Судья Мирко О.Н. Дело № 22-3792/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

24 августа 2023 года г.Барнаул

Суд апелляционной инстанции Алтайского краевого суда в составе:

председательствующего Друзя С.А.,

судей Бердникова С.В., Тараховой Г.П.,

при помощнике судьи Архиповой Е.Ф.,

с участием прокурора Киреенко С.А.,

оправданного ФИО1,

адвоката Голышева Б.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Дроздова Е.С. на приговор Завьяловского районного суда Алтайского края от 16 июня 2023 года, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГ рождения, уроженец <адрес>, несудимый,

- оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления, за оправданным признано право на реабилитацию.

Гражданский иск, заявленный администрацией <данные изъяты> сельсовета <данные изъяты>, о взыскании с ФИО1 ущерба, причинённого преступлением, оставлен без рассмотрения.

Разрешены вопросы о мере пресечения, о судьбе арестованного имущества и вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Бердникова С.В., выступления участников судебного заседания, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ :

органом предварительного следствия ФИО1 обвинялся в том, что занимая должность председателя СПК <данные изъяты>, в результате совершения в период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ последовательных преступных действий, путём обмана и злоупотребления доверием сотрудников администрации <данные изъяты> сельсовета, членов Общего собрания СПК <данные изъяты> и главного бухгалтера С.В.Н., с использованием своего служебного положения председателя СПК <данные изъяты>, незаконно приобрёл право на имущество муниципального образования <данные изъяты> сельсовет в виде 19 земельных долей в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером – ***, стоимостью 3 899 028 рублей, что является особо крупным размером, тем самым причинил собственнику имущества материальный ущерб на указанную сумму.

Приговором суда ФИО1 по предъявленному ему обвинению оправдан в связи с отсутствием в деянии состава преступления, на основании п.3 ч.2 ст.302 УПК РФ.

В ходе предварительного расследования и в судебном заседании ФИО1 вину в совершении преступления не признал.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Дроздов Е.С. просит приговор отменить в связи с несоответствием изложенных в нем выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, существенным нарушением уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона; дело направить на новое судебное разбирательство в ином составе суда.

Ссылается на то, что судом не выполнены требования ст.ст. 297,305, 87,88 УПК РФ, Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 № 55 « О судебном приговоре».

Полагает, что вывод суда о том, что стороной обвинения не представлено совокупности доказательств, подтверждающих наличие умысла у ФИО1 на совершение преступления, не соответствует исследованным в судебном заседании доказательствам; наличие такового, направленного на приобретение путем обмана и злоупотреблением доверием, с использованием своего служебного положения, права на находящиеся в муниципальной собственности 19 земельных долей подтверждается показаниями самого ФИО1 о том, что он желал приобрести данные земельные доли в свою личную собственность, причем его довод о том, что данной землей пытались завладеть третьи лица, несостоятелен, поскольку корпоративный спор возник только в ДД.ММ.ГГ; показаниями представителя потерпевшего Б.Е.В. о том, что ФИО1 выразил желание приобрести 19 земельных долей в свою личную собственность по льготной цене за 584854 рубля 20 копеек; показаниями свидетеля Р.С.Н., который говорил ФИО1, что единственный путь, чтобы приобрести эти земельные доли является их приобретение сельскохозяйственной организацией, а потом реализацией ей же непосредственно ФИО1, как физическому лицу.

Судом необоснованно данные доказательства не приняты во внимание и приняты показания ФИО1 о возникновении намерений выкупить земельные доли у СПК <данные изъяты> после приобретения данных долей у муниципалитета.

Делает акцент на том, что наличие прямого умысла у ФИО1 свидетельствует тот факт, что кроме указанных 19 земельных долей в собственность СПК <данные изъяты> земли или земельные доли никогда не приобретались, также факт отчуждения земельных долей состоялся через непродолжительный период времени, спустя 7 месяцев после приобретения. О корыстном мотиве указывает характер обманных действий по приобретению земельных долей по выкупной цене, которая значительно меньше кадастровой и рыночной стоимости; обманные действия заключались в предоставлении ложных сведений в муниципальный орган о том, что правлением СПК <данные изъяты> был рассмотрен вопрос о покупке 19 земельных долей, изготовление С.В.Н. протокола Правления СПК <данные изъяты> о единогласном принятии решения о приобретении этих долей и справки, что сделка по купле-продажи не является крупной, что подтверждается показаниями свидетелей: М.Ю.И., З.А.М., З.Д.В., Ш.В.В., К.В.А., З.Е.В., Ш.А.Ф., С.В.Н., которая изготовила договор купли-продажи земельной доли в праве общей долевой собственности на земельный участок от ДД.ММ.ГГ, принадлежащую Кооперативу земельную долю.

Выражает несогласие с выводом суда о том, что предоставленная ФИО1 в администрацию <данные изъяты> сельсовета информация о рассмотрении вопроса о приобретении земельных долей правлением СПК <данные изъяты> хотя и не соответствовала действительности, но какого-либо юридического значения для продавца не имела, поскольку без предоставления ФИО1 протоколов членов правления СПК, регистрация права собственности на 19 земельных долей не была бы осуществлена, муниципалитет не лишился на них права собственности, а ФИО1 не имел бы в дальнейшем, согласно преступному плану, возможности зарегистрировать данное право на свое имя; что в объем предъявленного обвинения не вменялось несообщение им Б.Е.В. о намерении впоследствии выкупить земельные доли у СПК.

Считает, что способом незаконного приобретения ФИО1 права на муниципальное имущество явился обман в форме умолчания об истинных намерениях ФИО1 приобрести их в личную собственность.

Вывод суда об отсутствии в деянии ФИО1 состава преступления, в связи с тем, что договор купли-продажи земельных долей между СПК <данные изъяты> и администрацией <данные изъяты> сельсовета от ДД.ММ.ГГ не был оспорен в суде, недействительным не признан, сделки купли-продажи были заключены в соответствии с действующим законодательством РФ, не соответствует фактическим обстоятельствам уголовного дела. Так, привлечение к уголовной ответственности за мошенничество, совершенное под прикрытием правомерной гражданско-правовой сделки, возможно в случае, если будет доказано, что заключая такую сделку, лицо действовало умышленно, преследуя цель хищения имущества и приобретения права на него.

При этом формальное соблюдение при указанных обстоятельствах ФИО1 порядка заключения сделки купли-продажи не является основанием для его освобождения от уголовной ответственности, поскольку уход виновных лиц от уголовной ответственности под прикрытием гражданско-правовой сделки не допускается, что соответствует позиции Конституционного суда РФ, высказанной в постановлении от 11.12.2014 № 32-П, и определении от 26.10.2021 № 2179-О.

Не согласен с выводом суда о не причинении ущерба муниципальному образованию <данные изъяты>, поскольку согласно п. 4 ст. 12 Федерального закона от 24.07.2002 № 101-ФЗ «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения» земельные доли, находящиеся в муниципальной собственности, могут быть реализованы исключительно сельскохозяйственным организациям и крестьянским (фермерским) хозяйствам, использующим земельный участок, находящийся в долевой собственности. В соответствии со статьей 1 закона Алтайского края от 14.03.2003 № 8-ЗС « О регулировании отдельных отношений в области оборота земель сельскохозяйственного назначения» предоставление гражданам и юридическим лицам в собственность земельных участков из земель сельскохозяйственного назначения, находящихся в государственной или муниципальной собственности, производится только с 01.01.2052.

Таким образом, автор представления делает вывод о том, что ФИО1 не имея законных оснований для приобретения права собственности, в результате реализации своего преступного плана, обманным путем, незаконно приобрел право на имущество муниципального образования <данные изъяты> сельсовет в виде 19 земельных долей в праве общей собственности на земельный участок с кадастровым номером ***, а муниципалитет лишился этого права. Согласно кадастровой выписки Филиала ФГБУ « ФКП Росреестра» по Алтайскому краю от ДД.ММ.ГГ кадастровая стоимость 19 земельных долей составляет 3899028 рублей. Кроме того, согласно заключению эксперта от ДД.ММ.ГГ ***, рыночная стоимость 19 земельных долей по состоянию на ДД.ММ.ГГ составляет 1 665 000 рублей, на ДД.ММ.ГГ составляет 1 677 000 рублей, ФИО1 же обманным путем приобрел права собственности на земельные доли по выкупной цене 584854 рубля 20 копеек, которая значительно меньше как кадастровой, так и рыночной стоимости этих земельных долей.

Считает, что суд необоснованно не принял во внимание доказательства, предоставленные стороной обвинения, взял за основу только показания ФИО1, оценку договоров купли-продажи на соответствие требованиям федерального законодательства, что повлекло постановление оправдательного приговора.

Кроме того, судом не дана оценка действиям ФИО1 по ст. 201 УК РФ, который отчуждая 19 земельных долей за 584854 рубля 20 копеек, при их кадастровой стоимости 3 8999028 рублей и рыночной стоимости 1 677 000 рублей, в обход установленного действующим законодательством и Уставом Кооператива порядка, реализовал их в свою пользу, тем самым причинив существенный вред правам и законным интересам членам СПК <данные изъяты> и данной организации в целом.

В возражениях на апелляционное представление прокурора оправданный ФИО1 и адвокат Голышев Б.В. просят оставить апелляционное представление без удовлетворения, а приговор суда без изменения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления и возражений, суд апелляционной инстанции принимает следующее решение.

Согласно ч.2 ст.297 УПК РФ приговор суда признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

В соответствии с ч.4 ст.302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного заседания виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.

В силу ч.2 ст.302 УПК РФ оправдательный приговор постановляется, если не установлено событие преступления, подсудимый не причастен к совершению преступления, в деянии подсудимого отсутствует состав преступления.

Согласно ст.305 УПК РФ в описательно-мотивировочной части оправдательного приговора излагаются существо предъявленного обвинения, обстоятельства, установленные судом, основания оправдания подсудимого и подтверждающие их доказательства, мотивы, по которым суд отвергает представленные стороной обвинения доказательства.

По настоящему делу эти требования закона судом соблюдены.

В приговоре отражено существо предъявленного обвинения, перечислены и оценены все имеющиеся доказательства, которым дан подробный анализ.

Выводы суда об отсутствии в действиях ФИО1 состава преступления, вопреки доводам представления, соответствуют установленным в судебном заседании обстоятельствам по делу и основаны на всесторонне, полно и объективно проверенных в судебном заседании доказательствах, представленных стороной обвинения и защиты.

Как установлено в судебном заседании и отражено в приговоре, на основании решения Общего собрания учредителей сельскохозяйственного производственного Кооператива <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГ, а также приказа Кооператива *** от ДД.ММ.ГГ ФИО1 назначен председателем СПК <данные изъяты>, расположенного по <адрес>.

ДД.ММ.ГГ администрацией <данные изъяты> сельсовета в соответствии с п. 4 ст. 12 Федерального закона от 24.07.2002 № 101-ФЗ «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения» в газете <данные изъяты> *** опубликовано извещение о возможности приобретения в собственность сельскохозяйственными организациями и крестьянскими (фермерскими) хозяйствами из категории земель сельскохозяйственного назначения, находящихся в муниципальной собственности 19 земельных долей в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером ***, расположенный в границах земельного округа <данные изъяты> сельсовет <данные изъяты>, каждая доля по цене 15 процентов от кадастровой стоимости.

В период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ глава <данные изъяты> сельсовета Б.Е.В., достоверно осведомлённая об использовании СПК <данные изъяты> в своей сельскохозяйственной деятельности земельного участка с кадастровым номером ***, уведомила ФИО1, как руководителя данного юридического лица, о возможности приобретения в собственность СПК <данные изъяты> вышеуказанных земельных долей по льготной цене.

В период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ, ФИО1 подписал и направил в администрацию <данные изъяты> сельсовета, ответ на письмо от ДД.ММ.ГГ, которым сообщил в указанный муниципальный орган недостоверную информацию о том, что правлением СПК <данные изъяты> был рассмотрен вопрос о покупке 19 земельных долей из категории земель сельскохозяйственного назначения в праве общей долевой собственности на данный земельный участок и принято решение о согласии на покупку данных долей.

Фактически правлением СПК <данные изъяты>, состоявшим из 9 членов, вопрос о приобретении указанных долей не рассматривался, что подтверждается показаниями свидетелей С.В.Н., З.А.И., М.Ю.И., З.Д.В., К.В.В., З.Е.В., Ш.В.В.

ДД.ММ.ГГ в дневное время глава администрации <данные изъяты> сельсовета Б.Е.В., находясь в помещении многофункционального центра по <адрес>, представляя интересы <данные изъяты> сельсовета, заключила с СПК <данные изъяты> в лице его председателя ФИО1 договор *** купли-продажи, предметом которого явились 19 земельных долей, с оценкой 4978 баллогектаров общей стоимостью 584 854 рубля 20 копеек. ДД.ММ.ГГ сотрудниками Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Алтайскому краю, произведена государственная регистрация перехода права собственности муниципального образования <данные изъяты> сельсовет в пользу СПК <данные изъяты> этих долей.

ДД.ММ.ГГ СПК <данные изъяты> перечислил денежные средства в сумме 584 854 рубля 20 копеек с назначением платежа «оплата за право общей долевой собственности на земельный участок согласно договора *** от ДД.ММ.ГГ НДС не облагается».

Таким образом, сделка купли-продажи земельных долей между администрацией <данные изъяты> сельсовета и СПК <данные изъяты> полностью исполнена.

С момента регистрации перехода права, то есть с ДД.ММ.ГГ, у СПК <данные изъяты> возникло право собственности на указанные земельные доли, соответственно с указанного момента право собственности муниципального образования <данные изъяты> на указанные доли прекратилось.

Суд апелляционной инстанции полагает, что суд первой инстанции, исследовав представленные доказательства и оценив их в совокупности, обоснованно пришел к выводу об отсутствии в действиях ФИО1 инкриминированного ему преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ.

Так, ФИО1 по существу предъявленного ему обвинения пояснил, что занимает должность председателя СПК <данные изъяты> с момента реорганизации кооператива из ТОО до настоящего времени, до момента реорганизации так же являлся руководителем данного предприятия. В ДД.ММ.ГГ он являлся председателем кооператива. В фактическом пользовании СПК <данные изъяты> с момента образования находится земельный участок с кадастровым номером ***. В ДД.ММ.ГГ из объявления в газете узнал, что администрация <данные изъяты> сельсовета продаёт 19 земельных долей указанного выше земельного участка, после чего он обратился к главе администрации сельсовета Б.Е.В., пояснив ей в устном разговоре, что он желает купить земельные доли. Б.Е.В. пояснила ему, что земельные доли не могут быть проданы ему лично. После этого в СПК <данные изъяты> поступило письмо администрации <данные изъяты> сельсовета с предложением купить 19 земельных долей, находящихся в указанном земельном участке. Вопрос о приобретении земельных долей был рассмотрен на еженедельной планёрке, на которой присутствовали члены правления и специалисты кооператива, возражений по поводу приобретения земельных долей не поступило. На таких планёрках в СПК <данные изъяты> всегда рассматривались все вопросы правления. Позднее он направил в администрацию информацию о согласии СПК <данные изъяты> приобрести земельные доли, дал указание главному бухгалтеру подготовить необходимый пакет документов, которые были подготовлены, подписаны им и главным бухгалтером СПК <данные изъяты>, в том числе протокол правления с решением о приобретении земельных долей. Пакет документов был передан кем-то из работников СПК <данные изъяты> в администрацию, работниками которой был подготовлен договор купли-продажи земельных долей, который он ДД.ММ.ГГ подписал в помещении МФЦ в <адрес>. В составлении договора купли-продажи он участия не принимал, цену земельных долей определяли работники администрации <данные изъяты> сельсовета. На момент заключения договора купли-продажи он не имел намерения в дальнейшем выкупить у СПК <данные изъяты> приобретаемые земельные доли. Расчёт по договору купли-продажи земельных долей с администрацией <данные изъяты> сельсовета СПК <данные изъяты> произвёл полностью, перечислив сумму, указанную в договоре. Обманывать кого-либо при заключении договора с администрацией <данные изъяты> сельсовета он не намеревался, впоследствии ДД.ММ.ГГ выкупил данные земельные доли в личную собственность у СПК <данные изъяты>. Решения общего собрания членов кооператива по поводу приобретении или продажи земельных долей не было.

Вышеназванные показания ФИО1, вопреки доводам представления, надлежаще оценены судом и признаны достоверными, поскольку согласуются с другими доказательствами по делу, в том числе с показаниями представителя потерпевшего Б.Е.В. о том, что земельные доли, которые были проданы СПК <данные изъяты>, до продажи на баланс администрации <данные изъяты> сельсовета не принимались. Все условия сделки купли-продажи земельных участков определялись работниками администрации <данные изъяты> сельсовета на основании законодательства без участия ФИО1 Для заключения сделки от СПК <данные изъяты> были затребованы Устав предприятия, полномочия руководителя, выписка из ЕГРЮЛ, предоставленные сведения были достоверными. Какие-либо права на земельные доли после их продажи у администрации <данные изъяты> сельсовета отсутствовали. В суд по поводу оспаривания сделки купли-продажи к СПК <данные изъяты> администрация <данные изъяты> сельсовета не обращалась. Решение общего собрания СПК <данные изъяты> либо решение правления для заключения договора купли-продажи земельных долей она у ФИО1 не запрашивала. Также с показаниями свидетелей: С.В.Н. о том, что она составила протокол собрания правления, фактически приобретение земельных долей обсуждалось на планёрке, но собрания правления из 9 членов не было, при этом вопрос о приобретении земельных долей члены правления обсуждали. Согласно Уставу СПК <данные изъяты> числилось 9 членов правления, однако они не внесли паевые взносы, поэтому были исключены из членов правления. Она и ФИО1 являлись единственными членами СПК <данные изъяты>, в связи с этим другие члены в собрании участия не принимали. Заместитель председателя СПК Ш.В.В. подписал подготовленную ею справку о том, что сделка купли-продажи земельных долей не является крупной. В протоколе правления она указала о единогласном голосовании членов правления за приобретение земельных долей; Б.Е.М. о том, что она занималась оформлением земельных долей, проект договора купли-продажи между администрацией и СПК <данные изъяты> готовила она. Стоимость земельных долей она определила в соответствии с Законом «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения» на основании кадастровой выписки от ДД.ММ.ГГ, расчет был указан в договоре; Р.С.Н. о том, что он объяснил ФИО1, что невостребованные доли по закону может купить либо глава КФХ, либо организация, которая фактически использует эти земельные доли за 15% от кадастровой стоимости, при этом если СПК купит эти земли, потом решением собрания одобрит, то они могут продать земельный участок кому угодно.

Оснований не доверять показаниям названных свидетелей у суда не имелось, так как эти показания логичны, взаимосвязаны между собой, подтверждаются другими собранными по делу письменными материалами по делу.

Вопреки доводам представления, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что предоставленная ФИО1 в администрацию <данные изъяты> сельсовета информация о рассмотрении вопроса о приобретении земельных долей правлением СПК <данные изъяты> какого-либо юридического значения иметь не могла, поскольку в силу пункта 6 части 2 статьи 20 Федерального закона от 08.12.1995 № 193-ФЗ «О сельскохозяйственной кооперации» к исключительной компетенции общего собрания членов кооператива относятся рассмотрение и принятие решений по вопросам отчуждения земли и основных средств производства кооператива, их приобретению.

При этом из показаний свидетелей Ш.А.Ф., М.Ю.И., З.Д.В., З.Е.В., К.В.А., Ш.В.В. следует, что они не были бы против приобретения земельных долей у сельсовета, что является жизненной необходимостью для кооператива. Из показаний свидетеля Ш.В.В. также следует, что Кооперативу без разницы у кого арендовать землю, стоимость аренда для всех одинаковая, главное, чтобы земля не ушла от Кооператива, потому что земля это рабочие места, животноводство, корма и всё прочее.

Ссылка в представлении прокурора на показания Б.Е.В., Р.С.Н. о том, что ФИО1 интересовался, каким образом можно приобрести у сельсовета земельные доли не может свидетельствовать об изначальном плане, указанном в обвинении у ФИО1 об их покупке для СПК <данные изъяты>, а также в дальнейшем и выкупе их в свою собственность.

Как следует, из показаний Б.Е.В. в ходе судебного заседания она полагает, что ущерб сельсовету причинен в момент перехода права собственности на землю от СПК к физическому лицу ФИО1 В случае отказа приобрести земельные доли СПК <данные изъяты> в 15 % от кадастровой стоимости, администрация в течение года должна была замежевать земельный участок в счет выделенных земельных долей и предоставить земельный участок в аренду на общих основаниях. При этом продать этот земельный участок не имели права в соответствии со ст. 1 Закона Алтайского края от 14.03.2003 № 8-ЗС « О регулировании отдельных отношений в области оборота земель сельскохозяйственного назначения», согласно которому предоставление гражданам и юридическим лицам в собственность земельных участков из земель сельскохозяйственного назначения, находящихся в государственной или муниципальной собственности, производится только с 01.01.2052.

Исходя из содержания текста договора купли-продажи 19 земельных долей, заключённого ДД.ММ.ГГ между СПК и сельсоветом следует, что в нём отсутствуют какие-либо условия отмены сделки в будущем, при наступлении определенных условий или запрете дальнейшей перепродажи этих долей. Стороны не ставили прекращение прав и обязанностей в зависимость от обстоятельства, относительно которых неизвестно, наступит оно или не наступит. Никакого запрета на последующий оборот указанных 19 земельных долей, включая и продажу третьему лицу, в договоре согласовано не было. Таким образом, достоверно установлено, что в соответствии со ст. 157 ГК РФ в договоре купли-продажи, на основании которого земельные доли перешли от муниципалитета к СПК, не было отменительных условий.

Поскольку законодательством не предусмотрено запрета на отчуждение юридическим лицом, приобретшим земельные доли в соответствии с положениями ч.4 ст. 12 Федерального закона от 24.07.2002 № 101 « Об обороте земель сельскохозяйственного назначения», в том числе физическим лицам, СПК <данные изъяты> был вправе после приобретения права собственности распорядиться принадлежащими земельными долями по своему усмотрению, но с соблюдением требований п.6 ч.2 ст. 20 Федерального закона от 08.12.1995 № 193-ФЗ « О сельскохозяйственной кооперации».

Ссылка Б.Е.В. на то, что если бы она знала о желании приобрести в дальнейшем эти земельные доли ФИО1, то не стала бы осуществлять данную сделку, не могут быть приняты во внимание, поскольку действующее законодательство не обязывает юридическое лицо, заключающего договор о покупке земельных долей, информировать муниципальный орган о своих последующих намерениях по поводу распоряжения приобретаемыми земельными долями. В связи с этим довод прокурора о том, что способом незаконного приобретения ФИО1 муниципального имущества явился обман в форме умолчания об истинных намерениях приобрести имущество в личную собственность, является несостоятельным.

В силу ч.2 ст. 432 ГК РФ, договор считается заключенным, если между сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Для договора купли-продажи земельных долей существенными условиями являются наименование товара, количество и цена, по которым между сторонами достигнуто соглашение. При этом проект договора был подготовлен продавцом. Формирование условий сделки, то есть наименование, количество и цена, а также иных условий, происходило без участия со стороны покупателя СПК <данные изъяты>. В силу положений статьи 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену). Таким образом, у покупателя есть право согласится с условиями договора и обязанность оплатить цену договора, после его заключения. Все условия договора были исполнены, претензий по сделке у сторон не имелись.

В связи с этим суд апелляционной инстанции не может согласиться с доводами представления о формальном соблюдении ФИО1 сделки, которая по мнению прокурора была мнимой или что оправданный прикрывал свои действия гражданско-правовой сделкой, о чем судом приведены исчерпывающие суждения в приговоре, с которыми суд апелляционной инстанции полностью соглашается. При этом сделка между администрацией <данные изъяты> сельсовета и СПК <данные изъяты> по продаже земельных долей соответствовала требованиям законодательства, была исполнена полностью со стороны СПК <данные изъяты>, денежные средства в размере стоимости земельных долей, определенные администрации <данные изъяты> сельсовета ей были перечислены СПК <данные изъяты> в полном объёме.

Также не имеется оснований согласиться и с доводами прокурора о каком-либо причиненном ущербе муниципальному образованию Глубоковский сельсовет. При этом согласно п. 4 ст. 12 Федерального закона от 24.07.2002 № 101-ФЗ «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения» земельные доли, находящиеся в муниципальной собственности, могут быть реализованы исключительно сельскохозяйственным организациям и крестьянским (фермерским) хозяйствам, использующим земельный участок, находящийся в долевой собственности. Продать земельные доли, кроме как за 15 % от кадастровой стоимости, в соответствии с положениями закона, муниципалитет не мог. Также является необоснованным и заявленный иск муниципального образования <данные изъяты> сельсовет о взыскании с ФИО1 3 314173 рублей, разницей между кадастровой стоимостью земельных долей и оплатой СПК <данные изъяты>, то есть фактически упущенную выгоду при сделке, поскольку по смыслу закона при оценке ущерба может учитываться лишь реально причиненный ущерб.

Кроме того, доводы представления о наличии корыстного мотива у ФИО1 при осуществлении сделки купли-продажи земельных долей у сельсовета являются надуманными, своего подтверждения материалами дела не находят. Не является свидетельством такового и то обстоятельство, что ФИО1 были приобретены земельные доли спустя 7 месяцев после осуществления договора-купли продажи с сельсоветом.

По смыслу уголовного закона субъективная сторона мошенничества заключается в прямом умысле и корыстной цели. В содержание умысла входит намерение получить чужое имущество или право на имущество путем обмана либо злоупотреблением доверием.

Данных признаков преступления судом первой инстанции не установлено, поскольку ущерб муниципальному образованию <данные изъяты> сельсовет <данные изъяты>, действиями ФИО1 не причинен, хищение имущества потерпевшего путем обмана и злоупотреблением доверием не совершено, суд первой инстанции сделал правильный вывод об отсутствии в действия ФИО1 инкриминированного преступления.

Также не являются обоснованными и доводы представления о том, что судом не дана оценка действиям ФИО1 по ст. 201 УК РФ, поскольку в соответствии с положениями ч.3 ст. 15 УПК РФ суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или защиты; в соответствии со ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению; органом предварительного расследования не вменялось ФИО1 причинение ущерба самому СПК <данные изъяты>.

Оснований подвергать сомнению правильность данных выводов суда первой инстанции суд апелляционной инстанции не находит.

Изложенные в апелляционном представлении доводы государственного обвинителя о том, что выводы суда ошибочны, судом не приняты во внимание представленные стороной обвинения доказательства, на основании которых он просит отменить оправдательный приговор, являются несостоятельными.

Как видно из приговора, суд оценил доказательства согласно требований ст.88 УПК РФ. В соответствии с положениями ст.49 Конституции РФ и ст.14 УПК РФ, все неустранимые сомнения в виновности верно истолкованы судом в пользу ФИО1 и в отношении него правомерно постановлен оправдательный приговор.

Иные доводы, на которые обращено внимание в апелляционном представлении, не влияют на законность и обоснованность состоявшегося судебного решения, в связи с чем отклоняются как несостоятельные.

Суд апелляционной инстанции не усматривает в приговоре каких-либо существенных противоречий, а также формулировок, ставящих под сомнение факт невиновности оправданного. Ссылка в приговоре лишь как на представленное стороной обвинения в качестве доказательства виновности ФИО1 заявление членов СПК <данные изъяты> о незаконности сделки между Кооперативом и ФИО1 (л. 17 приговора) и указание об отсутствии заявления самого СПК <данные изъяты> (л. 42) не свидетельствует о противоречии, а тем более не дает основание расценивать данную формулировку, как сомнение о невиновности оправданного.

Таким образом, вопреки доводам представления, приговор соответствует требованиям закона, в том числе положениям ст.ст. 297, 305 УПК РФ, а также Постановлению Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2016 № 55 « О судебном приговоре».

Оснований не согласиться с принятым решением суд апелляционной инстанции не находит.

Нарушений уголовно-процессуального закона, которые могут повлиять на правосудность оправдательного приговора в отношении ФИО1, не имеется.

Руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд

ОПРЕДЕЛИЛ :

приговор Завьяловского районного суда Алтайского края от 16 июня 2023 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционное представление прокурора - без удовлетворения.

Апелляционное определение и приговор вступают в законную силу со дня вынесения апелляционного определения и могут быть обжалованы в кассационном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции, постановивший приговор, в течение шести месяцев со дня вступления их в законную силу. В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подаются непосредственно в указанный суд кассационный инстанции.

Председательствующий С.А. Друзь

Судьи С.В. Бердников

Г.П. Тарахова