Мотивированное решение составлено дело № 2-329/2022

и подписано 7 июля 2022 года УИД 26RS0007-01-2022-000350-64

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

30 июня 2022 года село Курсавка

Андроповский районный суд Ставропольского края в составе: председательствующего судьи Кудашкиной М.А.,

при ведении протокола помощником судьи Каргиновой С.А.,

с участием: представителя истцов ФИО1, представителей ответчика ФИО3, Р.Д.АА., третьго лица ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО6, ФИО7 в интересах несовершеннолетнего ФИО8 к ООО «Базис-Юг» о взыскании морального вреда,

установил:

ФИО6, ФИО7 в интересах несовершеннолетнего ФИО8 обратились в суд с иском к ООО «Базис-Юг» о взыскании морального вреда, указав, что 29.10.2020 в 01.20 имело место ДТП, по адресу: <адрес> по вине водителя ФИО4, а/м «3009D9», г/н № был совершен наезд на пешехода находящегося на проезжей части. В результате ДТП погиб пешеход ФИО ФИО7 является матерью погибшего в ДТП ФИО и имеет право на компенсацию морального вреда.

ФИО7 обращается в суд с иском в интересах несовершеннолетнего ФИО8, опекуном которого она является. ФИО8 является сыном погибшего в ДТП ФИО В результате ДТП, сын остался без отца, что в таком юном является невосполнимой утратой для ребенка, который лишается отцовского воспитания и помощи, которые необходимы для любого ребенка особенно в детском возрасте. Ребенок, оставшись без отца, фактически лишается возможности развития в полноценной семье вместе обоими родителями.

Погибший ФИО приходился сыном ФИО6, у них были очень близкие родственные отношения, проживали совместно, практически не разлучались. После гибели сына истец до сих пор не может прийти в себя, вести полноценный образ жизни, так как чувство горя и невосполнимой утраты близкого человека причиняет ему невыносимые нравственные и моральные страдания. С момента аварии состояние здоровья истцов ухудшилось, они очень тяжело переживают произошедшее с ними горе. Эта душевная травма сильно повлияла на физическое состояние потерпевших, их постоянно мучают головные боли, чувство необъяснимой тревоги и страха.

ФИО4 водитель управлявший а а/м «3009D9», г/н №, являлся сотрудником ООО «Базис-Юг», работал по трудовому договору, в момент совершения ДТП находился на рабочем месте, что подтверждается материалами уголовного дела.

Просили суд взыскать с ООО «Базис-Юг» в пользу ФИО6 компенсацию морального вреда в размере 5 000 000 рублей. Взыскать с ООО «Базис-Юг» в пользу ФИО7 в интересах несовершеннолетнего ФИО8 компенсацию морального вреда в размере 5 000 000 рублей. А так же взыскать с ООО «Базис-Юг» в пользу ФИО6 денежные средства в сумме 40 000 рублей расходы по оплате услуг представителя.

В судебном заседании представитель истцов ФИО1 поддержал исковые требования, просил удовлетворить их в полном объеме.

Представители ответчика ООО «Базис-Юг» ФИО3 и ФИО9 просили отказать в удовлетворении исковых требований по доводам, изложенных в письменных возражениях. Обратили внимание на то обстоятельство, что истцами не представлено документов, подтверждающих родство погибшего и несовершеннолетнего ребенка.

Третье лицо ФИО4 в судебном заседании просил отказать в удовлетворении исковых требований.

В судебное заседание истец ФИО6, истец ФИО7, действующая в интересах несовершеннолетнего ФИО8, не явились, о времени и месте судебного заседания извещались надлежащим образом, ходатайств о рассмотрении дела в их отсутствие не имеется.

В силу положений ст.167 ГПК РФ суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав стороны, исследовав представленные материалы дела, проверив и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Пунктом 1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье отнесены к личным нематериальным благам гражданина.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Согласно п. 1 ст. 1079 ГК РФ граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (абзац второй пункта 1 статьи 1079 ГК РФ).

В соответствии с п. 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Согласно ст. ст. 1068, 1079 ГК РФ не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.

Согласно абз. 2 п. 3 ст. 1079 ГК РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (ст 1064).

В силу п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В частности, в силу п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Согласно разъяснениям, данным в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная п. 1 ст. 1068 ГК РФ, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта).

При разрешении спора суд также учитывает, что установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Из материалов дела следует, что согласно постановлению от 28.11.2020, вынесенного следователем СО ОМВД России по Андроповскому району об отказе в возбуждении уголовного дела, 29.10.2020 примерно в 01 час 20 минут <адрес> относящейся к административной территории <адрес>, водитель ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, управляя автомашиной «3009D9» г/н № совершил наезд на находящегося на проезжей части дороги водителя автомобиля КАМАЗ 55102 г/н №, в сцепке с прицепом СЗАП 83053 г/н № ФИО, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, который в результате ДТП скончался на месте ДТП до приезда скорой медицинской помощи.

В судебном заседании установлено, что согласно трудовому договору № от 29.09.2020 заключенному между ООО «Базис-Юг» в лице управляющего ФИО10 и ФИО4, последний принят на работу в должности водителя с 29.09.2020. Так же данные обстоятельства подтверждаются приказом (распоряжением) о приеме на работу № от 29.09.2020.

Согласно приказу (распоряжению) о прекращении (расторжении) трудового договора с работником № от 10.02.2021 ФИО4 уволен с 10.02.2021, действие договора № от 28.09.2020 прекращено.

Следовательно, на момент ДТП 29.10.2020 водитель ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, управляя автомашиной «3009D9» г/н №, осуществлял свои трудовые обязанности. Данные обстоятельства так же подтверждаются данными в ходе судебного заседания объяснениями ФИО4 и не опровергнуты представителями ответчика.

По факту произошедшего ДТП Отделом МВД по Андроповскому району проведена проверка, зарегистрирован материал проверки в КУСП за № от 29.10.2020.

Из указанного материала проверки следует, что назначался ряд экспертиз, из которых следует, что причиненный ФИО тяжкий вред здоровью находится в причинной следственной связи с полученными при ДТП повреждениями, повлекшими смерть.

Согласно заключению эксперта №-э от 25.11.2020 установлено следующее:

- в рассматриваемой дорожно-транспортной обстановке водитель автомобиля «3009D9» р/з № ФИО4 не располагал технической возможностью торможением предотвратить наезд на пешехода ФИО17 в момент и при исходных данных, указанных в постановлении о назначении экспертизы;

- в дорожной обстановке, описанной в постановлении о назначении экспертизы, водитель автомобиля «3009D9» р/з № ФИО4, должен был действовать в соответствии с требованием п. 10.1 абз. 2 ПДД РФ;

- в действиях водителя автомобиля «3009D9» р/з № ФИО4 описанных в постановлении о назначении экспертизы, несоответствий п. 10.1.азб. 2 ПДД РФ усматривать нет оснований.

К аналогичным выводам пришел эксперт Северо-Кавказского регионального центра судебной экспертизы Министерства юстиции РФ, указав в заключении№ от ДД.ММ.ГГГГ, что в данной дорожно-транспортной обстановке водитель автомобиля «3009D9» ФИО4 при возникновении опасности для движения в целях предотвращения происшествия должен был принять возможные меры к снижению скорости движения вплоть до остановки транспортного средства, однако, двигаясь со скоростью 70 км/ч не располагал технической возможностью снижения скорости движения и предотвратить наезд на ФИО

На основании изложенного, постановлением от 06.04.2021 отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО4 по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием состава преступления.

Из материалов дела также следует, что согласно свидетельству о рождении № от 15.12.2020 отцом погибшего ФИО, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

ФИО6 просит взыскать с ООО «Базис-Юг» в его пользу компенсацию морального вреда в сумме 5000 000 рублей, связывая его размер с нравственными страданиями, которые, безусловно, испытывает родитель в связи с невосполнимой потерей ребенка.

В соответствии с п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Вместе с тем при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что закрепленное в абз. 2 п. 2 ст. 1083 ГК РФ исключение из общего порядка определения размера возмещения вреда, возникновению которого способствовала грубая неосторожность потерпевшего, предусматривающее, что при причинении вреда жизни и здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается, а также содержащееся в абз. 2 ст. 1100 ГК РФ положение о недопустимости отказа в компенсации морального вреда в случае, если вред причинен источником повышенной опасности жизни и здоровью гражданина, в том числе при отсутствии вины причинителя вреда, является мерой защиты признаваемых в Российской Федерации прав и свобод человека, в частности, права на жизнь, (статья 20, часть 1 Конституции Российской Федерации), права на охрану здоровья (статья 41, часть 1 Конституции Российской Федерации), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.

Таким образом, Конституционный Суд Российской Федерации указал, что положения абз. 2 п. 2 ст. 1083 ГК РФ и абз. 2 ст. 1100 ГК РФ - в рамках проводимой в Российской Федерации как правовом и социальном государстве (статья 1, часть 1; статья 7, часть 1 Конституции Российской Федерации) правовой политики, - воплощают основанный на вытекающем из статьи 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации принцип пропорциональности баланса субъективных прав причинителя вреда, осуществляющего деятельность, связанную с повышенной опасностью для окружающих, с одной стороны, и потерпевшего, проявившего грубую неосторожность, - с другой.

Согласно ч. 2 ст. 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Как разъяснено в п. 17 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» при разрешении спора о возмещении вреда жизни или здоровью, причиненного вследствие умысла потерпевшего, судам следует учитывать, что согласно п. 1 ст. 1083 ГК РФ такой вред возмещению не подлежит.

Виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (п. 2 ст. 1083 ГК РФ).

Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

Из вышеизложенного следует, что отсутствие вины в ДТП причинителя вреда, наличие неосторожных действий потерпевшего являются основаниями для снижения размера подлежащей взысканию компенсации морального вреда.

При этом, факт наличия либо отсутствия в действиях/бездействиях потерпевшего грубой неосторожности устанавливается судом в каждом конкретном случае.

Согласно п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» при отсутствии вины владельца источника повышенной опасности, при наличии грубой неосторожности лица, жизни или здоровью которого причинен вред, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности (кроме случаев, когда вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего). В этом случае размер возмещения вреда, за исключением расходов, предусмотренных абзацем третьим пункта 2 статьи 1083 ГК РФ, подлежит уменьшению.

Как следует из заключения эксперта № от 01.04.2021, автомобиль марки КАМАЗ 55102 р/з №, в сцепке с прицепом СЗАП 83053 р/з № расположен на правой обочине по ходу движения, передней частью в западном направлении, по направлению движения в <адрес> из <адрес>, от передней оси до края сплошной линии, обозначающей край проезжей части дороги, расстояние составляет 0,4 м, от задней оси до края сплошной линии, обозначающей край проезжей части дороги, расстояние составляет 0,4 м, расстояние от передней оси прицепа СЗАП 83053 р/з №, до края сплошной линии, обозначающей край проезжей части дороги, расстояние составляет 0,4 м, от задней оси до края сплошной линии, обозначающей край проезжей части дороги, расстояние составляет 0,4 м, в целях осуществления ремонтных работ, тем самым, применительно к ПДД, сменив статус «водитель» на статус «пешеход».

При этом, стоянка произошла в темное время суток, без включения габаритных огней и аварийной сигнализации.

В момент наезда на пешехода, согласно материалам проверки, ФИО находился на асфальтированной части дорожного покрытия, из чего следует вывод, что характер проводимых погибшим ремонтных работ связан с выходом на проезжую часть.

Согласно п. 4.1 ПДД пешеходы должны двигаться по тротуарам, пешеходным дорожкам, велопешеходным дорожкам, а при их отсутствии - по обочинам. Пешеходы, перевозящие или переносящие громоздкие предметы, а также лица, передвигающиеся в инвалидных колясках, могут двигаться по краю проезжей части, если их движение по тротуарам или обочинам создает помехи для других пешеходов.

При отсутствии тротуаров, пешеходных дорожек, велопешеходных дорожек или обочин, а также в случае невозможности двигаться по ним пешеходы могут двигаться по велосипедной дорожке или идти в один ряд по краю проезжей части (на дорогах с разделительной полосой - по внешнему краю проезжей части).

При движении по краю проезжей части пешеходы должны идти навстречу движению транспортных средств. Лица, передвигающиеся в инвалидных колясках, ведущие мотоцикл, мопед, велосипед, в этих случаях должны следовать по ходу движения транспортных средств.

При переходе дороги и движении по обочинам или краю проезжей части в темное время суток или в условиях недостаточной видимости пешеходам рекомендуется, а вне населенных пунктов пешеходы обязаны иметь при себе предметы со световозвращающими элементами и обеспечивать видимость этих предметов водителями транспортных средств.

В силу п. 12.3 ПДД стоянка с целью длительного отдыха, ночлега и тому подобное вне населенного пункта разрешается только на предусмотренных для этого площадках или за пределами дороги.

Согласно п. 19.3 ПДД при остановке и стоянке в темное время суток на неосвещенных участках дорог, а также в условиях недостаточной видимости на транспортном средстве должны быть включены габаритные огни. В условиях недостаточной видимости дополнительно к габаритным огням могут быть включены фары ближнего света, противотуманные фары и задние противотуманные фонари.

На основании п. 12.7 ПДД, запрещается открывать двери транспортного средства, если это создаст помехи другим участникам дорожного движения.

Из вышеизложенного следует, что ФИО, в нарушение вышеуказанных пунктов ПДД, допустив стоянку автомобиля вдоль проезжей части в темное время суток без включенных габаритных огней, осуществил выход на проезжую часть с целью открыть дверь автомобиля, не убедившись о наличии движущихся по полосе движения автомобилей и отсутствии того обстоятельства, что открытие двери создает помехи другим автомобилям.

Из вышеизложенного следует вывод о том, что совокупность неосторожных действий со стороны ФИО, так или иначе, способствовала наступлению негативных последствий.

По мнению суда, при оценке размера компенсации морального вреда указанные обстоятельства, также, должны быть приняты во внимание.

Разрешая вопрос о размере компенсации морального вреда, суд учитывает фактические обстоятельства дела, при которых был причинен моральный вред, индивидуальные особенности истца, исходит из причинения ему нравственных страданий, вызванных смертью сына.

На основании изложенного, с учетом требований разумности и справедливости, суд полагает возможным взыскать с ООО «Базис-Юг» в пользу ФИО6 компенсацию морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в сумме 500 000 рублей, такой размер компенсации морального вреда будет отвечать требованиям ст. 1101 ГК РФ, в том числе его разумности и справедливости.

Истцами так же заявлено требование о взыскании с ООО «Базис-Юг» в пользу ФИО7 в интересах несовершеннолетнего ФИО8

Из материалов дела следует, что согласно удостоверению № ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на основании распоряжения врио главы администрации МР «Кизилюртовского района» от 13.09.2021 за №, предварительно назначена опекуном малолетнего ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Также в материалах дела имеется свидетельство о рождении № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, при это в графе «отец» запись отсутствует.

Из ответа представленного администрацией муниципального района «Кизилюртовского района» № от 22.06.2022 следует, что имеется другое свидетельство о рождении № от ДД.ММ.ГГГГ, полученное на основании решения Кизилюртовского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ, где ФИО5 записан под фамилией ФИО15.

Вместе с тем, сами документы, подтверждающие изменение фамилии, суду не направлены.

Также из ответа представленного администрацией муниципального района «Кизилюртовского района» № от 22.06.2022 следует, что распоряжением № от 20.06.2022 ФИО7 освобождена от исполнения обязанностей опекуна.

Разрешая заявленные требования, суд отмечает, что из представленных документов невозможно установить родство погибшего ФИО, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и малолетнего ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

При указанных обстоятельствах исковых требований о взыскании морального вреда в пользу ФИО7 в интересах несовершеннолетнего ФИО8, ввиду неподтвержденного факта родства ребенка с погибшим, удовлетворению не подлежат.

В соответствии со ст. 100 ГК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Определении № 382-О-О от 17.07.2007, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым на реализацию требования ч. 3 ст. 17 Конституции РФ. Именно поэтому в ст 100 ГПК РФ речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

В судебном заседании установлено и подтверждается договором об оказании юридических услуг № 56 от 21.04.2022, а так же представленной распиской от 21.04.2022, что за оказание услуг представителя в суде, консультацию и подготовку иска, истец ФИО6 оплатил представителю 40 000 рублей. Факт оказания услуг установлен судом и ответчиком не оспорен.

Пунктом 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» установлено, что разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (ч. 4 ст. 1 ГПК РФ).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Пунктом 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» установлено, что разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Согласно пунктам 1.3, 2.1, 2.2, 2.3 рекомендаций по вопросам определения размера вознаграждения при заключении соглашения на оказание юридической помощи на 2021 год, утвержденным решением Совета адвокатской палаты Ставропольского края от 19.02.2021, стоимость юридических услуг за составление исковых заявлений, жалоб, ходатайств, иных документов правового характера при условии предварительного ознакомления с правоустанавливающими документами и после проведения консультирования – от 15 000 рублей; при необходимости сбора иных доказательств, ознакомления с дополнительными документами – от 20 000 рублей; представление интересов доверителя в гражданском судопроизводстве – от 50 000 рублей.

В этой связи суд, определяя разумный предел несения ответчиком расходов по оплате услуг представителя учитывает продолжительность рассмотрения дела в суде, объем совершенных представителем действий по настоящему делу, количество судебных заседаний в которых представитель принимал участие, характер и сложность спора, имеющуюся по данной категории дел судебную практику, а также цены на юридические услуги оказываемых квалифицированными специалистами сложившееся в регионе, приходит к убеждению о том, что в данной ситуации требования взыскании расходов на представителя подлежат удовлетворению в части, в размере 20000 рублей, что соразмерно объему оказанных юридических услуг.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО6, ФИО7 в интересах несовершеннолетнего ФИО8 к ООО «Базис-Юг» о взыскании морального вреда – удовлетворить в части.

Взыскать с ООО «Базис-Юг» в пользу ФИО6 компенсацию морального вреда в размере 500 000 (пятьсот тысяч) рублей.

Взыскать с ООО «Базис-Юг» в пользу ФИО6 расходы по оплате услуг представителя в размере 20000 (двадцать тысяч) рублей.

В части исковых требований о взыскании с ООО «Базис-Юг» в пользу ФИО6 компенсации морального вреда в размере 4 500 000 рублей; о взыскании с ООО «Базис-Юг» в пользу ФИО7 в интересах несовершеннолетнего ФИО8 компенсации морального вреда в размере 5 000 000 рублей; о взыскании с ООО «Базис-Юг» в пользу ФИО6 расходов по оплате услуг представителя в размере 20 000 рублей - отказать.

Решение может быть обжаловано в Ставропольский краевой суд через Андроповский районный суд Ставропольского края в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья М.А. Кудашкина