дело № 2-2496/2022
УИД - 26RS0003-01-2022-003041-60
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
14 октября 2022 года г. Ставрополь
Октябрьский районный суд города Ставрополя Ставропольского края в составе: председательствующего судьи Шандер Н.В.,
при секретаре судебного заседания Болдине С.В.,
с участием : истца и ответчика по встречному иску ФИО1 и его представителя ФИО2, ответчика и истца по встречному иску ФИО9 и его представителя ФИО3, ответчика по встречному иску ФИО4, представителя третьего лица – ООО «Уют плюс» ФИО5, представителя третьего лица – Отдела по охране прав детства администрации Октябрьского района г. Ставрополя – ФИО6, старшего помощника прокурора Октябрьского района г. Ставрополя Гуськовой М.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Октябрьского районного суда города Ставрополя гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО9, ФИО7, ФИО8, ФИО8 о выселении; по встречному исковому заявлению ФИО9 к ФИО1, ФИО4 о признании договора купли-продажи недвижимости недействительным, прекращении права собственности, применении последствий недействительности сделки, взыскании судебных расходов,
установил:
ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением, впоследствии уточненным, к ФИО9, ФИО7, ФИО8, ФИО8 о выселении из <адрес> по <адрес> <адрес>.
В обоснование своих требований ФИО1 указал на то, что вышеуказанная квартира принадлежит ему на праве собственности, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права серии № № от ДД.ММ.ГГГГ. До момента приобретения указанной квартиры в ней проживал ответчик ФИО9 со своей семьей – ответчиками ФИО7 (супругой) и детьми ФИО8, ФИО8, которые остались проживать в указанной квартире по достигнутой с новым собственником - истцом ФИО1 устной договоренности при условии своевременной оплаты коммунальных и иных обязательных платежей. Однако в начале мая 2022 года в адрес ФИО1 из управляющей компании ООО «Уют плюс» поступило уведомление о наличии значительной задолженности по коммунальным платежам, составляющей на ДД.ММ.ГГГГ около 500000 рублей, и необходимости ее погашения в кратчайшие сроки. В этой связи истцом ФИО1 в адрес ответчика ФИО9 было направлено уведомление-претензия от ДД.ММ.ГГГГ с требованием о добровольном освобождении занимаемого жилого помещения и погашении задолженности по коммунальным платежам. Данное требование было проигнорировано, почтовая корреспонденция ответчиком ФИО9 получена не была. Последующие предпринятые попытки об урегулировании спора в добровольном порядке положительных результатов не дали, в связи с чем, ФИО1 был вынужден обратиться в суд с настоящим иском. Истец ФИО1 также сослался на то, что нежелание ответчиков в добровольном порядке освободить занимаемое жилое помещение, принадлежащее ему на праве собственности, влечет нарушение его прав на беспрепятственное владение, пользование и распоряжение своим имуществом. Также указал на то, что ответчики в принадлежащей ему <адрес> <адрес> <адрес> на регистрационном учете не состоят, договор аренды жилого помещения с ним не заключался, у ответчиков имеется другое жилое помещение, пригодное для постоянного проживания, расположенное по адресу: <адрес>, <адрес> <адрес>, где они зарегистрированы.
Не согласившись с заявленными требованиями, ФИО9 подал встречный иск к ФИО1:
- о признании договора купли-продажи недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО1 и ФИО4, недействительным в силу его притворности;
- о прекращении права собственности ФИО1 на <адрес> <адрес> <адрес>;
- о применении последствий недействительности сделки в виде возврата <адрес> <адрес> <адрес> в собственность ФИО4;
- о взыскании расходов по оплате государственной пошлины в размере 13200 рублей.
Свои требования ФИО9 мотивировал тем, что договор купли-продажи недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ, на основании которого за ФИО1 зарегистрировано право собственности на спорную квартиру, является недействительным, поскольку заключен с целью прикрыть договор залога указанных в нем двух квартир, которые ФИО1 фактически не передавались, в которые последний не вселялся и не имеет интереса в проживании в них. Оспариваемый договор был заключен между продавцом ФИО4, от имени которой по доверенности действовал ФИО9, и покупателем ФИО1 При этом между ним, ФИО9 и ФИО1 неоднократно заключались договоры займа денежных средств. Так по договору займа денежных средств от 20. 07.2014 займодавец ФИО1 предоставил заемщику ФИО9 заем в размере 5000000 рублей, а заемщик обязался возвратить заем не позднее ДД.ММ.ГГГГ. В подтверждение получения денежных средств заемщиком была составлена расписка от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой в обеспечение исполнения обязательств по возврату суммы займа 5000000 рублей между займодавцев (покупателем) и заемщиком (продавцом) заключен договор купли-продажи квартир, расположенных по адресу: 1. <адрес>, общей площадью 74 кв. м., данная квартира будет переоформлена в собственность ФИО9 по возврату им суммы долга ФИО1; 2. <адрес>, общей площадью 74 кв. м., данная квартира будет переоформлена в собственность ФИО9 по возврату им суммы долга ФИО1 По мнению ФИО9, из содержания указанной расписки следует, что приобретенная по договору купли-продажи недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ спорная квартира находится у ФИО1 в залоге и подлежит возврату ФИО9 по возвращении им суммы займа, получено по договору займа денежных средств от ДД.ММ.ГГГГ.
Ссылаясь на положения п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответчик и истец по встречному иску ФИО9 считает оспариваемый договор купли-продажи недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ мнимой сделкой, совершенной лишь для вида, без намерения создать ответствующие ей правовые последствия, а потому являющейся ничтожной. После заключения договора купли-продажи недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ спорная квартира фактически ФИО1 не передавалась, в ней остался проживать ФИО9 с членами своей семьи – супругой и несовершеннолетними детьми, нести расходы по ее содержанию. ФИО9 считает, что стороны сделки купли-продажи обоюдно не желали наступления ее правовых последствий. Доказательств осуществления прав собственника в отношении спорной квартиры ФИО1 не представлено. Также полагает, что поскольку договор купли-продажи недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ, являющийся ничтожной сделкой, не исполнялся, то в силу п. 1 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок давности по требованию о признании его недействительным не течет.
В возражениях на встречное исковое заявление ФИО1, не согласившись с его доводами, указал, что договор купли-продажи недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ заключался между ним и ФИО4, а не с ФИО9, который действовал исключительно как представитель продавца и который не представил доказательств тому, что когда-либо являлся собственником спорной квартиры. Полагает надуманными доводы ФИО9 о том, что он не имел намерений на приобретение спорной квартиры, поскольку таковая приобреталась им с целью обеспечения жильем своего сына. Также сослался на пропуск ФИО9 срока исковой давности для предъявления требований о применении последствий недействительности ничтожной сделки, поскольку последнему было известно об исполнении сделки с самого начала ее совершения. Полагает, что в действиях ФИО9 по оспариванию договора купли-продажи недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ усматривается недобросовестность, ввиду чего его встречные требования удовлетворению не подлежат.
В предварительном судебном заседании 03 августа 2022 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен Отдел по охране прав детства администрации Октябрьского района г. Ставрополя.
В предварительном судебном заседании 08 сентября 2022 года к участию в деле в качестве соответчика по встречному иску привлечена ФИО4
В судебном заседании 28 сентября 2022 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ставропольскому краю.
Истец и ответчик по встречному иску ФИО1 в судебном заседании поддержал заявленные требования в полном объеме, просил их удовлетворить. В удовлетворении встречных исковых требований просил отказать, полагая их необоснованными. Дополнительно пояснил суду, что спорную квартиру приобрел с целью обеспечения своих сыновей, старший из которых является инвалидом I группы. За спорную квартиру им в регистрационной палате была передана продавцу денежная сумма в размере 1000000 рублей, что отражено в договоре купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ. Не оспаривал факт заключения ДД.ММ.ГГГГ договора займа с ФИО9 на сумму 5000000 рублей, которая до настоящего времени ему не возвращена. Также пояснил, что текст расписки о получении денежных средств от ДД.ММ.ГГГГ был составлен юристами ФИО9 в выгодном последнему содержании, при этом никаких договоров купли-продажи квартир между ними не заключалось, равно как и договоров залога, их регистрация не производилась.
Представитель истца и ответчика по встречному иску ФИО1 - ФИО2 в судебном заседании также поддержал заявленные требования и доводы своего доверителя, просил их удовлетворить. В удовлетворении встречных исковых требований просил отказать, ссылаясь, в том числе, на пропуск срока исковой давности для их предъявления. В полном объеме поддержал доводы, приведенные в письменных возражениях на встречное исковое заявление. Дополнительно пояснил, что ФИО9 не представил никаких доказательств тому, что когда-либо являлся собственником спорной <адрес> <адрес> в <адрес>, а равно тому, что данная квартира передавалась в залог в счет обеспечения исполнения обязательств ФИО9 по договору займа денежных средств от ДД.ММ.ГГГГ. Кроме того, просил учесть, что оспариваемый договор купли-продажи спорной квартиры от ДД.ММ.ГГГГ заключен ранее возникновения правоотношений по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ.
Ответчик и истец по встречному иску ФИО9 в судебном заседании поддержал свои встречные исковые требования, просил их удовлетворить, отказав в удовлетворении исковых требований ФИО1 о выселении. Пояснил, что спорная квартира, равно как и <адрес> <адрес> <адрес> всегда принадлежали лично ему, несмотря на то, что оформлены на его мать ФИО4 Спорную квартиру он приобрел по договору долевого участия в строительстве в 2010 году. Настаивал на том, что по договору купли-продажи недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ спорная квартира фактически была передана им в залог ФИО1 в счет обеспечения исполнения его обязательств по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ, что отражено в расписке от ДД.ММ.ГГГГ. При этом не отрицал того, что договор залога государственную регистрацию не проходил. Подтвердил, что он и члены его семьи – супруга ФИО7 и дети ФИО8 и ФИО8 постоянно проживают в спорной <адрес> <адрес> <адрес>, хотя он зарегистрирован по адресу: <адрес>, <адрес> <адрес>, а супруга и дети зарегистрированы по адресу: <адрес>, <адрес> <адрес>. В <адрес> <адрес> в <адрес> на регистрационном учете никто не состоит, ФИО1 в ней никогда не проживал. Полагает, что оснований для выселения его семьи из спорной квартиры не имеется, поскольку при заключении договора ее купли-продажи стороны фактически заключили другую сделку – договор займа с залогом недвижимости. При этом не отрицал, что ни в установленный договором займа срок, ни до настоящего времени сумму займа ФИО1 не возвратил.
Представитель ответчика и истца по встречному иску ФИО9 - ФИО3 судебном заседании поддержал доводы своего доверителя и встречные исковые требования, которые просил удовлетворить в полном объеме. В удовлетворении исковых требований ФИО1 о выселении просил отказать. В полном объеме поддержал доводы, приведенные в письменных пояснениях по делу. Считает, что содержание расписки о получении денежных средств от ДД.ММ.ГГГГ безусловно свидетельствует о фактическом заключении между ФИО1 и ФИО9 договора займа с залогом недвижимости, что, по его мнению, является основанием для признания договора купли-продажи недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ ничтожной сделкой, в силу ее мнимости, поскольку она была совершена лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Пояснил, что при заключении договора купли-продажи квартиры стороны были намерены вступить в правоотношения именно по займу денежных средств, но им было удобнее оформить эти правоотношения договором купли-продажи. Полагает, что факт того, что ФИО1 не вселялся в спорную квартиру, не проживал в ней, не оплачивал коммунальные платежи, свидетельствует о том, что он не имел намерений быть собственником данной недвижимости. Доказательств передачи денежных средств за спорную квартиру продавцу при заключении договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ не представлено. Также полагает, что срок исковой давности для предъявления требований о признании договора купли-продажи недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ ничтожной сделкой и применении последствий ее недействительности не пропущен, поскольку фактического исполнения сделки, от даты которой подлежит исчислению срок исковой давности, не имело места быть.
Ответчик по встречному иску ФИО4 в судебном заседании признала встречные исковые требования, просила их удовлетворить, отказав в удовлетворении исковых требований ФИО1 о выселении. Пояснила, что между ее сыном ФИО9 и ФИО1 были дружеские отношения. В связи с тем, что ее сыну были нужны деньги, она выдала доверенность на имя сына с правом распоряжения принадлежащей ей спорной квартирой № <адрес>. Не отрицала, что была осведомлена о заключении сыном договора купли-продажи недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ и что не оспаривала его. При этом пояснила, что спорную квартиру в залог ФИО1 не передавала, договор залога не регистрировала в установленном порядке. Не смогла пояснить в судебном заседании, в связи с чем, был заключен договор купли-продажи спорной квартиры, а не договор займа денежных средств с залогом.
Представитель третьего лица ООО «Уют плюс» - ФИО5 в судебном заседании полагала разрешение заявленных сторонами требований на усмотрение суда, полагала возможным выселение семьи ФИО9 из спорной квартиры, пояснив, что по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ задолженность по оплате за жилищно-коммунальные услуги в спорной <адрес> <адрес> <адрес> составляла 313025, 02 рублей, до настоящего времени задолженность не погашена.
Представитель третьего лица – Отдела по охране прав детства администрации Октябрьского района г. Ставрополя – ФИО6 в судебном заседании полагала разрешение заявленных требований с учетом соблюдения прав и интересов несовершеннолетних ФИО8 и ФИО8
Ответчик ФИО7, являющаяся также законным представителем несовершеннолетних ФИО8 и ФИО8, в судебное заседание не явилась, будучи надлежащим образом уведомлена о времени и месте его проведения, представив ходатайство с просьбой о рассмотрении дела без ее участия
Представитель третьего лица – Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ставропольскому краю в судебное заседание не явился, будучи надлежащим образом уведомленным о времени и месте его проведения, об уважительности причин неявки суду не сообщил, ходатайств об отложении слушания дела от него не поступало.
При таких обстоятельствах, суд, с учетом мнения лиц, участвующих в деле, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствие не явившихся лиц.
Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы данного гражданского дела, заслушав заключение старшего помощника прокурора Октябрьского района г. Ставрополя Гуськовой М.А., полагавшей исковые требования ФИО1 о выселении подлежащими удовлетворению, оценив представленные доказательства в их совокупности с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности и достаточности, суд приходит к следующему выводу.
Согласно статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.
В силу пункта 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.
Ст. 153 ГК РФ установлено, что сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.
Положениями ст. 421 ГК РФ предусмотрено, что граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена ГК РФ, законом или добровольно принятым обязательством.
Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.
В соответствии с п. 1 ст. 422 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами, действующим в момент его заключения (императивное регулирование гражданского оборота).
Таким образом, в силу установленного правового регулирования граждане свободны в приобретении и осуществлении гражданских прав и обязанностей, руководствуясь своей волей и действуя в своем интересе, в том числе, посредством вступления в договорные правоотношения путем выбора формы, вида договора, определении его условий (ст. ст. 1, 421, 434 ГК РФ), а с учетом правового содержания ст. 153 ГК РФ, а также общих условий действительности сделок, последние представляют собой осознанные, целенаправленные, волевые действия лиц, совершая которые, они ставят цель достижения определенных правовых последствий. Указанное предполагает, что при вступлении в договорные отношения независимо от вида договорной формы воля стороны должна быть направлена на достижение определенного правового результата.
При этом, как закреплено в п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. Указанные принципы закрепляют добросовестность и разумность действий сторон, их соответствие действительному смыслу заключаемого соглашения, справедливость условий заключенной ими сделки; то, что стороны действуют по отношению друг к другу, основываясь на началах равенства и автономии воли, и определяют условия договора самостоятельно в своих интересах. Участники гражданского оборота, являясь субъектами отношений по сделке, несут риск наступления неблагоприятных последствий, если не имеется законных оснований к недействительности сделки.
В соответствии со ст. 35 Конституции РФ право частной собственности охраняется законом. Каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами.
В силу п. 2 ст. 209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.
Право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества (п. 2 ст. 218 ГК РФ).
Договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение (ст. 432 ГК РФ).
В соответствии с п. 1 ст. 549 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).
На основании ст. 550 Гражданского кодекса Российской Федерации договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (пункт 2 статьи 434).
Переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации (п. 1 ст. 551 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Договор продажи жилого дома, квартиры, части жилого дома или квартиры подлежит государственной регистрации и считается заключенным с момента такой регистрации (ч. 2 ст. 558 ГК РФ).
Согласно ч. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительная с момента ее совершения (ст. 167 ГК РФ).
Как установлено судом и следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ между ФИО4 (продавец), от имени которой по нотариально удостоверенной доверенности серии <адрес>2 от ДД.ММ.ГГГГ действовал ФИО9, и ФИО1 (покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимости, по условиям которого последний приобрел у продавца за 1 000 000 рублей квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, <адрес> <адрес>, которая принадлежала продавцу на основании договора купли-продажи недвижимости № от ДД.ММ.ГГГГ. заключенного с ФИО10
Согласно п. 2.2 названного договора от ДД.ММ.ГГГГ оплата по договору полностью передана покупателем продавцу до его подписания.
Договор купли-продажи недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ зарегистрирован в установленном законом порядке, что подтверждается соответствующей записью регистрации № от ДД.ММ.ГГГГ и свидетельством о государственной регистрации права серии 26-АЗ № от ДД.ММ.ГГГГ.
Сторонами не оспаривается, что на момент заключения названного договора купли-продажи в спорной квартире проживал ФИО9 со своей семьей – супругой ФИО7 и детьми ФИО8 и ФИО8 и что после перехода права собственности на нее к ФИО1 по согласованию с последним спорная квартира осталась в фактическом пользовании семьи Саргсян, где они продолжают проживать до настоящего времени.
ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 (займодавец) и ФИО9 (заемщик) заключен договор займа денежных средств, по условиям которого займодавцем были переданы заемщику денежные средства в размере 5000 000 рублей под 2 % ежемесячно от суммы займа. Срок возврата займа определен сторонами не позднее ДД.ММ.ГГГГ.
В подтверждение получения заемщиком ФИО9 от займодавца ФИО1 денежных средств в размере 5000000 рублей составлена расписка от ДД.ММ.ГГГГ, согласно тексту которой в обеспечение исполнения обязательств по возврату суммы займа между сторонами заключен договор купли-продажи квартир № и № по пер. <адрес> в <адрес> и указано, что данные квартиры буду переоформлены в собственность ФИО9 по возврату им суммы долга ФИО1
Обращаясь в суд со встречным иском к ФИО1, ФИО9 сослался на то, что оспариваемая им сделка купли-продажи недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ является притворной, что влечет ее недействительность, поскольку при подписании договора купли-продажи стороны преследовали цель обеспечить возврат суммы по договору займа перед ФИО1, должником по которому является ФИО9 В связи с чем, имущество фактически передавалось лишь в залог, намерений о продаже спорной квартиры не имелось.
Представитель ответчика и истца по встречному иску ФИО9 – ФИО3 в судебном заседании настаивал также на мнимости оспариваемой сделки, ссылаясь при этом на те же самые доводы.
В соответствии с п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.
Исходя из смысла приведенной нормы закона, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.
Таким образом, диспозиция п. 1 ст. 170 ГК РФ содержит следующие критерии мнимой сделки: отсутствие намерений сторон создать соответствующие сделке правовые последствия, совершение сделки для вида, создание у лиц, не участвующих в сделке, представления о сделке как действительной. Данная нормы закона подлежит применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения.
Мнимая сделка характеризуется несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон, в связи с чем, сделка является мнимой в том случае, если уже в момент ее совершения воля обеих сторон не была направлена на возникновение, изменение, прекращение соответствующих гражданских прав и обязанностей.
При этом, как указано в п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует учитывать, что стороны такой сделки могут придать ей требуемую законом форму и произвести для вида соответствующие регистрационные действия, что само по себе не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании п. 1 ст. 170 ГК РФ.
Соответственно, целью мнимой сделки является создание видимости перед третьими лицами возникновения реально несуществующих прав и обязанностей. Мнимый характер сделки предполагает, что ее стороны действовали недобросовестно (в ущерб интересам третьих лиц и ради собственной выгоды). Мнимый характер сделки выдает и такое поведение ее сторон в период после совершения сделки, которое никак не учитывает произведенных сделкой правовых последствий. Иными словами, контрагенты продолжают вести себя так, как будто и не заключали соответствующего договора.
В подтверждение мнимости сделки заинтересованной стороне необходимо представить суду доказательства, которые бы подтверждали отсутствие направленности подлинной воли сторон при совершении оспариваемой сделки на создание правовых последствий, присущих данному виду сделки.
Применительно к договору купли-продажи мнимость сделки исключает намерение продавца недвижимости прекратить свое право собственности на предмет сделки и получить от покупателя денежные средства, а покупатель со своей стороны не намерен приобрести право собственности на предмет сделки и не передает продавцу какие-либо денежные средства.
Таким образом, юридически значимым и подлежащим доказыванию по настоящему делу являлся вопрос о том, был ли заключен договор купли-продажи спорной недвижимости между ФИО1 и ФИО4 с целью создать соответствующие ему правовые последствия, либо отчуждение недвижимости совершено в целях оставления имущества во владении ФИО4
В соответствии с п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.
В пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Из содержания указанной нормы и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что для установления того обстоятельства, является ли сделка притворной, необходимо установить действительную волю участников сделки, выяснить фактические отношения между сторонами, а также намерения каждой стороны. При этом следует учесть, что признание договора притворной сделкой не влечет таких последствий как реституция, поскольку законом в отношении притворных сделок предусмотрены иные последствия - применение к сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемой сделке), относящихся к ней правил, с учетом существа и содержания такой прикрываемой сделки.
В данном случае бесспорных доказательств, свидетельствующих о том, что воля сторон заключенной сделки купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ была направлена на достижение одних правовых последствий (договора займа с залогом квартиры), материала дела не содержат. Напротив, воля сторон по рассматриваемой сделке (ФИО4 и ФИО1) совпадает с достигнутыми в результате ее исполнения последствиями и породила именно те правовые последствия, которые соответствуют намерениям сторон при заключении договора купли-продажи.
В нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороной истца по встречному иску не представлено достаточных и достоверных доказательств о мнимости либо притворности договора купли-продажи <адрес> <адрес> в <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО4 и ФИО1, а именно, что воля продавца ФИО4 была направлена на заключение договора залога принадлежащей ей квартиры в счет обеспечения исполнения обязательств ФИО9 по договору займа перед ФИО1, который заключен спустя более 2 лет после совершения оспариваемой сделки, а воля ФИО1 направлена на принятие спорной квартиры в залог, а не получение ее в собственность.
Напротив, как усматривается из содержания доверенности серии <адрес>2 от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенной нотариусом по Ставропольскому городскому нотариальному округу ФИО11, на основании которой ФИО9 действовал от имени продавца ФИО4 при заключении оспариваемого договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, последняя уполномочила ФИО9 исключительно на заключение от ее имени договора купли-продажи или мены принадлежащей ей <адрес> по пер. <адрес> <адрес>.
Надлежащих доказательств тому, что ФИО4 уполномочила ФИО9 передать в залог принадлежащую ей спорную квартиру в счет обеспечения исполнения его денежных обязательств, суду не представлено, равно как и доказательств тому, что у самой ФИО4 на момент совершения оспариваемой сделки имелись какие-либо денежные обязательства по договору займа перед ФИО1
Оснований полагать, что, заключая ДД.ММ.ГГГГ сделку купли-продажи, ее стороны заранее могли знать, что у ФИО9 спустя 2 года - ДД.ММ.ГГГГ возникнут перед ФИО1 обязательства по возврату суммы займа в размере 5000000 рублей, и что воля сторон была направлена именно на залог спорной квартиры в счет исполнения этих будущих обязательств, у суда не имеется.
Более того, в судебном заседании ФИО4 пояснила, что спорную квартиру в залог ФИО1 не передавала, договор залога не заключала и не регистрировала его в установленном законом порядке.
В рассматриваемом случае, оспариваемая сделка купли-продажи оформлена в соответствии с требованиями закона, в договоре купли-продажи недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ отсутствуют те или иные отсылки к договору займа, как и к иным обязательствам сторон, указанная сделка ее сторонами не оспорена. Сама ФИО4 требований о признании договора купли-продажи спорной квартиры от ДД.ММ.ГГГГ недействительным по каким-либо основаниям не предъявляла. При этом в судебном заседании не отрицала того, что была осведомлена о его заключении от ее имени сыном ФИО9, действовавшим по выданной ею нотариально удостоверенной доверенности, которая ею не отзывалась.
Из текста оспариваемого договора следует, что стороны по сделке преследовали лишь единственную цель, а именно: продавец продать принадлежащее ей имущество в виде вышеуказанной квартиры, а покупатель приобрести это имущество в собственность.
В тексте расписки от ДД.ММ.ГГГГ указано, что в обеспечение исполнения обязательств по договору займа между займодавцем и заемщиком, то есть между ФИО1 и ФИО12 заключен договор купли-продажи спорной квартиры. Однако дата заключения такого договора не указана, и сам договор между указанными сторонами суду не представлен.
Доводы ФИО9 о том, что изначально спорная <адрес> <адрес> принадлежала ему и была приобретена им лично по договору долевого участия в строительстве, в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации надлежащими доказательствами не подтверждены. Напротив, опровергаются материалами дела правоустанавливающих документов, согласно которым изначально спорная <адрес> <адрес> принадлежала на праве собственности ФИО13 на основании инвестиционного договора № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного с застройщиком – индивидуальным предпринимателем ФИО14, а впоследствии по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ отчужденная в пользу ФИО4
Таким образом, на момент заключения между ФИО1 и ФИО9 договора займа и составления расписки от ДД.ММ.ГГГГ у последнего не имелось права в счет исполнения своих обязательств по возврату займа передавать в залог недвижимость, которая ни ему, ни ФИО4 не принадлежала.
Кроме того, как следует из позиции стороны ответчика и истца по встречному иску ФИО9, по условиям расписки от ДД.ММ.ГГГГ переоформление спорной квартиры в его собственность обусловлено возвратом суммы займа в 5000000 рублей, которая, тем не менее, до настоящего времени ФИО1 не возвращена, чего ФИО9 не опроверг в судебном заседании, и доказательств обратного суду не представлено.
Сам по себе факт невселения ФИО1 в приобретенную им спорную квартиру и отсутствие его регистрации в ней не может расцениваться, как ошибочно полагает ФИО9 и его представитель, в качестве безусловного свидетельства отсутствия у ФИО1 намерения на приобретение недвижимости в собственность и его отказ от реализации полномочий собственника.
В силу положений ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.
Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.
В данном случае, ФИО1, реализуя свои полномочия, как собственник спорной квартиры, предоставил ее в пользование ФИО9 и членов его семьи фактически на условиях договора бессрочного пользования.
Проверяя доводы о неполучении продавцом ФИО4 денежных средств за отчужденную недвижимость, приведенные в судебном заседании в обоснование недействительности сделки купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, суд приходит к выводу об их несостоятельности, поскольку в п. 2.2 оспариваемого договора купли-продажи указано, что взаиморасчет между сторонами произошел полностью в сумме 1 000000 рублей до подписания договора.
Кроме того, ст. ст. 168-179 и главой 30 ГК РФ не предусмотрена возможность признания договора купли-продажи недействительным по мотиву неполучения продавцом от ответчика денежных средств в счет оплаты стоимости отчуждаемой недвижимости.
В соответствии со ст. 9 ГК РФ граждане и юридические лица осуществляют по своему усмотрению принадлежащие им гражданские права.
В силу п. 3 ст. 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.
Согласно п. 78 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», исходя из системного толкования п. 1 ст. 1, п. 3 ст. 166 и п. 2 ст. 168 ГК РФ, иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.
При вышеизложенных обстоятельствах, суд полагает, что ФИО9, не являющийся стороной договора купли-продажи недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ, избрал ненадлежащий способ защиты, заявив требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки, так как гражданским законодательством предусмотрен иной специальный способ защиты нарушенного права, в частности, о сохранении права бессрочного пользования спорным жилым помещением.
Кроме того, учитывая, что оспариваемый договор купли-продажи квартиры заключен ДД.ММ.ГГГГ, а требования ФИО9 о признании его недействительным и применении последствий недействительности ничтожной сделки заявлены только ДД.ММ.ГГГГ, то есть спустя более десяти лет с момента заключения договора купли-продажи спорной квартиры, суд приходит к выводу о том, что установленный ч. 1 ст. 181 ГК РФ (в редакции, действовавшей на момент заключения сделки) для оспаривания сделок срок исковой давности, о применении которого заявлено ФИО1, пропущен, что в силу ч. 2 ст. 199 ГК РФ является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.
Ссылки ФИО9 и его представителя на то, что стороны сделки не приступали к фактическому ее исполнению и, соответственно, срок исковой давности не течет, отклоняются судом, так как в ходе рассмотрения дела установлено, что фактически оспариваемая сделка сторонами исполнялась, переход права собственности на спорную квартиру к ФИО1 зарегистрирован в установленном законом порядке, о чем ФИО9 было достоверно известно как лицу, представлявшему интересы продавца ФИО4 при заключении сделки и лично присутствовавшему при подаче документов на регистрацию перехода права собственности на спорную квартиру к ФИО1
ФИО4 после продажи квартиры расходов по ее содержанию не несет, проживает в ином жилом помещении по адресу : <адрес>, <адрес>, где состоит на регистрационном учете. ФИО1 же, будучи собственником спорной квартиры, реализуя свои соответствующие полномочия, выразил согласие на проживание в принадлежащем ему жилом помещении ФИО9 и членов его семьи, к которым впоследствии предъявил требования о выселении.
При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения встречных исковых требований ФИО9
Разрешая требования ФИО1 о выселении ФИО9, ФИО7, ФИО8 и ФИО8, суд исходит из следующего.
Согласно пункту 2 части 1 статьи 4 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее – ЖК РФ) отношения по поводу пользования жилыми помещениями частного жилищного фонда регулируются жилищным законодательством.
В этой связи, разрешая требования ФИО1 по существу, правоотношения сторон оцениваются судом применительно к положениям ЖК РФ.
В соответствии со статьей 10 ЖК РФ жилищные права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных данным кодексом, другими федеральными законами и иными правовыми актами, а также из действий участников жилищных отношений, которые хотя и не предусмотрены такими актами, но в силу общих начал и смысла жилищного законодательства порождают жилищные права и обязанности. В соответствии с этим жилищные права и обязанности возникают, в том числе, вследствие действий (бездействия) участников жилищных отношений или наступления событий, с которыми федеральный закон или иной нормативный правовой акт связывает возникновение жилищных прав и обязанностей (пункт 6).
Из содержания части 1 и пункта 5 части 3 ЖК РФ защита нарушенных жилищных прав осуществляется судом, в том числе, путем прекращения жилищного правоотношения.
В соответствии с ч. ч. 1, 2, 3 ст. 30 ЖК РФ собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены ЖК РФ. Собственник жилого помещения вправе предоставить во владение и (или) в пользование принадлежащее ему на праве собственности жилое помещение гражданину на основании договора найма, договора безвозмездного пользования или на ином законном основании с учетом требований, установленных гражданским и жилищным законодательством РФ. Собственник жилого помещения несет бремя содержания данного помещения и, если данное помещение является квартирой, общего имущества собственников помещений в соответствующем многоквартирном доме.
Согласно статье 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были связаны с лишением владения.
Таким образом, по смыслу закона, в силу статьи 304 ГК РФ иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение.
Согласно пункту 1 статьи 292 ГК РФ члены семьи собственника, проживающие в принадлежащем ему жилом помещении, имеют право пользования этим помещением на условиях, предусмотренных жилищным законодательством.
Частью 1 статьи 31 ЖК РФ предусмотрено, что к членам семьи собственника жилого помещения относятся проживающие совместно с данным собственником в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы и в исключительных случаях иные граждане могут быть признаны членами семьи собственника, если они вселены собственником в качестве членов своей семьи.
В силу части 1 статьи 35 ЖК РФ в случае прекращения у гражданина права пользования жилым помещением по основаниям, предусмотренным указанным кодексом, другими федеральными законами, договором, или на основании решения суда данный гражданин обязан освободить соответствующее жилое помещение (прекратить пользоваться им). Если данный гражданин в срок, установленный собственником соответствующего жилого помещения, не освобождает указанное жилое помещение, он подлежит выселению по требованию собственника на основании решения суда.
Судом установлено и сторонами не оспаривалось, что ФИО9, ФИО7 и их дети ФИО8 и ФИО8 членами семьи ФИО1 не являлись и не являются, в спорной квартире не зарегистрированы, на протяжении длительного периода времени оплату коммунальных услуг не производят, что также подтверждается сведениям финансового лицевого счета № на спорную квартиру, согласно которому по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ задолженность по коммунальным платежам составляет 313025, 02 рублей.
Сведений о достижении между сторонами договоренности о сохранении за ФИО9 и членами его семьи права пользования квартирой № <адрес> в <адрес> или об обременении жилого помещения проживающих в нем лиц материалы дела не содержат.
При таких обстоятельствах, поскольку спорное жилое помещение принадлежит ФИО1 на праве собственности, ответчики по первоначальному иску не являются членами его семьи, бремя расходов по содержанию жилого помещения не несут, доказательств наличия права на сохранение за ними права пользования спорной квартирой не представили, то они подлежат выселению из спорной квартиры без предоставления иного жилого помещения.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
исковые требования ФИО1 к ФИО9, ФИО7, ФИО8, ФИО8 о выселении – удовлетворить.
Выселить ФИО9 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес> <адрес>, паспорт гражданина Российской Федерации серии № №, выдан ДД.ММ.ГГГГ <адрес> в <адрес> (с местом дислокации в <адрес>), код подразделения №), ФИО7 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженка <адрес> <адрес>, паспорт гражданина Российской Федерации серии № №, выдан ДД.ММ.ГГГГ <адрес>), ФИО8 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения), ФИО8 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения) из принадлежащего ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес> <адрес> <адрес>, паспорт гражданина Российской Федерации серии № №, выдан ДД.ММ.ГГГГ <адрес> в <адрес>, код подразделения №) жилого помещения с кадастровым номером № расположенного по адресу: <адрес>, <адрес> <адрес>, без предоставления другого жилого помещения.
Встречные исковые требования ФИО9 к ФИО1, ФИО4 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженка <адрес>, паспорт гражданина Российской Федерации серии №, выдан ДД.ММ.ГГГГ <адрес> в <адрес>, код подразделения №) о признании договора купли-продажи недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО1 и ФИО4, недействительным в силу его притворности, прекращении права собственности ФИО1 на <адрес> <адрес> <адрес>, применении последствий недействительности сделки в виде возврата указанной квартиры в собственность ФИО4, взыскании расходов по оплате государственной пошлины в размере 13200 рублей – оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы в судебную коллегию по гражданским делам Ставропольского краевого суда через Октябрьский районный суд города Ставрополя.
Мотивированное решение суда составлено 21 октября 2022 года.
Судья Н.В. Шандер