Судья ФИО5 Дело №

24RS0№-29

А-2.096

КРАСНОЯРСКИЙ ФИО4 СУД

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

24 июля 2023 года <адрес>

Судебная коллегия по гражданским делам Красноярского ФИО4 суда в составе:

председательствующего: Платова А.С.,

судей: ФИО19, Охременко О.В.,

при ведении протокола помощником судьи ФИО8,

заслушала в открытом судебном заседании по докладу судьи ФИО19, гражданское дело по иску ФИО3 к КГБУЗ «Красноярская межрайонная клиническая больница № им. ФИО9», Красноярскому ФИО4 центру профпатологии КГБУЗ «ФИО4 клиническая больница», Управлению Федеральной службы по надзору в сфере зашиты прав потребителей и благополучия человека по <адрес>, Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по <адрес> о признании действий должностных лиц незаконными, признании права на получение единовременной страховой выплаты по факту наступления страхового случая смерти в порядке наследования, взыскании страховой выплаты, компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе представителя ответчика ОСФР по <адрес> – ФИО10,

на решение Ленинского районного суда <адрес> от <дата>, которым постановлено:

«Исковые требования ФИО3 к КГБУЗ «Красноярская межрайонная клиническая больница № им. ФИО9», Красноярскому ФИО4 центру профпатологии КГБУЗ «ФИО4 клиническая больница», Управлению Федеральной службы по надзору в сфере зашиты прав потребителей и благополучия человека по <адрес>, Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по <адрес> о признании действий должностных лиц незаконными, признании права на получение единовременной страховой выплаты по факту наступления страхового случая смерти в порядке наследования, взыскании страховой выплаты, компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Признать действия КГБУЗ «Красноярская межрайонная клиническая больница № им. ФИО9» по установлению причин и условий смерти ФИО1, произошедшей <дата>, в результате заражения <данные изъяты>, при исполнении ею трудовых обязанностей в КГБУЗ «Красноярская межрайонная клиническая больница № имени ФИО9», выраженные в несвоевременном направлении извещения о случае профессионального заболевания медицинского работника ФИО1 – незаконными.

Признать за ФИО3 право на получение единовременной страховой выплаты в размере 2 752 452 руб. по факту наступления страхового случая смерти ФИО1, <дата> года рождения, в порядке наследования, после смерти ФИО2, умершей <дата>.

Возложить обязанность на Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по <адрес> выплатить страховые средства ФИО3 и в размере 2 752 452 руб. по факту наступления страхового случая смерти ФИО1, <дата> года рождения, в порядке наследования, после смерти ФИО2, умершей <дата>.

Взыскать с КГБУЗ «Красноярская межрайонная клиническая больница № им. ФИО9» в пользу ФИО3 расходы по оплате государственной пошлины в сумме 300 руб.

В удовлетворении остальных исковых требований о признании действий Красноярского ФИО4 центра профпатологии КГБУЗ «ФИО4 клиническая больница», Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому, Отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по <адрес> незаконными, взыскании компенсации морального вреда - отказать».

Заслушав докладчика, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО3 обратилась в суд с иском к КГБУЗ «КМКБ № им. ФИО9», Красноярскому ФИО4 центру профпатологии КГБУЗ «ФИО4 клиническая больница», Управлению Роспотребнадзора по <адрес>, ОСФР по <адрес>, в котором, уточнив исковые требования, просила признать незаконными действия КГБУЗ «КМКБ № им. ФИО9», Красноярского ФИО4 центра профпатологии КГБУЗ «ФИО4 клиническая больница» и Управления Роспотребнадзора по <адрес> по установлению причин и условий смерти ФИО1, произошедшей <дата>, в результате заражения <данные изъяты> при исполнении ею трудовых обязанностей в КГБУЗ «КМКБ № им. ФИО9» в ходе производства расследования случая профессионального заболевания в целях определения наличия страхового случая для получения единовременной страховой выплаты, предусмотренной Указом Президента РФ от <дата> № ее матерью ФИО2; признать незаконными действия ОСФР по <адрес> по отказу ФИО11 в выплате полагающейся ей как наследнику ФИО2 единовременной страховой выплаты, предусмотренной Указом Президента РФ от <дата> № по результатам рассмотрения ее обращения от <дата>; признать за ней право на получение единовременной страховой выплаты в размере 2 752 452 руб. предусмотренной Указом Президента РФ от <дата> № «О предоставлении дополнительных страховых гарантий отдельным категориям медицинских работников», по факту наступления страхового случая - смерти ФИО1 в порядке наследования после смерти матери ФИО2 Кроме того просила взыскать с ответчиков в солидарном порядке убытки в размере 2 752 452 руб., компенсацию морального вреда денежные средства в сумме 3 000 000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в сумме 300 руб.

Требования мотивировала тем, что ее родная сестра ФИО1 работала в КГБУЗ «КМКБ № им. ФИО9» в должности санитарки. <дата> ФИО1 в результате инфицирования <данные изъяты> при исполнении трудовых обязанностей. Актом о случае профессионального заболевания от <дата> установлено, что заболевание возникло у ФИО1 в результате неоднократного контакта с пациентами и сотрудниками КГБУЗ «КМКБ № им. ФИО9» при исполнении трудовых обязанностей. То есть, смерть ФИО1 признана страховым случаем в соответствии с нормативными правовыми актами о страховании работников от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний. Указом Президента Российской Федерации от <дата> № «О предоставлении дополнительных страховых гарантий отдельным категориям медицинских работников» (далее - Указ №) установлена единовременная страховая выплата в случае смерти медицинского работника в результате инфицирования <данные изъяты> при исполнении им трудовых обязанностей в размере 2 752 452 рубля. При этом получателем (выгодоприобретателем) данной выплаты в случае смерти ФИО1 являлась ее мать ФИО2 В конце декабря 2020 при обращении в Филиал № ОСФР по <адрес> были предоставлены все необходимые документы (кроме акта о случае профессионального заболевания) для назначения вышеуказанной страховой выплаты. Данный акт был подготовлен и утвержден Главным государственным врачом по <адрес> ФИО12 только <дата>. Изготовление акта о случае профессионального заболевания в столь длительный срок (4 месяца без 4 дней) стало возможным в результате нарушения сотрудниками КГБУЗ «КМКБ № им. ФИО9» п.7 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства РФ от <дата> № «Об утверждении положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний», что установлено по результатам прокурорской проверки. Извещения о случае профессионального заболевания ФИО1 в Красноярский ФИО4 центр профпатологии КГБУЗ «ФИО4 клиническая больница» также было направлено с нарушением установленного срока. По указанным нарушениям в адрес КГБУЗ «КМКБ № им. ФИО9» прокуратурой <адрес> было внесено представление, виновные должностные лица приказом работодателя привлечены к дисциплинарной ответственности. <дата> умерла ФИО2 (выгодоприобретатель ФИО1), после ее смерти в наследство вступила ФИО3 <дата> она как наследник ФИО2 обратилась в КГБУЗ «КМКБ № им. ФИО9», а также Филиал № о выплате в досудебном порядке причитающейся ФИО2 страховой выплаты. ОСФР по <адрес> требования оставлены без удовлетворения, со ссылкой на то, что на момент смерти ФИО2 в связи с отсутствием акта о случае профессионального заболевания ФИО1, право на получение единовременной выплаты не возникло, единовременная выплата не была назначена отделением Фонда ФИО2 при жизни, она не может подлежать наследованию и выплате наследникам. КГБУЗ «КМКБ № им. ФИО9» также отказало ей в выплате единовременной страховой выплаты, ссылаясь на то, что выплата производится Фондом социального страхования, больница не является финансово-кредитной организацией и в ее ведении не находятся денежные средства, составляющие наследственную массу, на которую могут претендовать наследники.

Судом постановлено решение вышеприведенного содержания.

В апелляционной жалобе представитель ответчика ОСФР по <адрес> – ФИО13 просит отменить решение суда в части удовлетворенных требований к ОСФР по <адрес> как незаконное и необоснованное. Считает, что акт о случае профессионально заболевания является правоустанавливающим документом, без которого назначение единовременной страховой выплаты невозможно, порядок назначения данный выплаты строго регламентирован. Обращения родственников умершей ФИО1 носили произвольный характер, поскольку ни заявления по установленной форме, ни акта о случае профессионального заболевания, ни доверенности от имени умершей в Фонд представлено не было. Кроме того в силу ст. 1112 ГК РФ право на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью потерпевшего, не входит в состав наследства, его наследники вправе обращаться с самостоятельным иском в суд либо вступать в процесс в порядке процессуального правопреемства, лишь по требованиям о взыскании фактически начисленных потерпевшему в счет возмещения вреда сумм, но не выплаченных ему при жизни. ФИО2 умерла <дата>, акт составлен <дата>, на момент смерти ФИО2 случай заражения и смерти ФИО1 не был расследован и квалифицирован как страховой, а потому, полагает, право на получение единовременной страховой выплаты ни у кого не возникло.

Истец ФИО3, представители ответчиков КГБУЗ «КМКБ № им. ФИО9», Красноярского ФИО4 центра профпатологии КГБУЗ «ФИО4 клиническая больница», третьи лица ФИО14, ФИО15, ФИО15, представитель Министерства здравоохранения <адрес> надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания, в суд апелляционной инстанции не явились, о причинах своего отсутствия суд не уведомили, об отложении дела слушанием не просили, в силу положений ч. 3 ст. 167 ГПК РФ, судебная коллегия сочла возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Проверив материалы дела, решение суда в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии с ч.1 ст. 327.1 ГПК РФ, заслушав объяснения представителя ответчика ОСФР по <адрес> – ФИО10 (по доверенности от <дата>), поддержавшего доводы апелляционной жалобы, полагавшего решение суда отмене в той части, в которой требования истца к ОСФР по <адрес> удовлетворены, представителя ответчика Управления Роспотребнадзора по <адрес> ФИО16 (по доверенности от <дата>) и представителя истца ФИО3 – адвоката ФИО17 (по ордеру от <дата>), полагавших решение суда не подлежащим отмене, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО1 состояла в трудовых отношениях с КГБУЗ «КМКБ № им. ФИО9», работала в должности санитарки Пульмонологического отделения.

<дата> ФИО1 умерла, что подтверждается свидетельством о смерти III-А №.

Согласно акту служебного расследования профессионального заболевания (<данные изъяты>), утвержденного приказом главного врача КГБУЗ «КМКБ № имени ФИО9» от <дата> №, ФИО1 установлен предварительный диагноз: <данные изъяты>, вирус идентифицирован.

<дата> работодатель направил в адрес Филиала № ГУ – КРО ФСС акт эпидемиологического расследования обстоятельств, при которых произошло заражение ФИО1, и круг лиц, имеющих право на получение единовременной страховой выплаты. В качестве лиц, имеющих право на выплату указаны сын умершей – ФИО18 и мать умершей ФИО2

<дата> КГБУЗ «КМКБ № имени ФИО9» направило в адрес ФИО4 центра профпатологии акт эпидемиологического расследования обстоятельств заражения ФИО1

<дата> Красноярским ФИО4 центром профпатологии на базе КГБУЗ ККБ в Управление Роспотребнадзора по <адрес> направлено извещение об установлении ФИО1 предварительного диагноза острого профессионального заболевания - новая коронавирусная инфекция, вызванная <данные изъяты>, вирус не идентифицирован. В качестве причин вызвавших заболевание указан <данные изъяты>.

На основании указанного извещения, <дата> Управлением Роспотребнадзора по <адрес> в адрес ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в <адрес>» выдано предписание № о проведении санитарно-эпидемиологического расследования случая заболевания <данные изъяты> у работника КГБУЗ «КМКБ № имени ФИО9» - ФИО1

Как следует из заключения ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в <адрес>» от <дата> №, составленного на основании предписания от <дата> №, санитарка КГБУЗ «КМКБ № имени ФИО9» ФИО1, заболевшая <дата> <данные изъяты>, при исполнении своих должностных обязанностей, находилась под воздействием вредного биологического фактора производственной среды в пульмонологическом отделении № КГБУЗ «КМКБ № имени ФИО9».

<дата> Главным государственным санитарным врачом по <адрес> утверждена санитарно-гигиеническая характеристика условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (отравления) №.

Указанные документы были направлены в Красноярский ФИО4 центр профпатологии на базе КГБУЗ ККБ., которым сформировано медицинское заключение о наличии острого профессионального заболевания № от <дата>. Указанным заключением подтверждено наличие причинно-следственной связи острого заболевания (новая <данные изъяты> (лабораторно подтвержденная <дата>)) с профессией, заболевание установлено впервые. Извещение об установлении ФИО1 заключительного диагноза острого профессионального заболевания от <дата> № направлено в Управление Роспотребнадзора и КГБУЗ «КМКБ № имени ФИО9» <дата>.

Приказом главного врача КГБУЗ «КМКБ № имени ФИО9» от <дата> № сформирована комиссия по установлению профессионального заболевания.

Согласно акту о случае профессионального заболевания от <дата>, утвержденного Главным государственным санитарным врачом по <адрес> <дата>, причиной смерти ФИО1 явилось заражение <данные изъяты> <данные изъяты> при исполнении ею трудовых обязанностей в КГБУЗ «КМКБ № им. ФИО9».

В ходе судебного разбирательства стороны не оспаривали, что случай смерти ФИО1 является страховым случаем.

Также судом установлено, что ФИО2, <дата> года рождения приходится матерью ФИО1, <дата> года рождения и ФИО3, <дата> года рождения, что подтверждается свидетельствами о рождении

<дата> ФИО2 умерла, после ее смерти нотариусом Сухобузимского нотариального округа заведено наследственное дело №, согласно которому наследником по закону ФИО2 является ее дочь ФИО3

<дата> ФИО3 обратилась в филиал № ГУ - КРО ФСС о выплате ей, как наследнику после матери ФИО2, умершей <дата>, денежной суммы в размере 2 752 452 руб. При этом ссылалась на то, что ФИО2 имела право на получение единовременной страховой выплаты, предусмотренной Указом Президента Российской Федерации от <дата> № «О предоставлении дополнительных страховых гарантий отдельным категориям медицинских работников» в связи со смертью ФИО1, связанной с профессиональным заболеванием. ФИО2 по независящим от нее причинам была лишена возможности соблюсти все правила оформления документов на получение данной страховой выплаты.

Письмом от <дата> ГУ - КРО ФСС уведомило ФИО3 о том, что получателем единовременной страховой выплаты после смерти ФИО1 <дата>, могла стать ФИО2, которая умерла до момента завершения расследования случая смерти ФИО1 и оформления акта о случае профессионального заболевания, право на получение единовременной страховой выплаты у нее не наступило, в связи с чем, и, поскольку данная выплата не была назначена отделением Фонда ФИО2 при жизни, она не может подлежать наследованию и дальнейшей выплате наследникам.

Разрешая спор и удовлетворяя частично заявленные ФИО3 требования суд первой инстанции, оценив по правилам ст. 67 ГПК РФ представленные в материалы дела доказательства, доводы и возражениям сторон, руководствуясь положениями ст. 1112, 1183 ГК РФ, Федерального закона от <дата> № 125-ФЗ «Об обязательном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», Указа Президента Российской Федерации от <дата> № «О предоставлении дополнительных страховых гарантий отдельным категориям медицинских работников», Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от <дата> №, разъяснениями Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», признав случай смерти ФИО1 страховым случаем, связанным с профессией, со дня смерти которой у ее матери ФИО2 возникло право на получение единовременной страховой выплаты, однако, данная выплата при жизни ФИО2 не была получена и начислена в связи с несвоевременным направлением работодателем извещения о случае профессионального заболевания медицинского работника ФИО1 в соответствующий орган, что привело к изготовлению акта о случае профессионального заболевания <дата>, т.е. после смерти ФИО2, пришел к выводу о признании указанных действий КГБУЗ «КМКБ № им. ФИО9» незаконными.Установив, что ФИО2 единовременная страховая выплата при жизни не была получена и начислена по независящим от нее причинам, данная выплата не связана с правом предоставления ее в качестве средств к существованию, суд первой инстанции пришел у выводу о наличии у ФИО3 права на получение единовременной страховой выплаты в размере 2 752 452 руб. по факту наступления страхового случая смерти ФИО1, в порядке наследования, после смерти ФИО2, в связи с чем возложил на ОСФР по <адрес> обязанность выплатить страховые средства ФИО3 в размере 2 752 452 руб.

Судебная коллегия не может согласиться с выводы суда в указанной части, находит их основанными на неправильном толковании и применении норм материального права, а доводы апелляционной жалобы ОСФР по <адрес> заслуживающими внимание.

В соответствии с ч. 1 ст. 184 ТК РФ при повреждении здоровья или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания работнику (его семье) возмещаются его утраченный заработок (доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию либо соответствующие расходы в связи со смертью работника.

Виды, объемы и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях определяются федеральными законами (ч. 2 ст. 184 ТК РФ).

Одной из таких гарантий является обязательное социальное страхование.

Федеральный закон от <дата> № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», как следует из его преамбулы, устанавливает в Российской Федерации правовые, экономические и организационные основы обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний и определяет порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных данным федеральным законом случаях.

В ст. 3 Федерального закона от <дата> № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» определено, что обеспечение по страхованию - страховое возмещение вреда, причиненного в результате наступления страхового случая жизни и здоровью застрахованного, в виде денежных сумм, выплачиваемых либо компенсируемых страховщиком застрахованному или лицам, имеющим на это право в соответствии с названным федеральным законом.

Под страховым случаем понимается подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья или смерти застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, который влечет возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию.

Право застрахованных на обеспечение по страхованию возникает со дня наступления страхового случая (п. 1 ст. 7 Федерального закона <дата> № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний»).

Виды обеспечения по страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний названы в ст. 8 Федерального закона от <дата> № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», среди них - единовременная страховая выплата застрахованному либо лицам, имеющим право на получение такой выплаты в случае его смерти.

Согласно п. 2 ст. 7 Федерального закона от <дата> № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» право на получение единовременной страховой выплаты в случае смерти застрахованного в результате наступления страхового случая имеют: дети умершего, не достигшие возраста 18 лет, а также его дети, обучающиеся по очной форме обучения, - до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет; родители, супруг (супруга) умершего; нетрудоспособные лица, состоявшие на иждивении умершего или имевшие ко дню его смерти право на получение от него содержания; другой член семьи умершего независимо от его трудоспособности, который не работает и занят уходом за состоявшими на иждивении умершего его детьми, внуками, братьями и сестрами, не достигшими возраста 14 лет либо достигшими указанного возраста, но по заключению федерального учреждения медико-социальной экспертизы (далее - учреждение медико-социальной экспертизы) или медицинской организации признанными нуждающимися по состоянию здоровья в постороннем уходе.

Единовременные страховые выплаты назначаются и выплачиваются лицам, имеющим право на их получение, если результатом наступления страхового случая стала смерть застрахованного (абзац третий п. 1 ст. 10 Федерального закона от <дата> № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний»).

В целях обеспечения государственных гарантий по обязательному государственному страхованию работников медицинских организаций при исполнении ими трудовых обязанностей в условиях распространения <данные изъяты> Указом Президента Российской Федерации от <дата> № «О предоставлении дополнительных страховых гарантий отдельным категориям медицинских работников» установлены дополнительные страховые гарантии в виде единовременной страховой выплаты, которые предоставляются врачам, среднему и младшему медицинскому персоналу медицинских организаций, водителям автомобилей скорой медицинской помощи, непосредственно работающим с пациентами, у которых подтверждено наличие <данные изъяты> и пациентами с подозрением на эту инфекцию.

Согласно подпункту «а» п. 2 Указа Президента Российской Федерации от <дата> № страховым случаем, при наступлении которого производится единовременная страховая выплата, является, в том числе смерть медицинского работника в результате <данные изъяты> при исполнении им трудовых обязанностей.

В соответствии с п. 3 Указа Президента Российской Федерации от <дата> № в случае, предусмотренном подпунктом «а» п. 2 настоящего Указа, получателями единовременной страховой выплаты (выгодоприобретателями) являются: а) супруг (супруга), состоявший (состоявшая) на день смерти медицинского работника в зарегистрированном браке с ним; б) родители (усыновители) медицинского работника; в) дедушка и (или) бабушка медицинского работника при условии, что они воспитывали и (или) содержали его не менее трех лет в связи с отсутствием у него родителей; г) отчим и (или) мачеха медицинского работника при условии, что они воспитывали и (или) содержали его не менее пяти лет; д) несовершеннолетние дети медицинского работника, его дети старше 18 лет, ставшие инвалидами до достижения ими возраста 18 лет, и дети в возрасте до 23 лет, обучающиеся в образовательных организациях по очной форме обучения; е) подопечные медицинского работника.

Единовременная страховая выплата производится в случае смерти медицинского работника в результате инфицирования <данные изъяты> при исполнении им трудовых обязанностей - в размере 2 752 452 руб. всем получателям (выгодоприобретателям) в равных долях (подпункт «а» п. 4 Указа Президента Российской Федерации от <дата> №).

Единовременная страховая выплата производится сверх предусмотренных Федеральным законом «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» выплат (п. 5 Указа Президента Российской Федерации от <дата> №).

В соответствии с п. 6 Указа Президента Российской Федерации от <дата> № единовременная страховая выплата производится Фондом социального страхования Российской Федерации за счет межбюджетных трансфертов из федерального бюджета, предоставляемых бюджету Фонда социального страхования Российской Федерации, по результатам расследования страхового случая, проведенного в порядке, установленном трудовым законодательством Российской Федерации. Право медицинских работников (выгодоприобретателей) на получение единовременной страховой выплаты возникает со дня наступления страхового случая.

Постановлением Правительства Российской Федерации от <дата> № утверждено Положение о расследовании и учете профессиональных заболеваний.

В соответствии с данным Положением в случае смерти медицинского работника в <данные изъяты> при исполнении им трудовых обязанностей расследование проводится в соответствии с настоящим Положением, по результатам которого составляется акт о случае профессионального заболевания.

Согласно п. 30 Положения от <дата> № акт о случае профессионального заболевания является документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве.

В силу п. 32 Положения от <дата> № в акте о случае профессионального заболевания подробно излагаются обстоятельства и причины профессионального заболевания, а также указываются лица, допустившие нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил, иных нормативных актов.

Таким образом, единовременная страховая выплата производится Фондом социального страхования Российской Федерации по результатам расследования страхового случая, проведенного в порядке, установленном трудовым законодательством Российской Федерации, составления акта о случае профессионального заболевания.

Как установлено судом и не оспаривалось сторонами в ходе судебного разбирательства, право на получение единовременной страховой выплаты, связанной со смертью ФИО1 в результате заражения <данные изъяты>, при исполнении ею трудовых обязанностей в КГБУЗ «КМКБ № им. ФИО9», имела ее мать ФИО2

Однако ФИО2 не получила единовременную страховую выплату по случаю смерти дочери ФИО1, поскольку умерла <дата>, что подтверждается свидетельством о смерти серии № III-БА № от <дата>, выданным 92400063 Сухобузимским территориальным отделом агентства ЗАГС <адрес>.

Акт о случае профессионального заболевания составлен <дата>.

В соответствии со ст. 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности. Не входят в состав наследства права и обязанности, неразрывно связанные с личностью наследодателя, в частности право на алименты, право на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также права и обязанности, переход которых в порядке наследования не допускается настоящим Кодексом или другими законами. Не входят в состав наследства личные неимущественные права и другие нематериальные блага.

Как разъяснено в п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № «О судебной практике по делам о наследовании», в состав наследства входит принадлежавшее наследодателю на день открытия наследства имущество, в частности: вещи, включая деньги и ценные бумаги (ст.128 ГК РФ); имущественные права (в том числе права, вытекающие из договоров, заключенных наследодателем, если иное не предусмотрено законом или договором; исключительные права на результаты интеллектуальной деятельности или на средства индивидуализации; права на получение присужденных наследодателю, но не полученных им денежных сумм); имущественные обязанности, в том числе долги в пределах стоимости перешедшего к наследникам наследственного имущества (п. 1 ст. 1175 ГК РФ).

В п. 15 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации даны разъяснения о том, что имущественные права и обязанности не входят в состав наследства, если они неразрывно связаны с личностью наследодателя, а также если их переход в порядке наследования не допускается Гражданским кодексом Российской Федерации или другими федеральными законами (ст. 418, ч. 2 ст. 1112 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № «О применении судами законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», учитывая, что в силу ч. 2 ст.1112 ГК РФ право на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью потерпевшего, не входит в состав наследства, его наследники вправе обращаться с самостоятельными исками в суд либо вступать в процесс в порядке процессуального правопреемства (ст. 44 ГПК РФ) лишь по требованиям о взыскании фактически начисленных потерпевшему в счет возмещения вреда, но не выплаченных ему при жизни сумм.

В случае предъявления наследниками иных требований, связанных с выплатами сумм в возмещение вреда, причиненного в связи с повреждением здоровья наследодателя (например, иска о перерасчете размера возмещения вреда в связи с повышением стоимости жизни), суд вправе отказать в принятии искового заявления (п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ) или прекратить производство по делу (абз.7 ст. 220 ГПК РФ), поскольку ч. 2 ст. 1112 ГК РФ с учетом положений ст. 1183 ГК РФ исключает возможность перехода к правопреемникам прав, связанных с личностью наследодателя.

Принимая во внимание, что право на единовременные выплаты по случаю смерти медицинского работника ФИО1 в результате заражения новой <данные изъяты> при исполнении ею трудовых обязанностей в КГБУЗ «КМКБ № им. ФИО9» имела ее мать ФИО2, которая умерла <дата>, до составления акта о случае профессионального заболевания от <дата>, единовременные выплаты, предусмотренные Федеральным законом от <дата> № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», Указом Президента Российской Федерации от <дата> № «О предоставлении дополнительных страховых гарантий отдельным категориям медицинских работников», неразрывно связаны с личностью наследодателя, в состав наследства не входят, при жизни ФИО2 ОСФР по <адрес> не назначались и не выплачивались, выводы суда первой инстанции о праве ФИО3, как единственного наследника ФИО2 на получение единовременной страховой выплаты, предусмотренной подп. «а» п. 2 Указа Президента Российской Федерации от <дата> № «О предоставлении дополнительных страховых гарантий отдельным категориям медицинских работников», не основаны на законе, который исключает возможность перехода к наследнику прав, неразрывно связанных с личностью наследодателя.

Суждение суда о том, что ФИО3 по независящим от нее причинам была лишена возможности получить единовременную страховую выплату, соблюсти все правила оформления документов на ее получение, по мнению судебной коллегии, является неправомерным, поскольку право на получение единовременной выплаты по случае смерти медицинского работника, получателем которой является мать умершего медицинского работника, неразрывно связано с личностью наследодателя (матерью умершего медицинского работника) и право на его получение прекращается смертью последней. Возможность перехода в порядке наследования нереализованного наследодателем права на получение единовременной страховой выплаты, неразрывно связанной с личностью наследодателя, законом не предусмотрена.

При таких обстоятельствах решение суда в части признания за ФИО3 права на получение единовременной страховой выплаты, возложении на ОСФР по <адрес> обязанности выплатить страховые средства ФИО3 в размере 2 752 452 руб., нельзя признать законным, поскольку оно принято с существенными нарушениями норм материального права, повлиявшими на исход дела, в связи с чем подлежит отмене, одновременно с которой судебная коллегия в соответствии с ч. 2 ст. 328 ГПК РФ считает необходимым вынести в указанной части новое решение, которым отказать в удовлетворении требований ФИО3 о признании за ней права на получение единовременной страховой выплаты в размере 2 752 452 руб. по факту наступления страхового случая смерти ФИО1, <дата> года рождения, в порядке наследования, после смерти ФИО2, умершей <дата>, возложении на ОСФР по <адрес> обязанности выплатить страховые средства ФИО3 в размере 2 752 452 руб. по факту наступления страхового случая смерти ФИО1, <дата> года рождения, в порядке наследования, после смерти ФИО2, умершей <дата>.

В остальной части, а именно в части признания действий КГБУЗ «КМКБ № им. ФИО9» по установлению причин и условий смерти ФИО1, произошедшей <дата>, в результате заражения <данные изъяты> при исполнении ею трудовых обязанностей в КГБУЗ «КМКБ № им. ФИО9», выраженных в несвоевременном направлении извещения о случае профессионального заболевания медицинского работника ФИО1 – незаконными, взыскании с КГБУЗ «КМКБ № им. ФИО9» в пользу ФИО3 расходов по уплате государственной пошлины в сумме 300 руб., а также в части отказа в удовлетворении требований о признании действий Красноярского ФИО4 центра профпатологии КГБУЗ «ФИО4 клиническая больница», Управления Роспотребнадзора по <адрес>, ОСФР по <адрес> незаконными, взыскании компенсации морального вреда, решение суда не оспаривается, в связи с чем предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции в силу ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ не является. Оснований для выхода за пределы доводов апелляционной жалобы судебная коллегия не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 328, 329, 330 ГПК РФ, судебная коллегия,

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Ленинского районного суда <адрес> от <дата> в части признания за ФИО3 права на получение единовременной страховой выплаты, возложении на ОСФР по <адрес> обязанности выплатить страховые средства ФИО3 в размере 2 752 452 руб. отменить.

Принять в указанной части новое решение.

В удовлетворении требований ФИО3 о признании за ней права на получение единовременной страховой выплаты в размере 2 752 452 руб. по факту наступления страхового случая смерти ФИО1, <дата> года рождения, в порядке наследования, после смерти ФИО2, умершей <дата>, возложении на ОСФР по <адрес> обязанности выплатить страховые средства ФИО3 в размере 2 752 452 руб. по факту наступления страхового случая смерти ФИО1, <дата> года рождения, в порядке наследования, после смерти ФИО2, умершей <дата>, отказать.

В остальной части решение Ленинского районного суда <адрес> от <дата> оставить без изменения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированный текст апелляционного определения изготовлен 28.07.2023