Решение по делу № 2А-1304/2022 от 10.08.2022 - о признании незаконным бездействия, взыскании компенсации морального вреда за нарушение условий содержания под стражей.

Дело № 2а-1304/2022

УИД: 66RS0028-01-2022-0017230-40

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

10 августа 2022 года город Ирбит

Ирбитский районный суд Свердловской области в составе: председательствующего судьи Гаевой Л.В., при секретаре судебного заседания Петровой С.В., с участием помощника Ирбитского межрайонного прокурора Швейцарова В.А., административного истца ФИО1, представителя административных ответчиков ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи административное дело по административному иску Сухача ФИО10 к Федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор № 2 ГУФСИН России по Свердловской области», Главному управлению Федеральной службы исполнения наказания по Свердловской области, Федеральной службе исполнения наказаний о признании незаконным бездействия, взыскании компенсации морального вреда за нарушение условий содержания под стражей,

установил:

ФИО1 обратился с административным иском к Федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор № 2 ГУФСИН России по Свердловской области» (далее – ФКУ СИЗО-2) о признании незаконным бездействия, связанного с условиями содержания под стражей, присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей.

В обоснование заявленных требований указал, что с он содержался под стражей в ФКУ СИЗО-2. В течение всего времени он содержался в нечеловеческих условиях, так как камеры были переполнены, норма санитарной площади в камерах не соответствовала предъявленным требованиям (4 кв.м. на человека), не хватало спальных мест. Во всех камерах отсутствовало ночное освещение, в связи с чем свет горел круглые сутки, отсутствовали тазы для гигиенических целей и стрики одежды, постельные принадлежности не выдавались, матрасы и подушки были грязные и рваные. В камерах отсутствовали необходимые сантехнические удобства, так как санузел был огорожен невысокой стеной, что исключало использование в условиях приватности, обеденный стол находился в непосредственной близости от туалета, на расстоянии не более 1,5 метра. Принимать пищу приходилось по очереди, так как стол вмещал столовые принадлежности лишь на одного человека, лавка не вмещала всех содержавшихся в камере. Помывка в душе осуществлялась 1 раз в неделю продолжительностью не более 10 минут, при этом в душевую одновременно помещалось по 8-10 человек, в рабочих леек было не более 4-5, в связи с чем, мыться приходилось по очереди. Со ссылкой на Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ «О содержании под стражей подозреваемых обвиняемых в совершении преступлений» полагал, что усматривается со стороны административного ответчика ФКУ СИЗО-2 нарушение условий содержания под стражей, чем ему причинены физические и нравственные страдания, они сказались на его здоровье. Просил признать действия ФКУ СИЗО-2 по содержанию его в ненадлежащих условиях незаконными и взыскать компенсацию за нарушение условий содержания 1 000 000 рублей.

Определением суда дополнительно в качестве административных ответчиков привлечены Главное управление Федеральной службы исполнения наказания по Свердловской области (далее - ГУФСИН России по Свердловской области), Федеральная служба исполнения наказаний (далее – ФСИН России).

При рассмотрении дела административный истец уточнил заявленные требования и просил взыскать компенсацию морального вреда за ненадлежащие условия содержания под стражей, ссылаясь на уважительность пропуска срока, поскольку он не знал о своих правах, не обладал квалифицированной юридической помощью.

В судебном заседании представитель административных ответчиков ФИО3 просила в удовлетворении административного иска отказать по основаниям, изложенным в отзыве. Указала, что согласно представленной ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России информации в период содержания ФИО1 в учреждении нарушений его прав допущено не было. В соответствии с приказом ФСИН России № от ДД.ММ.ГГГГ книги количественной проверки содержащихся лиц за гг. уничтожены по истечении сроков хранения, который составляет 10 лет, установить точное количество находящихся лиц в камерах и количество оборудованных спальных мест на тот период не представляется возможным. Кроме того, административный истец не представил никаких доказательств того, что в связи с действиями (бездействием) административных ответчиков для него наступили какие-либо неблагоприятные последствия. Полагала, что каких либо доказательств нарушения прав административного истца, им не представлено, отсутствуют уважительные причины для восстановления пропущенного срока.

Заслушав доводы сторон, мнение помощника прокурора, полагавшего необходимым в иске отказать, ввиду того, что указанные административным истцом обстоятельства не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства, исследовав представленные доказательства, оценив их в совокупности, суд приходит к следующему.

Из содержания статьи 218, пункта 1 части 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации в их системном толковании следует, что решения, действия (бездействие) должностных лиц могут быть признаны неправомерными, только если таковые не соответствуют закону и нарушают охраняемые права и интересы граждан либо иных лиц.

Согласно части 2 статьи 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-процессуальным и иным законодательством Российской Федерации.

В соответствии с положениями статьи 17.1 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» № 103-ФЗ от 15 июля 1995 (далее - Федеральный закон № 103-ФЗ) подозреваемый, обвиняемый в случаен нарушения предусмотренных законодательством Российской Федерации условий их содержания под стражей имеют право обратиться в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, в суд с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение.

Согласно ст. 23 Федерального закона от 15.07.1995 года №103-Ф3 «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности.

Как следует из статьи 3 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04 ноября 1950 года и требований, содержащихся в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству, при этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований к режиму содержания.

Российская Федерация уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осужденных, обеспечивает законность применения средств их исправления, их правовую защиту и личную безопасность при использовании наказаний. При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации. В статье 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации отражено материально-техническое обеспечение осужденных к лишению свободы, минимальные нормы которого устанавливаются Правительством Российской Федерации.

Минимальные стандартные правила обращения с заключенными, принятые проведенным в Женеве в 1955 году первым Конгрессом ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями, одобренные Экономическим и социальным советом ООН в резолюциях 31 января 1957 года и 13 мая 1977 года (далее по тексту-Правила) предусматривают, что все помещения, которыми пользуются заключенные, особенно все спальные помещения, должны отвечать всем санитарным требованиям, причем должное внимание следует обращать на климатические условия, особенно на кубатуру этих помещений, на минимальную их площадь, на освещение, отопление и вентиляцию (пункт 10 Правил).

Согласно статье 4 Федерального закона № 103-ФЗ содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

В статье 7 Федерального закона № 103-ФЗ предусмотрено, что местами содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых являются следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы, изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел.

В соответствии со статьей 23 данного закона подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место; норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров с учетом требований, предусмотренных частью первой статьи 30 настоящего Федерального закона.

Частью 2 статьи 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что компенсация за нарушение условий содержания под стражей присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.

Согласно материалам дела, ФИО1 содержался в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Свердловской области с .

В период нахождения в ФКУ СИЗО-2 содержался в камерах

Согласно справке ФКУ СИЗО-2 установить количество оборудованных спальных мест в период нахождения ФИО1, не представляется возможным, в связи с тем, документация, содержащая данную информацию, уничтожена в связи с истечением сроков хранения (л.д.40-41).

Согласно представленным в материалы дела актам ФБУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Свердловской области на уничтожение журналов в отделе режима от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ книги количественной проверки за период, в который истец содержался в указанном учреждении, уничтожены. Срок хранения журналов составляет 10 лет (л.д. 33-36).

Также в связи с истечением срока хранения уничтожены камерные карточки, что подтверждается актом на уничтожение журналов в отделе режима и надзора от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 35-36).

Данный срок хранения журналов/книг количественной проверки подозреваемых, обвиняемых и осужденных совпадает со сроком хранения таких журналов/книг, установленным ФИО2 № от ДД.ММ.ГГГГ (п.1290 перечня документов, образующихся в деятельности Федеральной службы исполнения наказания, органов, учреждений и предприятий уголовно-исполнительной системы, утвержденного ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ №), действующего в настоящее время.

В 2005-2008 гг. камеры были оборудованы в соответствии с ФИО2 МВД РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы МВД РФ»: столом и скамейками с числом посадочных мест по количеству мест в камере, шкафом для хранения продуктов питания, вешалкой для верхней одежды, полкой для туалетных принадлежностей, настенным зеркалом, бачком для питьевой воды, подставкой под бак для воды, радиоузлом, урной для мусора, светильниками дневного и ночного освещения, кнопкой вызова администрации, тазами для гигиенических целей и стирки одежды, санитарным узлом (в каждой камере был оборудован умывальник с краном для холодной воды, туалет (чаша Генуя). ФИО5 имела перегородку высотой 1 метр от пола уборной, в каждой камере был оборудован умывальник с краном для холодной воды, изолирован от санитарного узла перегородкой.

Отопление камер ФКУ СИЗО-2 осуществлялось и осуществляется централизованно от котельной расположенной на территории учреждения. Уголь в учреждение поставлялся и поставляется централизовано ГУФСИН России по Свердловской области. Перебоев с поставкой угля не было. В отопительный период средняя температура воздуха в камерах составляет 18-23°С. Отключение системы отопления (аварий в котельной) в отопительный период годов не зарегистрировано. Отопительная система в учреждении находится в исправном состоянии. Ежегодно после окончания отопительного периода и перед началом отопительного периода проводится опрессовка, чистка отопительной системы учреждения.

Во всех камерах режимного корпуса место для курения находится в санитарной кабине, которая оборудована вентиляцией. Размещение подозреваемых и обвиняемых в камерах производится с учетом их личности и психологической совместимости. Курящие по возможности размещаются отдельно от некурящих.

Вентиляция камер осуществляется естественным путем через окно камеры.

Все оконные проемы оборудованы окнам с остекленением фрамугами для проветривания помещений, обеспечивающих приток свежего воздуха, а также отсекающей решеткой со стороны камеры и решетки с наружной стороны здания. Размеры оконных проемов в камерах режимного корпуса соответствуют требованиям ФИО2 Министерства юстиции Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «Нормы проектирования следственных изоляторов и тюрем Минюста ФИО4 СП 15-01 2001 не менее 1,08 кв.м. (в ФКУ СИЗО-2 размер оконных проемов 1,0м х1.2м). При выявлении повреждений остекления на окнах, ремонт производится незамедлительно.

Здание режимного корпуса ФКУ СИЗО-2 выполнено из кирпича, наружная побелка зданий режимного корпуса не предусмотрена. Администрацией ежегодно весной и осенью принимаются меры по очищению окон камер от грязи и пыли. В камерах режимного корпуса ежегодно при поступлении денежных средств, проводится косметический ремонт.

Освещение в камерах режимного корпуса согласно СНиП 23.05-95 СП 52.13330.2011 «Естественное и искусственное освещение». В каждой камере установлено дневное и ночное освещение. Дневное освещение с 06.00 до 22.00, ночное освещение с 22.00 до 06.00. При неисправности освещения (перегорание ламп) электролампы заменяются незамедлительно.

В соответствии с ФИО2 Минюста ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ №-дсп «Инструкция об организации службы по обеспечению надзора за подозреваемыми, обвиняемыми, осужденными, содержащимися в следственных изоляторах и тюрьмах уголовно - исполнительной системы», надзор за подозреваемыми, обвиняемыми, осужденными осуществляется круглосуточно. Для обеспечения осуществления надзора в ночное время необходимо дежурное освещение.

Камерные помещения были и в настоящее время оборудованы холодным водоснабжением. Водоснабжение учреждения централизовано от городской системы водоснабжения. Подача горячей воды в камерах не предусмотрена архитектурным проектом, но горячая вода для стирки и гигиены выдается ежедневно в установленной время, с учетом количества человек в камере, в соответствии с требованиями п.43 Правил внутреннего распорядка, утвержденных ФИО2 МЮ РФ от ДД.ММ.ГГГГ №. Перебоев с подачей холодно й воды в камерах режимного корпуса не было и нет.

В соответствии с п. 5.1 Правил внутреннего распорядка, утвержденных ФИО2 МВД РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, все лица по прибытию в учреждение в обязательном порядке обеспечивались и обеспечиваются индивидуальным спальным местом, постельными принадлежностями, проходят санитарную обработку и обеспечиваются индивидуальными средствами гигиены при прохождении санитарной обработки в банном отделении учреждения. Обвиняемым и осужденным выдается постельное белье и принадлежности, один раз в неделю производится смена постельного белья.

Право на помывку ФИО1 предоставлялось, как и всем без исключения лицам, содержащимся в учреждении, не реже 1 раза в неделю в душе продолжительностью не менее 15 минут в соответствии с п. 45 Правил внутреннего распорядка, утвержденного ФИО2 МЮ РФ от ДД.ММ.ГГГГ №. Санитарное состояние душевых помещений удовлетворительное, позволяет пользоваться ими без угрозы для здоровья.

По прибытии в ФКУ СИЗО-2 ФИО1 был обеспечен индивидуальным спальным местом, спальными принадлежностями (подушка, матрац, одеяло), постельным бельем, столовыми принадлежностями.

Вопреки доводам административного истца судом установлено, что в соответствии с п. 40 ФИО2 МЮ РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы», по заявлению подозреваемого или обвиняемого, при отсутствии необходимых денежных средств на его лицевом счете, по нормам, установленным Правительством РФ, выдаются индивидуальные средства гигиены: мыло, зубная щетка, зубная паста, (зубной порошок), одноразовая бритва (для мужчин).

В учреждении имеется собственный банно-прачечный комплекс, где постельные принадлежности проходят стирку и дезинфекцию. По истечении срока службы постельное белье своевременно списывается и производится его замена на новое.

Вопреки доводам административного истца материально-бытовое обеспечение камер и содержащихся в них лиц, соответствовало и в настоящее время соответствует нормам действующего законодательства.

Также судом установлено, что в адрес администрации ФКУ СИЗО-2, в прокуратуру Свердловской области ФИО1 с заявлениями об угрозах жизни и здоровью не обращался, каких-либо жалоб от него не поступало (л.д.32).

Оценив представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу, что доводы административного истца о ненадлежащем техническом и материально-бытовом, санитарном состоянии камер, их переполненности и нарушения санитарной нормы в период нахождения ФИО6 в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Свердловской области с не нашли своего подтверждения в связи с тем, что обращение с данным заявлением последовало по истечении длительного периода, что в свою очередь лишило ответчиков разумной возможности представить все доказательства отсутствия нарушений именно прав истца, а соответственно, отсутствие своей вины, в том числе по причине уничтожения документов за истечением сроков хранения.

Именно не обращение ФИО1 в суд за защитой нарушенных прав в течение столь длительного периода (около 14 лет) привело к невозможности исследования судом юридически значимых обстоятельств и доказательств, вследствие уничтожения необходимых документов по истечении срока хранения.

Истец в свою очередь в нарушение положений ч. 11 ст. 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, не представил каких- либо доказательств относительно своих доводов в данной части.

Отсутствие конкретизации обстоятельства причинения заявленного им вреда, отсутствие подтверждения обращения в прокуратуру или иной надзорный (контролирующий) орган по этому поводу и длительное не обращение за судебной защитой, свидетельствует о низкой степени значимости для истца заявленных им обстоятельств причинения ему вреда.

Также заслуживают внимание доводы представителя административных ответчиков о пропуске административным истцом срока на обращение в суд, установленный частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Согласно частям 5, 7 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, пропущенный по уважительной причине срок подачи административного искового заявления может быть восстановлен судом, за исключением случаев, если его восстановление не предусмотрено настоящим Кодексом. Причины пропуска срока обращения в суд выясняются в предварительном судебном заседании или судебном заседании.

Из представленной информации центра ГУ МВД по Свердловской области следует, что ФИО1 освобожден из мест лишения свободы ДД.ММ.ГГГГ (л.д.38-39). С настоящим иском обратился в 2022 году, то есть со значительным пропуском установленного законом срока для обращения в суд. Каких-либо доказательств относительно уважительности причин пропуска срока, административным истцом не представлено. Доводы ФИО1 о пропуске срока ввиду его неосведомленности относительно нарушения прав не могут являться уважительной причиной, поскольку после отбытия наказания в он не был ограничен в общении, предоставлении юридической консультации по правовым вопросам, в связи с чем, обладал возможностью реализовать свое право на получение соответствующей компенсации незаконного бездействия по обеспечению надлежащих условий содержания в порядке главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

То обстоятельство, что административный истец изменил исковые требования, настаивая на возмещении морального вреда, не дает оснований для применения положений абзаца 2 статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации и не может служить основанием для продления сроков обращения в суд.

Как разъяснил в пункте 7 своего постановления Пленум Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» в случае, когда требование о компенсации морального вреда вытекает из нарушения имущественных или иных прав, для защиты которых законом установлена исковая давность или срок обращения в суд (например, установленные статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации сроки обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора), на такое требование распространяются сроки исковой давности или обращения в суд, установленные законом для защиты прав, нарушение которых повлекло причинение морального вреда.

Требование о компенсации морального вреда административный истец мотивировал фактом ненадлежащих условий содержания, то есть не отвечающих требованиям законодательства.

Поскольку требования о взыскании компенсации морального вреда, в рассматриваемом случае обосновано административным истцом допущенным бездействием со стороны исправительного учреждения по обеспечению ненадлежащих условий содержания под стражей, срок, установленный частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации пропущен, что в силу части 8 названной статьи является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении административного иска.

Необходимо отметить, что обращение истца по настоящему делу за компенсацией последовало через четырнадцать лет со дня окончания его содержания по стражей в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Свердловской области, что само по себе свидетельствует о степени значимости для ФИО1 исследуемых обстоятельств, подобный весьма продолжительный срок не только доказывает факт отсутствия у административного истца надлежащей заинтересованности в защите по его мнению нарушенных прав, но и утрату для него с течением времени актуальности их восстановления.

С учетом изложенных обстоятельств суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований.

Руководствуясь ст. ст. 175, 177-179, п. 2 ч. 2 ст. 227, 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

решил:

административные исковые требования Сухача ФИО11 к Федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор № 2 ГУФСИН России по Свердловской области», Главному управлению Федеральной службы исполнения наказания по Свердловской области, Федеральной службе исполнения наказаний о признании незаконным бездействия, взыскании компенсации морального вреда за нарушение условий содержания под стражей,

- оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме, путем подачи жалобы через Ирбитский районный суд Свердловской области.

Председательствующий /подпись/

Решение изготовлено в окончательной форме 16 августа 2022 года.

Решение не вступило в законную силу.

Судья