РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
26 апреля 2023 года г. Королев
Королёвский городской суд Московской области в составе:
судьи Касьянова В.Н.
при секретаре Незамаевой К.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-155/2023 по иску ФИО1 к ФИО4 о признании завещания недействительным,
УСТАНОВИЛ :
ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО4 в котором просит признать недействительным завещание, совершенное ДД.ММ.ГГГГ ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершей ДД.ММ.ГГГГ, ссылаясь в обоснование иска на то, что является наследником своей бабушки ФИО2 по закону первой очереди по праву представления. По мнению истца, наследодатель в период совершения завещания в 2019 году в силу своего возраста 83 года и психического состояния здоровья не обладала дееспособностью в полном объеме. Наследодатель страдала потерей памяти, не узнавала своих родственников и других знакомых ей людей, заговаривалась, не могла в полной мере понимать значение своих действий. В 2020 году психическое состояние наследодателя настолько ухудшилось, что она была направлена в Государственное бюджетное учреждение здравоохранения «Психиатрическая больница №», где она находилась до дня смерти ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о смерти наследодателя, согласно которому смерть наступила в Хотьково г. Сергиев Посад Московской области, в то время, как местом жительства и регистрации по месту жительства наследодателя была <адрес>. В связи с указанным, истец считает, что в момент совершения завещания бабушка истца ФИО2 не была полностью дееспособной или, если она и была дееспособной, находилась в таком состоянии, когда не была способна понимать значения своих действий и руководить ими.
Представитель истца в судебном заседании поддержала исковые требования, просила их удовлетворить.
Ответчик и ее представитель в судебном заседании просили в удовлетворении иска отказать.
3-е лицо нотариус г.Королева Московской области ФИО14 в судебное заседание не явилась представила письменный отзыв, в котором просила в удовлетворении иска отказать и указала, что ФИО2 в момент удостоверения завещания находилась в здравом уме и твёрдой памяти, действовала добровольно. Во время беседы в поведении завещателя не было ничего странного и необычного, не путалась при сообщении о себе сведений, отвечала на вопросы сразу и адекватно, не производила впечатление испуганного человека, намеками не говорила, речь было понятна и последовательна, не обнаруживала никаких странностей в поведении.
Допрошенный ранее в судебном заседании свидетель ФИО8 указала, что ей известна ФИО2, она была мамой ее зятя. ФИО2 знает с 1990 года, с тех пор, как поженились их дети. ФИО2 была интеллигентным человеком, у них были хорошие отношения. Помогали ФИО2 с ее участками, ходили вместе на выставки, в театр, она знала ее школьных друзей, ее родственников. В 2019 году встретилась с ФИО2 только на похоронах зятя Николая. До 2019 года мы (ФИО8 и ФИО2) виделись несколько раз, примерно в году 2018. С ФИО2 виделись 1-2 раза в год. На похоронах Николая ФИО2 меня узнала. Одета она была нормально. На Иру она набрасывалась, ругала, оскорбляла ее, но за что - непонятно. Она вела себя неадекватно, но ее можно понять, у нее умер единственный ребенок, но вот все остальное было очень некрасиво.
Свидетель ФИО9 в судебном заседании указал, что ФИО2 ему известна, она мама его одноклассника. ФИО2 видел на похоронах сына, примерно 2 года назад, на похоронах она вела себя неадекватно, у нее не было финансов похоронить его, в итоге деньги нашли, пошли все оформлять документы и все прочее, она развернулась и убежала. Лично меня она видела, узнавала. Она была в плохом состоянии, так как сын умер, поэтому особо не разговаривала. Соседи жаловались, что она неадекватно себя вела. До похорон последний раз ее видел, когда приезжал к ней на дачу, примерно лет 7 назад, потом только на похоронах. Она теряла все, забывала, куда и что положила. Я поднимался в квартиру, в квартире был беспорядок, они вели непонятный образ жизни. К крематорию я ездил, нужно было попрощаться, она сидела, потом сказала, чтобы все ушли, и попросила дать возможность ей попрощаться.
Свидетель ФИО10 в судебном заседании указала, что ей известна ФИО2, они были подругами, в одном селе в Рязанской области. ФИО2 знает последние 20 лет. Последний раз ее видела в январе этого года. Общалась с ней в зависимости от обстоятельств, в летний период общались очень часто. В 2019 году они общались, приезжала к ней. Так как живет в другом городе, мы с ФИО2 созванивались, кроме того, в Королеве проживает еще одна наша подруга, и она всегда была с ней на связи. Когда приезжала к ФИО2, она меня узнавала, беседу со мной поддерживала. Она спокойно разговаривала столько, сколько нужно. У нее новых вещей не было, но сказать, что она была неопрятна - нельзя, она всегда следила за собой. Она всегда спрашивала про моих (свидетель) детей, она все про них знала, рассказывала про Сережу, также рассказывала про Колю. В квартире бывала, она была запущенная, но честно говоря, такие квартиры у многих пожилых людей. Как у любых людей приличного возраста, у нее были проблемы с памятью, но не с умом.
Выслушав стороны, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, суд считает иск не подлежащим удовлетворению, учитывая следующее.
В соответствии с п.п. 1,2,5 ст.1118, п.1 ст.1119 ГК РФ, распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания. Завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме. Завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства. Завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, включить в завещание иные распоряжения. Завещатель вправе отменить или изменить совершенное завещание в соответствии с правилами статьи 1130 настоящего Кодекса.
ДД.ММ.ГГГГ ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, было совершено завещание, которым завещала все свое имущество, а именно: автомобиль марки ВАЗ-21111, 2000 г.в., права на денежные средства в АО «Почта Банк», с причитающимися процентами и компенсациями, 5/12 долей в праве общей собственности на квартиру находящуюся по адресу: ФИО6 <адрес>, земельный участок находящейся по адресу: <адрес>, жилой дом находящейся по адресу: <адрес>, денежные вклады, хранящиеся в Дополнительных офисах ПАО Сбербанк России с причитающимися процентами и компенсациями, ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Завещание было удостоверено нотариусом нотариального округа города Королев Московской области ФИО14 и зарегистрировано в реестре за №
ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 умерла.
ФИО1, являющаяся внучкой ФИО2 и ее наследником по закону первой очереди, просит признать завещание ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ недействительным по тем основаниям, что на момент составления завещания ФИО2 в силу возраста и психического состояния не обладала дееспособностью в полном объеме. Наследодатель страдала потерей памяти, не узнавала своих родственников и других знакомых ей людей, заговаривалась, не могла в полной мере понимать значение своих действий. В 2020 году психическое состояние наследодателя настолько ухудшилось, что она была направлена в Государственное бюджетное учреждение здравоохранения «Психиатрическая больница №5», где она находилась до дня смерти 21 марта 2022 года, что подтверждается свидетельством о смерти наследодателя, согласно которому смерть наступила в Хотьково г. Сергиев Посад Московской области.
Согласно ст.177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
С целью проверки доводов иска, по делу была назначена и проведена судебная посмертная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза.
Из заключения комиссии экспертов от ДД.ММ.ГГГГ № № ГБУЗ МО «ЦКПБ им. Ф.А. Усольцева» следует, что на момент составления завещания, ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 обнаруживала психическое расстройство в форме неуточнённого органического расстройства личности (F07.9 по МКБ-10). На это указывают материалы гражданского дела и сведения из медицинской документации о длительно текущей сосудистой патологии (ишемическая болезнь сердца, атеросклероз, хроническая ишемия головного мозга), перенесённом в преклонном возрасте оперативном вмешательстве под общим наркозом, наблюдавшемся у неё примерно с 2015 г. снижении памяти, а затем и интеллекта, обусловившими невозможность поддержания сложного режима терапии антикоагулянтами, снижение уровня гигиенических навыков (неоднократно в течение короткого периода времени ЛОР-врачом производилось удаление серных пробок), эпизоды нарушения восприятия и спутанности сознания, отражённые в протоколах осмотра врачей поликлиники, служившие основанием для обращения за медицинской помощью и направления на консультацию к врачу-психиатру. Однако, имеющиеся сведения не позволяют сделать однозначный вывод о способности ФИО2 в юридически значимый период, ДД.ММ.ГГГГ, понимать значение своих действий и руководить ими. Сведения медицинской документации и свидетельские показания противоречивы, не содержат описания психического состояния подэкспертной непосредственно в, юридически значимый период, не являются достаточным основанием. однозначной квалификации способности ФИО2 понимать значение своих действий и руководить ими.
Как показал ретроспективный психологический анализ материалов гражданского дела, свидетельские показания и медицинская документация, на момент составления завещания, ДД.ММ.ГГГГ у ФИО2 обнаруживались некоторые интеллектуально-мнестические нарушения. Однако, определить степень выраженности данных нарушений на юридически значимый период и, соответственно, решить вопрос о способности ФИО2 понимать значение своих действий и руководить ими в юридически значимый момент не представляется возможным. Также в материалах дела отсутствуют объективные данные, характеризующие личность подэкспертной, свидетельские показания при этом носят противоречивый характер и не позволяют судить о психологическом (эмоциональном) состоянии в момент составления завещания.
Давая оценку приведенному заключению, суд принимает во внимание, что при проведении судебной экспертизы в ГБУЗ МО «ЦКПБ им. Ф.А. Усольцева» исследование проводилось комиссией экспертов, включая трех судебно-психиатрических экспертов, и медицинского психолога, имеющих высшее образование, ученые степени и длительный стаж работы по специальности, то есть специалистами, обладающими достаточной квалификацией и опытом работы по предмету экспертного исследования, и предупрежденных об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. При производстве экспертизы эксперты основывались на исследовании всех имевшихся медицинских документов ФИО2, с использованием методов клинико-психопатологического и психологического анализа представленной медицинской документации в сопоставлении с материалами гражданского дела, в которое были представлены доказательства обеими сторонами, включая показания допрошенных судом свидетелей. В этой связи, выводы, изложенные в этом заключении не вызывают сомнения у суда.
С учетом изложенного, суд отклонил ходатайство представителя истца о назначении по делу повторной экспертизы, поскольку доводы заявителя о необходимости назначения повторной экспертизы основаны лишь на его несогласии с выводами эксперт.
В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 N 23 (ред. от 23.06.2015) "О судебном решении" разъяснено, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ.
Согласно ч. 3 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
С учетом изложенных норм права заключение экспертизы не обязательно, но должно оцениваться не произвольно, а в совокупности и во взаимной связи с другими доказательствами.
Разрешая заявленный спор на основании вышеуказанных положений закона, установив фактические обстоятельства дела, выслушав участвующих в деле лиц, допросив свидетелей, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных истцом требований о признании завещания от ДД.ММ.ГГГГ недействительным.
Поскольку заключения экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ не дают категоричного ответа на поставленные судом вопросы, а именно о том, могла ли ФИО2 на момент совершения завещание от ДД.ММ.ГГГГ, в полной мере понимать значение своих действий и руководить ими, они не могут быть приняты судом в подтверждение доводов истца ФИО1 о необходимости признания оспариваемого завещания недействительным.
Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд исходит из того, что объективных доказательств, подтверждающих нахождение наследодателя ФИО2 в момент совершения завещание от ДД.ММ.ГГГГ в состоянии, когда она не была способна в полной мере понимать значение своих действий или руководить ими, суду не представлено. По мнению суда, оспариваемое завещание соответствовало волеизъявлению наследодателя.
Материалы дела не содержат бесспорных доказательств, что при совершении завещания ФИО2 не понимала значения своих действий и не могла руководить ими. Таких данных истцом не представлено и судом не установлено.
Результаты проведенной экспертной оценки являются допустимым, достоверным и достаточным доказательством по настоящему делу, выводы комиссии экспертов сомнений у суда не вызывают, а само по себе наличие у ФИО2 ряда заболеваний не является основанием, подтверждающим невозможность ФИО2 осознавать характер своих действий и руководить ими в момент заключения оспариваемого завещания. Решением суда недееспособной ФИО2 признана не была. Обоснованных возражений по выводам экспертизы, дополнительных материалов, которые могли бы повлиять на выводы эксперта, истцом не представлено, оснований сомневаться в выводах эксперта у суда не имеется.
При этом, суд учитывает, что бремя доказывания наличия обстоятельств, предусмотренных ст. 177 ГК РФ, законом возложено на истца, заявляющего требование о признании сделок недействительными по указанным основаниям, однако таких доказательств, в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ, истцом не представлено.
Согласно ст. 17 ГК РФ, способность иметь гражданские права и нести обязанности (гражданская правоспособность) признается в равной мере за всеми гражданами. Правоспособность гражданина возникает в момент его рождения и прекращается смертью. В силу ст. 21 ГК РФ, способность гражданина своими действиями приобретать и осуществлять гражданские права, создавать для себя гражданские обязанности и исполнять их (гражданская дееспособность) возникает в полном объеме с наступлением совершеннолетия, то есть по достижении восемнадцатилетнего возраста. Никто не может быть ограничен в правоспособности и дееспособности иначе, как в случаях и в порядке, установленных законом (ст. 22 ГК РФ).
То есть, закон исходит из презумпции полной право- и дееспособности любого гражданина, если он не ограничен в них в установленном законом порядке. В связи с чем, бремя доказывания того, что лицо не отдавало отчета своим действиям и не могло руководить ими в момент совершения сделки лежит на истце. Ответчик не должен доказывать обратного, т.к. это проистекает из требований ст. ст. 17, 21, 22 ГК РФ.
При таких обстоятельствах, бремя доказывания того, что лицо не отдавало отчета своим действиям и не могло руководить ими в момент совершения сделки лежит на истце, что в нарушение ст. 56 ГПК РФ истцом сделано не было.
Кроме того, в материалах дела также отсутствуют сведения о психологическом воздействии на ФИО2 в момент составления завещания.
Суд, оценив показания свидетелей, заключения комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ, приходит к выводу, что истцом не представлено доказательств, что оспариваемое завещание совершено с пороком воли и с грубыми нарушениями законодательства, а также, что ФИО2 в период совершения завещания не отдавала отчет своим действиям и не могла руководить ими.
Объективных доказательств, подтверждающих нахождение ФИО2 на момент совершения завещания от ДД.ММ.ГГГГ в состоянии, когда она не была способна в полной мере понимать значение своих действий или руководить ими, не представлено.
При таких обстоятельствах, суд считает необходимым в удовлетворении исковых требований ФИО1 о признании завещания недействительным, отказать.
В силу ч.1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
Ответчик ФИО4 заявила ходатайство о взыскании с истца ФИО1 понесенные расходы на услуги представителя в размере 25000 руб.
Согласно п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.
Заявляя требования о взыскании с ответчика расходов на оплату услуг представителя, истец не предоставляет договор об оказании юридических услуг, из представленных распечаток мобильного банка об оплате не усматривается, кто является получателем денежных средств, также плательщиком указано лицо, которое не является стороной по делу (ФИО12). Акт об оказании юридических услуг заявителем не представлен.
Таким образом, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований ФИО4 о взыскании расходов по оплате услуг представителя.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ :
ФИО1 в удовлетворении исковых требований к ФИО4 о признании завещания недействительным – отказать.
В удовлетворении ходатайства ФИО4 о возмещении судебных расходов отказать.
Решение может быть обжаловано в ФИО6 областной суд в течение месяца с даты принятия решения суда в окончательной форме.
Судья В.Н. Касьянов
Решение изготовлено в окончательной форме 22.05.2023 г.