Апелляционное определение по делу № 2-923/2023 от 06.09.2023.

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

по делу № 2-923/2023 (№ 33-16548/2023)

6 сентября 2023 года город Уфа

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан в составе:

председательствующего Набиева Р.Р.,

судей Гафаровой Л.Ф., Комягиной Г.С.,

при секретере судебного заседания ФИО1,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО2 на решение Мелеузовского районного суда Республики Башкортостан от 26 июня 2023 г.

Заслушав доклад председательствующего, судебная коллегия

УСТАНОВИЛ

А:

ФИО3 обратилась в суд с иском и с заявлением к ФИО2, в котором с учетом уточнения просила признать за ней право собственности на 1/6 долю в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: адрес, ул. 50 лет ВЛКСМ, адрес, в порядке наследования после смерти ФИО4, являвшейся наследником, принявшим наследство, но не оформившим своих наследственных прав, к имуществу своей матери ФИО5, а также просила возместить судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 25 000 руб., по оформлению нотариальной доверенности в размере 2 100 руб., по оплате государственной пошлины за подачу иска в размере 845,16 руб.

Требования мотивированы тем, что по договору приватизации бабушке истца ФИО5 и членам ее семьи ФИО6, ФИО2 была предоставлена в совместную собственность спорная квартира.

Право собственности на вышеуказанную квартиру было зарегистрировано за ФИО5, ФИО6, ФИО2

В указанной квартире всегда проживала одна ФИО5 с 1993 г. до 2005 г., ФИО6 и ФИО2 были зарегистрированы в данной квартире, но никогда не проживали.

12 марта 2005 г. ФИО5 умерла.

После смерти ФИО5 принадлежащее ей имущество перешло в порядке наследования к дочери ФИО4

ФИО4 умерла 27 августа 2012 г., ФИО6 также умерла в 2012 году.

После смерти ФИО4 она является единственной наследницей к ее имуществу. С заявлением о принятии наследства кроме нее никто не обращался.

7 мая 2014 г. нотариусом ФИО7 ей выдано свидетельство о праве на наследство на денежные вклады после смерти ФИО4

Выдать свидетельство о праве собственности на причитающуюся ей 1/6 долю квартиры после смерти ФИО4 нотариус не может, так как в настоящее время нет доступа в квартиру, чтобы провести оценку.

При жизни ФИО4 не успела зарегистрировать за собой право собственности на 1/6 долю квартиры.

ФИО2 обратился со встречным исковым заявлением к ФИО3, в котором просил признать за ним право собственности на 1/6 долю квартиры, расположенную по адресу: адрес порядке приобретательной давности, возместить судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 12 000 руб., по оплате государственной пошлины за подачу иска в размере 845,16 руб.

Требования мотивированы тем, что 6 декабря 2005 г. сын ФИО5 – ФИО8, в связи с тем, что нотариус не имела возможности оформить наследственную долю в указанной квартире в виду того, что доля в праве не выделена, обращался в суд с исковым требованием о признании права собственности в порядке наследования на 1/6 долю в праве общей долевой собственности на квартиру.

Иск обоснован наличием завещания, согласно которому все свое имущество, в том числе и указанную квартиру, ФИО5 завещала в равных долях ФИО8 и ФИО4

ФИО4 участвовала в судебном процессе в качестве третьего лица и знала о необходимости обращаться в суд с аналогичным требованием.

С декабря 2005 г. по день смерти 27 августа 2012 г. ФИО4 не оформила свои наследственные права.

Получение свидетельства о праве на наследство или на часть этого наследства является правом, а не обязанностью наследника.

ФИО3 также пропустила срок исковой давности, поскольку более десяти лет не обращалась в суд о признании права общей долевой собственности на 1/6 долю в праве в порядке наследования.

Он зарегистрирован в квартире с 27 апреля 1993 г. и в настоящее время проживает там со своей супругой и детьми.

На протяжении длительного времени его мама ФИО6, как собственник, несла бремя содержания указанного жилого помещения, а в дальнейшем они с супругой производили оплату за содержание жилого помещения и за коммунальные услуги.

Он более 30 лет открыто и непрерывно владеет и пользуется квартирой и имеются основания для признания за ним права на 1/6 долю в праве в силу приобретательной давности.

Решением Мелеузовского районного суда Республики Башкортостан от 26 июня 2023 г. постановлено:

«Исковое заявление ФИО3 к ФИО2 о признании права собственности на 1/6 долю в праве общей долевой собственности на квартиру в порядке наследования, взыскании судебных расходов удовлетворить частично.

Признать за ФИО3 право собственности на 1/6 долю в праве общей долевой собственности на квартиру площадью 43,6 кв.м., кадастровый №..., расположенную по адресу: адрес, ул. 50 лет ВЛКСМ, адрес.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО3 расходы на оплату юридических услуг в размере 15000 рублей, расходы на оформление нотариальной доверенности в размере 2100 рублей, расходы на оплату государственной пошлины в размере 845 рублей 16 коп.

В удовлетворении встречного искового заявления ФИО2 к ФИО3 о признании права собственности на 1/6 долю в праве общей долевой собственности на квартиру в силу приобретательной давности, взыскании судебных расходов отказать».

В апелляционной жалобе ФИО2 ставится вопрос об отмене решения суда его незаконности и необоснованности. Требования мотивированы тем, что ФИО4 длительное время не оформила право на наследство умершей ФИО5, в спорной квартире никогда не была зарегистрирована и не проживала там, не несла бремя содержания квартиры, указанные действия истец также не совершала и после смерти ФИО4; в связи с не совершением указанных действий у ФИО2 возникло право приобретательной собственности на 1/6 долю в праве собственности спорной квартирой, в том числе, с включением в давностное владение периода владения и пользования спорной квартирой ФИО6

В судебном заседании представитель ФИО2 – ФИО9 заявленные требования поддержал.

Лица, участвующие в деле, на судебное разбирательство в суд апелляционной инстанции не явились, извещены надлежащим образом, заявлений, ходатайств об отложении судебного разбирательства не представили, представитель ФИО2 – ФИО9, не возражал против рассмотрения дела в отсутствие своего доверителя, подтвердив его надлежащее извещение о времени и месте судебного разбирательства.

Истец ФИО3 также на судебное разбирательство в суд апелляционной инстанции не явились, извещены надлежащим образом, в том числе, после объявления перерыва в судебном заседании, заявлений об отложении, как и доказательств наличия обстоятельств, препятствующих явке на судебное заседание, не представила.

В связи с чем на основании ст. ст. 117, 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело в суде апелляционной инстанции рассмотрено в отсутствие указанных лиц.

Проверив материалы дела с учетом требований ч. 1 ст. 327.1, ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, выслушав представителя ответчика, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено в ходе судебного разбирательства и следует из материалов дела, на основании договора передачи жилых квартир в совместную собственность №... от дата в совместную собственность ФИО5 и членов ее семьи ФИО6, ФИО2 приобретена спорная квартира, расположенная по адресу: адрес.

Право собственности указанных лиц подтверждается регистрационным удостоверением № 2910 от 5 ноября 1993 г.

12 марта 2005 г. умерла ФИО5

Согласно завещанию ФИО5 завещала все принадлежащее ей ко дню смерти имущество, в том числе, долю в праве собственности спорной квартире, сыну ФИО8, дочери ФИО4, в ? доле каждому.

Согласно наследственному делу № 97/05 с заявлением о принятии наследства после смерти ФИО5 обратились сын ФИО8 и дочь ФИО4

13 сентября 2005 г. ФИО4 и ФИО8 выданы свидетельства о праве на наследство по завещанию на денежные вклады.

Кроме того, ФИО8 получено свидетельство о праве на наследство по завещанию от 17 мая 2005 г. на ? доли в наследстве ФИО5, состоящего из 1/3 доли в праве общей долевой собственности в спорной квартире.

Согласно справке нотариуса ФИО7 от 4 апреля 2023 г. ФИО4 является наследником, принявшим наследство, но не оформившим своих наследственных прав к имуществу умершей 12 марта 2005 г. ФИО5 в ? доле.

На основании договора купли-продажи от 24 июля 2006 г., заключенного между ФИО8 и ФИО6, последняя приобрела в собственность 1/6 доли в праве общей долевой собственности в спорной квартире.

14 марта 2012 г. умерла ФИО6

Согласно наследственному делу № 139/2012 после смерти ФИО6 наследство принято сыном ФИО2, которому выдано свидетельство о праве на наследство по закону от 11 декабря 2012 г. на 1/6 долю в праве общей долевой собственности в спорной квартире, а также 24 марта 2014 г. выдано свидетельство о праве на наследство по закону на 1/3 долю в праве общей долевой собственности на указанную двухкомнатную квартиру.

В материалы наследственного дела также представлена справка управляющей компании от 5 июня 2012 г. согласно которой на момент смерти ФИО10 проживала в спорной квартире совместно с сыном ФИО2 Иные лица в квартире не проживали.

27 августа 2012 г. ФИО4 умерла.

Согласно наследственному делу № 50/2014 с заявлением о принятии наследства обратилась дочь ФИО3

Решением Мелеузовского районного суда Республики Башкортостан от 4 февраля 2014 г., вступившим в законную силу, ФИО3 восстановлен срок для принятия наследства в виде денежных вкладов в ОАО «Сбербанк России», открывшегося после смерти ФИО4, умершей 27 августа 2012 г.

7 мая 2014 г. ФИО3 нотариусом выдано свидетельство о праве на наследство по закону после смерти ФИО4, умершей 27 августа 2012 г., в виде прав на денежные средства, хранящиеся на вкладах.

6 июля 2021 г. ФИО2 по договору дарения подарил малолетнему сыну ФИО11 1/10 долю в праве собственности спорной квартирой.

Согласно справкам о регистрации, квитанциям в спорной квартире ФИО4 и ФИО3 зарегистрированы не были, в ней не проживали, не оплачивали жилищно-коммунальные услуги.

Разрешая спор, удовлетворяя исковые требования ФИО3, суд первой инстанции исходил из того, что получив свидетельство о праве на наследство на денежные вклады, ФИО3 приняла наследство в отношении всего принадлежащего ее матери ко дню смерти имущества, в том числе 1/6 долю спорной квартиры, а также отсутствия оснований для удовлетворения заявления ответчика о применении к требованиям истца срока исковой давности на основании положений абз. 5 ст. 208 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Отказывая в удовлетворении встречного иска ФИО2, суд первой инстанции исходил из того, что ответчику было достоверно известно о собственнике спорной доли и об отсутствии у него оснований возникновения права на спорную долю в имуществе. То обстоятельство, что ФИО2 проживает в указанной квартире и пользуется всем имуществом, само по себе не свидетельствует об утрате ФИО3 права собственности на долю в праве общей долевой собственности на квартиру и не является основанием для признания за ФИО2 права собственности на не принадлежащую ему долю имущества по основанию приобретательной давности.

В соответствии с положениями ст.ст. 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ФИО2 в пользу ФИО3 взысканы в счет возмещения судебных расходов на оплату нотариальных услуг 2 100 руб., по оплате государственной пошлины за подачу иска в размере 845,16 руб., по оплате юридических и представительских услуг 15 000 руб.

Проверяя решение суда, с учетом доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к выводу об отмене решения суда по следующим основаниям.

В силу ст. 1113 Гражданского кодекса Российской Федерации наследство открывается со смертью гражданина.

Согласно п. 1, 4 ст. 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации для приобретения наследства наследник должен его принять.

Принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации.

Наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства (ст. 1154 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Принятие наследства в соответствии с абзацем первым п. 1 ст. 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство.

Признается, пока не доказано иное, что наследник принял наследство, если он совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, в частности если наследник: вступил во владение или в управление наследственным имуществом; принял меры по сохранению наследственного имущества, защите его от посягательств или притязаний третьих лиц; произвел за свой счет расходы на содержание наследственного имущества; оплатил за свой счет долги наследодателя или получил от третьих лиц причитавшиеся наследодателю денежные средства (п. 2 ст. 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Так, представленными в дело доказательствами подтверждается, что после смерти ФИО5 право на принадлежащую ей 1/3 долю в праве собственности спорной квартирой перешло к ее детям ФИО4 и ФИО8 в равных долях, то есть по 1/6 доли каждому.

В свою очередь, со дня открытия наследства – 14 марта 2012 г. 1/6 доля в праве собственности спорной квартирой находилась в собственности матери истца ФИО4, а впоследствии указанная доля перешла в порядке наследования к истцу ФИО3

Вместе с тем, суд первой инстанции при разрешении спора неверно расценил доводы встречного иска и заявление ответчика о применении к требованиям истца срока исковой давности сославшись на положения абз. 5 ст. 208 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно п. 1 ст. 196, п. 1 ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Исковая давность не распространяется на требования, предусмотренные ст. 208 Гражданского кодекса Российской Федерации, в том числе требования собственника или иного владельца об устранении всяких нарушений его права, если эти нарушения не были соединены с лишением владения.

Лицо, считающее себя собственником находящегося в его владении недвижимого имущества, вправе обратиться в суд с иском о признании права собственности. Если иное не предусмотрено законом, иск о признании права подлежит удовлетворению в случае представления истцом доказательств возникновения у него соответствующего права.

Вместе с тем, представленными в дело доказательствами подтверждается, что несмотря на вступление в права наследования ни ФИО4, ни ФИО3 в спорной квартире никогда зарегистрированы не были, в нее не вселялись и в ней не проживали, а также не оплачивали жилищно-коммунальные услуги и не несли бремя содержания данного помещения.

Со дня смерти бабушки истца ФИО5 в квартире проживали ФИО6, ее сын ФИО2, а впоследствии семья ФИО2, которые несли бремя расходов по содержанию спорной квартиры и оплате коммунальных услуг.

Доказательств обратного и совершение указанных действий ФИО4 и (или) ФИО3, материалы дела не содержат, и суду апелляционной инстанции не представлено.

Со дня вступления в права наследования после смерти ФИО4 – 27 августа 2012 г. и на момент предъявления иска ФИО3 владельцем и пользователем спорной квартиры не являлась. В связи с чем, оснований для применения положений абз. 5 ст. 208 Гражданского кодекса Российской Федерации у суда первой инстанции не имелось, а вышеописанные доводы апеллянта в указанной части заслуживают внимание и являются обоснованными.

Доводы истца о том, что со дня открытия наследства после смерти ФИО5 ФИО4, а впоследствии после смерти последней ФИО3 в силу положений п. 1, 4 ст. 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации являются собственниками 1/6 доли спорной квартиры, а потому оснований для признания за ответчиком права на указанную долю в порядке приобретательной давности не имеется, являются необоснованными.

В соответствии с п. 1 ст. 234 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 15, 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда от 29 апреля 2010 г. № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», при разрешении споров, связанных с возникновением права собственности в силу приобретательной давности, судам необходимо учитывать следующее:

давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности;

давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении. Принятие обычных мер по обеспечению сохранности имущества не свидетельствует о сокрытии этого имущества;

давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности. Не наступает перерыв давностного владения также в том случае, если новый владелец имущества является сингулярным или универсальным правопреемником предыдущего владельца (пункт 3 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации);

владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору. По этой причине статья 234 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежит применению в случаях, когда владение имуществом осуществляется на основании договорных обязательств (аренды, хранения, безвозмездного пользования и т.п.).

По смыслу ст.ст. 225, 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, а также на бесхозяйное имущество.

Таким образом, закон допускает признание права собственности в силу приобретательной давности не только на бесхозяйное имущество, но также и на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу.

Указанное также подтверждается правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 24 января 2017 г. по делу № 58-КГ16-26.

В связи с этим, тот факт, что спорная доля в праве собственности на квартиру в силу закона признается принадлежащей с 12 марта 2005 г. ФИО4, впоследствии перешедшей в порядке наследования с 27 августа 2012 г. к истцу, сам по себе не является препятствием для применения положений ст. 234 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Также этот факт не может свидетельствовать о недобросовестном владении ФИО2 данной квартирой, поскольку он владеет ею как один из сособственников, начиная с 29 января 1993 г. по настоящее время. При этом в указанный период времени помимо умершей ФИО5 в квартире проживала мать ответчика ФИО6, а после ее смерти ответчик единолично владеет и пользуется спорной квартирой по настоящее время вселив туда также супругу и своих детей.

Определяя срок давностного владения ответчика спорной долей судебная коллегия указывает.

В силу п. 1 ст. 4 Гражданского кодекса Российской Федерации акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

В соответствии с Федеральным законом от 16 декабря 2019 г. № 430-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации» п. 4 ст. 234 Гражданского кодекса Российской Федерации изложен в следующей редакции:

«4. Течение срока приобретательной давности в отношении вещей, находящихся у лица, из владения которого они могли быть истребованы в соответствии со статьями 301 и 305 настоящего Кодекса, начинается со дня поступления вещи в открытое владение добросовестного приобретателя, а в случае, если было зарегистрировано право собственности добросовестного приобретателя недвижимой вещи, которой он владеет открыто, - не позднее момента государственной регистрации права собственности такого приобретателя».

Согласно ст. 2 Федерального закона от 16 декабря 2019 г. № 430-ФЗ, указанный Закон вступает в силу с 1 января 2020 г., что исключает распространение изложенных выше положений п. 4 ст. 234 Гражданского кодекса Российской Федерации на отношения, возникшие до введения его в действие.

В рассматриваемом случае к заявленным требованиям подлежит применению п. 4 ст. 234 Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции, действующей на момент поступления имущества во владение ответчика.

Данный вывод соответствует правовой позиции, изложенной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 30 ноября 2021 г. № 2533-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы граждански Донгак Шорааны Уран-ооловны на нарушение ее конституционных прав пунктом 1 статьи 200, пунктами 1 и 4 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также статьей 2 Федерального закона от 16 декабря 2019 г. № 430-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации».

В соответствии с п. 4 ст. 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, в редакции до изменений, внесенных Федеральным законом от 16 декабря 2019 г. № 430-ФЗ течение срока приобретательной давности в отношении вещей, находящихся у лица, из владения которого они могли быть истребованы в соответствии со статьями 301 и 305 настоящего Кодекса, начинается не ранее истечения срока исковой давности по соответствующим требованиям.

Таким образом, поскольку к моменту предъявления встречного иска – 10 мая 2023 г., у ФИО2 наступило право требовать признания права собственности на спорное имущество в силу приобретательной давности, поскольку срок приобретательной давности с учетом срока исковой давности (18 лет), с момента непрерывного владения после смерти ФИО5 – 12 марта 2005 г. наступил. В связи с чем, имеются основания для применения положений ст. 234 Гражданского кодекса Российской Федерации по встречным требованиям истца.

В связи с изложенным, судебная коллегия соглашается с ходатайством ответчика о применении к требованиям истца срока исковой давности, поскольку возможность применения к требованиям об установлении факта принятия наследства, заявленному наряду с другими исковыми требованиями, а также к требованиям о признании права собственности в порядке наследования, также подтверждена правовыми позициями Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в определении от 23 сентября 2008 г. № 5-В08-73, от 20 декабря 2011 г. № 5-В11-115

Так, согласно п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно ст. 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В силу ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 указанного кодекса, предусматривающей, что срок исковой давности начинает течь со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Таким образом, действующее законодательство связывает начало течения срока исковой давности с тем моментом, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права, и с тем, когда лицо узнало или должно было узнать о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Истцом заявлены исковые требования о признании права собственности в порядке наследования, то есть требования, на которые распространяется общий срок исковой давности, предусмотренный ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пунктом 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено по смыслу ст. 201 Гражданского кодекса Российской Федерации переход прав в порядке универсального или сингулярного правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица, переход права собственности на вещь, уступка права требования и пр.), а также передача полномочий одного органа публично-правового образования другому органу не влияют на начало течения срока исковой давности и порядок его исчисления.

В этом случае срок исковой давности начинает течь в порядке, установленном ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, со дня, когда первоначальный обладатель права узнал или должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Из материалов дела усматривается, что первоначальный правообладатель спорной 1/6 доли ФИО4 узнала о наличии прав на спорную квартиру со дня обращения к нотариусу с заявлением о принятии наследства по завещанию, то есть с 31 мая 2005 г., а истцу ФИО3 должна была узнать о наличии прав на спорную долю со дня обращения к нотариусу с заявлением о принятии наследства после смерти матери ФИО4 – 5 марта 2014 г.

Однако, с настоящим иском ФИО3 обратились только 12 апреля 2023 г., то есть с пропуском трехлетнего срока исковой давности со дня принятия наследства, что является самостоятельным основанием к отказу в удовлетворении исковых требований в соответствии с положениями ст. 195, п. 1 ст. 196, ст. 200, п. 4 ст. 256, п. 1 ст. 1142, ст. 1150 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судебная коллегия не усматривает уважительных причин, позволяющих восстановить срок исковой давности на основании ст. 205 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также обстоятельств для применения положений ст. 208 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия полагает необходимым отменить решение суда с принятием по делу нового решения об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО3 и удовлетворении встречных исковых требований ФИО2

Согласно ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В соответствии с положениями ст.ст. 88, 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать их произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер (пункт 11 Постановления № 1).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и, тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

Из представленных ответчиком документов следует, что ФИО2 понесены судебные расходы на общую сумму 845,16 руб., а именно: по оплате государственной пошлины за подачу встречного иска в размере 845,16 руб. (чек-ордер от 4 мая 2023 г.), по оплате услуг представителя в размере 12 000 руб. (квитанция от 19 апреля 2023 г.).

Таким образом, принимая во внимание установленные по делу конкретные обстоятельства, руководствуясь указанными положениями Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и вышеуказанными разъяснениями, содержащимися в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1, учитывая продолжительность рассмотрения дела, его правовую историю, участие представителя ответчика в проведении предварительном заседании и судебных заседаниях суда первой инстанции при рассмотрении дела по существу: 10 мая 2023 г., 24 мая 2023 г., 22 июня 2023 г., 26 июня 2023 г., подготовку встречного иска, характер спора и уровень сложности дела, исходя из соблюдения баланса интересов сторон, а также отсутствие мотивированных и обоснованных возражений ФИО3 относительно обоснованности и соразмерности понесенных ответчиком судебных расходов в сумме 12 000 руб., судебная коллегия признает указанные расходы ответчика обоснованными, соразмерными объему и характеру оказанной представителем юридической помощи, степень сложности рассмотренного дела, продолжительность рассмотрения дела, характер спора и категорию дела, соотношения расходов на представителя с объемом защищаемого права, и не находит оснований для снижения указанного размера.

При этом суд апелляционной инстанции также указывает, что заявленный ответчиком размер возмещения расходов по оплате услуг представителя в размере 12 000 руб. не превышает минимальные ставки установленные решением Совета Адвокатской палаты Республики Башкортостан от 27 апреля 2022 г. «Об утверждении рекомендуемых минимальных ставок вознаграждения за оказываемую юридическую помощь адвокатами», размещенное в свободном доступе в сети «Интернет» на сайте адвокатского образования, согласно которому в соответствии с п. 3 ст. 31 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», в целях применения критерия разумности, установленного в части 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, части первой статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статье 112 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, Совет палаты, минимальные ставки вознаграждения за оказываемую юридическую помощи адвокатами составляют: изучение материалов дела - от 7 000 руб. за 1 том; участие адвоката в суде 1 инстанции – от 8 000 рублей за один день занятости, но не менее 30 000 рублей за участие адвоката в суде 1 инстанции.

Таким образом, в соответствии с положениями ст.ст. 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ФИО3 в пользу ФИО2 подлежит взысканию в счет возмещения судебных расходов по оплате государственной пошлины за подачу иска 845,16 руб., по оплате юридических и представительских услуг 12 000 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 327-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛ

А:

решение Мелеузовского районного суда Республики Башкортостан от 26 июня 2023 г. отменить.

Принять по делу новое решение.

В удовлетворении исковых требований ФИО3 (паспорт гражданина Российской Федерации №...) к ФИО2 (СНИЛС №...) о признании права на 1/6 долю в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: адрес, в порядке наследования, возмещении судебных расходов по оплате услуг представителя, по оформлению нотариальной доверенности, по оплате государственной пошлины за подачу иска, отказать.

Встречные исковые требования ФИО2 (СНИЛС №...) к ФИО3 (паспорт гражданина Российской Федерации №...) о признании права на 1/6 долю в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: адрес, в порядке приобретательной давности, возмещении судебных расходов по оплате услуг представителя, по оплате государственной пошлины за подачу иска, удовлетворить.

Признать за ФИО2 (СНИЛС №...) право собственности на 1/6 долю квартиры, расположенную по адресу: адрес порядке приобретательной давности.

Взыскать с ФИО3 (паспорт гражданина Российской Федерации №...) в пользу ФИО2 (СНИЛС №...) судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 12 000 руб., по оплате государственной пошлины за подачу иска в размере 845,16 руб.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев, в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (г. Самара) через суд первой инстанции.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение составлено 8 сентября 2023 г.

Справка: судья Аверьянова Е.В.