Решение по делу № 2-111/2023 от 16.06.2023 - о признании договора дарения доли квартиры недействительным, применении последствий недействительности сделки, истребовании имущества из чужого незаконного владения.

Дело № 2-111/2023

УИД: 48RS0003-01-2022-003876-12

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

16 июня 2023 года г. Липецк

Правобережный районный суд г. Липецка в составе:

председательствующего судьи Ситниковой Н.Е.,

при секретаре Вдовине И.В.,

с участием представителя истца ФИО1, представителя ответчика и третьего лица ФИО2, третьего лица ФИО3,

с использованием средств аудиофиксации,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО5 о признании договора дарения доли квартиры недействительным, применении последствий недействительности сделки, истребовании имущества из чужого незаконного владения,

установил:

ФИО4 обратился в суд с иском к ФИО5 о признании договора дарения доли квартиры по адресу: <адрес> недействительной, применении последствий недействительности указанной сделки, истребовании имущества из чужого незаконного владения. В обоснование заявления указал, что с 1989 года ФИО3 и ФИО4 состояли в зарегистрированном браке. Во время брака, в 1992 году супруги получили квартиру, расположенную по адресу: <адрес>. Позднее ФИО4 вместе с супругой приватизировал на двоих, по ? доли в праве общей долевой собственности каждому указанную квартиру. 16.04.2014 года ФИО3, ФИО4 и ФИО5, в интересах которой по доверенности действовала Свидетель №1 заключили договор дарения квартиры по адресу: <адрес>. Одаряемая ФИО5 является дочерью супруги истца. О том, что истец подписал 16.04.2014 года договор дарения своей доли в праве общей долевой собственности на квартиру, он узнал от своей супруги недавно. Со слов ФИО4 в апреле 2014 года его супруга и ее родственники пригласили его сходить в МФЦ для решения формальных вопросов относительно квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, в суть которых ФИО4 не вникал. Как выяснилось при разводе, вместе с документами о приватизации квартиры истец подписал дарственную на дочь своей супруги, интересы которой представляла невестка его жены. ФИО4 никогда не имел намерения подарить свою долю в квартире третьим лицам. ФИО4 был введен в заблуждение в силу своего психического состояния, не мог осознавать последствия своих действий.

В последствии представитель истца уточнил заявленные исковые требования и указал, что в юридически значимый период подписания договора дарения доли квартиры от 16.04.2014 г. у ФИО4 обнаруживалось неуточненное органическое психиатрическое расстройство в связи со смешанными заболеваниями, истец был введен в заблуждение ФИО3 и в силу своего психического состояния не мог осознавать последствия своих действий. При этом, ФИО3 16.04.2014 г. сказала истцу, что надо пойти в МФЦ, чтобы оформить право на квартиру. В связи с чем, сделка по отчуждению единственного жилья истца должна быть признана недействительной. Просил признать сделку по дарению ? доли в квартире, принадлежащей ФИО4, расположенной по адресу: <адрес>, заключенную 16.04.2014 года между ФИО3, ФИО4 и ФИО5 недействительной, применить последствия недействительности сделки и истребовать указанное имущество из чужого незаконного владения.

В судебное заседание истец не явился, о рассмотрении дела судом извещался в установленном законом порядке, в суде интересы истца представляла по доверенности и ордеру ФИО1, Е.А., которая заявленные требования поддержала, ссылаясь на доводы, изложенные в исковом заявлении.

Ответчик ФИО5, в судебное заседание не явилась, о рассмотрении дела судом извещались в установленном законом порядке, интересы ответчика представляла по доверенности ФИО2, которая против удовлетворения иска возражала.

Третье лицо ФИО6, а также ее представитель по доверенности ФИО2 в судебном заседании также возражали против удовлетворения заявленных исковых требований.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

В соответствии со статьей 40 Конституции РФ, каждый имеет право на жилище и никто не может быть произвольно лишен жилища.

В соответствии с ч.1 ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в том числе из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему(п1.ч.1).

В соответствии с ч.1 ст. 235 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности прекращается при отчуждении собственником своего имущества другим лицам, отказе собственника от права собственности, гибели или уничтожении имущества и при утрате права собственности на имущество в иных случаях, предусмотренных законом.

Частью 1 ст. 8.1 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что в случаях, предусмотренных законом, права, закрепляющие принадлежность объекта гражданских прав определенному лицу, ограничения таких прав и обременения имущества (права на имущество) подлежат государственной регистрации.

Государственная регистрация прав на имущество осуществляется уполномоченным в соответствии с законом органом на основе принципов проверки законности оснований регистрации, публичности и достоверности государственного реестра.

Права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом (ч.2ст. 8.1 ГК РФ).

Запись в государственный реестр вносится при наличии заявлений об этом всех лиц, совершивших сделку, если иное не установлено законом. Если сделка совершена в нотариальной форме, запись в государственный реестр может быть внесена по заявлению любой стороны сделки, в том числе через нотариуса(ч.3 ст. 81. ГК РФ).

В соответствии с ч.1 ст. 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с ч.1 ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

В соответствии с ч. 1 ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 настоящего Кодекса.

Судом установлено, что ФИО3 и ФИО4 на основании договора № 3316 на передачу квартиры в собственность от 02.11.1995 г. приобрели право собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес> по ? доли каждый.

Из ответа ОГУП «Липецкоблтехинвентаризация» установлено, что указанный договор был зарегистрирован в Липецком БТИ 26.12.1995 г.

Из ответа отдела адресно-справочной работы УВМ УМВД России по Липецкой области установлено, что ФИО4 с 04.12.2001 г. по настоящее время зарегистрирован по адресу: <адрес>, ФИО3 с 26.09.2008 г. и по настоящее время зарегистрирована по адресу: <адрес>, ФИО3 зарегистрированной по адресу: <адрес> не значится.

16.04.2014 г. между ФИО3, ФИО4 и ФИО5 был заключен договор дарения квартиры, расположенной по адресу: <адрес>.

26.04.2014 г. была осуществлена государственная регистрация права собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, за ФИО5, что подтверждается выпиской из ЕГРН от 16.08.2022 г.

13.09.2022 г. брак между ФИО4 и ФИО3 был прекращен на основании совместного заявления супругов, что подтверждается свидетельством о расторжении брака №, выданным 13.09.2022 г. Отделом ЗАГС администрации Липецкого муниципального района Липецкой области.

Согласно ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

На основании с п. п. 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 71 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.15. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой ГК РФ», согласно п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (абзац второй п. 2 ст. 166 ГК РФ).

Пунктом 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В соответствии со ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

В подтверждение заявленных исковых требований о том, что в момент подписания договора дарения ФИО4 в силу своего психического состояния, а также под влиянием заблуждения не мог осознавать последствия своих действий, сторона истца ссылалась на объяснения самого ФИО4, сведения о состоянии его здоровья, отраженные в его медицинских картах, заключении специалиста, заключении судебной экспертизы, а также на показания свидетелей.

Истец ФИО4 в судебном заседании суду объяснял, что он познакомился с ФИО3, они поженились, после чего ему была предоставлена квартира на <адрес>. ФИО4 и ФИО3 стали проживать в новой квартире вместе, он оплачивал коммунальные платежи за нее. В 2014 году ФИО3 и Свидетель №1 пригласили его в организацию подписать какую – то бумагу. В момент подписания ФИО3 и Свидетель №1 грозили ему кулаками для того, чтобы он подписал документы. ФИО3 и Свидетель №1 положили перед ним заявление, подвели его к окну, где находился сотрудник регистрирующего органа, после чего он не глядя подписал заявление. ФИО4 объяснял, что ему сказали, что это какая – то прописка, он был не в курсе происходящего, сотрудник учреждения ничего ему не объяснил. До этого момента истец не обсуждал с ФИО3 то, что он отдаст свою долю в квартире ФИО5 В день сделки он чувствовал себя неадекватно, плохо, не знал, что подписал, Б-ны сказали, что он подписывает Ольге квартиру. ФИО4 не понимал, что подарил ФИО5 квартиру, поскольку он никогда не собирался этого делать. О том, что за документ он подписал, истец узнал, когда ФИО3 предложила ему снять другую квартиру.

В судебном заседании по ходатайству участвующих в деле лиц в качестве свидетелей допрошены родственники и лица, которые знакомы с ФИО4

Свидетель ФИО11 в судебном заседании показала, что является дочерью ФИО4 ФИО4 работал на Опытной станции, где ему и его супругу ФИО3 дали квартиру по адресу: <адрес>. ФИО4 не рассказывал ФИО11, что подарил свою долю в квартире ФИО5 В дальнейшем сын ФИО3 стал часто приходить к ним домой, ночевать у них, питаться, и, поскольку он употребляет спиртные напитки и неряшлив, ФИО4 стал его выгонять из квартиры. ФИО3 сказала, что сын ей дороже, и что ФИО4 следует покинуть квартиру. После этого ФИО11 предложила ФИО4 жить в ее доме. ФИО11 и ФИО4 сделали запрос в Росреестр, им пришла информация о том, что доля ФИО4 в квартире отчуждена. Позже ФИО4 объяснил, что ему приносили кучу документов, что он думал, что подписывает документы на приватизацию, а договор дарения он не подписывал. ФИО4 до сих пор не понимает, что произошло. Позже они узнали, что была внесена информация о приватизации и о дарении квартиры по адресу: <адрес>. ФИО11 также показала, что у ФИО4 мягкий характер.

Также, настаивая на удовлетворении заявленных исковых требований, сторона истца ссылалась на заключение специалиста ФИО14 и на библиографическую справку, составленную ФИО12, ФИО13, ФИО11

Специалист ФИО14 в своем заключении о разъяснении вопросов, входящих в компетенцию врача-психиатра пришел к выводу, что ФИО4 на момент подписания договора 16.04.2014 г. имел признаки органического расстройства личности сосудистого генеза (хроническая дисциркуляторная энцефалопатия) с умеренно-выраженным интеллектуально-мнестическим снижением. Органическое расстройство личности сосудистого генеза с умеренно –выраженным когнитивным снижением в совокупности с выявленными у ФИО4 индивидуально-психологическими особенностями личности лишали его способности понимать значение своих действий и руководить ими в период подписания им дарственной.

Допрошенный в судебном заседании в качестве специалиста ФИО14 суду показал, что заключение им было составлено на основании библиографической справки, медицинского заключения врача-невролога, а также он осматривал самого ФИО4 Специалистом было проведено тестирование ФИО4, позволяющее выяснить индивидуально–психологические особенности личности. ФИО14 показал, что для того, чтобы не быть способным заключать сделки, лицо не обязательно должно отличаться признаками невменяемости, иметь какое-то заболевание, лицо может просто не понимать, что подписывает, не понимать, что происходит. ФИО4 не понимал, что он подписал 16.04.2014г., считал, что подписал приватизацию квартиры, продолжал в течение 8 лет платить за квартиру, как за свою собственную. ФИО4 пошел на сделку по принуждению ФИО3 На него было оказано давление, он проявил себя как слабый тип, самостоятельности в его действиях не усматривается. Кроме того ФИО14 показал, что еще в 2013 году неврологическое исследование выявило у ФИО4 сосудистое расстройство, спустя время стала страдать память, мышление, подвижность, появилась замедленность, истощаемость. Но в совокупности с его психологическим состоянием данная патология усиливает его податливость.

Возражая против удовлетворения заявленных исковых требований, сторона ответчика также ссылалась на сведения о состоянии здоровья ФИО4, отраженные в его медицинских картах, заключение специалиста, заключение судебной экспертизы, а также на показания свидетелей.

В судебном заседании третье лицо ФИО3 суду объясняла, что она стояла на очереди для получения квартиры и в 1992 г. получила квартиру по адресу: <адрес>, в которой прописала своего супруга ФИО4 Впоследствии спорная квартира была приватизирована ФИО3 и ФИО4 в равных долях. Отношения в семье были хорошие. ФИО5 всегда присылала ФИО3 и ФИО4 посылки, делала ремонт в <адрес>. № по <адрес>, покупала мебель в эту квартиру. ФИО4 и ФИО3 обсуждали вопрос передачи квартиры ФИО5 и ФИО4 не возражал против этого, поскольку он понимал, что это квартира была получена ФИО3 Когда ФИО3 с ФИО4 договорились переоформить квартиру, они нашли риэлтора, которая помогла им в оформлении квартиры. В момент оформления сделки в МФЦ, ФИО4 все понимал, осознавал, что дарит квартиру, подписывает договор дарения.

В судебном заседании по ходатайству представителя ответчика в качестве свидетелей допрошены родственники и лица, которые знакомы с ФИО4, ФИО3, ФИО5, ФИО11

Свидетель Свидетель №2 суду показал, что ФИО4 является супругом его бабушки - ФИО3, ФИО5 приходится ему тетей. В период своего детства он жил с бабушкой и дедушкой в <адрес>. № № по <адрес>, проводил с ними много времени. ФИО4 был очень спортивный человек, следил за своим здоровьем. Отношения между ФИО5 и ФИО4 были образцовыми. ФИО5 помогала бабушке и дедушке, присылала денежные средства, приезжала, делала ремонт в квартире, покупала все строительные материалы, бытовую технику. Свидетель Свидетель №2 также суду показал, что спорную квартиру получила ФИО3, когда работала на опытной станции. Затем ФИО3 и ФИО4 приватизировали спорную квартиру в равных долях. На семейном совете ФИО3 и ФИО4 решили, что поскольку у дедушки уже была квартира, и он её оставил своей дочери, значит, бабушка должна отдать <адрес>. № по <адрес> своей дочери Ольге. Позже они это юридически закрепили, оформили договор дарения на ФИО5 ФИО4 понимал, что его доля квартиры была отчуждена в пользу ФИО5

Свидетель Свидетель №1 суду показала, что ФИО4 является ее свекром, ФИО3 свекровью, а ФИО5 - сестра ее мужа. Свидетелю было известно, что спорную квартиру получала ФИО3 Кроме того показала, что отношения у ФИО4 и ФИО5 были нормальные, он уважал ее, она помогала им: присылала посылки, делала ремонт в квартире. Свидетель также показала суду, что принимала участие в сделке, поскольку ФИО5 не было, она по доверенности принимала в дар квартиру на ее имя. ФИО3, ФИО4, Свидетель №1 и риэлтор вместе ездили в МФЦ. В МФЦ с ними разговаривал сотрудник, задавал вопросы, спрашивал, понимают ли они, какая сделка совершается. ФИО4 был здоров, все понимал, не был против дарения квартиры ФИО5 ФИО4 осознавал, что он подписывал договор дарения, он понимал, что находится в МФЦ, он себя хорошо чувствовал.

Свидетель ФИО15 суду показала, что является знакомой ФИО4 и ФИО3 16.04.2014 года состоялась сделка, в которой она участвовала в качестве риелтора, составляла договор дарения, а также сопровождала сделку в МФЦ. При совершении сделки присутствовали ФИО3, ФИО4, Свидетель №1 В МФЦ они взяли талон, подошли к окошку, через которое с ними общался специалист МФЦ. Специалист обычно спрашивает, читал ли человек договор, объясняет последствия договора, разъясняет, что происходит в результате подписания сделки. Всем троим участникам проговаривали последствия совершения сделки. Все участники сделки чувствовали себя нормально, сами подписывали договор при специалисте.

Свидетель Свидетель №3 суду показала, что ФИО4 является ее дядей. Никаких психических заболеваний у него нет, он нормальный, здоровый человек, который занимался спортом. ФИО5 относилась к нему уважительно, помогала ему материально. Свидетель показала, что ей известно о том, что спорная квартира была предоставлена ФИО3, а ФИО4 ей говорил, что они подарили квартиру ФИО5

Свидетель ФИО16 суду показала, что ФИО4 – брат ее приемной мамы. Отношения ФИО4 и ФИО3 в семье были хорошими. ФИО5 уважала и любила ФИО4, привозила ему подарки. Когда ФИО5 приезжала в г. Липецк, она делала ремонт в <адрес>. № № по <адрес>, покупала мебель, посуду. ФИО4 был здоров, свидетель никогда не слышала о возможных проблемах с психикой ФИО4 Свидетелю известно от ФИО4 о том, что он и ФИО7 подарили квартиру ФИО5

Свидетель ФИО18 суду показала, что является соседкой ФИО4 и ФИО3 ФИО4 всегда был сильным и спортивным человеком. Когда приезжала ФИО5, она всегда начинала наводить порядок, покупала и клеила новые обои, меняла плитку в ванной, покупала продукты. Отношения между ФИО5 и ФИО4 были хорошие, они общались по скайпу, она присылала ему вещи. Свидетелю известно, что ФИО4 и ФИО7 подарили квартиру ФИО5

Свидетель ФИО19 суду показал, что является крестником ФИО4 Также показал, что никаких психических расстройств у ФИО4 не было, он уравновешенный человек, никогда не жаловался на снижение памяти, головокружение, повышенную утомляемость. У ФИО4 и ФИО3 были хорошие отношения. У ФИО4 и ФИО5 тоже были хорошие отношения. ФИО5 приезжала в Липецк периодически, делала ремонт в квартире, в которой они жили, выделяла денежные средства. Свидетелю известно от ФИО4 и ФИО7, что они подарили <адрес>. №» по <адрес> ФИО5

В соответствии с частью 1 статьи 69 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации свидетелем является лицо, которому могут быть известны какие-либо сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела. Не являются доказательствами сведения, сообщенные свидетелем, если он не может указать источник своей осведомленности.

Таким образом, суд принимает в качестве доказательств по делу показания свидетелей, данные в ходе судебного заседания об особенностях поведения ФИО4, о совершаемых им поступках и действиях.

Также, возражая против удовлетворения заявленных исковых требований, сторона ответчика ссылалась на заключение специалиста ФИО20

Специалист ФИО20 в своем заключении указал, что ФИО14 в своем заключении дает ответы на вопросы, которые не входят в компетенцию врача психиатра, специалиста психолога. ФИО14 проводит личное психиатрическое освидетельствование. Выводы ФИО14 в заключении о том, что ФИО4 обнаруживает в настоящее время, как обнаруживал на момент подписания договора дарения 16 апреля 2014 г. признаки «Органического расстройства личности сосудистого генеза (хроническая дисциркуляторная энцефалопатия) с умеренно выраженным интеллектуально-мнестическим снижением» являются абсолютно не обоснованными, антинаучными. Дополнительные сведения, приложенные к заключению также не имеют никаких сведений, говорящих о наличии у ФИО4 органического расстройства личности. Более того, диагноз, вынесенный неврологом 09.07.2013 г. в части наличия «хронической дисциркуляторной энцефалопати с умеренными нейрокогнитивными расстройствами» являются абсолютно необоснованным. В тексте осмотра нет никаких указаний на наличие каких-либо симптомов или синдромов, характерных для данного состояния.

Допрошенный в судебном заседании в качестве специалиста ФИО20 показал, что вопросы, которые были отражены в заключении специалитса ФИО14 относятся к компетенции экспертов и могут быть рассмотрены в рамках проведения экспертизы. Специалист не может давать ответы на такие вопросы, поскольку это не входит в его компетенцию. Также в заключении есть вопросы, которые входят в компетенцию психолога, ответы на такие вопросы должен давать эксперт с отдельной специальностью, соответствующим сертификатом, набором знаний, навыков. Установить диагноз можно только в результате медицинского освидетельствования, которое является лицензионной деятельностью. ФИО14 не мог давать оценку тому, что было 8-9 лет назад, ни имея, никаких медицинских сведений, на основании документа, описывающего личность. Кроме того, психолог не может давать ответов о возможности и способности понимать значение своих действий на момент совершения юридически значимых действий. Для определения психического состояния человека необходима комиссия, в которую входят эксперты психиатры.

По сообщению ГУЗ «Липецкой областной психоневрологической больницы» на запрос суда от 16.12.2022 г. ФИО4 под диспансерным наблюдением в ГУЗ «ЛОПНБ» не состоит.

Для проверки доводов стороны истца о том, что ФИО4, на момент подписания договора дарения от 16.04.2014 г. не мог понимать значение своих действий и руководить ими определением суда по делу назначена амбулаторная судебно-психиатрическая экспертиза, проведение которой было поручено экспертам ГБУЗ ПКБ № 1 г. Москвы.

Из заключения экспертов установлено, что у ФИО4 в юридически значимый период подписания договора дарения доли квартиры от 16.04.2014г. обнаруживалось <данные изъяты> (ответ на часть вопроса №1). Об этом свидетельствуют данные анамнеза в сопоставлении с медицинской документацией о возникновении у него к 2013г., на фоне отягощенной алкоголизмом наследственности, злоупотребления спиртными напитками в анамнезе и течения <данные изъяты> некоторого когнитивного снижения с субъективными жалобами на снижение памяти. Однако дифференцированно оценить психическое состояние ФИО4 в юридически значимый период подписания договора дарения доли квартиры от 16.04.2014г. и ответить на вопрос, мог ли он тогда понимать значение своих действий и руководить ими, и был ли способен к смысловой оценке ситуации, осознанию юридических особенностей сделки, прогнозу ее последствий, с учетом свойственной течению <данные изъяты> состояния не представляется возможным в связи с отсутствием в представленной мед. документации объективных и достоверных сведений о состоянии его здоровья (в том числе психического) в юридически значимый период и, как следствие, невозможностью ретроспективной оценки степени выраженности имевшихся в юридически значимый период когнитивных расстройств (ответ на вопрос №2). Всесторонний анализ медицинской документации и результатов настоящего обследования показал, что в последующем (к 2022-2023г.г.) у ФИО4 отмечалось прогрессирование указанных расстройств с формированием выраженного интеллектуально-мнестического снижения с вязкостью, обстоятельностью мышления, утомляемостью и истощаемостью, что подтверждается также и данными настоящего обследования, выявившего у ФИО4 выраженное интеллектуально-мнестическое снижение с формирующейся фиксационной амнезией, дезориентировкой во времени, замедленным по темпу, вязким и малопродуктивным мышлением с грубой истощаемостью, снижением вербальной беглости, непоследовательностью высказываний и суждений, а также оскуднением эмоционально-личностной сферы, нарушением критических и прогностических способностей, что в совокупности в настоящее время позволяет диагностировать деменцию <данные изъяты>

Допрошенный в судебном заседании в качестве специалиста ФИО20 показал, что неуточненное органическое психическое расстройство в связи со смешанными заболеваниями - F06.9 по МКБ-10 не свидетельствует о том, что ФИО4 на 16.04.2014г. не мог понимать значение своих действий и руководить ими.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено Федеральным законом.

При этом, в силу приведенных положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о недействительности спорного договора дарения лежит на истце.

Оценив в совокупности показания свидетелей, сведения, имеющиеся в медицинской документации о прохождении обследовании и лечения ФИО4, заключение специалиста ФИО14, заключение специалиста ФИО20, заключение экспертов ГБУЗ ПКБ № 1 г. Москвы, суд приходит к выводу, что истцом не представлено суду доказательств, с достоверностью подтверждающих тот факт, что ФИО4 в момент подписания договора дарения от 16.04.2014 г. в силу имеющегося у него заболевания не мог понимать значения своих действий и руководить ими. Наличие у ФИО4 психического заболевания не свидетельствует о его неспособности понимать значение своих действий и руководить ими в момент подписания договора.

Именно неспособность стороны договора в момент его подписания понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания договора недействительным, поскольку соответствующее волеизъявление по дарению имущества отсутствует.

Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у ФИО4 в момент подписания договора дарения, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

Поскольку экспертное исследование ГБУЗ ПКБ № 1 г. Москвы не установило неспособности ФИО4 понимать значение своих действий и руководить ими в момент подписания договора, принимая во внимание показания свидетелей о поведении истца в быту, суд приходит к выводу, что оснований для признания договора дарения недействительным по указанному основанию не имеется.

Кроме того, суд не находит оснований для признания договора дарения недействительным по тем основаниям, что ФИО4 был введен в заблуждение при совершении сделки, поскольку считал, что производится регистрация договора передачи квартиры в собственность. Из представленного суду кадастрового дела объекта недвижимости №, а также из объяснений участвующих в деле лиц следует, что действительно, 26.10.2014 г. в государственный реестр недвижимости вносились сведения о передаче квартиры в собственность на основании договора № 3316 на от 02.11.1995 г. и регистрировался переход права собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес> от ФИО3 и ФИО4 к ФИО5 Заявления о регистрации договора передачи квартиры в собственность и о переходе права собственности на квартиру были подписаны ФИО4, что не оспаривается стороной истца. Учитывая, что на момент совершения сделки дарения и регистрации права, ФИО4 понимал значение своих действий, отсутствуют сведения о его неспособности понимать значение своих действий, принимая во внимание показания свидетелей, которые показывали, что после апреля 2014 года ФИО4 говорил о том, что передал право на свою долю в квартире по адресу: <адрес> ФИО5, суд приходит к выводу, что при совершении дарения доли квартиры и регистрации указанной сделки ФИО4 не заблуждался относительно природы совершаемой сделки, а знал, что совершает дарение ? доли квартиры, собственником которой он являлся.

Согласно п. 1 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

В силу статьи 301 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

В пункте 36 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 29 апреля 2010 г. № 10/22 “О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав” разъяснено, что в соответствии со статьей 301 ГК РФ лицо, обратившееся в суд с иском об истребовании своего имущества из чужого незаконного владения, должно доказать свое право собственности на имущество, находящееся во владении ответчика.

Учитывая вышеприведенные положения законодательства и выводы суда, то обстоятельство, что ФИО4 не является собственником ? доли квартиры по адресу: <адрес>, не имеется оснований для применения последствий недействительности сделки и истребования указанного имущества из чужого незаконного владения.

При таких обстоятельствах, требования истца удовлетворению не подлежат

руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

ФИО4 отказать в удовлетворении исковых требований, предъявленных к ФИО5 о признании недействительным договора дарения ? доли квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, с кадастровым номером №, заключенного 16.04.2014 года между ФИО3, ФИО4 и ФИО5 недействительным, применении последствий недействительности сделки и истребовании ? доли квартиры, расположенной по адресу: <адрес> из чужого незаконного владения.

Решение может быть обжаловано в Липецкий областной суд в течение одного месяца с момента изготовления решения в окончательной форме через Правобережный районный суд г. Липецка.

Председательствующий Н.Е. Ситникова

Мотивированное решение изготовлено 23.06.2023 года.