Апелляционное определение по делу № 22-927/2023 от 14.09.2023.

Судья Криворотова М.В. дело № 22-927/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Салехард 14 сентября 2023 года

Судебная коллегия по уголовным делам суда Ямало-Ненецкого автономного округа в составе:

председательствующего Палея С.А.,

судей Коршунова И.М. и Трумма А.Р.,

при секретаре судебного заседания Бибиковой Д.Д.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Ильина И.А., а также апелляционным жалобам адвоката Левицкого П.Л. и осуждённого ФИО1 на приговор Новоуренгойского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 19 мая 2023 года, постановленный с участием присяжных заседателей, по которому

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ <адрес>, гражданин РФ, несудимый,

осуждён:

- по ч. 4 ст. 111 УК РФ (по факту причинения смерти ФИО7) к 9 годам 6 месяцам лишения свободы;

- по ч. 4 ст. 111 УК РФ (по факту причинения смерти ФИО8) к 9 годам лишения свободы;

- по ч. 1 ст. 2221 УК РФ к 3 годам лишения свободы со штрафом в размере 20 000 рублей.

На основании чч. 3, 4 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путём частичного сложения назначенных наказаний, окончательно ФИО1 назначено 16 лет лишения свобод с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, со штрафом в размере 20 000 рублей.

Срок отбывания наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

На основании п. «а» ч. 31 ст. 72 УК РФ зачтено ФИО1 в срок лишения свободы время его содержания под стражей с 25 октября 2022 года дл вступления приговора в законную силу из расчёта один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Приговором также разрешены вопросы о мере пресечения и судьбе вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Палея С.А., доложившего материалы дела и доводы апелляционных жалоб и представления, выступление прокурора Сидоровой Т.В., поддержавшей доводы апелляционного представления, мнение защитника Ивановой Н.Я., полагавшей необходимым вынести реабилитирующее решение, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Вердиктом присяжных заседателей ФИО1 признан виновным в:

- умышленном причинении тяжкого вреда здоровью ФИО7, опасного для жизни человека, с применением предметов, используемых в качестве оружия, повлекшего по неосторожности смерть последнего;

- умышленном причинении тяжкого вреда здоровью ФИО8, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть последней;

- незаконном хранении взрывчатых веществ.

Преступления совершены им в <адрес> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В суде первой инстанции ФИО1 свою вину не признал.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Ильин И.А. не соглашается с состоявшимся судебным решением. Считает, что вопросы, поставленные перед присяжными заседателями, не соответствуют требованиям ч. 2 ст. 339 УПК РФ. В частности, по мнению автора представления, вопрос № 10 содержит в себе объединение первого и второго вопросов, что является недопустимым. Указывает, что вердиктом присяжных заседателей не были установлены обстоятельства, указывающие на разграничение ударов, нанесённых потерпевшим, которые состоят в прямой причинно-следственной связи с их смертью, нет сведений о характеристике предметов, которыми данные удары были нанесены, а также о локализации их нанесения. Отмечает, что присяжными не был определён мотив совершения преступления, который был указан в приговоре. Просит приговор отменить, направить уголовное дело на новое рассмотрение.

В апелляционной жалобе адвокат Левицкий П.Л. считает, что по делу допущены существенные нарушения уголовного и уголовно-процессуального законов, повлиявшие на исход дела. Настаивает, что первоначальные показания ФИО1 дал под давлением сотрудников полиции в состоянии крайней усталости, поэтому они не могли быть представлены коллегии присяжных заседателей. Приводя собственный анализ исследованных доказательств, настаивает, что его подзащитный наносил удары ФИО7 в состоянии необходимой обороны. Заявляет, что в нарушение требований ч. 4 ст. 146 УПК РФ ФИО1 не уведомили о возбуждении в отношении него уголовного дела. Просит приговор в части осуждения ФИО1 за совершение двух преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 111 УК РФ, отменить, оправдать его подзащитного.

В апелляционной жалобе осуждённый ФИО1 также считает, что приговор не соответствует требованиям уголовно-процессуального законодательства, а его вина в инкриминируемых преступлениях не нашла своего подтверждения. Просит судебное решение отменить или смягчить наказание.

Ввозражениях заместитель прокурора г. Новый Уренгой Ямало-Ненецкого автономного округа ФИО2 находит приговор законным и обоснованным, а назначенное осуждённому наказание - справедливым и соразмерным содеянному.

Обсудив доводы апелляционных жалоб и представления, выслушав мнения сторон, судебная коллегия приходит к следующему.

После постановления приговора, но до рассмотрения уголовного дела в суде апелляционной инстанции осуждённый ФИО1 2 августа 2023 года скончался в помещении ИВС ОМВД России по г. Новый Уренгой, что подтверждается исследованными в судебном заседании справкой отдела ЗАГС г. Салехард службы ЗАГС Ямало-Ненецкого автономного округа от 13 сентября 2023 года.

В соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное уголовное дело подлежит прекращению ввиду смерти подозреваемого или обвиняемого, за исключением случаев, когда производство по уголовному делу необходимо для реабилитации умершего.

С учётом того, что по настоящему уголовному делу постановленный в отношении ФИО1 обвинительный приговор обжалован его защитником - адвокатом Левицким П.Л., а также самим осуждённым, настаивающими на его невиновности в совершении некоторых инкриминируемых ему преступлений, судебная коллегия находит необходимым рассмотреть настоящее уголовное дело в апелляционном порядке в целях проверки наличия оснований для возможной реабилитации ФИО1

Проверив материалы уголовного дела, судебная коллегия находит, что постановленный с участием присяжных заседателей приговор соответствует требованиям уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

Нарушений уголовно-процессуального закона в процессе предварительного расследования дела, на стадии предварительного слушания и в ходе судебного разбирательства по данному делу не допущено.

Из протокола судебного заседания видно, что формирование коллегии присяжных заседателей было проведено с соблюдением требований ст.ст. 327, 328 УПК РФ.

Сторонам было разъяснено право заявления отводов кандидатам в присяжные заседатели и предоставлена возможность задать каждому из кандидатов в присяжные заседатели вопросы, которые связаны с выяснением обстоятельств, препятствующих участию лица в качестве присяжного заседателя в рассмотрении данного уголовного дела. Это право было реализовано сторонами в полном объёме.

Судебное следствие было проведено председательствующим с учётом требований ст. 335 УПК РФ, определяющей его особенности в суде с участием присяжных заседателей, их полномочиями, установленными ст. 334 УПК РФ. Председательствующим было предоставлено всем участникам уголовного судопроизводства слово для вступительного заявления об изложении перед присяжными заседателями позиции по предъявленному ФИО1 обвинению и о порядке исследования доказательств.

Особенности рассмотрения уголовного дела судом с участием присяжных заседателей и юридические последствия вердикта, а также порядок и пределы обжалования приговора подсудимому были разъяснены. В связи с чем, доводы осуждённого и его адвоката о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела проверке не подлежат.

Принципы беспристрастности председательствующего, состязательности и равноправия сторон были также соблюдены.

Вопреки доводам жалобы адвоката, в присутствии присяжных заседателей были исследованы только допустимые доказательства, полученные с соблюдением требований уголовно-процессуального закона; заявленные сторонами ходатайства, в том числе о признании ряда доказательств недопустимыми, были правильно рассмотрены председательствующим в отсутствие коллегии присяжных заседателей, принятые судом по результатам рассмотрения этих ходатайств решения надлежащим образом мотивированы и обоснованы, не согласиться с ними у судебной коллегии нет оснований.

Доказательства, не имеющие значения для установления фактических обстоятельств дела, доказанность которых устанавливается присяжными заседателями, в судебном заседании не исследовались, вопросы, не имеющие отношения к делу, а равно реплики, характеризующие личности погибших и подсудимого, обоснованно снимались председательствующим.

Несогласие стороны защиты с принятыми председательствующим решениями по заявленным ходатайствам не свидетельствуют о предвзятости последнего и его обвинительном уклоне.

Председательствующий обосновано допустил к исследованию с участием присяжных заседателей показаний подсудимого ФИО1, которые тот давал в ходе предварительного следствия (т. 3 л.д. 9-22, л.д. 34-42). Признавая их допустимыми доказательствами, суд первой инстанции правильно исходил из того, что показания даны осуждённым добровольно и неоднократно, в присутствии защитника, то есть в условиях, исключающих какое-либо незаконное воздействие на него. ФИО1 перед допросом были разъяснены его процессуальные права, в том числе право не свидетельствовать против самого себя, а также разъяснена возможность использования его показаний в качестве доказательств. Каких-либо замечаний по окончании допросов осуждённым не заявлено. Таким образом, нарушений уголовно-процессуального закона при проведении следственных действий, судебная коллегия, как и суд первой инстанции не усматривает.

Прения сторон с участием присяжных заседателей также были проведены в соответствии со ст.ст. 292, 336 УПК РФ, в пределах вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями, без оказания какого-либо негативного воздействия на присяжных заседателей. Как видно из протокола судебного заседания стороны, в том числе и государственный обвинитель, в обоснование своей позиции правильно ссылались на доказательства, которые были признаны судом допустимыми и которые были исследованы в судебном заседании. Государственный обвинитель в своём выступлении, анализируя исследованные в судебном заседании доказательства, высказал свою точку зрения о доказанности вины подсудимого в совершении инкриминируемых ему деяний, равно как и сторона защиты высказала свою позицию относительно недоказанности виновности подсудимого. При этом председательствующий обоснованно, во избежание оказания на присяжных заседателей негативного воздействия, прерывал осуждённого и его защитника, когда они выходили за рамки своих прав, предоставленных уголовно-процессуальным законом, и правильно обращал внимание на недопустимость таких высказываний.

Обсуждение проекта вопросного листа и содержание вопросов, поставленных на разрешение присяжным заседателям, в целом соответствует требованиям ст. 338 и 339 УПК РФ.

Председательствующим были сформулированы в письменном виде вопросы, подлежащие разрешению присяжными заседателями, и переданы сторонам. Стороны высказали свои замечания по содержанию и формулировке вопросов и внесли свои предложения об их уточнении. Замечания и предложения сторон были выслушаны председательствующим, после чего в совещательной комнате вопросы были окончательно сформулированы. Вопросный лист был составлен в соответствии с предъявленным подсудимому обвинением и с учётом результатов судебного следствия. Аргументы апелляционного представления в данной части не нашли своего подтверждения.

Следует отметить, что сторона обвинения была согласна с формулировкой вопросов, поставленных на разрешение присяжным заседателям, своих предложений суду не высказала (т. 5 л.д. 158). Присяжным заседателям сформулированные председательствующим вопросы также были понятны, за дополнительным разъяснением они не обращались.

Вопреки доводам апелляционного представления, существенных нарушений требований ст. 339 УПК РФ при формулировании вопроса № 10 не допущено.

В соответствии с ч. 2 ст. 339 УПК РФ в вопросном листе возможна постановка одного основного вопроса о виновности подсудимого, являющегося соединением вопросов, указанных в ч. 1 ст. 339 УПК РФ. Из вопросного листа видно, что по преступлению, предусмотренному ч. 1 ст. 2221 УК РФ, председательствующий в одном вопросе соединил не три основных вопроса, а только два - доказано ли, что деяние имело место и доказано ли, что это деяние совершил подсудимый (вопрос № 10), а вопрос о виновности ФИО1 в этом деянии сформулировал отдельно (вопрос № 11).

Однако допущенное судом отступление от правил, указанных в ст. 339 УПК РФ, не привело к искажению поставленных перед присяжными заседателями вопросов, неясности вопросного листа или постановленного вердикта, а также не повлияло на ответы присяжных заседателей. Вопреки доводам апелляционного представления, такая постановка вопросов не предопределила ответ коллегии присяжных заседателей на вопрос № 11, потому что факт совершения лицом каких-либо действий, ещё не означает виновности этого лица, о чём было разъяснено председательствующим судьёй коллегии присяжных заседателей в напутственном слове (т. 5 л.д. 174). Сам ФИО1 и его защитник не оспаривали виновность осуждённого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 2221 УК РФ, в том числе в своих апелляционных жалобах.

В соответствии с ч. 1 ст. 38917 УПК РФ основанием к отмене судебного решения являются не любые нарушения требований уголовно-процессуального закона, а только такие, которые повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения. С учётом этого, допущенное судом объединение двух основных вопросов по деянию, квалифицированному по ч. 1 ст. 2221 УК РФ, в один вопрос не может служить основанием для отмены приговора, так как это не повлияло и не могло повлиять на законность и обоснованность осуждения ФИО1 по указанному преступлению.

Не усматривает судебная коллегия и нарушений судом требований ч. 3 ст. 348 УПК РФ. Действительно, при описании преступных деяний, квалифицированных по ч. 4 ст. 111 УК РФ, судом указан мотив преступлений (личные неприязненные отношения), а также разграничено количество ударов, от которых потерпевшим были причинены телесные повреждения, состоящие в прямой причинной связи с наступлением их смерти и не состоящие в причинной связи со смертью, в то время как такие обстоятельства в вердикте присяжных заседателей не отражены (указано только общее количество ударов, нанесённых потерпевшим).

Вместе с тем, присяжные заседатели дали утвердительные ответы на первый, второй и третий вопросы о доказанности нанесения потерпевшему ФИО7 не менее 22 ударов руками, стеклянной бутылкой и стеклянной банкой в область головы, туловища, верхних и нижних конечностей, а также не менее 120 ударов руками в область лица, головы, туловища, верхних и нижних конечностей потерпевшей ФИО8, и в виновности осуждённого ФИО1 в этом (т. 4 л.д. 108-113). Присяжные заседатели также посчитали доказанным, что в результате указанных действий ФИО1 каждому потерпевшему были причинены множественные телесные повреждения, конкретный перечень которых указан в вердикте и совпадает с описанием по каждому потерпевшему в приговоре.

Таким образом, данные присяжными заседателями ответы не препятствовали председательствующему по делу судье на основании установленных коллегией присяжных заседателей фактических обстоятельств дела дать надлежащую юридическую оценку содеянного ФИО1 и в том числе с учётом установленных телесных повреждений самостоятельно разграничить количество ударов, которые привели к образованию у потерпевших телесных повреждений, состоящих в причинной вязи с наступлением смерти и не состоящих в такой связи с наступлением смерти.

Поскольку установление мотива совершения преступлений в данном случае на квалификацию содеянного не влияет, ссылка суда на наличие у ФИО1 личной неприязни к потерпевшим не влияет на законность и обоснованность постановленного приговора, а потому не может повлечь отмену состоявшегося судебного решения по доводам представления.

Напутственное слово председательствующего соответствует положениям ст. 340 УПК РФ. Каких-либо данных, свидетельствующих о нарушении председательствующим принципа объективности и беспристрастности, а также об искажении исследованных в судебном заседании доказательств и позиции сторон, из текста напутственного слова не усматривается.

Нарушений уголовно-процессуального закона при вынесении вердикта по делу не установлено. Вердикт коллегии присяжных заседателей является ясным, понятным и непротиворечивым, соответствует требованиям ст. 348 и ст. 351 УПК РФ.

Правовая оценка действиям ФИО1 судом дана в соответствии с фактическими обстоятельствами, установленными вердиктом коллегии присяжных заседателей, и позицией государственного обвинителя по делу, своё решение суд надлежащим образом мотивировал, оснований не согласиться с ним, а также для переквалификации действий осуждённого по двум преступлениям, предусмотренным ч. 4 ст. 111 УК РФ и по ч. 1 ст. 2221 УК РФ, не имеется.

Наказание ФИО1 назначено в соответствии со ст.ст. 6, 43, 60, 61, 62, 65 УК РФ, с учётом всех смягчающих обстоятельств. Суд обоснованно не усмотрел оснований для применения к осуждённому положений ч. 6 ст. 15, ст.ст. 64, 73 УК РФ, надлежаще мотивировав своё решение.

Поскольку в ходе рассмотрения уголовного дела судом апелляционной инстанции не было установлено данных, свидетельствующих о необоснованности выводов суда о причастности умершего ФИО1 к совершению инкриминированных ему преступлений или об ошибочности их правовой оценки как преступлений (ч. 5 ст. 348 УПК РФ), судебная коллегия не находит оснований для принятия решения о реабилитации последнего. Вместе с тем, по смыслу положений п. 4 ч. 1 ст. 24 и ст. 3891 УПК РФ, судебная коллегия не вправе оставить без изменения обвинительный приговор, постановленный в отношении лица, которое скончалось после провозглашения приговора. В силу приведённых норм уголовно-процессуального закона постановленный в отношении ФИО1 обвинительный приговор подлежит отмене, а уголовное дело в отношении него - прекращению в связи с его смертью.

Также в соответствии со ст.ст 81-82 УПК РФ судебная коллегия полагает необходимым разрешить судьбу вещественных доказательств.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 38913, 38920, 38928 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Новоуренгойского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 19 мая 2023 года в отношении ФИО1 отменить, производство по делу прекратить на основании п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи со смертью осуждённого.

Вещественные доказательства:

- смыв с руки, вырез обоев, вырез с кофты, следы рук на 5 отрезках, одеяло, тряпку, трусы, наволочку - уничтожить;

- три ёмкости с сыпучим веществом порох - передать в ОЛРР Управления Росгвардии по г. Новый Уренгой, Тазовскому и Красноселькупскому районам Ямало-Ненецкого автономного округа для принятия решения в соответствии с Федеральным законом от 13 декабря 1996 года №150-ФЗ «Об оружии»;

- куртку, кроссовки, мобильный телефон «Realme» С11 - вернуть по принадлежности наследникам ФИО1, а в случае невостребованности уничтожить.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путём подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, с соблюдением требований статьи 4014 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 40110- 40112УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий подпись

Судьи: подписи