Дело № 2 – 7006/2022(21) УИД 66RS0004-01-2022-007845-18

Мотивированное решение изготовлено 24.10.2022

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Екатеринбург «17» октября 2022 года

Ленинский районный суд г. Екатеринбурга Свердловской области в составе председательствующего судьи Блиновой Ю.А.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Семянниковой С.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Общества с ограниченной ответственностью «УСМ-Инжиниринг» к ФИО1 о возмещении материального ущерба,

УСТАНОВИЛ :

истец Общества с ограниченной ответственностью «УСМ-Инжиниринг» (далее – ООО «УСМ-Инжиниринг») предъявил к ответчику ФИО1 иск о возмещении материального ущерба, причиненного работником, в сумме 326676 рублей 57 копеек.

В обоснование иска указано, что с 01.02.2017 стороны состоят в трудовых отношениях, на основании трудового договора ответчик занимает должность директора производства. В конце 2021 года ООО «Смартлайн», с которым у истца был заключен договор хранения имущества от 01.04.2017 поставил вопрос о возврате имущества. По результатам проведенной ревизии хранящегося имущества, проведенного с участием поклажедателя ООО «Смартлайн» и привлечением экспертов Уральской Торгово - промышленной палаты, было установлено, что в процессе хранения отсутствует следующее имущество: колесо поддерживающее; № – 35 штук, изложницы из комплекта «станок + 22 изложницы» - 22 штуки. стоимость утраченного имущества оценена в общем размере 286730 рублей. Расходы истца на оплату услуг специалиста по идентификации имущества составила 39946 рублей 57 копеек. Указанная сумма была выплачена истцом поклажедателю ООО «Смартлайн» и подлежит возмещению в качестве убытков ответчиком, который должным образом не обеспечил хранение имущества. По результатам проведённых исследований между истцом и ООО «Смартлайн» было заключено соглашение о расторжении договора от 01.04.2017, по условиям которого истец возместил стоимость утраченного имущества в сумме 286730 рублей. Ответчик осуществлял приемку вышеуказанного имущества, отвечал за его хранение, но в результате халатного отношения к своим обязанностям допустил утрату части имущества, чем причинил истцу материальный ущерб.

В судебном заседании представитель истца ФИО2, действующая по доверенности от 02.02.2022, иск поддержала в полном объеме по изложенным доводам и основаниям, в дополнение пояснила, что обязанность по обеспечению сохранности переданного ООО «Смартлайн» на хранение имущества была возложена на ответчика устным распоряжением директора ООО «УСМ-Инжиниринг».

Ответчик ФИО1 и его представитель ФИО3, действующая по доверенности от 22.08.2022, в судебном заседании иск не признали по доводам представленных письменных возражений (л.д. 61-62), в которых указано, что должностные обязанности ответчика предусмотрены в пункте 4.1 его должностной инструкции, и сводятся к обеспечению выпуска продукции. Обязанности по обеспечению сохранности переданного на хранение имущества не ответчика не возлагались. При приемке имущества ООО «Смартлайн» он присутствовал исключительно в качестве свидетеля и не принимал имущество на хранение. Наименование имущества было определено ООО «Смартлайн» произвольно, исходя из принятых обозначений внутри данной организации и без строгой привязки к существовавшим в то время ГОСТ. Согласно акта приема – передачи имущества на хранение от 01.04.2017 имущество было принято директором ООО «УСМ-Инжиниринг» ФИО4 Каких – либо приказов о возложении на ответчика обязанностей по обеспечению сохранности переданного имущества директором не принималось, с такими приказами он не знакомился. Следовательно, директор и должен был обеспечить хранение полученного имущества. Более того, хранимое имущество возвращалось ООО «Смартлайн» непосредственно ФИО4 Таким образом, вина ответчика в причинении вреда, причинно-следственная связь между действиями ответчика и наступившим вредом отсутствует. Установленные в статье 243 Трудового кодекса Российской Федерации случаи полной материальной ответственности в отношении ответчика отсутствует, поскольку он не заключал соглашение о полной материальной ответственности, умысла на причинение вреда у него не было, преступлений он не совершал. Кроме того, истец не проводил проверку в отношении истца, что является обязательным в силу статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации. Объяснения у ответчика не отбирались, акт об уклонении от дачи объяснений истцом не составлялся. С размером ущерба ответчик не согласен, поскольку фактически хранимое имущество являлось металлоломом, изначально передавалось как металлолом, не имеет какой – либо ценности.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, оценив каждое представленное доказательство в отдельности и все в совокупности, суд находит иск ООО «УСМ-Инжиниринг» не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

На основании статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений (часть 1). Каждое лицо, участвующее в деле, должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, перед другими лицами, участвующими в деле, в пределах срока, установленного судом, если иное не установлено настоящим Кодексом (часть 3).

Согласно статье 233 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.

В соответствии со статьей 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб.

Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

Положениями статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере.

Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

В силу пункта 2 части 1 статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника, в случае недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу.

Статьей 244 данного Кодекса предусмотрено, что письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности (пункт 2 части первой статьи 243 настоящего Кодекса), то есть о возмещении работодателю причиненного ущерба в полном размере за недостачу вверенного работникам имущества, могут заключаться с работниками, достигшими возраста восемнадцати лет и непосредственно обслуживающими или использующими денежные, товарные ценности или иное имущество.

Перечни работ и категорий работников, с которыми могут заключаться указанные договоры, а также типовые формы этих договоров утверждаются в порядке, устанавливаемом Правительством Российской Федерации.

До принятия решения о возмещении работником ущерба работодатель должен провести проверку и установить размер ущерба, а также причины его возникновения (часть 1 статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации).

Размер ущерба устанавливается в ходе инвентаризации путем выявления расхождений между фактическим наличием имущества и данными бухгалтерского учета (часть 2 статьи 11 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете»).

Помимо инвентаризации работодателю необходимо провести служебное расследование для установления причин возникновения ущерба. Для этого работодатель вправе создать комиссию, включив в нее соответствующих специалистов (часть 1 статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации).

Комиссия должна установить отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения работника, причинившего вред имуществу работодателя; вину работника в причинении ущерба; причинную связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба работодателя.

В соответствии с частью 2 статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан истребовать от работника письменное объяснение для установления причины возникновения ущерба. Отказ или уклонение работника от дачи объяснений оформляется актом. С данным документом нужно ознакомить работника под роспись. Если работник отказывается поставить подпись, в акте нужно сделать соответствующую отметку.

В пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2006 № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» даны разъяснения о том, что к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Если работодателем доказаны правомерность заключения с работником договора о полной материальной ответственности и наличие у этого работника недостачи, последний обязан доказать отсутствие своей вины в причинении ущерба.

При этом бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.

К обстоятельствам, исключающим материальную ответственность работника, статья 239 Трудового кодекса Российской Федерации относит случаи, когда ущерб возник вследствие непреодолимой силы, нормального хозяйственного риска, крайней необходимости или необходимой обороны либо неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику.

В пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2006 № 52 разъяснено, что к нормальному хозяйственному риску могут быть отнесены действия работника, соответствующие современным знаниям и опыту, когда поставленная цель не могла быть достигнута иначе, работник надлежащим образом выполнил возложенные на него должностные обязанности, проявил определенную степень заботливости и осмотрительности, принял меры для предотвращения ущерба, и объектом риска являлись материальные ценности, а не жизнь и здоровье людей.

Неисполнение работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику, может служить основанием для отказа в удовлетворении требований работодателя, если это явилось причиной возникновения ущерба.

Судом установлено, подтверждается материалами дела и не оспаривается сторонами, что 01.02.2017 ФИО1 был принят на работу в ООО «УСМ-Инжиниринг» на должность директора производства, что подтверждается трудовым договором (л.д. 6-7).

По условиям данного трудового договора работник обязался добросовестно выполнять работу в соответствии с должностной инструкцией, правилами внутреннего трудового распорядка и настоящим трудовым договором (пункт 2.2.1); руководствоваться в работе, в том числе, приказами генерального директора и распоряжениями непосредственного руководителя (пункт 2.2.2.); не наносить своими действиями ущерба деятельности предприятия (пункт 2.2.4).

Должностная инструкция директора по производству ООО «УСМ-Инжиниринг» была утверждена 01.02.2017, ФИО1 с ней ознакомлен, что подтверждается его подписью в листе ознакомления (л.д. 63 – 71).

Как обоснованно утверждает ответчик и его представитель, обязанности директора по производству сводятся к руководству деятельности цехов в целях обеспечения выпуска продукции, обязанности по обеспечению сохранности переданного на хранение имущества на директора по производству не возлагаются.

Договор о полной материальной ответственности сторонами не заключался, что никем не оспаривается.

Установлено также, что 01.04.2017 ООО «УСМ-Инжиниринг» (хранитель) и ООО «Смартлайн» (клиент) заключили договор ответственного хранения, по условиям которого ООО «УСМ-Инжиниринг» принял на хранение на свой склад принадлежащее ООО «Смартлайн» имущество согласно Приложению № хранение имущество должно осуществляться в охраняемом помещении <адрес> стоимость вознаграждения – 10000 рублей в месяц. В пункте 5.1 согласовано условие о том, что хранитель отвечает за утрату или повреждение имущества, принятого на хранение (л.д. 8-13).

Согласно акту приема – передачи имущества на ответственное хранение, подписанного 01.04.2017 директором ООО «УСМ-Инжиниринг» ФИО4 и представителем ООО «Смартлайн» в лице конкурсного управляющего ФИО5, на хранение принято имущество в количестве 41 наименования, в том числе колесо поддерживающее; № – 35 штук, изложницы из комплекта «станок + 22 изложницы» - 2 штуки.

В связи с тем, что в конце 2021 года ООО «Смартлайн» поставил вопрос о возврате имущества была проведена ревизия хранящегося имущества с участием ООО «Смартлайн» и привлечением экспертов Уральской Торгово - промышленной палаты, было установлено, что в процессе хранения отсутствует следующее имущество: стоимость утраченного имущества оценена в общем размере 286 730 рублей (л.д. 14 – 43).

Расходы истца на оплату услуг специалиста по идентификации имущества составила 39 946 рублей 57 копеек.

По результатам проведённых исследований между истцом и ООО «Смартлайн» было заключено соглашение о расторжении договора от 01.04.2017, по условиям которого истец возместил стоимость утраченного имущества в сумме 286 730 рублей.

Вышеуказанные суммы выплачены истцом ООО «Смартлайн».

По ходатайству представителя истца в судебном заседании в качестве свидетеля была допрошена ФИО5, которая показала, что ранее являлась конкурсным управляющим ООО «Смартлайн», с которым ООО «УСМ-Инжиниринг» заключало договор хранения. После введения процедуры конкурсного производства в ООО «Смартлайн» ей были переданы документы 1 «С» бухгалтерия, согласно которым на балансе числилось имущество. Кто составлял договор хранения от 01.04.2017 она не помнит, возможно и она. Наименование имущества, которое было записано она взяла из бухгалтерии, как оно значилось в бухгалтерии под каким наименованием в 1 «С» бухгалтерии, так оно и вошло в договор с тем же наименованием. На момент выявления имущество не было новым, оно хранилось на улице на открытой площадке, было все ржавое, выявлено в ходе банкротства компании ООО «Смартлайн». Это то имущество, которое описано в заключении «Уральской торгово-промышленной палаты от 22.11.2021. Где в настоящее время находится имущество ей неизвестно, так как с начала 2019 года перестала исполнять обязанности конкурсного управляющего.

По ходатайству представителя ответчика в судебном заседании в качестве свидетеля были допрошены в качестве свидетелей ФИО6 и ФИО7

Так свидетель ФИО6 показал, что с февраля 2017 года работает вместе с истцом в ООО «УСМ-Инжиниринг», истец его непосредственный руководитель, в должностные обязанности входит организация работы цеха и контроль за исполнением. На территории ООО «УСМ-Инжиниринг» много складированных элементов сырья, расходных материалов, не принадлежащих компании. В представленных фотографиях в заключении «Уральской торгово-промышленной палаты от 22.11.2021 частично 99 % опознал некоторые изделия литья схожи между собой, завозились на территорию примерно в 2017 году. Кто осуществлял приемку данных изделий ему неизвестно, ФИО5 не знает. Данная литейная продукция была не обрубленная, не имела внешнего товарного вида, в определенных элементах было видно брак, недоливы, не доделанная продукция. Некоторые элементы в заключение «Уральской торгово-промышленной палаты» по фотографиям имеются явные дефекты литья, которое можно посчитать, что данное литье было выполнено для чего-то (поры, усадки). Изделия ржавые, так как лежит на улице, хранилось за территорией цеха. При приемке данного имущества он не присутствовал, кто руководил приемкой не знает. После приемки оно лежало на территории ООО «УСМ-Инжиниринг» было разбросано по этой территории, были какие-то передвижения, потому что оно мешалось. Оно лежало на открытой площадке, на которой находился металлолом, все было на виду. Директор ФИО4 указания по поводу данного имущества не давал, кто был ответственным за это имущество не знает. На территории ООО «УСМ-Инжиниринг» в целом много привозного сырья, материалов, которые не нужны для производства, просто лежат на хранении, потом приезжают и забирают. Всё что производят цеха, они не держат на территории цеха после подготовки к отгрузке все увозиться на территорию ООО «УСМ-Инжиниринг»

Свидетель ФИО7 показал, что истца знает с конца 2015 года, по конец 2016 года вместе работали ООО «Смартлайн», истец был его руководителем. По занимаемой должности инженер - технолог рассчитывал литые заготовки на вес, строил 3 «Д» чертежи, делал чертежи литейных заготовок, следил за соблюдением техпроцесса в цехе, производил разбраковку, забраковку отливок. Делал чертежи продукции, которую производило ООО «Смартлайн» и чертежи оборудования на котором ООО «Смартлайн» работало. Он делал чертежи по продукции и оборудованию, которые указаны в заключении Уральской торгово-промышленной палаты от 22.04.2021. Изделие выглядит точно также же, как на чертеже.

У суда не имеется оснований не доверять показаниям свидетелей, поскольку они логичны и последовательны, согласуются с материалами дела, личной заинтересованности свидетелей в исходе дела не усматривается. Между тем, показания свидетелей лишь подтверждают факт передачи имущества на хранение в ООО «УСМ-Инжиниринг» в объеме, указанном в заключении Уральской торгово-промышленной палаты от 22.04.2021. Факт того, что имущество было принято ответчиком ФИО1, и на него возлагалась обязанность по обеспечению его сохранности показаниями свидетелей не установлен.

Как указано выше, в соответствии со статьей 247 Трудового кодекса Российской Федерации до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения.

Однако причины возникновения ущерба истцом не выяснялись, письменное объяснение для установления причины возникновения ущерба от ответчика ФИО1 не истребовались, что стороной истца не оспаривается.

В нарушение требований части 1 данной статьи работодателем не было проведено служебное расследование для установления причин возникновения ущерба. Доказательства обратно стороной истца не представлены.

Оценивая по правилам части 3 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации относимость, допустимость, достоверность каждого представленного сторонами доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь этих доказательств в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что истцом не доказано, что имущество было вверено ответчику, принималось им, на него приказом руководителя возлагалась обязанность по обеспечению сохранности этого имущества. Не доказаны обстоятельства, исключающие материальную ответственность работника; противоправность поведения работника; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба работодателя.

Об этом свидетельствуют обоснованные доводы ответчика и его представителя о том, что в должностной инструкции директора производства не предусмотрена обязанность по обеспечению сохранности переданного на хранение имущества, в установленном законом порядке приказ о возложении на ответчика обязанностей по обеспечению сохранности переданного имущества директором не принималось, с такими приказами он не знакомился.

Не опровергнуты стороной истца и доводы ответчика и его представителя о том, что при приемке имущества ООО «Смартлайн» ответчик присутствовал исключительно в качестве свидетеля и не принимал имущество на хранение, наименование имущества было определено ООО «Смартлайн» произвольно, исходя из принятых обозначений внутри данной организации и без строгой привязки к существовавшим в то время ГОСТ.

Также верно утверждает ответчик и его представитель, что установленные в статье 243 Трудового кодекса Российской Федерации случаи полной материальной ответственности в отношении ответчика отсутствует, поскольку он не заключал соглашение о полной материальной ответственности.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о необоснованности заявленных истцом требований, в связи с чем в удовлетворении иска следует отказать в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении иска Общества с ограниченной ответственностью «УСМ-Инжиниринг» к ФИО1 о возмещении материального ущерба – отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме, с подачей апелляционной жалобы через Ленинский районный суд г. Екатеринбурга, принявший решение.

Судья Ю.А. Блинова