Решение по делу № 2-3444/2024 от 20.06.2025 | Дзержинский районный суд г. Оренбурга (Оренбургская область)

Краткое содержание дела Все четыре части решения кратко

Вводная частькто, когда и о чём судился

<ФИО> обратилась в суд с исковым заявлением к ГАУЗ "ГКБ им. Н.И. Пирогова", ГАБУЗ «Оренбургская областная больница № 2, Министерству здравоохранения Оренбургской области, о компенсации морального вреда, указав в обоснование

Описательная частьчто требовал истец и что отвечал ответчик

Участвующая в судебном заседании помощник прокурора прокурор Киреева Ю.П. полагает, что исковые требования <ФИО> подлежат удовлетворению частично.

Мотивировочная частьчем суд руководствовался и почему так решил

Участвующая в судебном заседании помощник прокурора прокурор Киреева Ю.П. полагает, что исковые требования <ФИО> подлежат удовлетворению частично. Заслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела

Резолютивная частьитоговое решение суда

Исковые требования <ФИО> к ГАУЗ "ГКБ им. Н.И. Пирогова", ГАБУЗ «Оренбургская областная больница № 2, Министерству здравоохранения Оренбургской области, о компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

№ 2-84/2025 (2-3444/2024)

УИД: 56RS0009-01-2024-005039-14

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

04 июня 2025 года г. Оренбург

Дзержинский районный суд г. Оренбурга в составе председательствующего судьи Копыловой В.И., при секретаре Майер А.А., с участием представителя ответчика ГАУЗ «ГКБ им. Пирогова» г. Оренбурга действующего на основании доверенности - ФИО1, представителя ответчика ГАУЗ «ГКБ им. Пирогова» г. Оренбурга действующего на основании доверенности - ФИО2 (главный врач), помощника прокурора Дзержинского районного суда г.Оренбурга – Киреевой Ю.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к ГАУЗ "ГКБ им. Н.И. Пирогова", ГАБУЗ «Оренбургская областная больница № 2, Министерству здравоохранения Оренбургской области, о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратилась в суд с исковым заявлением к ГАУЗ "ГКБ им. Н.И. Пирогова", ГАБУЗ «Оренбургская областная больница № 2, Министерству здравоохранения Оренбургской области, о компенсации морального вреда, указав в обоснование исковых требований, что состояла в браке с <данные изъяты> с 18.06.2014 года по день его смерти - <данные изъяты> года. <данные изъяты>. являлся инвалидом третьей группы по общему заболеванию. 26.10.2023 года он был экстренно госпитализирован в ГАУЗ «ГКБ им. Н.И. Пирогова» с коликой острого холецистита, острого панкреатита. На стационарном лечении находился с 26.10.2023 года по 10.01.2024 года. Выписан из стационара в связи с улучшением состояния здоровья. Впоследствии состояние мужа ухудшилось. Несмотря на неоднократные обращения в вышеуказанное медицинское учреждение в связи с ухудшением здоровья - 06.03.2024 года, 07.03.2024 года, 21.03.2024 года, 10.04.2024 года, в госпитализации и лечении <данные изъяты> у было отказано. 13.05.2024 года обратился в инфекционную больницу, и, поскольку, отсутствовало инфекционное течение, ему было разъяснено обратиться по месту жительства. С 13.05.2024 года по 16.05.2024 года госпитализирован в ГАБУЗ «Оренбургская областная больница № 3».

<данные изъяты> года <данные изъяты> скончался от болезней, не получив своевременной, достаточной, квалифицированной медицинской помощи. Полагает, что бездействием медицинских работников, отказом в госпитализации, назначении необходимого лечения была причинена смерть <данные изъяты> Поскольку бездействием ответчика ей был причинен моральный вред, просит суд, с учетом уточнений, взыскать с ГАУЗ "ГКБ им. Н.И. Пирогова" в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

Определениями суда к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: ФИО4, ГБУЗ "ООКИБ", «ГАУЗ «Оренбургская областная больница № 3», ФИО5, ФИО6, ФИО5

Представитель ответчика ГАУЗ «ГКБ им. Пирогова» г. Оренбурга действующий на основании доверенности - ФИО1 возражала против удовлетворения исковых требований. Стороной предпринимались попытки к заключению мирового соглашения.

Участвующая в судебном заседании помощник прокурора прокурор Киреева Ю.П. полагает, что исковые требования ФИО3 подлежат удовлетворению частично.

Истец ФИО3 в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом, ходатайствовала о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Третье лицо ГАУЗ «Оренбургская областная больница № 3» в судебное заседание представителя не направили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, ходатайствовали о рассмотрении дела в отсутствие своего представителя.

Третьи лица: ФИО5, ФИО6, ФИО5, ФИО4 в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, ходатайствовали о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В соответствии с пунктом 1 статьи 165.1 Гражданского кодекса РФ заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю.

Сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.

По смыслу пункта 1 статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, должно быть направлено по адресу его регистрации по месту жительства или пребывания либо по адресу, который гражданин указал сам (например, в тексте договора), либо его представителю (пункт 1 статьи 165.1 ГК РФ). Риск неполучения поступившей корреспонденции несет адресат (пункты 63, 67 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Статья 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит применению также к судебным извещениям и вызовам, если гражданским процессуальным или арбитражным процессуальным законодательством не предусмотрено иное (пункт 68 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25).

Таким образом, отсутствие надлежащего контроля за поступающей по месту жительства (регистрации) корреспонденцией, является риском самого гражданина. Все неблагоприятные последствия такого бездействия несет само лицо, а возвращение в суд неполученного адресатом заказного письма в связи с истечением срока хранения, не противоречит действующему порядку вручения заказных писем и может быть оценено в качестве надлежащей информации органа связи о неявке адресата за получением направленной ему судебной корреспонденции.

Суд, руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, определил рассмотреть дело в отсутствие лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о судебном заседании.

Заслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

Право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите; Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека (ст. ст. 2 и 7, ч. 1 ст. 20, ст. 41 Конституции Российской Федерации). В развитие положений Конституции РФ приняты соответствующие законодательные акты, направленные на защиту здоровья граждан и возмещение им вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья. Общие положения, регламентирующие условия, порядок, размер возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, содержатся в Гражданском кодексе Российской Федерации (глава 59).

В статье 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5 - 7 статьи 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата. Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (ст.2 ФЗ от 21.11.2011 N323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В силу ч.1 и ч.2 ст.19 ФЗ от 21.11.2011 N323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", каждый имеет право на медицинскую помощь. Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.

Согласно ч.2 и ч.3 ст.98 ФЗ от 21.11.2011 N323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В соответствии с ч. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические и нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Основания и размер компенсации морального вреда регулируются ст.ст. 1099-1101 Гражданского кодекса РФ.

Согласно ст.1101 Гражданского кодекса РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Из анализа данных норм закона следует, что для возложения обязанности по возмещению морального вреда необходимо наличие одновременно следующих условий: претерпевание морального вреда, неправомерные действия причинителя вреда, причинная связь между неправомерными действиями и моральным вредом, вина причинителя вреда.

В пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина" разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Согласно п.12 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В п.25 данного постановления Пленума разъяснено: суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п.26 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33).

Согласно п.48 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N33, Медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ) (п.49 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33).

Согласно свидетельству о смерти серии III-PA № <данные изъяты>, <данные изъяты> года.

<данные изъяты>. был госпитализирован в ГАУЗ «ГКБ им. Пирогова» г. Оренбург в хирургическое отделение с признаками механической желтухи. Проведена консервативная терапия.

Для разрешения заявленного иска необходимо установить факт ненадлежащего оказания медицинской помощи и обстоятельства причинения вреда, состоящего в причинной связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи, приведшего к смерти пациента, для этого требуются специальные знания, поэтому для правильного и своевременного рассмотрения дела по существу, суд по ходатайству стороны истца 31.10.2024 года назначил комиссионную судебно - медицинскую экспертизу, поручив ее проведение ГБУЗ «Самарское областное бюро судебно- медицинской экспертизы». На разрешение экспертов поставлены следующие вопросы:

1. Какими порядками оказания медицинской помощи и стандартами медицинской помощи должны были руководствоваться врачи ГАУЗ «ГКБ им. Н И. Пирогова», Оренбургской областной клинической больницы №2, при оказании медицинской помощи пациенту <данные изъяты> и были ли они нарушены?

2. Какие меры в соответствии с порядками и стандартами медицинской помощи являлись необходимыми для правильной постановки диагноза и были ли они своевременно приняты врачами указанных лечебных учреждений?

3. Имелись ли объективные причины, вследствие которых вышеуказанные необходимые меры не были приняты?

4. B случае нарушения действующих на момент обращения стандартов и порядков оказания медицинской помощи имеется ли причинная связь между данными нарушениями и наступившими неблагоприятными последствиями -смертью <данные изъяты>

5. Имелась ли реальная возможность избежать неблагоприятного исхода при отсутствии нарушений действующих на момент обращения стандартов и порядков оказания медицинской помощи врачами лечебных учреждений?

6. Возможно ли было проведение повторного успешного хирургического лечения с целью разрешения клинической картины с учетом анализа патологоанатамического исследования (массивно Рубцовый процесс, явление вирусного гепатита С, цирроз печени ХВГС, портальная гипертензия)?

Согласно заключению эксперта № 05-7-141 «П» от 12.05.2025 года, на всех этапах медицинской помощи <данные изъяты>. диагностические мероприятия для правильного установления диагнозов выполнены в достаточном объёме в соответствии с названными в пункте 1 Выводов клиническими рекомендациями. Из пунктов 8, 9 «Аналитико-синтезирующей части» следует, что смерть <данные изъяты> наступила от декомпенсированного цирроза печени смешанной этиологии (вследствие вирусного гепатита С и алиментарного фактора) с развитием гепатоспленомегалии, варикозного расширения вен пищевода, асцита, осложнившегося мультиорганной дисфункцией (полиорганной недостаточностью): рестриктивной дыхательной недостаточностью в форме диффузного альвеолярного повреждения, отека легких, неполного спадения альвеол, сердечной, иммунной, почечной и гемоциркуляторными нарушениями на фоне усугубляющих тяжесть течения цирроза печени желчнокаменной болезни, печеночного холестаза, хронического гепатитабилиарно зависимого калькулезного панкреатита, сахарного диабета панкреатогенного, железодефицитной анемии и перенесенных в 2023 году оперативных вмешательств («Пункционная чрескожная холецистостомия под УЗИ-навигацией», «Атипичная папиллосфинктеротомия» попытка «Эндоскопической ретроградной холангиопанкреатографии» и «Лапаротомия, ревизия брюшной полости, наложение холецистоеюноанастомоза с Брауновским соустьем и заглушкой по <данные изъяты> дренирование брюшной полости»). В пункте 1 Выводов указаны дефекты медицинской помощи на госпитальных этапах: - ГАУЗ «Городская клиническая больница им. Н.И. Пирогова» в период с 26.10.2023г. до 10.01.2024г. дефекты диагностики: неполная установка заключительного клинического диагноза: в диагноз не вынесены сахарный диабет, цирроз печени, асцит, - не дана оценка бактериологическому исследованию перитонеальной жидкости, из которой выделены Enterocjccua.sp и Klebsiella pneumoniab; ГАУЗ «Городская клиническая больница им. Н.И. Пирогова» в период с 21.05.2024г. до 11.06.2024г. - дефекты диагностики: - - неполное установление диагноза, в диагноз не вынесены: - портальная гипертензия: гепатомегалия, спленомегалия, - печеночная энцефалопатия 1 степени, - панкреатозависимый сахарный диабет, - - хроническая железодефицитная анамия, - состояние после наложение холецистоеюноанастамоза с Брауновским соустьем и заглушкой по <данные изъяты> по поводу полной протяженной структуры терминального отдела холедоха, - - неполное физикальное обследование: не указана мышечная масса, отсутствует перкуторное исследование живота, - - не выполнены, регламентированные лабораторные исследования, - не проведено исследование асцитической жидксти, не выполнено определение прокальцитонина при признаках воспалительных изменений (лейкоцитоз, повышенный СРБ), не выполнены ЭКГ;

- дефект лечения: - - отсутствует коррекция гипергликемии, - выскаться о проведеннном лечении в период с 23.05.2024 г. до 10.06.2024г., его легитимности и своевременности не представляется возможным в связи с отсутствием листа назначения, - лечение с 10.06.2024 г. было показанным, назначено в полном объеме, судить о его своевременности в связи с отсутствие сведений о назначении лечения и выполнении до 10.06.2024г. не представляется возможным;

- дефекты ведения: -- не выполнены консультации: эндокринолога, инфекциониста, гастроэнтеролога, -- не выполнена консультация кардиолога при синусовой тахикардии по данным ЭКГ от 22.05.2024г. 98 в минуту; -- при состоянии средней тяжести отсутствуют дневниковые записи наблюдения за 25.05.2024г., 26.05.2024 г., 01.06.2024г., 02.06.2024 г., 08.06.2-24г., 09.06.2024 г.

- дефекты оформления медицинской документации: - - отсутствие листа назначения.

Перечисленные выше дефекты медицинской помощи <данные изъяты> не привели и не могли привести к декомпенсированному циррозу печени смешанной этиологии (вирусного гепатита С и алиментарного фактора) с развитием гепатоспленомегалии, варикозного расширения вен пищевода, асцита, осложнившегося мультиорганной дисфункцией (полиорганной недостаточностью) на фоне усугубляющих тяжесть течения цирроза печени желчнокаменной болезни, печеночного холестаза, хронического гепатитабилиарно зависимого калькулезного панкреатита, сахарного диабета панкреатогенного.

Следовательно, причинно-следственной связи между смертью <данные изъяты> дефектами медицинской помощи не имеется.

Комиссия экспертов считает необходимым отметить, что наступивший смертельный исход у ФИО6 обусловлен тяжестью цирроза печени на фоне усугубляющих тяжесть течения цирроза печени желчнокаменной болезни, печеночного холестаза, хронического гепатитабилиарно зависимого калькулезного панкреатита.

Оценивая указанное заключение в соответствии со ст. ст. 67, 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд находит его соответствующим требованиям процессуального законодательства, основанном на полном и всестороннем исследовании представленных доказательств и фактических обстоятельств, содержащим исчерпывающие ответы на поставленные судом вопросы. Оснований не доверять выводам экспертов у суда не имеется, поскольку заключение составлено в соответствии с требованиями действующего законодательства, эксперты, проводившие экспертизу, имеют необходимую квалификацию, что подтверждено соответствующими документами. Эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст.307 Уголовного кодекса РФ.

В силу действующих нормативно-правовых норм и разъяснений Пленума Верховного суда Российской Федерации по их применению, закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить вред только прямую причинную связь.

Суд приходит к выводу об оказании ответчиком ГАУЗ "ГКБим. Н.И. Пирогова" медицинской помощи ненадлежащего качества ввиду недооценки состояния больной, выразившегося в длительном не установлении верного диагноза с 26.10.2023г., что повлекло за собой несвоевременность оказания надлежащей медицинской помощи и правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, а также не соблюдены критерии оценки качества в амбулаторных условиях, предусмотренные Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 10 мая 2017 г. N 203н "Об утверждении критериев качества медицинской помощи".

Хотя недостатки оказанной ГАУЗ "ГКБим. Н.И. Пирогова" медицинской помощи и не находятся в прямой причинной связи с ее смертью, однако истец, как супруга умершего, безусловно испытывала нравственные страдания, выразившиеся в переживаниях по поводу состояния здоровья близкого человека, которому оказывалась медицинская помощь ненадлежащего качества. Для компенсации морального вреда необходимым и достаточным является установление косвенной причинно - следственной связи между обстоятельствами ненадлежащей медицинской помощи и ухудшением состояния здоровья пациента, что установлено судом при рассмотрении настоящего дела.

Ответчиком не было представлено доказательств, подтверждающих отсутствие его вины в оказании <данные изъяты> медицинской помощи, не отвечающей требованиям порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, а также отсутствие его вины в дефектах такой помощи.

Разрешая заявленные истцом требования, суд, руководствуясь статьями 151, 1064, 1099, 1100, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", оценив по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, заключение экспертов, приходит к выводу о наличии причинно-следственной связи между дефектами, допущенными ответчиком при оказании медицинской помощи, выразившийся в непроведении в полном объеме своевременно необходимой диагностики и в не выявлении своевременно заболевания, и как следствие, ошибочной тактики лечения супруга истца, и наступившими последствиями, причинившими истцу моральный вред.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика, суд, учитывая, а именно неполную установку клинического диагноза, конкретные обстоятельства дела, степень испытываемых нравственных страданий истца, связанных со смертью близкого человека, а также причиненных физических страданий ввиду причинения вреда здоровью, требования разумности и справедливости, а также то, что компенсация морального вреда по смыслу статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации не должна носить формальный характер, ее целью является реальная компенсация причиненных пострадавшему страданий, определяет к взысканию в пользу ФИО3 100 000 рублей в качестве компенсации морального вреда.

В соответствии со ст.103 Гражданского процессуального кодекса РФ, государственная пошлина, от уплаты которой был освобожден истец при обращении с настоящим иском, подлежит взысканию с ответчика ГАУЗ "ГКБ им. Н.И. Пирогова" в доход местного бюджета в размере 300 руб.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО3 к ГАУЗ "ГКБ им. Н.И. Пирогова", ГАБУЗ «Оренбургская областная больница № 2, Министерству здравоохранения Оренбургской области, о компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Взыскать с ГАУЗ "ГКБ им. Н.И. Пирогова" в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей 00 копеек.

В удовлетворении исковых требований ФИО3 к ГАУЗ «Оренбургская областная больница № 2 и Министерству здравоохранения Оренбургской области - отказать.

Взыскать с ГАУЗ "ГКБ им. Н.И. Пирогова" в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей 00 копеек.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Оренбургский областной суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Дзержинский районный суд города Оренбурга.

Решение суда в окончательной форме изготовлено 20 июня 2025 года.

Судья В.И. Копылова