УИД-59RS0007-01-2022-001067-95

Дело № 33-9168/2023 (2-56/2023)

Судья – Гурьева Е.П.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Пермского краевого суда в составе: председательствующего судьи Варовой Л.Н., судей Смирновой М.А., Мехоношиной Д.В. при секретаре Говорухиной Е.И. рассмотрела в открытом судебном заседании 05 сентября 2023 года гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании сделки недействительной, применения последствий недействительности сделки,

по апелляционным жалобам акционерного общества «Совкомбанк Страхование», акционерного общества «Райффайзенбанк» на решение Свердловского районного суда г. Перми от 12 мая 2023 года.

Заслушав доклад судьи Смирновой М.А., пояснения представителя истца ФИО3, представителя ответчика ФИО4, изучив материалы дела, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о признании договора купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: ****, от 20 сентября 2019 года, заключенного между С. и ФИО2 недействительным; применении последствий недействительности сделки.

В обоснование исковых требований указано, что в собственности матери истца - С. находилась квартира, расположенная по адресу: ****. В силу возраста и состояния здоровья С. состояла на учете в Пермском городском психоневрологическом диспансере с диагнозом «деменция». Согласно договору от 20 сентября 2019 года С. заключила данный договор со ФИО2 С. утверждала, что квартиру никому не продавала, денежных средств за квартиру не получала. С регистрационного учета С. не снималась. 02 декабря 2021 года С. умерла. В психоневрологическом диспансере С. назначались сильнодействующие психотропные препараты. Поведение С. ничем не отличалось от поведения здорового человека, однако она не понимала значения своих действий и не могла руководить ими.

Решением Свердловского районного суд г. Перми от 12 мая 2023 года исковые требования удовлетворены. Признан недействительным договор купли-продажи квартиры с использованием кредитных средств, расположенной по адресу: ****, заключенный 20 сентября 2019 года между С. и ФИО2 Применены последствия недействительности сделки: в наследственную массу умершей С. включена квартира, расположенная по адресу: ****. За ФИО1 признано право собственности на квартиру по адресу: ****, в порядке наследования. С ФИО1 в пользу ФИО2 взысканы денежные средства в сумме 2000000 рублей. Решение суда является основанием для исключения Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Пермскому краю записи о государственной регистрации за ФИО2 права собственности на указанную выше квартиру и регистрации права собственности на указанную квартиру за ФИО1

Не согласившись с постановленным судом решением, АО «Совкомбанк Страхование», АО «Райффайзенбанк» подали апелляционные жалобы, в которой просят решение суда отменить.

В обоснование доводов апелляционной жалобы АО «Совкомбанк Страхование» указывает, что истец, зная о дееспособности своей матери, не предприняла никаких действий по защите ее прав и уведомления третьих лиц о ее недееспособности. Полагает, что действия истца имеют признаки злоупотребления правом. Обращает внимание на то, что решение принято на основании экспертизы, которая не соответствует требованиям ст. 67 Гражданского процессуального кодекса и не может быть признана относимым и допустимым доказательством по делу. Заключение дано без учета объяснений истца от 15 февраля 2023 года, имеющихся в материалах дела, о том, что С. в юридически значимый период времени самостоятельно обслуживала себя в быту, получала пенсию ходила в магазин, ориентировалась в пространстве и времени. Объяснения истца и симптомы, записанные с ее слов на приемах у психиатра, противоречат друг другу, что не учтено в заключении экспертов. Выводы экспертизы не соответствуют обстоятельствам дела. Комиссия экспертов не ответила на все поставленные вопросы. Судом необоснованно отклонено ходатайство о назначении по делу повторной экспертизы. После ознакомления с экспертизой у заявителя возникли дополнительные вопросы, на которые необходимо было поставить на разрешение экспертам. Ответчик и третье лицо ходатайствовали о проведении повторной и дополнительной экспертизы по причине того, что возникли обоснованные сомнения в квалификации экспертов и обоснованности их выводов, а также в связи с явным противоречием экспертизы материалам дела.

В обоснование доводов апелляционной жалобы АО «Райффайзенбанк» указывает, что в настоящем случае причинения убытка истцу не произошло, так как квартира была продана по цене выше рыночной стоимости, имеет место факт реальности получения денежных средств, кредитные денежные средства поступили на счет С., за доступ к которому банк не отвечает. Считает, что истец злоупотребляет правом, недобросовестно используя формальные правовые основания для получения противоправного результата. Удовлетворение иска причиняет ущерб банку, в связи с утратой обеспечения по кредиту, заключенному на длительный срок. Обращает внимание на то, что судом не дана оценка доводам банка о пропуске срока исковой давности. Сделка заключена 20 сентября 2019 года, иск подан 10 февраля 2022 года, то есть с пропуском срока давности для оспоримой сделки в один год. Считает, что ответчик является добросовестным приобретателем, а заявитель добросовестным залогодержателем, которые не знали и не могли знать о наличии у продавца С. порока воли, тем более в договоре купли-продажи продавец заверил покупателя и банк о том, что не страдает никакими заболеваниями и не имеет никаких ограничений. Считает, что залог в отношении квартиры в пользу банка должен быть сохранен. Истцом не доказано, какие ее права нарушены оспариваемой сделкой. Существенным нарушением процессуальных норм является то, что суд признал недействительным весь договор купли-продажи, который содержал в себе ряд условий об ипотеке в пользу банка, о признании недействительной которой никто не заявлял. Судом не сделан вывод о сохранении ипотеки или об исключении условий об ипотеке при признании договора недействительным в целом. Если речь идет о признании недействительным условия об ипотеке, то банк должен быть привлечен к участию в деле в качестве ответчика.

В письменных пояснениях ответчик ФИО2 поддерживает доводы апелляционной жалобы АО «Совкомбанк Страхование», просит решение суда отменить, в иске отказать в полном объеме.

В суде апелляционной инстанции представитель истца полагает решение суда законным, в удовлетворении апелляционной жалобы просил отказать.

Представитель ответчика поддержал доводы апелляционных жалоб.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились. Учитывая, что данные лица были надлежащим образом извещены о дате времени и месте рассмотрения дела, в силу ч. 2 ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы размещена заблаговременно на интернет-сайте Пермского краевого суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", с учетом изложенного, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия находит возможным, рассмотреть дело в отсутствие указанных лиц.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения явившихся лиц, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее с учетом требований ст. 327.1 ГПК РФ, судебная коллегия не находит оснований для отмены принятого решения.

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Конституция Российской Федерации гарантирует каждому свободу экономической деятельности, включая свободу договоров, право иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами, признание и защиту указанных прав и свобод, в том числе судебную защиту, реализуемую на основе равенства всех перед законом и судом (статья 8; статья 19 части 1 и 2; статья 35 части 1 и 2; статья 45 часть 1; статья 46 часть 1).

Из названных положений Конституции Российской Федерации, предопределяющих правовое положение участников гражданского оборота, в том числе при осуществлении сделок с недвижимым имуществом, во взаимосвязи с ее статьями 15 (часть 2) и 17 (часть 3) вытекает требование о необходимости соотнесения принадлежащего лицу права собственности с правами и свободами других лиц, которое означает в том числе, что собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, если они не противоречат закону и иным правовым актам и не нарушают права и законные интересы других лиц.

Выраженные в Конституции Российской Федерации общепризнанные принципы неприкосновенности и свободы собственности, свободы договора и равенства всех собственников как участников гражданского оборота обусловливают свободу владения, пользования и распоряжения имуществом, включая возможность отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом.

Согласно статье 153 Гражданского кодекса РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с пунктом 1 статьи 549 Гражданского кодекса РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).

Согласно пункту 3 статьи 334 Гражданского кодекса РФ залог возникает в силу договора. Залог возникает также на основании закона при наступлении указанных в нем обстоятельств, если в законе предусмотрено, какое имущество и для обеспечения исполнения какого обязательства признается находящимся в залоге.

Согласно статье 167 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно статье 177 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 настоящего Кодекса (пункт 3).

Согласно статье 171 Гражданского кодекса РФ каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость.

Из материалов дела следует, что ФИО1 является дочерью С., что подтверждается свидетельством о рождении (т.1 л.д.6).

20 сентября 2019 года между С. и ФИО2 заключен договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: г. Пермь, ул. ****, с использованием кредитных средств (т. 1 л.д.7, 77).

Согласно условиям договора купли-продажи от 20 сентября 2019 года стоимость квартиры составляет 2000000 рублей, которая приобретается покупателем у продавца за счет собственных средств в размере 407000 рублей и за счет кредитных средств в размере 1593000 рублей. Часть оплаты в размере 407000 рублей производится при подписании настоящего договора наличными денежными средствами, оставшаяся часть оплаты квартиры покупателем продавцу в размере 1593000 рублей, производится с использованием безотзывного аккредитива № **, где получатель средств С.

Факт оплаты суммы 407000 рублей по договору подтверждается собственноручной подписью С. о получении денежных средств в размере 407000 рублей. Денежные средства в сумме 1593000 рублей перечислены АО «Райффайзенбанк» С. на 20 сентября 2019 года, что подтверждается аккредитивом № **, платежным поручением № 36 от 27.09.2019г., расходным кассовым ордером № 45 от 27.09.2019г. (т. 1 л.д. 74, 185-187).

20 сентября 2019 года между АО «Райффайзенбанк» и ФИО2 заключен кредитный договор № ** о предоставлении заемщику кредита в сумме 1593000 рублей, сроком на 216 месяцев. Целью кредита является приобретение недвижимого имущества, а именно квартиры расположенной по адресу: г. Пермь, ул. ****, в собственность ФИО2 (т. 1 л.д. 62-73).

Обеспечением исполнения обязательств заемщика перед банком по кредитному договору является залог (ипотека), зарегистрированный Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Пермскому краю 24 сентября 2019 года №**.

Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости, собственником квартиры расположенной по адресу: г. Пермь, ул. **** с 24 сентября 2019 года является ФИО2, на основании договора купли-продажи квартиры с использованием кредитных средств (т. 1 л.д. 59-61).

На основании полиса ипотечного страхования № ** от 20.09.2019г. АО «Совкомбанк-Страхование» застраховал гражданскую ответственность ФИО2, в том числе риск гибели (уничтожения), утраты (продажи), повреждения застрахованного имущества – квартиры, расположенной по адресу: г. Пермь, ул. ****, (т. 2 л.д. 73-74).

Согласно информации, предоставленной нотариусом ФИО5, С. умерла 02 декабря 2021 года. На основании заявления ФИО1 от 30 мая 2022 года о принятии наследства по всем основаниям и выдаче свидетельств о праве на наследство по закону, заведено наследственное дело № ** к имуществу С., а именно: квартира № ** в доме № ** по ул. **** в г. Перми; неполученная пенсия. Документов, подтверждающих принадлежность названного имущества, нотариусу представлено не было. Свидетельства о праве на наследство не выданы (т.1 л.д.217).

24 января 2022 года истец обратилась в полицию с заявлением о проведении проверки и возбуждении уголовного дела, в связи с тем, что ей причинен материальный ущерб в крупном размере, так как квартира, расположенная по адресу: г. Пермь, ул. **** была переоформлена на ФИО2, она не вошла в наследственную массу после смерти С., которая положена истице как наследнице. 29 апреля 2022 года следователем ОРПОТ Свердловского района СУ УМВД России по г. Перми вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, в связи с отсутствием состава преступления предусмотренного статье 159 Уголовного кодекса Российской Федерации и статье 306 Уголовного кодекса Российской Федерации (т. 2 л.д. 30-72).

Как следует из медицинской карты ГБУЗ ПК «Пермская краевая клиническая психиатрическая больница» С. оказывалась консультативно-лечебная помощь с мая 2019 года.

Определением Свердловского районного суда г. Перми от 1 сентября 2022 года по данному делу назначена судебная экспертиза, ее проведение поручено ГБУЗ «Пермская краевая клиническая больница».

Согласно заключению посмертной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы по имеющимся документам и иным материалам в отношении С. № 3774 от 18 ноября 2022 года, проведенной экспертами ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 ГБУЗ ПК «Пермская краевая психиатрическая больница», комиссия экспертов пришла к выводу, что у С., *** года рождения, в период оформления договора купли-продажи квартиры от 20 сентября 2019 года имелась сосудистая деменция (F01.9). Об этом свидетельствуют данные медицинской документации о наличии у нее давней сосудистой патологии с *** при прохождении обследования в мае 2019 года в виде ***. В связи с имеющимися у нее психическими расстройствами она наблюдалась психиатром, ей был установлен диагноз «***», назначалась психофармакотерапия (нейролептики, противодементные препараты). Психологический анализ материалов гражданского дела и представленной медицинской документации (результаты экспериментально-психологического обследования от 28 мая 2019 года, консультации психиатра в 2019-2020 годы) позволяет сделать вывод о том, что в интересующий суд период времени у подэкспертной С., находившейся в преклонном возрасте, на фоне нарастающей сосудистой патологии имелось значительное снижение познавательной деятельности по органическому типу (***, что в совокупности оказало существенное влияние на ее поведение в момент заключения оспариваемой сделки, нарушив свободу ее волеизъявления. Поэтому эксперты, исходя из анализа всех материалов гражданского дела, представленной медицинской документации и настоящего психолого-психиатрического исследования в целом считаю, что в юридически значимый период времени 20 сентября 2019 года в период оформления договора купли-продажи квартиры от 20 сентября 2019 года у С. имелась сосудистая деменция. При оформлении данного договора, С. была неспособна понимать значение своих действий и руководить ими (т.1 л.д.137-141).

В судебном заседании суда первой инстанции были допрошены эксперт-психиатр ФИО9, эксперт-психолог ФИО8, которые дали показания, разъясняющие выводы экспертизы.

Из показаний эксперта ФИО9 следует, что при проведении экспертизы у комиссии не было сомнений в наличии у С. диагноза ***. Такой диагноз устанавливается психиатром в ходе психиатрического исследования, беседы, в случае со С. - еще с учетом результатов экспериментального психологического обследования, проведённого в мае 2019 года. Психические нарушения С. особенно в начале заболевания проявлялись при усвоении новой информации и в рамках новой ситуации, она вполне могла рассказать о своей прошлой жизни, она этого не забыла, могла выполнять простые функции. Посторонние люди могли и не заметить наличие психических нарушений у С. Она вполне могла вести себя внешне адекватно, просто соглашаться со всеми. Неадекватное поведение характерно для психотических состояний. В данном случае в основном были нарушения памяти. В случае постановки диагноза ***: в мозге произошли органические изменения, которые являются не обратимыми и со временем только нарастают. По состоянию на июнь 2019 года диагноз *** был подтвержден, данное заболевание невозможно вылечить, можно несколько приостановить развитие. Представленных для исследования материалов было достаточно для категоричного вывода экспертов по поставленным вопросам. Показания свидетелей обычно противоречивы, выводы делаются экспертами в основном на объективных материалах, медкартах, результатах осмотров психиатра и психолога.

Разрешая спор, руководствуясь положения\ми Гражданского кодекса РФ, признав заключение комиссии экспертов ГБУЗ ПК «Пермская краевая клиническая психиатрическая больница» от 18 ноября 2022 года соответствующим требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, допустимым доказательством по делу, суд первой инстанции, принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, исходя из наличия доказательств, свидетельствующих о порочности оспариваемой сделки по основаниям статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о том, что договор купли-продажи квартиры от 20 сентября 2019 года подлежит признанию недействительным, также судом применены последствия недействительности сделки.

Судебная коллегия считает правовую позицию суда первой инстанции правильной, отвечающей установленным по делу обстоятельствам и материалам дела, выводы суда не противоречащими нормам материального права, регулирующим спорные правовые отношения, постановленными в отсутствие существенных нарушений норм процессуального права.

Юридически значимыми обстоятельствами по делу являются наличие или отсутствие психического расстройства у продавца в момент совершения сделки купли-продажи, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

В соответствии с положениями ст. ст. 56, 59, 67 ГПК РФ суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне их надлежит доказывать, оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Таким образом, в силу закона право определения доказательств, имеющих значение для дела, как и право назначения экспертизы, принадлежит исключительно суду. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

В силу статьи 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

В соответствии с абзацем 3 пункта 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 июня 2008 г. N 11 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству" во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза, например, при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (статья 177 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Следовательно, оценить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия может оценить только лица, обладающие знаниями в области психиатрии и психологии.

В соответствии со статьей 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.

Довод апелляционной жалобы о том, что экспертное заключение от 18 ноября 2022 года не может быть принято в качестве допустимого доказательства по делу, отклоняется судебной коллегией.

Судебная экспертиза проведена в порядке, установленном статьей 84 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, заключение комиссии экспертов №3774 от 18 ноября 2022 года выполнено в соответствии с требованиями статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», экспертиза проведена компетентными экспертами, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Судебная коллегия полагает, что суд первой инстанции обоснованно принял результаты экспертного заключения и не усматривает в данном случае оснований ставить под сомнение достоверность заключения судебной экспертизы.

Гражданским процессуальным законодательством предусмотрено право суда вызвать эксперта в суд для личного участия в судебном заседании и ответа на вопросы, связанные с проведенным исследованием и данным им заключением (статьи 85, 113, 168 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). 13.04.2023 года судом первой инстанции опрошены члены комиссии экспертов ГБУЗ ПК «Краевая клиническая психиатрическая экспертиза» ФИО9, ФИО8, которые дали полные и исчерпывающие ответы на все вопросы суда и лиц, участвующих в деле, о проведенном психолого-психиатрическом исследовании.

Заключение отвечает требованиям статей 59, 60 ГПК РФ поскольку содержит подробное описание проведенного исследования, ответы экспертов на поставленные судом вопросы, является достаточно ясным, полным, содержащим конкретные мотивированные выводы, основанные на анализе всех имеющихся в деле доказательств; подготовлено в ходе комплексной экспертиз), составлено специалистами, имеющими соответствующее образование и квалификацию (двое из членов комиссии обладают стажем работы свыше 27 лет, один из членов комиссии имеет стаж работы по специальности 3 года, один из членов комиссии имеет стаж работы по специальности 8 лет). При проведении экспертизы судебно-психиатрическими экспертами, применялся метод психиатрического (клинико-психопатологического) экспертного исследования (выявление и анализ симптомов психических расстройств по предоставленной документации), а также сопоставление результатов исследования материалов с юридическим критерием правовой нормы (оценка способности понимать значение своих действий и руководить ими в конкретной юридически значимой ситуации). Экспертом-психологом применялся метод психологического анализа материалов дела и медицинской документации, а также сопоставление результатов психологического анализа с юридическим критерием правовой нормы. При проведении экспертного исследования были исследованы материалы гражданского дела, то есть в совокупности экспертами собрана полная информация о подэкспертном, состоянии его здоровья как до возникновения спорной ситуации, так и в последующем, а также непосредственно в юридически значимый период, представлявшая интерес для комиссии экспертов. Не доверять заключению комиссии экспертов, в котором подробно описаны и зафиксированы признаки, характеризующие состояния здоровья С. в юридически значимый период, а также результаты исследования, у судебной коллегии оснований не имеется. Данное заключение выполнено в категоричной форме и в полной мере является логическим следствием проведенного исследования.

Оснований не доверять представленному заключению судебной экспертизы не имеется, поскольку исследование проведено комиссией, в состав которой вошли психиатры высшей квалификационной категории, со значительным стажем работы. Имеющейся в деле медицинской документации экспертами дана надлежащая оценка. Судом апелляционной инстанции отклоняются доводы апелляционной жалобы о нарушении принципов равноправия и состязательности сторон.

Иных относимых и допустимых доказательств, подтверждающих доводы о том, что в момент совершения спорного договора С. могла понимать значение своих действий и руководить ими, в нарушение положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено. Доводы апеллянтов о недостоверности, необоснованности судебной экспертизы выражают лишь субъективное мнение стороны о полноте и достоверности доказательств по делу, правильности разрешения спора и направлены по существу на иную оценку представленных доказательств и установленных судом обстоятельств,

В остальной части доводы апелляционных жалоб относительно экспертного заключения являются немотивированными, продиктованы исключительно несогласием с постановленными выводами комиссии экспертов, желанием опорочить указанное заключение в качестве относимого, допустимого и достоверного доказательства по делу.

Учитывая изложенное, заключение эксперта, подготовленное экспертами ГБУЗ «Пермская краевая клиническая больница» отвечает принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств, основания сомневаться в ее правильности отсутствуют.

В соответствии с частью 1 статьи 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами. Таким образом, в силу закона право определения обстоятельств, имеющих значение для дела, принадлежит суду первой инстанции, в связи, с чем суд первой инстанции вправе отказать в удовлетворении заявленных ходатайств и признать имеющиеся доказательства достаточными для рассмотрения дела по существу.

При таких обстоятельствах, поскольку назначение повторной и дополнительной судебных экспертиз является правом, а не обязанностью суда, с учетом того, что ответчик, третьи лица не представили доказательства в подтверждение обоснованности проведения повторной экспертизы, суд первой инстанции, с достаточной полнотой оценив основания ходатайства ответчика, третьих лиц правомерно отказал в назначении повторной и дополнительной судебных экспертиз.

То обстоятельство, что квартира приобреталась за счет, в том числе, кредитных средств, при заключении кредитного договора банком проверялись документы, не свидетельствует само по себе о правомерности сделки.

Иные доводы апелляционных жалоб о том, что судом не учтены иные доказательства, указывающие прямо или косвенно на отсутствие пороков воли С. в юридически значимый период, выражают также субъективное мнение стороны ответчика и третьих лиц, при этом каких-либо объективных доказательств, опровергающих выводы судебной экспертизы, представлено не было. При таких обстоятельствах судебная коллегия считает, что указанные в апелляционных жалобах доводы не опровергают выводов экспертов относительно отсутствия сделкоспособности С. в юридически значимый период, а также выводы суда первой инстанции.

Суд первой инстанции обоснованно удовлетворил исковые требований, поскольку порок воли при заключении оспариваемой сделки относимыми и допустимыми доказательствами у С. подтвержден, доказательств того, что С. были предприняты все действия, достоверно свидетельствующие об ее безусловном намерении воспользоваться правом на распоряжением недвижимым имуществом, в материалах дела отсутствуют.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Вместе с тем, недобросовестность поведения ФИО1 в данном случае не доказана. Довод апелляционной жалобы в указанной части являются надуманными и не подтверждаются представленными в дело доказательствами, в связи с чем, не могут быть приняты судебной коллегией в качестве оснований для отмены решения суда.

Довод апелляционной жалобы о том, что банк должен был быть привлечен к участию в деле в качестве соответчика, подлежит отклонению судебной коллегией. Требования к банку о признании договора залога, прекращении залога не были заявлены ФИО1, кредитный договор, заключенный между банком и ФИО2 истцом не оспаривался, недействительным не признавался. В силу положений части 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса РФ суд рассмотрел спор по заявленным исковым требованиям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 329 Гражданского кодекса РФ залог является одним из способов обеспечения исполнения обязательств. Основания для возникновения и прекращения залога установлены параграфом 3 главы 23 ГК РФ, положениями Федерального закона от 16.07.1998 N 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)». Из пп. 7 п. 1 ст. 352 Гражданского кодекса РФ следует, что залог прекращается в случае изъятия заложенного имущества (ст. ст. 167, 327), за исключением случаев, предусмотренных п. 1 ст. 353 настоящего Кодекса.

Согласно пункту 2 статьи 335 Гражданского кодекса Российской Федерации право передачи вещи в залог принадлежит собственнику вещи. Лицо, имеющее иное вещное право, может передавать вещь в залог в случаях, предусмотренных настоящим кодексом. Если вещь передана в залог залогодержателю лицом, которое не являлось ее собственником или иным образом не было надлежаще управомочено распоряжаться имуществом, о чем залогодержатель не знал и не должен был знать (добросовестный залогодержатель), собственник заложенного имущества имеет права и несет обязанности залогодателя, предусмотренные настоящим Кодексом, другими законами и договором залога.

Таким образом, прекращение залога - это правовые последствия признания сделки недействительной и истребования имущества в связи с этим обстоятельством. Участники спорных отношений в настоящем деле не ссылались на прекращение залога, в том числе по основаниям, содержащимся в статье 352 Гражданского кодекса РФ.

Банк был привлечен к участию в деле в качестве третьего лица, о рассмотрении дела извещался надлежащим образом, распорядился своими процессуальными правами, предусмотренными статье 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации по своему усмотрению.

Поскольку в рассматриваемом случае разрешение вопроса о действительности сделки купли-продажи, послужившей основанием для регистрации права собственности покупателя (залогодателя), поставлено в зависимость от добросовестности последнего, исходя из общего принципа равенства участников гражданских отношений (статья 1 ГК РФ) и необходимости обеспечения стабильности гражданского оборота следует исходить из того, что залогодержатель вправе самостоятельно использовать аналогичный способ защиты своего права залога, ссылаясь на собственную добросовестность. Правом на обращение со встречным иском о сохранении залога как добросовестный залогодержатель в рамках рассматриваемого спора банк не воспользовался.

Доводы жалобы о пропуске срока исковой давности также подлежит отклонению судебной коллегией. Данным доводам судом первой инстанции дана надлежащая оценка, мотивированные выводы суда содержатся в обжалуемом судебном постановлении, оснований для переоценки данных выводов судебная коллегия не усматривает.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", наследники вправе обратиться в суд после смерти наследодателя с иском о признании недействительной совершенной им сделки, в том числе по основаниям, предусмотренным ст. 177, 178 и 179 ГК РФ, если наследодатель эту сделку при жизни не оспаривал, что не влечет изменения сроков исковой давности, а также порядка их исчисления.

Вопрос о начале течения срока исковой давности по требованиям об оспоримости сделки разрешается судом исходя из конкретных обстоятельств дела и с учетом того, когда наследодатель узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Из пояснений судебного эксперта ФИО9 следует, что согласно описания психического статуса при осмотре С. психиатром очевидно, что ее состояние ухудшалось от осмотра к осмотру, уровень интеллекта и памяти не восстанавливается даже при лечении, заболевание является неизлечимым, что свидетельствует о том, что С. с учетом своего психического состояния после совершения ею указанного договора дарения не могла осознавать наличие возможности оспорить его в судебном порядке. Истец при жизни С. не была наделена правом обращения в суд с данным иском, исковое заявление было подано ФИО1 10.02.2022 года, то есть через два месяца после смерти С. С учетом изложенного, выводы суда первой инстанции, что на дату подачи искового заявления ФИО1 срок исковой давности не пропущен, являются правильными.

В целом доводы апелляционных жалоб не содержат правовых оснований к отмене решения суда, по существу сводятся к выражению несогласия с произведенной судом оценкой представленных по делу доказательств, не содержат фактов, не проверенных и не учтенных судом первой инстанции при рассмотрении дела и имеющих юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияющих на обоснованность и законность судебного постановления, либо опровергающих выводы суда первой инстанции.

Существенных нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену решения суда в соответствии со статьей 330 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия не усматривает.

Руководствуясь статьями 199, 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Свердловского районного суда г. Перми от 12 мая 2023 года оставить без изменения, апелляционные жалобы акционерного общества «Совкомбанк Страхование», акционерного общества «Райффайзенбанк» – без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 12.09.2023г.