичный контакт при столкновении вступали передний левый угол автомобиля «Ниссан Теана» с правой торцевой частью переднего бампера автомобиля «КАМАЗ 5511».

Установить экспертным путем угол между продольными осями автомобилей «Ниссан Теана» и «КАМАЗ 5511» не представляется возможным в связи с малой поверхностью контактирования автомобиля «КАМАЗ 5511» (правой торцевой части переднего бампера).

По выводам эксперта место первичного контакта автомобилей «Ниссан Теана» и «КАМАЗ 5511» находится на перекрестке проезжих частей .... и .... в начале расположения мелкой осыпи отделившихся фрагментов от автомобилей перед конечным положением автомобиля «КАМАЗ 5511» в средней полосе проезжей части .... по ходу движения со стороны .... в сторону .... столкновения автомобиль «КАМАЗ 5511» продвинулся вперед по ходу своего движения, а автомобиль «Ниссан Теана» продвинулся вперед и влево по ходу своего движения, после чего автомобили заняли свое конечное положение.

Установить скорость движения автомобиля «Ниссан Теана» и автомобиля «КАМАЗ 5511» в рамках автотехнической экспертизы не представилось возможным в связи с отсутствием зафиксированных следов торможения автомобиля, а также ввиду того, что представленная видеозапись с камеры наружного наблюдения ускорена, не соответствует реальному течению времени, съемка осуществлена под острым углом к краю проезжей части.

При этом из исследовательской части экспертного заключения следует, что при просмотре видеозаписи установлено, что автомобиль «Ниссан Теана» первоначально двигается в крайнем левом ряду ...., опережая два легковых автомобиля, двигающихся в среднем и крайнем правом ряду, затем перестраивается в средний ряд. При анализе представленных в деле трех фотоснимков изображений с комплекса фото-видеофиксации «Автоураган» экспертом установлено, что на одном из них наблюдается момент столкновения транспортных средств «Ниссан Теана» и «КАМАЗ 5511»; в момент зафиксированного контакта автомобилей (произошедшего) на светофоре горит красный сигнал; на другом снимке наблюдается горение желтого сигнала светофора в момент расположения автомобиля «КАМАЗ 5511» на трамвайных путях до выезда на проезжую часть ...., по которой двигался автомобиль «Ниссан Теана».

С учетом таких исходных данных экспертом также проанализированы изображения спорного перекрестка со спутника, сведения из которых соотнесены с имеющимися данными. Установлено, что передняя часть автомобиля «Ниссан Теана» на месте дорожно-транспортного происшествия при горении желтого сигнала светофора находилась ориентировочно на уровне столба электроопоры, установленного в межрельсовом пространстве, и далее столба электроопоры, расположенного на правой обочине по ходу движения автомобиля от «стоп-линии», т.е. на расстоянии около или равного 46,1 м. С учетом объяснений водителя «Ниссан Теана» о скорости движения его автомобиля 50 км/час экспертом рассчитан остановочный путь при торможении транспортного средства на укатанном снеге со скорости такой величины – около 43,9 м, а также остановочный путь автомобиля при торможении на мерзлом асфальте со скорости 50 км/час – около 35,8 м. Удаление автомобиля «Ниссан Теана» при условии пересечения «стоп-линии» перекрестка на последней секунде горения желтого сигнала светофора со скоростью 50 км/час составляет 41,6 м.

Сравнением величины удаления автомобиля «Ниссан Теана» от «стоп-линии» за время горения желтого сигнала светофора(41,6 м) с величиной остановочного пути автомобиля (мерзлый асфальт – 35,8 м, укатанный снег – 43,9 м) установлено, что водитель автомобиля «Ниссан Теана» при условии пересечения «стоп-линии» на последней секунде горения желтого сигнала светофора успевал остановиться до «стоп-линии» без применения экстренного торможения при торможении на мерзлом асфальте и не имел такой возможности при торможении на укатанном снеге.

Сравнением величины полученного удаления (41,6 м) с расстоянием от «стоп-линии» до столба электроопоры (42,7 м), расположенного на правой обочине по ходу движения автомобиля, установлено, что реальное удаление автомобиля было больше, следовательно, выводы о возможности остановить автомобиль до «стоп-линии», сделанные исходя из данного удаления, использовать нельзя.

Сравнением ориентировочного установленного расстояния автомобиля «Ниссан Теана» от «стоп-линии» при горении желтого сигнала светофора по информации комплекса фотовидеофиксации «Автоураган» (46,1 м) с остановочным путем автомобиля (на мерзлом асфальте – 35,8 м, на укатанном снеге – 43,9 м) установлено, что водитель автомобиля «Ниссан Теана» успевал остановиться до «стоп-линии» без применения экстренного торможения при торможении на мерзлом асфальте и не располагал такой возможностью путем экстренного торможения на укатанном снеге. Вместе с тем, небольшая разница между величиной остановочного пути и установленного расстояния (46,1 м – 43,9 м = около 2,2 м) не позволяет констатировать возможность остановиться, не прибегая к экстренному торможению.

В связи с наличием вариантов о возможности проезда «стоп-линии» водителем автомобиля «Ниссан Теана» без применения экстренного торможения при загорании желтого сигнала светофора экспертом сформированы выводы относительно двух вариантов дорожно-транспортной ситуации. Вариант 1: если водитель автомобиля «Ниссан Теана» имел возможность остановиться до «стоп-линии» без применения экстренного торможения при загорании желтого сигнала светофора, то в данной дорожно-транспортной ситуации он должен был руководствоваться абз. 3 п. 6.2, абз. 1 п. 6.14 Правил дорожного движения Российской Федерации и не имел преимущества на движение. В данной дорожной ситуации водитель автомобиля «Ниссан Теана» имел возможность избежать столкновения, действуя в соответствии с данными пунктами, т.е. находясь на значительном удалении от «стоп-линии» не увеличивать скорость движения (как это указано в объяснениях водителя в протоколе судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ), а принять меры к снижению скорости движения для того, чтобы не пересекать «стоп-линию» на запрещающий желтый сигнал светофора. Вместе с тем, если водитель «Ниссан Теана» не имел возможности остановиться до «стоп-линии» без применения экстренного торможения при загорании желтого сигнала светофора, то в данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля «КАМАЗ 5511» должен был руководствоваться абз. 2 п. 10.1 Правил и имел преимущество на движение.

Вариант 2: если водитель автомобиля «Ниссан Теана» не имел возможности остановиться до «стоп-линии» без применения экстренного торможения при загорании желтого сигнала светофора, то в данной дорожно-транспортной ситуации он должен был руководствоваться абз. 2 п. 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации и имел преимущество на движение. Установить имел ли водитель автомобиля «Ниссан Теана» техническую возможность избежать столкновения не представилось возможным в связи с отсутствием видеозаписи с камеры комплекса фотовидеофиксации «Автоураган» непосредственно момента столкновения, отсутствие данных о времени движения автомобиля «КАМАЗ» с момента возникновения опасности для движения до столкновения, моменте возникновения опасности.

Если водитель автомобиля «Ниссан Теана» не имел возможности остановиться до «стоп-линии» без применения экстренного торможения при загорании желтого сигнала светофора, то в данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля «КАМАЗ» должен был руководствоваться п. 13.4 Правил. В данной дорожной ситуации водитель автомобиля «КАМАЗ» не имел преимущества на движение и имел с технической точки зрения возможность избежать столкновения, действуя в соответствии с данным пунктом, т.е. уступить дорогу автомобилю «Ниссан Теана».

В судебном заседании судом по ходатайству стороны истца был допрошен эксперт ФИО9, производивший исследование в рамках вопросов автотехнического характера, который, будучи предупрежденным об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, выводы судебной экспертизы подтвердил.

В соответствии с поступившей на запрос суда информацией ФГБУ «Западно-Сибирское управление по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды» ДД.ММ.ГГГГ наблюдались следующие метеорологические явления: снег слабый, поземок; гололедицы отмечено не было.

Из представленных в деле фотоматериалов следует, что проезжая часть .... на момент дорожно-транспортного происшествия заснежена.

Вместе с тем, сведений о конкретном состоянии проезжей части (мерзлый асфальт либо укатанный снег) в материалах гражданского дела, административном материале, составленном по факту дорожно-транспортного происшествия, не содержится.

Порядок дорожного движения урегулирован Правилами дорожного движения Российской Федерации (далее по тексту – также Правила), утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 23.10.1993г. №.

В силу п. 1.3 Правил участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

Согласно требованиям п. 1.5 Правил, участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Исходя из положений п. 6.2 Правил, круглые сигналы светофора имеют следующие значения:

ЗЕЛЕНЫЙ СИГНАЛ разрешает движение;

ЗЕЛЕНЫЙ МИГАЮЩИЙ СИГНАЛ разрешает движение и информирует, что время его действия истекает и вскоре будет включен запрещающий сигнал (для информирования водителей о времени в секундах, остающемся до конца горения зеленого сигнала, могут применяться цифровые табло);

ЖЕЛТЫЙ СИГНАЛ запрещает движение, кроме случаев, предусмотренных пунктом 6.14 Правил, и предупреждает о предстоящей смене сигналов;

ЖЕЛТЫЙ МИГАЮЩИЙ СИГНАЛ разрешает движение и информирует о наличии нерегулируемого перекрестка или пешеходного перехода, предупреждает об опасности;

КРАСНЫЙ СИГНАЛ, в том числе мигающий, запрещает движение.

Сочетание красного и желтого сигналов запрещает движение и информирует о предстоящем включении зеленого сигнала.

В силу п. 6.13 Правил при запрещающем сигнале светофора (кроме реверсивного) или регулировщика водители должны остановиться перед стоп-линией (знаком 6.16), а при ее отсутствии: на перекрестке - перед пересекаемой проезжей частью (с учетом пункта 13.7 Правил), не создавая помех пешеходам; перед железнодорожным переездом - в соответствии с пунктом 15.4 Правил; в других местах - перед светофором или регулировщиком, не создавая помех транспортным средствам и пешеходам, движение которых разрешено.

Пунктом 6.14 Правил определено, что водителям, которые при включении желтого сигнала или поднятии регулировщиком руки вверх не могут остановиться, не прибегая к экстренному торможению в местах, определяемых пунктом 6.13 Правил, разрешается дальнейшее движение.

В соответствии с п. 13.4 Правил при повороте налево или развороте по зеленому сигналу светофора водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу транспортным средствам, движущимся со встречного направления прямо или направо.

Исходя из положений п. 10.1 Правил, водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил (абзац 1).

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства (абзац 2).

Разрешая вопрос о степени вины каждого из водителей в возникновении дорожно-транспортного происшествия ДД.ММ.ГГГГ, суд исходит из особенностей возникшего деликтного спора, а также обстоятельств рассматриваемой конкретной дорожно-транспортной ситуации.

Предметом рассмотрения в рамках настоящего гражданского дела выступает наличие на стороне ответчика обязательства по возмещению возникшего вреда, а также объем такого обязательства.

Как указано выше, по делам о возмещении вреда подлежат установлению факт причинения ответчиком вреда, его вина в возникновении ущерба и причинно-следственная связь между незаконными действиями (бездействием) причинителя вреда и причинением вреда. В силу приведенных выше норм материального и процессуального права вина в возникновении вреда предполагается до тех пор, пока причинителем вреда не доказано обратное, соответственно, бремя доказывания отсутствия вины в возникновении ущерба лежит на ответчике.

Вместе с тем, в данном конкретном случае ответчиком доказательств, достоверно подтверждающих отсутствие вины в возникновении дорожно-транспортного происшествия, соответственно, в причинении вреда истцу, не представлено.

Напротив, экспертным исследованием, проведенным в рамках настоящего дела, установлено, что возможны два варианта развития дорожной ситуации, являющихся по своему характеру противоположными, при которых в случае выезда на желтый сигнал светофора и при возможности водителя автомобиля «Ниссан Теана» произвести остановку перед «стоп-линией» водитель автомобиля «КАМАЗ» имел преимущество на движение, а также ситуация, когда водитель автомобиля «Ниссан Теана» не имел возможности остановки на желтый сигнал светофора перед «стоп-линией», не прибегая к экстренному торможению, и тогда автомобиль «Ниссан Теана» имел преимущество на движение.

Между тем, исходя из приведенных выше Правил дорожного движения Российской Федерации в их взаимосвязи, само по себе право проезда водителями транспортных средств перекрестка на желтый сигнал светофора (в том числе последнюю секунду горения) предопределяет обязанность водителей других транспортных средств, пересекающих траекторию движения автомобилей, выехавших на перекресток на желтый сигнал светофора, убедиться в том, что такие транспортные средства завершили проезд перекрестка, что может быть осуществлено (окончено) и на запрещающий красный сигнал светофора.

Вместе с тем, при такой дорожной ситуации сам по себе выезд транспортного средства, пересекающего траекторию движения прямолинейно движущегося транспортного средства, будет свидетельствовать об отсутствии права проезда перекрестка, непредставлении возможности завершения маневра проезда перекрестка такому транспортному средству.

Кроме того, техническими особенностями конструкции автомобиля «КАМАЗ» является расположение кабины на высоком расстоянии от проезжей части, что обеспечивает водителю значительную обзорность окружающей дорожной обстановки, позволяет видеть в широком спектре и на значительном расстоянии.

Из указанного следует, что водитель автомобиля «КАМАЗ» при нахождении на спорном перекрестке только легковых автомобилей, что следует из материалов фотовидеофиксации, представленных в деле, имел беспрепятственную возможность видеть двигавшийся автомобиль «Ниссан Теана» под управлением истца. Более того, имея обязанность как любой участник дорожного движения участвовать в дорожном движении, не причиняя вред другим участникам движения, а равно принять меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, при этом находясь непосредственно перед возникновением дорожно-транспортного происшествия в состоянии покоя (не двигаясь) и имея возможность оценить дорожную обстановку с учетом наличия высокой степени обзорности, ответчик имел возможность предпринять действия с целью избежать столкновения транспортных средств, предотвратив дорожно-транспортное происшествие. В то время, как из собственных пояснений ответчика ФИО10 в судебном заседании следует, что автомобиль истца перед дорожно-транспортным происшествием он не видел. Однако, имеющиеся в деле доказательства свидетельствуют о том, что ответчик мог видеть автомобиль истца при его приближении к перекрестку.

Тогда как, по смыслу абз. 2 п. 10.1 Правил водители в равной мере обязаны комплексно оценивать дорожную ситуацию и осуществлять адекватные (сообразные) дорожной обстановке маневры, действовать согласно сложившейся дорожной ситуации.

При том, что доказательств нарушения скоростного режима истцом при управлении транспортным средством в материалах гражданского дела, административном материале не имеется.

Оценив изложенные обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что в данном конкретном случае, при установленных особенностях возникшей дорожной ситуации, вину водителей транспортных средств следует определить равной (в размере 50 % по отношению к каждому).

Приходя к указанному выводу, суд также учитывает, что доказательств, полностью опровергающих наличие вины кого-либо из водителей, в деле не имеется.

В соответствии с заключением судебной экспертизы в части автотовароведческих вопросов, выполненным экспертами ФБУ «Алтайская лаборатория судебной экспертизы» Министерства юстиции Российской Федерации, стоимость восстановительного ремонта транспортного средства «Ниссан Теана» без учета износа составляет 442 600,00 руб.

Размер стоимости восстановительного ремонта, определенный судебно-экспертным исследованием, не оспаривался ответчиком в ходе судебного разбирательства.

С учетом того, что в ходе рассмотрения дела установлена вина водителя ФИО3 в дорожно-транспортном происшествии в размере 50 %, соответственно истец как собственник поврежденного имущества вправе претендовать на часть суммы возмещения ущерба, соразмерно данной величине, то полагающаяся ему к возмещению сумма убытков составляет 221 300,00 руб. (442 600,00 руб. х 50 %).

Таким образом, исковые требования подлежат частичному удовлетворению.

Истцом заявлены требования о возмещении понесенных судебных издержек.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ), стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Истец, учитывая удовлетворение заявленных требований в части, имеет право на возмещение понесенных при рассмотрении дела судебных издержек пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Согласно ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Статьей 94 ГПК РФ предусмотрено, что к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, суммы, подлежащие выплате экспертам, другие признанные судом необходимыми расходы.

Исходя из разъяснений, содержащихся в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016г. № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», перечень судебных издержек, предусмотренный указанными кодексами, не является исчерпывающим. Так, расходы, понесенные истцом, административным истцом, заявителем в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, административного искового заявления, заявления в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости. Например, истцу могут быть возмещены расходы на проведение досудебного исследования состояния имущества, на основании которого впоследствии определена цена предъявленного в суд иска, его подсудность.

Суд находит обоснованными требования истца ФИО2 о взыскании с ответчика расходов по проведению досудебной оценки ущерба, поскольку данные расходы подтверждены документально (договор на оказание услуг, кассовый чек), являются необходимыми для реализации права на обращение в суд. На основании заключения досудебного исследования истцом в иске указаны обстоятельства, являющиеся основанием для предъявления требований, определена цена иска, размер ущерба как одного из юридически значимых обстоятельств для разрешения спора.

С учетом удовлетворения требований в пользу истца подлежат присуждению расходы на проведение досудебной экспертизы пропорционально размеру удовлетворенных требований в размере 4 000,00 руб. (8 000,00 руб. х 50 %).

Размер оплаченной истцом суммы за проведение экспертного исследования, назначенного определением суда, составил 16 698,86 руб.

Принимая во внимание, что заключение судебной экспертизы было положено судом в основу принятого решения по существу дела, суд приходит к выводу о наличии оснований к возмещению истцу издержек на оплату судебной экспертизы в размере 8 349,43 руб.

По правилам указанных норм ГПК РФ, а также ст.333.19 Налогового кодекса Российской Федерации в пользу истца подлежат возмещению ответчиком судебные расходы в виде уплаченной государственной пошлины исходя из размера удовлетворенных материально-правовых требований в размере 3 813,00 руб.

Учитывая вышеизложенное, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО2 к ФИО3 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3, <данные изъяты>, в пользу ФИО2, <данные изъяты>, в возмещение ущерба, причиненного повреждением транспортного средства, денежную сумму в размере 221 300 руб. 00 коп., судебные расходы на проведение досудебного исследования в размере 4 000 руб. 00 коп., судебные издержки по оплате судебной экспертизы в сумме 8 349 руб. 43 коп., судебные расходы по оплате государственной пошлины в сумме 3 813 руб. 00 коп.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд через Центральный районный суд г. Барнаула в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья О.С. Черемисина