Дело № 2-509/2025
УИД 02RS0009-01-2025-000783-83
номер строки в статистическом отчете 2.137
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
19 декабря 2025 года с. Чемал
Чемальский районный суд Республики Алтай в составе:
председательствующего судьи Каршенинниковой Е.Е.,
при секретаре ФИО8,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 в лице представителя по доверенности ФИО4 к ФИО2 о признании прекратившей право пользования жилым помещением, снятии с регистрационного учёта, встречному исковому заявлению ФИО2 в лице представителя по доверенности ФИО5 к ФИО3 о признании недействительной (ничтожной) сделкой договор купли-продажи, применении последствий недействительности сделки, возвращении объектов недвижимости, аннулировании регистрационной записи,
установил:
ФИО3 в лице представителя по доверенности ФИО4 обратился в суд с иском к ФИО2 о признании прекратившей право пользования жилым помещением, снятии с регистрационного учёта. Исковые требования мотивированы тем, что истец является собственником жилого дома по адресу: <адрес>, что подтверждается свидетельством о регистрации права №, выданным ДД.ММ.ГГГГ. Ответчик ФИО2 зарегистрирована в данном жилом доме с 2013 года по просьбе родного брата истца ФИО7, поскольку являлась его супругой. Однако ответчик фактически в нём не проживает, выехала на другое постоянное место жительства, членом семьи истца ответчик не является, личных её вещей в доме не имеется.
В процессе рассмотрения дела от ответчика ФИО2 в лице представителя по доверенности ФИО5 поступило встречное исковое заявление к ФИО3 о признании недействительной (ничтожной) сделкой договор купли-продажи земельного участка с кадастровым номером №, общей площадью 1196 кв.м. и жилого дома с кадастровым (условным) номером №, общей площадью 169,70 кв.м., расположенных по адресу: <адрес>, заключённого между ФИО2 и ФИО3 21 августа 2012 года, применении последствий недействительности сделки, возвращении земельного участка и жилого дома ФИО2, аннулировании регистрационной записи в Управлении Росреестра по Республике Алтай о собственнике, внесённой на основании договора купли-продажи земельного участка и жилого дома от 21 августа 2012 года. Встречные исковые требования мотивированы тем, что ФИО2 18 сентября 2009 года зарегистрировала брак с ФИО7, который был расторгнут 16 июля 2025 года. В период брака на земельном участке, предоставленном ФИО2 до брака, построен дом по адресу: <адрес>. В июне 2012 года ФИО2 со своей семьёй была вынуждена уехать в Киргизию. До отъезда, в собственности у супругов находился дом, который нуждался в ремонте, а именно необходимо было провести электричество и градостроительные работы. Указанные работы ФИО2 пообещал провести свёкр ФИО13 на основании нотариальной доверенности. 13 июня 2012 года в нотариальном округе «Майминский район» ФИО2 оформлена доверенность на свёкра ФИО13 Изначально, при оформлении доверенности её воля была направлена на проведение электричества и градостроительных работ. Но когда нотариус предоставил текст доверенности для ознакомления, она обратила внимание на наличие полномочия «продажи недвижимости», но не смогла отказаться от данного полномочия, поскольку имелось психологическое давление со стороны свёкра. В связи с тем, что она уезжала в Киргизию, любой отказ свёкру чреват был негативными последствиями для неё. 21 августа 2012 года ФИО13 по доверенности продал дом и земельный участок своему сыну ФИО3, младшему брату бывшего супруга. Сумма договора составила 150 000 рублей 00 копеек, которая была на тот момент ниже среднерыночной цены. Денежные средства за продажу объектов недвижимости ей не передавались. Указывает, что она была обманута при заключении сделки. Кроме того, указанная сделка носила формальный характер, поскольку ФИО3 фактически в спорном жилом доме не проживал, расходы на его содержание не производил, коммунальные услуги не оплачивал. Полагает, что с момента подачи иска о признании её прекратившей право пользования вышеуказанным жилым помещением, снятии с регистрационного учёта начинается течение срока исковой давности о признании недействительной (ничтожной) сделкой договора купли-продажи от 21 августа 2012 года.
Протокольным определением суда от 28 октября 2025 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: ФИО7 Б.Ж., ФИО7 А.Ж., ФИО7 Т.Ж., ФИО12, ФИО7 Ж.Т., ФИО13, Управление Росреестра по Республике Алтай.
В судебном заседании представитель истца (по первоначальному иску) ФИО4, действующая на основании доверенности, исковые требования поддержала в полном объёме, просила иск удовлетворить. Представила письменные возражения на встречное исковое заявление, в которых просила в удовлетворении встречных исковых требований отказать в полном объёме, заявила о пропуске истцом (по встречному иску) срока исковой давности.
Истец ФИО2, представитель истца ФИО5 (по встречному иску), действующий на основании доверенности, поддержали встречные исковые требования в полном объёме по доводам и основаниям, изложенным во встречном исковом заявлении, просили встречное исковое заявление удовлетворить, отказать в первоначальном иске в полном объёме.
В судебном заседании третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО7 Ж.Т. просил суд удовлетворить первоначальный иск ФИО3, отказав в удовлетворении встречных исковых требований ФИО2 в полном объёме.
Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, об уважительности причин неявки суду не сообщили, в связи с чем, дело на основании ст. 167 ГПК РФ рассмотрено в отсутствие лиц, не явившихся в судебное заседание.
Суд, выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в совокупности, приходит к следующим выводам.
Согласно п. 2 ст. 1 ГК РФ граждане (физически лица) приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своём интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.
В силу подп. 1 п. 1 ст. 8 ГК РФ договоры являются основанием для возникновения гражданских прав и обязанностей.
В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).
Статьей 166 ГК РФ определено, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания её таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Пунктом 1 ст. 168 ГК РФ определено, что, за исключением случаев, предусмотренных п. 2 данной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.
Согласно п. 2 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.
Из разъяснений, изложенных в п. 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, по общему правилу является оспоримой (п. 1 ст. 168 ГК РФ).
Статья 421 ГК РФ регламентирует принцип свободы договора, в частности свободы определения сторонами условий, подлежащих включению в договор, который может быть ограничен лишь случаями, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иным правовым актом (ст. 422 ГК РФ).
В соответствии со ст. 549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (ст. 130 ГК).
Как установлено судом и следует из материалов дела, 21 августа 2012 года между ФИО2, в лице представителя ФИО13, действующего на основании доверенности от 13 июня 2012 года, именуемый «продавец» и ФИО3, именуемый «покупатель», заключен договор купли-продажи земельного участка с кадастровым номером №, площадью 1196 кв.м., и жилого дома с кадастровым (условным) номером №, общей площадью 169,70 кв.м., расположенных по адресу: Россия, <адрес>, принадлежащих ФИО2 на праве собственности (п. 1.1 договора) (т. 1 л.д. 135-136).
В соответствии с п.1.2 договора указанные земельный участок и жилой дом продавец обязуется передать в собственность покупателя, а последний обязуется принять и оплатить стоимость в порядке и в срок, установленные сторонами договора.
До подписания настоящего договора указанные земельный участок и жилой дом никому не проданы, не заложены, не обременены правами третьих лиц, в споре и под запрещением (арестом) не состоят (п. 1.4 договора).
В соответствии с п. 2.1 договора земельный участок и жилой дом, указанный в п. 1.1 настоящего договора, приобретаются покупателем за счёт личных средств.
Согласно п. 3.1 договора земельный участок и жилой дом, поименованные в п. 1 настоящего договора, сторонами оценены в сумме 150 000 рублей, расчёт произведён полностью, претензии стороны не имеют.
В материалах реестровых дел на вышеуказанные объекты недвижимости имеются: заявления представителя ФИО2 – ФИО13 о государственной регистрации перехода прав на спорные объекты недвижимости; доверенность на представителя ФИО13 от 13 июня 2012 года; согласие супруга ФИО7 от 13 июня 2012 года на совершение сделки - на продажу (совместно нажитых в браке) жилого дома и земельного участка, находящихся по адресу: <адрес>, любому лицу, любым способом, за цену и на условиях по её усмотрению; заявления ФИО3 о государственной регистрации перехода прав и регистрации права собственности на указанные объекты недвижимости.
Согласно сведениям ЕГРН, 11 сентября 2012 года на основании договора купли-продажи земельного участка и жилого дома от 21 августа 2012 года, зарегистрировано право собственности ФИО3 на вышеуказанные объекты недвижимости, расположенные по адресу: <адрес>.
Согласно п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.
В п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ» разъяснено, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида её формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключены договоры купли-продажи или доверительного управления и составлены акты о передаче данного имущества, при этом за ним сохранен контроль соответственно продавца или учредителя управления. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании п. 1 ст. 170 ГК РФ.
Обе стороны мнимой сделки стремятся к сокрытию её действительного смысла.
Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся.
Расхождение волеизъявления с волей устанавливает суд путём анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.
Для этого суду необходимо оценить совокупность согласующихся между собой доказательств, которые представляют лица, участвующие в деле.
При заключении мнимой сделки стороны не имеют намерения устанавливать, изменять либо прекращать права и обязанности ввиду её заключения, то есть не имеют намерений исполнять либо требовать исполнения этой сделки.
Таким образом, по смыслу приведенных норм права, для признания договора купли-продажи мнимой сделкой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из её сторон.
Принимая во внимание установленные фактические обстоятельства дела, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения встречных требований ФИО2, поскольку, в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ, ею не представлены относимые и допустимые доказательства, свидетельствующие о наличии указанных выше юридически значимых обстоятельств мнимости договора купли-продажи и в ходе рассмотрения дела судом не установлено наличие порока её воли при совершении оспариваемой сделки. Напротив, действия ФИО2 перед заключением договора купли-продажи от 21 августа 2012 года подтверждают наличие у неё воли на его заключение.
Суд считает, что оспариваемая сделка в полной мере соответствуют требованиям законодательства, закрепленным в § 7 гл. 30 ГК РФ.
Из содержания договора купли-продажи усматривается, что все существенные условия договора сторонами согласованы.
На момент совершения сделки спорные объекты недвижимости были свободны от имущественных прав других лиц. Более того, ФИО2 выдала доверенность на совершение и регистрацию сделки.
Как установлено судом, спорный договор купли-продажи со стороны продавца ФИО2 был подписан её представителем ФИО13 на основании нотариально удостоверенной доверенности от 13 июня 2012 года, в которой ФИО2 предоставила ФИО13 право представлять её интересы перед третьими лицами, а именно: при оформлении документов и регистрации прав на жилой дом и земельный участок, находящиеся по адресу: <адрес>; при отчуждении (продаже) любым способом за цену и на условиях по своему усмотрению жилого дома и земельного участка, находящихся по адресу: <адрес>; при представлении её интересов в органах, осуществляющих государственную регистрацию прав на недвижимое имущество и сделок с ним, в том числе в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Алтай, с правом получения сведений (выписок) из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним (далее по тексту – ЕГРП), внесения изменений, ограничений (обременений) в ЕГРП, получения свидетельств о государственной регистрации прав и любых других документов; при оформлении документов и заключении, подписании от её имени, в том числе, договоров и других документов. Для чего предоставила право ФИО13 быть её представителем, в том числе, в любых государственных, административных, регистрационных, муниципальных и иных компетентных учреждениях, с правом заключения и подписания договора отчуждения (купли-продажи) вышеуказанного имущества, акта приёма-передачи имущества, передачи и получения следуемых денег, произвести регистрацию её прав на указанное выше имущество, договора купли-продажи и переход права на приобретателя в органах, осуществляющих государственную регистрацию прав на недвижимое имущество и сделок с ним, в том числе в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Алтай, с правом получения документов и свидетельств о государственной регистрации права.
Указанная доверенность выдана сроком на три года, удостоверена ФИО9, временно исполняющей обязанности нотариуса ФИО10 нотариального округа «Майминский район» Республики Алтай, недействительной не признана, никем не отменена, прекратила своё действие в связи с истечением срока, на который она была выдана (т. 1 л.д. 131-132).
Учитывая изложенное, суд считает, что оформляя на ФИО13 доверенность на распоряжение вышеуказанным имуществом, ФИО2 выразила свою волю на отчуждение спорного имущества на любых условиях. При этом, доказательств того, что ФИО2 на момент совершения сделки по выдаче доверенности не понимала значение своих действий, не могла ими руководить, суду не представлено.
Также, судом установлено и подтверждается материалами дела, что сделка по купле-продажи спорного имущества совершена сторонами реально, объекты недвижимости переданы от ФИО2 в лице представителя ФИО13 ФИО3, государственная регистрация перехода прав собственности произведена на основании заявлений сторон договора, ФИО3 осуществляет свои права собственности в отношении указанных объектов недвижимости в полном объёме: проживает в нём, осуществляет постановку на учет по месту своего пребывания третьих лиц, предоставляет жилой дом для проживания третьим лицам на безвозмездной основе.
Таким образом, у суда отсутствуют основания полагать, что договор купли-продажи от 21 августа 2012 года подпадает под правовую квалификацию п. 1 ст. 170 ГК РФ. Со стороны ФИО3 каких-либо недобросовестных, противоправных действий при реализации права на приобретения спорного имущества не допущено.
Доводы ФИО2 о том, что сделка совершена ею под влиянием обмана со стороны представителя ФИО13, а также о том, что объекты недвижимости и денежные средства по договору купли-продажи от 21 августа 2012 года не передавались, суд считает несостоятельными, основанными на неверном толковании норм права, противоречащими установленным фактическим материалам дела.
Статьей 179 ГК РФ предусмотрено, что сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.
В соответствии с п. 99 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (п. 2 ст. 179 ГК РФ).
При этом под обманом подразумевается умышленное введение стороны в заблуждение с целью склонить её к совершению сделки. Заинтересованное в совершении сделки лицо преднамеренно создаёт у другой стороны не соответствующее действительности представление о характере сделки, её условиях, личности участников, предмете, других обстоятельствах, влияющих на её решение. При совершении сделки под влиянием обмана формирование воли происходит не свободно, а вынужденно, под влиянием недобросовестных действий контрагента, заключающихся в умышленном создании ложного представления об обстоятельствах, имеющих значение для заключения сделки.
В соответствии со ст. 431 ГК РФ следует, что при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нём слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путём сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учётом цели договора.
Согласно п. 1 ст. 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).
Из буквального толкования условий договора купли-продажи 21 августа 2012 года денежные средства за спорные объекты недвижимости были уплачены продавцу в размере 150 000 рублей полностью в момент подписания договора, претензии стороны не имеют.
Буквальное значение содержащихся в договоре слов и выражений однозначно свидетельствует о том, что в договоре определен порядок оплаты стоимости отчуждаемого недвижимого имущества и содержится указание на получение продавцом денежных средств от покупателя в момент подписания договора.
В силу положений ст. 162 ГК РФ, доказательствами исполнения этой обязанности могут быть письменные и другие доказательства, кроме свидетельских показаний.
В этой связи, суд не может принять в качестве допустимых доказательств пояснения ФИО2, утверждавшей в ходе рассмотрения дела о том, что денежные средства по договору не переданы.
Кроме того, согласно п. 1.3 договора продавец передает указанные земельный участок и жилой дом в момент подписания настоящего договора, который по соглашению сторон одновременно будет иметь силу акта приёма-передачи земельного участка и жилого дома.
Данное обстоятельство также в судебном заседании подтвердил ФИО7 Ж.Т., в связи с чем, доводы ФИО2 в указанной части являются необоснованными.
Также ФИО2 не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что она была обманута либо введена в заблуждение как представителем ФИО13, так и другой стороной сделки ФИО3 относительно правовой природы договора купли-продажи от 21 августа 2012 года, что указанные лица преследовали иные цели, чем предусматривает этот договор.
Из представленных по запросу суда сведений в отношении ФИО13, ФИО3, следует, что данные лица не были привлечены к уголовной ответственности по факту продажи в 2012 году земельного участка и жилого дома, расположенных по адресу: <адрес>.
Ссылка ФИО2 о том, что вышеуказанные объекты недвижимости проданы по существенно заниженной цене, не может являться безусловным основанием для признания указанного договора купли-продажи недействительным, поскольку, исходя из установленного законодателем в ст. 421 ГК РФ принципа свободы договора, стороны сделки определяют цену договора купли-продажи между собой, в том числе с учётом состояния продаваемого объекта; стороны при заключении оспариваемого договора купли-продажи оценили земельный участок и жилой дом, поименованные в п. 1 настоящего договора, в сумме 150 000 рублей и указали данную стоимость как существенное условие договора.
Таким образом, суд считает, что материалами дела подтверждается совершение ФИО2 последовательных действий, направленных на отчуждение принадлежавшего ей имущества ФИО3 Доказательств, подтверждающих порочность воли сторон при заключении сделки, как и доказательств того, что в момент её совершения воля обеих сторон не была направлена на достижение правовых последствий в виде возникновения, изменения, прекращения соответствующих гражданских прав и обязанностей, представлено не было.
Что касается доводов стороны ответчика по встречному иску о пропуске истцом (по встречному иску) срока исковой давности, суд приходит к следующему.
В соответствии со ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.
Пунктом 1 ст. 181 ГК РФ установлено, что срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (п. 3 ст. 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.
Согласно разъяснениям, данным в абз. 2 п. 73 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в силу прямого указания закона мнимая или притворная сделки относятся к ничтожным сделкам (ст. 170 ГК РФ).
В соответствии с п. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.
Как установлено судом, договор купли-продажи земельного участка и жилого дома заключен и исполнен сторонами 21 августа 2012 года, объекты недвижимости переданы ФИО3, при заключении договора его стороны достигли соглашения по всем существенным условиям договора купли-продажи недвижимого имущества, правовые последствия по волеизъявлению сторон сделки достигнуты, переход права собственности от продавца к покупателю зарегистрирован, стороной истца, на которую возложено соответствующее бремя доказывания, не представлено доказательств недействительности сделки по заявленным истцом основаниям, при этом, в суд с настоящим иском сторона истца (по встречному иску) обратилась 28 октября 2025 года, то есть за пределами срока исковой давности.
Таким образом, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения встречных исковых требований также в связи с истечением срока исковой давности.
Разрешая требования ФИО3 о признании ФИО2 прекратившей право пользования жилым помещением по адресу: <адрес>, снятии с регистрационного учета, суд считает данные требования подлежащими удовлетворению частично по следующим основаниям.
Согласно ст. 31 ЖК РФ к членам семьи собственника жилого помещения относятся проживающие совместно с данным собственником в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы и в исключительных случаях иные граждане могут быть признаны членами семьи собственника, если они вселены собственником в качестве членов своей семьи (п. 1).
В силу ст. 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.
На основании п. 1 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.
По правилам ст. 288 ГК РФ собственник осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему жилым помещением в соответствии с его назначением.
В соответствии с п. 31 «а» Правил регистрации и снятия граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации и перечня должностных лиц, ответственных за регистрацию, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 17 июля 1995 г. № 713 снятие гражданина с регистрационного учета по месту жительства производится в случае изменения места жительства.
Согласно п. 1 ст. 20 ГК РФ местом жительства признается место, где гражданин постоянно или преимущественно проживает.
Как установлено в судебном заседании, в собственности ФИО3 находится жилой дом с кадастровым (условным) номером №, общей площадью 169,70 кв.м., этажность: 2, расположенный по адресу: <адрес>. Право ФИО3 на данный объект недвижимости зарегистрировано в установленном законом порядке.
Согласно справкам сельской администрации Чемальского сельского поселения <адрес> Республики Алтай, миграционного пункта отделения МВД России по <адрес> ответчик (по первоначальному иску) ФИО2 зарегистрирована с 31 мая 2013 года по адресу: <адрес>.
Между тем, ФИО2 членом семьи собственника не является, в настоящее время в жилом доме по вышеуказанному адресу не проживает.
При таких обстоятельствах суд считает ответчика (по первоначальному иску) ФИО2 прекратившей право пользования жилым домом, расположенным по адресу: <адрес>, исковые требования ФИО3 обоснованными и подлежащими удовлетворению.
При этом, суд принимает во внимание то обстоятельство, что регистрационный учёт граждан по месту пребывания и по месту жительства введён лишь в целях обеспечения необходимых условий для реализации гражданином Российской Федерации его прав и свобод, а также исполнения им обязанностей перед другими гражданами, государством (ст. 3 Закона РФ от 25 июня 1993 года № 5242-1 «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации»).
Таким образом, регистрация ответчика в жилом помещении, в котором он не проживает, не соответствует закону.
Согласно ст. 7 Закона РФ от 25 июня 1993 года № 5242-1 «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации», пп. «е» п. 31 Правил регистрации и снятия граждан Российской Федерации с регистрационного учёта по месту жительства в пределах Российской Федерации и Перечня должностных лиц, ответственных за регистрацию, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 17 июля 1995 года № 713, снятие гражданина с регистрационного учёта по месту жительства возможно на основании вступившего в законную силу решения суда о выселении или признании гражданина утратившим право пользования жилым помещением.
При снятии граждан с регистрационного учета по месту жительства по основаниям, предусмотренным пп. «в», «г», «д», «е» и «ж» п. 31 Правил, соответствующие документы могут быть представлены заинтересованными физическими и юридическими лицами.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд
решил:
Исковые требования ФИО3 в лице представителя по доверенности ФИО4 к ФИО2 о признании прекратившей право пользования жилым помещением, снятии с регистрационного учёта, удовлетворить частично.
Признать ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженку <адрес>, гражданку РФ, паспорт: серия №, выдан <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ, прекратившей право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: <адрес>.
В удовлетворении исковых требований ФИО3 в лице представителя по доверенности ФИО4 к ФИО2 о снятии с регистрационного учёта по месту жительства: <адрес>, отказать.
Решение суда, вступившее в законную силу, является основанием для снятия с регистрационного учёта по адресу: <адрес>, ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <адрес>, гражданки РФ, паспорт: серия №, выдан <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ.
В удовлетворении встречных исковых требований ФИО2 в лице представителя по доверенности ФИО5 к ФИО3 о признании недействительной (ничтожной) сделкой договор купли-продажи, применении последствий недействительности сделки, возвращении объектов недвижимости, аннулировании регистрационной записи, отказать.
Решение может быть обжаловано в Верховный суд Республики Алтай в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Чемальский районный суд Республики Алтай.
Судья Е.Е. Каршенинникова
Решение в окончательной форме изготовлено 12 января 2026 года