Решение по делу № 2А-112/2023 от 20.04.2023 - о признании бездействия незаконным и взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания.

Дело № 2а-112/2023

УИД 69RS0009-01-2023-000037-32

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Зубцовский районный суд Тверской области, в составе председательствующего судьи Карбанович Д.В.,

при секретаре Зуккель И.Н.,

с участием посредством видеоконференц-связи административного истца ФИО1,

в открытом судебном заседании 20 апреля 2023 г. в г. Зубцове Тверской области, рассмотрев административное дело по административному иску ФИО1 к ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области о признании бездействия незаконным и взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания,

установил:

ФИО1 обратился в суд с административным иском к ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области о признании бездействия незаконным и взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания.

В обоснование требований ссылается на то, что в период с 06.11.2017 г. по 08.11.2017 г. он содержался в СИЗО-1 (транзитом) в камере № 216, в которой отсутствовало горячее водоснабжение, в результате чего он был лишен возможности осуществления гигиенических и санитарных процедур тёплой водой (умываться, чистить зубы, стирать личные вещи, убираться в камере). Все указанные процедуры он был вынужден осуществлять в ледяной воде, поскольку из крана шла именно такая вода.

Поскольку обеспечение камерных помещений СИЗО горячим водоснабжением являлось обязательным, неисполнение исправительным учреждением требований закона об обеспечении горячим водоснабжением влечёт нарушение прав истца на содержание в условиях надлежащего обеспечения его жизнедеятельности, данное нарушение относится к нарушениям условий содержания в исправительном учреждении, за которое подлежит взысканию компенсация.

О нарушении своих прав ФИО1 узнал от сокамерника (ФИО2) по решение Индустриального районного суда г. Хабаровска, по делу № 2а- 4955/2022 от 25.10.2022 г., которого перевели в одну камеру с ним.

На основании изложенного, просит суд признать факт нарушения и взыскать с ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области компенсацию за нарушение в сумме 20 000 руб.

В ходе рассмотрения дела, к участию в деле в качестве соответчика было привлечено ФСИН России, в качестве заинтересованных лиц ГУФСИН России по Иркутской области и Министерство финансов РФ.

Административный истец ФИО1, участвующий в судебном заседании посредством видео-конференц связи, заявленные административные исковые требования поддержал в полно объеме, просил их удовлетворить.

Административный ответчик ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области своевременно и надлежащим образом извещенный о дате, времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание своего представителя не направил, представил отзыв на административное исковое заявление, из содержания которого следует, что с заявленными требованиями представитель учреждения не согласен. 07.11.2017 г. ФИО1 прибыл в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области из ФКУ УЩ – 349/56 п. Лозьвинский ГУФСИН России по Свердловской области.

Оспариваемые действия (бездействия) касаются периода с 07.11.2017 г. по 08.11.2017 г., в то время как в суд заявитель обратился лишь 16.01.2023 г., то есть по истечении более чем 5 лет со дня имевшего место, когда, по его мнению, были нарушены его права и законные интересы, что само по себе свидетельствует о степени значимости для заявителя исследуемых обстоятельств. Подобный весьма продолжительный срок не только не доказывает факт отсутствия у истца надлежащей заинтересованности в защите своих прав, но и утрату для него с течением времени актуальности их восстановления.

ФКУ СИЗО-1 конструктивно не предназначено для содержания осуждённых к пожизненному лишению свободы, так как СИЗО -1 не имеет отдельного изолированного корпуса для их содержания. Камеры для содержания осужденных к пожизненному лишению свободы расположены в отдельно стоящем режимном корпусе № 2 четырёхэтажного кирпичного здания в отдельном блоке, перекрытия железобетонные перегородки и стены выполнены из кирпича.

ФИО1 был размещен в камеру № 216 режимного корпуса № 2.

Режимный корпус № 2 1915 года постройки в связи с чем, требованиям санитарных правил в части обеспечения горячим водоснабжением камерных помещений на него не распространяется.

На момент ввода в эксплуатацию зданий режимных корпусов требования по обеспечению горячим водоснабжением определялись приказом МВД СССР от 21.01.1971 г. № 040 «Об утверждении указаний по проектированию и строительству следственных изоляторов Министерства внутренних дел СССР». Камерные помещения на момент ввода их в эксплуатацию полностью соответствовали требованиям, действующим в тот момент.

На момент содержания ФИО1 в ФКУ СИЗО-1 требования к следственным изоляторам определялись СП 15 – 01 «Нормы проектирования следственных изоляторов и тюрем Минюста России» и СП 247.1325800.2016 «Следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования.

Согласно п.1.1-13 нормы проектирования не распространяются на объекты капитального строительства, проектная документация которых до вступления в силу настоящего свода правил получила положительное заключение государственной экспертизы.

Согласно п. 43 Приказа Минюста РФ от 14.10.2005 г. № 189 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы» в случае отсутствия в камере водонагревательных приборов либо горячей водопроводной воды, горячая вода для стирки и гигиенических целей и кипячёная водя для питья, выдаются ежедневно в установленное время с учётом потребности. Фиксация выдачи горячей воды действующим законодательством не предусмотрена.

Указывают, что на момент ввода здания учреждения в эксплуатацию в 1963 г. на базе тюрьмы, построенной в 19 веке, действовали нормы приказа МВД СССР от 25.01.1971 г. № 040, нормы приказа, предусматривающего подводку горячей воды к умывальникам и душевым, не распространяются на режимные корпуса Следственного изолятора № 1.

Реконструкция здания следственного изолятора № 1 не производилась.

В период содержания в следственном изоляторе ФИО1 у него препятствий обращаться с заявлениями, жалобами не имелось. Ограничение прав ФИО1 на обращение с заявлениями, жалобами не установлено. В период с 06.11.2017 г. по 08.11.2017 г. жалобы, заявления в адрес администрации не поступало.

Относительно того, что о нарушении прав истца ему стало известно от сокамерника ФИО2, поясняют, что исковые требования ФИО2 были удовлетворены частично, однако Хабаровским краевым судом по делу принято новое решение, которым в удовлетворении административных исковых требования к ФКУ ГУФСИН России по Иркутской области, ФСИН России о признании незаконными действий (бездействий), связанных с условиями содержания в исправительном учреждении, взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении отказано.

На основании изложенного выше, просят в удовлетворении административных исковых требований ФИО1 отказать в полном объеме.

Административный соответчик ФСИН России своевременно и надлежащим образом извещенный о дате, времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание своего представителя не направил, возражений не представил, об отложении слушания дела суд не просил.

Заинтересованные лица ГУФСИН России по Иркутской области, Министерство финансов РФ своевременно и надлежащим образом извещенные о дате, времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание своих представителей не направило, возражений не представили, об отложении слушания дела суд не просили.

В силу ч. 6 ст. 226 КАС РФ суд полагает возможным рассматривать административное дело в отсутствие не явившихся лиц участвующих в деле.

Суд, выслушав объяснения административного истца ФИО1, исследовав представленные письменные доказательства, пришел к следующему выводу.

Согласно ч. 1 ст. 218 КАС РФ гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего (далее - орган, организация, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями), если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

В соответствии со ст. 227.1 КАС РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Исходя из содержания пункта 1 части 2 статьи 227 КАС РФ решение, действия (бездействие) могут быть признаны незаконными при наличии одновременно двух условий: несоответствия решения, действий (бездействия) закону и нарушения таким решением, действиями (бездействием) прав и законных интересов заявителя.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом, что ФИО1 осужден 26 января 2009 г. Тверским областным судом по ст.ст. 105 ч. 2 п. «а, 105 ч.2 п. «в», 105 ч. 2 п. «к» 158 ч. 2 п. «в» к пожизненному лишению свободы с отбыванием в исправительной колонии особого режима.

В период с 06.11.2017 года по 08.11.2017 г. ФИО1 содержался в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области, а именно в камере № 216 режимного корпуса № 2.

Местами содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых являются: следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы (ст.7 Федерального закона от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений").

В части 1 статьи 74 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации (далее – УИК РФ) предусмотрено, что следственные изоляторы выполняют функции исправительных учреждений в отношении осужденных, оставленных в следственном изоляторе или переведенных в следственный изолятор в порядке, установленном статьей 77.1 названного кодекса.

Из указанных положений следует, что часть первая статьи 74 УИК РФ, действуя во взаимосвязи с его статьей 77.1 не предполагает для осужденных к лишению свободы, переведенных в следственный изолятор для участия в следственных действиях или судебном разбирательстве, ухудшение условий отбывания наказания по сравнению с условиями, установленными в соответствии с уголовно-исполнительным законодательством в исправительной колонии соответствующего вида.

В силу положений части 3 статьи 77.1 УИК РФ в случаях, предусмотренных частями первой и второй приведенной статьи, осужденные содержатся в следственном изоляторе в порядке, установленном Федеральным законом от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", и на условиях отбывания ими наказания в исправительном учреждении, определенном приговором суда.

Согласно статье 82 УИК РФ режим в исправительных учреждениях – это установленный законом и соответствующими закону нормативными правовыми актами порядок исполнения и отбывания лишения свободы, обеспечивающих охрану и изоляцию осужденных, постоянный надзор за ними, исполнение возложенных на них обязанностей, реализацию их прав и законных интересов, личную безопасность осужденных и персонала, раздельное содержание разных категорий осужденных, различные условия содержания в зависимости от вида исправительного учреждения, назначенного судом, изменение условий отбывания наказания.

Статьей 10 УИК РФ установлено, что Российская Федерация уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осужденных, обеспечивает законность применения средств их исправления, их правовую защиту и личную безопасность при исполнении наказаний. В силу части 2 статьи 10 УИК РФ при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

В соответствии со статьей 99 УИК РФ минимальные нормы материально-бытового обеспечения осужденных к лишению свободы устанавливаются Правительством Российской Федерации.

Статьей 9 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года № 5473-I «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» предусмотрено, что финансовое обеспечение функционирования уголовно-исполнительной системы является расходным обязательством Российской Федерации.

Из содержания подпункта 6 пункта 3 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 года № 1314, следует, что задачей ФСИН России является создание осужденным и лицам, содержащимся под стражей, условий содержания, соответствующих нормам международного права, положениям международных договоров Российской Федерации и федеральных законов.

Из разъяснений, приведенных в пунктах 2, 13, 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года N 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», следует, что под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, включая право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий. В силу частей 2 и 3 статьи 62 КАС РФ обязанность доказывания соблюдения надлежащих условий содержания лишенных свободы лиц возлагается на административного ответчика – соответствующий орган или учреждение, должностное лицо, которым следует подтверждать факты, обосновывающие их возражения. Условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

Как указано выше, ФИО1 в период с 06.11.2017 г. по 08.11.2017 г. содержался в камере № 216 режимного корпуса №2, оборудованной в соответствие с п. 42 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов, утвержденных Приказом Минюста России от 14 октября 2005 года N 189, в том числе нагревательными приборами (радиаторами) системы водяного отопления, тазом для гигиенических целей и стирки одежды.

Из материалов дела следует, что режимный корпус № 2 ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области 1915 года постройки.

Из пояснений ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области следует, что в жилых камерах ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области отсутствует горячее водоснабжение, горячим водоснабжением обеспечиваются осужденные только в душевых помещениях, расположенных в режимных корпусах. Техническая возможность обеспечить жилые камеры режимных корпусов горячим водоснабжением в учреждении на данный момент нет, поскольку реконструкция здания ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области не производилась с момента ввода здания ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области в эксплуатацию в 1963 году.

Согласно пункту 20.1 Инструкции по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации, утвержденной приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 2 июня 2003 года № 130-ДСП, здания исправительных учреждений должны быть оборудованы хозяйственно-питьевым и противопожарным водопроводом, горячим водоснабжением, канализацией и водостоками согласно требованиям, в том числе СНиП 2.04.01-85 «Внутренний водопровод и канализация зданий». Подводку холодной и горячей воды в жилой (режимной, лечебной) зоне следует предусматривать, в том числе к умывальникам и душевым установкам во всех зданиях (пункт 20.5 Инструкции).

В силу пунктов 19.2.1, 19.2.5 Свода правил 308.1325800.2017 «Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования», утвержденного приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 20 октября 2017 года № 1454/пр, здания исправительных учреждений должны быть оборудованы хозяйственно-питьевым и противопожарным водоводами, горячим водоснабжением, канализацией и водостоками согласно требованиям действующих нормативных документов; подводку холодной и горячей воды следует предусматривать, в том числе, к санитарно-техническим приборам, требующим обеспечения холодной и горячей водой (умывальникам, раковинам, мойкам (ваннам), душевым сеткам и т.п.).

Вместе с тем, указанные нормы Свода правил 308.1325800.2017 и нормы Инструкции по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации, утвержденной приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 2 июня 2003 года № 130-ДСП, распространяются на проектирование, строительство, реконструкцию и капитальный ремонт здания, помещений и сооружений исправительных учреждений.

Указанные нормы не распространяются на объекты капитального строительства, проектная документация которых до вступления в силу настоящего свода правил получила положительное заключение государственной экспертизы (п.1.2 СП 247.1325800.2016. Свод правил. Следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования).

Из содержания возражений на административный иск следует, что ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области образовано в 1963 году на базе тюрьмы, построенной в 19 веке. На момент ввода здания в эксплуатацию горячее водоснабжение предусматривалось только в банно-прачечных комбинатах, душевых и столовых учреждениях. Горячее водоснабжение в помещениях режимного корпуса № 2 ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области отсутствует в силу конструктивных особенностей здания.

Согласно представленной ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области справки, при отсутствии в камере водонагревательных приборов либо горячей воды, горячая вода для стирки и гигиенических целей и кипяченная вода для питья выдается ежедневно в установленное время с учетом потребности в соответствие с требованиями п. 43 гл. V Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных приказом Минюста России от 14 октября 2005 года N 189.

Как следует из справки ФКУ СИЗО -1 ГУФСИН России по Иркутской области ФИО1 при прибытии в учреждение, в соответствии с требованиями приказа Минюста Российской Федерации от 14 октября 2005 года N 189 "Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы" прошел личный обыск, досмотр его личных вещей, жалоб и заявлений от него не поступало. ФИО1 был помещен в камеру 216 режимного корпуса № 2, которая была оборудована в том числе тазом для гигиенических целей и стирки одежды, напольной чащей, умывальником, нагревательными приборами (радиаторами) системами водяного отопления. При отсутствии в камере водонагревательных приборов либо горячей водопроводной воды, горячая вода для стирки и гигиенических целей и кипячёная вода для питья выдавалась ежедневно в установленное время с учетом потребности.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области были обеспечены условия для соблюдения правил личной гигиены. Сведений о том, что от административного истца ФИО1 поступали жалобы на невыдачу горячей воды в адрес администрации учреждения, материалы дела не содержат.

Доказательств обратного административным истцом ФИО1 не представлено.

Пунктом 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 года N 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации" судам разъяснено, что в соответствии со статьей 3 Конвенции и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству (абзац 4). Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности (абзац 5). При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания (абзац 6). Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения. В некоторых случаях принимаются во внимание пол, возраст и состояние здоровья лица, которое подверглось бесчеловечному или унижающему достоинство обращению (абзац 7).

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 25 декабря 2018 года N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания" в качестве нарушений условий содержания могут рассматриваться только существенные отклонения от таких требований.

Исходя из вышеизложенного, руководствуясь разъяснениями Верховного Суда Российской Федерации, основываясь на установленных по делу обстоятельствах и представленных сторонами доказательствах, исследованных в судебном заседании, суд исходит из того, что нарушения условий содержания административного истца в следственном изоляторе в спорный период не нашли своего подтверждения, в связи с чем отсутствуют предусмотренные законом основания для вывода о незаконности действий (бездействия) учреждения в части необеспечения надлежащих условий содержания административного истца ФИО1 и как следствие, правовые поводы для взыскания компенсации за нарушение условии содержания в указанном учреждении.

При этом, суд принимает во внимание правовую позицию Верховного Суда Российской Федерации, изложенную в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда от 25 декабря 2018 года N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания" о необходимости учета судами обстоятельств, соразмерно восполняющих допущенные нарушения и улучшающие положение лишенных свободы лиц, исходит из того, что недостаток горячего водоснабжения исправительным учреждением компенсировался административному истцу, административный истец находился в следственном изоляторе короткий период времени, в связи с чем некоторые неудобства, вызванные отсутствием в камере горячего водоснабжения, с учетом предпринятых административным ответчиком компенсационных мер, являются несущественными, доказательства наступления каких-либо неблагоприятных последствий для административного истца в материалах дела отсутствуют.

При изложенных выше обстоятельствах, административные исковые требования ФИО1 к ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области, ФСИН России о признании факта нарушения и взыскании компенсации за нарушение, выразившееся в необеспечении осужденного горячим водоснабжением в камере, где отбывает наказание осужденный, удовлетворению не подлежат.

Административным ответчиком ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области заявлено о пропуске ФИО1 срока исковой давности, поскольку он содержался в СИЗО-1 в период с 06.11.2017 г. по 08.11.2017 г., а настоящими требованиями обратился в суд спустя более чем 5 лет.

Согласно ч. 1 ст. 219 КАС РФ, если данным Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев с дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

В соответствии с ч. 5 ст. 219 КАС РФ пропуск установленного срока обращения в суд является основанием для отказа в принятии административного искового заявления к производству суда. Причины пропуска срока обращения в суд выясняются в предварительном судебном заседании или судебном заседании.

Частью 7 ст. 219 КАС РФ предусмотрено, что пропущенный по уважительной причине срок подачи административного искового заявления может быть восстановлен судом, за исключением случаев, если его восстановление не предусмотрено названным Кодексом.

Признание тех или иных причин пропуска срока уважительными, относится к компетенции суда, рассматривающего вопрос о восстановлении указанного срока, возможность восстановления процессуального срока закон ставит в зависимость от усмотрения суда.

Из материалов дела следует, что ФИО1 заявлены требования о нарушении условий его содержания в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области в период с 06.11.2017 г. по 08.11.2017 г.

С настоящим исковым заявлением ФИО1 обратился в суд 17.01.2023 г.

Из содержания ходатайства о восстановлении пропущенного процессуального срока на обращение в суд указывает, что ему стало известно о нарушении своих прав от осужденного ФИО2 (сокамерника), которого перевели к нему в камеру 28.12.2022 г. В СИЗО-1 ему не были разъяснены права по данному вопросу.

Между тем суд, выслушав объяснения административного истца ФИО1, находит его доводы не состоятельными, поскольку о нарушении своих прав осужденный узнал лично в период нахождения в камерах ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области, так как являлся пользователем горячего водоснабжения, и о его отсутствии знал непосредственно.

Кроме того, довод ФИО1 о том, что о нарушении своих прав он узнал от сокамерника ФИО2 опровергается материалами дела, поскольку в дело представлена справка ФКУ ИК-6 УФСИН России по Хабаровскому краю из содержания которой следует, что осужденный ФИО2 был переведен в камеру № 98 с 28.12.2022 г. по 25.01.2023 г., а осужденный ФИО1 содержался в камере № 98 с 03.12.2021 г. по 14.02.2022 г., то есть о нарушении своих прав осужденный ФИО1 не могу узнать от осужденного ФИО2, поскольку в одной камере указанные лица не содержались.

При таких обстоятельствах, ходатайство административного истца ФИО1 о восстановлении ему пропущенного процессуального срока для обращения в суд удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.178-181, а также ст.227 КАС РФ суд,

решил:

административные исковые требования ФИО1 к ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области о признании бездействия незаконным и взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тверской областной суд через Зубцовский районный суд Тверской области в течение месяца со дня его составления в окончательной форме.

Председательствующий Д.В. Карбанович

Мотивированное решение изготовлено 21 апреля 2023 г.

Председательствующий Д.В. Карбанович