Решение по делу № 2-1622/2025 от 08.12.2025 - о признании решения незаконным, возложении обязанности включить в стаж периоды, перерасчете пенсии, взыскании компенсации морального вреда.

Дело № 2-1622/2025

УИД 34RS0003-01-2025-002234-98

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

24 ноября 2025 года г. Волгоград

Кировский районный суд города Волгограда в составе:

председательствующего судьи Павловой Л.В.,

при секретаре судебного заседания Королевой А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Волгоградской области о признании решения незаконным, возложении обязанности включить в стаж периоды, перерасчете пенсии, взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в суд с иском к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по <адрес> о признании решения незаконным, возложении обязанности включить в стаж периоды, перерасчете пенсии, взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований указала, что <ДАТА> ФИО2 обратилась с заявлением в Центр ПФР № по установлению пенсий в <адрес> о назначении страховой пенсии по старости. По результатам рассмотрения ее заявления было получено решение от <ДАТА> №, на основании которого истцу отказано в назначении страховой пенсии по старости по причине отсутствия величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере 18,6 требуемого для определения права на пенсию в 2020 году в соответствии с п.3 ст.35 Федерального закона от <ДАТА> N 400-ФЗ «О страховых пенсиях». Истец считает, что ИПК на момент вынесения решения ответчиком в размере 11,447 определен неверно. В стаж, для определения ИПК должны быть засчитаны периоды по уходу за детьми, а именно с <ДАТА> по <ДАТА> год и с <ДАТА> по <ДАТА> год. При этом, как усматривается из спорного решения, вышеуказанные периоды не включены совсем, что является нарушением ее пенсионных прав. Полагает, что решение ответчика незаконное, необоснованное и подлежащее отмене.

Ссылаясь на указанные обстоятельства с учетом уточненных исковых требований просила:

- признать незаконным решение Центра ПФР № по установлению пенсий в <адрес> об отказе в установлении пенсии № от <ДАТА>.

- признать право за ФИО2 на получение страховой пенсии по старости с <ДАТА>.

- обязать Отделение Фонда пенсионного и социального страхования РФ по <адрес> включить ФИО2 в страховой стаж периоды по уходу за детьми с <ДАТА> по <ДАТА> год и с <ДАТА> по <ДАТА> год в перерасчет пенсии по старости за период с <ДАТА> по <ДАТА> год.

- обязать Отделение Фонда пенсионного и социального страхования РФ по <адрес> включить ФИО2 в страховой стаж периоды по уходу за детьми с <ДАТА> по <ДАТА> год в перерасчет пенсии по старости за период с <ДАТА> год.

- обязать Отделение Фонда пенсионного и социального страхования РФ по <адрес> произвести ФИО2 перерасчет пенсии по старости за период с <ДАТА> и выплатить недоплаченную страховую пенсию по старости за указанный период.

- взыскать с Отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по <адрес> в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 80000 рублей.

В судебном заседании представители истца ФИО2 - ФИО7, ФИО6 доводы уточненного искового заявления поддержали, просили иск удовлетворить.

В судебном заседании представитель ОСФР по <адрес> ФИО3 возражала против удовлетворения исковых требований, просила в иске отказать.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.

На основании ст. 167 ГПК РФ суд находит возможным рассмотреть гражданское дело в отсутствие неявившихся лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства.

Выслушав явившихся лиц, суд приходит к следующему.

Выслушав явившихся лиц, исследовав письменные доказательства по делу, суд считает, что исковые требования ФИО2 подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Конституция Российской Федерации, гарантируя каждому социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (статья 39, часть1), относит определение порядка реализации данного конституционного права, в том числе установление видов пенсий и оснований приобретения права на них отдельными категориями граждан, к компетенции законодателя (статья 39, часть 2).

Основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии установлены Федеральным законом от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях».

Исходя из положений, предусмотренных приложением 6 к Закону № 400-ФЗ, право на назначение пенсии является отложенным, а именно гражданам, достигшим в 2020 г. возраста, установленного по состоянию на 31 декабря 2018 г. частью 1 статьи 8 вышеназванного правового акта (для женщин — 55 лет), страховая пенсия по старости назначается не ранее 12 месяцев от даты достижения такого возраста.

В соответствии с частью 3 статьи 10 Федерального закона от 03.10.2018 № 350-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам назначения и выплаты пенсий" гражданам, которые указаны в части 1 статьи 8, пунктах 19 - 21 части 1 статьи 30, пункте 6 части 1 статьи 32 Закона № 400-ФЗ и которые в период с 1 января 2019 г. по 31 декабря 2020 г. достигнут возраста, дающего право на страховую пенсию по старости (в том числе на ее досрочное назначение) в соответствии с законодательством Российской Федерации, действовавшим до 1 января 2019 г., либо приобретут стаж на соответствующих видах работ, требуемый для досрочного назначения пенсии, страховая пенсия по старости может назначаться ранее достижения возраста либо наступления сроков, предусмотренных соответственно приложениями 6 и 7 к указанному Федеральному закону, но не более чем за шесть месяцев до достижения такого возраста либо наступления таких сроков.

В соответствии со ст.8 Федерального закона «О страховых пенсиях» от 28.12.2013 №400-ФЗ право на страховую пенсию по старости имеют женщины, достигшие возраста 55 лет 06 месяцев, при наличии не менее 11 лет страхового стажа и величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 18,6 на 2020 год (с учетом переходных положений, предусмотренных п.3 ст.35 Федерального закона «О страховых пенсиях» от 28.12.2013 №400-ФЗ).

Таким образом, женщинам ДД.ММ.ГГГГ г.р. страховая пенсия по старости может быть назначена не ранее достижения возраста 55 лет 6 мес. при наличии ИПК не менее 18,6.

Пунктом 3 ч.1 ст.12 Федерального закона «О страховых пенсиях» от 28.12.2013 №400-ФЗ предусмотрено, что в страховой стаж наравне с периодами работы и (или) иной деятельности, которые предусмотрены статьей 11 данного федерального закона, засчитывается период ухода одного из родителей за каждым ребенком до достижения им возраста полутора лет, но не более шести лет в общей сложности.

В силу ст.256 ТК РФ по заявлению женщины ей предоставляется отпуск по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО1 находилась в отпуске по уходу за первым ребенком с 27.05.1984 год по 26.11.1985 год и за вторым ребенком с 19.04.1991 года по 18.10.1992 год.

До введения в действие Закона РФ от 25.09.1992 года № 3543-I «О внесении изменений и дополнений в Кодекс законов о труде РСФСР» статья 167 КЗоТ РСФСР предусматривала включение периода нахождения в отпуске по уходу за ребенком в стаж работы по специальности для назначения пенсии по выслуге лет.

Постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 22 января 1981 г. «О мерах по усилению государственной помощи семьям, имеющим детей» были установлены частично оплачиваемый отпуск по уходу за ребенком до достижения им возраста одного года и дополнительный отпуск без сохранения заработной платы по уходу за ребенком до достижения им возраста полутора лет.

В соответствии с пунктом 2 постановления Совета Министров СССР и ВЦСПС от 22 августа 1989 г. N 677 «Об увеличении продолжительности отпусков женщинам, имеющим малолетних детей» с 1 декабря 1989 г. повсеместно продолжительность дополнительного отпуска без сохранения заработной платы по уходу за ребенком была увеличена до достижения им возраста трех лет. Указанный дополнительный отпуск подлежал зачету в общий и непрерывный стаж, а также в стаж работы по специальности.

С принятием Закона Российской Федерации от 25 сентября 1992 г. №3543-1 «О внесении изменений и дополнений в Кодекс законов о труде РСФСР» (вступил в силу 6 октября 1992 г.) период нахождения женщины в отпуске по уходу за ребенком перестал включаться в стаж работы по специальности в случае назначения пенсии на льготных условиях. Таким образом, период нахождения женщины в отпуске по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет подлежал зачету в общий и непрерывный стаж, а также в специальный стаж работы по специальности в соответствии со статьей 167 КЗоТ РФ до внесения изменений в данную норму закона, то есть до 6 октября 1992 г.

Пунктом 27 Постановления Пленума ВС РФ от 11.12.2012 № 30 (ред. от 28.05.2019) «О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии» которым предусмотрено, что при разрешении споров, возникших в связи с включением женщинам в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, периода нахождения их в отпуске по уходу за ребенком, судам следует исходить из того, что если указанный период имел место до 6 октября 1992 года (времени вступления в силу Закона Российской Федерации от 25 сентября 1992 года № 3543-1 «О внесении изменений и дополнений в Кодекс законов о труде Российской Федерации», с принятием которого период нахождения в отпуске по уходу за ребенком не включается в специальный стаж работы в случае назначения пенсии на льготных условиях), то он подлежит включению в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, независимо от момента его окончания (до или после этой даты).

При этом суд также исходит из того, что согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной по жалобе гражданина С., в Определении Конституционного Суда РФ N 320-О от 5 ноября 2002 г., при разрешении вопроса о включении в стаж, дающий право на назначение пенсии за выслугу лет, отпуска по уходу за ребенком, следует руководствоваться нормами законодательства, регулировавшими данные отношения до момента введения в действие закона, ухудшающего положение работника и лишающего его права, приобретенного по ранее действовавшему законодательству. Правовые отношения, связанные с приобретением специального трудового (льготного) стажа, как правило, завершаются до наступления пенсионного возраста. Принимая то или иное решение, гражданин ориентируется на нормы, определяющие продолжительность его специального трудового стажа и правовые последствия, наступающие при наличии необходимого по длительности трудового стажа (общего и специального), предусмотренные действующим на этот период законодательством.

Кроме того, Конституционный Суд РФ в Постановлении от 29 января 2004 года № 2-П, со ссылкой на Постановление от 24 мая 2001 года № 8-П и Определение от 05 ноября 2002 года № 320-О, указал на то, что в отношении граждан, приобретших пенсионные права до введения нового правового регулирования, сохраняются ранее приобретенные права на пенсию в соответствии с условиями и нормами законодательства Российской Федерации, действовавшего на момент приобретения права.

Таким образом, разрешая заявленные требования ФИО2 о возложении обязанности на ОСФР по <адрес> включить в страховой стаж периоды по уходу за детьми суд, учитывая правовую позицию, изложенную Конституционным Судом РФ по делу по жалобе гражданина С. в Определении №-О от <ДАТА>, о том, что, внося изменения в действующее правовое регулирование, оказывающее неблагоприятное воздействие на правовое положение граждан, законодатель должен при этом обеспечить соблюдение конституционных требований, в частности, вытекающих из принципа поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, придание обратной силы закону, ухудшающему положение граждан, и тем самым отмена для этих лиц права, приобретенного ими в соответствии с ранее действовавшим законодательством и реализуемого в конкретных правоотношениях, несовместимы с требованиями, вытекающими из ст. ст. 1 ч. ч. 1, 2, 18, 54 (ч. 1), ст. 55 (ч. ч. 2, 3) и ст. 57 Конституции РФ.

Период по уходу за ребенком истцу был предоставлен в то время, когда данные периоды включались в трудовой стаж для назначения пенсии и с учетом того, что право на данный период у истца возникло до <ДАТА>, то в силу требований закона ее положение не может быть ухудшено с введением нового правового регулирования, и за ней сохраняется ранее приобретенное право на страховую пенсию по старости в соответствии с условиями и нормами законодательства Российской Федерации, действовавшего на момент приобретения права.

Учитывая изложенное, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к вывод о необходимости включения в страховой стаж истцу ФИО2 с <ДАТА> периодов по уходу за детьми с <ДАТА> по <ДАТА> год и с <ДАТА> по <ДАТА> год.

Доводы представителя ответчика о том, что истцом произведена замена совпадающих по времени периодов стажа и иных периодов отклоняются судом как не состоятельные, поскольку опровергаются законодательством, действующим в период времени нахождения ФИО2 в отпуске по уходу за детьми.

Оснований для удовлетворения иска в остальной части суд не усматривает.

Согласно части 2 статьи 35 Закона № 400-ФЗ продолжительность страхового стажа, необходимого для назначения страховой пенсии по старости, предусмотренная частью 2 статьи 8 настоящего Федерального закона (6 лет страхового стажа), начиная с <ДАТА> ежегодно увеличивается на один год согласно приложению 3 к данному Федеральному закону. При этом необходимая продолжительность страхового стажа определяется на день достижения возраста, предусмотренного статьей 8 указанного Федерального закона.

В соответствии с частью 3 статьи 35 Закона № 400-ФЗ с <ДАТА> страховая пенсия по старости назначается при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента не ниже 6,6 с последующим ежегодным увеличением на 2,4 до достижения величины индивидуального пенсионного коэффициента 30. При этом необходимая величина индивидуального пенсионного коэффициента при назначении страховой пенсии по старости определяется на день достижения возраста, предусмотренного статьей 8 данного Федерального закона.

Таким образом, в 2020 году в соответствии с частью 1 статьи 8 Закона № 400-ФЗ право на страховую пенсию по старости предоставлено женщинам по достижении ими возраста 55 лет 6 мес. при наличии страхового стажа не менее 11 лет и величины индивидуального пенсионного коэффициента (далее – ИПК) не менее 18,6.

Размер страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии) определяется на основании соответствующих данных, имеющихся в распоряжении органа, осуществляющего пенсионное обеспечение, по состоянию на день, в который этим органом выносится решение об установлении страховой пенсии, установлении и о перерасчете размера фиксированной выплаты к страховой пенсии в соответствии с нормативными правовыми актами, действующими на этот день (часть1 статьи 18 Закона № 400-ФЗ).

Поскольку ИПК на дату обращения 18,6 не достигнут, при, этом при обращении с заявлением в 2020 году ФИО2 не были представлены документы, подтверждающие факт рождения детей, оснований для удовлетворения иска в части признания незаконным решения Центра ПФР № по установлению пенсий в <адрес> об отказе в установлении пенсии № от <ДАТА>, признания за ФИО2 права на получение страховой пенсии по старости с <ДАТА>, возложении обязанности на ответчика произвести перерасчет пенсии по старости за период с <ДАТА> и выплатить недоплаченную страховую пенсию по старости за указанный период, суд не усматривает.

Что касается требований о компенсации морального вреда в размере 80000 рублей, то суд исходит из следующего.

В соответствии со ст.56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте п.3 ст.123 Конституции РФ и ст.12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Пунктом 37 Постановления Пленума ВС РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» установлено, что "моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит компенсации за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования при установлении виновности этих органов власти, их должностных лиц в совершении незаконных действий (бездействии) за исключением случаев, установленных законом.

На основании части первой статьи 151 ГК РФ суд вправе удовлетворить требование о компенсации морального вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) государственных органов, органов местного самоуправления, должностных лиц этих органов, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага.

Моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления и их должностных лиц, нарушающих имущественные права гражданина, исходя из норм статьи 1069 и пункта 2 статьи 1099 ГК РФ, рассматриваемых во взаимосвязи, компенсации не подлежит. Вместе с тем моральный вред подлежит компенсации, если оспоренные действия (бездействие) повлекли последствия в виде нарушения личных неимущественных прав граждан. Например, несоблюдение государственными органами нормативных предписаний при реализации гражданами права на получение мер социальной защиты (поддержки), социальных услуг, предоставляемых в рамках социального обслуживания и государственной социальной помощи, иных социальных гарантий, осуществляемое в том числе в виде денежных выплат (пособий, субсидий, компенсаций и т.д.), может порождать право таких граждан на компенсацию морального вреда, если указанные нарушения лишают гражданина возможности сохранять жизненный уровень, необходимый для поддержания его жизнедеятельности и здоровья, обеспечения достоинства личности.

Поскольку вышеуказанных обстоятельств в рамках рассмотрения дела судом не установлено, материалы дела не содержат относимых и допустимых доказательств, подтверждающих нарушения личных неимущественные прав ФИО2, либо посягающих на принадлежащие ей нематериальные блага, оснований для удовлетворения иска в части компенсации морального вреда не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 №) к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Волгоградской области (№) о признании решения незаконным, возложении обязанности включить в стаж периоды, перерасчете пенсии, взыскании компенсации морального вреда, - удовлетворить частично.

Включить в страховой стаж ФИО1 с <адрес> года периоды по уходу за детьми с <адрес>

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Волгоградской области о признании решения незаконным, возложении обязанности включить в стаж периоды, перерасчете пенсии, взыскании компенсации морального вреда, - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в Волгоградский областной суд через Кировский районный суд г. Волгограда.

Мотивированный текст решения изготовлен 08.12.2025

Судья /подпись/ Л.В. Павлова

«КОПИЯ ВЕРНА»Судья Павлова Л.В._____________Секретарь судебного заседания Кировского районного суда г.Волгограда Королева А.А._____________________08.12.2025

подлинник документа находится в

Кировском районном суде города Волгограда

в материалах дела № 2-1622/2025

УИД 34RS0003-01-2025-002234-98