11RS0001-01-2023-003623-72 дело №33а-6363/2023

(в суде первой инстанции №2а-4781/2023)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Республики Коми в составе: председательствующего Колесниковой Д.А.,

судей Баранова А.Н., Пешкина А.Г.,

при секретаре судебного заседания Розовой А.Г.,

рассмотрела в г. Сыктывкаре в открытом судебном заседании 24 июля 2023 года административное дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Сыктывкарского городского суда Республики Коми от 12 апреля 2023 года по административному делу по административному исковому заявлению ФИО1 о взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания в следственном изоляторе,

Заслушав доклад судьи Пешкина А.Г., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением к УФСИН России по Республике Коми о взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания в размере 500 000 руб. за период с ноября 2022 по настоящее время (в данном случае до 14 марта 2023 года – даты обращения в суд), указав, что в период нахождения в следственном изоляторе в отношении него осуществлялся постоянный видеоконтроль, что не соответствует требованиям Конвенции.

Определением суда к участию в деле в качестве административных соответчиков привлечены ФСИН России, ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Коми.

Решением Сыктывкарского городского суда Республики Коми административное исковое заявление ФИО1 оставлено без удовлетворения.

ФИО1 подана апелляционная жалоба, в которой он просит отменить решение суда первой инстанции и принять новое решение об удовлетворении административного иска в полном объеме.

Письменных возражений на жалобу не имеется.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о дате, времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб, в заседание суда апелляционной инстанции не явились, явку своих представителей не обеспечили, ходатайств об отложении рассмотрения дела от них не поступало.

Проверив материалы дела, судебная коллегия приходит к следующему.

Из положений статьи 17.1 Федерального закона от 15 июля 1995 года №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее - Закон №103-ФЗ) и статьи 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации следует, что подозреваемый, обвиняемый, лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания под стражей или в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение.

Особенности подачи и рассмотрения требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении установлены в статье 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Как разъяснено в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года №47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» (далее - постановление Пленума №47), под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе право на личную безопасность и охрану здоровья, на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки.

Установлено, что ФИО1 содержится в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Коми с 11 ноября 2022 по настоящее время, в указанный период содержался в камерах № № 25, 72, 75, 77, 83.

Согласно справке, составленной УФСИН России по Республике Коми видеокамеры устанавливаются на внутренней территории учреждения, а также в специальных зданиях и помещениях для обеспечения установленного режима содержания осужденных и лиц, содержащихся под стражей, и выполнения задач по надзору за ними.

Видеофиксация в исправительных учреждениях и следственных изоляторах УФСИН России по Республике Коми производится не нарушая прав осужденных и лиц содержащихся под стражей, видеокамерами не оборудованы приватные зоны, а именно санитарные комнаты. Спальные места подозреваемых, обвиняемых и осужденных к приватной зоне не относятся.

Оценив представленные сторонами доказательства в соответствии со статьей 84 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд первой инстанции, принимая оспариваемое решение, ссылался на положения Конституции Российской Федерации, Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, пришел к обоснованному выводу, что помещения ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Коми, где содержался ФИО1, а также использование технических средств надзора и контроля администрацией следственного изолятора соответствуют нормам действующего законодательства, что ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Коми действовало исключительно в рамках законности, нарушения прав и законных интересов осужденного при этом отсутствуют.

Оснований не согласиться с такими выводами суда первой инстанции судебная коллегия по административным делам не находит.

В соответствии с частью 1 статьи 83 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации администрация исправительных учреждений вправе использовать аудиовизуальные, электронные и иные технические средства надзора и контроля для предупреждения побегов и других преступлений, нарушений установленного порядка отбывания наказания и в целях получения необходимой информации о поведении осужденных.

Согласно части 1 статьи 83 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации перечень технических средств надзора и контроля и порядок их использования устанавливаются нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Приказом Минюста России от 4 сентября 2006 года №279 утверждены Наставления по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы (далее по тексту также Приказ № 279).

Инженерно-технические средства охраны и надзора применяются с целью создания условий для предупреждения и пресечения побегов, других преступлений и нарушений установленного режима содержания осужденными и лицами, содержащимися под стражей, повышения эффективности надзора за ними и получения необходимой информации об их проведении, а также для обеспечения выполнения других служебных задач, возложенных на учреждения и органы уголовно-исполнительной системы (пункт 3 Приказа № 279).

Положениями пункта 30 раздела 4 Приказа № 279 Минюста России регламентируется оборудование инженерно-техническими средствами охраны и надзора постоянных объектов исправительных колоний, воспитательных колоний, лечебных исправительных и лечебно-профилактических учреждений, в том числе оборудование инженерно-техническими средствами надзора жилой зоны указанных объектов.

Подпункт 4 пункта 30 Приказа № 279 содержит указание на то, что жилые и коммунально-бытовые объекты оборудуются видеокамерами.

Таким образом, законодателем установлены требования к местам возможного размещения видеокамер в постоянных объектах исправительных колоний; количество видеокамер и процент охвата (обзора) площади помещений видеонаблюдением в Приказе Минюста России № 279 от 4 сентября 2006 года не содержится.

Само по себе использование следственными изоляторами и исправительными учреждениями технических средств контроля и надзора является частью механизма, обеспечивающего личную безопасность подозреваемых, обвиняемых, осужденных и персонала соответствующего учреждения, режим содержания подозреваемых, обвиняемых и осужденных, соблюдение их прав и исполнение ими своих обязанностей, в связи с чем, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что ведение видеонаблюдения не может расцениваться как действие, унижающее человеческое достоинство лиц, содержащихся под стражей, но напротив, направлено на предотвращение возникновения либо своевременное выявление каких-либо ситуаций, составляющих угрозу, как для истца, так и иных лиц, недопущение нарушение прав сотрудниками учреждения.

Таким образом, ограничение конституционных прав, в том числе на неприкосновенность частной жизни, является допустимым и оправданным в целях обеспечения личной безопасности подозреваемых и обвиняемых, а также сотрудников учреждения

Согласно положениям, закрепленным в части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации, ограничение прав и свобод человека и гражданина возможно федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Административным истцом не представлено бесспорных доказательств того, что в результате его содержания в помещениях камерного типа, оборудованных системой видеонаблюдения, ему причинен какой-либо вред, в том числе ввиду обзора камерой видеонаблюдения спального места, а действия администрации исправительного учреждения совершались с намерением подавляющего на осужденного воздействия, намерением вызвать у него состояние стресса, а принимаемые меры по обеспечению безопасности являлись чрезмерными.

В связи с чем, суд первой инстанций пришел к правильному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных ФИО1 требований, дав мотивированную оценку доводам административного иска, в том числе на предмет осуществления видеоконтроля сотрудниками исправительного учреждения женского пола, оснований ставить законность которой под сомнение судебная коллегия не усматривает.

Судебная коллегия отмечает, что в настоящее время законодателем не приняты меры к изменению установленного порядка содержания осужденных в части оснащения жилых зон помещений камерного типа системами видеонаблюдения.

Ссылка ФИО1 в апелляционной жалобе на иные судебные акты правового значения не имеет, поскольку эти акты не носят преюдициального характера для данного дела.

В целом доводы апелляционной жалобы административного истца сводятся к переоценке исследованных судом доказательств и оспариванию обоснованности выводов суда первой инстанции об установленных по делу фактических обстоятельствах, оснований для которой судебная коллегия не усматривает.

Фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судом первой инстанции на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом всех доводов и возражений участвующих в деле лиц, а окончательные выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права, в связи с чем, у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для отмены либо изменения принятого по делу судебного акта.

Руководствуясь статьями 309-311 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Сыктывкарского городского суда Республики Коми от 12 апреля 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Третий кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в шестимесячный срок, который начинает исчисляться на следующий день после принятия апелляционного определения и из него исключается срок составления мотивированного определения суда апелляционной инстанции, в случае когда его составление откладывалось.

Председательствующий -

Судьи -