Мотивированное решение изготовлено 04 октября 2022
66RS0№ ******-37
Дело № ******
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ДД.ММ.ГГГГ Октябрьский районный суд <адрес> в составе председательствующего судьи Хрущевой О.В., при секретаре Сахаровой П.А., с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО5, представителя ответчика ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФГКУ «Уральский региональный поисково-спасательный отряд МЧС России» о признании незаконным приказа о наложении дисциплинарного взыскания, компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
Истец обратился в суд к ответчику с вышеупомянутым иском. В обоснование исковых требований указал, что с ДД.ММ.ГГГГ он работает в ФГКУ «Уральский региональный поисково-спасательный отряд МЧС России» (далее ФГКУ «УРПСО МЧС России»), в должности спасателя 3 класса. Приказом от ДД.ММ.ГГГГ № ******-ДВ в отношении него применено дисциплинарное взыскание в виде выговора.
Считает приказ незаконным. Указал, что ДД.ММ.ГГГГ в соответствии с утвержденным графиком работы он прибыл на дежурство по месту расположения работодателя <адрес>. Как следует из Приказа № ****** от ДД.ММ.ГГГГ о привлечении к дисциплинарной ответственности, начальник ФГКУ «УРПСО МЧС России» ФИО7 поставил задачу дополнить экипаж АСМ спасателем из смены вместо не прибывшего на дежурство в связи с болезнью другого спасателя, затем экипажу убыть на Белоярское водохранилище <адрес> на усиление временного поста. Конкретные фамилии начальником отряда для исполнения данного задания озвучены не были, его фамилия также не была названа. После пересменки и отъезда начальника ФГКУ «УРПСО МЧС России» непосредственный руководитель истца - врио начальника ПСП № ****** ФИО8 в комнате дежурной смены спросил у него согласие поехать на Белоярское водохранилище <адрес> на усиление временного поста. Истец согласия не дал, так как данное обращение не являлось заданием либо устным распоряжением на убытие. Истец расценил обращение врио начальника ПСП ФИО9, как необязательное для исполнения именно им. С вопросом о желании поехать на водохранилище ФИО8 обратился еще к четырем спасателям. В день дежурства ДД.ММ.ГГГГ на временном посту Белоярского водохранилища никаких происшествий не произошло, оттепель не наступила, дежурство одного спасателя прошло в штатном режиме. Письменные распоряжения на выполнение данного задания отсутствовали. В самом приказе от ДД.ММ.ГГГГ № ****** ДВ отсутствуют ссылки на нормы локальных правовых актов, которые, по мнению ответчика, нарушены истцом. Общие фразы статей ТК РФ не могут служить доказательством нарушения истцом трудовой дисциплины. При наложении взыскания ответчиком не учтена тяжесть совершенного проступка. Приказ издан по истечении более одного месяца с момента, когда работодатель узнал о совершенном проступке. Просил отменить Приказ от ДД.ММ.ГГГГ № ******-ДВ, взыскать компенсацию морального вреда 20000 руб.
В судебном заседании истец и его представитель поддержали доводы, изложенные в исковом заявлении. Дополнительно истец указал, что врио начальника ПСП № ****** ФИО8 конкретных распоряжений о направлении на пост Белоярского водохранилища ему не давал. ФИО8 обратился к нему с вопросом, поедет ли он на пост Белоярского водохранилища. Он ответил, что нет. Форма обращения ФИО9 к нему не являлась распорядительным действием либо указанием, а была выражена в форме вопроса. В приказом об организации дежурства на Белоярском водохранилище он не был ознакомлен, для дежурства на водохранилище привлечен не был.
Представитель истца дополнительно указал, что фактически истец был направлен в командировку в <адрес>. При этом соответствующий приказ не издавался. Работодателем при избрании меры дисциплинарного наказания не учтена тяжесть проступка и обстоятельства и его совершения. Из заключения служебной проверки следует, что ФИО8 конкретных распоряжений о направлении истца на пост на Белоярское водохранилище не отдавал. Данное обстоятельство подтверждает сам ФИО8 в своих объяснениях.
Представитель ответчика в судебном заседании возражал против удовлетворения иска. Указал, что Приказом начальника учреждения от ДД.ММ.ГГГГ № ****** на спасательной станции вблизи Белоярского водохранилища организован временный пост для организации и проведения в установленном порядке поисково-спасательных, аварийных, профилактических и иных неотложных работ, в рамках круглосуточного дежурства и поддержания постоянной готовности спасателей и транспорта к оперативному реагированию на ЧС, автомобильных аварий, происшествий и проведению работ по ликвидации. Дежурство на посту осуществляют спасатели, поименованные в пункте 2 приказа. Для них составляется отдельный график дежурств.
В связи с информацией о возможном сбросе горячей воды с БАЭС и возможностью резкого изменения ледовой обстановки на водохранилище, плохого прогноза погоды для движения по дорогам, гололеда, снега начальником учреждения принято решение о направлении на Белоярское водохранилище ДД.ММ.ГГГГ дополнительного экипажа спасателей в составе 2 человек. Согласно графика дежурства, на временном посту Белоярского водохранилища в ночь с 16 на 17 февраля стояли ФИО10 и ФИО11 ФИО11 с ДД.ММ.ГГГГ был на больничном. В ночь с 16 на 17 февраля изначально был спланирован в экипаж ФИО12 и ФИО13 Однако ДД.ММ.ГГГГ ФИО14 убыл на больничный. В связи с чем, необходимо было его заменить.
ДД.ММ.ГГГГ в 21.00 до 09.00 ДД.ММ.ГГГГ спасатели заступили на смену во главе со старшим смены врио начальника ПСП ФИО9 Начальник ФГКУ «УРПСО МЧС России» ФИО7 проверил наличие личного состава спасателей, уточнил, что спасатель Стариков, который должен был выполнять обязанности в составе экипажа для усиления временного поста на спасательной станции Белоярского водохранилища в составе экипажа совместно с водителем ФИО13, заболел. После чего отдал прямое указание спасателям сформировать экипаж аварийно-спасательного автомобиля (дополнить спасателем из состава смены к водителю ФИО13). Указание оформлено в листе наряда. Через 10-20 минут после убытия начальника учреждения старший смены ФИО8 доложил ему по телефону, что спасатели отказались убыть в составе экипажа для дежурства в район водохранилища. По факту отказа спасателей выехать на пост Белоярского водохранилище ответчиком проведена служебная проверка. В ходе проверки истец дал объяснения, согласно которых, он на вопрос ФИО9, поедет ли он на Белоярку, ответил, что не поедет, так как приказ об усилении поста на Белоярском водохранилище он не видел и с ним не ознакомлен. Работодатель указанные действия истца расценены как уклонение от выполнения распоряжения начальника учреждения, доведенного до спасателей смены и указанного в наряде на дежурство. Направление истца на пост Белоярского водохранилища командировкой не является, поскольку для истца предусмотрено полусуточное дежурство для оперативного реагирования на возникновение или угрозы возникновения ЧС, спасения людей и ликвидации последствий ЧС. В ходе дежурства в случае возникновения или угрозы возникновения ЧС спасатели направляются на оперативных автомобилях для реагирования к местам возникновения ЧС или угрозы их возникновения.
В соответствии с должностной инструкцией истца, его основной задачей является аварийно-спасательные и другие неотложные работы (п.2.1), истец обязан не совершать действий, мешающих другим сотрудникам выполнять их трудовые обязанности (п. 3.2), обязан своевременно и точно исполнять распоряжения работодателя и непосредственного руководителя (п 3.5), обязан принимать участие в аварийно-спасательных, поисково-спасательных и других неотложных работах (п. 3.12).
Суд, выслушав стороны, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующему.
В соответствии со ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации (далее ТК РФ) работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором.
В силу ч. 1 ст. 192 ТК РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание; выговор; увольнение по соответствующим основаниям.
При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (ч. 5 ст. 192 ТК РФ).
По правилам ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации за каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание, до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение.
Согласно разъяснениям, данным в п. 35 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.). Работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, и что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого поступка и обстоятельства, при которых он совершен, а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.
Согласно ст. ст. 12, 56 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как основание своих требований и возражений.
Таким образом, в силу приведенных выше норм трудового законодательства, дисциплинарное взыскание может быть применено к работнику за нарушение им трудовой дисциплины, то есть за дисциплинарный проступок.
Дисциплинарным проступком является виновное, противоправное неисполнение или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей, в том числе нарушение должностных инструкций, положений, приказов работодателя.
Неисполнение или ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей признается виновным, если работник действовал умышленно или по неосторожности. Не может рассматриваться как должностной проступок неисполнение или ненадлежащее выполнение обязанностей по причинам, не зависящим от работника (например, из-за отсутствия необходимых материалов, нетрудоспособности).
Противоправность действий или бездействия работников означает, что они не соответствуют законам, иным нормативным правовым актам, в том числе положениям и уставам о дисциплине, должностным инструкциям.
Дисциплинарным проступком могут быть признаны только такие противоправные действия (бездействие) работника, которые непосредственно связаны с исполнением им трудовых обязанностей.
Таким образом, привлечение истца к дисциплинарной ответственности оспариваемым приказом может быть признано судом правомерным только при доказанности факта виновного невыполнения истцом обязанностей, возложенных на него в соответствии с трудовым договором.
Судом установлено, что ФИО3 с ДД.ММ.ГГГГ работает в ФГКУ «Уральский региональный поисково-спасательный отряд МЧС России» (далее ФГКУ «УРПСО МЧС России»), в должности спасателя 3 класса.
Приказом от ДД.ММ.ГГГГ № ******-ДВ в отношении ФИО1 применено дисциплинарное взыскание в виде выговора.
Из приказа следует, что вечером ДД.ММ.ГГГГ спасатели ПСП № ****** прибыли на дежурство. На пересменке начальник поисково-спасательного отряда, являясь работодателем, лично всей смене поставил задачу дополнить экипаж АСМ спасателем из смены вместо не прибывшего на дежурство в связи с болезнью спасателя ФИО14, затем экипажу убыть на Белоярское водохранилище <адрес> для усиления временного поста для выполнения задач по предназначению. После убытия начальника поисково-спасательного отряда спасатели устроили бурное обсуждение между собой, кому выполнять распоряжение работодателя. Пятеро спасателей ФИО1, ФИО16, ФИО17, ФИО18 и ФИО19, к которым обратился врио начальника ПСП № ****** ФИО8 для включения в экипаж АСМ для убытия на временный пост, не дав согласия на убытие, проигнорировали распоряжение, тем самым уклонились от выполнения отданного им распоряжения.
При этом суд отмечает, что в оспариваемом приказе отсутствуют указания на положения локальных актов работодателя, за нарушение которых ФИО1 привлечен к дисциплинарной ответственности.
Из пояснений представителя ответчика в судебном заседании следует, что приказ о привлечении ФИО1 к дисциплинарной ответственности № ******-ДВ от ДД.ММ.ГГГГ издан на основании заключения служебной проверки от ДД.ММ.ГГГГ. Истец с заключением служебной проверки не ознакомлен, доказательств обратного суду не представлено.
Из заключения служебной проверки следует, что ФИО1 уклонился от убытия для несения дежурства на БАЭС в составе экипажа, отказавшись от выполнения распоряжения работодателя доведенного до него на инструктаже при пересменке и врио начальника ПСП ФИО9, чем нарушил требования п. 1.2, 2.1 трудового договора, п. 3.1, 3.2, 3.5, 3.12 должностной инструкции.
Вместе с тем, оценивая представленные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу о том, что безусловных доказательств виновного невыполнения ФИО1 пунктов 3.1, 3.2, 3.5, 3.12 должностной инструкции ответчик суду не представил.
Судом установлено, что приказом начальника ФГКУ «УРПСО МЧС России» ФИО7 № ****** от ДД.ММ.ГГГГ организован временный пост и круглосуточное дежурство спасателей ФГКУ «УРПСО МЧС России» на Белоярском водохранилище (МКУ ГО Заречный «Центр спасения») с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Для осуществления дежурства привлечены спасатели, указанные в пункте 2 приказа.
ФИО1 к участию в дежурстве на Белоярском водохранилище не привлечен, с вышеупомянутым приказом не ознакомлен, что не оспаривалось представителем ответчика в судебном заседании.
Трудовым договором, заключенным с истцом, место работы последнего не определено.
В соответствии с абз. 2 ч. 2 ст. 57 Трудового кодекса РФ в трудовом договоре обязательно должно быть указано место работы, а в случае, когда работник принимается для работы в обособленном структурном подразделении организации, расположенном в другой местности, - место работы с указанием обособленного подразделения и его местонахождения.
Если в трудовом договоре, заключенном с работником, либо локальном нормативном акте работодателя (приказе, графике и т.п.) не оговорено конкретное рабочее место этого работника, то в случае возникновения спора по вопросу о том, где работник обязан находиться при исполнении своих трудовых обязанностей, следует исходить из того, что в силу части шестой статьи 209 Кодекса рабочим местом является место, где работник должен находиться или куда ему необходимо прибыть в связи с его работой и которое прямо или косвенно находится под контролем работодателя (пункт 35 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 2).
Учитывая изложенное, местом работы ФИО1 является место расположения поисково-спасательного подразделения <адрес>, Сибирский тракт, 14 км.
ДД.ММ.ГГГГ в 21.00 до 09.00 ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в соответствии с графиком заступил на смену в составе ПСП № ****** по месту расположения поисково-спасательного подразделения <адрес>, Сибирский тракт, 14 км.
Начальник ФГКУ «УРПСО МЧС России» ФИО7 при заступлении смены на дежурство поставил врио начальника ПСП ФИО9 задачу направить двух спасателей из смены для усиления поста на Белоярском водохранилище.
При этом ФИО7 поручений ФИО1 выехать в составе экипажа на пост на Белоярском водохранилище не давал, что не оспаривалось сторонами в судебном заседании. Определить спасателей, которые должны выехать для усиления поста на Белоярском водохранилище должен был врио ПСП № ****** ФИО8
Вместе с тем, доказательств того, что ФИО8 отдал ФИО1 поручение выехать в составе экипажа для усиления поста на Белоярском водохранилище, суду не представлено.
Из пояснений истца в судебном заседании следует, что ФИО8 спросил у него согласие на выезд на Белоярское водохранилище. При этом данное обращение он не расценил, как указание либо устное распоряжение, поскольку обращение не носило властно-распорядительного характера, а было высказано в форме вопроса, направленного на выяснение желания.
Из объяснений ФИО9, данных в ходе служебной проверки, также следует, что он конкретных распоряжений об убытии на пост на Белоярское водохранилище ФИО1 не давал, а только обращался к каждому спасателю лично по имени с вопросом: «Ты поедешь?».
Оценивая представленные доказательства в совокупности, суд не усматривает в действиях ФИО1 нарушений пункта 3.5 должностной инструкции спасателя, поскольку фактически он распоряжения убыть на пост на Белоярское водохранилище от непосредственного руководителя и начальника учреждения не получал.
Также в действиях истца отсутствуют нарушения пунктов 3.1, 3.2, 3.12 должностной инструкции, поскольку действий, мешающих другим выполнять трудовые обязанности, он не совершал, уклонения от участия в аварийно-спасательных, поисково-спасательных и других неотложных работах не допускал. По данным вопросам каких-либо объяснений у него не запрашивалось.
Также суд полагает заслуживающими внимания доводы представителя истца о том, что определяя истцу в дежурную смену ДД.ММ.ГГГГ рабочее место на Белоярском водохранилище <адрес>, ответчик фактически направил истца в командировку в другую местность. При этом порядок направления в командировку ответчиком не соблюден, истец с соответствующим приказом не ознакомлен.
В соответствии со статьей 166 Трудового кодекса Российской Федерации служебная командировка - это поездка работника по распоряжению работодателя на определенный срок для выполнения служебного поручения вне места постоянной работы. Особенности направления работников в служебные командировки устанавливаются в порядке, определяемом Правительством Российской Федерации.
Согласно абзацу 2 пункта 3 Положения об особенностях направления работника в служебные командировки, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 749, работники направляются в командировки по распоряжению работодателя на определенный срок для выполнения служебного поручения вне места постоянной работы.
Доводы представителя ответчика о разъездном характере работы истца суд находит несостоятельными, поскольку в трудовом договоре условие о разъездном характере работы не содержится. Выезд на Белоярское водохранилище не был обусловлен необходимостью участия в проведении работ по ликвидации чрезвычайных ситуаций (п.п. 3.12, 3.13 Должностной инструкции).
Оценив представленные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу о том, что работодателем не представлено достаточных и допустимых доказательств виновного неисполнения ФИО1 возложенных на него должностных обязанностей в части нарушение пунктов 3.1, 3.2, 3.5, 3.12 Должностной инструкции, в связи с чем, дисциплинарное взыскание в виде выговора, наложенное приказом № ******-ДВ от ДД.ММ.ГГГГ применено ответчиком к истцу незаконно и необоснованно, в связи с чем, требования истца подлежат удовлетворению.
Кроме того, при оценке законности привлечения к дисциплинарной ответственности суд отмечает, что работодателем не приняты во внимание положения ч. 5 ст. 192 Трудового кодекса РФ, в соответствии с которыми при наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.
Ответчик не представил каких-либо доказательств, которые обусловили выбор вида дисциплинарного наказания именно в виде выговора, при том, что ранее ФИО1 к дисциплинарной ответственности не привлекался, а форма обращения непосредственного руководителя к истцу не предполагала восприятие последним её как непосредственное распоряжение о направлении на Белоярское водохранилище.
Установив факт нарушения трудовых прав истца, выразившийся в неправомерном привлечении к дисциплинарной ответственности, суд, руководствуясь ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации с учетом правовой позиции, изложенной в абз. 4 п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", приходит к выводу об удовлетворении требований истца о компенсации морального вреда. При определении размера компенсации суд учитывает характер нарушенных трудовых прав, длительность нарушения прав истца, степень причиненных истцу нравственных страданий, степень вины ответчика, иные заслуживающие внимание обстоятельства дела, а также принципы разумности и справедливости, и полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца в счет компенсации морального вреда 3 000 руб.
Учитывая положения ст. 98, ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание разъяснения, приведенные в п. 21 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", суд взыскивает с ответчика в доход бюджета муниципального образования «<адрес>» государственную пошлину в размере 600 руб. за требования о признании приказов незаконными и компенсации морального вреда.
Руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ
Исковое заявление ФИО1 к ФГКУ «Уральский региональный поисково-спасательный отряд МЧС России» о признании незаконным приказа о наложении дисциплинарного взыскания, компенсации морального вреда - удовлетворить частично.
Признать незаконным приказ № ******-ДВ от ДД.ММ.ГГГГ о дисциплинарном взыскании.
Взыскать с ФГКУ «Уральский региональный поисково-спасательный отряд МЧС России» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда 3 000 руб.
Взыскать с ФГКУ «Уральский региональный поисково-спасательный отряд МЧС России» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 600 руб.
Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд <адрес>.
Председательствующий О.В.Хрущева