УИД <...>

Дело № 2а-1304/2022

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

14 декабря 2022 года город Брянск

Фокинский районный суд города Брянска в составе:

председательствующего судьи Ткаченко Т.И.,

при секретаре Демидовой Л.В.,

с участием представителей

административных ответчиков ФИО2,

ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному иску ФИО4 к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 1 Управления Федеральной службы исполнения наказания по Брянской области», Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Брянской области, Федеральной службе исполнения наказаний о признании действий (бездействия) незаконными, взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО4 обратился в суд с административным иском к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 1 Управления Федеральной службы исполнения наказания по Брянской области» (далее-ФКУ ИК-1 УФСИН России по Брянской области), Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Брянской области (далее-УФСИН России по Брянской области), Федеральной службе исполнения наказаний (далее-ФСИН России) о признании действий (бездействия) незаконными, взыскании компенсации морального вреда. В обоснование заявленных административных исковых требований ФИО4 указал, что отбывал наказание в виде лишения свободы в ФКУ ИК-1 УФСИН России по Брянской области в период с <дата> по <дата>, был трудоустроен в промышленной зоне учреждения. Работал в должности прессовщика-вулканизаторщика, вальцовщика резиновых изделии. Картой аттестации рабочего места по условиям труда прессовщика-вулканизаторщика, вальцовщика резиновых изделий установлены вредные условия труда, однако он не был ознакомлен с результатами аттестации рабочего места по условиям труда, был допущен к работе на станках без специального образования. По мнению административного истца, работа в промышленной зоне могла подвергнуть риску его здоровье. О том, что он в период отбывания наказания трудился на вредных условиях, узнал из ответа УФСИН России по Брянской области от <дата>.

Ссылаясь на изложенные выше обстоятельства, положения статьи 37 Конституции РФ, ФИО4 просил суд признать действия (бездействие) УФСИН России по Брянской области, выраженные в его трудоустройстве на производстве с вредными условиями труда в период с <дата> по <дата> незаконными, взыскать в его пользу компенсацию морального вреда в размере <...>.

Ранее в судебном заседании ФИО4 заявленные административные исковые требования поддержал, при этом пояснил, что отбывал наказание в ФКУ ИК-1 УФСИН России по Брянской области, был трудоустроен в промышленной зоне учреждения в период с <дата> по <дата>, уволен был в связи с условно-досрочным освобождением с <дата>. Из ответа УФСИН России по Брянской области в <дата> узнал, что условия труда прессовщика-вулканизаторщика, вальцовщика резиновых изделий установлены вредные условия труда, однако он не был об этом предупрежден. О том, что производство вредное, должностные лица исправительного учреждения его не предупреждали, в противном случае он мог отказаться от работы. В период работы в промышленной зоне учреждения с жалобами на состояние здоровья он не обращался, и в настоящее время хронических заболеваний не имеет, инвалидность не установлена. Однако указанные действия (бездействие) административного ответчика могло подвергнуть риску его здоровье. Просил удовлетворить заявленные требования, признать действия (бездействие) административного ответчика незаконными, взыскать в его пользу компенсацию морального вреда <...>.

Определением Фокинского районного суда города Брянска к участию в деле в качестве административных соответчиков привлечены Федеральное казенное учреждение «Исправительная колония № Управления Федеральной службы исполнения наказания по Брянской области», Федеральная служба исполнения наказаний, в качестве заинтересованного лица Министерство финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Брянской области.

В судебном заседании представитель административных ответчиков УФСИН России по Брянской области, ФСИН России, действующая по доверенности ФИО2 просила отказать в удовлетворении административного иска. Пояснила, что ФИО4 в период с <дата> по <дата> был трудоустроен в промышленной зоне исправительного учреждения. Работал на должностях прессовщика-вулканизаторщика, вальцовщика резиновых изделий. Картой аттестации рабочего места по условиям труда установлены вредные условия труда. Руководством учреждения была организована подготовка осужденных, в том числе ФИО4, на рабочем месте проведены все виды инструктажа. О том, что условия труда прессовщика, вальцовщика являются вредными ФИО4 был уведомлен. Кроме того осужденному ФИО4 за работу во вредных условиях труда начислялись надбавки, осуществлялись доплаты. Труд лиц, отбывающих наказание в местах лишения свободы является их обязанностью, отказ от работы является злостным нарушением установленного порядка отбывания наказания, что может повлечь применение мер взыскания и материальную ответственность.

В судебном заседании представитель административного ответчика ФКУ ИК-1 УФСИН России по Брянской области по доверенности ФИО3 просила отказать в удовлетворении административного иска. Не оспаривала, что в период отбывания наказания ФИО4 был трудоустроен в должности прессовщика, вальцовщика в промышленной зоне учреждения. За работу во вредных условиях труда, ФИО4 начислены и выплачены надбавки. За период работы в исправительном учреждении жалоб на здоровье от ФИО4 не поступало.

В судебное заседание не явились представитель заинтересованного лица Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Брянской области, прокурор по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях Брянской области. Уведомлены надлежащим образом.

Информация о времени и месте судебного разбирательства своевременно размещена на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

В соответствии с положениями статьи 150 КАС РФ, дело рассмотрено в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав лиц, участвующих в деле, специалиста ФИО5, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Регулирование порядка и условий исполнения и отбывания наказаний, определение средств исправления осужденных, охрана их прав, свобод и законных интересов, оказание осужденным помощи в социальной адаптации регулируется Уголовно-исполнительным Кодексом Российской Федерации (далее-УИК РФ).

Согласно части 2 статьи 9 УИК РФ основными средствами исправления осужденных являются: установленный порядок исполнения и отбывания наказания (режим), воспитательная работа, общественно полезный труд, получение общего образования, профессиональное обучение и общественное воздействие.

В соответствии с частью 1 статьи 103 УИК РФ каждый осужденный к лишению свободы обязан трудиться в местах и на работах, определяемых администрацией исправительных учреждений. Администрация исправительных учреждений обязана привлекать осужденных к труду с учетом их пола, возраста, трудоспособности, состояния здоровья и, по возможности, специальности, а также исходя из наличия рабочих мест. Осужденные привлекаются к труду в центрах трудовой адаптации осужденных и производственных (трудовых) мастерских исправительных учреждений, на федеральных государственных унитарных предприятиях уголовно-исполнительной системы и в организациях иных организационно-правовых форм, расположенных на территориях исправительных учреждений и (или) вне их, при условии обеспечения надлежащей охраны и изоляции осужденных.

Исходя из системного толкования приведенных выше норм права, осужденные привлекаются к труду не по своему волеизъявлению, а в соответствии с требованиями уголовно-исполнительного законодательства. Поскольку общественно полезный труд как средство исправления и обязанность осужденных является одной из составляющих процесса отбывания наказания, их трудовые отношения с администрацией исправительного учреждения носят специфический характер, которые регулируются нормами уголовно-исполнительного законодательства, а нормы трудового законодательства применяются лишь в части, предусмотренной УИК РФ.

Перечень работ, на которых запрещается использование труда осужденных, устанавливается Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений (часть 4 статьи 103 УИК РФ).

Условия труда осужденных к лишению свободы определены в статье 104 УИК РФ.

Согласно части 1 указанной статьи продолжительность рабочего времени осужденных к лишению свободы, правила охраны труда, техники безопасности и производственной санитарии устанавливаются в соответствии с законодательством Российской Федерации о труде. Время начала и окончания работы (смены) определяется графиками сменности, устанавливаемыми администрацией исправительного учреждения по согласованию с администрацией предприятия, на котором работают осужденные.

Из смысла вышеприведенных норм права следует, что особенностью правового регулирования трудовых отношений осужденных является то, что они регулируются нормами как трудового, так и уголовно-исполнительного законодательства. В части 1 статьи 104 УИК РФ законодатель конкретно указывает на ту часть трудовых отношений, которые регламентируются трудовым законодательством РФ. При этом законодатель не отнес указанную категорию граждан к лицам, работающим по трудовым договорам, то есть состоящим в трудовых отношениях с учреждениями (организациями, предприятиями), в которых они трудоустраиваются на период отбывания наказания.

Таким образом, обеспечивая привлечение к труду осужденных к лишению свободы, администрация исправительных учреждений обязана трудоустроить осужденных с учетом их пола, возраста, трудоспособности, состояния здоровья и, по возможности, специальности, а также исходя из наличия рабочих мест.

При этом в силу части 7 статьи 18 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года № 5473-I «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы», учреждения, исполняющие наказания, самостоятельно планируют собственную производственную деятельность и определяют перспективы ее развития с учетом необходимости создания достаточного количества рабочих мест для осужденных, наличия материальных и финансовых возможностей для их дополнительного создания, а также спроса потребителей на производимую продукцию, выполняемые работы и предоставляемые услуги.

Судом установлено, что ФИО4 в период с <дата> по <дата> отбывал наказание в виде лишения свободы в ФКУ ИК-1 УФСИН России по Брянской области на основании приговора Фокинского районного суда города Брянска от <дата>.

Приказом начальника ФКУ ИК-1 УФСИН России по Брянской области №-ос от <дата> ФИО4 принят на должность кладовщика книг на 0,25 ставки должностной оклад <...> с <дата>.

<дата> приказом начальника ФКУ ИК-1 УФСИН России по Брянской области №-ос ФИО4 переведен на работу с повременной оплатой труда на должность прессовщика-вулканизаторщика 2 разряда.

<дата> приказом начальника ФКУ ИК-1 УФСИН России по Брянской области №-ос ФИО4 переведен на должность вальцовщика резиновых изделий 2 разряда по сдельной форме оплаты труда с <дата>.

Уволен ФИО4 с должности вальцовщика резиновых смесей 2 разряда с <дата> в связи с условно-досрочным освобождением, что подтверждается приказом Врио начальника ФКУ ИК-1 УФСИН России по Брянской области.

На основании приказа начальника ФКУ ИК-1 УФСИН России по Брянской области №-ос от <дата>, ФИО4 начислена и выплачена компенсация за работу во вредных условиях труда, что подтверждается справкой, не оспаривалось административным истцом в ходе судебного заседания.

<...>.

Опрошенный в судебном заседании в качестве специалиста <...> ФИО1 подтвердила, что в период работы в промышленной зоне исправительного учреждения ФИО4 был соматически здоров, трудоспособен без ограничений.

Установив изложенные выше обстоятельства в совокупности с приведенными нормами права, суд полагает, что действия административного ответчика по трудоустройству ФИО4 являются законными, обоснованными, поскольку привлечение к труду носит для осужденных не добровольный, а в силу требований уголовно-исполнительного законодательства - принудительный характер независимо от желания осужденного.

Ссылка ФИО4 о том, что администрация исправительного учреждения обязана привлекать осужденных к труду с учетом специальности последних, основана на неверном толковании норм материального права, поскольку из положений статей 103 УИК РФ, статьи 17 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года № 5473-I «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы», следует, что осужденный привлекается к труду только к тем работам, перечень которых определен администрацией исправительного учреждения. При этом имеющаяся специальность и желание осужденного заниматься тем или иным видом трудовой деятельности учитываются при наличии соответствующих производственных возможностей.

Также, суд полагает необходимым отметить, что привлечение осужденных к труду по специальности, носит рекомендательный характер, а само по себе владение определенным навыком в той или иной сфере не означает безусловное привлечение к труду с его использованием даже при наличии у администрации исправительного учреждения на то возможностей, особенно при наличии конкуренции со стороны иных заключенных.

Оспаривая действия (бездействие) административного ответчика, ФИО4 указал, что работая в промышленной зоне исправительного учреждения, не был ознакомлен с результатами аттестации рабочего места по условиям труда прессовщика-вулканизаторщика, вальцовщика, в связи, с чем не знал, что трудится во вредных условиях.

Давая оценку указанному доводу, суд приходит к следующему.

В силу пункта 4 статьи 13 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года № 5473-I «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы», учреждения, исполняющие наказания, обязаны, в том числе обеспечивать охрану здоровья осужденных.

В соответствии со статьей 209 ТК РФ, охрана труда - система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия.

Вредный производственный фактор - фактор производственной среды или трудового процесса, воздействие которого может привести к профессиональному заболеванию работника (пункт 4 статьи 209 ТК РФ).

В соответствии с частью 9 статьи 14 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда», критерии классификации условий труда на рабочем месте устанавливаются предусмотренной частью 3 статьи 8 настоящего Федерального закона методикой проведения специальной оценки условий труда.Частью 1 статьи 14 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда» установлено, что условия труда по степени вредности и (или) опасности подразделяются на четыре класса - оптимальные, допустимые, вредные и опасные условия труда.Вредными условиями труда (3 класс) являются условия труда, при которых уровни воздействия вредных и (или) опасных производственных факторов превышают уровни, установленные нормативами (гигиеническими нормативами) условий труда, в том числе: подкласс 3.2 (вредные условия труда 2 степени) - условия труда, при которых на работника воздействуют вредные и (или) опасные производственные факторы, уровни воздействия которых способны вызвать стойкие функциональные изменения в организме работника, приводящие к появлению и развитию начальных форм профессиональных заболеваний или профессиональных заболеваний легкой степени тяжести (без потери профессиональной трудоспособности), возникающих после продолжительной экспозиции (пятнадцать и более лет) (часть 4 статьи 14 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда»). На основании пункта 4, 5 части 2 статьи 4 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда», работодатель обязан ознакомить в письменной форме работника с результатами проведения специальной оценки условий труда на его рабочем месте; давать работнику необходимые разъяснения по вопросам проведения специальной оценки условий труда на его рабочем месте. Из карт аттестации № а и № рабочего места по условиям труда, выполненной аттестационной комиссией в 2012 году в ФКУ ИК-1 УФСИН России по <адрес>, следует, что условия труда прессовщика и вальцовщика цеха №/формовой участок относятся к 3 классу подкласс 3.2 (вредные условия труда 2 степени). Вредные условия труда прессовщика, вальцовщика на участке резиносмешения в ФКУ ИК-1 УФСИН России по Брянской области, подтверждены также картами №, № специальной оценки условий труда, проведенной комиссией в 2017 году, не оспаривались в судебном заседании представителями административных ответчиков. Установив изложенные выше обстоятельства, суд полагает, что поскольку ФИО4 в период с июля 2013 года по февраль 2017 года работал прессовщиком, вальцовщиком в промышленной зоне исправительного учреждения, условия труда на производстве относились к вредным условиям труда 2 степени (подкласс 3.2), где на работника могут воздействовать вредные и (или) опасные производственные факторы, уровни воздействия которых способны вызвать стойкие функциональные изменения в организме работника, приводящие к появлению и развитию начальных форм профессиональных заболеваний или профессиональных заболеваний легкой степени тяжести (без потери профессиональной трудоспособности), возникающие после продолжительной экспозиции (пятнадцать и более лет), то в силу действующего законодательства работодатель обязан ознакомить в письменной форме работника с результатами проведения специальной оценки условий труда на его рабочем месте. Однако в нарушение части 2 статьи 4 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда», сведений о том, что ФИО4 ознакомлен под роспись с условиями труда, материалы дела не содержат. В соответствии с частью 1, 2 статьи 46 Конституции Российской Федерации решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд. В силу части 1 статьи 218 КАС РФ гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего (далее - орган, организация, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями), если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности. Исходя из положений части 11 статьи 226 КАС РФ, обязанность по доказыванию законности оспариваемых решений, действий (бездействия) возлагается на органы и лиц, которые их приняли или совершили, а обязанность по доказыванию того, какие права и свободы нарушены этими решениями, действиями (бездействием), соответственно возлагается на лицо, которое их оспаривает. В соответствии с пунктом 1 части 2 статьи 227 названного Кодекса решение об удовлетворении требования о признании оспариваемого решения, действия (бездействия) незаконным принимается при установлении двух условий одновременно: решение, действие (бездействие) не соответствует нормативным правовым актам и нарушает права, свободы и законные интересы административного истца. Следовательно, признание незаконными действий (бездействия) и решений органов и должностных лиц возможно только при несоответствии их нормам действующего законодательства одновременно с нарушением прав и законных интересов гражданина. При отсутствии хотя бы одного из названных условий решения, действия (бездействие) не могут быть признаны незаконными. Таким образом, поскольку доказательств о причинно-следственной связи между действиями ответчика и наличием каких-либо неблагоприятных последствий для административного истца представлено не было, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований. Ссылка ФИО4 о том, что он имел право отказаться от работы во вредных условиях труда, не имеет правового значения. Поскольку в силу части 6 статьи 103 УИК РФ отказ от работы или прекращение работы являются злостным нарушением установленного порядка отбывания наказания и могут повлечь применение мер взыскания и материальную ответственность. Рассматривая административный иск ФИО4 в части компенсации морального вреда, суд приходит к следующему. В соответствии с положениями статей 151, 1101 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную <...>, честь и доброе имя, <...> переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина. Обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ) (пункт 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

При этом в силу статьи 62 КАС РФ бремя доказывания того, что вред причинен ответчиком, а также наличие причинной связи между возникшим вредом и действиями (бездействием) причинителя вреда, лежит на истце, а бремя доказывания отсутствия вины в причинении вреда лежит на лице, причинившем вред.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию; в иных случаях, предусмотренных законом (статья 1100 ГК РФ).

Из административного искового заявления следует, что требование о взыскании компенсации морального вреда ФИО4 связывает с действиями (бездействием) административного ответчика в его трудоустройстве на производство с вредными условиями труда, которые судом признаны законными и обоснованными.

При этом нарушений каких-либо нематериальных благ, подлежащих восстановлению путем их компенсации в денежном выражении, судом не установлено, доказательств причинения ФИО4 физических и нравственных страданий, а также наличия причинно-следственной связи между действиями (бездействием) должностных лиц и причиненными административному истцу страданиями, не представлено, в связи с чем, оснований для компенсации морального вреда не имеется.

Кроме того, в судебном заседании представитель административного ответчика ФКУ ИК-1 УФСИН России по Брянской области ФИО3 просила отказать в удовлетворении административного иска, поскольку административным истцом пропущен срок для обращения с административным иском в суд, установленный частью 1 статьи 219 КАС РФ.

Административный истец ходатайствовал о восстановлении пропущенного процессуального срока, ссылаясь на отсутствие времени и необходимой литературы для составления административного иска и подачи его в суд.

Разрешая ходатайство представителя административного ответчика, суд приходит к следующему.

Частью 1 статьи 219 КАС РФ установлено, если настоящим Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

Согласно части 1 статьи 95 КАС РФ лицам, пропустившим установленный настоящим Кодексом процессуальный срок по причинам, признанным судом уважительными, пропущенный срок может быть восстановлен.

В силу части 5 статьи 138, части 5 статьи 180, части 8 статьи 219 КАС РФ установление факта пропуска без уважительных причин срока обращения в суд с административным иском в предварительном или судебном заседании может являться самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении административного иска без исследования фактических обстоятельств дела, со ссылкой в мотивировочной части решения только на установление судом данного обстоятельства.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в определениях от 20 декабря 2016 года № 2599-О и от 28 февраля 2017 года №-О установление в законе сроков для обращения в суд с административным исковым заявлением, а также момента начала их исчисления относится к дискреционным полномочиям федерального законодателя, обусловлено необходимостью обеспечить стабильность и определенность публичных правоотношений и не может рассматриваться как нарушение конституционных прав граждан, поскольку несоблюдение установленного срока не является основанием для отказа в принятии таких заявлений, - вопрос о причинах пропуска срока решается судом после возбуждения дела, т.е. в предварительном судебном заседании или в судебном заседании; заинтересованные лица вправе ходатайствовать о восстановлении пропущенного срока, и, если пропуск срока был обусловлен уважительными причинами, такого рода ходатайства подлежат удовлетворению судом (части 5 и 7 статьи 219 КАС РФ).

В судебном заседании ФИО4 пояснил, что о нарушении своих прав узнал из ответа УФСИН России по Брянской области в <дата>, согласно расписке ответ УФСИН России по Брянской области от <дата> получен ФИО4 <дата>.

Между тем, с административным иском ФИО4 обратился лишь <дата>, то есть с существенным пропуском процессуального срока, установленного статьей 219 КАС РФ.

При этом, доказательств наличия обстоятельств, препятствующих административному истцу своевременно обратиться за судебной защитой, ФИО4 не представлено.

Учитывая изложенное, а также пропуск срока для обращения административного истца с административным иском в суд, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении административных исковых требований ФИО4

На основании изложенного, руководствуясь статьями 175-180, 227 КАС РФ, суд

решил:

Административные исковые требования ФИО4 к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 1 Управления Федеральной службы исполнения наказания по Брянской области», Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Брянской области, Федеральной службе исполнения наказаний о признании действий (бездействия) незаконными, взыскании компенсации морального вреда, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Брянской областной суд через Фокинский районный суд города Брянска в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий судья подпись Т.И.Ткаченко

Решение суда принято в окончательной форме 28 декабря 2022 года.