УИД
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
17 июня 2022 года г. Иркутск
Куйбышевский районный суд г. Иркутска в составе:
председательствующего судьи Шопик М.С.,
при секретаре Хахановой Т.С.,
с участием административного истца 3, представителя административных ответчиков ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области, ФСИН России по доверенностям 6, представителя административного ответчика ФКУЗ МСЧ-38 ФСИН России по доверенности 7,
рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному иску 3 к Федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор № 1 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Иркутской области», Федеральной службе исполнения наказаний, Федеральному казенному учреждению здравоохранения «Медико-санитарная часть № 38 Федеральной службы исполнения наказаний» о признании условий содержания нарушенными, взыскании денежной компенсации,
установил:
3 обратился в суд с иском, уточненным в порядке стать 46 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее – КАС РФ), указав, что он был арестован по обвинению в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее - УК РФ). В период с 2005 года по 2013 год он содержался в Федеральном казенном учреждении «Следственный изолятор № 1 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Иркутской области» (далее - ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области). В данный период содержания производились переводы его с одной камеры в другую. С 2005 по 2009 года он содержался с ранее осужденными и отбывшими наказание в камерах старого корпуса №№ 125, 131, 153, 145, 165, 02, 09, 08, 80, 82, 77, 46, 53, 66, 62, 21, 33; с 2009 по 2013 год содержался в камерах №№ 162, 154, 149, 148, 166, 164, 145 – старого корпуса, №№ 661, 663, 606, 610 – нового корпуса, а также в незначительное время в иных камерах ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области. В период с 2005 по 2006 год в камерах, где он содержался, отсутствовали стекла. В зимний период времени окна закрывались матрасами, полиэтиленом. Число арестованных в камерах №№ 80, 82 иногда превышалось от 30 до 60 человек на 20-24 спальных места. Размер камеры составлял 6х7 кв.м. В камерах располагались двухъярусные кровати, непередвижные железный стол и две скамьи, санузел, раковина для умывания, бак для воды. Камеры с № 125 и далее имели размер 4,5х2 кв.м., где были две двухъярусные кровати, санузел, раковина для умывания, не передвижной железный стол. Численность арестованных от 4 до 8 человек. С декабря 2006 по октябрь 2007 года он содержался в карцере, расположенном в старом корпусе на 1 этаже. Содержание в карцере производилось без выхода из него, то есть по истечении суток продлевались другие сутки. Камеры №№ 62, 66 размером 7х6 кв.м. имели 20-22 спальных места, непередвижные железный стол и две скамьи, санузел, раковина для умывания. Численность арестованных была от 20 до 50 человек. Камеры №№ 77, 33, 21 размером 5х6 кв.м. имели передвижной стол и две деревянные скамьи, шкаф для продуктов и посуды, раковину для умывания, санузел, 6-7 двухъярусных кроватей. В камерах №№ 21, 77 число арестованных было от 10 до 30 человек, в камере № 33 – от 10 до 50 человек. Камеры с № 301 и далее имели от 6 до 10 спальных мест, двухъярусные кровати, отдаленный от жилой зоны санузел, раковину для умывания, непередвижные стол и скамьи, шкаф для посуды и средств гигиены. Иногда численность арестованных превышала количество спальных мест на 2-3 человека. Камеры с № 601 и далее расположены в новом корпусе, имели размер 2х3,5 кв.м., двухъярусную кровать, непередвижные железный стол и две скамьи, санузел, не разделенный от жилой зоны, шкаф для посуды. Окно на уровне земли, со стороны улицы навес, что ограничивало доступ дневного света. При содержании в камерах старых корпусов (№ от 02 до 166) с 2005 по 2008 год были следующие нарушения условий содержания: отсутствовали горячая вода, прачечная, помывка в душе была 3-4 раза в месяц, на 20-30 человек приходилось 6-8 леек, засоренная канализация в душе, разная температура воды; на 2 кв.м. площади камеры приходилось два и более арестованных. Камеры имели скопление клопов, вшей, в некоторых были крысы. Результатом отсутствия индивидуального спального места было заражение инфекционными кожными заболеваниями; медицинское обслуживание фактически отсутствовало; санитарные условия не соответствовали нормам. Санузлы не имели отгородки. В зимнее время температура в камерах была низкая, в связи с чем приходилось находиться в верхней одежде. Отсутствовала вентиляция; технические условия не соответствовали нормативным актам: камеры старого корпуса имели одну лампу накаливания, одну розетку, непередвижные столы, скамьи, бак, непригодный для питьевой воды, отсутствовали ведра для мытья полов. В период с 2005 по 2006 гг. отсутствовало материальное обеспечение, не выдавалось постельное белье, посуда, средства гигиены. Нарушение условий содержания выражалось в следующем: в связи с переполнением камер ограничен в возможности свободно передвигаться, затруднен доступ к местам общего пользования. Отсутствие индивидуального спального места лишало возможности на восьмичасовой ночной сон. Переполнение камер вынуждало его содержаться в антисанитарных условиях, дышать канализационными испарениями; находиться в помещении с низкой температурой воздуха; спать посменно на одном спальном месте с иными арестованными; содержаться в одной камере с ранее судимыми отбывающими срок наказание. Отсутствие санитарных норм повлекло к заражению чесоткой, наличием вшей. В связи с отсутствием оказания медицинской помощи приобрел гипертонические болезни.
В связи с чем истец просит признать нахождение его в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области в период с 2005 года по июль 2009 года в условиях, подвергнутым бесчеловечному унижающему достоинство обращению; а период с июля 2009 года по июль 2013 года с отсутствием технических и санитарных условий; в период с 2005 года по 2008 год нарушение права, определенных частью 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации; взыскать компенсацию за нарушение условий содержания в размере 2 500 000 руб.
Административный истец 3, находящийся в местах лишения свободы, участвующий в судебном заседании посредством видеоконференц-связи, административные исковые требования поддержал в полном объеме, просил удовлетворить. Дополнительно пояснил, что о нарушении своих прав узнал в апреле 2021 года после ознакомления с положениями Федерального закона от 27.12.2019 № 494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации». После этого им подавались исковые заявления в суды, которые были ему возвращены. Трехмесячный срок пропущен по уважительной причине. Кроме того, указал, что в период с 2005 по 2009 ненадлежащим образом оказывалась медицинская помощь.
Представитель административных ответчиков ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области, Федеральной службы исполнения наказаний (далее - ФСИН России) по доверенностям 6 в судебном заседании заявленные требования полагала необоснованными, просила суд отказать в удовлетворении административного иска по доводам, изложенным в письменных возражениях, указала, что административным истцом пропущен срок для обращения в суд.
Представитель административного ответчика Федерального казенного учреждения здравоохранения «Медико-санитарная часть № 38 Федеральной службы исполнения наказаний» (далее - ФКУЗ МСЧ-38 ФСИН России) по доверенности 7 заявленные требования полагала необоснованными, просила суд отказать в удовлетворении административного иска по доводам, изложенным в письменных возражениях.
Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы настоящего административного дела, материалы гражданского дела , оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.
Статьей 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод предусмотрено, что никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.
В соответствии со статьей 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.
Права и свободы человека и гражданина согласно статье 18 Конституции Российской Федерации являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.
Достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию (статья 21 Конституции Российской Федерации).
Статья 45 Конституции Российской Федерации закрепляет государственные гарантии защиты прав и свобод (часть 1) и право каждого защищать свои права всеми, не запрещенными законом (часть 2).
Согласно статье 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.
В силу части 1 статьи 218 КАС РФ гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организаций, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.
В соответствии с пунктом 1 части 9 статьи 226 КАС РФ, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд выясняет нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление.
По смыслу приведенных норм, требования административного истца могут быть удовлетворены лишь при условии доказанности нарушения оспариваемыми решениями, действиями (бездействием) его прав и законных интересов, при этом обязанность доказывания обстоятельств нарушения прав, свобод и законных интересов оспариваемыми решениями, действиями (бездействием) должностных лиц возлагается на лицо, обратившееся в суд (часть 11 статьи 226 КАС РФ).
Согласно статье 227.1 КАС РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.
В силу статьи 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации (далее - УИК РФ) Российская Федерация уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осужденных, обеспечивает законность применения средств их исправления, их правовую защиту и личную безопасность при исполнении наказаний.
При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации. Осужденные не могут быть освобождены от исполнения своих гражданских обязанностей, кроме случаев, установленных федеральным законом.
Порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, регулируются Федеральным законом от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».
В соответствии со статьей 4 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей (далее - подозреваемые и обвиняемые).
Согласно статьей 15 данного Закона в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.
В соответствии с частью 1 статьи 16 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» в целях обеспечения режима в местах содержания под стражей Министерством юстиции Российской Федерации, Министерством внутренних дел Российской Федерации, Федеральной службой безопасности Российской Федерации, Министерством обороны Российской Федерации по согласованию с Генеральным прокурором Российской Федерации утверждаются правила внутреннего распорядка в местах содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений.
Во исполнение статьи 16 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» Министерство юстиции Российской Федерации 14.10.2005 приказом № 189 утвердило Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы.
В силу статьи 9 УИК РФ одним из основных средств исправления осужденных является установленный порядок исполнения и отбывания наказания (режим).
В соответствии с требованиями статьи 33 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений»: размещение подозреваемых и обвиняемых в камерах производится с учетом их личности и психологической совместимости. Курящие по возможности помещаются отдельно от некурящих. Женщины, имеющие при себе детей в возрасте до трех лет, и беременные женщины содержатся отдельно от остальных подозреваемых и обвиняемых. При размещении подозреваемых и обвиняемых, а также осужденных в камерах обязательно соблюдение следующих требований:
1) раздельно содержатся: мужчины и женщины; несовершеннолетние и взрослые; в исключительных случаях с согласия прокурора в камерах, где содержатся несовершеннолетние, допускается содержание положительно характеризующихся взрослых, впервые привлекаемых к уголовной ответственности за преступления небольшой и средней тяжести; лица, впервые привлекаемые к уголовной ответственности, и лица, ранее содержавшиеся в местах лишения свободы; подозреваемые и обвиняемые, а также осужденные, приговоры в отношении которых вступили в законную силу; подозреваемые и обвиняемые по одному уголовному делу;
2) отдельно от других подозреваемых и обвиняемых содержатся: подозреваемые и обвиняемые в совершении преступлений против основ конституционного строя и безопасности государства и преступлений против мира и безопасности человечества; подозреваемые и обвиняемые в совершении следующих преступлений, предусмотренных Уголовным кодексом Российской Федерации: убийство; убийство матерью новорожденного ребенка; умышленное причинение тяжкого вреда здоровью; заражение ВИЧ-инфекцией; похищение человека; изнасилование; насильственные действия сексуального характера; торговля несовершеннолетними; грабеж; разбой; вымогательство, совершенное при отягчающих обстоятельствах; терроризм; захват заложников; организация незаконного вооруженного формирования; бандитизм; организация преступного сообщества (преступной организации); пиратство; посягательство на жизнь лица, осуществляющего правосудие или предварительное расследование; посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа; дезорганизация нормальной деятельности учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества; подозреваемые и обвиняемые при особо опасном рецидиве преступлений; осужденные к смертной казни; лица, являющиеся или являвшиеся судьями, адвокатами, сотрудниками правоохранительных органов, налоговой инспекции, таможенных органов, органов принудительного исполнения Российской Федерации, учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, военнослужащими внутренних войск федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел, военнослужащими и сотрудниками войск национальной гвардии Российской Федерации; по решению администрации места содержания под стражей либо по письменному решению лица или органа, в производстве которых находится уголовное дело, подозреваемые и обвиняемые, жизни и здоровью которых угрожает опасность со стороны других подозреваемых и обвиняемых; больные инфекционными заболеваниями или нуждающиеся в особом медицинском уходе и наблюдении.
В силу статьи 80 УИК РФ (в редакции, действующей в оспариваемый период) в исправительных учреждениях устанавливается раздельное содержание осужденных к лишению свободы мужчин и женщин, несовершеннолетних и взрослых. Лица, впервые осужденные к лишению свободы, содержатся отдельно от осужденных, ранее отбывавших лишение свободы. В одном исправительном учреждении могут раздельно содержаться женщины, впервые осужденные к лишению свободы и ранее отбывавшие это наказание. Изолированно от других осужденных, а также раздельно содержатся: осужденные при особо опасном рецидиве преступлений; осужденные к пожизненному лишению свободы; осужденные, которым смертная казнь заменена в порядке помилования лишением свободы на определенный срок. В отдельных исправительных учреждениях содержатся осужденные - бывшие работники судов и правоохранительных органов. В эти учреждения могут быть направлены и иные осужденные. Установленные настоящей статьей требования раздельного содержания осужденных не распространяются на лечебные исправительные учреждения, а также на исправительные колонии, при которых имеются дома ребенка. Осужденные, направленные в указанные учреждения, содержатся в условиях, установленных законом для колонии того вида, который назначен судом. Осужденные, больные разными инфекционными заболеваниями, содержатся раздельно и отдельно от здоровых осужденных.
Судом установлено, что 3 осужден Иркутским областным судом по части 2 статьи 209, части 3 статьи 222, пунктам «а, б, в» части 2 статьи 158, пункту «а» части 3 статьи 161 (2 эпизода), пункту «а» части 3 статьи 162, пункту «а» части 4 статьи 226 (2 эпизода), пункту «а» части 4 статьи 162 (27 эпизодов), части 3 статьи 166 (4 эпизода), части 1 статьи 30 – пункту «а» части 4 статьи 162, пункту «а» части 4 статьи 158, пунктам «а, в» части 4 статьи 162, пунктам «а, б» части 4 статьи 162 (2 эпизода), части 3 статьи 30 – пункту «а» части 4 статьи 158 УК РФ с применением частей 3, 5 статьи 69 УК РФ к 19 годам 1 месяцу лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.
Размещение лиц, содержащихся в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области, осуществляется в соответствии с требованиями статьи 33 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» и статьи 80 УИК РФ.
Установлено, что осужденный 3 содержался в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области с 22.07.2005 по 03.08.2013.
По прибытии в учреждение 3 был размещен в камеру №248, 09.08.2005 переведен в камеру №245; 15.08.2005 переведен в камеру №240; 17.08.2005 переведен в камеру №266; 29.08.2005 переведен в камеру №233; 08.09.2005 переведен в камеру №110; 15.11.2005 переведен в камеру №111; 15.12.2005 переведен в камеру №143; 20.02.2006 переведен в камеру №145; 03.07.2006 переведен в камеру №140; 25.07.2006 переведен в камеру №649; 03.08.2006 переведен в камеру №140; 18.08.2006 переведен в камеру №254; 06.10.2006 переведен в камеру №209; 11.10.2006 переведен в камеру №254; 08.12.2006 переведен в камеру №151; 22.12.2006 переведен в камеру №103; 27.12.2006 переведен в камеру №214; 11.01.2007 переведен в камеру №217; 16.03.2007 переведен в камеру №334; 19.03.2007 переведен в камеру №207; 31.03.2007 переведен в камеру №224; 02.06.2007 переведен в камеру №103; 05.06.2007 переведен в камеру №203; 19.06.2007 переведен в камеру №222; 10.10.2007 переведен в камеру №128; 12.05.2008 переведен в камеру №124; 25.05.2008 переведен в камеру №120; 11.06.2008 переведен в камеру №29; 23.09.2008 переведен в камеру №120; 17.10.2008 переведен в камеру №29; 15.04.2009 переведен в камеру №416; 22.05.2009 переведен в камеру №401; 10.07.2009 переведен в камеру №643; 05.09.2009 переведен в камеру №613; 055.09.2009 переведен в камеру №611; 20.10.2009 переведен в камеру №132; 21.10.2009 переведен в камеру №440; 02.11.2009 переведен в камеру №417; 25.11.2009 переведен в камеру №265; 22.12.2009 переведен в камеру №224; 06.01.2010 переведен в камеру №265; 07.01.2010 переведен в камеру №224; 07.01.2010 переведен в камеру №211; 22.01.2010 переведен в камеру №252; 25.01.2010 переведен в камеру №264; 23.05.2010 переведен в камеру №314; 01.06.2010 переведен в камеру №414; 18.08.2010 переведен в камеру №223; 02.09.2010 переведен в камеру №414; 30.09.2010 переведен в камеру №255; 06.10.2010 переведен в камеру №263; 22.10.2010 переведен в камеру №249; 18.03.2011 переведен в камеру №248; 04.05.2011 переведен в камеру №429; 08.06.2011 переведен в камеру №602; 11.06.2011 переведен в камеру №611; 22.07.2011 переведен в камеру №217; 25.08.2011 переведен в камеру №403; 15.10.2011 переведен в камеру №209; 02.11.2011 переведен в камеру №210; 29.11.2011 переведен в камеру №263; 06.12.2011 переведен в камеру №260; 09.12.2011 переведен в камеру №263; 17.02.2012 переведен в камеру №222; 03.03.2012 переведен в камеру №263; 08.05.2012 переведен в камеру №218; 23.05.2012 переведен в камеру №262; 22.07.2011 переведен в камеру №212; 25.07.2012 переведен в камеру №262; 10.09.2012 переведен в камеру №245; 27.03.2013 переведен в камеру №601.
Согласно справке начальника отдела режима и надзора ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области от сведения о размерах запрашиваемых камер предоставить не имеется возможности, поскольку в 2006-2007 гг. нумерация камерных помещений изменялась.
Реконструкция какого-либо режимного корпуса не производилась, так как такое мероприятие выполняется в рамках федеральных целевых программ, чего в отношении СИЗО-1 не применялось.
В период с 2005 по 2013 производилась перепланировка камерных помещений режимных корпусов, в том числе и №№ 4, 2 с изменением нумерации камер. В связи с чем сопоставить существующую в настоящее время нумерацию камер с указанными 3 достоверно не представляется возможным.
В камерах №№ 143, 145, 151 расположены служебные кабинеты для сотрудников учреждения, площади изменены.
Здания режимных корпусов имеют 1963 год ввода объекта в эксплуатацию (перепрофилирования).
На момент содержания 3 оборудование камерных помещений в части освещения, горячего водоснабжения, устройства оконных проемов и полов, санитарных узлов осуществлялось в соответствии с требованиями приказа МВД СССР от 21.01.1971 № 040 «Об утверждении указаний по проектированию и строительству следственных изоляторов Министерства внутренних дел СССР» (далее - Указания по проектированию).
По прибытию в учреждение и в период содержания в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области в соответствии с требованиями статьи 23 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», пункта 42 приказа Министерства юстиции РФ от 12.05.2000 № 148 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации», пункта 40 приказа Минюста России от 14.10.2005 № 189 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы» (далее - Правила внутреннего распорядка) был обеспечен индивидуальным спальным местом, а также ему выдавались во временное пользование, на период содержания под стражей, предметы первой необходимости и инвентарное имущество, в том числе постельные принадлежности (матрац, подушка, одеяло), постельное белье (две простыни, наволочка), полотенце.
На период содержания под стражей 3 обеспечивался средствами личной гигиены в полном объеме согласно требованиям части V Правил внутреннего распорядка.
Согласно пункту 47 Правил внутреннего распорядка (утв. приказом Минюста РФ от 12.05.2000 № 148), пункту 45 Правил внутреннего распорядка (утв. приказом Минюста России от 14.10.2005 № 189) смена постельных принадлежностей осуществлялась еженедельно, стирка постельных принадлежностей осуществлялась централизованно в прачечной учреждения.
В период содержания под стражей в учреждении 3 не реже одного раза в неделю проходил санитарную обработку, ему предоставлялась возможность помывки в душе продолжительностью не менее 15 минут в соответствии с пунктом 45 Правил внутреннего распорядка (утв. приказом Минюста России от 14.10.2005 № 189).
Документы, подтверждающие факты выдачи средств личной гигиены, предметов первой необходимости, в том числе постельных принадлежностей, проведения текущих ремонтов, мероприятий по дезинсекционной и дератизационной обработке камерных помещений, информацию об устройстве дощатых полов, также температурные графики уничтожены по истечению сроков хранения в соответствии с требованиями приказа Министерства внутренних дел РФ от 19.11.1996 № 615 «Об утверждении перечня документов, образующихся в деятельности органов внутренних дел, учреждений, предприятий и организаций системы Министерства внутренних дел Российской Федерации, с указанием сроков хранения».
С 2005 года приняты новые Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов и тюрем УИС, утвержденные приказом Минюста России от 14.10.2005 № 189, согласно которым в соответствии с пунктом 42 камеры СИЗО были оборудованы: одноярусными или двухъярусными кроватями; столом и скамейками с числом посадочных мест по количеству лиц, содержащихся в камере; шкафом для продуктов; вешалкой для верхней одежды; полкой для туалетных принадлежностей; зеркалом, вмонтированным в стену; бачком с питьевой водой; подставкой под бачок для питьевой воды; радиодинамиком для вещания общегосударственной программы; урной для мусора; тазами для гигиенических целей и стирки одежды; светильниками дневного и ночного освещения; телевизором, холодильником (при наличии возможности); вентиляционным оборудованием (при наличии возможности); тумбочкой под телевизор или кронштейном для крепления телевизора; напольной чашей (унитазом), умывальником; нагревательными приборами (радиаторами) системы водяного отопления; штепсельными розетками для подключения бытовых приборов; вызывной сигнализацией.
3 содержался в камерных помещениях, оборудованных в соответствии с требованиями нормативно-технической документации, регламентирующей деятельность следственных изоляторов.
Согласно требованиям пункта 42 Правил внутреннего распорядка (утв. приказом Минюста РФ от 14.10.2005 № 189) камеры следственных изоляторов оборудуются вентиляционным оборудованием (при наличии возможности). Вышеуказанные камерные помещения оборудовались технически исправными вентиляционными узлами УВО-2,0 мощностью 0,045 кВт с механическим побуждением, установленными в отдельных каналах.
Отопление камерных помещений режимных корпусов централизованное. Для поддержания заданной температуры помещения оборудовались радиаторами водяного отопления. Температура теплоносителя в системе отопления поддерживалась в соответствии с температурным графиком.
В соответствии с требованиями пункта 33 Указаний по проектированию, камеры должны быть вентилируемыми и обеспечены естественной освещенностью. Освещение камерных помещений учреждения, в том числе камер, в которых содержался 3, смешанное: естественное – через оконные проемы и искусственное - светильники дневного и ночного освещения.
Оконные проемы камерных помещений оборудовались деревянными переплетами, которые выполнялись створными с форточками, что соответствовало требованиям пункта 41 Указаний по проектированию, при необходимости на оконных проемах устанавливались металлические жалюзи.
Вентиляция камерных помещений осуществлялась через вентиляционное отверстие (канал) и форточку, что соответствует требованиям пункта 103 Указаний по проектированию: «...вентиляция камер... - естественная через оконные фрамуги и вытяжная с устройством отдельных каналов из каждого помещения».
Санитарные узлы камерных помещений были оборудованы в соответствии с требованиями СНиП 3.05.01-85 «Внутренние санитарно-технические системы». В камерах, предназначенных для содержания двух и более лиц, напольные чаши размещались в кабинах с дверьми открывающимися наружу.
В целях обеспечения надлежащих условий содержания подозреваемых, обвиняемых и осужденных, находящихся в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области, соблюдения требований Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», в учреждении регулярно проводились мероприятия по дезинфекционной обработке силами администрации учреждения, в том числе дератизация и дезинсекция.
На момент содержания 3 в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области требования к следственным изоляторам определялись СП 15-01 «Нормы проектирования следственных изоляторов и тюрем Минюста России», утвержденных приказом Минюста РФ от 28.05.2001 № 161.
Согласно пункту 1 СП 15-01 «Нормы проектирования следственных изоляторов и тюрем Минюста России» распространяет свое действие в отношении строительства, реконструкции, расширения, технического перевооружения и капитального ремонта зданий, помещений и сооружений, предназначенных для размещения и функционирования следственных изоляторов.
Площади камерных помещений ФКУ СИЗО-1 соответствуют положениям Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений»: статья 23 - норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров с учетом требований, предусмотренных частью первой статьи 30 настоящего Федерального закона.
В целях обеспечения надлежащих условий содержания лиц, заключенных под стражу, а также поддержания удовлетворительного санитарного состояния камерных помещений учреждения, в период с 2005 по 2013 год мероприятия, входящие в организацию планово-предупредительного ремонта (проведение текущих ремонтов), согласно требованиям приказа Минюста России от 28.09.2001 № 276 «Об утверждении инструкции по технической эксплуатации зданий и сооружений учреждений уголовно-исполнительной системы» следственным изолятором выполнялись в полном объеме.
Данные обстоятельства подтверждены представленными суду справками начальника отдела режима и надзора и заместителя начальника ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области.
Доказательств обратного в нарушение статьи 62 КАС РФ суду не представлено.
В соответствии со справкой старшего инженера группы ИТО, связи и вооружения отдела охраны ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области камерные помещения режимных корпусов учреждения в период с 2005 по 2013 год видеонаблюдением оборудованы не были. Видеонаблюдение за коридорными помещениями велось, но согласно приказу Минюста России от 17.06.2013 № 94 «О внесении изменений в приказ Минюста России от 04.09.2006 № 279 «Об утверждении Наставления по оборудованию ИТСОН объектов УИС»» срок хранения видеоархива со стационарных камер видеонаблюдения составляет 30 дней, после чего происходит перезапись в автоматическом режиме.
По информации начальника канцелярии ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области, изложенной в справке от 03.03.2022, согласно статье 1.16 приказа МВД РФ № 615 от 19.11.1996 срок хранения журналов и переписке по обращениям подозреваемых, обвиняемых и осужденных к администрации учреждения составлял 5 лет, в связи с чем предоставить информацию о жалобах, заявлениях, обращениях 3, направленных в адрес администрации учреждения в период его содержания не представляется возможным.
Согласно положениям статьи 38 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» за невыполнение установленных обязанностей к подозреваемым и обвиняемым могут применяться меры взыскания: выговор; водворение в карцер или в одиночную камеру на гауптвахте на срок до пятнадцати суток, а несовершеннолетних подозреваемых и обвиняемых - на срок до семи суток.
Статьей 40 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» установлено, что подозреваемые и обвиняемые могут быть водворены в карцер за неповиновение законным требованиям сотрудников мест содержания под стражей или иных лиц.
Водворение в карцер осуществляется на основании постановления начальника места содержания под стражей и заключения медицинского работника о возможности нахождения подозреваемого или обвиняемого в карцере.
Порядок применения мер взыскания урегулирован в статье 39 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».
Так, взыскание за нарушения установленного порядка содержания под стражей налагаются начальником места содержания под стражей или его заместителем. Взыскание налагается с учетом обстоятельств совершения нарушения и поведения подозреваемого или обвиняемого.
Из анализа указанных норм материального права следует, что подозреваемые и обвиняемые в совершении преступлений пользуются правами и свободами и несут обязанности, установленные для граждан Российской Федерации, с ограничениями, предусмотренными Федеральным законом и иными федеральными законами.
Такие ограничения закреплены, в частности, упомянутой статьей 40 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», определяющей, что подозреваемые и обвиняемые могут быть водворены в одиночную камеру или карцер за неповиновение законным требованиям сотрудников мест содержания под стражей или иных лиц либо за оскорбление их. Наказание в виде водворения в карцер применяется также к подозреваемым и обвиняемым, к которым ранее были применены два и более дисциплинарных взыскания, предусмотренных статьей 38 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».
Согласно сведений из личного дела 3, представленных из ФКУ Тюрьма ГУФСИН России по Красноярскому краю, а также сведений, представленных представителем ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области, в период его нахождения в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области с 22.07.2005 по 03.08.2013 применялись дисциплинарные взыскания в виде водворения в карцер в следующие периоды времени: с 06.10.2006 по 11.10.2006 кам. 209; с 27.12.2006 по 11.01.2007 кам. 217; с 11.01.2007 по 26.01.2007 кам. 217; с 26.01.2007 по 02.02.2007 кам. 217; с 02.02.2007 по 15.02.2007 кам. 217; с 15.02.2007 по 25.02.2007 кам. 217; с 25.02.2007 по 07.03.2007 кам. 217; с 07.03.2007 по 17.03.2007 кам. 217; с 19.03.2007 по 03.04.2007 кам. 222; с 03.04.2007 по 18.04.2007 кам. 222; с 18.04.2007 по 03.05.2007 кам. 222; с 03.05.2007 по 18.05.2007 кам. 222; с 18.05.2007 по 02.06.2007 кам. 222; с 05.06.2007 по 20.06.2007 кам. 203; с 20.06.2007 по 05.07.2007 кам. 222; с 05.07.2007 по 20.07.2007 кам. 222; с 20.07.2007 по 04.08.2007 кам. 222; с 04.08.2007 по 19.08.2007 кам. 221; с 19.08.2007 по 26.08.2007 кам. 222; с 26.08.2007 по 10.09.2007 кам. 222; с 10.09.2007 по 25.09.2007 кам. 222; с 25.09.2007 по 10.10.2007 кам. 222; с 05.09.2009 по 20.09.2009 кам. 611; с 20.09.2009 по 05.10.2009 кам. 611; с 05.10.2009 по 20.10.2009 кам. 611; с 22.12.2009 по 06.01.2010 кам. 224; с 07.01.2010 по 22.01.2010 кам. 211; с 18.08.2010 по 02.09.2010 кам. 223; с 11.06.2011 по 26.06.2011 кам. из представленных документов не установлена; с 26.06.2011 по 11.07.2011 кам. 611; с 11.07.2011 по 26.07.2011 кам. 217; с 26.07.2011 по 10.08.2011 кам. 217; с 10.08.2011 по 25.08.2011 кам. 217; с 15.10.2011 по 30.10.2011 кам. 209; с 30.10.2011 по 14.11.2011 кам. из представленных документов не установлена; с 14.11.2011 по 29.11.2011 кам. 210; с 17.02.2012 по 03.03.2012 кам. 222; с 08.05.2012 по 23.05.2012 кам. из представленных документов не установлена; с 22.07.2012 по 25.07.2012 кам. 212.
Заявляя требования о взыскании компенсации морального вреда административный истец законность принятых постановлений о водворении в карцер не оспаривает, полагает, что ему положена компенсация морально вреда за непрерывное нахождение в карцере.
С учетом изложенных норм права и фактически установленных обстоятельств дела суд приходит к выводу о том, что содержание 3 в карцере не было непрерывным, к исполнению последовательно назначенных ему дисциплинарных взысканий была применена отсрочка и между периодами нахождения в карцере истец из него выводился. Возможность же неоднократного применения данной меры взыскания к истцу за каждое отдельное совершенное им нарушение обусловлена его собственным поведением и направлена на достижение целей недопущения и предупреждения совершения им новых нарушений установленного порядка содержания под стражей и иных правонарушений. Действующее законодательство не предусматривает ограничений для наложения на содержащееся под стражей лицо, не исполняющее требования правил внутреннего распорядка при его содержании под стражей, дисциплинарных взысканий последовательно, и не содержит положений, которые бы ограничивали возможность помещения такого лица за разные дисциплинарные проступки в карцер после полного отбытия им аналогичного взыскания по предыдущему постановлению,
Кроме того, выход из карцера и выдворение в него в один день не противоречат требованиям статей 38, 40 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», поскольку порядок сложения или зачета меры взыскания в виде водворения не предусмотрен.
При таких обстоятельствах у суда отсутствуют правовые основания для компенсации морального вреда вследствие нахождения истца в период содержания в СИЗО-1 в помещениях карцерного типа.
В силу положений частей 1 и 5 статьи 101 УИК РФ лечебно-профилактическая и санитарно-профилактическая помощь осужденным к лишению свободы организуется и предоставляется в соответствии с Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений и законодательством Российской Федерации.
Порядок организации медицинской помощи лицам, отбывающим наказание в местах лишения свободы и заключенным под стражу, действующий в период с 25.11.2005 по 19.02.2018, был регламентирован совместным Приказом Минздравсоцразвития РФ № 640, Минюста РФ № 190 от 17.10.2005.
В силу пункта 13 ранее действовавшего Порядка для оказания медицинской помощи подозреваемым, обвиняемым и осужденным в Учреждении была организована медицинская часть, которая являлась структурным подразделением Учреждения: следственного изолятора (СИЗО), исправительного учреждения (ИУ), в том числе исправительной колонии (ПК), лечебного исправительного учреждения (ЛИУ), воспитательной колонии (ВК), тюрьмы либо филиалом лечебно-профилактического учреждения.
ФКУЗ МСЧ-38 ФСИН России образовано путем переименования федерального казенного лечебно-профилактического учреждения «Областная больница Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Иркутской области» в ФКУЗ МСЧ-38 ФСИН России (приказ ФСИН России от 20.12.2012 № 611). Этим же приказом утвержден Устав ФКУЗ МСЧ-38 ФСИН России, которым предусмотрено, что в его состав в качестве обособленных подразделений, не являющихся юридическими лицами входят филиалы.
В соответствии с пунктом 6.6.24. Устава одним из филиалов, вошедших в состав учреждения, стала Больница № 3, дислоцирующаяся на территории ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области. Ранее вышеназванные филиалы в качестве медицинских подразделений входили в состав учреждений уголовно-исполнительной системы и являлись структурными подразделениями колоний, следственных изоляторов. ФКУЗ МСЧ-38 ФСИН России не является правопреемником медицинского подразделения ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области, в связи с чем не может отвечать за оказание медицинской помощи в период до 20.12.2012.
Медицинское обеспечение лиц, содержащихся под стражей, осуществлялось в соответствии с разделом XIV «Медико-санитарное обеспечение подозреваемых и обвиняемых» Приказ Минюста России от 14.10.2005 № 189 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы», в соответствии со статьей 24 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».
Организация медицинской помощи подозреваемым, обвиняемым, осужденным, а также контроль качества ее оказания осуществляются соответствующими федеральными органами исполнительной власти, их территориальными органами, в том числе медицинскими управлениями, отделами, отделениями, органами исполнительной власти субъектов РФ, органами местного самоуправления по принадлежности ЛПУ или медицинского подразделения (пункт 3 Порядка № 190 от 17.10.2005).
Согласно разъяснения, изложенным в пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», при рассмотрении административных дел, связанных с непредставлением или ненадлежащим оказанием лишенному свободы лицу медицинской помощи, судам с учетом конституционного права на охрану здоровья и медицинскую помощь следует принимать во внимание законодательство об охране здоровья граждан, а также исходить из того, что качество необходимого медицинского обслуживания, предоставляемого в местах принудительного содержания, должно быть надлежащего уровня с учетом режима мест принудительного содержания и соответствовать порядкам оказания медицинской помощи, обязательным для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, и стандартам медицинской помощи (статья 41 Конституции Российской Федерации, статья 4, части 2, 4 и 7 статьи 26, часть 1 статьи 37, часть 1 статьи 80 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Как следует из выписки из медицинской карты 3, в период отбывания наказания у 3 была выявлена гипертоническая болезнь. Он был взят на диспансерный учет, назначено лечение (постоянный прием гипотензивных препаратов). Постоянно проводились диспансерные осмотры по данному заболеванию.
При этом необходимо учитывать, что само по себе состояние здоровья лишенного свободы лица не может свидетельствовать о качестве оказываемой ему медицинской помощи.
При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что нарушений положений перечисленных нормативных актов и обстоятельства, о которых указывал административный истец, не нашли свое подтверждение в ходе судебного разбирательства.
Из вышеприведенного следует, что в период содержания ФИО1 в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области условия содержания подозреваемых и соответствовали Федеральному закону от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», Правилам внутреннего распорядка следственных изоляторов и тюрем УИС, утвержденных приказом Минюста России от 14.10.2005 № 189, каких-либо нарушений действующего в оспариваемый период законодательства Российской Федерации, не установлено. Доводы истца об имеющихся нарушениях основаны на субъективном восприятии, являются несостоятельными, надуманными.
При этом учитывая, что нахождение человека под стражей предусматривает наличие неизбежного морального дискомфорта и бытовых неудобств, связанных с применением данной формы пресечения, доводы административного истца о причинении ему страданий, судом также отклоняются.
Ссылка в административном иске на постановление Европейского суда по правам человека не имеет преюдициального значения для настоящего административного дела, поскольку вынесено в отношении иных лиц.
В силу пункта 1 части 9, части 11 статьи 226 КАС РФ обязанность доказывания нарушения прав, свобод и законных интересов административного истца возлагается на лицо, обратившееся в суд.
Согласно части 1 статьи 219 КАС РФ, если настоящим Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов
Пропуск срока обращения в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного (в том числе по уважительной причине) срока обращения в суд является основанием для отказа в удовлетворении административного иска (часть 8 статьи 219 КАС РФ).
Порядок оспаривания в суде решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, должностного лица, государственного или муниципального служащего, нарушающих права и свободы граждан, до введения в действие КАС РФ был установлен главой 25 ГПК РФ. В соответствии с нормами которой гражданин вправе был обратиться в суд с заявлением в течение трех месяцев со дня, когда ему стало известно о нарушении его прав и свобод.
Судом установлено, что с настоящими требованиями административный истец обратился в суд 18.01.2022 (штамп исправительного учреждения), то есть фактически по истечении девяти лет, когда ему стало известно о предполагаемом нарушении его прав, свобод и законных интересов.
В соответствии со статьей 12.1 УИК РФ лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение.
Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.
Присуждение компенсации за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении не препятствует возмещению вреда в соответствии со статьями 1069 и 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). Присуждение компенсации за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении лишает заинтересованное лицо права на компенсацию морального вреда за нарушение условий содержания в исправительном учреждении.
Презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт ненадлежащих условий содержания, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Бремя доказывания наличия совокупности указанных выше обстоятельств, подлежит возложению на истца, ответчик, в случае несогласия с заявленными требованиями, обязан лишь доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих об отсутствии вины.
На основании статьи 62 КАС РФ лица, участвующие в деле, обязаны доказывать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основания своих требований или возражений, если иной порядок распределения обязанностей доказывания по административным делам не предусмотрен настоящим Кодексом.
Административный истец не представил доказательств ненадлежащих условий его содержания, поэтому его доводы, изложенные в заявлении о ненадлежащих условиях содержания, являются голословными и сами по себе не могут быть приравнены к унижающим человеческое достоинство по смыслу, вкладываемому в данное понятие статьями 3, 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.
Суду не представлено достаточных, достоверных и объективных доказательств нарушения прав административного истца на надлежащие условия содержания. Из вышеприведенного следует, что условия содержания соответствовали требованиям нормативных актов. Следовательно, основания для взыскания компенсации отсутствуют.
Оснований, предусмотренных статьей 1100 ГК РФ для удовлетворения заявленных требований, также не имеется.
Обращение в суд с административным исковым заявлением в порядке, установленном статьей 227.1 КАС РФ, возможно в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.
При этом в силу прямого указания, содержащегося в части 8 статьи 219 КАС РФ пропуск срока обращения в суд без уважительной причины, а также невозможность его восстановления (в том числе по уважительной причине) является основанием для отказа в удовлетворении административного иска.
Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», что под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе право на доступ к правосудию (статья 46 Конституции Российской Федерации), право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки (пункт 2), а проверяя соблюдение предусмотренного частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.
Проверяя соблюдение административным истцом предусмотренного частью 1 статьи 219 КАС РФ трехмесячного срока, суд приходит к выводу о том, что с момента убытия из ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области 03.08.2013 до момента подачи первоначального административного иска 16.08.2021 (входящий штамп Иркутского районного суда г. Иркутска), а также настоящего иска (18.01.2022), которое принято к производству суда, истцом не приведено доводов, объективно препятствующих своевременному обращению в суд, о конкретных событиях, свидетельствующих о чинении ему администрациями исправительных учреждений, в которых содержался административный истец после убытия из ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области, либо создании препятствий в своевременном направлении административного иска в установленный законом срок, 8 не представил.
Каких-либо обстоятельств, объективно препятствовавших в течение столь длительного времени обратиться в суд, истец не указывает и доказательств не приводит.
При этом обращение в суд с настоящим иском через 9 лет после окончания срока пребывания в СИЗО-1 г. Иркутска, не только произошло с нарушением срока на обращения в суд, предусмотренного нормами КАС РФ, но и лишило сторону ответчика возможности предоставить доказательства, опровергающие доводы истца, поскольку все документы были уничтожены в связи с истечением сроков хранения всей документации, что явно нарушило принцип равенства сторон в административном процессе.
Кроме того, суд полагает необходим отметить, что предполагаемые нарушения прав истца условиями содержания в учреждении ответчика не могут носить длящийся характер, поскольку прекратились с момента убытия его из учреждения в 2013 году.
Учитывая, что уважительных причин пропуска срока на обращение в суд не установлено, срок на обращение пропущен значительно, суд приходит к выводу об отказе административному истцу в удовлетворении заявленных требований, в том числе и в связи с пропуском срока обращения в суд.
Поскольку требование о присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении является производным от требования, связанного с признанием действий должностных лиц исправительного учреждения незаконными, оснований для его удовлетворения также не имеется.
Таким образом, суд пришел к выводу, что права административного истца не нарушены, в связи с чем не имеется оснований для удовлетворения административных требований 3 о признании условий содержания нарушенными за период с 2005 года по июль 2013 года, присуждении компенсации за нарушение условий содержания в размере 2 500 000 руб.
На основании вышеизложенного, руководствуясь статьями 175-180, 226, 227.1 КАС РФ, суд
решил:
административный иск 3 к Федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор № 1 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Иркутской области», Федеральной службе исполнения наказаний, Федеральному казенному учреждению здравоохранения «Медико-санитарная часть № 38 Федеральной службы исполнения наказаний» о признании условий содержания нарушенными за период с 2005 года по июль 2013 года, присуждении компенсации за нарушение условий содержания в размере 2 500 000 руб. – оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Куйбышевский районный суд г. Иркутска в течение одного месяца со дня принятия мотивированного решения.
Судья М.С. Шопик
Мотивированный текст решения изготовлен .
Судья М.С. Шопик