Решение изготовлено в окончательной форме 26 июля 2022 года
Дело № 2-1111/2022
66RS0022-01-2022-000961-25
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
20 июля 2022 года г. Березовский
Свердловская область
Березовский городской суд Свердловской области в составе председательствующего Плотниковой М.П., при секретаре судебного заседания Вареник К.В., с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, ответчиков ФИО3, ФИО4, старшего помощника прокурора Кознова М.Л.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3, ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда,
установил:
ФИО1 обратилась с иском к ФИО3, ФИО4, в котором просит взыскать солидарно с ответчиков компенсацию морального вреда в размере 500000 руб., судебные расходы в размере 40000 руб.
В обоснование требований указано, что ..................... около 00:20 ФИО1, находясь в на переднем пассажирском сиденье автомобиля *** , государственный регистрационный знак *** , под управлением ФИО5, в районе 23 км ЕКАД транспортной развязки по автодороги Екатеринбург-Реж-Алапаевск Свердловской области столкнувшегося с автомобилем *** , государственный регистрационный знак *** , под управлением ФИО3 получила телесные повреждения в виде «оскольчатого перелома дистального эпиметафиза левой лучевой кости со смещением», в связи с чем была госпитализирована в ГБУЗ СО «Центр специализированных видов медицинской помощи «Уральский институт травматологиии и ортопедии имени В.Д.Чаклина», где находилась на стационарном лечении в травматологическом отделении в период с 21.11.2021 по 26.11.2021. После выписки из стационара истец находилась на амбулаторном лечении в ГАУЗ СО «Березовская ЦГБ» по 01.02.2022. Собственником автомобиля Мицубиси Лансер является ФИО4 Автомобиль Мицубиси Лансер на момент совершения дорожно-транспортного происшествия застрахован по полису ОСАГО не был. По данному дорожно-транспортному происшествию органами внутренних дел по г.Березовскому зарегистрирован материал КУСП № 1787 от 21.11.2021. В рамках проведения проверки по данному факту была проведена автотехническая экспертиза № 10381 от 29.12.2021, по заключению которой виновником дорожно-транспортного происшествия признан водитель автомобиля Мицубиси Лансер. В отношении истца была проведена медицинская экспертиза № 7611 от 24.01.2022, в заключении которой указано, что у ФИО1 на момент госпитализации 21.11.2021 обнаружена травма левой верхней конечности, оскольчатый перелом дистального эпиметафиза левой лучевой кости со смещением, отек мягких тканей левого лучезапястного сустава и кисти, рана на передней поверхности нижней трети левого предплечья, давностью причинения до одних суток на момент осмотра 21.11.2021. Указанная травма могла быть получена при ДТП 21.11.2021 и квалифицируется как вред здоровью средней тяжести. Ссылаясь на положения ст. ст. 15, 151, 1064, 1079, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец полагает возможным взыскать компенсацию морального вреда в результате дорожно-транспортного происшествия солидарно с ответчиков в размере 500000 руб. Для защиты своих прав истец понесла расходы, связанные с получением квалифицированной юридической помощи. За предоставленные услуги истцом оплачена представителю ФИО2 денежная сумма в размере 40 000 руб., данные расходы также просит взыскать с ответчиков.
В судебном заседании истец ФИО1 и её представитель ФИО2 заявленные требования поддержали в полном объеме по доводам и обстоятельствам, изложенным в иске.
Ответчик ФИО3 в судебном заседании вину в совершении дорожно-транспортного происшествия не оспаривал, полагал, что заявленный истцом размер компенсации морального вреда завышен.
Ответчик ФИО4 с заявленными требованиями не согласился, пояснил, что собственником автомобиля Мицубиси Лансер, государственный регистрационный знак <***>, не является, автомобиль им продан ФИО6 на основании договора купли-продажи от 29.07.2021.
Третье лицо ФИО5 в судебное заседание не явился о времени и месте судебного заседания извещен своевременно и надлежащим образом.
Заслушав объяснения сторон, исследовав письменные доказательства, выслушав заключение прокурора, полагавшего требования подлежащими удовлетворению, оценивая представленные сторонами доказательства в совокупности, руководствуясь при этом требованиями ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом положений ст. ст. 56, 57, 68, ч. 2 ст. 150 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.
По общему правилу, установленному п. 1 и п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред; лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
В соответствии с п. 1 ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.
В силу положений ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.
В соответствии с п. 2 указанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная *** и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной *** , распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.
Как разъяснено в абз. 2 и 4 п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», суду следует иметь в виду, что поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Из материалов дела следует, что ..................... в 00:20 по адресу г. Березовский, автодорога ЕКАД 23 км, транспортная развязка 1 проезд 130 м до автодороги Екатеринбург-Реж-Алапаевск произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля « *** », государственный регистрационный знак *** , под управлением водителя ФИО3 и автомобиля « *** », государственный регистрационный знак *** , под управлением ФИО5, в результате которого пострадал водители и пассажиры обоих автомобилей, в том числе истец ФИО1
Согласно определению инспектора ДПС от 21.11.2021 водитель ФИО3, управляя автомобилем «Мицубиси Лансер», государственный регистрационный знак <***>, не обеспечил постоянный контроль за движением транспортного средства и допустил столкновение с автомобилем «Фольксваген Поло», государственный регистрационный знак <***>, под управлением водителя ФИО5, в результате чего был причинен вред здоровью водителям и пассажирам. На основании указанного определения инспектора ДПС возбуждено дело об административном правонарушении, предусмотренном ст. 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.
В рамках административного расследования на основании определения от 21.12.2021 была назначена автотехническая экспертиза. Согласно заключению экспертно-криминалистического центра ГУ МВД России по Свердловской области №10381 от 29.12.2021 в общем случае водитель автомобиля « *** » должен был руководствоваться требованиями п. 10.1 (абац 1) Правил дорожного движения Российской Федерации, а водитель автомобиля « *** » должен был руководствоваться требованиям п. 10.1 (абзац 2) Правил дорожного движения Российской Федерации. В действиях водителя автомобиля « *** » усматриваются несоответствия требованиям п. 10.1 (абзац 1) Правил дорожного движения Российской Федерации. Определить, соответствовали ли действия водителя « *** » требованиям п. 10.1 (абзац 2) Правил дорожного движения Российской Федерации не представляется возможным (л.д. 50). При этом эксперт при производстве экспертизы исходил из предоставленных ему исходных данных, согласно которым водитель автомобиля « *** » не обеспечил постоянный контроль за движением своего транспортного средства, допустил выезд на полосу встречного движения и столкновение с автомобилем « *** ».
Факт выезда автомобиля « *** » под управлением ФИО3 на полосу встречного движения подтверждается объяснениями водителя автомобиля « *** » ФИО5 и истцом ФИО1, находившейся в момент ДТП в автомобиле.
ФИО3 в своих объяснениях сотруднику ГИБДД указал, что автомобиль стало заносить вправо, произошел удар правым колесом о бордюр, сработала подушка безопасности и он потерял сознание. Как произошло столкновение со вторым автомобилем не помнит. По виновности в ДТП определиться не смог.
В соответствии с п. 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил (абз. 1).
При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства (абз. 2).
С учетом вышеуказанных доказательств, а также принимая во внимание, что дорожно-транспортное происшествие произошло в темное время суток поздней осенью, суд приходит к выводу, что причиной дорожно-транспортного происшествия от 21.11.2021 явилось нарушение водителем ФИО3 требований абз. 1 п. 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, а именно указанный водитель управлял автомобилем « *** » со скоростью, которая не обеспечивала постоянный контроль за движением транспортного средства и не отвечала дорожным и метеорологическим условиям, в связи с чем произошел выезд указанного автомобиля на встречную полосу движения и столкновение с автомобилем под управлением истца.
Таким образом, требование истца ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью ответчика ФИО3 в результате дорожно-транспортного происшествия от 21.11.2021 суд находит обоснованным и подлежащим удовлетворению.
Из материалов по факту дорожно-транспортного происшествия следует, что на момент дорожно-транспортного происшествия автомобиль *** , государственный регистрационный знак *** , VIN №, в ГИБДД был зарегистрирован на имя ФИО4
В судебном заседании установлено, что 29.07.2021 между ФИО4 и ФИО6 заключен договор купли-продажи транспортного средства « *** , VIN №. Из представленного договора купли-продажи от 29.07.2021 следует, что покупателю ФИО6 передан автомобиль марки «« *** , VIN №, а продавец ФИО4 получил денежные средства в размере 250 000 руб. Согласно п. 5 договора право собственности на транспортное средство переходит к покупателю с момента подписания настоящего договора.
19.11.2021 между ФИО6 и ФИО3 заключен договор купли-продажи транспортного средства « *** , VIN №. Из представленного договора купли-продажи следует, что покупателю ФИО3 передан автомобиль марки « *** , VIN №, а продавец ФИО6 получил денежные средства в размере 367 000 руб.
В соответствии со ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственникупринадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом (п. 1).Собственниквправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие прав и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясьсобственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом (п. 2).
В соответствии с п. 2 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеетсобственника, может быть приобретено другим лицом на основаниидоговоракупли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
По общему правилу, закрепленному в п. 1 ст. 223 Гражданского кодекса Российской Федерации, моментом возникновения права собственности у приобретателя вещиподоговоруявляется момент ее передачи, если иное не предусмотрено законом илидоговором.
Пунктом 2 ст. 130 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что вещи, не относящиеся к недвижимости, включая деньги и ценные бумаги, признаются движимым имуществом. Регистрация прав на движимые вещи не требуется, кроме случаев, указанных в законе.
Транспортные средства не отнесены законом к объектам недвижимости и признаются движимым имуществом. Следовательно, при отчуждении транспортного средства действует общее правило относительно момента возникновения права собственности у приобретателя – момент передачи транспортного средства, дополнительное удостоверениедоговоракупли-продажив силу закона не требуется.
Таким образом, судом установлено, что на момент дорожно-транспортного происшествия именно ФИО3 являлся законным владельцем автомобиля *** , государственный регистрационный знак <***>, VIN №.
Исходя из положений абз. 2 п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований, заявленных к ответчику ФИО4, поскольку на момент дорожно-транспортного происшествия он не являлся собственником автомобиля *** , государственный регистрационный знак <***>, VIN №.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание следующие обстоятельства.
Согласно медицинским документам истец ФИО7 в период с 21.11.2021 по 26.11.2021 находилась на стационарном лечении в травматологическом отделении ГБУЗ СО «Центр специализированных видов медицинской помощи «Уральский институт травматологиии и ортопедии имени В.Д.Чаклина». После выписки из стационара истец ФИО1 находилась на амбулаторном лечении в ГАУЗ СО «Березовская ЦГБ» по 01.02.2022, с диагнозом «оскольчатого перелома дистального эпиметафиза левой лучевой кости со смещением».
По результатам проведенной в рамках проверки медицинской экспертизы № 7611 от 24.01.2022 установлено, что у ФИО1 на момент госпитализации 21.11.2021 обнаружена травма левой верхней конечности, оскольчатый перелом дистального эпиметафиза левой лучевой кости со смещением, отек мягких тканей левого лучезапястного сустава и кисти, рана на передней поверхности нижней трети левого предплечья, давностью причинения до одних суток на момент осмотра 21.11.2021. Указанная травма могла быть получена при ДТП 21.11.2021 и квалифицируется как вред здоровью средней тяжести.
Принимая во внимание степень тяжести причиненного истцу ФИО1 вреда здоровью, продолжительность стационарного лечения (с 21.11.2021 по 26.11.2021), медицинские рекомендации по дальнейшему лечению после выписки из стационара, что безусловно негативно отразилось на возможности истца самостоятельно совершать бытовые функции, проведение курса лечения после операции, а также объяснения истца относительно потери работы и невозможности продолжения трудовой деятельности по месту прежней работы (водитель такси), поведение ответчика ФИО3, который, являясь виновником дорожно-транспортного происшествия, не предпринял мер к урегулированию спора мирным путем, а также не принес извинений истцу, требования разумности и справедливости, суд приходит к выводу об удовлетворении требований истца о взыскании компенсации морального вреда в сумме 350000 руб.
Согласно ч. 3 ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решением по заявленным истцом исковым требованиям. Иных исковых требований в рамках настоящего гражданского дела истцом не заявлено.
Часть 1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
В силу ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в данной статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
Истец ФИО1 просит взыскать расходы по оплате услуг представителя в размере 40 000 руб.
В силу ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 17.07.2007 № 382-О-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования ст. 17 (ч.3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.
Как следует из материалов дела, между ФИО1 и ФИО2 заключен договор поручения от 11.01.2022, заключающийся в правовом консультировании, составлении искового заявления к ФИО3 и ФИО4 в пользу ФИО1 компенсации морального вреда. Согласно указанному договору за предоставленные услуги истцом оплачена представителю ФИО2 денежная сумма в размере 40 000 руб.
С учетом предмета договора, указанного объема оказанных истцу представителем юридических услуг, характера, обстоятельств и сложности дела, в том числе специфики и субъектного состава спора, количества и продолжительности судебных заседаний, в которых принимал участие представитель, цены иска, продолжительности рассмотрения дела, распределения бремени доказывания юридически значимых обстоятельств по делу, принимая во внимание требования разумности и справедливости, суд полагает, что расходы истца на оплату услуг представителя являются обоснованными в размере 15 000 руб. Данные расходы подлежат взысканию с ответчика ФИО3
Истцом при подаче иска уплачена государственная пошлина в размере 300 руб., что подтверждается чеком от 19.04.2022.
В соответствии со ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика ФИО3 в пользу истца подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 руб.
Суд при вынесении решения оценивает исследованные доказательства в совокупности и учитывает, что у сторон не возникло дополнений к рассмотрению дела по существу, обе стороны согласились на окончание рассмотрения дела при исследованных судом доказательствах, сторонам также было разъяснено бремя доказывания в соответствии с положениями ст. ст. 12, 35, 56, 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
исковые требования ФИО1 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 350 000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 15000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей.
Исковые требования ФИО1 к ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы в Березовский городской суд Свердловской области.
Председательствующий М.П. Плотникова