Решение по делу № 2А-213/2022 от 26.08.2022 | Железнодорожный районный суд г. Самары (Самарская область)

Дело №2а-213/2022

УИД 63RS0044-01-2021-007135-87

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

26 августа 2022 года г.о. Самара

Железнодорожный районный суд г.о. Самары в составе

председательствующего судьи Чирковой Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Шуваркиной Т.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело №2а-213/2022 по административному исковому заявлению ФИО1 к Управлению МВД России по г. Самаре, МВД России, ИВС УМВД России по г. Самаре, заместителю начальника УМВД России по г. Самаре ФИО2 о взыскании компенсации за нарушение условий содержания,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Железнодорожный районный суд г. Самары с административным иском о взыскании компенсации за нарушение условий содержания, в обоснование заявленных требований указав, что в период с ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ периодически находился под стражей в изоляторе временного содержания УМВД России по г. Самаре, не соответствующих требованиям санитарно-эпидемиологического законодательства, противопожарной безопасности, также нарушены условия содержания в части оказания медицинской помощи и предоставлении медикаментов, необходимость принятия которых обусловлена наличием хронических заболеваний, не соблюдены требования личной гигиены, отсутствует вентиляция. По изложенным основаниям, ссылаясь на то, что длительное пребывание в таких условиях привело к обострению хронических заболеваний, с учетом уточнений требований, ФИО1 с учетом уточнения требований просил суд признать незаконными бездействия начальника ИВС УМВД России по г. Самаре ФИО2, выразившиеся в незаконном содержании ФИО1 в ИВС, неоказании медицинской помощи, в не соблюдении санитарных и противопожарных требований, взыскать компенсацию из расчета 15 000 рублей за каждые сутки незаконного содержания в ИВС, и 30 000 рублей за первые 10 дней за нарушения содержания, выявленных прокуратурой г.Самары.

В ходе рассмотрения дела к участию в деле в качестве административных соответчиков были привлечены: МВД РФ, ИВС УМВД г. Самара, сотрудники ИВС УМВД ФИО3 ФИО4, ФИО2, в качестве заинтересованных лиц УФСИН России по Самарской области, ФКУЗ МСЧ-63 ФСИН России.

В судебном заседании по ВКС истец поддержал исковые требования по основаниям, изложенным в описательной части решения, дополнил, что считает срок на обращение в суд с данным иском не пропущенным.

Представители административных ответчиков УМВД России по г. Самаре, МВД Росси, ФИО5, ФИО6 возражая против иска, представила письменный отзыв, в которых указала, что условия содержания и конвоирования истца ИВС УМВД России по г.Самаре, соответствовали требованиям закона, нарушений прав истца не допущено.

Представитель заинтересованного лица ФКУЗ МСЧ-63 ФСИН России, УФСИН России по Самарской области по доверенности ФИО7, в судебном заседании просила в иске отказать, представила письменный отзыв.

В судебном заседании 07.07.2022 г. в качестве свидетелей были допрошены заместитель начальника ИВС ФИО8 и медицинский работник ИВС ФИО9, который дали последовательные правдивые показания суду, указав, что ФИО1 содержассля в ИВС по г. Самаре с ДД.ММ.ГГГГ г., нарушений содержания не выявлено, представили на обозрение суду оригиналы медицинского журнала и журнала вывода из камер лиц, содержащихся в ИВС.

Информация о принятии административного иска ФИО1, дне, времени и месте судебного разбирательства своевременно и надлежащим образом размещена на официальном сайте Железнодорожного районного суда г. Самары посредствам информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Учитывая требования статей 96, 150 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее по тексту – КАС РФ), пункта 1 статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, положения статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, гарантирующие равенство всех перед судом, в соответствии с которыми неявка лица в суд есть его волеизъявление, свидетельствующее об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в разбирательстве, а потому не является преградой для рассмотрения дела, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Руководствуясь статьями 150, пунктом 6 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее – КАС РФ), суд полагает возможным рассмотреть административное дело в отсутствие не явившихся лиц, неявка которых не препятствует рассмотрению дела по существу.

Заслушав пояснения сторон, свидетелей проверив материалы административного дела и обоснованность заявленных требований, оценив представленные доказательства по правилам статьи 84 КАС РФ, суд находит основания для частичного удовлетворения заявленных требований ФИО1.

Оказывая истцу помощь в сборе доказательств, судом из всех учреждений истребованы сведения от ответчиков по условиям содержания административного истца.

Согласно ст.1, 3 КАС РФ основанием для принятия решения суда о признании незаконным действий (бездействий) является одновременно, как их несоответствие закону или иному правовому акту, так и нарушение гражданских прав и охраняемых законом интересов гражданина.

В соответствии с пунктом 1 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Обязанность доказывания обстоятельств, указанных в пунктах 1 и 2 части 9 настоящей статьи, возлагается на лицо, обратившееся в суд, а обстоятельств, указанных в пунктах 3 и 4 части 9 и в части 10 настоящей статьи, - на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие) (пункт 11 статьи 226 КАС РФ).

Никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию (статья 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04.11.1950).

Согласно пункту 1 статьи 17 Конституции РФ в РФ признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию. Никто не может быть без добровольного согласия подвергнут медицинским, научным или иным опытам (статья 21 Конституции РФ).

Порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, регулируются Федеральным законом от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" и конкретизированы в Правилах внутреннего распорядка изолятора временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных Приказом МВД России от 22 ноября 2005 года N 950.

В соответствии со статьей 4 Федерального закона от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей (далее - подозреваемые и обвиняемые).

Согласно статье 3 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04 ноября 1950 года и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

В соответствии с разъяснениями Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания", право на свободу и личную неприкосновенность является неотчуждаемым правом каждого человека, что предопределяет наличие конституционных гарантий охраны и защиты достоинства личности, запрета применения пыток, насилия, другого жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения или наказания (статьи 17, 21 и 22 Конституции Российской Федерации).

Возможность ограничения указанного права допускается лишь в той мере, в какой оно преследует определенные Конституцией Российской Федерации цели, осуществляется в установленном законом порядке, с соблюдением общеправовых принципов и на основе критериев необходимости, разумности и соразмерности, с тем чтобы не оказалось затронутым само существо данного права.

Помещение в места принудительного содержания и перемещение физических лиц в транспортных средствах должны осуществляться без нарушения условий содержания лиц, подвергнутых таким мерам, которые обеспечиваются Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации (в частности, Международным пактом о гражданских и политических правах от 16 декабря 1966 года, ратифицированным Указом Президиума Верховного Совета СССР от 18 сентября 1973 года N 4812-VIII, Конвенцией о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года, ратифицированной Федеральным законом от 30 марта 1998 года N 54-ФЗ, Конвенцией против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания от 10 декабря 1984 года, ратифицированной Указом Президиума Верховного Совета СССР от 21 января 1987 года N 6416-XI), Федеральным законом от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений".

При оспаривании порядка реализации мер принуждения, ограничивающих свободу и личную неприкосновенность, могут приниматься во внимание, в частности, документы Организации Объединенных Наций (далее - ООН) и Совета Европы, действующие в сфере организации содержания лишенных свободы лиц (в частности, Всеобщая декларация прав человека, принятая Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948 года, Минимальные стандартные правила ООН в отношении обращения с заключенными (Правила Нельсона Манделы), утвержденные резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН от 17 декабря 2015 года N 70/175, Основные принципы и руководящие положения, касающиеся права на правовую защиту и возмещение ущерба для жертв грубых нарушений международных норм в области прав человека и серьезных нарушений международного гуманитарного права, принятые резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН от 16 декабря 2005 года N 60/147, Руководство по эффективному расследованию и документированию пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания (Стамбульский протокол), Принципы медицинской этики, относящиеся к роли работников здравоохранения, в особенности врачей, в защите заключенных или задержанных лиц от пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания, принятые резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН от 18 декабря 1982 года N 37/194, Кодекс поведения должностных лиц по поддержанию правопорядка, принятый резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН от 17 декабря 1979 года N 34/169, Рекомендация Rec(2006)2 Комитета министров Совета Европы государствам-членам о правилах содержания заключенных в Европе от 11 января 2006 года, Рекомендация Rec(2006)13 Комитета министров Совета Европы государствам-членам об использовании оставления под стражей, об условиях, в которых оно имеет место, и о предоставлении гарантий защиты от жестокого обращения от 27 сентября 2006 года, Общие доклады Европейского Комитета по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания).

Под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе:

право на личную безопасность и охрану здоровья (в частности, статьи 20, 21, 41 Конституции Российской Федерации, пункты 2, 9 статьи 17, статьи 19, 24 Федерального закона от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений");

право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки (в частности, статьи 17, 22, 23, 30, 31 Федерального закона от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений");

Условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

Так, судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишенных свободы лиц от шума и вибрации (например, статьи 16, 17, 19, 23 Федерального закона от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений").

В силу части 8 статьи 226 КАС РФ суд не связан основаниями и доводами, содержащимися в административном исковом заявлении о признании незаконными решения, действия (бездействия) органа или учреждения, должностного лица, связанных с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, и выясняет обстоятельства, указанные в частях 9 и 10 названной статьи, в полном объеме.

Согласно пункту 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 г. № 21 «О применении судами общей юрисдикции Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 г. и Протоколов к ней в соответствии с общепризнанными принципами и нормами международного права, положениями статей 1, 34 Конвенции в толковании Европейского Суда с целью восстановления нарушенных прав и свобод человека суду необходимо установить наличие факта нарушения этих прав и свобод, отразив указанное обстоятельство в судебном акте. Причиненные таким нарушением материальный ущерб и (или) моральный вред подлежат возмещению в установленном законом порядке. При определении размера денежной компенсации морального вреда суды могут принимать во внимание размер справедливой компенсации в части взыскания морального вреда, присуждаемой Европейским Судом за аналогичное нарушение».

В соответствии со ст. 17 Конституции РФ в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Статьей 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод предусмотрено, что никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию. Аналогичные положения получили закрепление и в ст. 21 Конституции РФ, ст. 4 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 8 апреля 2010 г. № 524-О-П, установлено, что Европейский Суд по правам человека указывал, что к надлежащим средствам государственной защиты прав и законных интересов в национальном законодательстве относятся право на обжалование законности действий и право на материальное возмещение. Действующий механизм защиты личных неимущественных прав, установленный в Гражданском кодексе Российской Федерации, предоставляет лицам, возможность самостоятельно выбирать адекватные способы судебной защиты нарушенных прав, не освобождая их от бремени доказывания самого факта причинения морального вреда и обоснования размера денежной компенсации.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что ФИО1, обвиняемый в совершении преступления, предусмотренном частью 8 статьи 204 Уголовного Кодекс РФ, 12.05.2020 в 10 час. 50 мин. на основании постановления об этапировании следователя 2 отдела по ОВД СУ СК России по Самарской области майора юстиции ФИО10 был помещен в изолятор временного содержания УМВД России по г. Самаре.

В день поступления в 11 час. 05 мин. проведен медицинский осмотр, в ходе которого жалоб на неудовлетворительное состояние от ФИО1 не поступало, что подтверждается журналом медицинских осмотров лиц, содержащихся в ИВС УМВД России по г. Самаре (т.2 л.д.59).

Одновременно в акте телесного осмотра уполномоченными сотрудниками указано, что из СИЗО-1 ФИО1 поступил с многочисленными повреждениями, а именно отцветающим кровоподтеком правового предплечья, ссадиной левого голеностопного сустава (т.2 л.д.52).

В обоснование повреждений ФИО1 были даны пояснения о том, что 30.04.2020 указанные повреждения получены им самостоятельно в СИЗО-1 УФСИН России по Самарской области, во время проследования к раковине по собственной неосторожности споткнулся и упал. Просил по данному факту проверку не проводить, о чем дежурным ИВС УМВД России по Самарской области ФИО11 составлен опрос, который подписан ФИО1 собственноручно, жалоб относительно состояния здоровья последний не выразил.

Таким образом, при поступлении в изолятор временного содержания состояние ФИО1 было удовлетворительное, что подтверждается материалами дела.

На основании статьи 7 Федерального закона от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ местами содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых являются: следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции, следственные изоляторы органов федеральной службы безопасности; изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел; изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых пограничных войск федеральной службы безопасности.

Согласно статье 15 приведенного выше Федерального закона в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.

Как закреплено в статьях 17, 22 Федерального закона "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" подозреваемые и обвиняемые, в числе прочего, имеют право: получать бесплатное питание, материально-бытовое и медико-санитарное обеспечение, в том числе в период участия их в следственных действиях и судебных заседаниях; пользоваться ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа; пользоваться собственными постельными принадлежностями, а также другими вещами и предметами, перечень и количество которых определяются Правилами внутреннего распорядка; пользоваться литературой и изданиями периодической печати из библиотеки места содержания под стражей либо приобретенными через администрацию места содержания под стражей в торговой сети, а также настольными играми.

В соответствии со статьей 23 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности, предоставляется индивидуальное спальное место, бесплатно выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы, туалетная бумага, а также по их просьбе в случае отсутствия на их лицевых счетах необходимых средств индивидуальные средства гигиены (как минимум мыло, зубная щетка, зубная паста (зубной порошок), одноразовая бритва (для мужчин), средства личной гигиены (для женщин).

Подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются для индивидуального пользования: спальным местом; постельными принадлежностями: матрацем, подушкой, одеялом; постельным бельем: двумя простынями, наволочкой; полотенцем; столовой посудой и столовыми приборами на время приема пищи: миской, кружкой, ложкой. Указанное имущество выдается бесплатно во временное пользование (пункт 40 Правил).

Установлено, что 24.05.2020 у ФИО1 при этапировании в СИЗО-1 УФСИН России по Самарской области проявились симптомы в виде наличия температуры 37,4, жалоб на слабость, головную боль, общее недомогание, кашель, что указано в журнале учета непринятых лиц.

В административном иске ФИО1 указывает, что 24.05.2020 его этапирование должно было состояться в СИЗО-1 УФСИН России по Самарской области, чего сделано уполномоченными сотрудниками не было, в связи с чем, в камерах изолятора временного содержания им было проведено большее количество времени, чем отведено.

Возражая против указанных доводов представители ответчика в судебном заседании поясняли, что отказ в этапировании ФИО1 связан с наличием у последнего повышенной температуры тела, что в силу внутренних нормативных документов учреждения явилось основанием к отказу в его принятии.

Действительно, как следует из материалов дела, Постановлением главного государственного санитарного врача ФСИН России ФИО7 №299 от 22.04.2020 «О проведении санитарно-противоэпидемических мер, направленных на недопущение возникновения и распространения новой коронавирусной инфекции» принят запрет принимать лиц, доставленных в СИЗО из изоляторов временного содержания, больных или с подозрением на заболевание новой коронавирусной инфекцией, гриппом, острой респираторной вирусной инфекцией, включая повышенную температуру тела.

В связи с невозможностью принятия ФИО1 в следственный изолятор, составлен акт от 24.05.2020 об отказе в приеме в следственный изолятор по медицинским показаниям.

31.05.2020 в этапировании ФИО1 также было отказано по причине ранее установленного заболевания – подозрения на ОРВИ (24.05.2020), после чего ему был установлен период лечения, о чем начальником конвоя 31.05.2020 был составлен рапорт (т.2 л.д.111).

На основании изложенного суд приходит к выводу о несостоятельности доводов административного истца в части его незаконного содержания в камерах изолятора временного содержания с превышением допустимого срока, поскольку указанные обстоятельства были вызваны введением ограничительных мер, в связи с распространением новой коронавирусной инфекцией, признаки наличия которой у поступивших лиц не могли не препятствовать в их приеме в следственные изоляторы.

В соответствии со статьей 24 Федерального закона от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" оказание медицинской помощи и обеспечение санитарно-эпидемиологического благополучия в местах содержания под стражей организуются в соответствии с законодательством в сфере охраны здоровья. Администрация указанных мест обязана выполнять санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых.

Частью 1 статьи 26 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" установлено, что лица, задержанные, заключенные под стражу, отбывающие наказание в виде ограничения свободы, ареста, лишения свободы либо административного ареста, имеют право на оказание медицинской помощи, в том числе в необходимых случаях в медицинских организациях государственной системы здравоохранения и муниципальной системы здравоохранения, в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Частью 1 статьи 3 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" установлено, что законодательство в сфере охраны здоровья основывается на Конституции Российской Федерации и состоит из данного Федерального закона, принимаемых в соответствии с ним других федеральных законов, иных нормативных правовых актов Российской Федерации, законов и иных нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 122 ПВР лечебно-профилактическая и санитарно-эпидемиологическая работа в ИВС проводится в соответствии с законодательством Российской Федерации об охране здоровья граждан и нормативными правовыми актами МВД России. Администрация ИВС обязана выполнить санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых.

Подозреваемые и обвиняемые могут обращаться за помощью к медицинскому работнику, дежурному и начальнику ИВС во время ежедневного обхода камер и опроса содержащихся лиц, а в случае ухудшения состояния здоровья - к любому сотруднику ИВС, который обязан об этом незамедлительно доложить дежурному либо начальнику ИВС. Результаты обхода и оказания медицинской помощи отражаются в журнале медицинских осмотров лиц, содержащихся в ИВС, и в журнале санитарного состояния ИВС (пункт 123 Правил).

Положениями пункта 124 ПВР установлено, что с целью определения состояния здоровья и наличия телесных повреждений у подозреваемых и обвиняемых при поступлении в ИВС, лиц, освобождаемых из ИВС или передаваемых конвою для этапирования, обязательно проводятся медицинские осмотры, с отражением данных осмотров в медицинских журналах. При отсутствии медицинского работника медицинский осмотр проводит специально подготовленный сотрудник полиции, с последующим осмотром медицинским работником. Подозреваемые и обвиняемые знакомятся с записями в документах и журналах, фиксирующих результаты медицинского освидетельствования, под их личную роспись.

Приказами МВД РФ N 1115 и Минздрава РФ N 475 от 31 декабря 1999 года утверждена Инструкция о порядке медико-санитарного обеспечения лиц, содержащихся в изоляторах временного содержания органов внутренних дел, в соответствии с которой медицинские работники изоляторов временного содержания органов внутренних дел организуют и осуществляют медицинскую помощь подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, контроль за выполнением в ИВС государственных санитарно-эпидемиологических правил и нормативов. В случае отсутствия в ИВС медицинских работников функции по медико-санитарному обеспечению подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений возлагаются на медицинских работников здравпункта городского, районного и линейного органа внутренних дел. Лица, нуждающиеся в скорой медицинской помощи, а также амбулаторном либо стационарном обследовании и лечении по поводу онкологических, венерических заболеваний, ВИЧ-инфекции, туберкулеза, сахарного диабета, других заболеваний, при которых показано непрерывное наблюдение и лечение, обеспечиваются необходимой медицинской помощью в соответствующих лечебно-профилактических учреждениях государственной и муниципальной систем здравоохранения (пункт 1).

В соответствии с пунктом 7 указанной Инструкции основными задачами медицинских работников ИВС являются, в том числе, организация и оказание медицинской помощи лицам, содержащимся в ИВС; осуществление противоэпидемического обеспечения лиц, содержащихся в ИВС.

Пунктом 8 Инструкции предусмотрено, что при оказании медицинской помощи лицам, содержащимся в ИВС, медицинские работники ИВС осуществляют: активное выявление инфекционных, венерических, кожных, психических, паразитарных и других опасных заболеваний путем проведения медицинских осмотров: при поступлении, при проведении покамерных обходов, при обращениях за медицинской помощью, при убытии из ИВС; оказание амбулаторно-поликлинической первичной медико-санитарной помощи; организацию оказания скорой медицинской помощи; организацию консультаций больных, нуждающихся в медицинской помощи; организацию и осуществление госпитализации лиц, нуждающихся в стационарном лечении.

В течение первых суток пребывания в ИВС проводится первичный медицинский осмотр всех вновь поступивших с целью выявления лиц с подозрением на инфекционные заболевания, представляющих опасность для окружающих, и больных, нуждающихся в скорой медицинской помощи. При этом обращается особое внимание на наличие проявлений кожных, венерических, психических заболеваний, пораженность педикулезом, чесоткой. Осмотр проводится медицинским работником в медицинском кабинете. Регистрация больных и лиц, предъявляющих жалобы на состояние здоровья, осуществляется в журнале медицинских осмотров лиц, содержащихся в ИВС (пункт 9 Инструкции).

Согласно пункту 10 Инструкции в случае отсутствия медицинского работника в период поступления в ИВС вновь прибывших лиц, дежурный по ИВС, а при отсутствии штатного дежурного по ИВС - дежурный (помощник дежурного) по органу внутренних дел, опрашивает их о состоянии здоровья. При наличии жалоб от вновь поступивших лиц на плохое самочувствие или признаках заболевания (травмы) дежурный по ИВС (дежурный, помощник дежурного по органу внутренних дел) обязан немедленно вызвать медицинского работника ИВС либо бригаду скорой медицинской помощи. О результатах опроса подозреваемых и обвиняемых, заявленных при этом жалобах на состояние здоровья и оказанной нуждавшимся медицинской помощи производятся необходимые записи в журнале медицинских осмотров лиц, содержащихся в ИВС, который хранится в медицинской части ИВС, а в период отсутствия медицинского работника - у дежурного по ИВС (дежурного, помощника дежурного по органу внутренних дел).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания", при рассмотрении административных дел, связанных с непредоставлением или ненадлежащим оказанием лишенному свободы лицу медицинской помощи, судам с учетом конституционного права на охрану здоровья и медицинскую помощь следует принимать во внимание законодательство об охране здоровья граждан, а также исходить из того, что качество необходимого медицинского обслуживания, предоставляемого в местах принудительного содержания, должно быть надлежащего уровня с учетом режима мест принудительного содержания и соответствовать порядкам оказания медицинской помощи, обязательным для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, и стандартам медицинской помощи (статья 41 Конституции Российской Федерации, статья 4, части 2, 4 и 7 статьи 26, часть 1 статьи 37, часть 1 статьи 80 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Суд, оценивая соответствие медицинского обслуживания лишенных свободы лиц установленным требованиям, с учетом принципов охраны здоровья граждан может принимать во внимание, в частности, доступность такого обслуживания (обеспеченность лекарственными препаратами с надлежащими сроками годности), своевременность, правильность диагностики, тождественность оказания медицинской помощи состоянию здоровья, лечебную и профилактическую направленность, последовательность, регулярность и непрерывность лечения, конфиденциальность, информированность пациента, документированность, профессиональную компетентность медицинских работников, обеспечение лишенного свободы лица техническими средствами реабилитации и услугами, предусмотренными индивидуальной программой реабилитации или реабилитации инвалида (статья 4 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", часть 7 статьи 101 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

Из административного иска следует, что ФИО1, пребывая в камерах изолятора временного содержания, неоднократно обращался с жалобами на состояние здоровья.

Как следует из материалов дела, ФИО1 поставлен диагноз: гастрит, подагра, подозрение на острый гайморит, подагрический артрит голеностопных, правого коленного сустава:

- 23.09.2019 – жалобы на боли в левой ноге;

- 24.09.2019 – боли в левой ноге, общее состояние удовлетворительное, представлена выписка из СОКБ им.Калинина от 08.06.2019 о наличии заболеваний: подагра голеностопного сустава, полиостеоартроз, полисегментарный остеохондроз, панкреатит, скользящая грыжа пищевого отверстия, язвенная болезнь, рецидивирующий отек Квинке, рецидивирующая крапивница, ожирение 1-2 ст. В качестве лечения прописан прием ибуклина;

- 30.09.2019 – боли в поясничном отделе позвоночника, в левой ноге, общее состояние удовлетворительное, с учетом диагноза полиостеоартроз, остеохондроз, подагра голеностопного сустава, прописано лечение в виде приема ношпы и кеторола;

- 24.05.2020 – установлен диагноз межреберная невролгия, остеохондроз;

- 16.06.2020 в связи с жалобами ФИО1 на кашель, отдышку, недомогание, сотрудниками ИВС была вызвана бригада скорой медицинской помощи №2625, в результате осмотра которой ФИО1 поставлен диагноз остеохондроз грудного отдела позвоночника, межреберная невролгия. Прописано медикаментозное лечение в виде приема анальгина (т.1 л.д.110-117, т.2 л.д.61).

По мнению административного истца, оказанная медицинская помощь является ненадлежащей и недостаточной, на протяжении пребывания в ИВС ему не представлялись лекарственные средства, которые прописаны ему на постоянной основе.

Также ФИО1 не оспаривался тот факт, что лекарственные средства его родственниками приобретались за счет личных денежных средств и передавались в СИЗО-1, передачи в ИВС лекарств от родственников не было.

Указанные обстоятельства подтверждаются копиями журнала учета медикаментов, принятых у родственников в СИЗО-1, и которых видно, что медикаментозные препараты передавались ФИО1 на протяжении всего времени пребывания в камерах изолятора временного содержания (с октября 2019 по июнь 2021 года включительно).

Из выписного эпикриза №23979191 (т.1л.д.80), из которого следует, что при наличии заболеваний подагра, артрит суставов правой стопы и левого голеностопного сустава, остеохондроз и другие, ФИО1 нуждается в диспансерном наблюдении у терапевта, гастроэнтеролога, диете 6 стола, контроля осмотра ревматолога, анализов крови и мочи.

Согласно камерной карточке, составленной по прибытии ФИО1 в ИВС лекарственных средств с собой в наличии у него не было.

По факту ненадлежащего оказания медицинской помощи ФИО1 неоднократно обращался к заместителю начальника УМВД России по г. Самаре ФИО2, по результатам рассмотрения обращений которым нарушений по доводам жалобы ФИО1 установлено не было.

04.06.2021 административный истец обратился в Прокуратуру Самарской области с заявление о проведении проверки в части ненадлежащего содержания в изоляторе временного содержания, выразившегося в ограничении его права на медицинскую помощь и лечение, в обоснование заявления указал, что ранее им подано заявление в УМВД России по г. Самара, по результатам рассмотрения которого нарушений установлено не было.

Указанное обращение было передано в УМВД России по г. Самаре для рассмотрения по существу на основании положений Инструкции о порядке рассмотрения обращений и приема граждан в органах прокуратуры РФ.

Рассмотрев обращение ФИО1, заместителем начальника Управления ФИО2 на основании заключения по доводам поступившей жалобы, составленного уполномоченным сотрудником ФИО12, дан ответ об отсутствии нарушений служебной дисциплины и требований нормативных актов РФ, в действиях сотрудников ИВС (т.1 л.д.36).

В жалобе от 30.08.2021 ФИО1 указывает, что при медицинском освидетельствовании сотрудниками ГБУЗ СГКБ №1 им. Пирогова нарушены требования указанной процедуры, в связи с чем, просил провести проверку по данным фактам.

Указанное обращение было передано для рассмотрения по существу в Министерство здравоохранения по Самарской области.

Из установленных обстоятельств и содержания заключения по результатам проверки доводов неоднократных обращений ФИО1 следует, что проверка проводилась уполномоченными органами формально, без учета и истребовании медицинской документации, физических и физиологических особенностей, состояния здоровья в целом ФИО1

При наличии указанных обстоятельств дела и с учетом поставленных диагнозов, исследования медицинского журнала ИВС суд приходит к выводу о том, что ФИО1 при обращении с жалобами на состояние здоровья была оказана соответствующая медицинская помощь.

Из журналов учета установлено, что при поступлении жалоб ФИО1 предоставлялись медикаменты местного назначения, имеющие обезболивающее действие, не направленное на лечение отдельного пораженного участка организма с последующим его восстановлением.

Нарушений в действия конкретных сотрудников ИВС по г. Самаре ФИО2 и ФИО4 судом не установлено.

Административным истцом также оспариваются условия содержания в части освещения камеры и оборудования вентиляцией, пожарной безопасности, нарушение приватности и несоответствие санузла нормам, также оспаривается метраж камеры и нахождение ФИО1 с лицами, подозреваемыми по особо тяжким преступлениям, а также отсутствие прогулок и не выводился за время содержания в ИВС в душ.

В силу ст. 23 Федерального закона N 103-ФЗ и п. 42 и п. 122 Правил N 950, подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Администрация ИВС обязана выполнить санитарно - гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых.

Приказом МВД России от 7 марта 2006 г. N 140-дсп утверждены Наставления по служебной деятельности ИВС подозреваемых и обвиняемых. Данным приказом предусмотрено, что камеры ИВС должны иметь естественное освещение.

В соответствии с пунктом 2.1.1 СанПиН 2.2.1/2.1.1.1278-03 "Гигиенические требования к естественному, искусственному и совмещенному освещению в жилых и общественных зданий", утратившими силу с 1 марта 2021 года, предусмотрено наличие естественного освещения в жилых помещениях, общественных зданиях, учреждениях.

В соответствии с п.412 Наставления по служебной деятельности ИВС подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, подразделений охраны и конвоирования подозреваемых и обвиняемых, утвержденного приказом МВД России от 07.03.2006 №140дсп (далее - Наставление), на всех оконных проемах камер с наружной стороны установлены металлические решетки, при этом обеспечен доступ естественного освещения.

Из материалов дела следует, что в камере имеется дневное освещение с применением ламп накаливания, по одному антивандальному светильнику с энергосберегающей лампой, что соответствует нормам Свода правил по проектированию объектов органов внутренних дел МВД России, что подтверждается также актом измерения освещенности.

Согласно пункту 45 Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, камеры ИВС оборудуются: индивидуальными нарами или кроватями; столом и скамейками по лимиту мест в камере; шкафом для хранения индивидуальных принадлежностей и продуктов; санитарным узлом с соблюдением необходимых требований приватности; краном с водопроводной водой; вешалкой для верхней одежды; полкой для туалетных принадлежностей; бачком для питьевой воды; радиодинамиком для вещания общегосударственной программы; кнопкой для вызова дежурного; урной для мусора; светильниками дневного и ночного освещения закрытого типа; приточной и/или вытяжной вентиляцией; детскими кроватями в камерах, где содержатся женщины с детьми; тазами для гигиенических целей и стирки одежды.

Как указано в справке, в период пребывания в изоляторе временного содержания ФИО1 помещался в камеры с номерами 24 и 27 (т.2 л.д.49)

Из материалов административного дела следует, что ФИО1 является бывшим депутатом.

Доводы ФИО1, данных в судебном заседании суда касаемо того, что в период его содержания в ИВС УМВД г. Самары, он содержался в камере, с лицом, осужденным по ст. 105 УК РФ и другими людьми обвиняемыми в совершении особо тяжких преступлений не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства.

Так согласно пояснениям административного ответчика и камерным карточкам, представленным на обозрение суда вместе с ФИО1 в период с мая по июнь 2020 г. содержались лица в камерах 24 и 27, обвиняемые по ст 158, ч. 1, 158, ч.4, 228 ч. 2.

В период нахождения в ИВС ФИО1 содержался в двух местной камере № 24, 27, площадь которой с учетом площади туалета не соответствует санитарным нормам, установленным ст.23 Закона №103-Ф3. Так, общая площадь камеры составляет 8 кв.м. При этом, в указанную площадь входит помещение туалета, в связи с чем, после вычета площади туалета на каждого содержащегося приходится менее 4 кв.м.

Европейский Суд неоднократно пояснял методику расчета минимального размера личного пространства на одного заключенного в общей камере при рассмотрении им вопроса о нарушении статьи 3 Конвенции. Европейский Суд, опираясь на методику, которую использует ЕКПП в этой области, считает, что в общую площадь камеры не следует включать площадь санузла. С другой стороны, при подсчете площади камеры необходимо учитывать место, занимаемое предметами, которые в ней находятся. При этом важно, есть ли у заключенных возможность свободно передвигаться по камере (пункт 114 постановления Большой Палаты от 20 октября 2016 г. по делу Муршич против Хорватии).

Само по себе нарушение в части площади не всегда влечет необходимость признания нарушения прав человека. Однако, в данном случае речь идет о временном месте содержания под стражей, в котором для мужчин отсутствует возможность, в отличие от следственного изолятора, дважды полноценно принимать душ, отсутствует возможность для прогулок и длительных свиданий, в связи с чем, отсутствуют какие-либо компенсационные механизмы, позволяющие сделать вывод о несущественности нарушений в части площади камер.

Общая нехватка площади дополнялась невозможностью свободного перемещения между предметами мебели в двухместных камерах.

Кроме того истец содержался в ИВС УМВД России по г.Самаре свыше установленного ст.13 ФЗ РФ №103-ФЗ 10 суточного срока, что не оспаривалось ответчиком.

Сам факт содержания истца под стражей в камере, предназначенной изначально только для кратковременного содержания лиц, может свидетельствовать о нарушении статьи 3 Конвенции. Аналогичная позиция изложена в пункте 49 постановления ЕСПЧ «Сергеев против Российской Федерации», постановление от 6 октября 2015 г.

Камеры ИВС оборудованы согласно требованиям п.45 Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных приказом МВД РФ от 22.11.2005 №950 (далее - Правила ИВС).

В камерах имеется дневное освещение с применением ламп накаливания, по одному антивандальному светильнику с энергосберегающей лампой, что соответствует нормам Свода правил по проектированию объектов органов внутренних дел МВД России.

Камеры ИВС оборудованы санитарными узлами, отгороженными от общего помещения санитарными перегородками.

Вместе с тем, высота указанных перегородок не превышает 1,2 метров, что видно по представленным фото, и не оспаривается ответчиком, в связи с чем, такие условия нельзя признать обеспечивающими достаточную приватность.

В камерах, рассчитанных на несколько заключенных, санитарное оборудование должно быть полностью отгорожено, в том числе до потолка, а отсутствие ограждения многократно признавалось нарушением Конвенции по права человека Европейским судом по правам человека. Ответчик не предоставил суду доказательств того, что применение столь низких перегородок вызвано необходимостью обеспечения безопасности.

Само по себе применение перегородок туалета высотой 120 см является нарушением принципов гуманизма, уважения человеческого достоинства (ст.4 ФЗ РФ №103, ст.3 Конвенции), так как не обеспечивает достаточную приватность.

Измерение освещенности производилось 11.11.2015 года комиссией с участием заместителя председателя Общественно-наблюдательной комиссии по Самарской области, сотрудника ГУ МВД России по Самарской области и сотрудников ИВС (акт от 11.11.2015 г. приобщен к материалам дела). Выборочная проверка освещенности в камерах показала, что освещенность соответствуют установленным нормам. Измерения производились прибором: Люксометр-пульсометр - яркометр (ГОСТ 8.665-2009) (т. 2 л.д. 51).

За время содержания в ИВС вопреки требованиям п. 11 ст. 17 Закона №103-Ф3 администрацией учреждения на прогулки ФИО1 не выводился.

В связи с этим суд отмечает, что согласно сложившейся прецедентной практике ЕСПЧ сам факт содержания заявителя в течение длительного периода времени в неприспособленной для этого камере, рассчитанной только на кратковременное содержание под стражей, свидетельствует о нарушении статьи 3 Конвенции (пункт 55 постановления от 15 января 2015 г. по делу Шкарупа против Российской Федерации)

В соответствии с п. п. 130, 132 Правилам № 950 подозреваемые и обвиняемые пользуются ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа. Продолжительность прогулки устанавливается администрацией ИВС с учетом распорядка дня, погоды, наполнения учреждения и других обстоятельств. Прогулка проводится на территории прогулочных дворов.

Как следует из распорядка дня подозреваемых и обвиняемых, содержащихся в ИВС УМВД России по г. Самаре, утвержденных начальником ИВС ДД.ММ.ГГГГ, с 19-00 по 21-00 час. осуществляется вывод подозреваемых и обвиняемых из камерных помещении на прогулку.

Факт не обеспечения ежедневно прогулкой в период содержания в названном учреждении ФИО1 сторонами по делу не оспаривался.

Довод административных ответчиков, что ежедневная прогулка является правом подозреваемых и обвиняемых, а не обязанностью администрации, не вывод ФИО1 на прогулку связан с отсутствием его заявлений, судом отклоняется, поскольку основан на неверном толковании норм права.

Федеральный закон "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" предусматривает, что в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно - процессуальным кодексом РФ. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей.

Федеральный закон предусматривает, что порядок проведения ежедневных прогулок подозреваемых и обвиняемых должен быть установлен Правилами внутреннего распорядка. Глава XV Правил внутреннего распорядка регламентирует порядок проведения ежедневных прогулок подозреваемых и обвиняемых.

В п. 11 ст. 17 ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" предусмотрено право подозреваемого и обвиняемого пользоваться ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа.

Реализуя право подозреваемых и обвиняемых на прогулку, администрация следственного изолятора одновременно исполняет императивную норму о проведении ежедневных прогулок.

Согласно п. 42. Правил № 950 подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, пожарной безопасности, нормам санитарной площади в камере на одного человека, установленным Федеральным законом.

Из пункта 43 Правил следует, что подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются для индивидуального пользования: спальным местом; постельными принадлежностями: матрацем, подушкой, одеялом; постельным бельем: двумя простынями, наволочкой; полотенцем; столовой посудой и столовыми приборами на время приема пищи: миской, кружкой, ложкой. Указанное имущество выдается бесплатно во временное пользование.

Согласно пункту 45 Правил камеры изоляторов временного содержания оборудуются: индивидуальными нарами или кроватями; столом и скамейками по лимиту мест в камере; шкафом для хранения индивидуальных принадлежностей и продуктов; санитарным узлом с соблюдением необходимых требований приватности; краном с водопроводной водой; вешалкой для верхней одежды; полкой для туалетных принадлежностей; бачком для питьевой воды; радиодинамиком для вещания общегосударственной программы; кнопкой для вызова дежурного; урной для мусора; светильниками дневного и ночного освещения закрытого типа; приточной и/или вытяжной вентиляцией; детскими кроватями в камерах, где содержатся женщины с детьми; тазами для гигиенических целей и стирки одежды.

Для общего пользования в камеры в соответствии с установленными нормами и в расчете на количество содержащихся в них лиц выдаются: мыло хозяйственное; бумага для гигиенических целей; издания периодической печати, приобретаемые администрацией ИВС в пределах имеющихся средств (п. 44).

Не реже одного раза в неделю подозреваемые и обвиняемые проходят санитарную обработку, им предоставляется возможность помывки в душе продолжительностью не менее 15 минут. Смена постельного белья осуществляется еженедельно после помывки в душе (п. 47).

При отсутствии в камере системы подачи горячей водопроводной воды горячая вода (температурой не более +50 °C), а также кипяченая вода для питья выдаются ежедневно с учетом потребности (п. 48).

В соответствии с Минимальными стандартными правилами обращения с заключенными, принятыми Первым конгрессом Организации Объединенных Наций по предупреждению преступности и обращению с преступниками, состоявшимся в Женеве в 1955 году, и утвержденные Экономическим и социальным советом в резолюциях 663 С (XXIV) от 31 июля 1957 года и 2076 (LXII) от 13 мая 1977 года предусмотрено, что банные установки и количество душей должны быть достаточными для того, чтобы каждый заключенный мог и был обязан купаться или принимать душ при подходящей для каждого климата температуре и так часто, как того требуют условия общей гигиены, с учетом времени года и географического района, то есть во всяком случае хотя бы раз в неделю в умеренном климате. Каждому заключенному следует обеспечивать отдельную кровать в соответствии с национальными или местными нормами, снабженную отдельными спальными принадлежностями, которые должны быть чистыми в момент их выдачи, поддерживаться в исправности и меняться достаточно часто, чтобы обеспечивать их чистоту.

Из материалов административного дела следует, что согласно журнала санитарного состояния ИВС УМВД по г. Самаре санитарное состояние камер ИВС в находится надлежащем состоянии.

Как следует из журнала учета и выдачи постельных принадлежностей ФИО1 были выданы: матрац, подушка, одеяло; постельное белье: две простыни, наволочка, полотенцем, что подтверждается подписью ФИО1 в журнале, покамерной карточке.

Согласно покамерной карточки при поступлении в ИВС ФИО1 получил помимо постельных принадлежностей и иное имущество ИВС, что подтверждается подписью ФИО1

Как следует из покамерной карточки, журнала регистрации выводов подозреваемых и обвиняемых из камер, ФИО1 был выведен из камеры 31.05.2020 в санпропускник для приема душа, 30.05.2020.

Как следует их приложения к Правилам № 950 в ИВС ведутся журналы: медицинских осмотров лиц, содержащихся в ИВС (приложение 4), журнал санитарного содержания ИВС (приложение 5), журнал регистрации дезинфекции (дезинсекции) одежды и постельных принадлежностей в дезинфекционной камере ИВС (Приложение 6).

В камере учреждения в период содержания в ней ФИО1 имелось централизованное холодное водоснабжение, лицам предоставлялось питьевая вода, техническая вода по требованию. Таким образом, подозреваемые и обвиняемые в камерах учреждений имели круглосуточный доступ к источникам водоснабжения.

В соответствии с пояснениями допрошенного в судебном заседании суда свидетеля заместителя начальника ИВС ФИО8 ежегодно заключается контракт по поставку товаров личной гигиены, товаров для хозяйственных нужд, моющих средств, все средства выдаются, вода выдается по первому требованию лица, смена постельного белья происходит раз в неделю, вывод в душ фиксируется в журнале регистрации выводов.

Вопреки доводам административного истца о том, что представленные административным ответчиком в материалы дела журналы, покамерные карточки, содержат недостоверные сведения, оснований ставить их под сомнение суд не усматривает, поскольку доказательств обратного административным истцом не представлено, а изложенные им доводы основаны на предположениях.

Фактов обращения ФИО1 к администрации изолятора временного содержания с заявлениями о невыдачи постельных принадлежностей в полном объеме, гигиенических принадлежностей, средств уборки, не смены постельных принадлежностей, отсутствия воды (питьевой и технической) и необоснованном отказе в их предоставлении ни судом не установлено, материалы настоящего дела таких сведений не содержат.

Учитывая изложенное, частично указанные судом в настоящем решении нарушения подтверждены.

Проверяя соблюдение предусмотренного частью 1 статьи 219 КАС РФ трехмесячного срока для обращения в суд, суд исходит из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы носит длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

В данном случае истец находится в СИЗО-1 УФСИН России по Самарской области, из-под стражи не освобожден. Нарушения носят длящийся характер, в связи с чем, срок не пропущен. Ввиду длящегося характера действий (бездействий), срок обращения в суд применяется не к отдельному событию в период содержания под стражей, а ко всему времени, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие. Нет никаких оснований полагать, что истец обязан подавать иски за каждый день либо факт нарушений в период содержания под стражей. При этом, истец обращался с жалобой в органы прокуратуры.

Согласно ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно статье 17.1 Федерального закона от 15.07.1995 N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" (далее по тексту - Федеральный закон N 103-ФЗ) подозреваемый, обвиняемый в случае нарушения предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий их содержания под стражей имеют право обратиться в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, в суд с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение.

Компенсация за нарушение условий содержания под стражей присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.

Процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

Содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения.

Судом установлены по данному делу нарушения, допущенные при содержании в ИВС истца, в связи с чем, в его пользу подлежит взысканию компенсация, размер которой с учетом характера установленных нарушений, их продолжительность подлежит снижению до 45 000 руб.

Определяя надлежащего ответчика в части взыскания компенсации, суд исходит из следующего.

Согласно ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Статья 1071 ГК РФ устанавливает, что в таких случаях от казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с п. 3 ст. 125 ГК РФ эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо.

Пунктом 3 ст. 125 ГК РФ установлено, что в случаях и в порядке, предусмотренном федеральными законами, указами Президента РФ и постановлениями Правительства РФ, нормативными актами субъектов РФ и муниципальных образований, по их специальному поручению от их имени могут выступать государственные органы.

В силу пункта 3 ст. 158 Бюджетного кодекса РФ по искам о возмещении вреда, причиненного незаконными решениями и действиями (бездействием) соответствующих должностных лиц и органов, от имени казны Российской Федерации в суде выступает главный распорядитель средств федерального бюджета. При этом в решении об удовлетворении иска должно быть указание, что соответствующая сумма возмещения взыскивается за счет средств казны РФ, субъекта РФ либо муниципального образования.

Согласно ст. 6 БК РФ главный распорядитель бюджетных средств (главный распорядитель средств соответствующего бюджета) - орган государственной власти (государственный орган), имеющий право распределять бюджетные ассигнования и лимиты бюджетных обязательств между подведомственными распорядителями; и (или) получателями бюджетных средств.

В силу подпункта 100 пункта 11 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 21.12.2016 N 699 "Об утверждении Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации и Типового положения о территориальном органе Министерства внутренних дел Российской Федерации по субъекту Российской Федерации" МВД России, в рамках реализуемой компетенции, осуществляет функции главного распорядителя и получателя средств федерального бюджета, а также бюджетные полномочия главного администратора (администратора) доходов бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, администратора источников финансирования дефицита федерального бюджета.

В силу пункта 3 статьи 158 Бюджетного кодекса РФ, статей 1069, 1071 Гражданского кодекса РФ надлежащими ответчиками по настоящему делу являются Министерство внутренних дел РФ, как главный распорядитель федерального бюджета по ведомственной принадлежности. Поэтому Министерство Финансов РФ является ненадлежащим ответчиком по делу, и он подлежит освобождению от гражданско-правовой ответственности.

Установленная судом сумма подлежит взысканию за счет казны Российской Федерации с МВД России с учетом характера и периода допущенных нарушений.

Согласно ч. 1 ст. 200 КАС РФ при выявлении случаев нарушения законности суд выносит частное определение.

Требование истца о вынесении в адрес ответчиков частного определения удовлетворению не подлежат, поскольку его права восстановлены судом путем признания оспариваемых действий (бездействий) незаконными и обязании выплатить компенсацию в денежной сумме.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 175-180 КАС РФ, суд

РЕШИЛ:

Административное исковое заявление ФИО1 – удовлетворить частично.

Восстановить ФИО1 срок на подачу административного искового заявления к Управлении. МВД по г. Самаре, МВД России, ИВС УМВД России по г. Самаре, заместителю начальника УМВД России по г. Самаре ФИО2 о взыскании компенсации за нарушение условий содержания о компенсации морального вреда в связи с содержанием ИВС.

Признать незаконными действия УМВД России по г. Самаре, связанные с условиями содержания ФИО1 под стражей в ИВС УМВД России по г. Самара.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию за нарушение, установленных законодательством РФ условий содержания под стражей, в размере 45 000 рублей.

В удовлетворении остальной части требований отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Самарский областной суд через Железнодорожный районный суд г. Самары в месячный срок со дня составления решения в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 26.09.2022.

Председательствующий судья Е.А. Чиркова